- -
- 100%
- +
Иллюстратор Кира Андреевна Логиновских
Дизайнер обложки Кира Андреевна Логиновских
© Виктория Ерух, 2025
© Кира Андреевна Логиновских, иллюстрации, 2025
© Кира Андреевна Логиновских, дизайн обложки, 2025
ISBN 978-5-0065-3841-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Об авторе
Виктория Львовна Ерух. Автор стихов и прозы. Родилась 02.02.1993 в г. Краснодар. Участник клуба молодых литераторов Кубани при региональном отделении союза писателей России (КМЛК). Специалист по связям с общественностью КМЛК, участник театральной труппы КМЛК, редактор молодёжного альманаха «СловоДар». Автор пяти книг. Публиковалась в изданиях: «Hyperpoem», «СловоДар», «А строки падали капелью», «Качели», «Страна Озарение», «Рифмы живописи», «За мечтою своею идём» и др.
Лауреат конкурса ВсемПоэзии по г. Краснодар (2023), финалистка конкурсов литературных переводов «Берега дружбы» (2023, 2024) и «Сожские берега дружбы (2023), финалистка краевого литературного фестиваля-Конкурса «Цвет памяти» (2023), лауреат конкурса зимних стихов и песен от всероссийского фестиваля-конкурса «СтихоПесня» (2023), Лонг-лист конкурса «Поэтический дебют» от журнала «Аврора», а также участник других литературных конкурсов.
Участник проекта «Страна поэтов» от телеканала ОТР, участник проекта «Рифмы победы» от телеканала «Краснодар».
Живет в г. Краснодаре.
Стихи
Катарсис
Солнце идёт к закату,Шлейф оставляя в небе.Ближе к окошку сяду,Сброшу с сердечка цепи.Вытру свой грим салфеткой,Сделаю десять вдохов.Где-то поют «Ранетки»,Но не в моей эпохе.Где-то гитары звуки,Запах ватрушек пышных,Мамы и папы рукиВновь собирают вишню.Где-то костёр на даче,Сердце открыто, цело…Там я смеюсь и плачуИскренне, как умела.Путь мой сейчас банален,Краски смешались в кляксу,Роршаха тест провален,Кто-то внутри напрягся.Внутренний мой ребёнокВ шоке от этой жизни…Где ему взять силёнокНе очерстветь до тризны?Люди, как шелкопряды:Всюду плетут интриги,Редко плюются ядом,Часто меняют лики.Ткут из своих понятий,Чьих-то шаблонов ветхихЛичность мою, и кстати,В цель попадают редко.Снова внутри зажимыИх бы убрать оттуда…Я не хочу быть мнимой,Штампами жизнь окутать.В общем устала малостьВ душной коробке блочной…Где-то на полке «самость»,В Богом забытых строчках.Тексты мои – лекарстваЛечат от всех страданий.«Здравствуй, мой друг, катарсис —Клинер душевных зданий».Вымыл ты вновь до блескаМысли мои и чувства.Тяжесть и боль исчезла,Вылилось всё в искусство.
Часть души, что незрима (Маме)
Протянула к тебе – свои нити желаний,Проложила незримые, тонкие тропы.И теперь, в полутьме наваждения тайны,Ты читаешь послания через пустоты.В них и боль, и тоска, и безумные муки,И мечты, что в сердечке живут бесконечно.Пусть к тебе не могу протянуть нежно рукиЧтоб обнять, но в душе ты осталась навечно.И теперь, по привычке, я снова и сноваВ пустоту направляю своё подсознанье,В этот мир – без начала, без края – без слова,Всё пытаясь найти где-то там пониманье.А вокруг – бесконечность: от боли – до счастья.«Я не брошу тебя» – в детстве мне говорила.Но коснувшись моих тонких, бледных запястийТы ушла, взяв с собой часть души, что незрима.
Тридцать лет рефлексии
Не хотелось с моста нырять во временной кювет, чтобы чувства искать, что гложут уже давно. Но с рожденья стоит под кожей клеймо «поэт», и иного пути наверно мне не дано.
Вспоминает частенько ребёнок внутри меня об истоках своих, о детстве, что словно дым ветром вдаль унесло. Вгрызается как червяк в мой запущенный мир, что кажется всем пустым.
Это кажется только и «планетарий» свой я разбито-заклеенный прячу от разных глаз. Близким людям желаю я просто дарить покой, а не травм своих детских спутанный пересказ.
Но сейчас преднамеренно хочется рот открыть. Тридцать лет рефлексии сдать, словно кольцо в ломбард. Рассказать вам историю или слегка поныть. Это тоже полезно. Вот мой рассказ. На старт.
Родилась я случайно, без спроса и «во грехе», а отца знала в детстве, ребёнком, но, а потом он ушёл в царство скорби, в царство где правит Хель и лет двадцать стоит там его эфемерный дом.
Ну а братец родимый – тридцать лет за бугром. Поднял занавес резко. Раз два три пустота… И неважно зачем, но, важно, что он врагом будет вечно считать меня. Только из-за отца.
Но, наверно, в башке его манка из топора! Говорит отобрала всё, буду всю жизнь мешать… Не любимым со мною стал. Что же за ерунда!? Ну простите, пожалуйста, это не вам решать.
«Нас обоих любили» – думаю часто я. Ну к чему же обиды, да родилась и что?! Лишь один его отрок держит со мною связь. Ну а я всё живу вот здесь, миру его назло…
Мне родиться бастардом попросту повезло, но не это цепляет, только ЕГО «ля-ля». Пусть живёт там, где нравится, верит в добро иль зло, прорастает как розочка или же как сорняк. Но не смеет винить меня в том, что я родилась. Не несёт околесицу про грехи без конца. Я наелась фрустрации с кофе на вечность, всласть. Отпущу эти мысли, буду любить отца…
И в Стихах у Даниловой как-то себя найду, ведь я тоже девчонка с признаком «недолю» … Ни в маразм, ни в депрессию мордою не впаду, есть те люди, что любят и кого я люблю.
Я в супруге порою вижу черты отца. Это очень банально, всё же не буду врать, что касается это не одного лица. Но стихи я рождаю также легко, как мать.
Жизнь – это цикл
Кто-то выходит вновь замуж, а кто-то в окно,В комнате веет прохладой, а в сердце темно.Жизни проводку замкнуло. Потерян контроль.Тоненькой строчкою в душу вшивается боль.Небо рыдает дырявое сизым дождём…Сердце усталое сковано накрепко льдом,А в капиллярах асфальта виднеется мирТот, что внезапно движения вектор сменил.Кто-то выходит на финиш, а кто-то в тираж,Кто-то поймал биполярку, а кто-то кураж,Танцы весёлые пляшет с улыбкой хмельной,Только в душе, как и прежде идёт бурный бой.Позже фонтаном из глаз проливают во мглеЧёрное море, замкнув сердце в крепкой петле.Бродят сомнамбулой по неизвестным путям.Окна надежды разбив то ли здесь, то ли там.Всё повторяется, счастье, печаль и любовь,Ток совершает пробег: всё по кругу, всё вновь,Жизнь – это цикл, а мы, как фигурки в игреТолько с мозгами и силою в чутком нутре.Чтоб не закрыли вуалью души зеркала,Чтоб не осталась так рано от жизни зола,А отражение боли не било, не жгло —Выйди из зоны комфорта – за дверь, не в окно.На пыльных полках снов
Там, неглиже, на пыльных полках снов,Забытые шедевры и заплаты:Разбитый шкаф, хранивший «сотни слов»,Картина в паутине – «боль утраты»,Застывшая над пропастью времён,С её весьма разительным контрастом:Где каждый был заботой окружён,Но чувствовал порой себя балластом.Там так легко по воздуху плывутИ облака, и птицы, и деревья,А вдалеке дорога, лес и пруд.Мне кажется, что детство – лишь мгновенье.Невольно взгляд скользит туда, назад,Года бегут, о прошлом вспоминаяПроходит жизнь, и как-то невпопад,Меня влечёт «живая кладовая».На стенке – потускневшие рога,Шкатулки, три сервиза, статуэтки,Покрытая налётом курага,Книжонки возле старенькой кушетки.И, как в бреду, забытая молва,Подобно той из прошлого, из детства,Времён, когда ещё была живаМоя семья. Осталось лишь наследство.Но сердце будоражит этот хлам!В кладовке аромат, как в доме ветхом,Вокруг царит чудовищный бедлам,Обломки посыпает время пеплом.Залезу в эту щель, как в щель в полу,Раскрою много тайн, чужих секретов,А в дальнем, юго-западном углуНемало для себя найду ответов.Там в тишине, в янтарном огоньке,Как призрак, находящийся на грани,Мелькает тень в своей ночной тоске,Но не находит выхода в тумане.Я – как читатель на страницах книгИстории, писавшейся веками.Листаю в мыслях памяти дневник,И вижу вновь родных перед глазами.
В детские сказки я бросила верить
Призрачным саваном детство накрыто,Прошлое стало в тот день неликвидом,Время, как ветер – уносит всё в пропасть,В сердце оставив незримую повесть.Кашляют стены трухлявым саманом,В пол прорастают гнилые подвалы,Корчатся мухи в тисках паутины…Всё, что осталось от детства – руины.Век проживания тьмой заколочен,Модуль присутствия был обесточен…Только в углу спит на старом диванеКукла моя синеглазая – Аня.К стенам, озябшим прибиты осталисьНервные клетки, а с ними усталость,Каждое слово, любая оплошностьВетхого домика жителей прошлых…В том окаянном и мрачном апрелеВ детские сказки я бросила верить.В жизни почти ничего не осталось: —Мир и грядущая, хладная старость.Я на коленях стою у могилыДетства, что стало однажды незримым.Лишь за пределом земного пространства,Сгустком хранится его постоянство.В памяти детства не ведаю смуты,Там мне понятны любые маршруты.В мире, где нет ни конца, ни начала,Детство всегда будет верным причалом.Уходят люди в пустоту
Непросто слушать тишину, и никогда не станетпросто…Уходят люди в пустоту, когда становишься тывзрослым.Слеза стекает, как игла, впиваясь в сердце, как всалфеткуИ вышивает там кресты на память об ушедшихпредках.Хочу собрать в коробку боль и отослать её вНигдеград.Я так устала от всего, что в прошлого жилыхпроспектахМеня тревожит каждый день, напоминаяо хорошем,Но невозвратном. Путь назад мы никогдапройти не сможем.На холсте мироздания
Мы лишь точки на тонком холсте мирозданья,Каждый – маленький камень в мирскойкруговерти.Уготовлены всем на Земле испытанья,Иногда не хватает «по жизни» эксперта.Кто-то просто идёт, не имея желаний,Где во мраке не светят ему даже звёзды.А иные идут, чтобы стать созиданьемДля того, кем он был от рождения создан.В этом мире мы ищем себя постоянно,Но, порой, выбираем не те магистрали.Всюду видим различные знаки, но странноОбретаем не то, что найти так мечтали.Временами, застряв в лабиринтах Вселенной,Мы встречаем немало прохожих прекрасных,Эта встреча порой может стать драгоценнойИ внести в нашу жизнь наконец-таки ясность.На холсте мироздания тропки начертят,Чтобы мы по пути не упали в болото.Разбирались в законах земной круговерти,Заходили плавнее в судьбы повороты.В этой радуге жизни
Проживала свой век, словно загнанный зверьСреди тех, кто не видел её глубины.Но в рюкзак уложив горечь прошлых потерь,Метко сбросила их в чёрно-белые сны.Согревала теплом в холод стужи людей,А они ледяные «дарили» ветра…Пусть теряла себя, возвращаясь в постель,К миру чуждому ей оставалась добра.Заплела в рыбий хвост нити горьких ветров,И с колен поднялась, чтобы взмыть в облака.Пусть когда-то с ней был мир жесток и суров,Но не будет смотреть на него свысока.Собирала в ладонь золотистые сны,Раз за разом вплетая в них лунный узор.Чтоб отдать их тому, чьи зеницы полныПонимания, и, кто не бросит укор.Долго шла и увидела тысячи лиц,На прощанье, с тоской, улыбалась в ответ.Отыскала друзей средь деревьев и птиц,Повстречала подруг среди звёзд и планет.В этой радуге жизни – есть радость и боль,Но однажды затих в её царстве минор,Ведь сумела увидеть от счастья парольИ любви бесконечной сияющий взор.Растворилась печаль, одиночества нетВновь сияет заря и поют соловьи.Изменился судьбы чёрно-белый портрет,Излучают блаженство её янтари.
Сильным даётся слабость
Сильным даётся слабость,Слабым даётся сила.Грустным даётся радость,Радостным грусть с текилой.Смелым даются страхи,Трусам даётся смелость.Верных казнят на плахе,Дарят иудам верность.Гердам даются Каи,Каям даются Герды.Лёд от огня растаетТолько огонь не стерпит,Если в него так частоЛить ледяную водуИ находить в прекрасном,Только дурное что-то…Мудрым даются слёзы,Глупым большое счастье,Смех через боль серьёзным,Только не настоящий…Трудности в дар беспечным,Чтобы не расслаблялись.Все мы не безупречны,Но не с проста рождались…Юным даётся время,Старым даётся память,Память, что душу греетИли смертельно ранит.Жизнь – это круг огромный,Только не бесконечный.В прах превратится скромный,Лучший получит вечность.Что я за зверь?
Мама учила быть гибкой, папа и брат – битьв лицо,Муж выражаться в скандалах красным и острымсловцом.Бабушка – быть дружелюбной, тетя открытой, какдверь.Что получилось, скажите? Что я в итоге за зверь?Вечный ребёнок мой спутник вместе с бабулей сталет, —Часто решают, кто будет лезть из душонки на свет.В крайности часто бросаюсь, только мне нуженбаланс.Быть человеком хорошим в жизни один толькошанс.Хочется верить мне в сказки, хочется веритьв добро,Выбросить в мусорку маску, вымыть до блесканутро.Срезать под корень болгаркой острые иглы свои,Чтобы не ранить любимых тем, что растёт изнутри.Только, как двигаться дальше, точно не знаюпорой,Слышу в чертогах сознанья чей-то пронзительныйвой.Сбилась с дороги похоже, что же мне делатьтеперь?Кто я такая, скажите? Что за диковинный зверь?Взрослость
Облачный атлас уже не рисует картинок,Замков воздушных, фигур и чудесных аллей.В глаз мне попала реальность, а может рутина.Видимо, всё потому что я стала взрослей.В комнате веет какой-то нелётной погодой,Кофе остыл, печенюшки засохли в шкафу.Хочется быть мне порою наивною шкодой,В эти моменты я правда на свете живу.Только вот взрослость по гулким и затхлымподваламТащит за волосы, сточной водою пои́т.Кушать фрустрацию мне говорит и авралы,То, чего в жизни любого из нас профицит.Счастье моё секвестировал кто-то там свыше,Или не вижу его я сквозь толщу проблем.Если сейчас кто-то эти роптания слышитПусть меня вытолкнет пендалем в личный Эдем.Взросление
Социальные сети детства —Это задние парты в школе,Это бабушка по соседству,Проживавшая с тётей Олей.Как ютуб «двор» смотрели раньшеВместо стримов по киберспорту.Были мы беззаботней, младше,А душа не была протёртой,Как штаны, что бронёй служилиПри катании с зимней горки…Да, тогда было всё на чиле,А сейчас только привкус горький.Привкус кофе, чего покрепче,Недосып, интернет-скитанья,И потоки словесной желчи,В этом жизненном океане.Переливы мелодий старых,Шёпот ветра в забытых письмах,Фотоснимки, судьбы ударыВ этой или «минувших жизнях»,Что похожи на диафильмы…Потому что идём наощупь,Ведь картинка-то «мыльней-мыльной»,Но с годами всё станет чётче…Я могла бы
Я могла бы быть просто паинькойВсем поддакивать и молчать.Не водить хороводы с паникой,Наложить на мечты печать.Быть серьёзной и взрослой женщинойС ипотекой, тремя детьми,Толстым мужем. Не странной, сдержанной,Приходящей домой к восьми.Только внутренний мой ребёночек —Синеглазый чудной малецПросит лёгкою быть, как облачко,А не словно густой свинец.Иногда нести околесицу,Песни петь и стихи читатьВсе ступеньки считать на лестнице,И желанья писать в тетрадь.Наслаждаться цветов побегами,Жарить хлеб в языках костра.Только в паспорте цифры бегают,Говорят, что уже стара…Пусть и дальше бегут, предатели!Буду спорить опять с судьбой.Пролетят клише по касательной,Я останусь сама собой.Измени свою жизнь
Я смотрю на тебя сквозь глазницы прохожих,Наблюдаю за тем, как свернул не туда.Пусть не стала тебе я подругой хорошей,Но мне жаль, что на сердце твоём маета.Каждый вечер – по барам знакомой тропинкой,Как Есенин находишь душевный покойТы с брюнеткой, шатенкою или блондинкойИ конечно же, рядом твой друг – алкоголь.Но не вытащить силой тебя из Нирваны,Только сам сможешь сделать ты это, смелей!Опустели твои от гулянок карманы,А в ушах слышен гул: «Принесите коктейль!»Опускается ночь, опускаются рукиИ Вселенная схлопнулась резко внутри…Не возьму я тебя, милый друг на поруки,Но прошу, не тускней, не тускней, а гори.Дух бродяжий в стихах по души хрупким струнамПродолжает пусть ёрзать как будто смычок.Ты услышь меня, друг, этой ночью безлунной,Измени свою жизнь, наконец, дурачок.Орнитолог
Если собрать меня по частицамВызовет это тревожный хохот.С виду орла горделивей птица,Ну, а внутри воробей, что плохоЛадит с людьми, объективным сущим,Верит в добро и Грааль волшебный,Но залетает в события гущуИ оперение сразу крепнет…Что я за птица – совсем не ясно,Сто Альтер эго внутри чирикнетТам же друг друга и передразнят,Ну, а потом: «Добрый вечер, бзики!»Так и живу с этой стаей дружной,Их изучаю, как орнитолог,Думаю, что с ними сделать нужно,Чтобы не лезли из разных щёлок?
Чадо бумажного века
Век наш бумажный на принтереTimes new romа́n напечатан.Я у руля исполнителя —Века бумажного чадо…Этот поток информацииСводит с ума потихоньку,А на стене аффирмации,Только вот нет от них толку.Время, как орбит без сахара —Тянется долго и нудно.Я, как рабыня припаханаК бюрократичному судну.Вновь эти люди бумажныеИ города будут сниться…Вместе со злой великаншею —Властной, «печатной» десницей.Взгляд на часы… До семнадцатиЯ дожила. Это счастьеТолько вот цифровизации,Крикну опять завтра: «Здрасьте!»Ну а сейчас можно выдохнуть,Трогать траву очень долго,Снова из книг непрочитанныхОпыта стебли надёргать…Смайликом сложены рученьки…– Ну наконец-то я дома!Трогаю щёки колючие,Глажу кота озорного.Планы, как прежде провалены…– Здравствуй кровать и подушка!– Эй, великанша, проваливай! —Ладно… Не злись уж, подружка.Дьявол скалится
Разрывает пространство криками,Чёрный дым разрезает душу.Дьявол скалится. Многоликий он,По инерции судьбы рушит…«Прадо», «Гуччи» им может носится,Может нет. Как его узнаем?– Когнитивную шлёт эрозию.По каким распознать деталям?Отравляет умы жестокостьюИ сердца безразличьем стылым.Это чудище тёмноокоеВерных слуг своих в мир впустило.Планетарий мой рассыпаетсяИсключительно втихомолку,Но в момент нарастанья хаосаВ тишине я не вижу толку.Как же хочется стать волшебникомИ от зла белый свет очистить.Окропить гниль водой целебною,Смыть кровавые напрочь мысли.Только магия не работает, —Дьявол лезет из разных щёлок.Это чудище криворотоеТянет за руку тех, кто дорог…Чёрным вороном вьётся-стелетсяДым клубящийся над планетой.В зло не веровать я умелица,Но, увы, происходит «это».Разрывает пространство крикамиИ меняет наш мир оттенок…Верю, ангелы светлоликиеСмоют зло с земли, непременно!Дождливое нутро
Вот такое наше мирозданье….Жизнь меняет лик и силуэт.До свиданья, друг мой, до свиданья.А тебе, депрессия, привет.Здравствуй, дофаминовая яма,Здравствуй, дофаминовое дно.Я сейчас, как ёжик из туманаИли недомытое окно.Мир какой-то сизый, монохромный,Пыльный город давит на виски,Над макушкой каркает воронойДревний дух печали и тоски.Снова вглубь души моей бездомнойЗалетел предательства снаряд!Может быть попал туда рандомно,С чувствами сыграв в игру «три в ряд?»Это вряд-ли. Гору оправданийДля Иуды нечего искать…Снова взгляд печалью затуманен,Грабли машут ручкой мне опять…Да, Иуд не мало я встречала,Для кого-то «им была сама».Нет у дружбы точного лекала,Но конец – бетонная стена.Часто воскресала, словно фениксИз золы разрушенной души,А сейчас как старый неврастеник,Ведь огонь мой кто-то затушил.Многих ампутировать внезапноБез наркоза из судьбы пришлосьС кем-то связь со временем ослаблаИ неважно вместе мы, иль врозь.Кто-то, как простая папилломаОтвалился и забылось всё.Кто-то мир разрушил, как саркомаМне оставив падаль и гнильё.Всё пройдёт когда-нибудь бесследноВ сердце станет солнечно, светло.За весной придёт, как прежде лето.Но пока дождит моё нутро…
О мнимых мирозданиях
Бывает сон, как явь, а явь, как сон,Бывает – дни в прострации проходят,И я, накинув толстый капюшон,Иду туда, где разум мой свободен.Тот мир рождён из льда и из огня,Моей судьбы в нём фабула хранится.Как солнца свет, миряне ждут меня,Даруют чувств прекрасных вереницу.Я там дышу, как будто бы живу,Хотя и знаю – это не взаправду.И, если вдруг, нет счастья наяву,В том микрокосме нахожу отраду.Но час настал в реальность повернуть.Она важнее радужных мечтаний…Пускай тернист начертанный мне путь,Я удалюсь из мнимых мирозданий.
Размышления
Порывы цепкой памяти во снахМелькают в голове, подобно вспышкам.Я вижу дни, когда была малышкой,Когда искрились радостью глаза.Тогда ещё не знала, что мне ждатьНа Богом уготовленной дорогеИ об какие камни в кровь я ноги(Не только ноги) буду разбивать.К каким вершинам птицей я взлечу?Каких светил коснусь пытливым взором?Какие роли будут точно «впору?»Тогда не знала, что мне по плечу…Да и сейчас не дан сценарий, план…Ведь наша жизнь, как рукопись с сюрпризом,В которой каждый шаг и день расписан,Начало, основная часть, финал…И каждый «ход конём» там нами вписан.
Время движется вдаль
Время движется вдаль по различным путям,магистралям,Как со скоростью света, не дав насладитсягодами.Иногда в наших мыслях стираются чёткие грани,И флэшбеки проводят по прошлого тонкимспиралям.Через фото-порталы мы видим себя очень разных:Тихих, смелых, кичливых, простых, хитроумных,наивных.Как растительный жмых, время выдавит всюдеструктивность,И оставит внутри только золото пряного масла.Время движется вдаль, ускоряясь с годаминемного,Мы бежим марафон, только медленно, какчерепахи,Ведь на финише ждут совершенно другие насстрахи,Неизвестно что там, за пределами мира земного…
Масочный режим
Отменили масочный режим,Только сняли маски единицы…Ведь носить её у нас мейнстримИ собой безудержно гордиться.Важностью людей простых шпынять,Пафосно рассказывать о брендах,А в ночи, найдя свою кровать,Вспомнить вдруг о «лишних сантиментах».Почему так страшно быть собойИ незаурядностью гордиться?Масочный режим ушёл в простой,Но не носят маски единицы.
С чистого листа
С чистого листа, меняя почерк,Филигранно напишу грядущий день.Модуль пессимизма обесточен,Чтобы не пошло всё набекрень.Отыскав в столе ключи от счастья,Выдерну из мрака мизансценБледные, холодные запястьяИ отправлюсь в царство перемен.Посмотрю на вязанное небо,Бисером усыпанную даль,И пойму, что счастье – не плацебо,Главное с умом закрыть гештальт.И тогда, получится однаждыЖизнь начать с чистейшего листа.Радость приносить начнёт вдруг каждыйДень, и канет в лету пустота.
Заменяя буквы в слове
Люди в нашем быте – буквы в алфавитеКто-то важный очень, кто-то не совсем…С кем-то, улыбаясь, часто говорите,Для кого-то стали попросту никем.Люди в нашем быте – буквы в алфавитеМожно заменить их, только как в словах:Смысл станет новым или, посмотрите, —Он совсем исчезнет, превратившись в прах.Люди в нашем быте – буквы в алфавитеНо язык фортуны иногда не прост…С кем-то будем вечность вместе на репите,Не меняя буквы в слове «микрокосм».Как раньше
Как раньше – уже не будет,Как раньше – уже не надо.Кто любит – пускай и любит,Кто нет – пусть не будет рядом.Длиннее на теле юбка,И глубже на сердце шрамы.Душа быть не хочет губкойДля жизненных мелодрамок.Когда прогнивают зубы,Их лечат мне Айболиты.Но если прогнили люди —Вхожу я в режим защиты.Для этих кидков и хамовДругих вариантов нету:Бросают друзей, как дамыНа свадьбах в толпу букеты.Сидят на дырявом троне,Бегут за эфирным златом.В картонной чудной коронеНаходят свою усладу.Всё это – увы не норма,Но лишь для меня, для них жеПривычная аксиомаТакая. Она им ближе.Но мне раздавать советыУж точно другим не нужно.Кому-то важней монеты,Кому-то любовь и дружба.Одно навсегда запомню:Добро принимать за слабостьНе стоит вот так нескромно —Не красит такая гадость.Вращается судьбы колёсико