Мужчина и женщина: нескончаемый диалог

Минут через десять-пятнадцать, когда официант начал принимать наш заказ, в зал вошли две молодые женщины в сопровождении темноволосого высокого мужчины с маленькими усиками, элегантно одетого, похожего на испанца или итальянца. Одной из них было лет тридцать, максимум тридцать два, другая выглядела на несколько лет старше. Обе брюнетки, немного похожи на итальянок, а скорее на евреек. Особенно привлекала мое внимание та, что была моложе: чуть выше среднего роста, изящная, с высокой шеей, полной, слегка тяжеловатой грудью, большими выразительными черными глазами и белой матовой кожей.

В чертах лица обеих женщин просматривалось явное сходство, судя по всему, они приходились друг другу сестрами. Одежда их была модной, даже роскошной, но не кричащей, в ушах и на пальцах сверкали бриллианты. Одним словом, видно было, что эти женщины богаты. В ресторане они чувствовали себя абсолютно свободно и комфортно. По тому, как подходили к ним метрдотель и официанты, как они здоровались с другими гостями, я сделал вывод, что они часто здесь бывают. Однако я отдавал себе отчет, что мои шансы на знакомство и установление каких-то отношений с ними практически равны нулю – сестры были с сопровождением, кроме того, выглядели они крайне недоступными, особенно младшая, которая мне понравилась. Женщины держались с колоссальным внутренним достоинством. Видно было, что они из тех, которых приходится очень долго осаждать, а итог до конца остается неясен. Скорее всего, задача оказалась бы исключительно трудной, а я через день собирался уже улетать из Парижа. Поэтому я выбросил мысли о них из головы и погрузился в беседу с друзьями.

Скоро весь небольшой зал был в курсе, что наша компания отмечает день моего рождения, и люди, встречаясь со мной взглядами, дружелюбно поднимали бокалы. Заметив, что мужчина и молодая женщина за соседним столиком тоже подняли бокалы, я кивнул им и чуть привстал в знак благодарности. Увлекшись разговором, я опять забыл о них. Случайно взглянув в ту сторону, я заметил, что женщины заинтересованно смотрят на меня и оживленно что-то обсуждают, но не придал этому никакого значения.

Через некоторое время наши соседи собрались уходить. Поднявшись из-за стола, они попрощались с нами кивком головы, я кивнул в ответ, машинально отметив, что молодая брюнетка отлично сложена: стройные длинные ноги, красивое пропорциональное тело, чуть полноватые плечи и таз, свидетельствующие, что первая молодость уже уходит. «Жаль, больше я не встречусь с этой красавицей. Впрочем, она не из тех, с кем я обычно провожу время. Чтобы увлечь ее, надо потрудиться, и серьезно. Стоит ли игра свеч? Она слишком домашняя, слишком замкнутая в себе, слишком обеспеченная. Да к тому же живет в другой стране и еще неизвестно, на каком языке говорит. Нереальный вариант», – сказал я себе и закрыл этот вопрос.

Перед выходом метрдотель незаметно вручил мне маленький желтый конверт и тихо произнес: «От ваших новых друзей, monsieur. Пожалуйста, прочтите обязательно». «Должно быть, приглашают еще раз посетить ресторан», – решил я и, поблагодарив, положил конверт в карман. Вернувшись в номер, я включил телевизор и уже собирался лечь спать, как вдруг вспомнил о конверте. «Да ничего особенного, скорее всего, просто визитка ресторана с приглашением приходить к ним еще, – лениво подумал я. – Нет, тут что-то другое. Зачем прятать визитку в конверт? Почему метрдотель вручил его только мне, да еще с просьбой обязательно прочитать?»

Встал, достал конверт. Внутри оказался сложенный пополам лист бумаги со словами: «Monsieur Алекс, вы можете найти меня по такому-то телефону завтра, желательно с 11 до 13. Жасмин». Неужели в этом бутиковом ресторане практикуется такая форма завлечения обеспеченных клиентов? Быть не может. Женщина носила туфли из змеиной кожи и драгоценные украшения, на запястье – часы «Картье», усыпанные бриллиантами. Я видел такие часы на витринах и имел представление об их стоимости. И кроме того, я умею разбираться в людях. Эта женщина абсолютно не была похожа на искательницу легких романов. Нет, исключено. Но и эта женщина, и ее сестра, и мужчина так заинтересованно на меня смотрели, о чем-то переговариваясь между собой… Да ну их! Париж – город мира, люди из всех уголков земли приезжают сюда в поисках приключений самого разного плана. Кого здесь только нет! И что это мне в голову взбрело? Мало ли у меня своих дел и проблем? Не позвоню.

Нет, невозможно не позвонить. Иначе потом буду мучиться месяц или два – почему написали именно мне, чего хотела эта женщина… «Решу утром», – подумал я и лег спать. Но, засыпая, уже знал, что не смогу пройти мимо такого приключения, не желаю потом месяцами сожалеть и переживать из-за своей нерешительности. Конечно, позвоню! Надо же выяснить, в чем там дело, в конце концов. И кстати, почему она так уверена, что я позвоню? Мало ли в Париже красивых и обеспеченных женщин! А если Жасмин – та, которая старше? Ну и что? Извинюсь, скажу, что занят, и все. Впрочем, она тоже довольно интересная, можно и ею заняться. Хотя младшая, несомненно, более привлекательна. В особенности мне импонировали ее чуть застенчивая полуулыбка и смущенный взгляд красивых темных глаз.

Утром я сходил позавтракать, попрощался кое с кем из друзей по телефону, гулял вокруг гостиницы. Черт, как медленно тянется время! Еще нет и десяти. А собственно… позвоню прямо сейчас. Что тянуть? Поступлю, как мне удобно.

– Алло! Это Алекс. С кем я говорю? – начал я по-английски, поскольку мой французский оставлял желать лучшего.

На неплохом, не хуже моего, английском, хотя и с сильным французским акцентом, женский голос с явным волнением ответил, что это Жасмин.

– Простите, Жасмин, вчера за столиком было две женщины. Вы – которая из них?

– Я была в декольтированном черном платье, – да, это была она, младшая.

– Чем я могу быть вам полезен, Жасмин?

После небольшой паузы она с трудом, прерывающимся голосом ответила, путая французские и английские слова:

– Можем ли мы сегодня встретиться в удобное для вас время?

– Конечно. Вы успеете через час подъехать в отель «Морис»? Я буду ждать вас в холле, в кафе.

– Я предпочла бы через два часа.

– Договорились. Жду вас, Жасмин.

* * *

Я с трудом выдержал двухчасовое безделье. Ходил вокруг отеля, строя различные догадки о том, что это может быть. Неужели я произвел на молодую, явно добропорядочную замужнюю женщину такое впечатление, что она сама нашла способ со мной связаться? Хотелось бы, чтобы это было именно так, но как-то не вяжется с логикой, да и в прошлой моей немалой практике ничего подобного не случалось.

За несколько минут до назначенного времени, возвращаясь в гостиницу, я еще издали увидел выходящую из машины Жасмин. Вслед за ней вышла сестра и передала ключи подбежавшему консьержу, чтобы тот поставил автомобиль на парковку. Женщины вошли в холл, я последовал за ними. В кафе Жасмин сидела одна, сестры рядом не было. Она заметила меня сразу, резко поднялась с места, опять села, не отрывая от меня смущенного взгляда. Я подошел, дружелюбно поздоровался, вручил небольшой букет экзотических цветов и сел рядом. Жасмин старалась вести себя естественно, даже попыталась улыбнуться, но ей это плохо удавалось.

Почувствовав ее неловкость, я сам начал разговор и еще раз, уже вблизи, внимательно осмотрел ее. Привлекательная молодая женщина, явно из обеспеченной семьи, не испытывающая необходимости самостоятельно зарабатывать себе на хлеб. Именно подчеркнутая домашность и порядочность делали ее особенно привлекательной и желанной. Одета ярко, со вкусом. Вместо ювелирных украшений – дорогая бижутерия. Интересно, кто она? Скорее все-таки еврейка, хотя и среди французов много брюнетов… Нет, не француженка. Что-то в ней есть восточное… А может, итальянка или испанка? Они тоже бывают белокожими, пусть и редко. Но они, как правило, более жилистые, сухие и резкие в движениях… Впрочем, это сейчас не самое важное.

– Что вам заказать, Жасмин? Вино, шампанское? Может быть, завтрак?

– Нет, благодарю. Я позавтракала. Апельсиновый сок, пожалуйста.

Я заказал ей апельсиновый сок, а себе минеральную воду. Кофе перед вероятным свиданием с женщиной я не пил. Во-первых, может появиться неприятный запах изо рта, а во-вторых, если дело дойдет до физической близости, понадобится быть в хорошей форме, чтобы выдержать интенсивную и длительную нагрузку.

– У вас чудесные украшения, Жасмин. Чем вы занимаетесь?

– Благодарю. Я по образованию дизайнер, но сейчас не работаю.

– А когда-либо работали?

– Нет.

– На какие же средства вы живете?

– Есть родители, – небольшая пауза, – и муж.

– Он знает, где вы сейчас?

– Нет.

– А кто знает, что вы здесь?

– Вы видели мою сестру? У меня нет от нее секретов.

– А вы хотели бы, чтобы у вас был какой-то секрет, связанный со мной?

– Не знаю…

– Как же вы решились встретиться с незнакомым человеком, более того, прийти к нему в гостиницу на свидание? Вдруг я насильник, бандит?

Впервые за весь наш разговор она улыбнулась:

– Нет, вы врач.

– Откуда вы знаете?

– Ну, – она засмеялась, – из вашего разговора с друзьями.

– Жасмин, мы говорили по-русски. Разве вы или кто-либо из ваших спутников знает русский?

– Нет… Я вспомнила! Метрдотель сказал, что Эмиль с компанией отмечают день рождения своего друга доктора.

– Вы знаете Эмиля?

– Он часто бывает в этом ресторане. Эмиль как-то говорил, что у его друга из России, гинеколога, известного ученого, скоро день рождения.

– Ну, – улыбнулся я, – все не совсем так, но что я гинеколог с немалой практикой и немного ученый, это факт.

– Я бы очень хотела, чтобы вы меня проконсультировали.

– Жасмин, вы меня удивляете. В Париже такие специалисты, такие клиники, новейшая техника! Москве далеко до этого уровня. А вы хотите, чтобы я вас проконсультировал?!

– Вы не хотите? Я вам хорошо заплачу.

Черт, никак не пойму, в чем дело. Что нужно этой милой женщине, которая с каждой минутой становится мне все более симпатична? Жасмин подняла глаза и, увидев мой недоуменный вид, улыбнулась, но как-то жалко, просительно.

– Жасмин, вы же понимаете, что у меня здесь нет ни специализированного кабинета, ни инструментов…

– Ничего страшного.

М-да, ситуация уже становится комичной. Роли поменялись: я ломаюсь, играю дурачка-простачка… На меня это не похоже.

– А где ваша сестра?

– Ходит по магазинам. Подойдет, когда я позвоню.

– Вы ограничены во времени?

– Нет, останусь на столько, сколько необходимо.

– Скажите, Жасмин, что у вас за проблемы?

После минутного молчания она, страшно волнуясь, с трудом выговорила:

– Может, поднимемся к вам, доктор?

Нет, это уже чистое издевательство! С другой стороны, чего мне опасаться? Провокации? Глупо. Какая может быть провокация по отношению ко мне, человеку свободной профессии? И кому я нужен? Я что – политический деятель, депутат, кому-то перешел дорогу? Смешно!

– Хорошо, пойдемте.

Я написал на счете номер моей комнаты, положил несколько монет чаевых, и мы с Жасмин направились к лифту. Женщина выглядела очень сосредоточенной и сконфуженной, смотрела в сторону, лишь изредка бросая на меня короткие взгляды. Вошли в номер. Я скинул плащ, пиджак. Жасмин в нерешительности остановилась посередине комнаты. Мне уже не хотелось продолжать прежнюю игру.

– Вам понадобится душ?

– Нет. Приняла час назад.

Я опустил шторы, и комнату заполнил интимный полумрак. Подойдя к Жасмин, я попробовал расстегнуть ее платье.

– Я сама.

Она спокойно, но порывисто разделась. В полутьме видно было только ее белое красивое тело, полные колышущиеся груди. Увидев, что я потянулся за презервативами, она остановила меня:

– Не надо предохраняться, доктор. Я не беременею.

– Вы уверены?

– Да, абсолютно.

Сперва она держалась отчужденно, отвернувшись в сторону и не отвечая на мои ласки. Но уже через несколько минут ее полные руки обхватили мою шею и наши губы слились. Податливое мягкое тело Жасмин, чудесный аромат молодой здоровой кожи и страстное желание отдаваться полностью, без остатка, сводили меня с ума. Я работал с таким ожесточением, как будто мне снова было двадцать и я три месяца не видел женщины.

Прошло около двух часов. Внезапно в сумочке Жасмин зазвенел мобильный телефон, а спустя несколько минут – телефон в номере. Должно быть, сестра беспокоилась за мою гостью.

– Ответьте, Жасмин. Кажется, сестра вас ищет.

Она встала, нашла в темноте свою сумочку и ответила на каком-то странном языке, напоминающем арабский. Я не понял ни слова – думаю, на это она и рассчитывала.

– Вы владеете арабским, Жасмин?

– Это не арабский, это коптский. Я коптка[1].

– Вы меня удивляете все больше и больше…

– Я сама себе удивляюсь. Еще несколько часов назад я и представить себе не могла, что у меня будет еще какой-то мужчина кроме мужа.

– Понимаю. Все новые мужчины для женщин оказываются только вторыми, и это число никогда не растет.

– Что ж, доктор, вы имеете право так думать после того, что сегодня произошло. Но у меня нет надобности лгать вам.

– Жасмин, может быть, закажем в номер какие-нибудь легкие закуски, а потом я продолжу вас консультировать?

Она тихо засмеялась и ответила:

– Доктор, еще несколько часов назад вы были для меня чужим. Сейчас мне кажется, что я знаю вас очень давно. Боже, прости меня! Как мне хорошо с вами!

Часа через полтора ко мне снова вернулся дар речи.

– Жасмин, может, вы объясните мне, что все это значит? И вы ведь только наполовину коптка?

– Мой отец из довольно известной коптской семьи. Учился в Париже, женился на француженке. Они с мамой очень дружны. Папа – человек абсолютно европейской культуры и не воспротивился, когда мама крестила нас по католическому обряду (вы знаете, что копты в основном православные) – сперва мою сестру Амелин, а потом меня. Восемь лет назад, когда мне было двадцать два года, я вышла замуж за сына двоюродного брата отца, вы его видели в ресторане. Он тоже учился в Париже, электроинженер по специальности, работает в крупной фирме старшим менеджером, одновременно является акционером этой фирмы.

– И все же, почему ты пришла ко мне? – я окончательно перешел на «ты».

– Ты мне понравился.

– Неубедительно.

– Почему? Разве такое не может случиться?

– Просто так встала и пришла ко мне в гостиницу, и я оказался вторым мужчиной в твоей жизни?

– Это правда.

– Допустим. Что дальше?

– Мне было исключительно приятно с тобой познакомиться, – Жасмин плавно поднялась с постели и начала одеваться. – Вернее говоря, близко познакомиться. Я всегда буду помнить тебя, Алекс. Спасибо.

– Жасмин, все очень странно. Ты что-то недоговариваешь. Да, кстати, у тебя есть дети?

– Нет, доктор. Бог даст, будут. До свидания.

– Когда мы снова встретимся? Через несколько месяцев я опять буду в Париже. А хочешь, верну авиабилет и останусь здесь еще на несколько дней?

– Спасибо, Алекс, я очень тебе признательна за такое хорошее отношение. Но нам нельзя больше видеться. Более того, в тот ресторан, где мы впервые встретились, я больше никогда не приду.

– Давай встретимся завтра в последний раз! Я хочу оставить тебе подарок на память.

Жасмин с улыбкой посмотрела на меня и покачала головой:

– Не надо, Алекс. И не ищи меня больше. Я тебе очень благодарна.

С этими словами она ушла. Я пролежал в недоумении еще несколько минут, пытаясь найти объяснение случившемуся. Затем поднялся. Было уже шесть вечера. «Как незаметно пролетело больше пяти часов!» – удивился я и первым делом набрал номер телефона Эмиля.

– Здравствуй, дружище! Я завтра улетаю. Спасибо, что ты посоветовал ребятам этот ресторан. Чудесное место! Да, кстати, через стол от нас сидели мужчина и две женщины. Ты их знаешь? Можешь рассказать мне о них?

– Ах, вот оно что! – ухмыльнулся Эмиль. – А я было удивился, что ты не обратил внимания на таких красоток. Ну что сказать – порядочные богатые люди, копты. Старшая сестра свободна, разведена, младшая – жена очень известного бизнесмена по имени Жорж. Как ты знаешь, копты здесь носят французские имена. О ней даже не думай, невозможный вариант.

– Они обо мне что-то знали?

– Почти ничего. Я как-то в шутку спросил, почему Амелин – так зовут старшую сестру – не выходит замуж. Она засмеялась и ответила: «Не получается встретить подходящего человека. Если можете, найдите для меня в Москве». Ну, я ей и ответил, что на днях прилетает мой друг – красавец, врач, почти холостой. Вот и все.

– Ты можешь их отыскать? Я хочу встретиться с Амелин.

– Алекс, не шути. Это серьезные люди. Хотя… если ты так хочешь, тут нет ничего сложного. Зайдешь на днях в ресторан, возможно, они будут там, а нет – наведешь справки.

– Я завтра улетаю… Может, сегодня? Вряд ли, конечно, они два дня подряд пойдут в один в тот же ресторан… И все же, давай попробуем?

– Я сегодня немного занят… но ничего. Поужинаем вместе.

С восьми до десяти вечера мы ждали наших вчерашних соседей. В конце концов по моей просьбе Эмиль попробовал узнать у метрдотеля что-нибудь об этих людях – хотя бы номер телефона. Удивленный метрдотель ответил, что любая информация о членах клуба может быть передана только с их согласия, а кроме того, никакой информации именно об этих клиентах у него нет. Они бывают в ресторане пару раз в месяц, поэтому, если они снова здесь появятся, он обязательно сообщит им, что мы хотели встретиться с Амелин.

– Странный ты человек, Алекс, – сказал мне на прощание Эмиль. – Вчера весь вечер просидел, не обращая внимания на эту женщину, а сейчас чуть ли не в розыск ее объявил.

– Эмиль, очень прошу, если она появится, скажи, что я очень хочу ее видеть, и дай мой номер мобильного. Не забудешь?

– Ты и впрямь чокнутый, Алекс.

Я прождал весь вечер и следующий день до обеда. Жасмин так и не позвонила.

* * *

– Вот так, дорогой мой писатель. Я уже говорил вам, что я очень влюбчивый. И в тот раз, как ни смешно, я влюбился, как первокурсник! Несколько месяцев подряд я вздрагивал от каждого телефонного звонка, надеясь, что это Жасмин. Разумеется, со временем я забыл о ней, и вот по прошествии четырех лет вдруг получаю сообщение по электронной почте. Что бы это значило? Не скрою, я очень удивлен. Скажите, как, по-вашему, я должен поступить? И что такого могло случиться, что она вспомнила обо мне через столько лет?

– Сперва скажу банальность: душа человека – сложная материя, все ее импульсы разгадать невозможно. Ясно одно: если вы не ответите на письмо, то эта неразгаданная тайна будет мучить вас еще долго. Ответьте. Это честно и по-мужски. К тому же это вас ни к чему не обязывает.

– Согласен с вами.

* * *

Прошел месяц. Алекс не давал о себе знать. Я дважды звонил его маме, чтобы узнать, в Москве ли он, даже попросил тещу навести о нем справки. Ответ каждый раз был один и тот же: он где-то за рубежом, прилетел домой на два дня и затем опять улетел куда-то. Я уже начал забывать рассказанную Алексом загадочную историю, как вдруг он появился. Мне не терпелось узнать, встретился ли он с Жасмин и какова была причина ее внезапного появления.

– Почему так долго вас не было, Алексей? Это связано с появлением Жасмин?

– Да. Случай, конечно, экстраординарный, но, если подумать, вполне логичный. Как вы считаете, почему она мне написала? – внезапно спросил Алекс.

– У меня есть, конечно, несколько ответов на ваш вопрос. Но для начала я хотел бы знать, встретились ли вы с Жасмин.

– Тем не менее, дорогой друг, я хотел бы проверить вашу писательскую интуицию. Всего один ответ! А я посмотрю, в правильном ли русле вы строите ваши гипотезы.

– У нее от вас ребенок?

– Молодец! Вы правильно угадали. А вторую часть истории я вам сейчас расскажу.

* * *

Через день после нашего разговора я позвонил в Париж и, услышав спокойный голос Жасмин, сообщил, что завтра днем буду в той же гостинице, где мы с ней встречались, и оттуда позвоню ей. Она пришла одна – такая же прелестная, чистая, ухоженная, спокойная. Уже не дергалась, держалась с подчеркнутым достоинством, не смущалась, как раньше, не пыталась избежать моего взгляда, напротив, смотрела мне прямо в глаза и спокойно улыбалась. Выглядела она абсолютно уверенной и умиротворенной. Внешность ее, конечно, претерпела некоторые изменения. Четыре года – немалый срок в жизни женщины, как, впрочем, и любого человека, просто каждый видит изменения в другом, а в себе не замечает.

– Что случилось, Жасмин? Почему ты так внезапно исчезла, не оставив никаких шансов тебя найти, и так же неожиданно появилась? Признаюсь честно, я много думал о тебе. Со временем, конечно, воспоминания притупились, жизнь берет свое. Но я очень рад нашей встрече, хотя и удивлен.

– Давай поднимемся к тебе в номер и поговорим там, – предложила она, как и в прошлый раз. – Мне сообщили, что ты и твой друг пытались найти мою сестру, но мы-то понимаем, что вам нужна была я. Итак… я родила от тебя мальчика, Алекс. Несколько месяцев назад ему исполнилось три года.

Я не сразу смог ответить.

– Что ж… в глубине души я чувствовал, что нечто подобное может произойти, но мои подозрения остались без ответа.

– Ну вот, теперь ты знаешь правду. У нас с тобой общий ребенок. Не беспокойся, ни моральных, ни материальных требований к тебе у меня нет и быть не может. Ты ни в чем не виноват, напротив, я благодарна тебе за то, что ты подарил мне здорового красивого сына. Я ждала этого восемь лет, переживала страшно, мучилась, плакала по ночам… Страдала вся моя семья, особенно папа. А сейчас я счастлива.

– Незавидную, однако, вы предоставили мне роль – жеребца-производителя… Тебе не кажется, что ты и твоя сестра – догадываюсь, что она в курсе всей истории, – обвели меня вокруг пальца?

– Может, и так, Алекс. Но все эти слова – пустой звук. Моральные принципы, переживания – безусловно, они имеют место, но ничего не стоят по сравнению с чудом рождения новой жизни, маленького человека, вокруг которого сегодня для меня вращается вселенная. Мы с тобой сделали богоугодное дело, Алекс, спасибо тебе. У моего отца нет детей, кроме меня и сестры. Она в разводе, выйдет ли снова замуж – неизвестно. К тому же ей уже тридцать четыре. А мы с мужем не могли иметь детей. Проблема оказалась в нем, хотя в остальном он вполне нормальный мужчина. Куда только мы ни обращались! В конце концов уже решились пойти на искусственное оплодотворение. Если бы ты знал, Алекс, как это было мучительно! Душа не лежала рожать от человека, которого я никогда не видела, – ведь фотография ничего мне не скажет. Формально он может быть здоров, но что на самом деле? Какой у него характер, какая психика – а это особенно важно! – какие скрытые генетические недостатки? Неизвестно! Первая попытка оплодотворить меня в клинике закончилась неудачей. Все эти колбы, медицинские препараты, невыносимое унижение, которые ты чувствуешь, находясь там… Одна лишь мысль о том, что у мужа не все в порядке, охладила наши взаимоотношения. Мы уже не могли получать друг от друга удовольствие в постели, не любили друг друга, но никак не могли найти выхода из ситуации.

И вдруг Эмиль случайно рассказывает нам о своем друге, красавце докторе из Москвы, добавив, что он – гуляка и у него есть прелестная дочь. Мы сразу заинтересовались и еще до твоего приезда нашли в Интернете сведения о тебе, даже фотографию твоей дочки. После этого решение созрело само собой. В ресторане мы с мужем начали рассматривать тебя и гадать, подойдешь ли ты на роль жениха Амелин. Но мы с сестрой затеяли другую игру. Ты сразу мне понравился, я уже представляла, каким будет наш ребенок, и, к слову, не обманулась. Вслух я возражала, говорила, что ты похож на слащавого жиголо и что я не хотела бы такого друга для сестры. Жорж и Амелин в один голос убеждали меня, что ты уже в солидном возрасте и наверняка захочешь обосноваться в Париже. Для этого у нас есть все условия. Мужчина ты импозантный, высокий, стройный, выглядишь здоровым, и вполне можешь стать Амелин хорошим мужем.

– Что дальше, Жасмин?

– Алекс, я очень соскучилась по тебе. Конечно, ты можешь отказать мне в близости, я не обижусь. Но настоящую радость от интимных отношений с мужчиной я узнала именно с тобой.

Она была прелестна, уступчива и ненасытна, как и в первый раз. Через два часа, когда мы, приняв душ, сидели друг напротив друга в гостиничных халатах и перекусывали доставленной из ресторана едой, я не мог отделаться от впечатления, что наша предыдущая встреча была всего несколько дней назад.

– Жасмин, тебе не кажется, что мы расстались только вчера?

– Я хотела сказать то же самое, милый, но ты меня опередил.

– Ты не торопишься домой? Муж не спросит, где ты была? Скоро семь…

– С мужем мы недавно разошлись. Он узнал обо всем… Мучился, страдал, и я вместе с ним. Так что мы решили какое-то время пожить врозь, проверить наши чувства.