Ламбада по-фински

Книга представляет собой оригинальный и неформальный «отчет» о командировках творческого человека, журналиста из отдела расследований. В «отчете» вы найдете то, что обычно остается «за кадром» и не публикуется. На суд читателя представлен философско-развлекательный контент о командировочной эпопее в форме приключенческого романа с ярко выраженной любовной линией. Ежедневно в командировки отправляются тысячи граждан, и некоторые особенности командировочной жизни знакомы всем. Но при этом у каждого есть свои непротокольные истории, связанные со служебными поездками. И у каждого есть право выбора: поделиться ими с общественностью или навсегда укрыть в недоступном хранилище персональных реликвий.

Пролог

Что такое командировка глазами обычного протокольного человека? Исполнение служебной надобности. Как скучно! А если посмотреть глазами романиста? Живописная картина выходит. Идеальная командировка – это путешествие, авантюра, приключения и, возможно, любовь. Соединяя все это в одном флаконе, вы получаете волнующую все ваши органы чувств эссенцию романа. Романа нетленного, не боящегося огня и огласки. Так посмотрим же на привычную многим работу глазами писателя, и, возможно, разбудим память лучшими воспоминаниями и дополним свою собственную «нетленку» легким флером воображения. Но для начала давайте определимся с типологией. Ведь от того, в какую командировку вас отправят, зависит и судьба вверенного вам судьбой романа (да простится мне сие «масло масляное»).

Итак, различают шесть основных типов командировок. Командировка – детектив (с расследованием, погоней, и ведром адреналина), командировка – путешествие (или вояж, если не совсем по-русски), командировка – кетч (себя показать и других посмотреть), командировка – лав стори (короче, с любовью), философская командировка (поиск смыслов и самопознание), командировка – экспертиза (самое скучное и, вместе с тем, общественно полезное занятие). Я перечислил только основные типы. Возможно, меня начнут править сразу между строк моего романа. Дополняйте и расширяйте линейку командировочной жизни, дамы и господа. Не стесняйтесь. Пишите и рисуйте прямо на полях. Я даже не буду навязывать свое мнение. Делайте вывод сами: в какой главе чем пахнет. Поехали!

Глава 1

Нога косули

Перед тем, как сесть в Москве в самолет, я узнал, что встречать меня будут на черном джипе на площади у здания аэровокзала. Никаких такси, случайных попутчиков и клеющихся «карамелек» из эскорт – услуг. Мне обещали совсем другой эскорт. Надежный. Меня предупредили, без лишних слов. Сказали, что возможна умеренная болтанка, шторм, «лохматый хвост». При этом гарантировали безопасность. Но при условии соблюдения установленных правил. Главное, не выходить за рамки, вообще никуда не выходить без сопровождения. Жанр строго детективный. Я понял, что меня ждут настоящие приключения.

Я почему-то доверял этим людям. Хотя и не знал их. Наверное, потому, что считал надежным канал, полученный от моего закадычного друга. Ему-то я точно верил. По телефону много не расскажешь – но суть передать надо. На минуточку напомню, что дело происходило в конце 20-го столетия, в «лихие 90-ые». Мобильных телефонов еще не было. Поэтому важно было договориться заранее по обычному дисковому или кнопочному телефону. Либо по «спутнику», который был доступен только избранным. Я был посланным, а не избранным. Соответственно, второй вид связи был мне не доступен.

Выходя из здания, я пробежал привокзальную площадь глазами, в которых спрятал свой природный оптический прицел. Искомый черный квадрат паджеро был найден быстро. Но таких квадратов было три. Два из них держались рядом друг с другом. Третий стоял почти на той же линии метрах в пятидесяти. Соображаю на ходу и направляюсь к двум паджерикам. Речь вообще-то шла об одной машине. Ее номер я хорошо запомнил. Меня вела интуиция. И, к счастью, она не подвела. Из машины с тремя девятками на номере вышел человек в черных очках. И пошел мне навстречу.

– Владимир, здравствуйте! Добро пожаловать на восток, – сказал он, приблизившись и протянув мне руку. На широком его лице растянулась радушная улыбка.

– Здравствуйте! – улыбнулся я и ответил крепким рукопожатием. Мой жест, демонстрирующий силу, явно понравился визави. Я заметил движение вверх густых бровей и рождение новой улыбки. Глаза по-прежнему скрывались под темным стеклом.

– Сергей Валентинович, – представился визави.

– Олег, – назвал свое имя второй встречающий, вышедший из второй машины, и также крепко пожал мне руку.

– Как вы меня узнали? Я же не сообщал особых примет, – продолжил разговор я.

– Профессиональное чутье. Нюх как у собаки, а глаз как у орла. Мы же сыщики, – засмеялся Сергей.

Мы сели в машину и без промедления сорвались с места. Отъезжая, я искоса бросил взгляд на стоящий в стороне черный джип. Валентиныч перехватил мой взгляд.

– Хвост. Правильно подумал, – сказал он. А у тебя хорошая интуиция. Правильный выбор сделал.

– Номер у вас хороший. Всего-то одну цифру запомнить надо из десяти.

– И вторую цифру второй машины тоже запомни – тоже наша. За нами идет. Только без команды в машину лучше не садиться. Добро?

– Как скажете. Понимаю.

– Приятно иметь дело с профессионалами, – слегка посмеявшись, сказал Сергей Валентинович. Он как-то сразу безаппеляционно перешел на «ты», давая понять, что устанавливает первый уровень доверия. И я принял его.

– Рассказываю кратко о ситуации. Наши бандиты объединилась с этнической группировкой и активно рвутся во власть. Их интересы защищает депутат Госдумы Измайлов. Поддержка серьезная, поэтому им удалось прибрать к рукам лакомые куски в городе и в области. Разумеется, эта связь никак не афишируется. Они боятся «засветки». И пока еще боятся нас. У нас есть достаточно доказательств сращивания криминала с властью. Можешь прямо сегодня начинать писать «нетленку». Повесть или роман. Фактуры сколько хочешь, на все вкусы: от клубнички до расчлененки.

В целях безопасности мы поселим тебя на конспиративной квартире. Все приличные гостиницы в городе контролируются группировкой. Во всяком случае – пока. Провизией мы тебя обеспечим. Передвигаться по городу самостоятельно не рекомендуем – только вместе с нами. Скучать тоже не дадим. Ознакомительные экскурсии будут. Сейчас едем прямо на хату, чтобы ты смог отдохнуть и поесть.

Валентиныч закончил инструктаж и переквалифицировался в экскурсовода. Я, как истинный турист, интересовался всем, что встречал на своем пути. Особенно историей. Моей гид, как оказалось, неплохо ее знал. Особенно запомнился его рассказ о Колчаке. Мы проехали место, где, по преданию, был расстрелян белогвардейский адмирал. Мне показалось, что Валентиныч не против был повернуть историю вспять и дать шанс Колчаку построить Сибирскую республику. И было ведь на что строить – часть царского золота была с ним. Я вспомнил в это время свой первый школьный поход в центральный музей вооруженных сил СССР, где экскурсовод среди жутких экспонатов показал фрагмент кисти замученного колчаковцами красноармейца. И я подумал, что время – это особый вид материи, в складках которой укрываются различные артефакты, в подлинности которых начинаешь сомневаться благодаря опять же тому же времени.

Мы ехали по набережной красивой широкой реки.

– Знаешь, сколько рек впадает в Байкал? – спросил меня Валентиныч, и сам же ответил: – Триста. А вытекает лишь одна – красавица Ангара. Самая крупная река. Здесь в городе можно поймать даже хариуса, а он только в чистой воде обитает. Рыбку попробуешь на квартире. Специально для тебя доставили.

Паджеро проскочил длинный мост и, совершив несколько виражей на нешироких, ничем не примечательных улицах, въехал в небольшой двор. Мы спешились и направились к одному из домов типовой застройки. На двери подъезда был кодовый замок. Отстучав на нем морзянку, Сергей широко распахнул дверь, и мы вошли. Конспиративная квартира оказалась ухоженной, с двумя комнатами. Мебель лучше, чем в стандартном номере провинциальной гостиницы. Большой холодильник. «На случай длительной осады» – подумал я про себя. С него, собственно, мы и начали.

– Смотри, что здесь есть, – Валентиныч, видимо, любил широкие жесты, что говорило о широте его души. На пару минут он превратил холодильник в витрину.

– Есть можешь все. Советую начать с похлебки. Уха из хариуса. Такую ты нигде больше не попробуешь, – и он достал кастрюлю литра на три и поставил ее на стол.

– А это блюдо уж точно нигде не найдешь, кроме моей хаты. Косуля со специями и чесноком. Сам добыл, сам приготовил.

И вторая кастрюля литров на восемь была извлечена из холодильника. Сила приправы и сила голода настолько обострили мой нюх, что я почуял деликатес еще до того, как Сергей снял крышку с кастрюли.

– Валентиныч, меня ждет царская трапеза. Это лучший дом из всех, где мне приходилось останавливаться. Я остаюсь до скончания запасов, – глотая от нетерпения слюну, промолвил я.

– Тогда тебе придется немного задержаться. На пару месяцев. У меня в гараже еще пара косуль висит. Одолеешь хотя бы одну ногу, отпущу, – пошутил Валентиныч.

Обед и вправду вышел царским. Ничего вкуснее в своей жизни я не ел. А если и ел когда – то, то забыл. После обеда мы сели в кресла друг напротив друга за красивый массивный стол из кедра. Хозяин хаты передал мне папку с материалами и документами. Это было профессиональное досье на ОПГ. Точнее, часть его.

– Почитай сегодня. Сколько успеешь. Ты все поймешь. Именно эти факты мы хотим обнародовать. Сегодня отдохнешь, а завтра с утра я заеду за тобой. Оружие оставлять не буду. Нет надобности. А вот телефон пусть будет под рукой. Вот тебе еще один номер для экстренной связи.

Сергей достал свою визитку и на обороте написал номер телефона. Я, тем временем, уже перелистывал материалы папки, оценивая значимость содержимого.

«– Интересно», – подумал я про себя. Мне и вправду было интересно раскручивать шлейф резонансных преступлений, искусно замаскированных от общественности. Цифры и масштабы впечатляли. В общем, чтивом на вечер я был обеспечен.

Мы выпили еще по чашке хорошего китайского чая, в котором хозяин хаты знал прок. Кажется, это был «Улун», с особо тонким и насыщенным вкусом. В Москве меня таким не угощали. Сергей Валентинович неспешно поднялся, пожал мне руку на прощанье и сказал:

– «Нога косули», – отныне наш позывной. А заодно и напоминание, чтобы не забывал про нее. В морозные дни мяса надо много есть. И одеваться потеплее. Запомни: сибиряк не тот, кто на морозе не мерзнет, а тот, кто тепло одевается.

– Не беспокойтесь, сударь. Шубка у меня теплый. А мясо вкусный, – ответил я, по-эскимоски прищурив глаза.

Валентиныч засмеялся, еще раз пожал мне руку и в хорошем расположении духа покинул меня.

Закрыв за ним дверь, я вернулся к столу и погрузился в изучение оставленных мне материалов. В объективках, или, другими словами, справках, содержались короткие сведения о преступной группировке, о ее главарях и покровителях. Из фрагментов уголовных дел, представленных здесь же, складывалась картина отнюдь не рядовой бригады рэкетиров. Речь шла о захвате крупнейших объектов государственной собственности. На бумаге четко проглядывались истоки великой криминальной битвы со следами пролитой крови. Было ясно, за что бились орды уголовников и новых русских на просторах необъявленной сибирской республики. Мне предстояло с помощью моих новых друзей размотать клубок интересов, выйти на заказчиков и найти уязвимости в теле преступного синдиката. Я почувствовал пробуждение азарта перед профессиональным расследованием. Это чувство, наверное, сродни собачьей радости ищейки, которая вдруг взяла след. Я готов был с упоением грызть ногу косули, чтобы докопаться до истины, дойти до косточки. В голове родился оперативный план командировки. «– Все, на сегодня хватит, – сказал я себе, скатываясь в дремотное состояние, – Утро вечера мудренее». И через пять минут я умчался в долину снов на неведомой мне доселе повозке.

День второй. Байкал

Сон закончился также неожиданно, как и начался. Я проснулся с ощущением легкости, включил ночник и посмотрел на наручные часы. Без четверти шесть. Время московское. «– Ого, пора вставать. Скоро за мной заедут», – стрелой пролетела первая утренняя мысль. В 6.00 дверь квартиры открылась, и на пороге появился Валентиныч с барсеткой и пакетом в руках.

– Доброе сибирское! – раскатистым и громким голосом приветствовал меня мой визави: – Как спалось вдали от дома?

– Доброе, – отвечал я с улыбкой: – Я всегда хорошо сплю в командировках.

– Молодец. Значит, вполне здоров. А я привез тебе к завтраку местной выпечки и орешки кедровые. Ты еще не завтракал?

– Нет, – признался я.

– Тогда давай начнем. Доставай мясные деликатесы, – по-хозяйски распорядился Сергей. Впрочем, он и на самом деле был хозяином моей приватной гостиницы.

Я собрался попотчевать распорядителя набором деликатесов, но он отказался, сообщив, что плотный завтрак у него уже был. Правда, на чай с плюшками согласился. Завтрак с чаепитием занял не больше пятнадцати минут. А еще через пять минут мы уже были на улице и садились в черный паджеро.

Просторный кабинет Валентиныча вместил в себя не только рабочее место столоначальника, но и зону охотничьих трофеев. В экспозиции я увидел головы косули, кабана, рога сохатого и шкуры убитых животных. Один из двух сейфов хранил в себе оружейную комнату. И, судя по его размеру, кроме титульного оружия в нем были еще и охотничьи карабины. Я угадал. Валентиныч, заметив мое любопытство, показал мне свой арсенал, попутно рассказывая об охотничьих традициях края.

– На руках у населения очень много оружия. Больше половины взрослых мужиков его имеют. Тайга – это тебе и место кормления, и курорт местного значения. У вас там, в Москве, какие династии больше почитают: ученых, дипломатов? А у нас самые длинные и знаменитые династии у охотников. Мастерство оттачивают годами, секреты передают из поколения в поколение. Меткость снайперская – белке в глаз на раз. В основном вменяемые люди. Живут по своим правилам, на рожон не лезут. Пока их не побеспокоят. Местные хорошо знают это. Оружие на руках, с одной стороны, сдерживающий фактор. А с другой… Не даром говорят: ружье на стене один раз в год само стреляет. Достать оружие в наших краях вообще не проблема. Для бандитов тем более. Держать каждый ствол на счету – очень непросто. Область размером с пол-Европы, да еще с непроходимой тайгой. И богатств у нас тоже на пол-Европы.

Сергей Валентиныч указал на большую настенную карту. Она уже сделалась объектом моего пристального внимания. На ней были нанесены условные обозначения, понятные только хозяину кабинета. Неведомые обычным гражданам тропы, сторожки и гостевые домики, места незаконной добычи полезных ископаемых и перевалочные пункты контрабандистов.

– Криминальная ситуация сложная, – продолжал Сергей Валентинович, – Есть чем поживиться, и есть где укрыться. Да и колоний на территории области много – у нас тут всесоюзная зона. Каждый год из мест лишения выходит три с половиной тысячи человек. Целая дивизия. А в ней – батальоны молодых рецидивистов. Именно среди молодежи высокий рецидив. Домой не уезжают, потому что нет денег. С работой тоже проблема. Кому нужны зэки? И пошли по кругу: украл, выпил – в тюрьму. А в лесах полно бичей.

Но это все «мелкая рыбешка», с которой закон позволяет разобраться. Есть куда более серьезная проблема. В регион лезет организованная преступность. Пускает корни в экономику. Быстро учится подминать законы под себя. Как правило, у каждой крупной группировки есть свои покровители. Сейчас активны этнические ОПГ: грузинская, чеченская, ингушская. Контролируют оборот наркотиков, нефтепродуктов, отмывку денег. Немало здесь иностранцев: китайцев и монголов. Эти стригут своих же – берут дань. Наверное, традиция такая пришла вместе с ними из глубины веков. В последнее время между ними участились вооруженные конфликты. Китайцы фактически перебили монголов и, скорее всего, их станет значительно больше за счет прибывающих мигрантов.

Валентиныч включил чайник и предложил мне продолжить начатую утром чайную церемонию. В его коллекции было столько сортов чая, что их дегустация растянулась бы на пару дней, потому что выпить за раз такое количество тонизирующего напитка было невозможно. И он выложил на блюдце десяток пакетиков из разных упаковок.

– Выбирай на нюх. Алтайский, китайский, монгольский. Все с травами. Есть и совсем экзотические. На любителя.

Нюх у меня, должен признаться, хороший. Обнюхав экзотику, я выбрал классический отечественный. И к нему добавил еще китайский зеленый на вторую чашку.

– Так вот, возвращаясь к нашим баранам, – молвил Сергей с чашкой в руках. – Ты успел вчера почитать материалы? – спросил он.

– Да, причем с интересом.

– Хорошо, сейчас я дам тебе вторую часть досье. Там продолжение романа. Почитаешь, выпишешь, что нужно. Бумаги, письма, копии документов по сделкам, я тебе отдам на руки перед твоим отъездом. В общем, устраивайся поудобнее, мы где-то с час поработаем с тобой в кабинете, а затем отправимся на озеро. Я обещал тебе экскурсии. Вот сегодня будет первая.

Валентиныч выделил мне рабочее место за вторым дежурным столом, и мы погрузились в дела. Примерно через час он возвестил о том, что мы отправляемся в путь.

– Приглашаю тебя отобедать на природе, в условиях, приближенных к экстремальным.

– Ага, понимаю. Это для моей же безопасности. Все рестораны и кафе в городе тоже контролируются мафиози, – выдвинул я свою версию.

– К счастью, не все. И у тебя будет время в этом убедиться.

Вышли на улицу. Холодно. Ветрено. Благо, в машине тепло. Олег за рулем, держит прогретой дорогостоящую карету. До чего ж хороши «японки» – сделаны как будто по заказу ценителей комфорта. Я посмотрел на приборную панель. За бортом минус двадцать два. Для Сибири так себе мороз, если оделся как сибиряк. Поехали!

Город, окутанный морозной дымкой, отпустил нас легко. Без пробок и без сожаления. Подмигнул на прощание зеленым глазом светофора и открыл широкий тракт, ехать по которому было одно удовольствие. Среди частокола мелколесья, разделяя и властвуя, как охранители дороги, вставали величественные сосны и кедры. Но даже они служили лишь декорацией. За ними кипящим серебром отливалась красавица Ангара. Она ослепляла и пленила. Глаза быстро уставали от ярких вспышек льда на солнце и череды светотеней, но стоило больших усилий оторвать взгляд от развернутой живописной картины. Мне вспомнилась строки из песни Пахмутовой «По Ангаре»: «а река бежит, зовет куда-то». Нет, она не бежала, а летела вместе с нами. Да, она звала, звала туда, где я еще не был, связывая мою мечту с явью. Я ехал на Байкал.

«Славное море, священный Байкал» приготовил для гостей другую песню. Распевная неспешная мелодия в моей голове заметно ускорилась, как только я покинул теплый салон автомобиля по прибытию в Листвянку. Мы припарковались у берега, открытого всем ветрам. Самый рьяный из них, ровесник Эола, собрав всю мощь над огромной чашей озера, морозил лицо и выдувал слезу. Термометр показывал минус двадцать семь.

– Пойдем, порыбачим, – напрягая голос, предложил Валентиныч, не спуская с меня глаз.

Видимо, ждал моей реакции. Я не сразу понял юмора. Меня выдали глаза. Удивленные, влажные и возмущенные. «– Какая может быть рыбалка в такую погоду?» – вопрошало мозг испуганное нашествием холода тело. И я тут же вспомнил предложение своего визави пообедать в экстремальных условиях. Это было даже не предложение, а утверждение. Часть сегодняшней экскурсионной программы.

– Не беспокойся. Рыба уже ждет нас, – выдержав паузу, сказал Валентиныч.

Мой визави, довольно потерев руки, спрятал их в теплые рукавицы и уверенно шагнул вперед. Замыкающим сзади за нами шел Олег. Мы шли вдоль берега к утлому строению, на фоне которого различались темные фигуры людей. Прошли всего метров пятьдесят. Меньше ста шагов. А показалось, что преодолели несколько сотен. Ветер развернулся к нам и остервенело дул в лицо.

У стены, скрываясь от порывов хладовея, сидели четыре поморки – женщины неопределенного возраста и национальности. С лицами коричневого цвета, как забайкальские сопки поздней осенью. Даже румянец не проступал сквозь ретушь природного визажиста. На них были многослойные пуховые и вязаные одеяния, что превращало их в живые бесформенные существа шаманского рода – племени. На лотках перед ними лежала свежая и копченая рыба. Закоптили, судя по всему, недавно – омуль не успел еще замерзнуть. Не торгуясь, мои спутники купили изрядную порцию ароматной золотистой рыбы, и мы поспешно вернулись к машине. Я нырнул в салон отогреть озябшие конечности.

«– Отобедаем в экстремальных условиях. Это как?» – спрашивал я себя и успокаивал, как мог: «– Надеюсь, не на берегу».

Тем временем мои друзья уже накрывали поляну – прямо на капоте джипа. «– Ого, кажется, я недооценивал сибиряков, – подумалось мне: – Если не замерзну, тоже стану одним из них».

Откуда-то взялась скатерть-самобранка. Не успели постелить (как она не улетела – ума не приложу) – на скатерти появилась мясная нарезка с разносолами, «свежепойманный» омуль, водка и хлеб.

– Прошу к столу, – заглядывая в салон, весело пригласил меня Валентиныч. Запахнувшись во все свои «меха», то есть, пуховое оперение, я вышел наружу.

– Господа, как я понял, сегодня здесь я прохожу обряд посвящения в сибиряки. Верно?

– Верно – ответили мне «господа».

– Только прошу без купания. Хочется еще пожить, рыбки поесть – взмолился я.

– Ого, как тебя пробрало. Видно, стынет кровь в твоих жилах. Давай разбавим ее огненной водой, – и с этими словами мне поднесли классический граненый стакан.

– Водка, кстати, уникальная. На чистейшей байкальской воде. Вода берется с глубины 300 метров, – вставил Олег, разделывая омуля прямо на капоте. «– Привык, наверное, бедолага на морозе «поляны накрывать. И как у него руки не мерзнут? Нет, далеко мне до сибиряков», – подумал я.

А закуска, как и ожидалось, была знатная. В мясной тарелке кроме знакомой мне на вкус косули лежали еще и котлеты из кабанятины. Аппетитные и ароматные. Но блюдом дня, конечно же, стал омуль горячего копчения. В какой-то момент я почувствовал, что мне начала нравится трапеза на открытом воздухе. Огонь внутри меня не зажегся – фитиль был слишком слабым, а ветер очень сильным. Однако, появилось ощущение внутреннего тепла, и оно потекло по моим трубам, понемногу отогревая холодные поджилки и застывшую мышечную ткань.

В этой стихии экстремального поедания пищи был особый порядок. Нельзя было слишком быстро, но и медленно тоже нельзя. В суровых условиях у людей складывался такой же суровый характер, под стать вызовам природы. И было в нем что-то подкупающе свойское, что рождало доверие. Надежность, что ли. Да, скорее всего именно это качество, которое позже я вспомню еще не раз. Люди должны доверять друг другу, чтобы спастись, чтобы выжить.

– Пойдем в машину, а то вдруг замерзнешь, – предложил Валентиныч.

Мое «крещение» закончилось. Я с облегчением вздохнул. Я выдержал. Не сдался.

– Давай, Олег, сворачивай скатерть. В машину! – скомандовал Валентиныч.

В теплом салоне автомобиля меня бросило в жар. Печка стояла на максимум. Байкальская огненная вода внутри меня парила и разносила тепло по самым отдаленным закоулкам организма. Сильно захотелось пить. Похоже, в нашем меню бутилированная вода занимала ничтожно малую долю. И мы выпили ее залпом, как пьют водку, даже не заметив. Я обратился к товарищам с наивным вопросом: «– Где взять воду?».

На меня посмотрели с легким сочувствием и недоумением. Как будто я спрашивал про воду, стоя у колодца.

– А воды-то, похоже, ты не заметил, – молвил в ответ Валентиныч, сдерживая улыбку.

– Здесь пьют прямо из озера. Родниковая вода. Чистейшая. Возьми стакан, подойди к Байкалу и пей, сколько душе угодно. Только осторожно, не замочи ноги.

Предложение и впрямь неожиданное. Я живо представил себе деревенский пруд, по которому трассируют косяки гусей и уток, разгоняя ряску. Вспомнил запах пруда. Да, неожиданно. Но, судя по всему, на этот раз мой визави не шутил.

Я вышел из машины и направился на берег. Рядом со мной шел Валентиныч. Он не оставлял меня без присмотра. Я как-будто только что открыл глаза и увидел Байкал. Он дышал, перекатывая волны, испуская пар. Поразило его не зимнее бодрствование. Зима. Декабрь. Минус тридцать. А он живет и дышит. И не замерзает! Только у берега ажурная кромка льда, сияющее ожерелье кристаллов.