Я съем твою душу на завтрак

– А вот и наши лучшие охотники, генерал-майор! – натянутым как струна тоном объявил полковник Фернандес. – Мы все гадали, решитесь ли вы поприветствовать нас из-за своего укрытия.

Друзья виновато поднялись с паркета на ноги. Мария таки урвала яблоко, чтобы злобно кинуть им в Альваро. Парень поймал его, и победно откусив кусочек, проглотил.

– Если вы закончили, то может, нам кто-нибудь объяснит, какого дьявола здесь происходит?! – нетерпеливо взревел отец Варо.

– Отец, Дон, давно не виделись! – Альваро сверился с временем на своем телефоне. – Целых четыре часа прошло с нашей последней встречи. Я почти успел соскучиться! – Он закинул руку на плечо Мари и приобнял. – Только посмотрите, кого мне посчастливилось встретить.

– Здравствуйте… – неловко поздоровалась она.

Полковник Фернандес зажал переносицу.

– Рад видеть тебя, Мария. Что вы оба делали за долбаной барной стойкой?

– Хороший вопрос, – подхватил Варо и многозначительно покосился на нее.

Генерал Уилсон, в отличие от полковника, был настроен дружелюбнее. Его позабавил возникший конфуз, и он задал вопрос:

– Суарес, любишь неожиданные появления? Мы как раз говорили с Серхио о тебе.

Она сама до конца не осознавала, что конкретно привело ее в штаб-квартиру. За те месяцы, что Мария провела вне отряда, путешествуя по северо-востоку Атлантического побережья и работая в одиночку, она успела заскучать по месту, в котором выросла и провела сознательную жизнь.

Секунду думая, Суарес выдала:

– Приехала повидаться. Сначала хотела наведаться в лагерь, но потом передумала, и ноги привели меня сюда. Я надеялась встретить кого-нибудь. Уронила это несчастное яблоко… – Мари остановилась на полуслове и так грозно окинула жующего яблоко Альваро, что тот чуть не подавился. – Присела его поднять, а потом пришли вы, и я решила, что мне в общем-то и за стойкой неплохо, – честно призналась она и, вспомнив о существовании вежливости, неловко прибавила: – Извините.

Воодушевленно взъерошив волосы Марии, Варо разбавил неловкую паузу:

– Наша оторва снова с нами!

– И я был бы не прочь узнать о ее планах, – заявил Фернандес, не спуская с нее глаз.

– Я не строила ничего особенного, Серхио.

Суарес позволяла себе неформальное общение с бывшим командиром. До их разногласий он приходился близким другом ее покойного отца – Хьюго. Полковник всегда относился к ней как к родной дочери. Фернандес-старший обучал Мари охотничьему делу с пяти лет вместе с ее отцом.

После кончины отца Альваро и Серхио стали для нее главной поддержкой. И за это Мария была им очень благодарна. Но после того, как полковник выставил ее из дела, ставшего неотъемлемой частью жизни, душу поработила тяжесть обиды и пустоты.

Разумеется, отставка Мари не остановила, и она продолжила дело. Собрала вещи, стащила оружие и боеприпасы из лагеря и укатила охотиться в другие города штата.

– То есть ты не собираешься пополнить наши ряды? – будто не поверив услышанному, переспросил Серхио.

– Ты меня выгнал, помнишь? – Она не скрывала досаду от того, насколько ее в тот раз задело заявление об отстранении.

– Помню, – подтвердил полковник и добавил: – Я могу пересмотреть этот момент, если отныне ты перестанешь самовольничать, будешь подчиняться приказам и следовать точным указаниям командира.

– Больше не боишься, что я похороню группу заживо? – припомнила Мари слова Фернандеса-старшего.

Вытаращившись на подругу, Варо дернул ее за рукав, но она даже не обратила на него внимание.

– Мария, твоя прошлая выходка чуть не стоила тебе жизни! – рявкнул Серхио. – Ты подчиняешься лишь себе и своему неудержимому безрассудству.

– Я не могла не ослушаться приказа! Если бы я ничего не сделала, ту девочку и ее мать съели бы вампиры!

– И тебя вместе с ними. Тебе крупно повезло! – Полковник ударил кулаком по столу.

Суарес впилась глазами в побагровевшее широкоскулое лицо полковника.

– Разве не в этом заключается наша работа? Помогать тем, кто слабее и не в силах помочь себе? Риск в нашем деле не предотвратим. Смерть неизбежна. Конец всегда один.

– Закончим на этой позитивной ноте? – неуклюже выдавил улыбку Альваро. – Мне кажется, или нам пора?

Острые невидимые когти, принялись снова скрести едва зажившие раны. За годы службы охотникам нередко приходилось учиться прощаться с товарищами. Память Марии о близких, что девушка успела потерять, никогда не была просто воспоминанием. Она являлась ее неразрывной частью. Преследующей тенью, что не отпускала ни на секунду.

– Мария, – Серхио с шумом и разочарованием выдохнул ее имя, готовясь читать нотации.

– Мне не кажется, нам действительно пора… – опустив темную кудрявую голову, промямлил себе под нос Варо.

– В нашем деле от необдуманных поступков обычно возникают большие потери, которых можно было бы избежать, детально продумав тактику и подготовившись, – полковник невозмутимо пропустил комментарий сына мимо ушей. – Тебе ли не знать? Мы здесь не в игры играем! Ты рисковала не просто собой, а вдобавок жизнью своего капрала. Майя тоже могла погибнуть из-за неосторожности твоего решения, ведь она была вынуждена отправиться за тобой. Я требую, чтобы впредь, перед тем как буквально нестись сломя голову в огонь, ты просчитывала шаги и риски наперед.

C одной стороны, она была согласна с позицией командира, а с другой – не могла выбросить воспоминания о том, с какой силой вцепилась в нее маленькая девочка, оказавшись на волоске от смерти, и с какой благодарностью ее плечи обнимали дрожащие руки матери той малышки. Мария буквально вытащила дочь женщины из клешней вампира.

Гордость не позволяла принять предложение полковника. Да и охотиться отдельно от отряда, она уже привыкла.

– Я все обдумала и пока не вернусь. Спасибо за предложение, Серхио.

– Не вернешься?! – чуть ли не задохнувшись от неожиданности, выпалил Варо. Овал лица парня еще больше вытянулся от удивления.

Полковник, поджав губы, встал изо стола. Генерал-майор поднялся следом.

– Серхио, если наш план действий конечный, то, пожалуй, я вас оставлю, – подметив, как накалилась обстановка, объявил генерал, попутно забирая записную книжку.

– Не-е-е-т! – взмолился Альваро. – Дон, не бросай меня с этими коршунами, я чувствую себя рядом с ними Теодором из «Элвина и Бурундуков»!4[1]*

У Уилсона вырвался смешок от приведенного сравнения, и он отсалютовал крестнику:

– У тебя бывала компания и похуже, парень.

Переведя внимание на сына, полковник насупился.

– Ты слышал Марию. Она приняла решение. На этом наш разговор с Суарес окончен. – Задрав подбородок, Фернандес-старший мимоходом поинтересовался: – Мари, ты случайно не осведомлена, куда и каким образом с твоим отъездом пропала одна из наших машин и оружие из арсенала штаба?

Она скрестила руки на груди.

– У меня есть деньги, чтобы заплатить за него. – Мари не намеревалась косить под дурочку и на корню признала вину.

– Прекрасно, и верни в гараж автомобиль.

– Уже вернула.

– Надолго ли тебе хватит денег, если никто больше не оплачивает твою работу? Охотишься даром? Похвально. Северо-восток неплохо почищен. Полагаю, твоих рук дело? Наши отряды нигде, кроме самого Нью-Йорка не орудовали. Охотники из других штатов были подняты на уши количеством брошенных тобой трупов. Я так понимаю, насколько опасно работать в одиночку, мне тебе напоминать смысла нет.

– Это уже не твоя забота, – склонив голову набок, Мария c невозмутимым видом обратила слова Серхио против него.

Полковник Фернандес огорченно наморщил лоб и затем твердо отчеканил «принято», дав понять, что теперь разговор точно окончен.

Генерал-майор Уилсон прочистил горло.

– Что ж… – досадливым тоном протянул мужчина, – рад был повидаться, Суарес. Надеюсь, я о тебе еще услышу, и будем верить, на сей раз хорошие новости.

– О, это вряд ли, генерал.

Прежде чем уйти, Фернандес одарил Марию очередным тяжелым взглядом.

***

Альваро метался взад-вперед по своей комнате, меряя ту шагами и изливая подруге на родном испанском накопившееся недовольство, ведь до этого в присутствии Уилсона приходилось говорить на английском.

Одна из десяти просторных спален расположилась на первом этаже элитной резиденции внушительных масштабов. Помимо двадцати спален, в апартаментах также находились двадцать ванных комнат, две переговорных, обширная кухня, соединенная со столовой, огромная гостиная, бассейн, пристроенная и оборудованная площадка для тренировок, спортзал и склад с оружием на минусовом этаже. Доступ к штабу имел определенный круг лиц: охотники штата и члены секретной государственной организации по борьбе с вампирами.

– Что значит ты не вернешься?! – Не мог найти себе место Варо. Плюхнувшись на мягкий пуф, он заломил пальцы в замок и занес за затылок.

– Мне нравится охотиться в одиночку, – развалившись на кровати, ответила Мария, глядя в потолок. Она почувствовала на себе его внимательный взгляд и понадеялась, что друг не затронет неприятный разговор, ставший для них последним в день ее отъезда. Мари повернулась к нему, ощущая, как кожу покалывают невидимые иголки. – Почему ты так смотришь?

– Да так… Пытаюсь понять как ты?

– Как я? – Она изогнула бровь, будто простой вопрос мог показаться странным, и беззаботно пожала плечами. – Лучше всех. Убийство кровососов прекрасная альтернатива психотерапии.

– И не поспоришь же, – встречно ухмыльнулся Варо. – Не подумай, что я в любви тебе тут распинаюсь, но я скучал.

– А вообще-то мог бы! – посмеявшись, Мари сцепила ладони на животе и мягко ответила ему: – Я тоже скучала, Альваро.

– Не могу просто смириться с тем, что ты снова уедешь. Мне понятны причины, по которым ты приняла это решение. После смерти ребят в городе невыносимо. – Болезненное напоминание о гибели друзей отозвалось мелкой дрожью в позвоночнике. – Я несколько месяцев ждал твоего возвращения, а ты тайком заявилась, чтобы сказать, что окончательно сваливаешь.

– Предложение поехать со мной еще в силе. Я задержусь в Нью-Йорке. Куда выдвинусь потом, не знаю, но если надумаешь, погнали. В любом случае мы будем поддерживать общение, как и всегда.

В отличие от Мари, Альваро никто не отстранял от службы. Он мог оставить должностные обязанности, только сбежав. Вряд ли правительство бы обрадовалось и стало сидеть, сложа руки. В таком случае Варо бы объявили в розыск. И дело было не только в этом, но и имеющим свой вес чувством ответственности перед сослуживцами и семьей.

– Я ценю твое предложение, но тебе уже известен мой дебильный ответ, – тактично отказался Варо и продолжил нападать с вопросами: – Почему ты не предупредила, что собираешься приехать? Я бы встретил тебя. И зачем следила за отцом и Доном?

Мари перевернулась на живот.

– Я хотела сделать сюрприз. Слежка за начальством была не запланирована. Я на секунду запаниковала и машинально спряталась. Знаешь, я давно не контактировала с Серхио. – Охотница подавленно обняла синюю подушку. – C тех самых пор, как он меня выгнал. Не представляла, что скажу ему…

Фернандес сочувственно кивнул.

– Отцу тебя тоже не хватает. Но он слишком гордый, чтобы это признать. Я точно могу сказать, что ваши разногласия волнуют его.

– Принимаю к сведению и все равно не хочу работать ни под чьим давлением.

– Кстати, о давлении! Майя превратилась в сущего демона! Эта девчонка требовательнее моего отца, – буркнул он.

Выразительно вытаращившись, Суарес усмехнулась.

– Даже эта маленькая сучка не может быть требовательнее твоего отца. – Она не переваривала Итикаву. Та и впрямь была невыносимой, однако полковник Фернандес в глазах Марии затмевал в этом соревновании любого.

Альваро подскочил с пуфа, выпрямляясь в полный высокий рост.

– Да, но Майя прямо воплощение ужаса! Она и так была сущим кошмаром, а с момента твоего отъезда стала еще страшнее. Итикава стала гораздо хуже, чем была! Ты вообще представляешь уровень катастрофы?

– Ты столько писал мне о ней, что я почти уверена, что Итикава скоро станет не просто твоим ночным кошмаром, а фантазией, – Мари звонко рассмеялась.

Подняв янтарно-карие глаза к потолку, Варо сделал вид, что уже расстегивает штаны, а потом с глупой улыбкой подогнал хихикающую Марию:

– Поднимай тельце, нас с тобой ждет миссия.

– Миссия? – Суарес приняла сидячее положение и с прищуром оглядела друга. – Ты что задумал?

Альваро взъерошил свою и без того растрепанную темную шевелюру и с загадочным видом открыл дверь.

– По дороге расскажу. Ты со мной или так и будешь обжиматься с моей подушкой?

– Между прочим, я тебя так и не задушила.

– Оу, жаркие объятия? – искренне удивился парень, в замешательстве потерев горбинку на носу. – Это я люблю.

– Придурок! – Мария подскочила, схватив его за широкую смуглую шею. – Ты зачем нас выдал на кухне?

– Я не специально, – без зазрения совести заявил Варо, в шутку отпихивая Мари в сторону.

Закрыв дверь, Суарес отвесила Фернандесу подзатыльник. Друг охнул. Она гордо обогнула его, вырываясь вперед с самодовольным видом.

– Я не специально, – передразнила его Мари.

***

Как только друзья оказались в центре города, их окружили небоскребы и на них обрушилась бурлящая жизнь вечернего Манхэттена. Сигналы авто раздавались со всех сторон. Прохожие спешили кто куда.

– Прогуляемся до бара? – Альваро попытался перекричать вечернюю суету. – Он в трех милях отсюда. Это лучше, чем оказаться прижатым чьей-нибудь задницей в забитом автобусе.

– Идем, – расхохотавшись, она переспросила: – Но что насчет миссии? Ты уже передумал?

Варо покачал головой и объяснил:

– Бар и есть наша миссия. Мы как раз его застанем, если прибавим скорость.

Он взял ее под руку.

– Застанем кого? – не унималась с расспросами Мария.

– Нашу жертву.

– Мы ищем тебе девушку?

– Нет же! – прищелкнул языком друг. – Подозреваемого. Мы идем делать то, что ты любишь больше всего.

– Есть? Спать? – предположила Суарес. – В этом я профессионал.

– Я помню, – усмехнулся Альваро. – Ладно, ты не подумала об убийстве кровососов, замечаю у тебя положительные сдвиги, – сказал он ей на ухо, и ее пронзило жуткое напоминание о недавней поездке, в которой Мария потеряла контроль. – Мы будем шпионить за медийной личностью в подпольном баре.

Внутри вспыхнул интерес, погасивший тревогу.

– Ты меня заинтриговал. Конечно, не так сильно, как меня могла бы заинтересовать горячая пицца, но выкладывай!

Путь друзей лежал через центральную площадь Таймс-Сквер, украшенную к Хэллоуину. Вдоль огромных, подсвечивающихся рекламных билбордов, бутиков брендов с мировым именем, каждый из которых кричал: «Выбери меня!» и прятался за декоративной паутиной в преддверии Кануна Дня Всех Святых.

– Ты же по-любому помнишь певца и продюсера «TETSU»? Сначала он выпускал собственные песни, саундтреки к фильмам, потом дополнительно начал продюсировать знаменитостей. Он еще выпустил заглавный трек к вышедшему триллеру с Туеном Уайт-Хиллом в главной роли.

Миновав аллею, усыпанную тыквами, Мария непонимающе моргнула, пытаясь вспомнить, откуда ей было знакомо это имя.

– Глянь на рекламные щиты, – Варо указал на самый крупный, – из всех дыр орут о премьере. Ну, Тетсу Нильсен-Майерс! Ты его знаешь лучше меня!

– Я не интересуюсь личной жизнью незнакомцев так активно, как ты.

Альваро напел одну из самых известных выстреливших песен исполнителя.

– А-а-а-а! – протянула она, узнав мелодию. – Он сменил псевдоним. Мы же с папой часто слушали его в машине!

До тех пор, пока отец не умер и Мари не перестала слушать музыканта, стараясь абстрагироваться от лишних болезненных напоминаний…

– Именно поэтому я и сказал, что ты должна знать о нем больше, чем я.

Затем ее посетила мысль. От разочарования она резко сдвинула брови.

– Только не говори мне, что он вампир.

– Этого мы точно не знаем, – успокоил Варо, – семейка, конечно, у него подозрительная. Мужик особо не распространяется. Из интернета известно только то, что у него четверо детей и можно найти их фотки.

– Многие знаменитости скрывают своих родственников от неадекватных фанатов. Что в этом подозрительного?

– А то, что его младшего двадцатидвухлетнего сына Чикаго видели в сомнительной компании, – на последних словах Альваро сделал особый акцент, озираясь по сторонам.

– Его сына зовут Чикаго?

– Это единственное, что тебя смутило? – Губы Варо сжались в тонкую полоску. – Все творческие люди с мышами. Так вот, он проводил время с белобрысой старухой-кровосоской, которую мы никак не можем прибить.

Друзья дошли до перекрестка.

– Получается, Чикаго либо угрожает огромная опасность, либо он уже вампир, – вынесла гипотезу она. – Знать бы, как давно Нильсен-Майерс ошивается с ней.

– Это нам и предстоит сегодня выяснить, – деловито подтвердил Фернандес. – В месте, куда мы направляемся, я недавно тусовался с ребятами. Мы решили, осмотреть бар лишним не будет, и ввалились туда группой. Администраторша заведения оказалась изрядно щедрой на сплетни, особенно если ее задобрить выпивкой, – подмигнул парень. – Она поделилась с нами ценной информацией о том, что к ним чуть ли не каждый вечер заходит набирающий популярность молодой адвокат. Вдалеке от посторонних глаз он проводит встречи со своими клиентами. Сложив два плюс два, я подумал: им вполне может оказаться наша потенциальная цель. Звездный сынишка даже удостоился чести попасть на обложки журналов. Насколько я понял, раньше он работал моделью. А недавно Чикаго засветился в статье в роли начинающего адвоката, отпрыска знаменитости, прокладывающего себе путь через тернии к звездам. – Фернандес драматично закатил глаза. – В любом случае, проверить стоит.

– Интересно… – выдавила из себя Мари. – Если Чикаго все-таки вампир, то его семья тоже в опасности.

– Они будут под нашим наблюдением.

Бар носил название «Гранат» и прятался на Норфолк стрит среди контраста архитектуры. Ничем неприметные, обшарпанные кирпичные здания, побитые жизнью и временем, соревновались с новостроенными стеклянными высотками за шанс показать себя. Разнообразные граффити перепрыгивали с одной стороны на другую и украшали вход в катакомбы, скрывавшие бар.

Варо кивком пригласил спуститься вниз. Обойдя тускло освещенный мрачный коридор катакомб и преодолев несколько лестниц, они достигли пункта назначения. Фернандес позвонил в звонок. Дверь открыла огневолосая девушка с милыми веснушками. Широко улыбнувшись, она поприветствовала посетителей.

– Добро пожаловать! Назовите пожалуйста пароль.

Мария послала улыбку милашке в ответ и повернулась в сторону Альваро с надеждой на то, что тот располагает паролем.

– Луи точно знает, как играть на трубе, он красавчик в этом деле! – без проблем отчеканил парень.

– Проходите, – администратор распахнула дверь пошире и пригласила гостей внутрь.

С порога их встретило глубокое разнообразие звучания музыкальных инструментов и рождающийся среди них магнетический мужской голос, сообщающий о том, что у него настала новая счастливая глава жизни. Кавер-исполнитель на небольшой сцене словно проживал бессмертный хит «I feeling good»5[1]*:

«Это новый рассвет, новый день, новая жизнь для меня,

И я чувствую себя отлично!»

Выдохнув с облегчением, Суарес искренне удивилась тому, что Фернандес вообще запомнил такую длинную фразу.

– Ты ее записал, что ли? – Мария пихнула Альваро в бок.

– Подожди, это был намек на то, что я тупой?

Пробираясь сквозь оживленную толпу и забитые столики, Мари закатилась заразительным смехом.

– Мария, – настороженный тон Варо, которым тот позвал ее по имени, стер былую непосредственность и заставил вернуться к реальности, – я его вижу.