Крылья нашей души. Виртуальный роман

Корректор Индира Салихова

© Айжан Ербулекова, 2020

ISBN 978-5-0051-6067-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Одна душа услышала во сне, как пела для неё душа другая.

Так трепетно и нежно в тишине, как будто ангел, посланный из рая.

А той порой проказница Любовь, летящая над миром, встрепенулась,

Стремительно спустилась с облаков и к спящему любовно прикоснулась:

Оставила горячий поцелуй, пронзила сердце пламенною страстью,

Шепнув: «Ты снова любишь. Не горюй. Скорее в путь на поиски прекрасной».

Любовь перелетела океан, весь путь не уставая удивляться,

Что миновала столько разных стран и в самой дальней вышло оказаться.

Нашла вторую душу у окна, мечтательно смотревшую на звёзды:

Она была прекрасна, как луна, прозрачная и чистая, как воздух.

Она в стихах молила о Любви, и вот Любовь услышала молитвы,

И поселила жар в её крови, и сделала её такой счастливой…

С чего всё началось? Пожалуй, сейчас уже это неважно, увидел ли он во сне манящий образ или услышал зов половины своего сердца на другом континенте, а может, просто случайно зацепился взглядом за необычное лицо на профессиональном работном сайте, куда заглядывал раз в год, в случае крайней необходимости, но всё это послужило началом одной из историй любви, о которой пишут в романах.

Глава первая. Рэйн

Моя любовь к тебе – как ураган,

Степной, морской, небесный и вселенский.

Моя любовь к тебе – как океан,

Загадочный, манящий, неизвестный…

Рэйн недоумевал… Почему эта женщина снова и снова отказывает ему? Ему, такому красивому, такому умному, такому состоятельному, никогда не получавшему отказов от представительниц прекрасного пола. Все и всегда были сражены наповал одним только его завораживающим взглядом, не говоря уже об ослепительной улыбке и чарующем голосе, дополнявшими образ покорителя женских сердец. А чего стоили его шутки, его тонкий юмор! Увы, та, которая так влекла его, оставалась абсолютно холодна ко всем его ухищрениям. «Что бы ещё такого предпринять?» – холодный и расчётливый ум бизнесмена пытался найти новые алгоритмы покорения новой дамы сердца. Про себя он уже называл её «Моя прекрасная леди», хотя в данном случае «моя» была совсем не его, а абсолютно чужая, причём чужая во всех смыслах: чужая женщина из чужой страны с чужой культурой, к тому же чужая жена. От осознания этих фактов Рэйн чувствовал себя плохо. Он хорошо знал это состояние, когда от сильного волнения у него перехватывало дыхание так, что он не мог дышать. При всей его многолетней закалке бизнесмена, привыкшего к взлётам и падениям нефтяного рынка, он имел счастье (или несчастье?) обладать тонкой и ранимой душой. И эта самая его душа вдруг переставала дышать в самые ответственные моменты жизни. Нет, с этим решительно надо что-то делать. Так не годится. Почему он, Рэйн, мужчина в самом расцвете сил, к тому же вот уже несколько лет как свободный, должен терпеть регулярные вежливые, но унизительные отказы от женщины, которая явно проигрывала ему в социальном статусе? И он решил взяться за дело. Для начала он восстановил дыхание, мысленно урезонил свою душу, что всё это – временные трудности, и сразу почувствовал во всём теле ощущение комфорта. «Итак, начнём действовать по-другому, – сказал себе Рэйн. – Ну не хочет она отвечать на мои мужские знаки внимания, потому что у неё есть семья и, судя по всему, она вполне довольна жизнью, но может же она согласиться хотя бы на обычное дружеское общение, которое ни к чему её не обязывает, впрочем, как и меня. Хм». Вот оно! Он нутром почуял, что стоит на верном пути. Нюх бизнесмена его никогда не подводил.

Прошло два месяца. Никакого сдвига. Но Рэйн не сдавался. С каждым новым отказом его азарт становился всё сильнее. Друзья подшучивали над ним. В самом деле, доходило до смешного: он просил нескольких своих друзей завязать профессиональные контакты с недоступной и непонятной леди, но леди каким-то образом догадывалась, что все эти профессионалы, якобы нуждающиеся в помощи или рекомендациях и выпрашивающие адрес её электронной почты под благовидным предлогом, не кто иной, как вражеские «засланцы» от Рэйна. В конце концов, он нашёл одного хитреца программиста, который каким-то чудом умудрился вытащить из социального профиля леди её электронный адрес. Ура! Теперь ей некуда будет деться. Ну не станет же она менять все свои адреса и номера телефонов – у неё такая обширная сеть профессиональных контактов, и наверняка она дорожит ею. В конце концов, не каменное же у неё сердце. После нескольких атак в письмах леди наконец согласилась отвечать на его письма. Правда, выглядело это так нехотя, больше из вежливости, но всё-таки это была его победа. Нет, однозначно он победитель. За это стоило поднять бокал шампанского!

Ну зачем ему понадобилась эта странная леди из другого мира? Рэйн не мог чётко ответить себе на этот вопрос. Ему слегка перевалило за полвека, он был успешный, побывавший в браке и имевший замечательного сына американский джентльмен. У него было всё, чего он добивался с юности: отличное образование в одном из лучших университетов США; собственный бизнес, благодаря которому он объездил полмира; просторный дом в тихом уютном городке на северо-востоке Техаса; сын-подросток, являющийся предметом его гордости, его наследник и продолжатель рода; ну и отсутствие брачных обязательств последние несколько лет. Он был высок, худощав и хорошо сложён, но постоянно следил за своей физической формой и питанием, потому что любил вкусно покушать, а ни для кого не секрет, что то, что вкусно, не всегда полезно, особенно для фигуры. По знаку зодиака он был Телец, а Тельцы, как правило, большие гурманы. Из всего этого следует, что в доме у Рэйна не переводилось изысканное белое вино, морепродукты, нежное мясо птицы, спагетти, разного вида соусы и приправы. Он мог бы бесконечно перечислять блюда, которые ему нравились: сочные стейки, разнообразные креветки, тушёная говядина, лингуине с соусом из белого моллюска, всевозможные оригинальные супы, телятина, сквош из говядины с орехами, креветки с чесночным соусом, лазанья, салат из морепродуктов, эскарол с фасолью и куриными колбасками и так до бесконечности. Он любил готовить оригинальные блюда и красиво сервировать стол на двоих. А как же иначе? Собиратель женской красоты не мог проводить романтические вечера в одиночестве, поэтому у него никогда не было недостатка в подругах. Рэйн прекрасно играл на пианино, любил и тонко чувствовал музыку, неважно, была ли то классика либо попса, – спасибо маме (у него была лучшая мама на свете, посвятившая ему всю свою жизнь после смерти отца). «Хорошо быть важным, но гораздо важнее быть хорошим», – не уставала повторять мама, и он вовсю старался быть хорошим.

Рэйн знал, что он дитя большой любви. Это была отдельная история, которая достойна восхищения. В далёкие годы двадцатого века отец Рэйна, преуспевающий бизнесмен, приехал из земли обетованной в Штаты, встретил прелестную голубоглазую голландку и понял, что нашёл любовь всей своей жизни. Так несколько дней короткой бизнес-поездки превратились в несколько счастливых лет жизни. Детство и юность Рэйн провёл в нескольких странах, потому что многочисленная родня отца желала, чтобы вся семья как можно чаще была в сборе на Святой земле, мама скучала по своим Нидерландам, а заботы бизнеса требовали время от времени нахождения в Штатах, где родители Рэйна, безусловно, чувствовали себя более свободно – как-никак Америка. Затем отца не стало, и Рэйн с мамой прочно обосновались в маленьком техасском городке с красивым названием Дримвью, что означало «Мечтательный взгляд» или «Мечтательный вид».

Небольшой городок с населением чуть больше 80 тысяч человек был основан во второй половине девятнадцатого века. Его основатель продал сто акров своей земли Южной тихоокеанской железной дороге всего за один доллар, чтобы компания провела свою линию рядом с его владениями, с тех пор через Дримвью проходит железная дорога. Он же и придумал название города, сказав однажды, что из окна его дома открывается «мечтательный вид». Позже город хорошо развился за счёт нефтяной промышленности, поэтому во времена экономических кризисов практически не пострадал. Несмотря на небольшое количество населения, в городе было открыто три высших учебных заведения, построен собственный аэропорт и несколько автомагистралей. Все здания в городе выглядели невысокими и уютными. Климат был ровный, тёплый и влажный. В числе местных жителей значились знаменитые футболисты, бейсболисты, певцы, актёры, режиссёры и продюсеры. Жизнь в нём протекала спокойно, комфортно и уверенно.

Рэйн тосковал по отцу, по старой счастливой жизни с обоими родителями, но особенно по тому, чем судьба одарила его отца – любви всей жизни. Рэйн был скрытной натурой. На вид он всегда казался весёлым и беззаботным, в то время как его сердце частенько сжималось в маленький комочек. Окружающие видели в нём рубаху-парня, у него была шумная и веселая компания друзей, но сам он считал, что настоящих и близких друзей у него никогда не было. И конечно, он втайне мечтал, что когда-нибудь встретит любовь всей своей жизни.

Шли годы, а любовь всей жизни не приходила. Рэйн уже начал сомневаться в правдивости истории, рассказанной его родителями. Ему уже было под сорок, когда он встретил симпатичную девушку – высокую шатенку с ореховыми глазами. Келли – так её звали – работала менеджером по продажам в одной из маленьких страховых компаний. Она пришла к нему домой с предложением застраховать имущество, так что история их знакомства была самой банальной. Она была хорошо воспитана, не относилась к числу ярых феминисток и обладала неплохим характером. Ей было около тридцати, и она хотела замуж. Когда Келли забеременела и УЗИ показало, что это мальчик, Рэйн подумал, что ему нечего больше желать, и женился. Свадьба была пышной, в красивом саду, со множеством гостей и подарков. « Вот оно, семейное счастье!» – радовался Рэйн. Теперь у него всё как у людей: все его друзья давно женились, обзавелись детьми, и только он один из всей компании долго оставался холостяком, а сейчас у него есть жена Келли и сын Джон.

И впрямь первые годы брака казались ему идеальными, правда, без особых страстей, но зато они были забавными и приятными. Рэйну нравилось заботиться о своей семье, играть с сыном, дарить жене подарки, встречать Рождество и День благодарения за большим столом всей семьёй, включая маму и новых родственников, проводить отпуск с семьёй на море, гулять с сыном по паркам. Но потом всё как-то улетучилось само собой. Рэйн оставил место супервайзера в одной из крупных международных нефтяных компаний и начал собственный нефтяной бизнес. Торговля сырыми нефтепродуктами стала отнимать у него всё свободное время, приходилось много разъезжать по разным странам и подолгу оставаться там, чтобы налаживать контакты с деловым миром и ставить на ноги своё дело. Ему страшно нравилось его дело: он любил наводить мосты, проводить переговоры с клиентами и поставщиками, добиваться поставленных целей и увеличивать свои доходы.

Но чем лучше у него шли дела в бизнесе, тем хуже становилась домашняя обстановка. Келли, которая и прежде не умела и не любила готовить, перестала даже создавать видимость хорошей хозяйки и начала покупать в супермаркетах полуфабрикаты, которые Рэйн терпеть не мог. Она сильно располнела после родов, но упорно не желала заниматься спортом или танцами, чтобы вернуться в прежнюю форму. Большую часть времени она стала проводить не дома, а в кафе с подругами, поглощая большие порции кофе и сладкого и постоянно жалуясь им на Рэйна. Дома началась настоящая разруха: возвращаясь из поездок, Рэйн регулярно находил и выбрасывал испорченные продукты из холодильника, кипы непонятных журналов с гороскопами и угрожающими статьями о конце света, засохшие цветы в горшках и разбитую посуду. Келли всё чаще стала закатывать ему сцены ревности и за это получила от него прозвище «Драматический ангел». Рэйн пытался урезонить её, но Келли не успокаивалась: она убедила себя, что у него в каждой стране есть подруга, из-за которой он столько времени проводит вне дома. Ничего хорошего из этого не вышло – они развелись.

Развод отнял у Рэйна много сил и средств, особенно в борьбе за сына: сколько времени он будет проводить с каждым из родителей, кто что должен и не должен делать. Рэйн очень любил сына – Джон был так похож на него: те же светлые вьющиеся волосы, тот же высокий лоб, та же ослепительная улыбка, только глаза были не голубые, а ореховые, как у Келли. И ещё Джон был очень милым и заботливым, чем сильно напоминал свою бабушку, маму Рэйна. Когда Рэйну было грустно, Джон очень тонко чувствовал его настроение, подкрадывался к нему, заглядывал в глаза, лез обниматься и спрашивал, почему он грустный и не он ли, Джон, тому причиной. Потом сын тянул его за руку и вёл к холодильнику за мороженым или во двор поиграть. Рэйн умилялся незатейливой детской хитрости сына, и на сердце у него становилось тепло. Всё свободное время Рэйн посвящал Джону: играл с ним в футбол, учил его играть на пианино, брал его с собой в заграничные поездки, привечал его друзей, ходил вместе с ними в кинотеатры на детские фильмы, устраивал им пикники и маленькие детские спектакли. Келли была в ярости, но ничего не могла поделать. Джон всё больше и больше времени проводил с отцом и с бабушкой, а не со своей родной матерью. Он обожал ходить с отцом на аттракционы, крутиться на любых каруселях, кататься на разных машинках и стрелять в тире. Поначалу Джону хотелось, чтобы родители снова были вместе, но спустя четыре года, когда он стал подростком, начал лучше понимать отца и перестал приставать к нему с просьбой жить всем вместе, как раньше. Когда Рэйн надолго уезжал в свои бизнес-поездки, Джона спасали друзья: их у него было много, и все они были преданы друг другу. Втихаря Рэйн завидовал сыну, потому что таких настоящих друзей у него никогда не было. Почему – он и сам до конца не понимал: то ли извечное соперничество в учёбе, то ли в ухаживаниях за девушками, то ли зависть к его внешности, то ли к умению Рэйна делать карьеру и зарабатывать деньги. Так или иначе, но Рэйн всегда получал всё самое лучшее: высокие оценки, внимание самых красивых девушек, расположение начальства, постоянство клиентов. Но сейчас его это уже мало беспокоило, потому что у него был самый лучший сын на свете. Джон наполнял его жизнь. Рэйн постоянно наблюдал за ним и записывал в большую тетрадь все забавные проделки и смешные выражения сына, а потом оформлял это в виде сказок и историй. «Когда-нибудь, – мечтал Рэйн, – я издам целую книгу историй о моём сыне, и весь мир узнает, какой он у меня замечательный». Итак, Джон был первым в биении сердца Рэйна. Но сердцу этого было мало.

После неудачного брака Рэйн не хотел больше и думать о серьёзных отношениях. Почему-то чаще всего ему попадались холёные хищницы с мерцающим взглядом и пышными светлыми волосами, высокие, длинноногие, с большой грудью, одетые по последнему крику моды. Они производили фурор своим появлением в обществе, Рэйн насмешливо наблюдал, как они изображали из себя роковых красавиц, и развлекался забавным зрелищем. Красавицы изо всех сил старались как можно прочнее укорениться в жизни Рэйна, но, несмотря на все ухищрения этих светских львиц забрать его в свои цепкие лапки, дальше дело не шло. Сердце Рэйна оставалось спокойным. Его вполне устраивали мимолётные встречи с хорошенькими женщинами, которые ни к чему его не обязывали.

Рэйн наслаждался одиночеством и свободой. Он был рад погрузиться в себя, в своё физическое, духовное и ментальное развитие. Ему нравилось бывать на открытом воздухе, бегать трусцой, ездить на велосипеде, рисовать, загорать на пляже, играть в бейсбол, ставить с друзьями комедии, писать истории о своём сыне. Его увлекала восточная мудрость, поэзия, философия, духовные практики.

По своим биоритмам Рэйн был жаворонком: он любил вставать рано, ещё до восхода, и наблюдать, как брезжится рассвет, как первый луч солнца робко падает на землю, как с каждой минутой вокруг становится светлее и ярче, как просыпается мир. В эти часы ему особенно хорошо думалось: он подолгу читал умные мысли восточных философов, делал асаны и размышлял о жизни.

Но вот однажды, пожирая работы Руми и Халила Джебрана, он вдруг вспомнил слова Льва Толстого:

«Во имя Бога, остановись, прекрати свою работу,

оглянись вокруг себя».

Это было озарение: он понял, что снова готов искать любовь всей своей жизни. И Рэйн активно взялся за дело. Его сердце радостно билось, а воображение уже рисовало образ прекрасной незнакомки, которая должна была где-то ждать его так же трепетно, как он её. С такими приятными мыслями Рэйн заснул. Прямо перед сном ему вспомнились стихи, написанные в начале ХIХ века английским поэтом Джейн Тейлор :

Наутро Рэйн проснулся счастливым и вдохновлённым. Теперь он внимательно приглядывался к каждой, конечно, симпатичной, идущей навстречу, сидящей в кафе или находящейся в его компании женщине, к выражению её лица, к фигуре, прислушивался к голосу своего сердца и пытался обнаружить химию. Но все попытки оказались безуспешны. Химии не возникало: дамы казались ему скучными, неинтересными и не возбуждающими любопытства. Искать надо было явно в другом месте. Но где? Ну не регистрироваться же ему на сайте невест – такая мысль ему претила.

Зевнув, Рэйн включил свой ноутбук и устремился на профессиональный работный сайт в поисках одного коллеги из его прежней международной нефтяной компании, чьи контакты он давно потерял, но который ему сейчас позарез понадобился для обсуждения перспектив ценовой политики на сырые нефтепродукты в России в ближайшее время. Он задал параметры поиска и начал лениво просматривать всплывающие окна сайта. И вдруг он замер. Что-то произошло с его сердцем: оно ёкнуло и затрепетало. Рэйн почувствовал, что у него захватило дух, точнее, что он не может вздохнуть полной грудью. Это была она, его прекрасная незнакомка из сна. Мама Рэйна часто повторяла: «Хорошие вещи можно найти в местах, в которых мы меньше всего ожидали». Как она была права, его дорогая мама! Он нашёл ту, которой грезил долгие годы. Только бы не обмануться. А вдруг это не она? Вдруг его подводит чутьё? Но нет, этого не могло быть. Он нашёл её. Всё произошло так, как должно быть. Он чётко понимал, что нашёл любовь всей своей жизни.

В голове Рэйна вихрем пронеслось множество мыслей о любви. Если их подслушать, то можно было найти что-то и для себя. «Любовь – это подарок, а не игра, в которую нужно играть. Любовь – это то, на что никто из нас не может указать, потому что эта необъяснимая вещь появляется только тогда, когда ты понимаешь, что не спрашиваешь себя, что такое любовь. Любовь – это ключ к счастью. Любовь – это чудесное чувство сострадания и удовлетворения. Любви следует дать уважение и доверие, и тогда можно получить эту любовь обратно. Любовь состоит из одной души, населяющей два тела. Любовь подобна чтению истории; ты должен вложить в неё своё сердце и душу, чтобы получить удовольствие от истории. Если ты этого не сделаешь, история начнет казаться скучной и медленной, ты потеряешь к ней интерес, а вместе с тем потеряешь и любовь. Любовь – это ощущение, будто ты собираешься взорваться от одного только взгляда того, которого ты любишь».

Итак, химия случилась. Оставалось дело за малым – донести свою химию, то есть любовь, до предмета своих мечтаний и добиться взаимности.

Всё то время, пока Рэйн метался в поисках найти способ покорить сердце своей Прекрасной Леди, обладательница данного титула вполне спокойно жила своей жизнью без Рэйна.

Глава вторая. Дениз

Моё рожденье – летней ночи тайна.

Мне имя – Море, я его душа.

И бог любви на небе не случайно

Зажёг звезду, судьбу мою реша…

Её звали Дениз. Такое вот имя, звучащее более как мужское, нежели женское. Однозначно правы психологи, которые исследуют влияние имени на характер и судьбу его носителя. У Дениз был отличный женский характер с мужскими нотками. Да-да, не смейтесь, именно нотками. По линии отца, у которого была восточная кровь, она была из рода воинов, поэтому в её характере имелся стальной стержень. В иные времена она вполне могла бы быть женщиной-воином, как, например, царица Томирис или Жанна Д’Арк. Зато от мамы Дениз унаследовала всю мягкость и очарование женственности. Немалый отпечаток на характер Дениз наложило и то обстоятельство, что её отец был кадровым офицером. В силу особенностей службы отца, который отстраивал подземные города в разных частях света, семья постоянно переезжала с места на место, с севера на юг, с востока на запад, из страны в страну. Жизнь в военных городках не отличалась разнообразием, но Дениз любила эту жизнь. Казалось бы, что здесь может быть интересного? Несколько домов в окружении леса, много мужчин в военной форме; офицерские жёны, сидящие на скамейках перед подъездом, вечно занятые вязанием; дети разного возраста, пользующиеся странной свободой от родителей и сутками пропадающие во дворе; военные парады по праздникам; постоянный гул самолётов над головой; воскресные киносеансы в деревянном солдатском клубе; частые перебои с водой, отоплением и электричеством и неизменный стук колёс проходящих мимо поездов. Всё детство и юность Дениз засыпала и просыпалась под стук вагонных колёс, как бы напоминавших о том, что скоро снова предстоит переезд на новое место.

Дениз любила мечтать. В юности ей нравилось сидеть перед сном на подоконнике и наблюдать за звёздами. Особенно любимой была крупная и яркая звезда, напоминавшая мерцанием бегущего оленя. Дениз так и называла свою звезду – Бегущий олень, разговаривала с ней и доверяла ей свои девичьи тайны, в том числе Олень был посвящен в её мечту встретить прекрасного принца с голубыми глазами, который приехал бы за ней из тридевятого царства и увёз её в свой волшебный замок. Эту тайну Дениз не поверяла даже своей любимой маме, которая все годы была её лучшей подругой.

Мама Дениз была заядлой театралкой и любительницей поэзии. Она до сумасшествия была влюблена в свой город на Неве, где родилось и выросло не одно поколение её предков и откуда она последовала за мужем, как настоящая «жена декабриста». Мама была романтичной мечтательницей, начитавшейся героических романов. Она частенько бегала на танцы в военное училище, хотя танцевала из рук вон плохо. Танцы не являлись маминой стихией, но она не желала признавать сей факт. Мама была, что называется, «фыркальщицей», ну типа что не по ней, так она сразу – фырк! – и пошла, особенно это касалось поклонников. Имея огромные серые глаза с поволокой, римский профиль и призы за бег через барьеры на короткие дистанции, мама считала, что её руки и сердца достоин только высокий и красивый лейтенант благородного происхождения, с такими же аристократическими манерами, как у неё. Но у судьбы на этот счёт имелось иное мнение.

На очередном балу в военном училище, когда мама фыркнула на надоевшего кавалера, она поймала на себе чей-то взгляд. Кто бы это мог быть? Мама умирала от любопытства. На неё смотрел чуть ли не сам арап Петра Великого. У противоположной стены зала стоял застенчивый молодой человек с восточной внешностью, который наблюдал за ней. Маму поразили его грустные чёрные глаза и ужасно насмешила причёска, которая называлась в те времен «ёжик». Будучи девушкой доброй, она слегка улыбнулась и приветливо кивнула молодому человеку. Она чувствовала себя весьма уверенно в маленьком чёрном платье из шёлка, украшенном по кокетке и рукавам воздушными кружевами, в туфельках-лодочках на высоких каблуках. К её неподдельному изумлению, курсант двинулся к ней навстречу и пригласил на танец. Мама растерялась, но отступать было поздно, и она протянула руку. И тут мама поняла, что она не просто плохо танцует, а вовсе не умеет танцевать, потому что курсант оказался блестящим танцором. Он легко и изящно двигался, буквально летел в танце, осторожно кружа свою скованную партнёршу. Он него исходило такое скрытое обаяние, такая теплота, что мама просто стала таять в его надежных руках. «Этого не может быть», – подумала мама и влюбилась в восточного юношу. Это был будущий отец Дениз.

Он не был высок, но был ладно сложён и оказался необыкновенно начитанным и эрудированным собеседником. Он был прост в общении, хорошо воспитан и излишне скромен. Мама чувствовала себя с ним легко и непринуждённо, будто они сто лет знакомы. Он мягко улыбался всеми 32 белыми зубами, слушая мамину болтовню. Оказалось, что он умеет играть на нескольких инструментах, любит театры, музеи и всевозможные выставки, окончил школу с золотой медалью и что он круглый сирота. Мама был поражена обилием стихов, которые папа читал ей наизусть, и буквально сражена широтой его души, когда он тратил на неё и её хитрющих подружек всю свою повышенную за отличную учёбу курсантскую стипендию – неважно, хотела ли мама дорогих конфет и пирожных или билеты в театр на самые первые ряды, а потом шёл по ночному городу пешком до своего военного училища, потому что на метро не оставалось денег.