Мотылек

Глава 1

Кира увидела, кто протиснулся в распахнутые двери маршрутки, и быстро опустила голову, стараясь спрятаться за спинкой сидения и пышной дамой с не менее объёмной прической, сидящей рядом с ней.

Вот уж кого она точно не желала видеть в данный момент, да и вообще никогда в своей жизни, так это его. Но по иронии судьбы направлялась на встречу именно с ним.

Вадим Глебович. Именно он испортил ей жизнь и нарушил все планы. Из-за него Кира не могла спокойно уехать на летние каникулы, а вынуждена отправляться на пересдачу.

Очень надеясь, что преподаватель не заметит её, она отвернулась и уставилась в окно. Хорошо ещё, что в этот утренний час транспортное средство было переполнено, и преподаватель не мог подойти к месту, где скрывалась девушка.

«А ведь нам ещё выходить на одной остановке!» – мелькнуло у неё в голове.

Представив, что ей придётся идти рядом с ним до самого университета, Кира обречённо вздохнула. Она очень хотела оттянуть общение с Вадимом Глебовичем, хотя ей всё равно придётся встретиться с ним в аудитории, пересдавать-то нужно его предмет – историю.

Кира недовольно поморщилась. Кто бы мог подумать, что она, примерная ученица, уверенно идущая на красный диплом, окажется в таком положении? За все предыдущие годы у неё не было проблем с учёбой, в её зачётке всегда красовались лишь отличные оценки. Но это было до прихода в университет нового преподавателя.

Девушка украдкой посмотрела на ненавистного Вадима Глебовича. Сегодня он оделся вполне прилично, на нём была обычная светлая рубашка и какие-то тёмные брюки. Огненно-рыжие волосы его аккуратно причёсаны, подбородок выбрит, и в целом он выглядел респектабельным и строгим, хотя и очень уж молодым для преподавателя вуза.

«Как же я его ненавижу!» – подумала Кира, бросая на историка косые взгляды.

Воспоминания о прошедшем экзамене вновь всколыхнули в ней чувство обиды и несправедливости. Ведь преподаватель совершенно открыто, даже не пытаясь замаскировать своего предвзятого отношения, завалил её на глазах у всей группы!

На юридический факультет девушка поступила по совету родителей, но и сама была не против сделать карьеру в этой сфере. С самого первого курса Кира с азартом взялась за учёбу. Она всегда отличалась старательностью и хорошей памятью, а желание освоить профессию, а также искренний интерес вдвойне способствовали получению знаний и отличных оценок в придачу.

Вот только с одним предметом у неё не заладилось, точнее не с самим предметом, а с новым преподавателем, который пришёл к ним в универ в этом году. Поговаривали, что он успел заслужить хорошую репутацию в научных кругах, писал какие-то статьи на тему изучения старославянских традиций, а также имел какие-то значимые учёные звания.

Хотя Кира в подобные россказни не верила, ведь выглядел Вадим Глебович, как совсем молодой парень, а не умудрённый многолетним опытом и изданием десятков научных трудов профессор.

Его вполне можно было бы назвать привлекательным, уж запоминающимся это точно. Мужчина обладал приятными чертами лица и большими карими глазами. А ещё подтянутой фигурой в сочетании с высоким ростом, можно сказать, слишком высоким, даже Кира, которую уж никак нельзя было назвать коротышкой, смотрела на него снизу вверх.

Но при этом был каким-то чудаковатым. Историк небрежно, а порой и странно одевался. И ещё часто как будто бы выпадал из реальности, погружаясь в свои мысли настолько, что переставал замечать происходящее вокруг.

Кроме того, на взгляд Киры, он был слишком ярким. Рыжий, к месту и ни к месту вспыхивающий румянцем. Своих оранжево-красных волос историк совершенно не стеснялся, отрастил их чуть ли не до плеч, да ещё и регулярно забывал расчёсывать, щеголяя по универу с пышной копной огненного безобразия на голове.

Однокурсники девушки сразу же решили, что Вадим Глебович положил на Киру глаз. Подруги не раз пытались обратить её внимание на то, что во время пар он бесконечно возвращался к ней взглядом, старался подойти поближе и постоянно просил задержаться после занятий под разными предлогами.

Девушка с удовольствием обсуждала с подружками каждое действие преподавателя, направленное на привлечение её внимания. И делала это скорее ради развлечения, ведь по-настоящему она не верила в его чувства. Вот только в конце предыдущего семестра ей пришлось признать, что интерес у него явно присутствовал.

В тот день у них был зачёт по истории, который необходимо было сдать новому преподавателю. Кира нисколько не волновалась. Как обычно она хорошо подготовилась и спокойно вошла в аудиторию, где уже собрались её одногруппники. Вадим Глебович вручил всем по билету и дал время на подготовку, а затем начал называть фамилии учащихся и по очереди приглашать к доске.

Ни к одному из отвечающих он особо не цеплялся, если студент мог сказать хотя бы в общих чертах, о чём речь в билете, сразу же ставил зачёт и отпускал. Киру он вызвал самой последней, когда в кабинете не осталось никого кроме них. Хотя по списку её фамилия была самой первой.

Девушка, ничуть не переживая, принялась обстоятельно рассказывать билет. Вадим Глебович даже слушать не стал, он завалил её такими вопросами, которые студентка никак не могла знать в рамках программы. Да и как она вполне справедливо подозревала, ответы на них были известны лишь специалистам в области истории.

Наглый препод даже не подумал стесняться. Он предложил растерянной девушке встретиться вечером, посидеть где-нибудь вместе и выпить кофе, обещая взамен незамедлительно поставить зачёт.

Кира, хоть и была возмущена до глубины души, но не изменила своей природной рассудительности. Она согласилась, а после того, как заветная запись появилась в её зачётке, быстренько покинула универ.

В тот же день она уехала, проведя все зимние каникулы у родителей в другом городе. Скрывшись от рыжего растлителя студенток без зазрения совести, так и не сдержала данного ему обещания.

В следующем семестре Вадим Глебович вёл себя сдержанно и спокойно, он перестал бросать на девушку заинтересованные взгляды, как делал вначале. Но Кира чувствовала, что препод не забыл о том, как она провела его прошлый раз. Так и оказалось.

Помалкивал и притворялся равнодушным он только до летней сессии. На экзамене Вадим Глебович вызвал Киру самой первой и в упор разглядывая светло-карими с желтоватыми крапинками глазами, начал засыпать её вопросами, на которые она не могла ответить.

– Такие знания не тянут даже на «удовлетворительно». Придёте на пересдачу, – бесстрастно заявил он опешившей от такого явного беспредела девушке и вызвал следующего студента.

Кира, красная и злая, вылетела из аудитории и попробовала искать справедливости у декана, а после и у ректора, но повлиять на решение историка ей никак не удалось.

Оказалась, что начальство относилось к нему с некоторой опаской из-за его прочного положения в научных кругах. Потому они не желали слушать о том, что тот предвзято относится к девушке. А так как преподаватель не позволял себе открытых домогательств, то и предъявить ему было нечего.

Самое обидное, что к остальным студентам он и не думал придираться. Лишь одна Ксения Комарова не сдала в тот день экзамен, да и то лишь потому, что не смогла выдавить из себя ни единого слова.

Маршрутка неуклонно приближалась к нужной Кире остановке. Девушке пришлось покинуть своё укрытие и продвинуться поближе к выходу, теперь от Вадима Глебовича её отделял только какой-то темноволосый парень в наушниках.

«Сейчас придётся здороваться и делать вид, что ничего не случилось. Здравствуйте, Вадим Глебович! Чтоб вы провалились, Глеб Вадимович!» – зло подумала она, выглядывая из-за спины брюнета-меломана.

Преподаватель девушку пока не увидел, во всяком случае, в её сторону мужчина не взглянул ни разу.

– На остановке! – пискнула Кира, когда маршрутка почти добралась до торгового центра, напротив которого располагался её университет.

Историк вскинул голову и заглянул через плечо брюнета, услышав её голос.

– Доброе утро, Антонова! – громко сказал Вадим Глебович. – Ко мне, на пересдачу?

Девушка бросила на него убийственный взгляд, ведь вовсе не обязательно было сообщать всем пассажирам маршрутки о том, что она не сдала экзамен.

– Здрасьте! – сквозь зубы процедила она.

В это время машина притормозила у остановки, и автоматическая дверь отъехала в сторону. Вадим Глебович, который был ближе к выходу, выбрался наружу и зашагал к зданию университета. К немалому облегчению девушки, её он ждать не стал.

Кира не представляла, как получить у него хорошую оценку. Да что там хорошую! Хоть какую-нибудь получить бы. Она думала о том, как сдать экзамен все дни до переэкзаменовки, и ничего не придумала. Девушка сделала всё, что могла: попыталась договориться через старосту и предложить преподавателю заплатить за отметку, но тот наотрез отказывался брать деньги.

К слову, у Комаровой, которая вообще училась с большим трудом и основную часть экзаменов сдавала лишь благодаря средствам и связям своих родителей, также не вышло склонить историка к получению взятки. И теперь она должна была явиться на пересдачу вместе с Кирой.

Когда девушка подошла к нужному кабинету, Ксения уже крутилась возле аудитории. Вот уж кто пришёл пересдавать экзамен совершенно заслуженно, так это она.

Ксюша была из тех девушек, которые ценят внешность гораздо больше, чем интеллектуальное развитие. Вот и сейчас она вырядилась в очень короткое облегающее платье и туфли на высоченном каблуке. Волосы её, безупречно гладкие благодаря бьюти-процедурам, спадали на спину шёлковым водопадом. Длиннющие искусственные ресницы, идеальные брови, неестественно полные губы. Вот вам полный портрет Ксении Комаровой.

Учиться она не желала от слова совсем, но родители настаивали, чтобы дочь получила высшее образование, и упорно двигали её с курса на курс только им одним известными способами.

– Привет! – поздоровалась Кира, подойдя к двери кабинета истории, возле которого крутилась однокурсница.

– Привет, Кир! – протяжным голосом пропела Ксюша. – Я тебя жду. Что будем делать?

Если бы Кира это знала! Она понятия не имела, как ей получить зачёт у вредного препода. Девушка пожала плечами.

– Папа приезжал, говорил с деканом, встречался с историком, он ни в какую деньги не берёт! Сказал – пусть учит! Представляешь? А как я выучу столько билетов? – возмущённо зашептала Ксюша.

– А я выучила, да что толку? Он всё равно меня завалил! Помнит, гад, как я отказалась от его кофе! – вполголоса проговорила Кира.

Её подруга встрепенулась. Она наморщила гладкий лоб и подняла вверх наманикюренный пальчик.

– Я знаю! Нужно его соблазнить! – радостно объявила она.

Глава 2

Кира фыркнула.

– Ну соблазни! – кивнула она.

Ксюша вздохнула и махнула рукой.

– Ты думаешь, я не пробовала? Сразу же после экзамена подошла и применила всё своё обаяние. Что я только не делала! Бесполезно, видимо, я не в его вкусе. Зато я знаю, кто в его!

– Ну, нет, я в эти игры не играю! – Кира закатила глаза к потолку, притворяться, что ей нравится препод, девушке совершенно не хотелось.

– Да что такого? Подойди, ногу там или плечо покажи, пообещай, что вечером встретишься с ним, пусть поставит нам оценки. А потом спокойно не возьмёшь трубку. И ничего он тебе больше не сделает. У нас ведь на последнем курсе истории не будет, экзамен сдадим, и всё. В следующем году он нам не страшен.

Кире пришлось признать правоту подруги, но девушка сомневалась, что Вадим Глебович второй раз поведётся на тот же трюк. Да, он выглядел чудаком, но полным идиотом-то не был.

– Не знаю… – протянула она. – Не думаю, что у меня получится. Я не умею притворяться, а этот Глеб Вадимович мне совсем не нравится.

– Ну, Кира! А что ты предлагаешь? Как нам по-другому получить зачёт? Все знают, что он к тебе неровно дышит. Ну улыбнёшься, ресницами похлопаешь. Что тебе стоит? И зачётки наши ему подсунешь!

Ксюша настаивала, и Кира со вздохом согласилась попробовать. Да и что ещё оставалось делать? Вот только сердце её было не на месте, ей было неприятно заигрывать с историком.

Дело было вовсе не в девичьей скромности, просто он ей не нравился. Ну не нравился, и всё тут! Будь Вадим Глебович лощёным красавчиком, возможно, девушка ещё в первый раз приняла бы его предложение.

Но проблема в том, что он скорее выглядел чокнутым профессором, чем красавчиком. Вечно растрёпанный, с торчащими в разные стороны огненными волосами, он частенько появлялся на парах в мятых рубашках или растянутых доисторических свитерах. Выражался порою странно и витиевато. Ну как с таким покажешься в приличном обществе? Ещё, чего доброго, подумают, что у неё с ним отношения.

Отличительной чертой Киры, которую, впрочем, девушка отказывалась в себе признавать, было развитое тщеславие. Она любила быть лучшей, на голову впереди других и прилагала к этому немалые усилия. Именно поэтому ей было важно получить красный диплом.

Отличница и активистка, она обожала, когда её хвалили и ставили в пример, когда завидовали. А кто станет завидовать отношениям с преподом-бессребреником, разъезжающим на общественном транспорте?

Да и, что греха таить, самомнение у неё было соответствующее. Кира не красила волосы, никогда не обращалась за услугами по наращиванию ресниц, не ходила на коррекцию бровей и даже косметикой пользовалась очень умеренно. И вовсе не из-за предвзятого отношения к индустрии красоты, а лишь потому, что и так считала себя чертовски привлекательной особой, которой не нужны лишние украшательства.

На Комарову несмотря на то, что ту можно было назвать её подругой, она смотрела немного свысока, и не только из-за плохой успеваемости в учёбе. Втайне от всех Кира считала желание изменить и улучшить внешность, подчеркнуть привлекательность косметикой и откровенными нарядами признаком низкой самооценки. О себе же она была самого положительного мнения.

Нет, внешность её не являлась эталоном неземной красоты – обычная девчонка, русые волосы, милое личико, серые глаза. Парни в обморок не падали, но и вниманием не обделяли, как, впрочем, и остальных её подружек. Но Кира была уверена, что рядом с ней должен быть самый симпатичный, умный и приятный во всех смыслах человек. Так что у чудаковатого историка не было никаких шансов понравиться ей.

Но сегодня случай был особый, тут уж не до гордости. Не сдаст этот экзамен, значит не сможет закрыть сессию, а ведь до диплома-то рукой подать.

– Ладно, попробую, – сказала она подруге с тяжёлым вздохом. – Если он в очередной раз меня завалит, то даже не представляю, что и делать.

Девушка оглядела свой наряд, прикидывая, как можно сделать его более откровенным. Кира не любила слишком короткие или обтягивающие вещи. Хотя она и считала свою фигуру достойной восхищения, но вовсе не стремилась выставлять её напоказ.

Сейчас на ней было лёгкое светло-бежевое платье длиной до середины лодыжек с милыми рукавами-фонариками. Этот наряд можно было носить, как закрыв, так и обнажив плечи, для этого требовалось лишь опустить пониже скроенные особым образом рукава. Кира так и сделала. Она потянула фонарики вниз, аккуратно расправила, а затем сняла резинку, стягивающую её длинные волосы на затылке, позволив им свободно рассыпаться по спине и плечам.

Студентка полюбовалась на своё отражение в зеркальном стекле двери, ведущей на лестницу. Увиденное её вполне удовлетворило, Ксюша тоже одобрительно заулыбалась и показала поднятый вверх большой палец.

В это время в конце коридора показался Вадим Глебович. Он нёс какие-то бумаги, причём схватил он их, видимо, в спешке и не сложил как следует, поэтому документы торчали в разные стороны, норовя вывалиться у мужчины из рук.

Он поправлял листы, стараясь собрать их в более-менее компактную стопку, но те упорно высовывались с противоположных сторон, пока, наконец, не выскользнули из неловких ладоней и не разлетелись по коридору.

Историк всплеснул руками и принялся поднимать их. Девушки переглянулись и бросились помогать. Студентки ловко собрали документы, и Кира сложила их в аккуратную стопочку и взглянула на преподавателя.

Она подошла поближе, подняла руку с ведомостями и бланками, которые нёс Вадим Глебович, и протянула ему. Тот взял их, но девушка не убрала ладонь. Так они и стояли, держа стопку бумаги с двух сторон. Кира смотрела ему прямо в глаза, для этого девушке пришлось поднять вверх голову, потому что мужчина был значительно выше.

«Какой он высокий… И плечи такие широкие!» – подумала вдруг она.

О чём думал Вадим Глебович, было неясно. Он не говорил ни слова, лишь молча разглядывал свою студентку золотисто-карими глазами, а яркие кудри его растрепались и падали на лоб, придавая растерянный вид.

Девушка повела открытым плечиком и поправила волосы, проведя пальцами по своим пушистым русым прядям, привлекая таким образом внимание к лицу.

– Мы вас ждём, – сказала она, продолжая пялиться прямо в глаза историку.

Многие люди с рыжими волосами очень быстро и по любому поводу краснеют, Вадим был не исключением. Его лицо, шея и даже уши моментально запылали. Что именно заставило его смутиться – неловкость, в результате которой он рассыпал бумаги, или внимательный взгляд Киры, девушка не поняла, да это её не особо и волновало. Она уже вступила в игру, и даже не осознавая этого, уже чётко настроилась на нужную волну, как истинная женщина, чувствуя, что жертва готова проглотить наживку.

Кира отпустила пачку бумаг и отошла в сторону, как будто приглашая преподавателя пройти в аудиторию.

– Да, сейчас начнём. Готовы? – Вадим Глебович взял себя в руки и достал из кармана ключ от кабинета.

Он отпер дверь и пропустил студенток вперёд, а после вошёл следом.

Ксения расположилась в самом дальнем углу комнаты, она совершенно правильно решила не высовываться и не привлекать внимания, лишь с надеждой поглядывала на подругу, крутя в руках зачётную книжку. Она все ещё надеялась, что Кира сможет уломать историка, и тот поставит им оценки.

Вадим уселся за преподавательский стол и принялся выискивать среди кипы принесённых бумаг нужную ведомость.

– Так, а билеты-то я забыл на кафедре! – вдруг воскликнул он и вскочил со стула.

Кира не дала ему далеко уйти. Она решила действовать напористо и не тратить время на очередной спектакль с ответами на вопросы.

– Вадим Глебович, постойте! – девушка подошла к столу. – Мне нужно спросить у вас одну вещь.

Мужчина сел на своё место и с удивлением уставился на неё. По кабинету разлилась неловкая тишина, такая пронзительная, что резкий звук хлопнувшей где-то в коридоре двери заставил их одновременно вздрогнуть и переглянуться.

Кира стояла прямо напротив него, с другой стороны стола. Девушка подалась вперёд, немного наклонившись, так что волосы её спустились вдоль лица блестящими локонами, прикрывая обнажённые плечи. Она оперлась руками на столешницу, смущённо улыбнулась и покраснела.

Вадим Глебович заметил это, и глаза его заинтересованно засветились.

Да, девушка смутилась, но на самом деле, вовсе не от того, что мог вообразить преподаватель. Просто у неё никак не получалось придумать, что именно ей нужно спросить у мужчины.

– Все мои мысли только о вас! – выпалила она вдруг.

«Ой, что я несу?» – подумала Кира про себя, но отступать было некуда. К тому же она не соврала, с тех пор как историк завалил её на экзамене, девушка думала только о нём, правда в негативном ключе, но факт остаётся фактом.

Вадим Глебович ещё сильнее распахнул глаза, золотистые точки в них стали такими огромными, что заполнили всю радужку. Краска залила его лицо до самых корней волос.

– Да? – протянул он и облокотился на столешницу со своей стороны.

Теперь его лицо было на одном уровне с грудью девушки, которая тряхнула головой, откидывая волосы, и повела плечом, позволяя рукавам ещё сильнее опуститься вниз по рукам, обнажая тем самым всё большие участки кожи.

– Да. Знаете, мне нужно вам что-то сказать, но… – прошептала Кира и слегка повернула голову назад, как бы показывая на затаившуюся с зачёткой наготове Ксюшу.

Мужчина поднял вверх брови, едва заметная улыбка промелькнула у него на лице. А девушка уже вошла в образ и играла в полную силу. Она приоткрыла губы, смущённо хлопая ресницами, даже дыхание у неё сбилось и стало отрывистым, что не ускользнуло от внимания Вадима. Он приблизился к ней ещё сильнее, подавшись вперёд по столу, и теперь не сводил взгляда с губ девушки.

– Эээ… Я слушаю, – запнувшись, пробормотал он.

Кира протянула руку вперёд и коснулась запястья преподавателя, она легонько провела по нему вверх кончиками пальцев, отмечая, как по руке мужчины побежали мурашки, поднимая вверх рыжеватые волоски.

– Я могу сказать только наедине, может быть, встретимся вечером и тогда… – срывающимся голосом проговорила Кира.

Ей было немного стыдно обманывать этого не пользующегося популярностью у женщин человека, но он сам напросился. Нечего было валить её на экзамене. Что посеешь, то и пожнёшь, как говорится.

Девушке ещё ни разу не приходилось выступать в роли соблазнительницы, в основном парни проявляли чудеса остроумия и обаяния, стараясь произвести на неё впечатление, а не наоборот. Но видимо даже в первый раз у Киры получилось неплохо, потому что Вадим Глебович явно поддался её чарам.