Побег в Город ведьм

E. Latimer

Escape to Witch City

Copyright © 2021 by E. Latimer

© А. А. Тихонова, перевод на русский язык, 2022

© Чу Чугуй, иллюстрации на обложке, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Посвящается нашему каналу Word Nerds

Глава 1

– ЭММАЛИНА ДОРАТЕЯ БЛЭК!

Визгливый голос разнёсся по широкому коридору, ведущему на кухню, и спугнул местного кота. Старый хулиганистый бандит обнюхивал пятно на коврике у порога, но тут же отпрыгнул, заслышав жуткий вопль. А сама Эммалина Блэк подскочила от неожиданности и выронила поднос с земляничными тарталетками.

Он со звоном ударился о тележку, а краденая тарталетка, которую девочка уже тянулась спрятать за пояс, жалобно плюхнулась на ковёр.

Времени оплакивать погибшее пирожное не было. Не прошло и секунды, как Эммалину снова окликнули по имени, ещё громче и надрывнее, чем в прошлый раз.

Девочка поспешно развернулась, бросив тележку с десертами, и со всех ног помчалась по коридору в восточное крыло.

Мама ненавидела восточное крыло по тем же причинам, по которым Эмма его обожала. Их дом построил дядя Эммы – муж королевы Александрии, почивший уже много лет назад. И это крыло он добавил в последнюю очередь. Если честно, девочка представляла его немного сумасшедшим, но в хорошем смысле, потому что нормальный человек и не подумал бы создавать такой запутанный лабиринт изогнутых причудливых коридоров и удивительно петляющих лестниц.

Особенно девочку завораживала громадная библиотека на самом верху восточной башни, богатая на укромные уголки, в которых можно прятаться от мамы, и на интересные книги, хранившиеся там в таких количествах, что и за всю жизнь все не прочитаешь. Пожалуй, это было лучшее сочетание на свете.

– Эммалина Блэк! Я знаю, что ты где-то здесь!

Истеричные нотки в голосе матери лишь подогнали Эмму, и она молниеносно свернула налево, едва не поскользнувшись на плитке в своих туфельках с плоскими подошвами.

Она прекрасно понимала, для чего мама её ищет, и вовсе не намерена была попадаться ей на глаза. Изольда Блэк ещё с утра разыскивала дочку по всему дому, чтобы обсудить с ней сегодняшний вечер, в который вся королевская семья должна была собраться при дворе.

Эмма терпеть не могла судебные заседания. Не только потому, что на них королева выносила приговоры за ведьмовство, хотя и это само по себе немало пугало девочку, поскольку от них создавалось впечатление, будто виноватой можно оказаться из-за любой мелочи. Нет, хуже всего были совершенно абсурдные наряды, в которые её одевала мать. Причём с каждым разом они становились всё более нелепыми.

На эту неделю ей выбрали два платья: одно на заседание, а второе, самое вычурное, – на День Проверки.

Эмму замутило от недоброго предчувствия. Сегодняшний наряд она уже видела – кошмарнее некуда. С высоким накрахмаленным воротником, невозможно пышными рукавами, рюшами… со всем, что только бывает неудобного в одежде! Страшно подумать, каким же окажется следующий.

Очевидно, их ждёт очередное противостояние, с криками и слезами. Глядишь, и разобьют что-нибудь в пылу ссоры. Только всего этого можно избежать, если Эмму не поймают.

Ещё раз налево. Направо. И дважды налево.

Теперь девочка тяжело дышала от быстрого бега, но зато мамин голос вроде как стих вдали. Эмма позволила себе перейти на шаг, тем более что наклон в коридоре становился всё более крутым. Он вёл к лестнице, но такой причудливой, что казалось, будто строитель лишь в самую последнюю секунду вспомнил, что за конструкцию сооружает.

Эмма поднялась по ней и вышла в очередной коридор, ещё шире предыдущего, с бледно-зелёными стенами и гладким мраморным полом. Все остальные залы дворца сочетали в себе фиолетовый и золотой оттенки, поэтому бело-салатовый ансамбль приятно выделялся на их фоне.

Правда, и здесь всё было украшено чертополохом. Его сиреневые цветки торчали из ламп на стенах, как и в других коридорах, хотя за восточным крылом особо никто не следил, поэтому они уже засохли и осыпались. Королева Александрия предпочитала делать вид, будто её мужа – и, соответственно, этой пристройки – никогда не существовало.

А если бы Эмма поднялась на цыпочки перед ближайшим шкафчиком, то увидела бы наверху печальный букетик чертополоха, уже почти обратившийся в пыль.

Она сразу заметила, как сильно эта часть дворца отличается от остальных, когда обнаружила её несколько лет назад. Даже воздух тут казался свежее. В голове прояснялось, тело становилось как будто легче, и возникало желание скакать и петь во весь голос. Отчего-то здесь Эмма буквально лучилась энергией.

Постепенно девочка разобралась, что к чему. Чертополох как будто вытягивал из неё силы. Особенно если цветок срезали недавно – тогда ей становилось совсем худо.

А ведь он считался оружием против ведьм. Чертополох ослаблял их, вытягивал магию.

Конечно, если поесть чертополоха, да ещё и целый ворох, такое никому не пойдёт на пользу. Может, Эмма просто особенно к нему чувствительна. И, вероятно, страдает от аллергии.

По крайней мере, она пыталась себя убедить, что это так.

А теперь, если удастся найти укромное местечко, можно будет посидеть в тишине и покое, вдали от свежего чертополоха и нервной матери, и похрустеть тарталетками с земляничным джемом, которые всё-таки удалось стянуть. Отдохнуть, отвлечься от всего.

От маминых криков, от предстоящего заседания, а главное – от мыслей о завтрашнем дне рождения.

Её тринадцатом дне рождения.

Неизбежном. Пугающем. Куда более страшном, чем предыдущие.

Эмма не выносила праздничные вечера, которые устраивала для неё мать. Пышные, экстравагантные, полные малознакомых детей.

В этом году не будет никакого праздника. Ни чая с пирожными. Ни мини-маскарада. Ни пони. В этот раз мать Эммы не сумеет превратить её день рождения в помпезный цирк.

Потому что он совпадает с Днём Проверки.

Девочка неспешно брела по коридору, прямо на ходу пытаясь выудить из кармана тарталетку. С потолка на цепях свисали люстры, в сервантах блестел фарфор и серебряные столовые приборы. Узкие окна были занавешены тёмно-зелёными шторами с кисточками, а вдоль коридора выставлены изящные антикварные кресла, на почтительном расстоянии друг от друга. Видимо, для тех, кому тяжело пройти весь коридор от начала до конца, не останавливаясь.

На полпути Эмма услышала глухой стук, который разнёсся эхом по восточному крылу, и застыла на месте.

Волосы у неё встали дыбом, и она резко развернулась, вполне уверенная в том, что поймала на себе чей-то взгляд.

За спиной у неё никто не стоял, но на стене висели портреты монаршей семьи, а среди них – чёрно-белая фотография молодой королевы Александрии, серьёзной и немного мрачной на вид.

Эмма скорчила ей гримасу и прямо с набитым ртом проворчала:

– Чего уставилась?

Стук раздался снова. Ещё ближе.

А за ним – торопливые шаги.

Сердце девочки тревожно заколотилось. Она юркнула за зелёные занавески у дальней стены, доходившие до самого пола, и вжалась спиной в подоконник, чтобы полностью ими закрыться.

Шаги становились всё громче. Эмма нахмурилась и задумчиво склонила голову набок. Судя по тому, как тяжело ступали по деревянному полу, шаркая и не заботясь о том, как трещат доски под ногами…

Это точно были не слуги. Они не посмели бы топать по коридорам подобно стаду слонов.

Вскоре до неё донеслось эхо голосов.

– А нельзя было встретиться в казарме? У меня от этого места мурашки по коже.

– Капитан так решил. Судя по всему, информация очень важная. И твои мурашки его вряд ли волнуют, Макконнел.

За этим последовал грубый смех, но тут же резко прервался, когда прозвучал новый, низкий и строгий голос:

– Встать, смирно!

На несколько секунд повисла тишина, а затем тот же голос продолжил:

– Держите посохи наготове, солдаты. Мы не знаем, с ними она или нет, но лучше перестраховаться. Её нельзя недооценивать. Не забывайте: она очень опасна.

Сначала Эмму посетила нелепая мысль, что мать не выдержала и отправила за ней стражу, но фраза «Она очень опасна» быстро опровергла эту теорию.

Эмма представляла опасность разве что для нервов своей матери и беззащитных тарталеток с джемом.

Шум приближался к занавеске. Шарканье ботинок, сухое покашливание и, кажется, шорох бумаг?

– Прошу прощения, сэр, но кто она? – спросил один из солдат низким голосом.

– Вот же имя, на плакате. Сам прочитай.

Эмма, буквально сгорая от любопытства, слегка подалась в сторону и осторожно выглянула из-за занавески.

Посреди коридора стояли дворцовые стражники, но не в привычной красной с чёрным униформе, а с головы до ног одетые только в чёрное. На всех были одинаковые широкополые шляпы и чётки из крупных деревянных бусин, на которых висели тяжёлые железные кресты.

Охотники на ведьм!

Эмма стиснула ткань занавески в кулаке и закусила щёку изнутри. Если и есть кто страшнее ведьмы, так это её заклятый враг – охотник. Девочка очень давно не видела их вот так, вблизи, особенно целым отрядом, и эта встреча её совсем не радовала.

Само собой, они приезжали на День Проверки в прошлом году, разгоняя толпу на своих чёрных конях, сопровождаемые звоном колокольчиков на хомутах и лязгом металлических оберегов. И каждый держал в руке посох из сплетённых стеблей чертополоха.

Тогда Эмма спросила у матери, зачем они здесь. «На всякий случай», – мрачно ответила Изольда и отказалась что-либо объяснять.

Эмма сильнее закусила щёку. Да, обычно охотники собирались таким огромным числом лишь по одному случаю: на День Проверки.

А он уже завтра.

Эмме совсем не хотелось о нём думать, но она ничего не могла с собой поделать. Ей и в прошлом году было невыносимо страшно, хотя сама она не участвовала. Изольде и её дочери, как членам королевской семьи, позволили присутствовать при закрытой проверке для детей придворных.

Тогда мало кому исполнилось тринадцать, но всё равно зрелище было жуткое, и Эмме потом долго снились кошмары.

Одетые во всё белое медсёстры провожали детей в медицинские палатки, а оттуда выводили к стражникам, которые либо пропускали ребят дальше, либо сажали в экипажи с занавешенными окнами. Одну девочку благородных кровей пришлось усаживать силой. Она долго кричала и вырывалась. И сейчас, даже год спустя, её лицо до сих пор стояло у Эммы перед глазами. Лицо, полное ярости и искреннего ужаса.

От этих воспоминаний её замутило, и она отогнала их на задворки сознания, пытаясь сосредоточиться на чём-нибудь другом.

Скажем, на этих охотниках. Почему их здесь так много? День Проверки только завтра.

Конечно, во дворце всегда дежурил один-другой из их отряда, выглядывал любой признак колдовства среди придворных. Эмма видела охотников и на улице, когда мать таскала её по магазинам. Они патрулировали город и следили за всеми, скрываясь в тенях.

А тут собралась целая небольшая армия.

Девочка невольно напряглась, глядя на этих солдат в чёрном, словно они в любой момент могли на неё наброситься.

Капитан – бледный, с красивым точёным лицом и удивительно светлыми волосами – раздавал своим подчинённым листы плотной кремовой бумаги.

Объявления о розыске.

– Запомните это лицо, солдаты. Вы должны сразу её узнать. Разумеется, мы поймаем весь ковен, но это – наша главная цель.

Эмма навострила уши, заслышав это слово. Ковен – так называлось сообщество ведьм. Откуда оно здесь? Это же просто невозможно. На истории ей рассказывали, что последнее ведьминское общество в Лондоне разбили ещё в 1807 году. Оно сразу попало под прицел охотников, как только семья Блэк вновь пришла к власти.

Эмма понимала, что на уроках представляют версию для детей, но она прочла все книги про охоту на ведьм, какие только смогла найти в библиотеке восточного крыла. Честно признаться, эти исторические записи одновременно и завораживали девочку, и вселяли в неё ужас.

За шарканьем и шёпотом послышался тихий шелест бумаги, упавшей на пол прямо возле занавески. Эмма опустила взгляд и догадалась, что один из солдат выронил свой листок. Теперь он лежал всего в паре футов от неё, портретом вниз, маня девочку таинственным чёрным силуэтом, который просвечивал на обратной стороне.

Силуэтом ведьмы.

Эмме вдруг страшно захотелось посмотреть на этот плакат. Необъяснимая сила тянула её к нему. Отчего-то ей стало очень важно узнать, на кого нацелились охотники.

И она ведь ещё ни разу не видела настоящую ведьму.

Огонь любопытства разгорелся в ней до того, что она едва ли не пылала изнутри.

Преисполненная решимости, Эмма покосилась на охотников. Лицом к ней стоял только капитан, а он ещё продолжал раздавать листовки и не смотрел на окно.

– …не прыгайте выше головы, особенно ты, Лоренс. Даже не думай врываться туда первым, не дожидаясь остальных…

Держась обеими руками за холодный подоконник, Эмма осторожно выставила ногу из-за занавески, нацелившись на объявление, как ищейка на добычу. Сейчас ей следовало двигаться с изяществом и аккуратностью придворных балерин, а эти качества были не самой сильной её стороной. По крайней мере, по мнению матери.

Эмма вытянула дрожащую ногу, и ступня с лодыжкой показались из-под занавески. На шее выступили бисеринки пота. Сердце у девочки ёкнуло, когда капитан прокашлялся, но его хмурый взгляд был адресован одному из солдат, стоявшему рядом с Лоренсом.

– К тебе это тоже относится. Держимся вместе, понятно? Без моей команды никто и пальцем пошевелить не имеет права. Вам всё ясно?

Ему ответили, что да – всё ясно. Тем временем Эмма, уже совладав со страхом, вытянула ногу ещё дальше. И ещё…

Наконец большой палец коснулся бумаги. Победа!

Она прижала его к деревянному полу и стала медленно подтаскивать к себе, морщась от лёгкого шелеста бумаги по доскам. К счастью, никто не обратил внимания на то, как объявление ускользнуло за занавеску.

Эмма украдкой выглянула из укрытия и обнаружила, что теперь все охотники стоят к ней спиной. Капитан о чём-то увлечённо рассказывал своим подчинённым, и у девочки появилась удачная возможность высунуться наружу и подхватить листок рукой.

С колотящимся сердцем Эмма юркнула обратно за занавеску и прижала объявление к груди, стараясь не издавать ни шороха. Сейчас ей казалось, что бумага хрустит как-то непривычно громко.

– Что ж, за мной, – объявил капитан, и Эмма едва не осела на пол от облегчения.

Охотники на ведьм, шаркая и топая, царапая доски грубыми ботинками, ушли дальше по коридору.

Девочка очень долго ждала, пока их шаги стихнут вдали, и только потом решилась взглянуть на объявление о розыске.

Она развернула мятый листок и разгладила на стене, но портрет на нём всё равно выглядел как-то смутно.

Вдруг Эмма изумлённо ахнула, словно ей на голову без предупреждения вылили чашку ледяной воды.

На секунду ей показалось, что с листка на неё смотрит собственное отражение!

Густые чёрные брови над тёмными глазами с длинными ресницами, миниатюрное лицо в форме сердечка с острым подбородком, длинные тёмные волосы – всё было в точности как у неё. Правда, если присмотреться, локоны у ведьмы на портрете намного более волнистые. Постепенно девочка успокоилась, и сердце билось уже не так тревожно. Она заметила много отличий и наконец пришла к выводу, что это вовсе не её портрет, а чей-то другой, и на нём изображена уже взрослая женщина. Пожалуй, ровесница её матери.

Вообще, чем дольше Эмма на неё смотрела, тем больше эта ведьма казалась ей похожей на мать.

Конечно, она во многом от неё отличалась. Изольда Блэк закалывала волосы на затылке по последней моде и пудрила лицо до ослепительной белизны – так, что даже тёмные брови едва проглядывали. Само собой, у ведьмы на портрете были дикие чёрные глаза и спутанные космы, как обычно на таких объявлениях, но… Всё-таки сходство было очевидное – и с Изольдой, и с её сестрой.

На самом деле Александрия была даже больше похожа на эту ведьму. Эмма нахмурилась, гадая про себя, будут ли у королевы так же виться волосы, если она их распустит.

Потрясение девочки улеглось, и на его место пришло страшное осознание. Стук сердца снова ускорился и отдавался в висках.

Она ведь знала, что всего сестёр было три. Изольда, Александрия и ещё одна, самая младшая, которая умерла после того, как трон захватили ведьмы. О ней предпочитали не говорить, и любое упоминание этой сестры вызывало у Изольды бурный эмоциональный всплеск. Она строго запретила дочери о ней заговаривать.

Поэтому девочка даже не знала, как её звали.

Три сестры…

Эмма провела пальцем по крупным буквам с петельками у нижнего края листка, вспоминая вопрос одного из охотников: «Прошу прощения, сэр, но кто она?»

Эмма разобрала имя, «Ленора», и мысленно добавила про себя фамилию. Она почти не сомневалась, что угадала.

Ленора Блэк. Её тётя.

Глава 2

Эмме вдруг показалось, что вот-вот из-за угла появится Изольда и схватит её, и вся эта история навсегда останется покрыта завесой тайны.

Поэтому она снова побежала по коридору, срезая углы, чудом не задевая декоративные вазы и фарфоровые блюда. Дважды Эмма едва не упала с лестницы, а один раз – на лестницу, особенно странную и замысловатую.

Казалось, до библиотеки Эмма добиралась целую вечность, особенно учитывая то, что ей то и дело приходилось останавливаться и прислушиваться, не идёт ли кто. Охотники были уже далеко, но она не хотела рисковать.

Наконец Эмма поднялась на верхушку шаткой лестницы и очутилась перед широкими дубовыми дверьми под изящной аркой с высеченными на ней драконами, львами и сидевшими в лодках воинами – картинками, будто сошедшими со страниц книжки.

Эмма потянула на себя железное кольцо, и дверь поддалась с жалобным скрипом. Девочка скользнула внутрь, и створки захлопнулись у неё за спиной. Шум эхом разнёсся по огромному помещению.

Эмма нашла библиотеку на второй день после того, как обнаружила само восточное крыло. Тогда, впервые шагнув через порог за массивные дубовые двери, она застыла на добрые три минуты, разинув рот. Её до глубины души поразила эта литературная сокровищница. Шкафы занимали три этажа в высоту, и их огибал величественный балкон.

Старая библиотека короля идеально подходила для того, чтобы в ней прятаться. В нём самом не было ни капли «голубой» крови, поэтому его держали как можно дальше от государственных дел и побуждали «найти себе другое занятие». Судя по размаху библиотеки, этот проект был его самым любимым. Она производила неизгладимое впечатление. Даже форма у неё была оригинальная: нечто среднее между звездой и восьмиугольником. Каждая стена торчала под каким-то своим углом, и всё вокруг занимали прилежно организованные полки с книгами на сотни разных тематик. Эмма подозревала, что прочитать их все невозможно, даже если доживёшь до глубокой старости.

В свой первый раз в библиотеке она долго бродила между шкафами, заходя всё дальше и дальше, пока не обнаружила, что заблудилась.

Это открытие привело её в восторг. Она представила, как остаётся жить в библиотеке, строит себе шалаш из объёмных фолиантов, спит свернувшись калачиком на матрасе из старых газет и разводит костёр из плакатов, чтобы согреться холодными вечерами, а днём гуляет среди бесчисленных шкафов. Благодаря краденым пирожным и интересным историям она бы никогда не голодала. Конечно, с годами постепенно бы одичала, зато словарный запас был бы у неё впечатляющий.

И больше никогда не пришлось бы видеть маму, посещать королевский двор, проходить проверки…

К сожалению, сейчас Эмме было не до сладких фантазий.

Она уверенно шагала в сторону двух подвешенных табличек в форме руки, указывающей пальцем дорогу. На первой из них красивыми золотыми буквами было выведено: «ЮРИСПРУДЕНЦИЯ», а на второй: «ИСТОРИЯ».

Эмму интересовала вторая секция, и она понеслась туда на всех парах, стуча подошвами туфелек по пыльным доскам. Но, очутившись перед шкафами высотой футов, наверное, в восемь, почувствовала себя очень глупо. Здесь же сотни… Нет, тысячи книг! Как найти среди них записи об одной конкретной женщине?

Эмма оттолкнула лестницу на колёсах в сторону и провела пальцем по корешкам. В королевской библиотеке хранились в основном книги по истории Англии, и раньше Эмме было очень обидно, что нельзя почитать про другие страны, но сейчас этот недочёт играл ей на руку.

Хотя просмотреть все заголовки у неё всё равно не хватило бы времени. Она спешно пробежала взглядом по корешкам: «Как завязывались и выигрывались войны», «Триумфальная история Англии», «Анналы самой чёрной магии», «Победа в Великой битве», «Королева-воин: освобождение Лондона».

Палец девочки завис над корешком томика по магии. Ей было немного страшно, но при этом очень любопытно поглядеть, что там написано. Она оглянулась через плечо. В библиотеке не создавалось такого впечатления, будто за тобой следят, как в остальных залах дворца. Может, потому, что здесь не так усердно обклеивали стены королевскими плакатами.

И всё же обычно Эмме не разрешали читать о магии. В главной библиотеке центрального крыла вовсе не хранились такие книжки. Просто о восточном крыле все забыли, как и о том, чтобы очистить местную библиотеку от всего «лишнего» и недозволенного. Поэтому за прошлый год Эмма нашла много интересного на эту тематику. Одни «запретные» книги оказались невинной романтикой, которую сочли «недостойной» для дворца, а другие – по-настоящему опасными.

Эмма нехотя убрала руку с «Анналов самой чёрной магии» и пошла дальше. Если бы она просто пряталась от матери и хотела скоротать время, сразу схватила бы этот томик и забилась с ним в самый дальний угол, но сейчас Эмма искала нечто определённое.

Любую информацию о третьей сестре Блэк. Ведьме королевских кровей.

Она задержалась перед внушительным фолиантом в самой середине нижней полки. Немного подумала и вытащила «Полную историю королевской семьи» на свет. Та подозрительно легко соскользнула с полки, и Эмма едва не отлетела назад: она-то думала, что книга тяжеленная! Девочка обхватила её обеими руками и бережно уложила на длинный дубовый стол в центре исторической секции. Масляные лампы здесь давно заржавели, и зажечь их было всё равно нечем, но из окон лились узкие полосы света, падая на столы, и книгу вполне можно было читать, если слегка повернуть её на подставке.

Эмма быстро листала страницы. Многое было ей уже знакомо по урокам истории. Свирепое восстание ведьм; то, как жестоко и беспощадно они истребляли семью Блэк; как старшая двоюродная сестра тайно вывела Изольду и Александрию из дворца, чтобы спасти им жизнь… Всё это Эмма слышала уже сотни раз. Поэтому раньше ей и мысли не приходило заглянуть в эту секцию. Историю Англии буквально вбивали ей в голову, и она всё могла пересказать, хоть разбуди её посреди ночи.

Эмма листала книгу с нарастающим раздражением. Она и так знала всё, что было в ней написано. Страница за страницей пролетали незаметно, пока она вдруг не остановилась на тёмной иллюстрации, выполненной тушью. На троне сидела женщина с пышными чёрными кудрями и узким, угловатым лицом, прикрытым гладкой белой маской. На плечо у неё был приколот большой чёрный значок с яркой буквой «В», написанной красными чернилами.

Королева ведьм.

Эмма широко распахнула глаза и уткнулась носом в книгу. Она совсем мало знала о восставших ведьмах, и при дворе запрещали их обсуждать. Ведь они были виновны в страшном кровопролитии и считали, что обычные люди, не обладающие магией, должны находиться в рабстве. Они свергли бабушку Эммы с трона, когда сама девочка была ещё крохой. Они убили и короля, и королеву, и младшую из трёх дочерей, а затем отправились на поиски Изольды и Александрии.

По крайней мере, так рассказывали Эмме.

Очевидно, на уроках ей преподавали одну сплошную ложь.

Она поёжилась и захлопнула фолиант. Шум разнёсся эхом по библиотеке. Эмма обернулась, чтобы отнести книгу обратно на полку, но тут заметила что-то очень странное. Её сильно смутила обложка. Сначала девочка не обратила на это внимания, только удивилась лёгкому весу книги, но теперь… Эмма перевернула её и внимательно изучила края страниц. Хм! Вот это и правда любопытно.

Ширина корешка совсем не соответствовала количеству страниц. Мало того: между ними проглядывали тёмные проёмы, которые тоже, по идее, должны были быть заняты страницами.

Конечно, бумага старая, и они могли выпасть со временем, но… Чтобы столько?

Эмма нахмурилась и снова подошла к столу. Она раскрыла книгу на первом, уж очень широком проёме, и сощурилась в бледном свете. Ей с трудом удалось разглядеть крошечный обрывок пожелтевшей бумаги. Похоже, из этого раздела вырвали две, а то и три страницы!