Смешная любовь. Роман о любви

© Сергей Ермолов, 2019

ISBN 978-5-0050-0526-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

В Наташе что-то было. Может быть, рот. Или глаза. Я не знал. Что-то манящее. И очень сильно. Мне не удавалось вообразить себя способным понравиться ей. Наташа слишком красива, чтобы оказаться доступной.

Я еще молод. Моложе ее. Иногда молодость – это неудобство. Чтобы понравиться женщине, я выдумываю себя. Я устал быть нелюбимым.

Я старался использовать все возможности своего обаяния. Мне следовало быть настойчивее. Никогда не следует высказывать сомнения в привлекательности женщины. «Не ищи красивых,» говорил я себе. «Ты не сможешь их удержать». У меня есть правила на все случаи жизни. Но желание любви может изменить любое правило.

Для меня все имело значение. Она оказалась очень умна. Меня это разочаровало. Ни одной иллюзии. Лучший выбор женщины делает только слепой. Решение не бывает простым. Не у меня.

Наташа выглядела невероятно красивой и смотрела только на меня. Я даже обернулся, чтобы убедиться, что она улыбается именно мне, а не кому-то другому, кто случайно оказался у меня за спиной. Я выдумывал Наташу для себя.

– Ты удивительно выглядишь, – восхитился я.

– Надеялась, что ты заметишь, – ответила Наташа.

– У тебя красивые руки.

– Сейчас они ужасные. Я не нашла нужного лака.

– Я обожаю тебя.

– Хороший мальчик.

– Перестань мучить меня.

– Я тебя мучаю?

– Да. Ты смеешься надо мной.

– Не будь смешным.

Я не чувствовал уверенности. Не знал, что Наташа думает обо мне.

Наши взгляды встретились, и она как будто даже растерялась от неожиданности. Я сидел и ждал, что произойдет в следующий момент.

– Значит, я тебе нравлюсь? – спросила Наташа.

– Конечно, нравишься.

– Что бы это могло значить? – у нее был удивительно ласковый голос. Никто еще никогда в жизни не говорил со мной таким голосом. – Откровенно говоря, я удивлена.

– Значит, ты догадалась.

– Это не трудно. Достаточно взглянуть на твое лицо.

– Ты, кажется, не то хотела сказать.

– Но вовремя остановилась.

Иногда я почти был уверен: в этот раз будет все. Но тут же говорил себе: нет, нет, только не сейчас, не в этот раз, в другой. Смотрел на ее лицо и пытался понять: что это значит? Когда это произойдет? Я не спросил.

– Что с тобой? – спросила Наташа. – Уж не влюблен ли ты?

– Не знаю. Я об этом подумаю.

– Какой же ты еще малыш? Может быть, ты действительно влюблен в меня?

Вот когда я впервые подумал, что она умнее меня. Я старался привыкнуть к роли выжидающего, к ощущению, что действуют все, кроме меня. События должны развиваться сами, без моей помощи. И либо Наташа неизбежно достанется мне, либо нет и тогда мне не в чем будет себя упрекнуть.

– Ты всегда такой вежливый? – поинтересовалась она.

– Нет.

– Я так и думала. Никто не знает, какой ты на самом деле. Ты начинаешь мне нравиться. И что мы будем с этим делать?

Смотрел на ее волосы, и мне казалось, что я давно знал их на ощупь. Ожидание не всегда утомительно.

– Ты меня хоть немножечко любишь? – опять спросила она.

– Ты и сама знаешь, – ответил я. – Знаешь же.

– Откуда ты это знаешь? Откуда?

– Ты нужна мне. Почему ты упрямишься? Ты какая-то старомодная. Говоришь «нет» только для того, чтобы я тебя упрашивал.

– Откуда ты так хорошо знаешь, чего мне хочется? – Наташа быстро посмотрела на меня, отвела глаза.

Я не встречал сопротивления своему безразличию. Недоверие женщины всегда вынуждает быть более изощренным в обмане. Решение вроде бы не такое уж и важное, но почему-то оно кажется важным. Не могу понять, что хочу от себя. Неизвестное всегда пугает. Не знаю почему, но я чувствовал, что краснею. Нужно уметь любить. Я не хочу учиться ничему другому. Любовь для меня – все в жизни.

– Что ты сказал? – переспросила Наташа.

– Что я люблю тебя.

– В самом деле? А тебе не кажется, что мы давно выросли из этой игры?

– Я еще не знаю, чего хочу.

– А чего ты хочешь приблизительно?

– Приблизительно – всего.

– Какие глупые слова. Но слушать их от тебя почему-то приятно.

Наташа смотрела на меня с любопытством, и я почувствовал, что она рассматривает и оценивает меня. Все, что происходило не было похоже на реальность. Человек, который старается убедить, никогда не бывает правдив.

Я подумал – первый шаг сделан. Надо делать второй.

– Какое счастье быть хорошенькой женщиной, – сказала Наташа.

– Я хочу, чтобы мне завидовали.

– Какой ты, оказывается ребенок.

Я возразил, что мне уже шестнадцать. Я боялся оказаться не готовым к любви. Мне всегда не хватает уверенности.

– Пытаешься мне понравиться? – Наташа смотрела на меня так, словно знала все мои мысли.

– Да, но, кажется, не слишком успешно.

– Не стоило и начинать. Я всегда смогу сказать нет.

– Попробуй.

– Зачем?

Женщина способна на всякие хитрости, если хочет заманить мужчину в ловушку. Но меня заманивать было не надо.

– Ты мне веришь?

– Хочу верить.

– Можешь верить.

– Что-то ты очень говорлив сегодня.

А я был счастлив. И мне было все равно, что говорить.

– Я тебе нравлюсь? – это одна из тех фраз, которыми пользуются женщины, чтобы обратить на себя внимание мужчин.

– Конечно, – ответил я.

– Чем?

– Мне это известно.

– Тогда хорошо.

Я ждал и не делал лишнего. Так просто испортить хорошее. Не делал того, что хотел. Вот она проблема. Надо назвать ее. Необходимо знать, что нужно опасаться в такой ситуации. Моя неловкость развлекала Наташу. Может быть, я остановился за минуту до того, как она уже была готова согласиться.

– Я хочу спросить, – прежде мне не удавалось быть таким откровенным. – Не хочу, но надо.

– О чем же?

– Ты чувствуешь то же, что и я?

– Я не знала, что для тебя это будет интересно.

– Зачем тебе так необходимо мучить меня?

– Наверное, я к тебе неравнодушна.

– Что полагается делать в таких случаях?

– Давай не будем говорить об этом сейчас.

Я боялся молчания в присутствии любимой женщины. Не всегда мог придумать, что бы такое сказать. Излишняя скромность, вот что это было. И ничего другого.

Наташа открыла рот, собираясь что-то сказать, снова закрыла его, и, наконец, тихо спросила:

– Ты уверен в себе?

– Нет, – ответил я. – Не всегда.

Но почему именно так? Ужасно неудобно. Хочется увидеть во плоти мои грешные мысли. Чувствовал, что Наташе это было необходимо не меньше, чем мне. Я могу только гадать, как оно бывает с любимой женщиной. Воображаю всякие подробности. Мне это нравится. Мне всегда казалось, что ноги – самая некрасивая часть тела, но у нее они мне нравятся.

– Ты еще маленькая – не обижайся, – попросила Наташа. – Ты еще наивный.

– Это было очень давно. Сейчас я не наивный.

– Да? – засмеялась она.

– Да, – я сказал «да» и подумал: странно, что она смеется.

– Ты ужасно упрям.

– Так и мама говорит.

– Можно мне дать тебе совет?

– Я их не часто слушаю.

– Ты не обращай внимания, когда я такая. Я не хочу быть некрасивой перед тобой. Ты знаешь, о чем я думаю?

– Нет. – Откуда я мог знать? Я не знал даже, о чем думал сам.

– Мы оба знаем, чего хотим. Я буду откровенна. Мне казалось, что я могу обойтись без тебя. Но я не могу.

Может быть, мне просто повезло, что Наташа обратила на меня внимание.

Я тщательно подыскивал слова, чтобы ей ответить. Боялся одного – как бы не сказать банальность. Наташа должна быть моей, быть со мной, подумал я. Мне нравятся улыбающиеся лица. Она уже все поняла. Нам удалось понравиться друг другу.

– Не знаю, о чем говорить, – сказала Наташа.

– Тебе и не надо ни о чем говорить.

– Мы, наверное, сами создаем себе сложности.

– Я понял тебя, как надо.

– Тебе же лучше, глупенький. В моем возрасте женщина привлекательнее, когда она одета.

– Это понятно.

– Понятно? Тебе понятно? Как тебе может быть понятно? Я мечтаю тебе уступить. Я не хочу, чтобы ты во мне ошибся.

Я обрадовался. Это – странно. Я совсем не веселый человек. Не долго же она сопротивлялась. Очень умна и знает, что делает. Я завидую людям, которые живут ни в чем не сомневаясь. До встречи с Наташей жизнь у меня была какая-то однообразная. День за днем одно и то же. Ничего не происходило. Жизнь проходила. Ускользала. Я не мог понять, почему мне не везло в любви. Хотел быть любим. Я пытался. Постоянно пробовал быть счастливым.

Никогда нельзя быть уверенным, что поступишь именно так, как пообещаешь себе. Мне необходимо повзрослеть. Мои желания притягивают меня к Наташе. Я влюбился в нее. Окончательно и бесповоротно. И рано или поздно придется задуматься, что с этим делать. Мне не хватает уверенности в себе. Я хотел, чтобы Наташа взяла инициативу в свои руки, подала мне знак, которого я ждал. Рядом с Наташей я не хочу быть смешным.

2

Я ничего не выдумывал. Наташа позволяла мне быть искренним с собой. Я это чувствовал. Я был честным в своих желаниях? Так почему же я так нервничал? Знаю, что меня пугало. Обычно женщина всегда сопротивляется чувствам мужчины.

Я понимал, что все написано у меня на лице, и скрыть это от Наташи не удастся. Невозможно избавиться от всех своих недостатков.

– Чего ты боишься? – спросила она.

– Тебя, конечно, – ответил я. – Разве не понятно?

– Возражения женщины никогда не удерживают мужчину.

– Неужели все так просто?

– Да, малыш.

На мгновение она повернула голову и посмотрела на меня широко открытыми глазами. Я не знал, что она хотела от меня. Ее безразличие ко мне выглядело естественнее моего безразличия к ней.

Спокойно, сказал я себе. Хорошо все обдумай. Надо быть хитрым. Времени хватит. Я никогда не был наивным. Наташа оказалась очень близко от меня. Так близко, что я боялся пошевелиться.

Я могу говорить лишь о том, что чувствую. Любовь должна сделать меня увереннее.

– Недоступность женщины, – сказала Наташа, – лишь один из способов притворства, привлекающий мужчин.

– Если тебе нравится обманывать, мне следует научиться верить твоему обману.

– Солнышко, ты не мог бы говорить понятнее? Ты что-то от меня скрываешь.

– Я просто жду удобного момента, чтобы сказать.

– Сейчас удобный момент. Милый, я понимаю, что ты чувствуешь. Ни одной женщине не нравится сомневаться в любви мужчины. – Наташа посмотрела на меня со снисходительной улыбкой. – Женщины только жадны. Думать иначе наивно.

Я верил: она думает то, что говорит. У меня дурацкая привычка краснеть, когда я застигнут врасплох. Я мог упустить что-то, имеющее огромное значение. Внутри у меня все время что-то вертелось, стараясь найти удобное место, как человек, у которого бессонница, старается подыскать удобное положение на кровати.

– О чем ты думаешь? – спросил я.

– Вот сломала ноготь и теперь вспоминаю, где и когда это случилось. Как ты себя чувствуешь?

– Неуверенно.

– Я смущена еще больше, чем ты.

Мы поддавались друг другу. Мы не пытались постоянно доказывать, что кто-то из нас лучше другого.

Наташа получала все, что хотела. Я уступал неожиданно для себя. Не мог ни в чем отказать этой женщине. Не хотел ни в чем ей отказывать. Мне нравилось подчиняться Наташе. Просто я был уверен, что она этого хочет.

Я вдруг подумал, что Наташа – эгоистка. Возможно, что и так. Но меня это не волнует.

– Ты все еще нервничаешь? – спросила она.

– Я не хочу разрушать твое мнение обо мне.

– Ты зря тратишь время на объяснения. Все понятно без слов.

– Ты для меня больше, чем просто красивая женщина, – я старался, чтобы она поверила мне.

– На меньшее я никогда не соглашусь. Ты любил когда-нибудь? Не каждый мужчина может полюбить.

Наташа перестала говорить и прижалась ко мне. Она хотела меня успокоить. Или успокоиться сама, кто знает? Не нужно воображать женщину более искренней, чем она искренна в действительности. Не следовало говорить Наташе все, что знаешь о себе. Но я не сумел притвориться. Разучился быть искренним во лжи.

– Не слишком ли далеко мы зашли? – спросила она.

– Это только начало.

– У тебя все мысли в одном направлении.

Я не чувствовал победу, скорее, смущение. Легко лишь сказать – не волнуйся. Наташа казалась мне простодушной и наивной, ведь она так и не догадалась о моих намерениях. Мне хотелось быть безгранично нежным и терпеливым. Любовь учила меня нежности.

– У тебя лицо человека, который обманывает, – сказала Наташа.

– Я постоянно обманываю.

– Я знаю. Но меня – нет.

Хотел возразить, но передумал. Я видел, что моя покорность ее обезоружила, что ей уже меня жаль. «Что я теперь должен делать?» Чувствовал, что наши роли переменились и что теперь инициатива принадлежит Наташе. То самое, что мне было необходимо.

– О чем ты думаешь? – спросил я.

– О тебе. Размышляю, сможешь ли ты сделать меня счастливой. Это будет очень трудно.

– А что для тебя важно Наташа? – глупо спрашивать женщину, сомневаясь в возможном ответе.

– Ты должен постоянно напоминать мне о моей привлекательности.

– Какая ты пошлая.

– Тебе очень понравится. Иди ко мне. Иди, иди.

Наташа погладила меня по голове едва ощутимым прикосновением и тут же убрала руку.

Мне хотелось спросить у нее, почему все становится легче и проще, когда она рядом. Первое впечатление от человека никогда не оказывается правильным. Я хотел воспользоваться желаниями Наташи. Мне они нравились.

Вот она любовь, подумал я. Здесь. Сейчас. Наконец-то я понял. Все было серьезно. Она не шутит. Чтобы понимать женщину, ее надо любить. Никогда не думал, что ожидание любви так мучительно. Может быть, мне предстоит узнать что-нибудь более неожиданное о себе. В жизни все так по взрослому.

– Каждая женщина боится своей откровенности перед мужчиной, – сказала Наташа.

– Я не хочу заставлять любить себя.

– Видел бы ты сейчас выражение своих глаз. Ты сам не знаешь, на что толкаешь меня.

Я не хотел ей отвечать, не знал, как выразить свои чувства словами. Лишь ощущал, что мне все сложнее сдерживать себя. Остановиться было невозможно. Но я не знал, что должен делать.

Я нашел женщину, которую искал. У меня нет возможности справиться с желанием любви. Хочу быть любим. Ничего другого я не хочу. Радовать себя безразличием к любви невозможно.

– Ты такой же, – услышал я голос Наташи.

– Какой такой?

– Как все. Женщина может ждать. И долго, если надо. Не знал этого?

Было ясно, что она никуда не спешит. «Разве так можно?» подумал я. «Почему так долго? Может быть, что-то не так?»

Я почувствовал, что больше не нужно пытаться. Пока. Только пока. Словно боялся, что она плохо подумает обо мне. Что я забыл сделать? Какая-то смутная мысль вертелась в голове, не давая покоя. Чувствовал, что мне обязательно нужно было что-то сделать. Но что? Мне казалось, что от этого зависела моя любовь.

– Я тебя погублю, – сказала Наташа.

– Лучше ты, чем другая, – я не позволял ей сомневаться в искренности моих слов.

– Ты просто очень плохо знаешь женщин.

– Да? Не делай из меня дурака.

– Просто я тебя немного поддразниваю.

По ее голосу я чувствовал, что она не шутит. В ее словах я находил подтверждение своим ощущениям любви.

Я не могу привыкнуть к своим новым чувствам. Они не могут быть только выдумкой. Признаваться в любви нужно лишь тогда, когда уже нет возможности молчать. Но любовь невозможно выразить словами.

– О чем ты думаешь? – спросил я.

– Разве я всегда должна о чем-нибудь думать? Ты меня все время спрашиваешь. У меня на лбу появилась новая морщинка. Я стара для тебя.

– Как ты думаешь, есть у меня хоть маленький шанс?

– Ну и вопросики же у тебя.

– Мне просто хочется узнать твое мнение.

– Иногда ты ведешь себя, как ребенок. Но мне нравится быть терпеливой. Именно это я называю любовью.

– Как неожиданно все получается, – я не хотел верить в случайность нашей встречи.

– Я знала. Знала, что у нас с тобой так будет. Знала, лишь только увидела тебя.

Только теперь я догадался, отчего это вдруг при виде Наташи мне становилось так хорошо, – ее отношение ко мне изменилось. Я поверил любви. Ничто не может остановить меня. Как хорошо быть так уверенным в себе. Наташа завидовала мне. Я должен признаться, что хочу этого. Ни с кем другим не чувствовал ничего похожего.

– Ты что-то хотел сказать мне? – спросила Наташа.

– Так, одну глупость. Не обращай внимания.

– Ведь ты не считаешь, что мы что-то упустили?

«Именно так», подумал я.

Живу только любовью и стараюсь ничего не выдумывать. Я никогда не был эгоистичным, злым, не был взрослым.

Несколько минут я обдумывал ее слова. Потом спросил:

– Я тебе, что ли, не нравлюсь?

– Как я хотела бы, чтобы это было так. Ты же еще совсем ребенок. Ты не можешь быть предоставлен самому себе.

– Ты серьезно?

– Разве похоже, что я шучу? – Наташа ответила не сразу, и, еще не зная ее слов, я вдруг понял, что она может сказать что-то такое, что поразит меня.

– Я ищу человека, который бы понял меня.

– Это нелегко. Тем более, если ты прячешься. Не отказывай себе в удовольствии. Не осложняй себе жизнь.

– Я не говорил этого.

– Тебе и не нужно было говорить. Ты не представляешь, как мне нравится просто видеть тебя рядом. Я не знаю, как долго мне удастся сопротивляться. Мне необходимо твое уважение.

Вот как легко убедить женщину, если говорить ей правду. Наташа скрывала от меня свою доступность. Ожидание не может нравиться. Мне следовало быть более настойчивым. Найти так же просто, как потерять. Нужно лишь знать, где искать. Однажды следует стать мужчиной. Пришло время.

Я поверил Наташе. Почему-то именно ей. Она может обмануть. Не привыкай доверять красивым женщинам. Она обязательно найдет, что можно требовать взамен. В общем-то это понятное желание.

– Мне так стыдно, – я отказался от сомнений. Недостатки стали моими достоинствами.

– Ничего страшного.

– Ты веришь, что мне стыдно?

– Тебе? Нет. Не верю.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Не изображай из себя невинность.

И как это Наташа всегда угадывала, о чем я думал?

Я знал, что сейчас будет трудно. Но я не собирался ничего делать. Больше мне уже нечего было ей сказать. Теперь оставалось только ждать. Я не делал, что хотел. Старался быть понятным. Когда любят не врут.

Что я сделал неправильно? Что я мог себе позволить? Взрослые говорят одно, а делают другое. Я ожидал от себя самых дерзких поступков и откровений – правда, пока еще не мог понять, каких именно. Боялся действовать слишком поспешно. Мне не хватало практики. Но я был счастлив уже только ожиданием. Я нравился себе.

Нужно уметь ждать. Терпеливым всегда везет. Я боялся ошибиться. В каждой женщине ощущается что-то опасное для меня. Неуверенность может помешать в любом деле. Я уже привык, что женщины не замечают меня. Они не видят во мне мужчину. Сомневаются. Неуверенность всегда была частью меня. Никто не ищет одиночество. Ни одна женщина никогда не торопилась понравиться мне.

Я не хочу бояться Наташу.

3

Во мне нет ничего способного удивить. В оригинальности я всегда был неудачен. Мне не следовало воображать, что я могу убедить в своей любви любую женщину. Не все удается понять даже в собственных поступках. Меня привлекает в Наташе то, что совсем не соответствует моим прежним представлениям о женской привлекательности. Мне нравятся ее ноги. Но я никогда не говорил ей об этом. Старался не давать ей лишних козырей.

Обманывая любимую женщину, я всегда чувствовал, что обманываю себя.

Ожидание Наташи делало меня слабым. Не могу не просить женщину о том, что другим мужчинам она всегда предлагает сама. Я спешил. Никогда прежде я не боялся не успеть.

– Тебе не хватало меня? – предположила Наташа.

– Да.

– Очень не хватало? Мы с тобой еще поговорим об этом. Ты умеешь польстить.

Я вообразил, что мне удалось почти все из задуманного. Верил от начала и до конца в то, что говорил. Я не обманывал.

– Я рада, что ты пришел, – Наташа позволяла мне чувствовать любовь.

– А что, было много таких, которые отказывались? Неужели такое случалось?

– Ты этого не сможешь понять. Почему ты меня об этом спрашиваешь?

Я покраснел и смущенно рассмеялся. И не стал объяснять. Наташа тоже улыбалась моему детскому вопросу.

Мне нравилось думать, что она доверяет мне больше, чем мужчинам, которые были у нее раньше. Я очень легко поддался ее влиянию. У меня не появлялось возможности разоблачить женское притворство.

– Ты ребенок, – сказала Наташа.

– Да. – Это была правда.

– Тебе хорошо со мной? Я уже успела отвыкнуть от своей искренности. Иногда мне кажется, что самое хорошее в моей жизни – ты. Я обожаю тебя за это.

Я не заметил иронии. А может, ее не было.

Только Наташа могла заставить меня говорить о любви. Я не хотел сомневаться. Я нуждался в любви. Это желание всегда было во мне сильнее остальных желаний.

Заговорил неуверенно, не всегда зная, что скажу дальше. Я считал, что это важно – какие будут сказаны слова. Рассказывал Наташе о себе лишь то, что мне было выгодно. Когда я оказываюсь с ней рядом, ложь всегда становится правдой. Мне это нравится.

– Ты сейчас какой-то тихий, – сказала Наташа.

– Видимо, так удобнее.

– Ты кажешься мне скромным и робким.

– Это одна из моих лучших выдумок о себе. Внешность должна обманывать. В действительности я, конечно, всегда другой. Мне кажется, что хуже. Но это не оказывается недостатком, если получается скрыть.

– Однажды все откроется.

– Я не думаю о плохом. Мы ничего плохого не сделали.

– Иногда я думаю, что мы все делаем неправильно.

– Разве у меня есть выбор?

– Нет. Рядом с тобой я чувствую себя уютно. Тебе что-то хочется сказать мне? Что?

– Еще не знаю, но скоро буду знать.

– Я хочу, чтобы ты говорил обо мне. Не надо теперь меня стесняться. Запомнил?

– Да, Наташа.

– Мой большой-пребольшой мальчик.

Наташа понимала больше, чем я хотел сказать. Мои ошибки не удивляют никого, кроме меня. Я не знал, что она ждала от меня. Я был счастлив. Любовь учила меня терпению.

Не мог удержаться от улыбки, и она сразу выдала меня. Не следует быть искренним с женщиной больше, чем необходимо.

– И когда ты только повзрослеешь, – сказала Наташа.

– Не надо так говорить.

– Это просто шутка. Люблю пошутить. Я ведь несерьезно. Сам понимаешь, что не это имеет значение. Мы с тобой взрослые люди. Наша разница в возрасте – это всего лишь случайность.

Я сказал – да, мне кажется, что да. И улыбнулся Наташе.

Я чувствовал любовь. Это ощущение очень важно для меня. Прежде я мог лишь догадываться о своих желаниях. Я был только неловок, когда дразнил себя возможностью любви.

И вдруг Наташа улыбнулась, как озорной ребенок. Я подумал, что, возможно, она и правда влюблена в меня.

– Ты совсем не такая, как я ожидал, – я верил, что Наташа сделает меня счастливым.

– Знаю.

– Я не могу понять, почему.

– Глупенький, в таких случаях не существует никаких «почему».

– Как же я тебя люблю.

– Ты должен был это сказать. Какой ты мальчик. Рядом с тобой я боюсь ощущать свой возраст.

– Я ничего не выдумываю.

– Я верю. И давно ты так чувствуешь?

– С самого начала.

– Это неправда.

– Я вижу, что ты мне не веришь. Но это глупо.

– Ни одна женщина не согласится с мужчиной, даже если уверена в его правоте. Такое теперь редко встречается. Ты сам увидишь. Ты же известный врун. Разве можно верить вруну?

– С чего ты решила, будто я вру?

– Любая наивность имеет предел, как ты думаешь?

– Ты что-то знаешь обо мне, – усмехнулся я.

– Да так, кое-что. Ты всегда думаешь о чем-нибудь таком?

– Стоит мне перестать быть наивным, все говорят – стал умным.

Вдруг Наташа рассмеялась, а вслед за ней рассмеялся и я. Мы не могли остановиться.

– Если бы ты видел, – сквозь смех проговорила Наташа, – какое у тебя было лицо. Не смотри на меня так. Я ведь на твоей стороне.

«Она права, она опять права», подумал я.

В искренности ее тона можно было не сомневаться. Я почувствовал, что получил в руки определенную власть. И, хотя это было бессмысленно и ни к чему, мне это было приятно. Я захотел узнать все, что Наташа старалась скрыть от меня. Никогда не следует торопиться узнавать о всех недостатках женщины.

Желая быть откровенным, я все испортил. Убедить женщину в своей любви всегда проще, чем убедить самого себя. Я никогда не был хорош на столько, чтобы обо мне можно было мечтать. Очень важно считать себя красивым. Я о себе так не думал.