Хроники разрушителя миров. Книга 1. Встреча

Даже если представить, что верховному удастся найти предлог, чтобы не допускать Киру на полигоны управления, чтобы она могла проводить свои эксперименты, то у нее уже есть свои полигоны, где можно проводить любые эксперименты. У нее есть абсолютный пропуск на отчужденные земли, за пределами портальных застав. О лучшем полигоне и мечтать нельзя.

Спустя ридку, поняв, что загнан в угол, верховный архимаг встал и поклонился Кире. Потом произнес:

– Простите леди, я сильно вас недооценил. Причем не только ваши магические способности, но и ваши таланты в дипломатии и торговле. Слушаю вас внимательно – чего вы хотите?

– Я хочу, чтобы леди Ильма получила справедливую цену за свою разработку и предлагаю пригласить ее к нам, если мы сошлись на моей оплате.

– Считайте, что сошлись, – ответил Гелимб. – Магистр, будьте любезны, пригласите к нам леди Ильму.

Магистр нажал на кнопку артефакта, лежащего на столе, и в дверь вошла секретарь.

– Будьте любезны, пригласите к нам леди Ильму.

Секретарь кивнула и вышла. Через несколько ридок в кабинет вошла преподаватель прототипирования конструкций магических заклинаний – леди Ильма.

– Присаживайтесь, – предложил Брунвальд, указывая на кресло рядом с Кирой. Леди Ильма заняла предложенное ей место.

– Леди Кираона считает, что магическое управление королевства Аория слишком мало заплатило вам за вашу магическую разработку, – начал мессир Гелимб.

– Что вы, мне вполне достаточно. Я не претендую на большее, – попыталась отказаться преподаватель.

– И я склонен с ней согласиться, – продолжил Гелимб, чем ввел Ильму в ступор. – Я предлагаю вам, леди Ильма, сто тысяч золотых сверх того, что магическое управление вам уже заплатило.

– Я даже и не мечтала о таком, спасибо вам огромное, мессир верховный архимаг, – соскочила с кресла и низко поклонилась преподаватель.

– Простите меня, леди Ильма. Недавно я совершенно случайно стала свидетелем вашего разговора с одним из преподавателей и услышала, как вы обсуждали возможность пожениться и прикупить себе небольшое поместье. Это все еще актуально? – поинтересовалась Кира.

– Откуда вы знаете?

– Вы не поставили полог молчания, а я просто проходила мимо. Я не задерживалась, но все же часть разговора услышала. Так это все еще актуально?

Леди Ильма покраснела и ответила:

– Да. Он тоже маг из простолюдинов на службе у государства, как и я. Отрабатываем наше обучение. Поэтому денег у нас немного, и речь шла не про поместье, а про маленький домик.

Кира повернулась к верховному архимагу:

– Мессир Гелимб, я слышала, что в связи со смертью владетеля и отсутствием наследников баронство Вискольн продается. Оно, конечно, за пределами столицы, но все же достаточно близко, чтобы леди Ильма и ее законный супруг, являясь магами, могли прибывать на работу вовремя. По-моему, вполне достойная плата, за столь ценную магическую разработку. А сто тысяч золотых молодоженам понадобятся, чтобы поднять баронство и выплачивать налоги в казну его величества вовремя. И стоимость этого баронства небольшая – всего триста пятьдесят четыре тысячи золотых. Или же я могу попросить отца занять мне двести двадцать восемь тысяч золотых и оплатить права на магическую разработку леди Ильмы магическому управлению.

Леди Ильма хотела было вмешаться и сказать, что ничего подобного ей не нужно, но Гелимб остановил ее порыв, подняв руку, и показав тем самым, чтобы та не вмешивалась.

«Такую девушку надо иметь в друзьях, а не во врагах. Поэтому мелочиться не стоит. К тому же, Кира права – я сильно сэкономил на выкупе такой бесценной разработки. Хотя я сделал это не из жадности, а из-за того, что на дальнейшую разработку в этом направлении понадобится много денег, все равно я буду выглядеть в глазах Киры скупердяем. А этого допустить нельзя», – подумал верховный архимаг, а вслух произнес:

– В том, что молодожены, будучи магами, смогут успевать на работу вовремя я согласен. Но у них очень много времени будет уходить на восстановление платежеспособности баронства, поскольку бывший барон перед смертью много болел и не мог должным образом заботиться о своем лене. А учитывая, каких учеников воспитывают леди Ильма и ее будущий супруг, мы не можем позволить им тратить свое столь драгоценное время на ненужные заботы. Поэтому я предлагаю в качестве оплаты за магическую разработку леди Ильмы баронство Ильгам. Оно находится в графстве Витонд, которое принадлежит моему кузену. Недавно барона Ильгам казнили за растрату и его лен отобрали у его семьи. Их всех выслали, и теперь баронство продается за один миллион золотых.

После этих слов леди Ильме стало плохо. Гелимб тут же подлечил ее заклинанием малого исцеления и, налив воды в бокал, подал его леди. Затем продолжил:

– Так вот. Мой кузен уже навел там порядок, поставил управляющим надежного и грамотного человека. И времени у молодоженов будет больше, и баронство находится ближе. Конечно, наличными я сумму вознаграждения увеличить не смогу, поэтому сверх этого поместья магическое управление может добавить только сто тысяч. Но к ним я еще приложу вот это.

Гелимб вынул из пространственного кармана магический жезл из корня эльфийского дерева, созданный до того, как этот корень отсекли. В навершие этого жезла красовался темный шар, явно наделенный огромной магической силой.

– Этот жезл я делал сам и для себя. Я так полагаю, что ни у кого не возникнет сомнений, что эта вещь очень ценна и могущественна. Но так, как я сделал себе новый жезл, этот мне не особо нужен. Помимо вышеперечисленного, магическое управление оплатит оставшийся ваш долг, леди Ильма, и долг вашего жениха за обучение в магической академии. А так же будет оплачивать обучение в ней же всех ваших детей и внуков со способностями к магии, – ввел в ступор всех присутствующих верховный архимаг и подождал, не последуют ли возражения. Затем продолжил:

– Леди Ильма, это вам. А со своим кузеном за баронство я расплачусь лично. Он давно уже у меня клянчит одну вещицу. Леди Кира, надеюсь, я исправил ваше мнение о себе?

– Более чем, – не ожидавшая такой щедрости ответила Кира.

– Что ж, тогда завтра с утра я вас жду в магическом управлении. Надеюсь, мессир Брунвальд вас отпустит?

– Не вижу никаких причин задерживать леди КираОну, – ответил магистр.

– А вы, леди Ильма, завтра после занятий можете принимать баронство. Вас там уже будут ждать ваши подданные. Сто тысяч будут переведены на ваш счет в королевском банке Аории. Туда же, куда и перевели предыдущие десять тысяч золотых. Однако деньги будут переведены только через луну. Надеюсь, вы простите старика за задержку. У магического управления очень большие расходы, прошу меня простить.

– Что вы, что вы, я и не смела надеяться на такую щедрость, – замахала руками леди Ильма.

Гелимб кивнул преподавателю и продолжил:

– Мессир Брунвальд, я надеюсь, вы понимаете, что ждать денег от управления магией не стоит?

– Поверьте, мессир верховный архимаг, деньги – это последнее, что я попросил бы в качестве оплаты за долг леди Ильмы, ее жениха и в качестве оплаты за обучение ее детей и внуков. Я, как никто другой, заинтересован в том, что хранится в закромах магического управления, – потирая руки ответил магистр. – А можно ли нам в качестве аванса брать определенные артефакты?

Верховный взглянул на хитрющее лицо магистра и ответил:

– Можно и авансом, но только, когда леди Ильма родит, и у вас будет подтверждение того, что ребенок одаренный. В этом случае, за него можно получить оплату и авансом. Но если ребенок вдруг не поступит в академию по какой-либо причине, то аванс придется вернуть.

– Я вас понял, мессир, – расплылся в алчной улыбке магистр.

– Ну, раз больше нет тем для обсуждения, то я бы хотел удалиться, очень многое нужно подготовить к завтрашнему дню. Всего вам самого наилучшего, – закончил разговор Гелимб и телепортировался.

– Я полагаю, что встречу можно считать оконченной и предлагаю всем покинуть мой кабинет. А развалившемуся архимагу в тапках я ПРИКАЗЫВАЮ убираться из моего кабинета! – повысил голос магистр. Последнее предложение магистр выговорил лично главе безопасности академии, после чего Ильма и Кираона тихонько хихикнули.

Когда обе леди вышли из кабинета, леди Ильма обратилась к леди Кираоне:

– Спасибо вам огромное. Я и не ожидала такой щедрости от мессира верховного архимага.

– Старик на самом деле хороший человек, но иногда бывает таким заносчивым.

– Леди Кираона, а мессир Гелимб не шутил насчет баронства? Оно, правда, теперь… мое?

– Леди Ильма, запомните! Верховный архимаг Аории с деньгами никогда не шутит, от слова «совсем». Он бы не позволил себе пошутить и про два медяка, не говоря уже о такой сумме. Баронство теперь ваше, принимайте и владейте. И теперь магистр будет пылинки с вас сдувать и всячески способствовать зачатию ваших детей.

– Это еще почему? Пять тысяч золотых не такая уж и большая сумма для академии.

– Тут все просто. Пять тысяч действительно сумма не большая, но вы же слышали – верховный расплачиваться будет не деньгами. А на складах магического управления находятся такие артефакты и ингредиенты, которых не купишь ни на одном аукционе мира. Их просто не достать. И цена их ввиду бартера, а не оплаты золотом снижена. Вот мессир Брунвальд и хочет запустить свои руки в закрома магического управления. И чем больше будет у вас одаренных детей, тем лучше и ценнее вещи он сможет выбрать для академии. А это значит, что у вас с вашим женихом скоро намечается внеочередной отпуск за счет академии, где-нибудь на ее курортах. Вы только с детьми не затягивайте. Успейте забеременеть, пока у магистра глаза горят алчностью.

– Правда?! Спасибо вам огромное еще раз. Всего вам наилучшего, – обрадовалась преподаватель и свернула по коридору, направляясь к своему жениху. Кира же пошла в общагу, где ее ждала Эми.

Королевство Аория. Катакомбы близ города Семерион.

Мы старались всячески подогревать ненависть между сословиями в обществе чешуйчатых великанов. Нам очень много приходилось наблюдать и мы уйму времени потратили на тренировку нашего альтернативного зрения. В результате теперь мы стали видеть весь город. Поначалу от таких тренировок болела голова, но со временем мы привыкли. На поверхности мы охватывали своим альтернативным зрением значительно меньшую площадь, но и она увеличилась в несколько раз по сравнению с тем, что было раньше.

Мы так и не научились понимать язык великанов, но мы выучились читать их жесты. И чем больше мы за ними наблюдали, тем меньше сомнений у нас оставалось в том, стоит ли устраивать геноцид. Чешуйчатые великаны оказались крайне злобными и жестокими тварями. Они заботились только о себе, их абсолютно не волновала чужая боль – главное, чтобы им было хорошо. Единственное, почему они жили вместе, так это потому, что от этого лучше каждому, кто находился хоть у какой-то власти. Над рабами они издевались, как хотели. То, что они делали с рабынями, это уму непостижимо, я даже вспоминать этого не хочу. Причем, даже освободившиеся каким-то чудом рабы не испытывали никакой жалости к остальным рабам. Наоборот, они становились еще более злыми хозяевами.

Раб у них действительно мог стать хозяином, если сможет убить своего хозяина и его охрану. И такие случаи мы наблюдали. Если же раб убьет только хозяев, то охрана будет убивать бунтовщика целыми лунами. А между собой устроят бои за место хозяина. И старосты в деревнях – это не просто старосты, выбранные остальными, а именно владетели, получившие свою должность силой. В общем, если эти твари вырвутся наружу, то жителям Семериона лучше заранее покончить с собой.

Мы понимали, что у деревень при таком раскладе нет шансов на победу. Поэтому было принято решение убивать отдельные отряды городских, высланные в качестве подкрепления, для подавления мятежа. И мы терпеливо ждали, когда же бунт начнется, периодически подогревая обе стороны.

Мы не оставляли и попыток разобраться с причиной, по которой Рой не может покинуть свой уровень и, наконец, разобрались. Оказывается, в организм Роя попали споры одного из видов мха и одного из видов грибковой плесени, причем выращенных только на определенных видах каменных пород. Эта смесь, судя по всему, как-то повлияла на Роя и тот теперь не может жить без нее. Мы даже таскали с собой несколько зубастых пушистиков в коробках, сделанных из нужных видов камня, с выращенными внутри плесенью и мхом. И они себя очень даже хорошо чувствовали на уровне ниже и на нашем уровне.

Мы стали исследовать уровень чешуйчатых великанов и нашли достаточно много мест, где эти виды мха и плесени приживутся. И действительно, после того, как мы рассадили мох и плесень нужного вида на стенах и потолке, те стали размножаться. Таким образом, мы подготовили несколько плацдармов для Роя, прорыв к ним еще и тоннели, в которых тоже рассадили плесень и мох. Благо, в большинстве прорытых нами тоннелей, они прижились.

Итак, к диверсионной войне у нас было все готово, но вот чешуйчатые великаны все никак не решались. У них тоже все было готово, и даже подготовленные рабы уже находились там, где, нужно. По крайней мере, открыть ворота они могли, перед этим перебив охрану. Оружие они уже попрятали в нужных местах. Чего они ждут, мы не понимали. Скорее всего, будущие повстанцы просто боялись. Хозяева умели внушить страх непокорным.

Тогда нам пришлось разработать еще одну диверсию. Родственные чувства у великанов отсутствовали и мстить друг за друга они не станут, но у них имелись любимые игрушки – рабы или рабыни, подчиненные, которые их удовлетворяли так, что им было жалко их терять. У одного из начальников городской стражи такой игрушкой и являлась одна из стражниц. Вот ее-то мы и убили, когда она направилась в оружейную деревню вместе с отрядом стражников. Начальник стражи, рассвирепев, ворвался в оружейную деревню. Поубивал там около сотни великанов, при этом нескольких из них воины собрались забрать в качестве рабынь из числа тех, кто рабами не являлся. Это, видимо, стало последней каплей, и весь отряд начальника стражи полег, при этом его самого убивали крайне жестоко.

На следующий день начался штурм. Сначала со всех деревень повезли в город караваны с оружием, рабами и провизией. Ничего не понимающая стража обрадовалась, что везут столько всего. Но вот когда начался бой, радости у них поубавилось. Тех, кто был на воротах, убили сразу, как только караваны добрались до центра города, где жил правитель и самые богатые горожане. Проданные ранее рабы-диверсанты, поубивав охрану, защищающую входные двери богатых домов, впустили повстанцев. Началась резня. И прежде, чем сообразили, что происходит, полегло уже множество воинов со стороны городских. Началась паника, но военные начали быстро подтягиваться в центральный район города.

Тут уже мы с Лихтом вступили в дело. Мы методично вырезали отряды подкрепления и горожан, что умудрялись нас увидеть за этим занятием. Мы держали весь город под наблюдением, зная какой житель куда сныкался и легко вычисляли тех, кто не просто прятался и старался не отсвечивать, а внимательно наблюдал за происходящим и видел, или мог увидеть нас. Таких мы с братом старались убивать, как можно быстрее.

Пока все шло нормально. Повстанцы устроили жесткую резню и направлялись ко дворцу правителя. Ну, мы предположили, что это здание считалось у местных дворцом. По крайней мере, это было самое большое и самое красивое здание на этом уровне катакомб.

Как мы ни старались, но все же все отряды подкрепления за короткое время мы перебить так и не могли. Поэтому подкрепление потихоньку, но прибывало. Однако и повстанцев было очень много, и их войско твердо и уверенно пробивалось к правителю, пополняя свои ряды местными рабами.

Решив, что наша помощь у дворца будет нужнее, мы с Лихтом направились к центру событий, по дороге не забывая вырезать отряды подкрепления и особо любопытных великанов. У центра шла ожесточенная битва. Охраны было очень много, но и повстанцев немало, а учитывая, что подкрепления теперь никто не истребляет, нам нужно как можно быстрее перебить защищающихся, чтобы дать повстанцам убить правителя. Тогда в городе начнется война за трон, в которой поляжет огромное количество чешуйчатых великанов. Это и был наш план по нанесению максимального ущерба численности великанов.

Мы проникли через окно в довольно большое здание, судя по всему являющееся местным дворцом правителя. После чего стали методично вырезать стоящую у ворот охрану. Их тут было не много, в основном, все находились снаружи. Скинув каменный засов с ворот, ради которого нам пришлось поднапрячься, мы стали убивать метателей копий которые находились в задних рядах, и прежде, чем на нас обратили внимание, мы умудрились уменьшить численность обороняющихся на пару сотен. Когда же на нас обратили внимание, мы тем же способом через окно ретировались, стараясь не выпускать из виду тех, кто нас заметил.

Поднявшись на второй этаж вместо того, чтобы спрыгнуть вниз, мы ворвались в оружейную и похватали по связке копий. Затем, оббежав с ними вокруг, кинули связки к ногам тех, кто находился в задних рядах нападающих. Те заметили копья, но не заметили нас. Уговаривать никого не пришлось и довольно скоро в ряды обороняющихся полетели копья повстанцев. А мы с Лихтом продолжали снабжать наступающих метательным оружием. Однако со стороны оборонявшихся послали несколько гонцов, возможно, чтобы сообщить о нас. И нас это абсолютно не устраивало. Даже если гонцов отправили не из-за нас, мы не желали рисковать сложившимся положением на поле боя. Убив гонцов, мы постарались перебить как можно больше тех, кто о нас знал. Убили многих, но не всех.

Между тем повстанцы начали теснить охрану правителя. Мы же, убедившись, что все пока идет по плану, вернулись к уничтожению подкреплений, которые не переставали пребывать. Через пару часов повстанцы с большими потерями ворвались во дворец. Мы же, убедившись, что вырезали все подкрепления, которые быстро могли добраться до места битвы, рванули обратно ко дворцу с намерением проредить охрану, которая стоит на этажах.

Не знаю почему, но как ни странно, подземных ходов для побега у чешуйчатых великанов предусмотрено не было. Вот и сейчас вместо того, чтобы убегать по подземному переходу, правитель с личной охраной в броне из неолита стояли в боевом построении и ждали, когда же к ним прорвутся враги. И это все же случилось.