Студия "БОЛТ"

КАСТИНГ. ПРИМА АРТХАУСА

Так же, как и Маркус со Ставросом, Барбара училась на последнем курсе. Но в отличие от них, она изучала финансовые рынки. По этой причине она больше привыкла доверять цифрам, а не абстрактным рассказам с размазанными формулировками. Она доверяла цифрам, и Маркус ей их предоставил. Оборот, спрос, динамика за последние годы и т. д.

Рассмотрев Барбару вблизи, Ставрос и впрямь сравнивал её с вином, которое выдерживали где-то целую вечность, прежде чем явить миру. Она сидела напротив них в кафе, и именно в тот момент Ставрос понял, как выглядит предел совершенства. Тёмно-каштановые волосы ниже плеч, имевшие слегка волнистую форму; медовый цвет глаз, слегка выпуклые губы оптимального размера и формы, аккуратные брови с небольшим изгибом по краям, густые ресницы и телосложение, которое не оставляло камня на камне от стандарта «90-60-90».

Но Маркус, в отличие от своего друга, испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он представлял, какой серьёзный прорыв они совершат, если им удастся уговорить эту красотку. С другой стороны, сидя за одним столом напротив неё, он настолько загорелся этой кандидатурой, что не простит себе, если эти переговоры сорвутся и они потерпят неудачу.

Но кое в чём мысли Маркуса и Ставроса совпадали. Они оба уже мысленно представляли, как эффектно Барбара будет выглядеть на кровати в раздетом виде, а уж если…

- Дайте угадаю – сказала Барбара подозрительным тоном. – Сейчас вы скажете, что мне надо продемонстрировать свои навыки с кем-то из вас в постели, так сказать, в качестве кастинга?

- Нет – ответил Маркус. И это было первое, в чём он солгал.

Зная, как виртуозно его друг умеет скрывать истину, Ставрос добавил без промедлений, чтобы как можно быстрее переключить внимание Барбары с Маркуса на себя:

- Твоя репутация бежит далеко впереди тебя. Так что тебе это ни к чему.

Сделав глоток кофе, Барбара произнесла:

- Даже не знаю, гордиться этим или стыдиться. – Она посмотрела куда-то в сторону, а затем продолжила: - Допустим. Но с чего вы решили, что этот фильм нас озолотит? Даже сумасшедшие просмотры не гарантируют солидный финансовый выхлоп. В наши дни порно доступнее, чем массовое кино. Да и ассортимент уже более чем внушительный. Что такого особенного вы можете предложить публике?

- Ну, во-первых, - начал Маркус, - про «Порнохаб» даже речи не идёт. На общедоступных сайтах мы разместим только короткие отрывки в качестве рекламы, чтобы пользователи перешли по ссылке на наш сайт.

- Ваш сайт?

- Да. Мы запустим свой собственный с опцией монетизации. Допустим, доллар за просмотр первых пяти минут, ещё доллар за просмотр вторых пяти минут, доллар за повторный просмотр отрывка. Можно брать пять долларов за полный просмотр. Цифры условные. Это мы ещё будем обсуждать тысячу раз.

- Хорошо. А чем вы собираетесь мотивировать пользователей расставаться со своими кровными? Что такого они могут получить, чего нет в бесплатном доступе?

- Ну-у-у… Я как следует полазил в сети, и заметил, что жанр изнасилований в серьёзном дефиците.

- Значит, это будет изнасилование? – уточнила Барбара.

- Да.

Вдруг Ставрос резко бросил вдогонку:

- Не совсем.

Маркус озадаченно посмотрел на него, как и Барбара. Она спросила:

- А кроме этого?

Ставрос ответил, сохраняя невозмутимое лицо:

- Изнасилование в жанре «милф».

Представив себе картину во всех красках, Маркус сказал:

- А мне это нравится.

- Вы это только сейчас придумали? – сказала Барбара. – Парни, вы плохо готовитесь.

- Нет – возразил Ставрос. – Просто меня посетило озарение.

После небольшой паузы Барбара спросила:

- И когда планируете снимать?

- Во второй половине мая.

Слегка задрав брови, Барбара произнесла:

- Прямо перед самыми экзаменами?

- Барбара, - вздыхая с уставшим видом, проронил Маркус, - забей ты на эти экзамены. Ты уже достаточно изучила для того, чтобы кое-как проскочить. Так что без диплома не останешься, а наш график такой же гибкий, как хрустальная ваза.

Улыбнувшись, Барбара поочерёдно посмотрела на обоих и сказала:

- А я смотрю, вы вообще не заморачиваетесь по поводу учёбы. – Она задрала голову, вытянула шею в струну и начала водить по ней пальцами, какое-то время блуждая в мыслях. – Для этого надо будет постараться. В порно актёры умеют трахаться, но лишены актёрских навыков. Но если изнасилование будет выглядеть убедительно… Да, возможно найдётся немалая целевая аудитория. – Барбара вновь задумалась, приставив указательный палец к губам, а спустя короткую паузу добавила: - Вот только изнасилование мамаши меня напрягает. Я ещё не так старо выгляжу.

- О чём ты вообще говоришь? – с ноткой возмущения произнёс Ставрос. – Ты горячая штучка. В смысле, я тебе комплимент делаю.

- Я поняла – резко перебила Барбара. – Просто это я к тому, что надо найти того, кто выглядит молодо, чтобы возник контраст, и за счёт этого создать эффект мамаши.

- Тогда надо искать среди первокурсников – предположил Маркус. Он начал пристальным взглядом сверлить лицо Барбары, обратившись к ней: - Ты уже спала с кем-нибудь из новеньких?

Барбара опустила глаза, облизнула губы, а затем произнесла с некоторым недовольством:

- Маркус, ты пришёл нанимать меня, или копаться в моей личной жизни?

- Просто ответь.

- Я что, по-твоему, извращенка!? – раздражённо, в полный голос произнесла Барбара, притянув к себе внимание посетителей за соседними столиками.

- Так спала или нет!? – теряя терпение, немного нервно повторил Маркус.

После долгой паузы и беготни глазами по сторонам, Барбара ответила:

- Спала.

- И…

- Вам нужен актёр с аномально большим прибором. Ну или хотя бы просто огромным. А там сплошные коротыши.

- Так у тебя их было несколько? – спросил Ставрос.

Барбара посмотрела на них почти гневным взглядом и сказала:

- Либо вы заткнётесь, либо я встану и уйду.

- Всё-всё – поспешил успокаивать обоих Маркус. – Ставрос, хватит. – После недолгой паузы он спросил: - Ну а среди второго курса?

Постаравшись успокоиться, Барбара сказала:

- Со второго у меня ещё никого не было. – Немного призадумавшись, она замерла и вдруг вспомнила: - А хотя…

Маркус со Ставросом напряглись в ожидании.

- Памела. Моя соседка по комнате. У неё был какой-то инженер по ядерным технологиям. Вроде, со второго курса. Честно говоря, я его ни разу не видела, но, по крайней мере, она спала с ним восемь месяцев, и всё из-за его гиганта. По крайней мере, если верить её словам.

Маркус со Ставросом переглянулись, дружно кивнули, после чего Маркус твёрдо произнёс:

- Надо взглянуть на этого полового монстра.

Барбара резко добавила угрожающим тоном, задрав указательный палец:

- Только изнасилование не групповое.

Вдруг Маркус как-то подозрительно призадумался. Барбара заметила это сразу и почти крикнула на всё кафе:

- Маркус!

Словно пробудившись от сна, робким голосом Маркус проронил:

- Не-не. Все нормально. Никакой групповухи.

Тем временем Ставрос осматривал Барбару и думал о том, какие же иногда гениальные идеи не доходят до рынка. Чем больше он задумывался над тем, какой коммерческий потенциал сидел напротив него, тем сильнее Ставрос проклинал всё на свете.

Спустя короткую паузу Барбара спросила:

- Это всё, конечно, хорошо, но мне хотелось бы знать, что же я получу?

- Скрывать не буду, - начал Маркус, - бюджет у нас далёк от астрономического, поэтому мы предлагаем сто баксов сразу, а в качестве главной выплаты ты получишь долю в компании и соответствующую твоей доле часть от общей прибыли. Если быть точнее, то десять процентов.

К тому моменту в планах Барбары уже давно стояло особняком открытие брокерского счёта. Эта мысль паразитировала её сознание моментально, едва она успела постичь особенности биржевой торговли на втором курсе. Это была её самая грандиозная мечта. Она хотела сформировать портфель из ценных бумаг и драгоценных металлов на крупную сумму, чтобы потом можно было расслабиться и ни о чём не думать, лишь время от времени спекулируя на бирже и играя расчётными фьючерсами и премиальными опционами. Но для этого требовался капитал. Огромный капитал.

Она основательно задумалась над тем, что, возможно, имеет смысл пойти на такой шаг.

Важна лишь конечная цель, и не важно каким маршрутом к ней идти – подумала Барбара.

Она в очередной раз подумала о том, что ни с одним из парней её отношения не длились больше пяти месяцев. Такое наблюдение подталкивало её к выводу, что можно перестать рассчитывать на возможность построить долгий и счастливый брак. Она уже начинала верить, что семейная жизнь не для неё.

Заметив, насколько сильно Барбара ушла в себя, Маркус наклонился над столешницей и произнёс:

- Барбара, ты точно согласна?

Ставрос не спускал глаз с её лица, пытаясь определиться со следующим ходом на случай, если переговоры пойдут не в том направлении.

Барбара резко дёрнула головой и посмотрела на парней, словно она вырвалась из ступора. Она задрала голову и, прищурившись, поводила пальцами по шее, раздумывая над своим будущим. Она пыталась представить, что её ждёт после института. А ещё её стали одолевать мысли о том, есть ли у неё запасной план.

Прошло ещё какое-то время, прежде чем Барбара смогла найти выход из лабиринта своих мыслей. Он протянула раскрытую ладонь над столом, пожала Маркусу руку и сказала:

- Триста баксов. – После этих слов Барбара улыбнулась так, будто вложила в эту улыбку весь актёрский талант, который у неё ещё сохранился со времён игры в театральных постановках в школе.

Удерживая ладонь Барбары, Маркус задумался, а затем поцеловал её руку в духе галантного века. Барбаре это понравилось и едва не вызвало восторг на её лице. Затем Маркус произнёс:

- Честно говоря, я думал ты попросишь пятьсот. Но раз так, то по рукам.

Раздосадованная, Барбара опустила веки и произнесла почти шёпотом:

- Сука.

Вставая из-за стола, перед уходом Маркус наклонился и эротично прошептал на ухо Барбаре:

- Десять процентов, пупсик.

Ещё раз задумавшись о том, насколько она продешевила, Барбара почти рухнула на стол, опустив лоб на сложенные руки.

Направляясь к выходу, Маркус почувствовал себя хозяином жизни. Он был как никогда уверен в завтрашнем дне. Ему казалось, что даже если будут сотрясаться горы и реветь океан, и казни египетские накроют эту планету, их со Ставросом уже ничего не сможет остановить.

Выходя из кафе, Ставрос произнёс, сохраняя некоторое спокойствие по сравнению с Маркусом:

- Ты хоть понимаешь, насколько мы себя недооценивали?

Маркус был готов завизжать от восторга. Он уже мысленно подсчитывал прибыль. Но что важнее, так это чувство, которое он испытал, когда расстроил Барбару. Он испытал ощущение власти. Он не просто потратит меньше из бюджета, чем рассчитывал. Он заставил кого-то почувствовать себя поверженным в хитрозадуманной игре, пусть эта игра и была лишь одной из первых ступеней в его восхождении. А то, что этим человеком оказалась такая секс-бомба, вызывало у Маркуса неописуемый экстаз.

ПОСТЕЛЬНАЯ АЭРОДИНАМИКА

Недалеко от ванной комнаты были разбросаны десятки пластиковых канистр и куча стеблей из-под роз. Маркус бродил вокруг ванны, заполненной ста двадцатью литрами молока, поверх которого плавали тёмно-красные лепестки роз. В ванную комнату вошла Барбара. На ней был надет чёрный шёлковый халат, длина которого больше напоминала слегка растянутую футболку. Она посмотрела на содержимое ванны, одновременно снимая с себя халат. Сбросив его, Барбара начала медленно опускать в ванну первую ногу, наклонившись всем туловищем. Маркусу показалось, что после этой сцены всё порно, которое он видел в своей жизни, перестанет вызывать у него интерес. Пока эти мысли крутились в его голове, Барбара уже опускала в ванну вторую ногу. Лепестки роз, что оказались под её телом, окунались в молоко вместе с ней. Она легла на спину, закрыла глаза и изобразила удовольствие на своём лице. Она готовилась совершить глубокий вздох. Маркус ожидал, как из молока вот-вот всплывёт её грудь и лепестки роз прилипнут на самом откровенном участке кожи, как вдруг…

Маркус открыл глаза от звука будильника на телефоне и проклял всё на свете. Его худшим кошмаром было проснуться после такого сна. Он утешал себя лишь тем, что ему в любом случае суждено увидеть это тело наяву. Надо было лишь набраться терпения.

Два продюсера и сооснователя студии «Limit Entertainment» продолжали решать кадровые вопросы. Следующей задачей было найти технаря, который займётся оборудованием. Пока что единственной кандидатурой, которая рассматривалась, являлся ещё один студент последнего курса Винсент Леман, учившийся на аэрокосмического инженера. Если перед переговорами с Барбарой проходила тщательная подготовка, поскольку результат оставался непредсказуем до последнего момента, а ставки – чрезвычайно высоки, то в случае с Винсентом у Ставроса не было никаких сомнений.

Винсента мало интересовали социальные связи и межличностные отношения, о чём свидетельствовало относительно небольшое количество друзей. Он предпочитал вычислительные системы и детали мудрёных механизмов, которые ведут себя максимально предсказуемо и покорно, в отличие от людей с их шизофреническим сознанием, в котором прекрасно уживаются две противоположные идеи. Для него имело смысл работать только над тем, что поддавалось измерению и вычислению, потому что тогда всё выглядит однозначно – либо всё работает, либо что-то вышло из строя. Ты знаешь, какую деталь нужно заменить, чтобы всё снова заработало. Так выглядела его жизненная философия.

Уже на протяжении трёх лет Винсент проектировал то, что должно стать лучшим в мире боевым беспилотником самолётного типа. В качестве образца для проектировки послужил «Шахед 136». Он даже собрал миниатюрный прототип в гараже своих родителей за время летних каникул. Но для того, чтобы этот дрон стал полноценной боевой машиной, оставалась последняя, но в то же время самая важная деталь – динамит. И это превратилось в настоящую проблему, перед которой была бессильна даже вторая поправка.

В качестве другого увлечения Винсент занимался съёмкой на видеокамеры, которых у него тоже накопилось немало. Фотоаппарат он освоил на среднем уровне, но это не вызвало у него такого интереса, как поток кадров. Однако Винсент искал не самые живописные виды для съёмки. Его привлекали такие места, которые создавали потенциал для яркого монтажа и создания несложных визуальных эффектов.

Не имея собственного офиса на заре становления своего стартапа, Маркус и Ставрос решили поговорить с Винсентом всё в том же кафе.

- Хочешь, чтобы твоё занятие приносило серьёзный нал? – спросил Ставрос.

Задумавшись, Винсент сказал:

- Ну, у меня уже есть кое-какие мысли по поводу фильма. Думаю сократить бюджет до минимума и попробовать…

- Забей на свой фильм – перебил Ставрос. Маркус хотел его притормозить, но Ставрос продолжил: - Нам нужен технарь. Ты, помимо видеокамеры, сможешь разобраться с аудиоаппаратурой? Плюс монтаж и всё такое?

- Как нехрен делать.

Ставрос посмотрел на Маркуса. Маркус жестом дал понять «ну давай, раз начал», и Ставрос дал:

- Короче, забудь про Голливуд и массовое кино. Мы тебе предлагаем САМОЕ массовое кино.

- Снимать для «Ютуба»?

- Порно.

Винсент почти начал смеяться, но, не заметив признаков розыгрыша на лице Ставроса, тут же застыл.

К столику подошла официантка и опустила по чашке заказанного кофе с пирожными. Винсент смотрел на блюдце. У него это вызывало такое же раздражение, как лишняя деталь в механизме, которая занимает место, увеличивает затраты, а пользы от неё никакой.

Дождавшись, пока девушка уйдёт, Винсент сказал, отодвигая в сторону блюдце, оставив перед собой одну чашку:

- И у вас уже есть актёры? А главное – актриса?

- Актриса есть – спокойным тоном продолжал отвечать Ставрос. – Актёра тоже найдём. Ну так как? Это неплохой способ заработать бюджет для твоего блокбастера.

Винсент опустил глаза и начал чесать затылок.

- Слушай, - продолжил Ставрос, - Сталлоне тоже начинал с порно. А ведь он вообще актёр. Тебя же никто не просит лезть в кадр. Тебе надо просто гулять по комнате с камерой и снимать всё с лучших ракурсов. – После недолгой паузы Ставрос добавил: - Поверь, когда увидишь нашу актрису, да ещё и без одежды, ты ещё будешь умолять нас снять сиквел.

- И сколько я буду иметь?

- Бюджет у нас ограничен, поэтому в начале это будет сто баксов, а вместо основной части гонорара мы предлагаем вступить с нами в долю. Получишь пять процентов компании, соответственно, пять процентов всей будущей прибыли. Оформим договор, всё как полагается.

На самом деле это было единственное, что интересовало Винсента. Конкретные детали, а не «вода». Даже слова Ставроса про горячую девушку он расценивал просто как подобие навязчивой рекламы, при помощи которой пытаются разводить покупателей на деньги.

- По рукам – произнёс Винсент.

Это оказалось намного легче – подумал Маркус.

Они со Ставросом по очереди ударили по рукам с Винсентом, после чего Маркус спросил:

- Скажи, а я правильно понял, что у тебя есть целый арсенал видеокамер?

- Извини, друг – с сожалением произнёс Винсент, разведя руками. – Но мои камеры для этого не подойдут. Нам нужна камера с опцией следящего фокуса, чтобы центральные объекты захватывались независимо от их смещения в кадре. Ещё нам неплохо бы иметь автофокус по глазам в режиме реального времени. Когда звезда вашего фильма будет изображать кайф, такая функция окажется очень полезной. Если вы планируете снимать с приглушённым светом, то ещё понадобится светосильная оптика. А ещё встроенная стабилизация, если хотите двигать объектив. Но для порно я бы скорее советовал статичный захват, но с нескольких ракурсов одновременно, особенно если поработать над позами и углом съёмки.

После слов «следящий фокус», «светосильная оптика» и «статичный захват» мозги Маркуса и Ставроса зависли. Они понимали лишь то, что они явно не ошиблись адресом.

- А что скажешь по поводу аудиоаппаратуры? – спросил Маркус. – Я слышал, что профессиональные студии часто используют наложение аудиодорожек во время монтажа, потому что захватить качественный звук проблематично.

Винсент сделал глоток кофе и сказал:

- Потому что в порноиндустрии работают дегенераты. Возьмём напрокат один микрофон-пушку для записи основного звука, плюс ещё кучу миниатюрных микрофонов, которые спрячем в интерьере, чтобы их не было видно. Они будут находиться близко к источнику звука и запишут всё необходимое. Плюс их качество в наши дни довели до того, что такие микрофоны уже способны глушить посторонние звуки, а потому и главные звуки становятся чище.

- Хорошо – сказал Маркус. – А что насчёт осветительных приборов?

- А вот с этим придётся повозиться. Для нашего случая потребуется что-нибудь большое, способное покрыть освещением целую комнату, равномерно, при этом с разных направлений. Я не имел дела с таким оборудованием, но попытаюсь изучить. Если дадите время, может разберусь.

- Не переживай. Времени у тебя туча – сказал Ставрос. – Съёмочный процесс стартует только в мае.

С некоторым беспокойством Маркус спросил:

- Ты ведь успеешь за это время?

- Более чем – ответил Винсент.

Но ложка дёгтя на этой измазанной маслом дороге всё же была неминуема. По словам Винсента, запуск и развитие собственного сайта потребуют намного больше денег, чем планировалось изначально. Однако воодушевление было слишком сильным, чтобы отступать.

- Надо бы подстраховаться и ещё нарыть денег на всякий пожарный. Вот только где? – спросил Маркус, пока они возвращались в кампус.

Ставрос закурил, посмотрел на друга и произнёс:

- Дружище, ты меня разочаровываешь. Ты кровь сдавал?

- Я её недавно сдавал.

- А я и не говорю, что тебе надо кровь сдавать.

- Ты о чём?

- Я про «сдавать», но не про кровь. – Ставрос сделал очередную затяжку и продолжил: - Ты же порно снимаешь. Неужели тебя эта мысль не посещала. – Затем он положил руку на плечи Маркусу и сказал: - Не переживай, сделаем это вдвоём. Студия у нас общая, и риски тоже будем распределять поровну.

- А если и этого не хватит? – спросил Маркус, слегка нахмурив брови.

Ставрос улыбнулся и ответил:

- В любом случае, до сдачи органов мы не дойдём.

После этих слов друга Маркус вновь испытал прилив непоколебимой веры в успех.

Вечером Маркус в очередной раз покопался в интернете, оценивая доходы моделей, монетизирующие свои фото и видео. Он смотрел свежие цифры и его глаза уже горели от того, что он сможет состричь прибыль в разы превышающую всё то, что он видит на экране.

СЛАБОЕ ЗВЕНО

- Чё, трахаться на камеру? – уточнил Самюэль Грин, захотев лишний раз убедиться, что он всё правильно понял.

Они стояли в коридоре учебного корпуса, пока мимо них маячили толпы студентов, а иногда и преподаватели.

Сэм был ростом сильно ниже среднего и с явным недобором массы. Как бы он ни пытался глотать тоннами самую жирную, калорийную и вредную еду, ему это так и не помогло. В этом смысле ему позавидовали бы все, кто смело отправляются одной ногой в могилу ради того, чтобы сбросить пятьдесят граммов. Сэм был бы рад подобрать килограммов двадцать, но природа этому воспротивилась. Помимо этого, у Сэма так и не выросла щетина. Во всяком случае, когда он брился под ноль, его лицо можно было легко спутать с детским.

- Нет – ответил Маркус. – Трахаться на камеру так, как мы тебе скажем. Начать трахаться, когда мы тебе скажем. Выныривать, когда мы тебе скажем.

Лицо Сэма накрыла гримаса, не то страха, не то стыда. Он представил во всех красках, как стоит посреди комнаты, готовясь заняться, казалось бы, не таким уж и редким делом (а в последние пару месяцев – почти повседневным), а вокруг стоят эти парни и подсказывают, где встать, куда лечь, как погружаться, какую позу принять и с какой частотой работать своим «отбойным молотком». Мысленно он уже успел сравнить себя с дрессированным псом, который послушно выполняет команды.

- Но это же в присутствии посторонних – сказал Сэм.

- А ты что думал? Что это будет скрытая камера? – спросил Маркус.

- В порно посторонних не бывает – добавил Ставрос.

Переминаясь с ноги на ногу и бросая взгляд по сторонам, Сэм спросил:

- Сколько предлагаете?

- Пятьсот.

- Тысячу – без промедлений произнёс Сэм, но Ставрос ответил столь же быстро, как он делал это в силу сформировавшихся особенностей своего мышления:

- Тысячу получают девушки, и то при условии, если у них бампера бизнес-класса.

- Восемьсот – сказал Сэм.

- Пошли – произнёс Маркус, показав жестом в сторону выхода, после чего они со Ставросом развернулись. Но стоило им сделать несколько шагов, как Сэм тут же крикнул:

- Ладно. Согласен.

Возвращались Маркус со Ставросом уже куда более быстрым и не таким пафосным шагом, нежели уходили. После недолгой паузы Ставрос сказал: