Сумеречные тени. Книга I

История первая

Хлопотное наследство

Тяжёлые редкие капли осеннего дождя падали на почти обнажившийся Ошалевший лес, сбивая со скелетов деревьев последние листья, что, кружась в воздухе, опадали на мягкую землю. Ничто не нарушало мерного шума дождя.

 Вдруг между стволами деревьев промелькнула тень, настолько быстро, что не всякий зверь сумел бы заметить это.

 «Не верю, не верю, неужели получилось?! Теперь лишь бежать, бежать так далеко, где не найдут, где не смогут найти».

Глава I

 Я осторожно свернул ветхий свиток и, спрятав его в верхний ящик стола, позволил себе потянуться до хруста. Что-то засиделся я сегодня. Солнце, судя по стрелкам часов, давно уже светит в небе.

 Но стоило мне, поднявшись из-за стола, направиться к кровати, как снизу донёсся пренеприятнейший шум – кто-то настойчиво требовал моего внимания.

 Раздосадовано запустив руку в волосы, я спустился по лестнице и, миновав стол гостиной, приблизился к входной двери, что, похоже, едва сдерживала пылкий напор ударов с той стороны.

– Лорд Воул! Лорд Воул!!! – взывал юношеский голос, и, судя по его интонациям, сейчас пойдёт речь о вещах намного более важных, чем жизнь и смерть.

 Вздохнув, я повернул ручку. Надежда на мирный отдых уже давно улетучилась, оставив после себя лёгкое разочарование.

 На пороге стоял мальчишка-посыльный и с ужасом взирал на меня снизу вверх. Складывалось впечатление, что это не он вломился ко мне, лишив заслуженного сна, а я поднял его посреди ночи.

– Лорд Воул, Его Величество желает видеть вас в тронном зале через час, – скороговоркой выпалили мне и, сунув в руки письмо с королевской печатью, поспешили удалиться, только что не оставляя за собой пыльный след.

 Позволив себе немного поворчать по поводу несдержанных новеньких, я, запершись, осторожно вскрыл конверт.

 Пробежав глазами пару официальных строчек, я понял, что отвертеться ну никак не выйдет, и со вздохом подошёл к зеркалу.

 Оттуда на меня смотрел мужчина лет двадцати шести-двадцати семи, с прямым носом и чёрными волосами, спускающимися до плеч. Одна из прядей, выбившись, легко падала на высокий лоб. Рот обрамляла пробившаяся щетина. Сурово сверкнув пронзительно-зелёными глазами, он задумался.

 Я просто обязан вспомнить, какое животное и цвет являются приоритетами этой недели. Месяца три назад король, решив позабавиться, объявил, что теперь он будет объявлять сочетание, которое каждый посещающий дворец обязан принять за основу своего костюма. Помнится, в прошлом месяце была неделя розового яка… Брррр, вспомнить страшно. Зато было издалека видно, кто побывал на дворцовом приёме – по шокирующему или несуразному наряду.

 И ведь если ошибёшься, король порвёт тебя на множество мелких медвежат, не прибегая к помощи стражи.

 Меня ожидает похожая участь, если сию секунду не вспомню действующих фаворитов. Нахмурив брови, я углубился в воспоминания.

 Чёрт, неужели ранний склероз?! Хотя, он мне не должен грозить… Так, кажется, изумрудная змея. Ну, хоть не лиловый бобёр и ладно.

 Я протянул вперёд руку, представляя себе штаны с узором из питоновой кожи, такую же жилетку и белую рубашку с жабо. Едва этот смехотворный наряд всплыл у меня в сознании, я быстро поочерёдно согнул пальцы. Прошелестел лёгкий ветерок, и я решился приоткрыть глаза.

 Получилось! Даже странно, обычно это заклинание у меня боком выходит.

 Бросив последний взгляд на комнату и убедившись, что охранные заклинания работают, я со вздохом закрыл за собой дверь, отправляясь на приём к Его Величеству.

 Перед высокими дверьми в тронный зал стоял маленький толстый лакей в дутых чешуйчатых зелёных шортах, салатовых колготах и такой же, как шорты, куртке.

 Чудовищно зевнув, чем заслужив неодобрительный взгляд лакея, я толкнул одну из дверей и вошёл.

 Уже который раз я здесь, а всё равно поражаюсь размерам зала. Наверное, он кажется таким огромным потому, что здесь, кроме флагов нашего королевства да колон, поддерживающих свод, и нет ничего, не считая королевского трона, стоявшего на постаменте в дальнем конце. Чтобы приглашённый не заблудился среди всех этих излишеств, от порога до подножия постамента пролегла ковровая дорожка, на этот раз зелёная с золотым узором по краю.

 Вопреки моему ожиданию, король был не один. Возле трона стоял ещё кто-то, с гладко зачёсанными назад светлыми волосами, облачённый, конечно, в зелёное.

 На вид ему было лет двадцать восемь-тридцать, но он не смотрелся сильно старше нашего монарха.

 Старый правитель скончался, когда Вильгельму XII оставалось целых пять лет до совершеннолетия и вступления на престол. На тот момент ему было восемнадцать. Хорошо, что у правящей династии была одна линия, безо всяких там двоюродных и троюродных сестёр и братьев, иначе, боюсь, сохранить жизнь юному монарху было бы действительно сложно.

 Конечно, все высшие чины и приближенные двора начали борьбу за трон, а точнее, за место Ведающего при молодом принце. Ведь именно он, по сути, правит страной до совершеннолетия будущего короля.

 По нашей традиции принц должен сам выбрать «опекуна», а это довольно проблематично. Боюсь вспоминать, какие океаны сладкой лести тогда разлились перед юношей.

 Но рвущиеся к власти не учли, что у наследника свои планы на трон. Помимо доставшихся ему от родителей рыжеватых волос и серо-стальных глаз, он унаследовал решимость и волю к свободе своего отца, прекрасно сочетавшуюся с умной головой и справедливым сердцем.

 Вильгельм сразу оценил всю опасность сложившейся ситуации. Если пустить кого-то править вместо себя, то трона ему не видать, как своих ушей. И не известно ещё, доживёт ли он до своего совершеннолетия…

 Поэтому он в кратчайшие сроки назначил Ведающим… свою мать! Никто не брал её в расчёт, так как в истории ещё ни разу женщина не становилась Ведающим, да и королева была мягкого нрава и не собиралась вмешиваться в эту борьбу.

 Остальные претенденты попытались возмутиться, но так и не нашли в законах оговорок, что Ведающим может быть исключительно мужчина. Теперь Вильгельм мог относительно спокойно править до своего совершеннолетия, не опасаясь потерять корону и свою жизнь, во всяком случае, от стоящего за спиной.

 Пока я преодолевал расстояние от дверей до короля, стоящий возле трона гость бросал на меня откровенно оценивающие взгляды. И, судя по выражению его лица, впечатление я производил довольно удручающее.

 Я остановился в десяти шагах от правителя и поклонился, прижав руку к груди.

– Ваше Величество желали меня видеть?

– Верно, лорд Воул, – кивнул король, – Думаю, можно опустить все надлежащие церемонии, так как дело не терпит отлагательств. Видите ли, не так давно граф Никорн-старший покинул мир живых, передав права на своё имущество вот этому молодому человеку.

 Монарх мягко указал ладонью на блондина, что с пренебрежением осматривал меня, едва ли не кривясь.

– Граф Никорн только недавно вернулся из соседнего государства, – продолжал Вильгельм, игнорируя нашу дуэль взглядами.

– Ваше Величество, а Вы уверены, что это именно тот, о ком мне поведали? Он скорее похож на неряшливого студента, чем на сто́ящего мага.

 «Посмотрел бы я, как ты выглядел, вытащи тебя практически из постели», – зло подумал я, приглаживая растрёпанные чёрные волосы.

 В глазах короля заиграли весёлые огоньки в предвкушении маленького шоу.

– Граф Никорн, хотя Лорд Воул и выглядит, как студент, едва закончивший Академию, я бы не стал утверждать его истинный возраст. Видите ли, Лорд Воул не совсем человек, точнее он вульфрикс –помесь вампира и оборотня.

 Не могу сказать, что вытянувшееся лицо этого напыщенного юнца не доставило мне удовольствия, хотя про возраст Вильгельм, конечно, загнул. Не такой уж я и старый.

– Не может быть! Проклятый?! – отведя взгляд, еле слышно прошептал Никорн.

– Да, – король явно был доволен эффектом, – и могу вас заверить, Лорд Воул является едва ли не единственным, кто способен помочь Вам.

 Я едва удержался, чтобы досадливо не поморщиться. Меня опять куда-то определили. Хотелось бы ещё узнать куда. Если снова за разваливающимися трупами бегать, то я пас. Пусть этим занимаются те, кому и положено – новички. Я бы ещё, может быть, и ввязался в это муторное дело, если бы Вильгельму нужно было заручиться поддержкой этого графа, но король сказал, что тот лишь недавно приехал сюда…

– Ваше Величество желает, чтобы я помог графу? – аккуратно спросил я.

– Да, Вам же ещё не рассказали, в чём, собственно, заключается проблема, – сразу посерьёзнел монарх.

– Ваше Величество, моя проблема весьма специфического характера.. Я бы даже сказал, что она крайне интимна. И таким образом, надеясь на Вашу, восхваляемую всеми, способность здраво и трезво рассуждать… – завёл шарманку Никорн.

 Через пару минут я почувствовал, как у меня тяжелеют и опускаются веки под его монотонным голосом. Чудовищным усилием я заставил себя открыть глаза.

– … и я бы хотел, чтобы наш разговор никто бы не смог даже мельком услышать, – наконец закончил этот жалобщик, а я с трудом подавил зевок.

– Лорд Воул, Вам не составит труда обеспечить нашей беседе… приватность? – уместил в одну фразу всю речь блондина наш правитель.

– Да, конечно, – немного запоздало кивнул я, так как всё же каким-то образом успел задремать.

 Я соединил пальцы рук, а затем, мягко поведя запястьями, разъединил ладони. Меня коснулась едва ощутимая волна, уходящая за спину. Судя по лёгкому движению волос Никорна и монарха – их тоже.

– Я установил непроницаемый барьер, – счёл своим долгом пояснить я всё ещё выжидающе смотрящему на меня блондину, – Теперь любой, кто находится за ним, не сможет услышать ничего, происходящего внутри.

 Заметив, что мне хотят возразить, я предложил графу самому убедиться в правдивости моих слов, выйдя за черту едва заметного купола. Тот, немного помявшись, всё же произнёс что-то вроде того, что не смеет сомневаться в мастерстве того, кому доверяет сам король.

– Думаю, Вам полезно будет услышать небольшую предысторию, – наконец заговорил он, – Совсем ещё ребёнком меня отправили во Флоэр, к родственникам, у них я и жил до недавнего времени. Но чуть больше месяца назад пришло письмо с завещанием на моё имя, подписанное моим покойным отцом. По нему поместье и все прилежащие к нему земли отходят в мою собственность. Я бы хотел сразу продать его, но в завещании поставлено условие, что оно станет действительным только после того, как я проживу хотя бы год в нём.

 Граф замолчал, устремив взгляд куда-то вдаль, сквозь стену. После нескольких минут молчания я решил возобновить разговор.

– Так в чём дело? Разве этот особняк настолько обветшал?

– Нет, дом в прекрасном состоянии. Всё дело в атмосфере…

– Атмосфере?

– Да. Люди ближайших поселений запуганы, – неохотно продолжил Никорн-младший, – Никто не хочет даже приближаться к поместью, не говоря уже о работе в нём. Никакие деньги не прельщают горожан.

– Возможно, всему виной слава Вашего отца? – предположил я, – Ведь о нём в своё время ходило множество сплетен, далёких от банальных любовных похождений. Насколько могу вспомнить, были даже обвинения в занятиях некромантией. Бездоказательные, правда. Однако в окрестностях его поместья пропадали люди, а после того, как близлежащие деревни опустели, люди стали пропадать в городах. В итоге, как Вы, я думаю, знаете, было организовано несколько так называемых «Карательных групп» горожан. Но никто из них не вернулся. Так что, скорее всего, тут дело в дурной славе.

– Да, я осведомлён об этом, мне любезно пересказали абсолютно все слухи, пока я пытался найти управляющего поместьем, – скривился, как от зубной боли, блондин, – но это не было такой уж проблемой. Я привёз своих слуг из Флора, правда, уже через два месяца осталось меньше половины. Кто-то сбежал, кто-то бесследно исчез, а кто-то сошёл с ума.

– И вы спокойно ждали целых два месяца среди всего этого, ничего не предпринимая?

– Конечно, нет, – высокомерно оскорбился граф, – я приглашал лучших волшебников и священников, но ни один из них не вернулся здоровым после осмотра всего поместья. А некоторые сразу отказывались от работы, как только входили в дом.

– А что насчёт Вас? – задал я простой вопрос.

– А что со мной не так? – в этот раз искренне, как мне показалось, удивился Никорн.

– Насколько могу судить, Вы не мёртвый, не калека и не сумасшедший, вроде, – холодно посмотрел я на него, – то есть, страдают все вокруг, кроме Вас. Так?

 По лицу графа было видно, что он хотел оскорбиться моим выводом, но, наткнувшись на мой взгляд, резко передумал.

– Было… было ещё кое-что, – нехотя продолжил он, – Когда я только переехал туда, первую неделю всё было в порядке, но потом начало происходить… всякое. Мне нужно было лишь создать видимость своего пребывания в поместье, поэтому я нанимал двойников. Ненадолго, всего на пару недель, сулил невероятно щедрую награду, но они все сбегали, не выдерживая и пяти дней, даже не заикнувшись про оплату. Да что там, я потом даже найти их не мог. Когда уже окончательно отчаялся, последний из магов, обследующих поместье, рассказал мне о Вас, лорд Воул.

– Значит, Вы хотите нанять меня для обследования всей усадьбы и устранения причин этих.. происшествий, если таковые будут, верно? – подытожил я.

 Видимо, посчитав, что ответить мне было бы недостаточно драматично, граф, изобразив на лице суровую маску, кивнул.

– Вы должны понимать, что обратились за помощью к магу высшего разряда, – отвернулся я к окну, чтобы граф не увидел моей усмешки, – и должно быть вполне ожидаемо, что мои услуги не могут стоить посредственно.

 Я прищурился, выдерживая трагическую паузу.

– Сто двадцать тысяч голубых кристаллов.

 Сзади послушался грохот падающего тела.

 «Неужели сильно загнул?», – мелькнула шальная мысль.

 Я обернулся и с трудом подавил в себе желание запрыгнуть на подоконник. Никорн-младший полз ко мне на коленях, причитая:

– Сколько угодно, только помогите, прошу Вас!

– Разве не проще навсегда уехать из этого поместья, если оно на Вас так влияет? – спросил я, стараясь незаметно отодвинуться подальше.

– Я уже столько раз пытался! – заломил руки блондин, – Но всё время что-то мешает сделать это! Или кони дохнут, или карета ломается… Да к тому же…

 В воздухе повисла пауза, во время которой я всё же смог принять более-менее расслабленную позу.

– К тому же, я всё вложил в этот переезд, так что мне просто некуда уезжать, – понуро закончил граф.

– Думаю, что смогу Вам помочь. Только ради всего святого, поднимитесь с колен! – поспешил ответить я.

 Граф, слегка пошатываясь, поднялся. От его надменного вида не осталось и следа.

– Когда Вы сможете отправиться?

– Завтра после заката буду ждать Вас возле моего поместья, – ответил я, прикинув время, необходимое на сбор.

 Я поклонился королю, всё это время молчаливо наблюдающему за нашей беседой.

– Ваше Величество, Вы позволите?

– Мы даём Вам разрешение на эту работу, – слегка наклонил рыжеволосую голову король.

– Что ж, – граф поклонился, пытаясь вернуть себе хотя бы крохи первоначального вида, – тогда позвольте поблагодарить Вас и откланяться.

 После того, как за Никорном-младшим захлопнулась дверь тронного зала, я услышал вздох облегчения сзади.

– Наконец-то этот надменный индюк ушёл, – устало стянул с головы изящный венец монарх, поднимаясь с трона.

– Негоже правителю так отзываться о своих подданных, – ухмыльнулся я, подходя ближе к королю и лёгким движением руки рассеивая купол, что установил ранее.

– Не тебе мне это говорить, – хмыкнул Вильгельм XII, – Я же видел, что ещё немного и ты бы его придушил.

– И почему все считают меня настолько кровожадным? – преувеличенно грустно вздохнул я, – Кстати, с каких это пор наш монарх лично занимается работой Бюро магов?

 Рыжеволосый монарх махнул рукой, раздражённо цокнув.

– Похоже, этот спесивец решил, что если обращаться по правилам, то его дело отправят в долгий ящик, или ему про тебя наплели незнамо чего, только он почти неделю ждал аудиенции, просто чтобы я вызвал тебя, ну и… Дальше ты знаешь. Кстати, прости за срочный вызов. Похоже, ты собирался спать…

– О да. И более того, мне больших трудов стоило вспомнить наряд для посещений Вашего Величества, – я сделал преувеличенный поклон, вызвав смех нашего короля.

– Ох, не переживай, скоро сверну эту моду. Думаю, придворные портные достаточно помучились и на какое-то время отстанут от меня с созданием «королевского стиля», – всё ещё посмеиваясь, отозвались мне.

– Сирис, – вдруг посерьёзнел монарх, – я навёл справки об этом Никорне, и выходит, что он невероятный трус, паникёр и тот ещё сибарит, но об этой долине действительно ходит много дурных слухов. Не хотелось бы мне потерять своего лучшего мага и друга.

 «Лучшего друга?… лет двадцать назад за такие слова кого угодно могли предать смерти через пытки, но именно тогда отец Вильгельма начал проводить политику терпимости к вампирам и оборотням. Нелепо звучит, не так ли?»

 Как ни странно, первыми откликнулись сами нелюди. Вся сложность состояла в том, чтобы показать людям, что сосуществование и даже жизнь рядом вполне возможна, что вампиры и оборотни не живут единой мыслью об истреблении рода человеческого. Слишком уж долго нас боялись и плели легенды, вызывающие страх, подкреплённый невежеством. Ведь услышав лёгкий шорох в тёмной комнате, человек нарисует в воображении жуткое чудовище, готовое напасть в любой момент, а не того же банального кота, от которого не нужно отбиваться шваброй, схваченной в секунду испуга.

 Собственно, проблемы были только с молодыми вампирами, но потом и для них нашёлся выход.

 –Не волнуйся, Виль, не думаю, что со мной так уж легко справиться.

 Мне везло. Когда я возвращался к себе, небо затянули тучи и начал накрапывать мелкий дождь.

 Не скажу, что мне так уж страшен солнечный свет, за исключением рассветного и закатного солнца, но лишний раз под него всё равно неохота попадать.

 Виль отпустил меня только после долгих наставлений и добившись многочисленных уверений, что его маг будет предельно осторожен.

 «Кажется, он забыл, кто кого должен охранять», – ухмыльнулся я про себя.

 Наша с ним первая встреча была, скажем так, немного необычна. Хотя какой ещё может быть встреча нелюдя и наследного принца в государстве, где убийство оборотня или вампира могло прославить тебя до конца жизни?…

 В то время я бродил по части леса, зовущейся Тёмным Бором, впервые за долгое время нащупав след того, за кем гонялся уже не один год, и совершенно не собирался упускать свою добычу. Хотя по всему выходило, что снова останусь ни с чем.

 И именно в тот момент, когда я уже собирался, зло пнув землю, признать очередное поражение, мой слух различил детский вопль. В который раз обругав себя за неумение не вмешиваться не в свои дела, я начал продираться сквозь чащу, ломая ветки и перемахивая через кусты.

 Я вылетел на небольшую поляну как раз в тот момент, когда на маленького рыжеволосого мальчика наступало с десяток подгнивших мертвецов.

 Не замедляя бега, я смёл с пути тех, кто уже тянул к перепуганному ребёнку руки. А дальше, улыбнувшись пацану, что жался между корней огромного дерева, посоветовал закрыть глаза, что он не преминул сделать, уткнувшись лицом в ладони.

 Разорвать этих блуждающих кукол не составило труда, а вот с кукловодом было посложнее. Хотя я не отступил бы, даже если бы позади меня никого не было. У некроманта, как и у любого волшебника, намного больше силы, чем у самого большого зверя, а я как раз уже голодал пару дней. Да и должок у меня ко всему этому отродью.

 Потом, на свой страх и риск, я вывел мальчика из чащи, посадив на спину и приказав крепко-накреко держаться за плечи, так как его коня к моменту моего появления уже не оказалось в живых, да и целым несчастное животное можно было назвать лишь с натяжкой.

 Оказалось, что это была первая охота принца. Хотя, «охотой» это скорее называлось по привычке. Королева на дух не переносила жестокостей, зато содержала поистине великий заповедник, куда периодически и сплавлялись животные, пойманные во время таких вот увеселений.

 Конечно, это всё я узнал намного позже, первоначальной моей целью было просто вывести паренька к людям, но вместо этого я напоролся на вполне себе такой вооружённый отряд во главе с королём, который прочёсывал лес в поисках пропажи.

 Как ни странно, меня не попытались казнить, подольше подержав на солнечном свету, утопив в святой воде или банально отрубив голову. Вместо всего этого меня назначили телохранителем принца. Позже я стал одним из главных магов при дворе. Много позже.

 Многие считают, что именно это стало поворотным моментом в проведении политики терпимости к нелюдям. Может быть, король на своём примере решил показать подданным, что вполне можно уживаться не просто с обычными вампирами или оборотнями, а даже с Проклятыми. Но, в любом случае, сейчас отношения между нелюдями и людьми постепенно налаживаются. Чему я несказанно рад.

 За своими размышлениями я не заметил, как дошёл до дома. И как раз вовремя, солнце уже клонилось к закату.

 Закрыв тяжёлую дубовую дверь, я почувствовал на себе внимательный взгляд. В глубине гостиной сверкнули два сине-зелёных глаза.

– Фелис, я дома.

 В ответ донеслось громкое мурлыканье и большая рыжая кошка, мягко приблизившись, потёрлась о мои ноги.

– Проголодалась? – задал я риторический вопрос и, скинув обувь, направился к замораживателю.

 Замечательная штука. Раньше маги холода просто накладывали заклинание на ящик, и в нём несколько недель была низкая температура. Но магия есть магия, и некоторые заклинания нельзя было использовать рядом с ним. Эффект не всегда был правильный или был намного слабее, чем нужно. Особенно страдали водные и огненные маги.

 Вообще наше королевство не было таким уж передовым ещё несколько десятилетий назад, но когда на трон взошёл дед нынешнего короля, всё начало резко меняться. Король уделял много внимания наукам и строительству исследовательских центров. Имея перед глазами печальный опыт королевства Гоноруш, он ставил обязательным условием, чтобы изобретения не вредили или приносили минимальные повреждения природе нашего королевства. Можно сказать, что с правления этого короля начался прорыв в технике и науке.

 Например, недавно химики с инженерами нашли решение проблемы с охлаждением продуктов. В ящике из металла или стекла с внутренней стороны пускали трубки, в которых циркулировало охлаждающее вещество… фризолин, кажется, не помню точно.

 Фелис подошла к большому матовому стеклянному ящику с красивым узором из переплетённых ветвей и уселась рядом.

 Этот охлаждающий агрегат – подарок от жителей одной деревни мастеров, в которой я провёл зачистку. Вопреки моим ожиданиям, там было слишком всё просто, чтобы брать с жителей оплату – заказ от Канцелярии более чем покрыл все расходы – и я очень удивился, когда рядом со своей каретой обнаружил ещё и повозку, груженную этим произведением инженерной и химической мысли. Небольшая толпа, стоявшая рядом, заявила, что раз денег я с них брать не стал, они посчитали своим долгом хоть как-то отблагодарить своего спасителя. Я был настолько поражён, что прежде, чем успел отказаться от подарка, рядом не осталось никого, кому было бы интересно услышать мои слова, лишь кучер повозки, чьё лицо выражало непоколебимую решимость доставить свой груз по назначению. Во всяком случае, мне очень бы хотелось верить, что это был лишь благодарный жест, а не последствия слуха, будто если я не беру оплату деньгами, то после забираю кровью…

 Открыв резную стеклянную дверцу, я достал небольшой кусочек нежно-розовой грудки золотого фазана и положил его в миску предвкушающей Фелис.

 Пока она расправлялась с едой, я сел на стул и прокрутил в голове недавний разговор.

 По всему выходило, что я не встречу там ничего, к чему буду не готов, даже если то окажется один из легендарных «Домов с душой». Но пусть так, не лишним будет продумать свою стратегию.

 Из раздумий меня вывел лёгкий толчок и пушистая тяжесть на коленях.

 Фелис, похоже, закончила наслаждаться ужином и решила обосновать мои ноги в качестве лежанки.

 Странное создание. Обычно животные испытывают передо мной первозданный ужас, а эта, похоже, даже скучает, когда меня долго не бывает дома.

 Аккуратно переложив кошку на соседний стул, я решительно направился к дивану. Отмахнувшись от настойчивых мыслей по поводу того, что мне ещё много всего предстоит сделать, я провалился в желанный сон.