Девочка в мальчике

Глава 1

У меня осталось всего два с половиной месяца. А я ничего не смогла сделать. Сейчас моя внешность ничем не отличалась от обычного подростка старшей школы. Но это было просто ужасающе трудно. Я так и не смогла привыкнуть к реальности происходящего.

– Вы не можете оставить меня здесь надолго! Это не мое тело и не моя жизнь! Я не могу быть парнем! Этот Томми… Кошмар какой-то! Вся его жизнь один сплошной кошмар наяву. Он живет в трейлере с тетей! Вы это знали?

– И что?

– Как что? Я два года была просто бестелесным духом, проходила два курса обучения, защитила два успешных Восстановления и теперь все чего я оказалась достойна – это тело подростка Томми с жуткими проблемами?

– Так вышло. Не мы выбираем. И ты это знаешь.

Ниль виновато улыбнулась. Руки, сложенные в замок на столе, едва заметно дрожали. Но меня это не останавливало. Как они могли со мной так поступить? Как? Что это вообще?

– Я могу отказаться. У меня есть такое право.

– Мы знаем, – Лира откинулась на спинку стула и прищурила глаза. – Но в таком случае ты знаешь, что последует за этим.

– Знаю.

Мои мысли разбегались в разные стороны. У меня больше не будет права Перерождения. Я навечно, а точнее, до самой смерти своей оболочки останусь в том теле, которое выберет за меня Совет.

– И твое решение?

– Какие у меня шансы на нормальную оболочку?

– Смотря что ты подразумеваешь под нормальной оболочкой? Томми – нормальная оболочка. Зависимостей нет, внешние физические критические изъяны отсутствуют. Позиция в структуре – 2.

Ниль спрятала руки под стол. Это был ее второй совет и я пыталась разжалобить хотя бы ее. Но у меня плохо получалось. Итак, что я имею на данный момент? Ужасного ботана Томми. Вечно голодного. Абсолютного интроверта и флегматичного зануду. Без друзей. Отношений. Живущего в трейлерном парке. Спасибо, что хоть девушки нет. Но больше плюсов в этом и нет. Как я должна это безобразие вернуть в социум? Вернуть желание жить?

– Мне нужно время, – буркнула я еле слышно, но достаточно громко для того, чтобы Третье поколение Совета меня услышало.

– Отлично. Тогда не вижу смысла тебя задерживать, – Лира поднялась из-за стола и откинула тяжелую, усыпанную ярко-красными камнями, косу назад. Третье поколение Совета держалось только на ней. А с ней было тяжело спорить. Я вздохнула и отвернулась.

Все было не в мою пользу. Ах, Томми! Ну и что мне с тобой делать?

Что может быть хуже тела парня, который просто ненавидел себя? Вообще, не в курсе. Он ждал так долго и в итоге просто сбросил себя с моста. Еще один идиот, который ничего не оценил. Все свои безграничные возможности, которые подарил ему этот мир.

Я тоже когда-то была такой. Не спорю, тяжело. Но что с ним-то было не так? Он вообще в курсе, что парням в этом мире все дается легче? Его тоже напоили на вечеринке у Мортсона и на утро разослали его голые фотки по всей школе, как это было со мной?

Вряд ли.

Третье поколение Совета ничем мне не могло помочь. А мне не хотелось бы терять свой шанс. Мне всего-то навсего нужно было сделать так, чтобы дурак Томми снова захотел жить. И пока его жалкая душонка будет проходить курс восстановления, я должна сделать тут его жизнь лучше. А если он в итоге так и не захочет вернуться? Мне придется доживать в этом теле не один год. Ужасно? Нет. Отвратительно просто.

Я девушка, черт подери, и зачем меня только запихали в тело парня? Я даже не знаю что с ним делать.

Утро выдалось отвратительным. Томми, а точнее я, проснулась от оглушающего хохота. Хохотала не я. Еще бы. После Совета мне пришлось снова вернуться в дурацкий трейлерный парк и спрятаться за шторкой в углу. У Томми судя по его профилю была мать. И какое-то жалкое подобие отца.

– Эй, идиот!

Кажется кто-то обращался именно ко мне. Тощий и неприятный человек алкогольного типа смотрел на меня исподлобья. Хотя… он, наверное, всегда так смотрел на Томми. Может Томми и вправду был идиотом.

Я поднялась с кровати и подошла к мужчине. Но тут же упала на пол когда тяжелая рука мужчины ударила меня в нос. Ау! Вот черт! Томми был жалким не только внутри, он еще был мальчиком для битья этого чувака снаружи. Я стиснула зубы чтобы не расплакаться. Кровь хлынула прямо на коричневые шорты и зажала нос рукой.

– Придурок! Я еще не сказал твоей матери что ты вчера натворил!

Я промолчала в поисках силы, чтобы подняться с грязного пола трейлера. Вспомнив как зовут чертового придурка, который только что меня стукнул, я поднялась с пола, все еще зажимая нос.

– Джим. Что ты хочешь?

–Ахаха, ты умеешь разговаривать?

Я стиснула зубы.

Этому Томми пора было сваливать из этого места. И почему он только здесь жил? Что его держало тут?

Меня охватило странное чувство того, что я проваливаюсь в какую-то яму, которой нет конца. Да, вот оно. Чувство что ничего не изменить и этот ужас никогда не прекратится. Томми не справился с этим. Оно только сильнее его увлекало за собой. Он жалел себя, жалел о том что жил и ничего не мог изменить.

Умывшись в раковине я посмотрела на свое отражение в треснутом зеркале. Томми был абсолютно не выдающимся человеком. Но несмотря на это … Хотя, чего я опять умничаю? Я сама была просто дурой тогда. Мне нужно сейчас все изменить и дать этому Томми еще один шанс.

Когда кровь остановилась, я умылась и почистила зубы. Томми нужно было идти в школу, а я была не намерена пропускать уроки. Что-что, а учиться я любила. Пока пьяный Джим что-то ковырял на кухне, я улучив момент, схватила рюкзак и выбежала из трейлера.

Где, черт побери, была мать этого Томми?

Так.

В голове я прокручивала досье Томми и его окружения. Планшет был под рукой и я залипла в него, удобно устроившись на траве.

– Лузер, – кто-то бросил в меня огрызком яблока и я снова не успела увернуться. Вот же черт! Мне нужно было быть явно осторожнее и внимательнее. Того гляди меня просто убьют и не надо было даже с моста прыгать, Томми. Все было гораздо проще.

– Отвянь, – я фыркнула и снова уткнулась в планшет. Понятия не имею как бы отреагировал на такое настоящий Томми, но сейчас я была сосредоточена на информации. До начала урока осталось всего минут сорок, а мне нужно было больше времени. Учебный год начался для Томми не очень удачно.

Я пошарилась в рюкзаке в попытке отыскать кошелек Томми или деньги, но не нашла ничего. Черт, у него не было и денег тоже. Значит мне еще придется работать? В прошлой жизни я как-то подрабатывала в кофейне на углу. И между прочим неплохо получала. Там был даже парень, который оставлял мне чуть больше денег чем требовалось заплатить за кофе. Я помотала головой. Значит после учебы мне нужно было прошерстить просторы интернета в поисках подработки.

Так что там было еще?

Я снова уткнулась в планшет.

Так, так, так. Я листала странички, пытаясь, ухватить все что только можно было ухватить за такой короткий срок. Да, я до последнего верила, что Совет просто ошибся с выбором тела для меня, но так как на последнем заседании Совета они подтвердили то что ни черта они не ошиблись, то я была застигнута врасплох. И была не готова к жизни Томми. Божечки, о чем я только думала?! Святые пончики! Да что не так со мной. Мне нужно было собраться в кучку и начать вести нормальный образ жизни обычного подростка.

Для начала мне нужно было разобраться и понять, что я делаю не так. А Томми все делал не так. Позволял людям больше чем следовало бы. Оценки его были днищем, отношение окружающих к нему было ниже уровня моря настолько, что можно было плакать. Девушек он не привлекал, да и мальчиков тоже. Разве что голодных бездомных животных, которые мечтали поглодать его кости. Да уж. Персонаж трагический и совершенно не в моем вкусе. Но я справлюсь. У меня не было другого выхода. И еще эти мужские штучки по утрам. Кошмар! Я закатила глаза, пытаясь, выбросить из головы свой утренний стояк. Блин! Не мой, а Томми. И как только парни с этим живут?

Пока я шла к аудитории на втором этаже, меня три раза ткнули в спину, один раз поставили подножку и пару раз выбили учебники из рук. Но я молча терпела и не скандалила. Сначала нужно было привыкнуть ко всему и все разузнать подробнее. Ведь проблема Томми была явно не только в том, что он жил в трейлерном парке с алкоголиками. Или только в этом? А может у него была какая-то тайна или тайная страсть, или … о боже, ну за что?

Урок был выборочным и это была литература. Ну хоть что-то из того что я любила в своей прошлой жизни. Томми и в учебе был неудачником. Может начать, с того чтобы поправить оценки в школе?

За столом рядом со мной сидела девушка с прямой челкой, которая разглядывала свой маникюр. Неудачный надо сказать. Прямо передо мной расположился какой-то крупный парень с коротко стриженными волосами, от которого неприятно пахло чесноком. Укротитель вампиров? С другой же стороны сидела девушка с короткой стрижкой, которая что-то радостно тыкала на экране своего телефона. Похоже, это был класс полный неудачников. Но я ошибалась. В класс вошли они.

Да-да, те самые Ллойд и его команда. Я про них читала и чуть не уснула где-то на 27 странице. Они были красавчиками, спортсменами и что-то там еще. Этот Ллойд был королем школы тысячу раз, тысячу раз что-то выигрывал. Я внимательно рассмотрела его вживую. Ну да, ничего так. Но учитывая что он был настоящим снобом и просто отвратно относился ко всем окружающим его людям. Ну ладно не ко всем, а к обычным и простым людям, как Томми. А возможно и к большей части всей школы.

Девочка справа от меня захихикала и спрятала руки с отвратным маникюром под стол. Идиотка, как пить дать. Влюблена, пожалуй, в такого засранца. Она что слепая? И не видит, что он засранец? Видимо нет, как и я когда-то. Я тоже была такой глупой. И не видела очевидных вещей. Мальчики – просто зацикленные на сексе уроды. Все абсолютно. А нет… все кроме Томми. Ему не светил секс, кажется, вообще никогда. Я поежилась. Ужасные мысли меня посещали порой.

– Томас?

Молчание повисло в аудитории. Я заметила несколько пристальных взглядов и поняла что что-то упустила.

– Томас?

Черт, Томми – это был Томас и это сейчас была я.

– Здесь, – я вытянула руку вверх.

– Твой доклад.

Преподаватель в красной юбке смотрела на меня и улыбалась. Миссис Дарквуд. Точно. Только вот о докладе я не знала. Ну и почему отдел безопасности Третьего поколения Совета работает так ужасно? Где, блин, мой доклад?

– Миссис Дарквуд, мой доклад?

– Да, твой доклад об Уолте Уитмене. Ты готов?

Так, стоп. Уолт Уитмен.

–Да, конечно, миссис Дарквуд.

Уж что-что, а на поэзии 19 века я съела собаку. Уолт Уитмен … пф-ф-ф. Да хоть сейчас расскажу.

– Отлично.

Взгляды. Да, я чувствовала как мою спину прожигают взглядами, а повернувшись обнаружила что не только спину. Я выпрямила спину и старалась выглядеть мужественной. Ну что за бред! Как двигаются мужчины? Слегка лениво и вальяжно запихнув руки в карманы? Или как там было?

– Уолт Уитмен был революционером, миссис Дарквуд. Революционером в американской поэзии. Его самый известный сборник “Листья травы” отличается от всех ранее написанных стихов. Лирические герои в его стихах можно смело назвать собирательными образами настоящих американцев: чистых, искренних, оптимистичных и верящих в свободу слова и в демократию. Понимаете, что значит такая вера, которая нашла отражение в его творчестве? – я оглядела аудиторию, чтобы перевести дыхание. У девочки справа от меня выпала тушь из рук. Кажется, этот Томми и вправду был лузером, раз мое выступление вызвало такую реакцию. – Хочу прочитать вам отрывок одного из его стихотворений.

Я откашлялась:

“Жил малыш

Когда он выходил на свою ежедневную прогулку и оглядывался вокруг,

То на что бы он ни смотрел

С жалостью, любопытством, страхом или любовью

Он становился этим предметом

И это предмет становился частью его

На один день или на одно мгновение дня

… на целый год или на циклы тянущихся лет”

Я захлопнула рот и спрятала руки в карманы джинсов. Все молчали и я облизнула пересохшие от волнения губы. Первым прервал молчание чей-то хлопок. Это была миссис Дарквуд, которая захлопала моему выступлению. Ну что ж. Это лучше, чем ничего.

– Спасибо, Томас.

Я улыбнулась. Литература была моим любимым предметом до той вечеринки у Мортсона … да ладно. Девочка с короткой челкой, которая сидела рядом со мной широко распахнула глаза и показал мне большой палец. Так, отлично. Томми может больше не будет лузером на уроке литературы?

Глава 2

– Придурок!

Что-то увесистое ударило меня по спине, что я от неожиданности потеряла равновесие, и свалилась на пол прямо возле шкафчиков. Это был Ллойд и его товарищи. Ну да.

– Думаешь, рассказал что-то про плачущего малыша и стал суперзвездой? – он рассмеялся и приблизился ко мне настолько, что я ощутила запах его одеколона. Уф! Это было слишком, парень. Ты в нем, что, купался?

Я отряхнула джинсы и подняла упавший рюкзак. Слова застряли у меня в горле, я просто развернулась и пошла дальше. Да, я позорно бежала с поля боя, но это был бы неравный бой. Мальчик, играющий за футбольный клуб и мальчик, играющей роль груши для битья. Что тут такого равного?

Я ускорила шаг.

Блин, мальчики, вообще, бегают? Или это слишком? Хотя, было уже слишком поздно думать об имидже Томми. Ему надо было думать об этом раньше, а теперь мне приходилось просто бежать, чтобы выжить. Драться я не особо умела, хотя курсы по самозащите сдала на отлично. Но что такое курсы, а что такое реальная жизнь с реальными Ллойдами.

Черт!

Я кажется кого-то снесла, пока неслась от Ллойда и его дружков. Этот кто-то оказался очень крепкого телосложения. Поэтому я просто плюхнулась на него и поняла, что этот “кто-то” сейчас смотрел прямо на меня, не мигая.

Еще один из красавчиков этой школы? О таком в досье ничего не было… или я что-то упустила? Парень смотрел на меня и вопросительно поднял бровь.

О божечки, я же тоже парень! Я оттолкнулась от его груди и вскочила на ноги. Грудь. Ага. Вот у кого была грудь. У Томми же грудь была выпукло-вогнутая, а точнее, грудь зачаточного и чахоточного состояния. Блин блинский, этот парень был просто красавчиком. Он поднялся и поднял свой упавший рюкзак.

– Смотри куда прешь.

Его голос пробрал меня до мурашек. У меня аж колени чуть не подогнулись. Так-с. Пора завязывать было с количеством красавчиков на квадратный метр.

– Извините.

Я сказала “извините”. Реально? Я просто тупица!

Парень просто отряхнул брюки и не оборачиваясь прошел мимо меня. Мимо меня. Он просто ушел. А я сдержала порыв броситься за ним вслед и спросить как его зовут. Мне явно не стоило этого делать. Явно не стоило. Но кто я такая, чтобы сдерживать свои девчачьи порывы в мужском жалком теле Томми? Не хватало еще заработать себе новую репутацию в этой школе. Тогда Томми точно не вернется в это тело, а я просто помру в нем от горя и тоски.

Математику я практически проспала. Как, в принципе, почти половина аудитории. Следующим уроком был опять факультатив для неудачников – театральное искусство.

Со мной в зал вошла девушка с короткой челкой, которая еще была с отвратным маникюром. Еще тот же парень с чесночным ароматом. А еще…

Мое сердце ухнуло куда-то в пятки, когда я увидела на сцене того самого темноволосого смуглого парня в черной футболке, которого я сбила буквально пару часов назад. Уф! Уф! Уф! Я спрятала руки в карманы джинсов и стиснула зубы.

– Ребята, сегодня распределим роли. Последние чтения, на которых, кстати, тебя не было, Томас, – миссис Трэверс кивнула мне и я натянуто улыбнулась, – мы выбирали второстепенных героев. Голоса разделились не поровну. Но Найт решил нам помочь.

Так-с, красавчика, значит, зовут Найт. Найт как ночь или Найт как рыцарь? Хотя какая разница. Я разглядывала его с ног до головы. Черная футболка, какая-то татуировка выглядывающие из-под ее рукава, голубые джинсы. Все его тело говорило о том, что человек точно занимался спортом и скорее всего, состоял в футбольной группе придурков вместе с Ллойдом, но странно, что он был с неудачниками в театре. Он что актёр?

– Еще раз повторю. Отрывки, которые мы читали в прошлый раз перечитаем еще раз. Завтра мы уже вывесим списки всех студентов, которые будут задействованы в спектакле.

Кто-то захлопал в ладоши. Я закатила глаза.

– Томас, ты приготовил свой отрывок? И где твой экземпляр пьесы?

Э-э-э, теперь я была точно готова отправить свою жалобу на работу Третьего поколения Совета. Это все дурацкая Ниль или проделки Лиры за мое непослушание. Блин! Я закусила губу.

– Я оставил его дома. Простите.

Глаза Найта выразительно смотрели на меня и я сглотнула комок в горле.

– Хорошо, поделитесь кто-нибудь с Томасом копией пьесы.

Девушка с красными волосами протянула мне свои бумажки. Я вяло улыбнулась ей в благодарность и открыла закладку. Так кто тут у нас? Что вообще за пьеса?

Ну, конечно. О такой пьесе я и слыхом не слыхивала. Что еще за “Любовь во власти грозы”? Это было больше похоже на название третьесортного романа, которыми зачитывались подростки. Но не я. Я больше по классическим сюжетам и романчикам. А не вот это вот все.

– Эм-м-м, напомните, пожалуйста, о каком отрывке идет речь?

– Томас, – миссис Трэверс покачала головой. – Начни с четвертой главы. Ты пробовался на роль Джерарда. Но можешь выбрать то, что тебе ближе по душе, конечно.

– Джерарда, конечно.

Кто это вообще? Я бегло пробежала взглядом по главам и остановилась на четвертой. Общую идею я поймала. Но персонаж Джерарда не уловила.

– Мэм, я бы не советовал вам перечить мистеру Рейнярду.

Мою реплику подхватила девочка с длинными волосами.

– Я знаю сама, что мне делать. Не надо указывать, Джерард.

– Да, мэм.

– Иди и доложи обо всем своему мистеру Рейнярду. Пусть придет и сам лично мне скажет это.

Черт, а девочка отлично играла роль стервы. Так, похоже, я была каким-то конюхом или охранником.

– Хорошо, мэм. Я сделаю все, как вы сказали.

Миссис Трэверс хлопнула в ладоши.

– Так, неплохо. Но, Томас, немного больше сдерживаемого гнева в голосе. Хорошо? Ты же все-таки влюблен в нее.

Это становилось интересным. Наверное, Джерард точно был чернорабочим, а эта стерва была дамой, на которую работал ее жених. И если я правильно поняла то что происходило дальше по диалогу. То эта “мэм” должна была меня соблазнять, так как любила меня тоже. Вот это поворот? Интересно, кем был этот Найт?

– Хорошо, миссис Трэверс.

– Тогда идите на сцену. Разыграем прям как на репетиции.

Я поднялась на сцену к стоящему не так далеко Найту и за мной поднялась эта девочка. Надо было бы на будущее выучить как ее зовут. Я снова уткнулась в пьесу. Судя по ней, девочку в роли “мэм” звали Сильвия. О, май гад. Ничего более трагичного не слышал. Джерард и Сильвия. Отличненько.

Сильвия приблизилась ко мне и положила руку мне на плечо. Теперь я могла разглядеть ее ближе. Она была и вправду красивой девушкой. Яркие черты лица, неброский макияж. Она определенно была красоткой.

– Джерард. Ты можешь перестать называть меня “мэм”?

– Извините, мэм. Мы не должны разговаривать. Вам стоит найти мистера Рейнарда.

– Ну что за глупости, – Сильвия положила руку мне на щеку. – Здесь никого нет кроме нас. И я очень по тебе соскучилась.

– Мэм, не надо. Каждый из нас уже сделал свой выбор.

– Джерри, – она сделала шаг еще ближе ко мне.

Хлопок Миссис Трэверс напугал меня. И я чуть не свалилась со сцены. Ну что за же женщина такая яростная?! Но ее неожиданное выступление не касалось меня, кажется она была разочарована игрой Сильвии.

– Немного больше страсти. Ты же его любишь? Ну вот и покажи что тебе тоже больно.

«Сильвия» смущенно улыбнулась.

– Извините, я буду стараться лучше.

– Уж постарайся. Найт?

Найт оказался так близко к нам, что я задержала дыхание. Это парень был о-о-очень опасным для меня и моей реальной личности, а также мог стать крахом и без того ужасной репутации Томми.

Ладонь миссис Трэверс легла на щеку Найта.

– Я очень по тебе скучала, Джерри, – в ее голосе прозвучало столько тоски, что я чуть сама не хлопнулась в обморок от избытка чувств. Но Найт стоял неподвижно сжимая кулаки.

– Каждый сделал свой выбор. Нам не стоит видеться.

Я выдохнула. Эти двое сейчас творили на сцене что-то непонятное, отчего хотелось плакать и смотреть на них не отрывая глаз. И почему я раньше не ходила в театр? Боже мой, это же прекрасно. Смотреть на Найта было безумно интересно.

– Джерри, – в голосе миссис Трэверс слышались слезы.

Она серьезно? Пять секунд для перевоплощения? Так даже Третье поколение Совета не работает.

Найт взял руку миссис Сильвии в свою.

– Не надо, Сильвия. Не мучай себя.

Я забыла как дышать. И как тут можно дышать?

– Понятно? – миссис Трэверс выкинула нас всех из этого волшебного сна. – Вы должны жить этим. А не просто говорить слова. Говорить слова может каждый, кто может разговаривать. А вот играть, проживая каждую букву не каждому дано. Понятно?

– Да, мэм, – я склонила голову.

Все рассмеялись. Кажется, я переигрывала.

– Отлично, – она похлопала Найта по плечу. – Спасибо, Найт. Ребята, по всем вопросам или консультации ваших героев можете обращаться в нему. Найт – наш режиссер. Будьте серьезны.

«Сильвия» улыбнулась Найту, который к моей огромной радости на это никак не отреагировал.

– Спасибо, миссис Трэверс, – я снова услышала его низкий голос, который обволакивал все мое тело каким-то коконом. Его хотелось слушать снова и снова. – У нас осталось всего два месяца до премьеры. Рэнди, мы с тобой говорили в прошлый раз. Помощь в декорациях мне все еще нужна.

Он улыбнулся пухлому парню с чесночным ароматом. А-а-а-а-а, он улыбнулся! Вот это удачно я зашла в театр! И почему я не могла перестать пялиться на парня, которого видела всего второй раз в жизни? Что это со мной такое?

Рэнди улыбнулся ему в ответ и кивнул.

Мне надо бы перечитать пьесу. Я была теперь заинтересована в этой постановке больше, чем во всей жизни этого Томми. О чем я вообще думала? Я – Томми. Ничего не произойдет между мной и тем парнем. Я – парень! Он – парень! И… черт бы всех побрал. Это были точно проделки Лиры. Ей вечно надо было все усложнять. Я тихо выругалась.

– Что?

Я что выругалась так громко, что меня услышали все? Вот же невезуха. Блин!

Глаза парня, который мне так понравился, смотрели прямо на меня.

– Извините. Кое-что вспомнил.

Найт отвернулся.

На сцену выходили еще ребята и снова, и снова я пыталась уложить в голове всю идею этой пьесы, но мои мысли снова сбивались. Найт маячил прямо передо мной и я почувствовала неудобство в джинсах. Что? Это еще что такое? Да что за день такой! Тело Томми реагировало на парней? Или это я так реагировала на Найта или… плевать. Что и кто! Это уже было слишком. Я села поудобнее в кресле пытаясь скрыть совсем неутренний стояк на парня передо мной. И с чего это я решила, что парням легче жить? Когда вся твоя симпатия так и прет из тебя наружу. Такого вот я не читала в книжках или парни такое не пишут в книжках, или парни вообще ничего не пишут. Я сделал глубокий вдох и выдох. Не помогло. Мысли упорно улетали в самом дерзком направлении. В просто ужасающем. И кажется я покраснела. Точнее, лицо Томми покраснело. Благо что в зале был полумрак и хорошо освещалась только сцена и мне можно было не бояться, что меня заметят с моим стояком и красным лицом прямо перед всеми. Но… мне нужно было на воздух или в душ, или просто напихать себе в трусы льда. Интересно, такой способ был рабочим? У кого спросить такую фигню? Загуглить. Я полезла в рюкзак за планшетом и снизив яркость экрана зависла на поисковой строке. Что туда нужно было писать? Рядом кто-то кашлянул.

Я поспешно выключила экран планшета. На меня смотрела девочка с челкой. Как же ее звали… Эмили… или что-то вроде того.

– Ты сегодня был крут!

– Э, спасибо.

– Ты раньше не участвовал в постановках? – она пытливо разглядывала меня в темноте.

– Нет, наверное.

Она хлопнула меня по плечу.

– Еще и шутишь. Смешно. Я думала ты немой.

– А-а-а, просто не люблю разговаривать, наверное.

Черт, я уже дважды сказала “наверное”. Сейчас эта девочка подумает, что я точно больная.

– Ты же помнишь как меня зовут? Мы с тобой уже два года на литературу ходим.

– Э-э-эмили?

– Ну память у тебя неплохая, – она тихо рассмеялась.

На сцене что-то происходило, но я не слышала. Мельком мои глаза снова ухватили Найта и я сглотнула.