Выдать принца замуж

Глава 5

После беседы с королевой принцесса вернулась в свои комнаты несколько озадаченная. Впрочем, тосковать ей не дали времени. Почти следом за ней в комнатах появились посланницы королевы с подарками. Местная женская одежда тех цветов, которые нравились или просто шли юной принцессе. Зеленые и золотистые шальвары, жилеты из мягкой замши, расшитые золотой нитью, а к ним, уступка белой коже, не иначе, рубашки из шелка и мягкого хлопка.

Осмотрев подарки, девушка уточнила:

– А браслеты, и такие пояса интересные? Они что-то означают?

– Да, ваше высочество, – поклонилась высокая мрачная женщина, явно недовольная ролью няньки при слабой чужеземке. – Это боевые браслеты и воинский пояс, женщины не служащие в армии правительницы не имеют права носить их.

– Благодарю вас за ответ, – улыбнулась принцесса, уже понимая, что улыбками эту метательную башню не пронять.

Ей предложили немедля примерить подарки и сделать «настоящую женскую прическу». Девушка не нашла возможным отказать. Ее Величество желает, чтобы чужеземка как можно быстрее стала в пустынном городе своей? Что ж, она постарается. Пока еще никто не высказал ей здесь неприязни, так что разумно будет идти навстречу пожеланиям королевы.

Покрутив шаровары и жилет, Лукреция поняла, что ей придется раздеться до белья и даже в этом случае ее скромность никто не пощадит. Нижняя сорочка, корсет, рубашка неплохо прикроют верх, а вот низ… Теперь девушка сожалела, что не носила модную новинку – панталоны, вошедшие в моду среди развратных женщин. Придворный доктор считал эти вещицы опасными для здоровья и в ее гардеробе такого белья просто не было!

Прихватив подарки, девушка удалилась в свою спальню, и позвала камеристку. Результат выглядел интересно. Белая шелковая блузка с кружевными манжетами и жабо прекрасно сочеталась с жилетом, а вот шаровары, надетые на голое тело, слишком откровенно обрисовывали ноги. Тонкая ткань льнула к нагретой коже, четко показывая форму бедер, пугая такой открытостью.

Когда Лукреция выпив успокаивающих капель вышла к посланницам королевы, те удивленно прищелкнули языками:

– Ваше высочество, мы рады, видеть вас в одежде наших земель, – торжественно сказала одна из них.

– Она вам очень идет.

Потом женщины учили камеристку принцессы делать «правильную женскую прическу». Волосы следовало собрать наверх, точно конский хвост, и украсить бусами, ракушками, перьями и серебряными кольцами. Когда глаза перестали слезиться, от непривычно сильной утяжки прядей, Лукреция признала, что прическа ей идет, подчеркивая высокие скулы, обнажая красивую линию шеи. Только вот в ее стране такие прически никто не носил.

Улыбнувшись принцесса поблагодарила помощниц и отправила камеристку тренироваться на фрейлинах.

– Теперь, когда вы так прекрасно выглядите, ваше высочество, думаю вам стоит посетить корт, на котором тренируются дочери нашей королевы, – сказала «нянька».

Лукреции совершенно не хотелось выходить под все еще палящее солнце, но делать было нечего. Впрочем, хорошо знающие дворец дамы привели ее на площадку через какие-то галереи, переходы и лестницы укрытые от солнца толстым слоем белой черепицы.

Плац поражал размерами, глубоким песком и разнообразием приспособлений для тренировки. Тут стояли плетеные чучела для отработки ударов копьем, глиняные «люди» для работы с мечом, соломенные мишени для лучников, и даже небольшой круг для наездников. Лукреция смотрела на это все в панике: охота охотой, но ее никогда не учили воинским навыкам! Ее готовили в супруги, не в воительницы!

Сопровождающие радостно начали показывать ее высочеству мечи, кинжалы, луки, копья, дротики и всевозможные метательные диски. Принцессе предлагали опробовать оружие и выбрать то, с которым она будет тренироваться. Мысли о том, что принцесса никогда не держала в руках ничего опаснее столового ножа не приходила королевским посланницам в голову. В итоге они уговорили принцессу метнуть пару дисков в мишень, и когда она к собственному удивлению попала, тотчас надели на нее пояс с кармашками, в которых размещались диски разных форм и размеров.

– Будете тренироваться каждую свободную минуту, ваше высочество и вскоре догоните дочерей нашей королевы!

Лукреция медленно перевела дух. У себя на родине она считалась образцом принцессы, а тут от нее требовали не скромность и умение вышивать, или петь, а боевые навыки! К тому же солнце припекало, и хотя Ее Высочество выглядела свеженькой, как маргаритка, на деле она уже мечтала о прохладной ванне.

Мучительницы на этом не успокоились – начали расспрашивать принцессу о верховой езде. Оказалось, что в этих краях воительницы передвигаются на крепких низкорослых лошадках без седел! Седла надевают верблюдам и то исключительно для перевозки мужчин и маленьких детей! Под напором собравшихся женщин Лукреции пришлось приказать груму привести ее лошадь и показать, что такое дамское седло и как в нем ездят.

Показывать в шароварах было непривычно, но неожиданно удобно. Большая часть воительниц обфыркала новинку, но одна девушка задорно блестя глазами вдруг сказала:

– А что, мой Морех неплохо бы тут смотрелся, он и абайю любит широкую, а если еще так ногу закинет…

Остальные дружно засмеялись, но посмотрели на «дамское» седло более благосклонно.

К своим покоям Лукреция вернулась только на закате, когда встревоженные дамы уже истоптали своими башмачками всю террасу. Принцессу тотчас искупали, облачили в тонкую сорочку и легкое распашное платье, предложили ужин.

– На ужин меня пригласила воительница Сирайя, – утомленно откликнулась принцесса, – приготовьте светлое платье и шаль.

– Ваше высочество, – напомнила одна из фрейлин, – у вас есть прелестное вечернее платье глубокого синего цвета.

– Синий цвет в этих землях носят женатые мужчины, – со вздохом пояснила принцесса, так что все мои синие платья упакуйте отдельно, потом решим, что с ними делать.

Дамы, успокоенные появлением госпожи занялись выполнением распоряжений, а Лукреция вышла в сад, желая побыть в одиночестве. Конечно возле самого дворца горело несколько больших масляных ламп, еще несколько фонарей со скрипом качались у калиток и ворот, мигая от ветра, но в основном сад был тих и темен. Девушка немного побродила по переплетению дорожек, но не смогла отыскать в темноте ни родничок, ни соколятню. Повернув к террасе, она ощутила легкий укол разочарования, почему-то хотелось увидеть сокольничьего в линялых оранжевых тряпках, послушать крик белого кречета, услышать звон колокольчиков на путах… Еще раз вздохнув принцесса вернулась в здание, настало время собираться на ужин у воительницы Сирайи.

Ужин стал для ее высочества кошмаром. Местные дамы все как одна явились на пир с оружием и в жилетах. Смазанные маслом мускулы играли в бликах огня, на котором жарилась целая туша неизвестной принцессе антилопы. Мало того, что Лукреция единственная пришла в платье, так еще пришлось выслушать много нового про «хилых мужеподобных женщин, едва покинувших классную комнату». Наверное, оппонентки собирались задеть принцессу, но из-за разницы культур девушка едва сдерживала смех. Кроме того, она давно покинула классную комнату, и даже управляла своими собственными землями, доставшимися в наследство от матери.

И все же крепкоплечим воительницам удалось уязвить гостью. Ее пригласили участвовать в местной забаве, напоминающей борьбу пещерных медведей, а девушке пришлось отказаться. Она представила, как затрещит под темными пальцами светлый шелк ее платья, ведь нанести повреждения ей не посмеют, а вот раздеть на потеху публики – вполне смогут, да еще поплачутся потом, что не знают пошива иноземного одеяния, а оно вот само…

Когда к огню принесли большой котел какого-то крепкого напитка, сдобренного пряностями, и воительница радостно пустили по кругу кружки, Лукреция накинула на плечи шаль и незаметно ушла в темноту. Пить она не хотела, а уйти из сада не могла, просто заплутала бы в лабиринте дорожек. Поэтому просто отступила из круга света, собираясь присесть под каким-нибудь деревом на толстый слой черепков, сохраняющих дневное тепло.

Неожиданно рядом что-то зашуршало, девушка вскинулась, собираясь отступить к огню. Конечно в саду королевы ей ничего не угрожает, но вдруг из пустыни сюда пробрался дикий зверь? Маленькая лампа, накрытая медным колпаком с небольшими отверстиями, вдруг всплыла среди деревьев. Знакомый парень в оранжевой хламиде прикрывал ее телом от тех, кто собрался у костра.

– Госпожа, – юноша коротко поклонился, – вы заблудились?

– Нет, – Лукреции стало вдруг так одиноко и неприютно, что она спокойно заговорила со слугой, решив поведать ему часть своих печалей. – Просто не хочу там сидеть.

Юноша поставил лампу на землю, и кинул на черепки потертую баранью шкуру. Принцесса оценила жест, и села, чувствуя, что ночная свежесть превращается в серьезную прохладу.

– Вас обидели? – голос парня звучал чересчур нежно, но приятно.

Ее Высочество в тайне радовалась, что здесь ее репутация не пострадает от такого соседства. Но собиралась предупредить слугу, если кто-то направится в их сторону. В конце концов, ему, наверное, хочется выйти замуж, или жениться? А может в этом дворце, как у ее отца, горничные частенько служат игрушками знатных?

Помолчав, девушка постаралась объяснить свою проблему:

– Я иноземка, слишком слабая и ранимая для ваших женщин. Меня не учили сражаться, и теперь ваши женщины смеются надо мной. Думаю, и принцу будет не весело, что его жена такая слабая.

– А чему вас учили, госпожа? – поинтересовался слуга, принимаясь обстругивать какую-то палочку.

– Танцевать, петь, вести большой дом, вышивать, играть на музыкальных инструментах, – перечислила принцесса. – Немного геральдики, немного истории, этикет, – она махнула рукой, – кто же знал, что мне это не пригодится?

– А птицы? Откуда вы так хорошо знаете птиц?

– Моя мечта с ранних лет.

Лукреция улыбнулась, не зная, что выглядит сейчас очень необычно для этих мест. Женщины Азура хранили достойное выражение лица и редко улыбались своим мужчинам.

– Когда я была маленькой, мы ездили в гости к дальнему родственнику отца. Он увлекался охотой с хищными птицами, держал большую соколятню, и меня просто очаровали птенца, пробующие летать. Наверное, тогда я этим и заболела. Стала просить отца брать меня на охоту, завела своего сокола и приучила лошадь не бояться, когда моя Принцесса поднималась с седла…

Юноша слушал так внимательно, что Лукреция вспомнила многое, о чем обычно люди молчат. Потом у огня началась суета, принцессу потеряли, и соколятник встал:

– Вам пора, госпожа, – поклонился и растворился в темноте, погасив лампу, а Ее Высочество вздохнув пошла к огню, чтобы объявить о своем желании лечь спать.

Утро для принцессы началось очень рано. Едва забрезжил рассвет, как в ее покои явились воительницы, приставленные королевой:

– Доброе утро, ваше высочество! – дамы вошли прямо в спальню и не стесняясь расположились в креслах, велев мальчику в зеленом одеянии сварить кофе.

Лукреция сначала подумывала оскорбиться их поведением, но потом вспомнила, что такая манера поведения была принята у молодых знатных дворян в ее стране. Утренний кофе в компании друзей перед тренировкой или охотой, общая купальня после и бокал вина в веселом доме, перед сном.

Девушка звонком вызвала фрейлину и приказала подать утренний пеньюар, а также огородить ширмой место для одевания. Воительницы с любопытством смотрели на шелковые волны и кружевную отделку высокого воротничка, перебрасываясь впечатлениями. Принцессе стоило большого труда удержать лицо, выслушивая эпитеты «мужественная», «очень по-мужски» и «это подойдет красавчику Варею».

Наконец она затянула пояс, собрала растрепанные локоны в «хвост» на макушке, взяла в руки крохотную чашечку ароматного напитка и вопросительно взглянула на воительниц. Те оценили старания веселыми усмешками, потом подобрались:

– Ее Величество пожелала, чтобы мы показали вам дворец до жары, – сказала одна.

– А вечером дочери Матери приглашают вас на совместную тренировку, – добавила другая.

– Значит сейчас я могу надеть свое платье, а вечером лучше быть в тех вещах, которые вы мне подарили, – уточнила Лукреция, и сделала крохотный глоток, согревающий сердце.

Воительницы переглянулись и должно быть что-то припомнив кивнули:

– Да, Ваше Высочество!

Принцесса не сомневалась, что вопрос одежды королева оговорила особо, не зря же она задавала столько вопросов! Но ей совершенно не хотелось отказываться от юбок и привычных платьев, в них она видела кусочек своей родины. Впрочем, наряды быстро изнашиваются на песке и жгучем солнце, а еще быстрее меняется мода, но девушке очень хотелось хоть не на долго сохранить этот кусочек родной земли.

Фрейлины подали удобное платье для прогулок, быстро расчесали золотые волосы принцессы и уложили под жемчужную сетку, выпустив отдельные локоны на грудь и плечи. Тонкий газовый шарф накинутый сверху служил защитой от пыли и солнца. Фрейлинам тоже было любопытно осмотреть дворец, поэтому Лукреция попросила воительниц взять с собой двоих:

– Эти дамы прислуживают мне и согласились поехать на чужбину, оставив семьи и родных, пусть их первые дни в этом городе станут праздничными, – велеречиво объяснила она.

Воительницы ценили умение обращаться со словами, и потому фрейлинам было дозволено сопровождать принцессу.

Лукреция знала, что на самом деле король и королева выбрали ей в спутницы знатных сирот или дочерей мелкопоместных дворян, купивших королевскую милость судьбой девушек. Их никто не ждал в Тистании. Семьи получили приличные отступные. Принцессе полагалось не менее дюжины фрейлин, а богатые и знатные фамилии не желали терять на чужбине товар для выгодного обмена.

Глава 6

Дворец королевы Апраксиды оказался огромным. Он не был монолитным, ведь и сама правительница, и ее дочери имели свои гаремы, в которые нельзя было заходить другим женщинам. Центральная часть «представительская», как назвала ее про себя принцесса, состояла из большого здания, с четырех сторон окруженного галереями. Две из них, Северная и Южная были закрыты витражными окнами, одна пряталась от жаркого солнца, другая от холодного ночного ветра.

По Южной бродили закутанные в разноцветные покрывала фигуры. Воительницы хищно улыбнулись и прошли сквозь толпу юношей, как два ножа сквозь масло, за их спинами оставались жалобные писки и картинные стоны. Лукреция и ее дамы едва не потерялись в море разноцветных покрывал, но принцесса вовремя вспомнила свою троюродную тетушку, вдову маршала, и скопировав ее манеру гаркнула на все помещение:

– Красивые налево, умные направо!

Мальчишки с визгом брызнули в стороны, а воительницы дружно рассмеялись и стали смотреть на принцессу более одобрительно.

В Северной галерее, более прохладной и тенистой расположились воительницы. Они не бродили туда-сюда, как жаждущие внимания и невест женихи, они спокойно сидели и даже лежали на широких низких кушетках или прямо на коврах, усыпанных подушками. Кое-кто пил кофе, или вдыхал сладковатый дым из хрустальных сосудов с длинными кожаными трубками, надетыми на узкие серебристые носики.

– Здесь могут бывать все воительницы, живущие в городе, – пояснила принцессе сопровождающая. Иногда Ее Величество выходит сюда, чтобы принять прошения или ответить на просьбу, но большинство приходит сюда пообщаться с сослуживцами и потренироваться, вон та дверь ведет на общее ристалище.

Лукреция наклонила голову, с интересом рассматривая ветеранов, как она про себя обозначила этих женщин. Темнокожие от частого пребывания на солнце, многие седовласые, с морщинами и шрамами на плечах и лицах, они держались невозмутимо и равнодушно, однако почти под каждой подушкой лежало оружие, а яркие вышитые пояса явно скрывали под дорогой тканью не менее дорогое серебро боевых поясов. Элита, добровольная охрана владычицы, а может и в некотором роде совет.

Ее Высочество вежливо поклонилась всем и поспешила дальше.

Дворцовые залы были выполнены и украшены в особой манере жителей пустыни. Здесь было много цвета: яркие шелковые и тафтяные подушки, пестрые плитки пола, выложенные сложным узором, занавеси из кусочков цветного стекла и шелковых нитей. Большую часть стен покрывала роспись, но в некоторых комнатах колонны и потолки украшала мозаика из кусочков камня и цветного стекла. Зал приемов, зал для кофе, большая гостиная, малая гостиная, и в каждом помещении кто-то работал. Чем больше видела принцесса, тем больше убеждалась: ее представление о королевстве Азур было ошибочным. Да они живут очень просто, но их структура управления, клановое разделение и матриархат вполне успешно решают те же задачи, что и обширный круг чиновников и аристократов ее родного королевства.

Нагулявшись девушка попросила своих спутниц вернуться в ее покои на завтрак, но ее уверили, что в этом нет необходимости. Во дворце подавали кофе и сладости для тех, кому случалось тут оказаться. Воительницы привели девушку в небольшую шестиугольную комнату, превращенную в своеобразную кофейню.

Вдоль стен тянулось возвышение, устланное коврами, усыпанное подушками, а в центре стоял мозаичный шестиугольный стол на массивных металлических ножках. На столе стояли вазы с фруктами в меду и в сахаре, орешками, халвой и прочими лакомствами свойственными восточной кухне. У дальней стены сидел закутанный в терракотовое покрывало юноша. Перед ним стояла жаровня с песком полная керамических и медных сосудов для кофе. Кувшин с водой, мельничка, коробочки с зернами и пряностями, лопатки, совочки и серебряные фильтры, вот что окружало его.

Воительницы вошли и сразу узнали юнца, не смотря на покрывало:

– Ах, Сайрудди! Ты сегодня варишь кофе!

– Чур мне черный с коричной пенкой! – как девчонка заторопилась важная придворная дама.

– А мне с перцем и имбирем! – недовольно сказала вторая, сердясь, что ее опередили.

Мальчик поклонился и уточнил мелодичным голосом:

– Какой кофе пожелает сиятельная гостья?

Лукреция засомневалась, она конечно не раз пробовала этот напиток и даже лихо выпила его утром, но ее желудок не всегда принимал крепость напитка.

– С молоком, – решилась она наконец.

Воительницы покосились на нее неодобрительно, а фрейлины вообще застыли в молчании, не решаясь высказать свои пожелания. Юноша двигал турки, звенел совочками и щипцами, в воздух взлетали сладковатые щекочущие обоняние ароматы и вот наконец перед принцессой опустилась чашечка из коричневого фарфора. Белоснежная пена горячего молока, тонкий аромат гишпанского шоколада, сладость сахара и легкая горечь кофе… Девушка поднесла чашечку к лицу, вдохнула аромат и произнесла удивившим ее саму грудным голосом:

– Вы волшебник, Сайрудди! Ее величеству несказанно повезло, что вы служите ей!

Молодой человек зарделся от похвалы и быстро вручил чашечки воительницам. Те моментально забыв о недовольстве погрузились в свою нирвану ощущений. Про фрейлин чудо-кофевар тоже не забыл. Они получили по чашечке шоколада с легким кофейным привкусом и остались вполне довольны.

Не успела принцесса допить кофе, как где-то вдалеке раздалась музыка. Воительницы радостно вскочили:

– Ваше высочество, юноши из королевского гарема разучивают праздничный танец в честь вашей свадьбы с принцем Лукасом, не хотите ли посмотреть?

Принцессе хотелось навестить своих кирасир, посмотреть, как их разместили, есть ли у них достойная еда и возможность для тренировок, но воительницы так уговаривали ее, что она согласилась.

Зрелище было удивительное. Дюжина юношей самого нежного возраста стояла в центре большого танцевального зала. В дальнем углу прятался оркестр из таких же юнцов, под руководством строгой дамы в шароварах и кожаном жилете. Цвета шальвар и покрывал на головах мальчиков совпадали, в руках они держали куски ткани в цвет своих головных накидок.