Студия "БОЛТ"

ПРОЛОГ

«ОГРАБЛЕНИЕ ПОРНОИНДУСТРИИ НА $12 МЛРД.» – гласил заголовок статьи, опубликованной в «The Wall Street Journal». Читая её, разочарованный в выборе профессии историка, студент последнего курса Массачусетского института Маркус Дафф всерьёз задался вопросом о том, почему всё-таки находятся люди, готовые платить за статичную фотографию или, максимум, за двухминутное видео с простой обнажёнкой, где ничего не происходит. В свободном доступе имеется обилие фильмов для взрослых невообразимого количества жанров, стилей и содержания, где даже самые опытные извращенцы обязательно найдут для себя что-нибудь интересное. В статье приводились цифры суммарного годового оборота сервисов с монетизацией, на которых девушки выкладывают свои откровенные фото и видео. По самым скромным оценкам, выручка только за последний год составила более 12 миллиардов долларов. Чем больше Маркус читал, тем сильнее он убеждал себя в том, что это всё же простая демонстрация.

Смотри, но не трогай.

Часы с изображением Усейна Болта на циферблате показывали полпервого ночи, но любопытство оказалось сильнее сна. Маркус встал с кровати и сел за компьютер. В отличие от тех, кому некуда было девать свои деньги, он не собирался платить за просмотр на таких платформах. Он решил исследовать этот феномен, докопаться до истины и найти ответ на один сакральный вопрос – что не так с современным порно?

Кофе и энергетики позволили ему сократить суточный сон до трёх часов. Сосед по комнате уехал с баскетбольной командой на турнир, и мёртвая тишина, которую Маркус не замечал (в отличие от плаката с Сидни Суини на двери туалета), стала ему другом. Два похода в супермаркет – всё, чем ограничивался для него внешний мир в те дни.

Ровно неделю Маркус собирал статистику со всех открытых источников; он просматривал интерфейс самых популярных порносайтов, где собирал информацию о рейтингах и просмотрах в самых разных категориях и оценивал ассортимент роликов. Темнокожие, азиатки, раком, групповое, миссионерская, 69, блондинки, начальница, на кухне – все эти слова и заставки пролетали мимо внимания Маркуса. Игнорируя предложения алгоритма, он смотрел на цифры, заголовки и теги.

Сформировав полученные результаты в компактную таблицу, Маркус начал сопоставлять данные с крупнейших порносайтов с данными платформ для монетизации. Эти цифры прояснили картину намного лучше, чем абстрактные рассуждения об очевидном и алогичном.

И тогда Маркус задумался о том, какие деньги будут готовы заплатить пользователи, если на рынке появится нечто, чего раньше никто не делал. И кажется, он даже знал, чего не хватало этому миру.

СТРАХОВОЧНЫЙ ТРОС

По мере того как приближалось время поступления в институт, Маркус всё больше начинал интересоваться политикой. Ему казалось очевидным, что именно из политики растут ноги всех сволочей, которые устанавливают правила игры в этой жизни. Стать такой же сволочью – задача вполне разумная. Шальные деньги, власть, безнаказанность, лицензии на убийства без разбора, самые козырные шлюхи, глобальная карта вместо шахматной доски и зенитно-ракетные комплексы вместо фигурок. А ещё Маркус был убеждён, что на должность президента может стремиться только полоумный, который не ценит реальную власть и свободу для манёвров. Поэтому его заветной целью было стать серым кардиналом в мире лжецов и потаскух. Правда, в современном мире всё стало чуточку сложнее, учитывая то, насколько сильно может затруднить жизнь лишь одно упоминание в определённого рода файлах. Настолько сильно, что одно только упоминание названия файлов уже опасно.

Прежде всего, конечно же, Маркуса интересовали большие деньги. Он не верил в то, что можно нажить огромное состояние честным трудом. Ему казалось очевидным, что за большими деньгами всегда скрываются грязь, махинации, криминал, коррупция и насилие. Стоит получить власть и влияние, тут же обязательно всплывают деньги. Исходя из такой картины мира, Маркус преследовал простую цель – добраться до того уровня большой политической игры, где мимо тебя начинают проплывать внушительные денежные потоки. В этом смысле он был согласен с Марксом и Энгельсом в том, что крупные капиталисты – главные ублюдки, эксплуатирующие человечество. Правда, на этом его симпатии к марксизму заканчивались.

Маркус был уверен, что для того, чтобы преуспеть в политике, надо как можно лучше изучить всю подноготную прошлого опыта, чтобы не повторить чужих ошибок и понять, каковы причины успеха тех, кто сумел залезть на самую вершину и стать главным кровососом на теле человечества. История подходила для этого как нельзя лучше.

Однако со временем контакт в электропроводке мозгов Маркуса начал постепенно ослабевать – до тех пор, пока не пришлось выключить рубильник. Он сам не до конца был уверен в том, что именно заставило его утратить интерес к политическим амбициям: то ли он переживал какой-то возрастной кризис, то ли превратился в социопата, то ли слишком много дерьма он раскопал в истории мировой политики, чтобы им обляпаться. Но, как бы там ни было, планы Маркуса о карьере серого кардинала стали тухнуть так же стремительно, как и вера в непорочное зачатие после первого секса. Доучиться оставшийся год Маркус решил ради галочки, чтобы не пропадало столько усилий, которые он уже приложил, как и куча родительских денег. Мало ли сколько ещё раз в жизни переключится рубильник в его мозгу. Поэтому усилий в учёбе он прикладывал самый минимум.

В результате на смену большой политике в голову Маркуса постучался большой секс. Именно он теперь и был его американской мечтой. После анализа тех цифр, которые он собрал за неделю, Маркус сутками просматривал тысячи и тысячи минут порно из вершины рейтинга, чтобы определить все недостатки текущего мейнстрима и рассмотреть пространство для рождения беспрецедентного хита.

Но Маркус понимал, что одному в этом деле будет непросто, и для этого ему нужен кое-кто ещё.

В небольшой комнате для семинаров сидели девять студентов, готовящихся стать специалистами по медиа и коммуникациям. Профессор, чем-то напоминавший Эйнштейна, показывал слайды при выключенном свете, рассказывая о том, какие жирные следы в истории человечества порой оставляют случайные события.

- Но перед тем, как идти дальше, - продолжал профессор, обращаясь уже к студентам, - давайте немного остановимся на тех вещах, событиях и идеях, которые были плановыми или к которым человек стремился долгое время. Какие три вещи, на ваш взгляд, сильнее всего повлияли на ход человеческой истории? Ставрос?

С присущей ему беззаботностью, Ставрос Реймс не стал заморачиваться с поиском ответа:

- Вторая мировая. Интернет. И самолёт.

- Интересно – задумчиво произнёс профессор. – По поводу первых двух всё очевидно. Но почему ты поставил в этот ряд появление самолёта?

Ставрос обладал редким талантом формулировать подробные разъяснения и приводить аргументы по ходу дела. Во многом это стало результатом его привычки читать по диагонали. Так он экономил время (чем сильно дорожил), а остаток информации предпочитал додумывать самостоятельно, продолжая выстраивать логический ряд. Так же он поступил и на этот раз:

- До изобретения самолёта сообщение между континентами обеспечивало морское судоходство. Товары, ресурсы, оружие расходились по миру благодаря кораблям. Они разносили по миру буквально всё: от пропаганды феминизма до венерических болезней и кокаина.

Помещение заполнил смех.

Ставрос продолжил:

- Но самолёт ускорил все эти процессы в тысячу раз. Доля расового размытия населения во многих странах резко подскочила именно потому, что передвижение по миру стало быстрее, доступнее и безопаснее. Если бы не самолёт, возможно, мир бы не захватили так быстро «Пепси» и «Плейбой».

Профессор высоко оценил ответ Ставроса, даже несмотря на некоторые его фрагменты, содержание которых было несколько вызывающим.

Вскоре семинар подошёл к концу, после чего Ставрос отправился в северный двор кампуса, закинув через плечо свою сумку-мессенджер. Он был среднего роста и не сильно худощавый, слегка обросший мышечной тканью, пока занимался спортивной гимнастикой в школе, которая ему быстро наскучила. Ставрос носил чёрную короткую арт-стрижку с горизонтальными полосками по бокам, а в левом ухе уже три года как болталась серьга в форме кольца. Частое использование электробритвы для него было обязательным, но при этом он не брил щетину под ноль, чтобы его лицо не казалось детским.

Во дворе его уже поджидал лучший друг, который мало чем отличался по комплекции, но со стрижкой намного проще его собственной.

- Ну, как оно? – спросил Маркус, пожимая руку.

- В раю меня видеть ещё не спешат, так что терпимо.

Они сели на траву под деревом, лицом к зелёной лужайке, окружённой бетонным тротуаром. Двор со всех сторон обрамляли кирпичные и бетонные корпуса лабораторий. Вокруг маячили толпы студентов. Кто-то проходил мимо, кто-то так же, как и Маркус со Ставросом валялись на траве. Погода стояла такая, словно в первые дни после сотворения мира, когда прямоходящие паразиты ещё не успели ничего испоганить – ни облачка на небе, тёплые солнечные лучи и полный штиль. Эта часть кампуса выглядела настолько сказочно, что никто бы и не заподозрил, что здесь, среди зелёных насаждений проводят время взломавшие криптобиржу хакеры, восемь свингеров, торговец травкой, адепты хеви метал, левые радикалы и любовник жены профессора физики, который демонстрировал ей реальную силу трения.

При виде этой картины Ставрос глубоко вздохнул и испытал эффект антидепрессанта. И погода здесь совсем ни при чём. Всё дело в съехавшей юбке на бедре девушки, которая легла недалеко от них. Заметив южный полюс двух стиснутых полушарий, Ставрос ещё какое-то время продолжал глазеть, пока его голова не очистилась от всего того хлама, который накопился с утра.

- Что нового? – спросил он у Маркуса.

- Я, как бы, ради нового тебя и позвал.

Ставрос развёл руки, призывая излагать.

Маркус рассказал в двух словах о своих наблюдениях и показал Ставросу распечатку с данными по рынку эротического контента. Пока Ставрос анализировал содержимое таблицы, Маркус продолжал рассказывать обо всём, что смог узнать о производстве порно, рассуждая о том, каковы их шансы заняться подобным предприятием. При этом Маркус несколько раз подчеркнул тот потенциал, который имеется для роста, поскольку, несмотря на всё изобилие жанров, порноиндустрия не покрыла все пустоты на этом рынке.

Словно одержимый, Маркус сказал:

- Чувак, ты только представь, какие бабки делают тёлки, у которых аналитическое мышление на нуле. И представь, чего добьёмся мы, если перед тем, как выстрелить, просто как следует прицелимся. Плевать на офисную работу. Закончилось то время, когда надо терпеть недовольную рожу работодателя. Вот та сфера, где надо стричь бабло.

Но, изучив содержимое распечатки в своих руках, Ставрос думал не о словах друга, а о кое-чём другом. Его внимание привлекли потрёпанная причёска Маркуса, отросшая щетина, мятая футболка и небольшие мешки под глазами. Он спросил:

- А я смотрю, ты не слабо поработал, чтобы составить эту аналитику.

- Да так, - отвечал Маркус, - пришлось маленько повозиться. – Ещё не успев договорить последние пару слов, он начал широко зевать, что вызвало лёгкую улыбку на лице Ставроса.

- Тебе бы отдохнуть, а то вид такой, будто на тебе вместо лошади пахали.

Лицо Маркуса оставалось каменным, что в очередной раз выдавало явный дефицит сна. Он почесал висок и сказал:

- Ну, так что скажешь?

Возвращая листок, Ставрос ответил:

- По ходу, свободный сегмент на этом рынке есть, вот только вопрос в том, как его охватить. Похоть выбивает из людей деньги лучше любой угрозы или азарта. Просто надо придумать, как заставить пользователей раскошелиться на просмотр фильма.

- Идеи есть?

- Я тебя умоляю – спокойно проронил Ставрос. – Миллионы женщин разводят толпы дурачков, имея одни только буфера и IQ ниже сотни. Наша главная задача – снять порно. Остальное сделать не проблема. Тем более сервисов для монетизации в наше время хватает.

- Так ты со мной? – вопросительно произнёс Маркус, разведя раскрытые ладони. – У тебя холодные и расчётливые мозги. Мне нужен какой-нибудь варящий котелок на случай, если я что-то упущу. Пойми, ты моя страховка.

Не вставая с газона, Ставрос согнул ноги, сложил на коленях локти и сказал:

- Позволить тебе спустить в унитаз такую идею? Кому тебя подстраховывать, если не мне? – Маркус ощутимо стукнул его кулаком по ноге, отчего Ставрос слегка сморщился, а потом добавил: - В конце концов, если нас постигнут позор и неудача, то, по крайней мере, будешь знать, что ты не один такой лох. Есть как минимум второй.

Они ударили по рукам, после чего Ставрос спросил:

- Что с бюджетом?

- А вот с этим негусто. Всего три с небольшим.

- У меня есть заначка – сказал Ставрос. – Накину ещё где-то полторы.

- Вообще-то, я хотел предложить тебе долю в студии.

- Тем более. Требуется взнос.

Маркус в очередной раз стукнул Ставроса, только на этот раз по плечу, и намного аккуратнее, после чего Ставрос продолжил выяснять детали:

- А ты уже обмозговал какие-нибудь вопросы?

- Пока только навёл справки по поводу того, какие надо собрать документы для учреждения студии.

- Серьёзно? – с удивление произнёс Ставрос. – И как думаешь назвать?

- «Limit Entertainment».

- Порно ограниченного тиража – саркастично проронил Ставрос, что вызвало смех у обоих. – Ну, а что ещё?

- А остальное так, по мелочи.

- Думал, например, где будем снимать?

- Сначала хотел арендовать частный дом на несколько суток, но там есть свои риски. В итоге пришёл к выводу, что надо дождаться середины мая.

- Да? А что такого в мае?

- Родители уезжают в отпуск. Каждый год в одно и то же время. Сомневаюсь, что в этот раз они изменят своей привычке. У нас будет 10 дней, плюс-минус.

Ставрос задумчиво произнёс:

- Во всяком случае, на кое-чём уже сэкономим. А что насчёт, так сказать, трудового коллектива?

- Ну, из того, что я узнал о производстве, плюс учитывая наш бюджет, нам нужен тот, кто разберётся со сложными видеокамерами. Я даже нашёл, где их можно взять напрокат. Вот только вопрос в том, как обращаться с камерой. Я посмотрел кучу видео, и вроде бы всё немудрено, но хрен его знает. Желательно, конечно, найти того, кто умеет снимать, но в случае чего, разберёмся сами по ходу дела. А вот что касается звука – так это целая проблема. Вот здесь надо постараться, чтобы решить вопрос с оборудованием. Даже опытные студии прибегают к монтажу, чтобы наложить стоны, шлепки и всё остальное, потому что то, что записывается через микрофон, звучит паршиво.

Прищурив глаза, Ставрос ненадолго задумался, а затем сказал:

- Я знаю одного паренька. Часто с ним видимся.

- Насколько он прошаренный?

- Он точно умеет обращаться с видеокамерами. У него их, вроде как, даже несколько. Думаю, монтажом он тоже занимается. Может, и со звуком поможет. Это надо будет уже с ним обсудить. – Улыбнувшись, Ставрос добавил: - Он даже умудряется создавать какие-то визуальные эффекты из подручных средств.

- Да у нас целый квалифицированный кинооператор. Осталось только уболтать.

- Уболтать не проблема. Пацан нормальный.

- Вот только осветительные приборы… С ними придётся повозиться.

- Да, я тоже слышал, что это тот ещё геморрой. – После недолгой паузы Ставрос добавил, осматривая двор кампуса: - Зато я знаю, где искать актёров.

Маркус ответил, словно читая мысли друга:

- Да они тут повсюду.

СОБРАНИЕ СОВЕТА ДИРЕКТОРОВ

Приняв окончательное решение, Маркус и Ставрос сразу взялись решать самую базовую задачу в подобного рода предприятиях. Это бюджет. Поняв, что имеющихся денег может не хватить, они отправились сдавать кровь и выставили на продажу кое-какое имущество. Подсчитывая вырученные деньги, парни всё ещё были недовольны размером своего уставного капитала.

Спустя почти месяц поисков финансирования своего мегапроекта они сидели в одной из аудиторий Бостонского университета. Помимо них там присутствовали ещё сорок семь человек.

- Чё-то мне стрёмно – прошептал Маркус, повернув голову к рядом сидящему Ставросу.

В отличие от своего друга, Ставрос сохранял мёртвое спокойствие, предпочитая рассуждать над решением вопросов, а не падать в объятия паники.

- Расслабься. Это огромные бабки, тем более для того положения, в котором мы оказались.

В аудиторию вошёл какой-то профессор в очках времён Буша-старшего и в белом халате такого же покроя, как и у тех, кто ставил эксперименты над военнопленными в Третьем рейхе. Седые волосы у профессора росли только по краям, и, похоже, не видели парикмахера пару лет. Вид был у него такой, что можно было срисовывать прототип суперзлодея для комикса. Как всегда бывает в таких случаях, начал профессор с того, какую важную миссию, возможно, для всего человечества могут выполнить те, кто собрался в этом помещении. Он разглагольствовал о научном прорыве и целой революции, на пороге которой они оказались. Когда в последний раз человечество воодушевлялось революцией, закончилось это всё миллионами убитых и сосланных в лагеря. И что-то подсказывало, что революция, которую задумал этот профессор, рискует привести к такому же результату, разве что без оружия и тюремных камер.

- Ну а теперь, - приступил он ко второй части, - поговорим о тех рисках, которые вы возьмёте на себя в случае вашего согласия на сотрудничество. В основном, в этой части речь пойдёт о побочных эффектах, которые способен вызвать препарат. К таковым побочным эффектам относятся тошнота, рвота, диарея, запор, сонливость, бессонница, головокружение, зуд подмышками, сухость во рту, сыпь, изжога, нарушение речевых функций, облысение, геморрой, икота, нарушение потенции, зрительные галлюцинации, слуховые галлюцинации, а также непроизвольная эрекция.

Из сорока девяти человек в аудитории остались шестеро самых, не то смелых, не то отчаявшихся кроликов, готовых к тому, чтобы над ними поставили медицинский опыт.

Под давлением обстоятельств, но всё же Маркус подписал договор, по условиям которого он становился участником первой фазы клинических исследований по испытанию нового препарата. Во многом это стало возможным благодаря примеру Ставроса, который поставил свою подпись на таком же бланке и сделал это без малейших колебаний.

Если не считать нескольких приступов изжоги и лёгкой диареи у Маркуса, а также восьмидневной бессонницы у Ставроса, в целом два месяца эксперимента прошли не так плохо.

И вот, получив свои деньги, они пришли к однозначному выводу, что теперь им точно по карману создать собственное порно.

Закрыв финансовый вопрос, парни продолжили двигаться дальше. Первым делом Маркус позвал Ставроса к себе в родительский дом, куда он время от времени отправлялся на выходные, чтобы сменить обстановку общежития на более спокойную. Маркус жил в Северном Кембридже в двухэтажном доме с гаражом на два автомобиля. Но на этот раз он появился дома в будний день, пока родители были на работе. Он провёл Ставроса на второй этаж и показал свою спальню, где и предлагал снять фильм. В комнате стояла двуспальная кровать, две прикроватные тумбочки, пара книжных стеллажей, письменный стол с компьютером, встроенный в стену гардероб, а также плакаты Билла Голдберга и Че Гевары, а также мишень для дартса на двери.

Ставрос осмотрел комнату, стоя на пороге, закурил, а затем спросил:

- А где спальня родителей?

Реакция Маркуса последовала незамедлительно:

- Не-не. Об этом даже речи идти не может.

Ставрос сделал очередную затяжку и произнёс:

- Маркус, нам нужно не просто порно, а премиальное.

Стараясь думать о том, что все эти жертвы ради дела, нехотя, но всё же Маркус провёл друга в спальню родителей.

Ставрос зашёл и начал подробно осматривать каждую деталь в комнате. Внутри был набор, в который входили двуспальная кровать, две прикроватные тумбочки, пуфик, туалетный столик с зеркалом, банкетка, комод и широкий гардероб с двумя зеркалами в полный рост. Вся мебель имела глянцевое покрытие цвета слоновой кости с шоколадным узором, стилизованным под древнеегипетский орнамент. Стены родительской спальни были выкрашены в кремовый оттенок, а под потолком висела люстра в стиле рококо.

- Вот это я понимаю – произнёс Ставрос, одобрительно кивая посреди комнаты.

- Слушай, - говорил Маркус таким тоном, будто умолял, - может посмотрим ещё на гостевые комнаты? Так, вдруг, мало ли.

Но Ставрос продолжал убеждать его в том, что лучше этой комнаты они ничего не найдут даже если поедут в пятизвёздочный отель.

Они спустились в гостиную. Маркус отправился на кухню, достал из холодильника две бутылки пива и тут же вернулся. Передав одну бутылку Ставросу, он сказал:

- Предлагаю тост.

Услышав эти слова, Ставрос понял, что едва не допустил непростительную ошибку. Они чокнулись и выпили за успешный дебют.

Едва сделав первый глоток, Маркус тут же достал из ранца свой ноутбук и они приступили к разработке плана. Прежде всего они намеревались решить самую фундаментальную кадровую задачу – найти главную звезду для фильма. Для этого они прибегли к мозговому штурму и накидали список из всех самых сексапильных девушек института, о которых они только знали. На следующем этапе Маркус предложил оценить каждую девушку по разным критериям: лицо, причёска, рост, грудь, ягодицы, бёдра, пропорции. По каждому критерию они ставили оценку по пятибалльной шкале, после чего суммировали баллы и ставили окончательную оценку в виде среднего арифметического значения. Затем Маркус отсортировал список по баллам от самой приоритетной кандидатки до самого запасного варианта. Всего получился список из тридцати двух девушек.

Начав ходить по гостиной туда-сюда, размышляя над текущей задачей, Ставрос сказал:

- Значит так. Нам нужна не просто секс-бомба, а дама с впечатляющим опытом, и желательно, чтобы она вела, если не беспорядочную половую жизнь, то хотя бы просто придерживалась свободных нравов. Это не то чтобы упростит переговоры, но сильно сэкономит время, потому что тогда нам не придётся вхолостую болтать со всякими пуританками.

Слушая Ставроса, Маркус испытывал такой прилив энтузиазма, словно получил конскую дозу допинга. Он был в состоянии экстаза от того, что они так уверенно и стремительно приближаются к тому моменту, когда выведут производство фильма в практическую плоскость. Он лишний раз убедился, что не прогадал с выбором делового партнёра.

Пробежавшись по списку, они решили избавиться от шести имён.

- Извините, - сказал Маркус, - но вы не прошли кастинг.

Дальше Маркус предложил обзвонить тех знакомых и друзей, кто спал хотя бы с одной из девушек, которые представлены в списке. Они собирались расспрашивать о девушках под предлогом желания познакомиться. Ставросу понравилась эта идея. Маркус набрал первый номер, который казался ему самым очевидным, учитывая то, что Николас Рот обрёл репутацию первостатейного кобеля кампуса.

- Серьёзно? – произнёс в трубку Маркус спустя полминуты разговора. Поговорив ещё какое-то время, он попрощался.

- И? – поинтересовался Ставрос, уставившись на лицо Маркуса взглядом одержимого.

Маркус глубоко вздохнул и начал говорить с зажмуренными глазами, пытаясь не перепутать тот массив информации, который выдал ему Николас:

- Короче, Джанет с кем-то встречается, Карла залетела, Ребекка в больнице с язвой, Ракель залетела, у Шэрон на теле куча родинок, у Памелы шрам после аппендикса, Анна залетела, Лили залетела.

- Наш список изрядно исхудал – констатировал Ставрос. – А кто там возглавляет наш рейтинг?

Маркус посмотрел на первую строчку.

- Барбара Фар. Семь из семи. Шедеврально.