Хроники разрушителя миров. Книга 1. Встреча

Глава 7.

Королевство Аория. Катакомбы близ Семериона.

– Наставник, я подвел нас, – покаялся я.

– И что же ты сделал?

Я рассказал ему все, что произошло со мной, а главное, как я успел пообщаться с девушкой-дворянкой, исключая некоторые интимные подробности, вроде Франжипани. Наставник усмехнулся и произнес больше для себя, чем для нас:

– Женщины. Все в этом мире совершается если не для них, то из-за них. Не думаю, что она начнет трепать языком. Это не в ее интересах. Да и понравился ты ей. Вот если бы ей грозила опасность от встречи с тобой, и единственным выходом было бы сдать тебя, она бы это сделала. А так ничего страшного не произошло. Пока не стоит срываться отсюда. Если вдруг она снова появится, и за ней будут следить – не выходите! Даже если вам будет очень уж невтерпеж получить этот нож.

Если за ней будет хвост, тут только два варианта. Либо она вас сдала, либо проболталась, и теперь кто-то хочет вас поймать. Со змеей ты, конечно, прокололся. Ни один рыцарь в сияющих доспехах не способен развить такую скорость и не обладает вашей силой. И многие сильные мира сего дорого бызаплатили, чтобы иметь на привязи таких зверушек, как вы.

– Мы для тебя зверушки? – поинтересовался Лихт.

– Для меня вы ученики, которыми я дорожу. А вот для остальных – зверушки или звери. Для кого-то вообще монстры, которых нужно сжечь. Поэтому, светиться вам не стоит. Научитесь контролировать свою силу и тогда вам можно будет появляться в городе почаще. Но постоянно жить там все же пока не стоит. Чаще всего вы все равно должны будете находиться на охоте. Во-первых, вам надо развиваться, а во-вторых будете реже под наблюдением. У людей глаз острый, всякую мелочь быстро подмечают. А потом складывают полученные кусочки в общую картину и делают неутешительные выводы.

В общем, девушка, которую ты описал, похожа на достойного человека и не слабого. Предположу, что она очень сильная магесса и пользуется большим влиянием в королевстве. Однако если встанет выбор между ней, тобой или кем-нибудь из ее родственников, она тебя сдаст. Паниковать рано. Но будьте наготове. Возможно, придется уходить.

– Прости, наставник, – опустив голову, покаялся я.

– Да, нормально все, я же сказал. У тебя возраст такой. Вы же оба девственники. Вот и лезет вам в голову дурь всякая. Продадите панцирь и сходите оба в бордель. Немного полегчает. Знаете же, где он находится?

– Знаем, – обрадовались мы.

– Когда у мужчины долго нет женщины, он начинает совершать необдуманные поступки. И делает много ошибок. А это плохо. Поэтому, старайтесь, чтобы у вас регулярно в постели бывали женщины.

– Вроде твоей портнихи? – подначил наставника Лихт.

– Вроде нее, – согласился Джон. – И раз уж я застрял у вас на пару дней, не пора ли поставить еще одну кровать?

– Сейчас все сделаем, – засуетился я. – Лихт, приглядишь за наставником?

– Конечно, брат. Я пока ему одеяло сошью и подушку.

– Отлично, как вернешься, я на склад за досками. Сколочу ему кровать, пока ты шить будешь.

К вечеру третья кровать и еще один стул были готовы. Вот, правда, с ванной неувязка. Раствор нужен, а для нас он слишком дорогой, чтобы держать его про запас. Ну, нам и двух ванн пока хватит. У наставника в доме и одной нет. Он с ушата моется. Если честно, мы уже больше к катакомбам привыкли. Но отвыкать от людей тоже не стоит. Одичаем так.

– Я тут подумал над вашим дальнейшим развитием. Вам необходимы тренировки. Но я уже не способен вас тренировать. Поэтому вам нужно пойти более сложным путем, – озвучил свои мысли наставник, потихоньку прихлебывая горячий цвар.

– Нам нужно искать монстров в пустыне и тренироваться на них? – предположил я.

– Нет. Хотя направление мыслей верное. Вам стоит осваивать катакомбы. Вам нужно спуститься ниже. там должны быть монстры опаснее дургАнов. Намного опаснее. Но сильно глубоко сразу не лезьте. Постепенно. Иначе умрете. Есть тут вход на нижние уровни, который не охраняется дургАнами?

– Нет, такого нет. Но мы можем подобраться к одному из входов незамеченными. Нашли недавно лазейку. Через верхние расщелины. Туда дургАны не заходят. Попросту не могут забраться, а мы хорошо лазаем по скалам и отвесным стенам, – ответил Лихт.

– Вот и отлично. Только позаботьтесь об отходе. Не исключено, что вы выберетесь оттуда сильно израненными, и если нарветесь еще и на дургАнов, то они могут добить вас.

– Наставник, но ты же говорил, что нам ниже в катакомбы спускаться нельзя, – возразил я. – Никто не знает, что за монстры там водятся.

– Это так. Но если за все время вашего тут проживания никто на верхние этажи снизу не поднялся, это может означать, что жить они здесь не могут. Или просто находятся в спячке. Будем надеяться, что первый вариант. Иначе нам придется крайне спешно покинуть эти места. Но другого варианта я не вижу. В пустыне вас могут заметить и тогда точно провал. Поэтому вам нужно будет развивать свои навыки и вторую ипостась тут.

– Хорошо, наставник, мы поняли,– ответил я.

В ближайшие несколько дней мы усердно учились, практиковались этикету, придворной жизни и изучали науки. Больше всего мне нравилась алхимия, но как раз по ней было меньше всего практики, поскольку ингредиенты для нее довольно дорогие. А того, что мы можем собрать вокруг, хватало лишь на несколько занятий. Но все же очень полезных занятий, поскольку лекарственные травы и мази всегда нужны.

Джон сказал, что мы очень хорошо освоили все, что он успел получить от своих наставников и теперь наша главная задача – практиковаться и не терять навыков. Чем мы усердно и занимались. Через несколько дней, когда раны наставника затянулись и он смог передвигаться, хоть и прихрамывая, мы выдвинулись в Семерион, предварительно обговорив нашу легенду. Мы проанализировали ее со всех сторон и не нашли в ней изъянов.

По ней выходило, что мы с Лихтом, охотясь за ящерицами, забрели далеко в пустыню, чтобы найти там ящеров размером побольше. Ведь чем больше кусок кожи, тем он дороже. Поэтому мы случайно наткнулись на пустынную черепаху и решили ее убить. Но не знали как, поскольку слышали от бывалых охотников, что ее броня крайне крепкая, а панцирь вообще мало, чем можно повредить.

Поразмыслив несколько часов, мы придумали свой способ, о котором мы поведаем только за дополнительную плату. И если вдруг найдутся покупатели, то тут мы расскажем правду о том, как мы подкармливали черепаху, пока она не привыкла к копьям возле своей морды.

Наставник всегда говорил, что если хочешь, чтобы тебе поверили, то говори часть правды, смешивая ее с ложью. Вот и тут мы решили, что раны наставника мы обставим следующим образом. Наставник пошел за нами на нашу перевалочную базу в горах. Мы к тому времени уже вернулись с панцирем пустынной черепахи. И так, как панцирь был довольно тяжелый, мы решили срезать путь и пошли напрямую к тому месту, где был расположен один из входов в катакомбы.

Обычно дургАны не выходят на поверхность, но когда чуют рядом добычу, могут и высунуться. Вот и нам не повезло. К нам выбежал дургАн прямо из норы. Но мы смогли от него отбиться, прогнав обратно в катакомбы. А вот Джон, защищая нас, пострадал. Поэтому нам несколько дней пришлось провести в горах, пока его раны не затянулись так, чтобы он смог передвигаться. Ну, как передвигаться. Мы везли его верхом на панцире. Эта штука даже не царапалась о камни. Создатель знает свое дело. Если бы панцирь можно было стереть о камни, черепахи бы не выжили. С тем весом, которым они обладают, пустынные черепахи давно бы если не раскололи, то стерли бы нижнюю часть панциря.

На воротах в город стояли знакомые нам с Джоном стражники.

– Кто это тебя так? – спросил один из них наставника.

– Да… на дургАна нарвались. Вылез падла из своей норы. – ответил Джон.

– А зачем вы поперлись туда, где их норы?

– Так смотрите, какой трофей ученики мои добыли. Тяжелый. Вот и решили сократить путь. Понадеялся, что обойдется. Но не обошлось.

– Ага, и твоим ученикам резко полегчало, – пошутил другой стражник. – Теперь еще и тебя поверх панциря пришлось тащить.

– Да уж, – сконфузился Джон. – В другой раз буду умнее.

– Лекарю обязательно покажись. А трофей знатный. Молодцы парни.

– Спасибо, дядь – ответили мы с Лихтом.

До дома наставника мы добрались под одобрительные взгляды прохожих. А некоторые смотрели на нас с откровенной завистью. Еще бы – такая добыча! Шли мы с гордо поднятыми головами, хоть и делали вид, что нам очень тяжело тянуть за собой здоровенный панцирь с восседающим на нем, как на передвижном троне, наставником.

Добравшись до дома, мы принялись за уборку и готовку. Хотели сначала отнести в торговые ряды панцирь и продать его. Но наставник сказал, что нас видело много народу и покупатели скоро сами к нам пожалуют. Как всегда, он оказался прав. Спустя некоторое время к нам пришел один из торговцев, который сходу предложил за наш панцирь шесть серебрушек. Однако наставник всегда нас учил терпению, и мы его уроки очень хорошо усваивали. Поэтому предложили торговцу присесть и выпить душистого цвара с сухарями. Мол, подождем остальных и послушаем, что они скажут.

Наставник в наши торги не вмешивался. Трофей наш – нам надо учиться, вот и набирайтесь опыта. Пока он лежал с ранами в нашей пещере, он давал нам много советов и мы его внимательно слушали, боясь упустить хоть одно словечко. За все время, что я прожил с наставником, я усвоил одну очень важную истину: наставник никогда не дает бесполезных советов. Все, что он говорит и делает, нужно запоминать и пользоваться этим в жизни.

И в этот раз его советы оказались бесценными. В результате торгов мы продали панцирь аж за восемь серебрушек. А еще нам заплатили целых три медяка сверху за доставку панциря до лавки торговца.

Панцирь мы доставили в этот же день. Правда, было страшно оставлять наставника одного, но торговцы сказали, что приглядят за ним. Первое, на что мы потратили свой заработок – это вызвали к наставнику лекаря. Понятное дело, что лекарь не королевский, но все же свое дело знает.

В этом мире случалось такое, что дворяне развлекались в постели с простолюдинками. И в результате этих утех, иногда появлялись дети, у которых позже проявлялся дар к магии. Подобные бастарды могли поступить в магическую академию и бесплатно отучиться там. После чего они становились полноценными магами, но магических сил у них было значительно меньше, чем у их благородного родителя. А за бесплатное обучение такие маги должны были отработать на государство сто лет. Другими словами, половину средней длины жизни обычного человека. Поскольку в среднем люди живут двести лет.

Можно было бы отслужить и меньше, если возместить затраты с небольшими процентами, которые государство потратило на обучение мага. И некоторым даже удавалось это сделать. Но большинству магов из простолюдинов это было не под силу. Обучение в магической академии за пять лет стоило пять тысяч золотых. Это неподъемная сумма для многих, но, став магами, они могли с зарплаты часть денег откладывать для погашения долга и уменьшения срока службы.

Редко кому из таких магов удавалось жениться или выйти замуж за дворян. Поэтому они женились либо на таких же, как они сами, что было достаточно редко, либо на обычных простолюдинах. Маг в этом мире – это уже не простолюдин, но и не дворянин. Маг – это маг. Маги пользуются уважением и их боятся. Сильных магов побаиваются даже дворяне вне зависимости от их происхождения. Поскольку бастарды от аристократов древних родов могли быть куда сильнее, чем богатенькие дворяне с короткой родословной.

Так вот, дети у магов и простолюдинов рождаются с еще меньшей магической силой, чем их родитель–маг. В общем, доходит до того, что иногда появляются на свет божий простолюдины с микроскопическими способностями к магии. Кто-то не может использовать заклинаний вообще, но сырой маной способен усиливать действие зелий и трав. Кто-то же способен создать одно полноценное маленькое заклинание вроде малого исцеления или огонька на пальце.

Любые лекари, у которых есть хоть мельчайшая частица способностей к магии, очень ценятся и уважаются простолюдинами. И такие лекари в основном живут в трущобах городов, но имеют собственные дома. Вот и в Семерионе был такой лекарь. За его лечение мы отдали целых семь медяков. Но он того стоил. Раны наставника стали зарастать быстрее, и кровь Джону лекарь хорошо почистил. Помимо медяков, мы пытались одарить лекаря еще и большой пригоршней сухарей и целой жменью сухого цвара. От подарков лекарь отказался, сказав, что мы отличные ученики и по-настоящему любим своего наставника, что в этом мире достаточно редкое явление.

Затем в торговых рядах мы с Лихтом купили себе по паре поношенных сапог. Приобрели каждому кожаные поношенные штаны, на которых заплаток было больше, чем осталось от самих штанов. Купили себе по нательной накидке и по кожаной куртке. По их внешнему виду, не было понятно, сшиты они были когда-то из больших кусков кожи, или сразу шились из заплаток и отходов. Но все же, это была наша первая кожаная, а не тряпичная одежда, и мы с братом просто светились от счастья.

Тут же, переодевшись в обновки, мы решили приобрести оружие. После долгих раздумий и торгов мы с Лихтом, все же купили себе по ножу. Конечно, это был такой же хлам, как и прежние, но эти ножи были НОВЫЕ!!! Вы когда-нибудь видели, как красиво смотрится деревянная ручка на новом ноже? Она даже пахнет ДЕРЕВОМ, а не грязью с протухшей кровью. А как приятно прикасаться к новому лезвию! Ведь это не железные ножи, которые делали лет семьсот назад. Сейчас разделочные ножи изготавливают из домашней стали. Не боевая, конечно, но суставы и хрящи лихо разрезает, если сил приложить побольше.

Окрыленные покупками, мы с братом отправились в продуктовые ряды и купили наставнику настоящее ЯБЛОКО!!! Лекарь сказал, что ему сейчас нужны витамины, и мы решили не жадничать. Все же наставник для нас сделал, куда больше. Потом мы купили свиное мясо на кости. Ну как, мясо на кости. Скорее кости с кусочками мяса. Но таких мы купили аж пять штук! Их должно было хватить на целых два пирога, если не сильно много в овощную начинку добавлять мяса. А потом с этих костей еще и три раза суп сварить можно. Если не сильно обгладывать.

Ну, и выполнили обещание, данное наставнику: купили целую курицу, чтобы пожарить ее на углях. Да, все вышло затратно, но Джон нас тоже балует, а потом, сидит несколько дней на цваре с сухарями. Должны же мы ему отплатить.

Увидев продукты, что мы принесли, Джон схватился за голову. Отчитал нас и назвал транжирами. Особенно, он ругался за яблоко. Но мы-то видели, как краешки его губ нет-нет, да поднимались в улыбке, когда он отворачивался. Поэтому, воспринимали это ворчание наставника, как обязательную процедуру, а не как укор.

Сегодня мы поужинали аж половиной курицы, запеченной на углях и промаринованной в кислом растворе с пустынными травами. Закусывали свежевыпеченными лепешками и запивали свежезаваренным цваром. Это был настоящий пир. Правда, готовить мы все же решили дома, открыв форточку. Иначе бы нас сожрали прохожие, которые бы прибежали на запах.

На следующий день мы вдвоем направились в лавку к пекарю. Этот добродушный дядька всегда нас угощал свежим куском лепешки, когда мы были помладше. И не брал за это с нас денег. Он вообще был добрым и любил детей. У него самого были двое сыновей нашего возраста и дочка. Его дети помогали ему в его пекарне, и хлеб все жители трущоб покупали только у него. Потому, что вкуснее лепешек, чем он не делает никто в бедных кварталах. Мы с Лихтом решили, что первым, кто достоин узнать наш рецепт, должен быть именно дядька пекарь. Ему мы решили продать наш секрет охоты на пустынных черепах всего за две серебрушки.

– Доброго утра, дядя пекарь! – поздоровались мы, войдя в лавку.

– О-о-о. Какие важные гости ко мне пожаловали. Наслышан, наслышан про ваш трофей. Лепешек желаете купить? Скоро из печи выну.

– Мы к вам по делу. Нам сказали, что вы интересовались вчера, как мы смогли пустынную черепаху убить. Так вот мы пришли продать вам наш секрет охоты. Интересует? – осведомился Лихт.

– Ну, я же пекарь. Зачем мне ваш секрет охоты?

– Ясно, – отозвался я. – Значит, вы просто интересовались.

– А что, прям так легко убить пустынную черепаху, что даже пекарь справится? – не удержался от вопроса хозяин лавки.

– Даже ребенок справится, – подстегнул я его любопытство. – Только потом, очень тяжело панцирь в город тащить. И разделывать черепаху тоже сложно. Но она вкусная-а-а-а. – ответил я, закрыв глаза и вспоминая то пиршество, что мы устроили себе с братом после разделки пустынной черепахи. Видимо это произвело впечатление на пекаря, потому что он тут же заинтересовался:

– И сколько вы хотите за ваш секрет?

– Для вас, дядя пекарь, всего две серебрушки. Мы добро помним, – заявил Лихт.

– Ну, что ж. Давайте так. Вы мне рассказываете ваш способ охоты и, если он мне понравится, я плачу вам две серебрушки. Если нет, то не плачу.

– А давайте так поступим, дядя пекарь. – предложил я и продолжил:

– Мы сегодня заказываем у вас, что хотим, даже пирожные и едим все.

– Та-а-ак, продолжай – подстегнул пекарь.

– Ну, так вот, если нам понравится, то мы платим за все, а если нет, то платить не будем, – я замолчал.

– А дальше? – не выдержав паузы, спросил пекарь.

– Это все, – ответил я.

– Вы меня что надуть решили? – улыбнулся пекарь.

– Так же, как и вы нас. Не важно, понравится ли вам наш секретный способ охоты, или нет, он действует. И вчера половина людей из нашего квартала видели, как мы тащили панцирь. Поэтому если вы хотите, мы продадим вам его всего за две серебрушки. Вчерашний панцирь потянул аж на восемь. Так что если вы вдруг решите поохотиться на пустынных черепах, вам этот способ пригодится. Только открывать наш секрет другим мы не разрешаем. Только вы имеете право им пользоваться и те, кто его у нас купит. Потому что мы и другим хотим его продать.

– О-о-о. Да вы и в торговле поднаторели, – удивился пекарь.

– А то, – ответил Лихт.

– Ну тогда давайте серьезно, – сказал пекарь и продолжил:

– Меня действительно интересует ваш способ охоты на пустынных черепах. Но дело в том, что ни я, ни мои сыновья не охотники, и у нас того опыта, как у вас и вашего наставника нет. Я своих оболтусов в лес за хворостом отпускать боюсь, каждый раз волнуюсь, не заблудятся ли. Они не чета вам.

Я глянул на парней, таскающих воду в большую бочку для теста, и заметив, как в их взглядах промелькнуло что-то недоброе, понял, что надо спасать ситуацию. Нам еще только мстителей не хватало, которые изо всех сил будут доказывать, что они лучше нас с Лихтом. Поэтому я перебил пекаря:

– Прошу прощения, что прерываю вас, достопочтимый пекарь, но я с вами не согласен. Мой наставник говорит, что каждый хорош в своем деле. Ваши сыновья вон как быстро лепешки пекут, А какие крендельки делают! Загляденье просто. У нас с братом так никогда не получится. Не всем быть охотниками, но и не все умеют хлеб печь так вкусно, что у него во всем квартале конкурентов нет.

В глазах парней я увидел одобрение и гордость за то, что они такие умельцы. Фух, кажется, пронесло.

– Ну что сказать, прав твой наставник. Полностью прав. Но я не в укор своим сыновьям об этом сказал. Я ими горжусь. Я это сказал к тому, а хватит ли у меня с моими сыновьями сил, чтобы втроем убить пустынную черепаху. Ведь если не хватит, получится, что я зря потратил целых две серебрушки. Потому что перепродать этот секрет вы мне запрещаете.

– Мы можем вас заверить, что если вы найдете пустынную черепаху и кругом будет достаточно безопасно, то ее смогут убить даже ваши сыновья вдвоем. Однако проблемы возникнут, когда вы станете разделывать черепаху и, когда вам придется тащить по пустыне панцирь. Это очень тяжело. Но честно скажу, мясо черепахи, запеченное в ее же крови, очень вкусное.

– Ясно. Тогда давайте поступим так. Я плачу вам две серебрушки, вы рассказываете мне про ваш способ охоты и если я удостоверюсь, что он нам по силам, то я заплачу еще две серебрушки сверху.

– Нет, – отмахнулся рукой Лихт. – Для вас мы назначили цену в две серебрушки, и больше мы с вас не возьмем.