Понедельник – Неудачный День Для Визитов К Стоматологу

ПОНЕДЕЛЬНИК – НЕУДАЧНЫЙ ДЕНЬ ДЛЯ ВИЗИТОВ К СТОМАТОЛОГУ

Ана ЭскудероБелен Эскудеро

Первое издание: апрель 2019 года

Второе издание: декабрь 2019 года

© 2019 Ана Эскудеро Каноса©Белен Эскудеро Каноса

© 2019 Понедельник - неудачный день для визитов к стоматологу

Зарегистрировано в Safe Creative за №: 1804076483175 - Все права защищены

Изображения на обложке: лицензия Creative Commons

Изображения были взяты из: Pixabay

Авторы оригинальных изображений: Mysticsartdesign, martaposemuckel.

Редактирование: Ана Б. Лопес

— Питер, не забудь, что сегодня ты должен отвести Алексиса к стоматологу.

Питер кивнул, хотя совершенно не хотел этого делать.

— И обязательно зайди в супермаркет и купи еду для Султана, — продолжала Вивиан.

Питер взглянул на собаку, мирно спящую у камина. Он не двигался, только слегка пошевелил ушами, когда услышал слово «еда»

— Куда ты собираешься идти, Вивиан? — спросил он, хотя уже знал ответ.

— Ты же знаешь, что мне нужно вести мой бизнес и взыскивать долги. Я говорила об этом. И когда ты вернешь мне все, что мне должен? Годы идут, и проценты растут.

— Но разве это уже не было решено? — спросил Питер.

— Почему мы поженились?

—Да, разве это не было соглашением?

—Правда? Я что-то этого не помню. Постарайся меня понять. Я нервничала из-за свадьбы, поэтому говорила то, о чем я не думала.

Питер вспомнил тот день. Все произошло так быстро, и он думал, что его собираются убить.

Вивиан встала со стула, подошла к Питеру, поцеловала его, затем обернулась к их сыну, который играл с Султаном, дергая его за уши, и попрощалась:

—Увидимся позже. И не опаздывай, Питер. Я не собираюсь снова переносить время.

Питер смотрел на удаляющуюся фигуру своей жены и не испытывал огорчения. Она была властной женщиной и заставляла его следовать бесконечным правилам. Ему приходилось действовать наперекор своему образу жизни.

— Алексис, иди одевайся и не забудь взять толстовку, а то мама наругает тебя, если ты испортишь костюм. После стоматолога пойдем, куда захочешь.

—Хорошо, папочка. Куда хочу? Правда?

—Да, куда угодно. — Питер всегда хотел получить вознаграждение за визит к стоматологу.

Через двадцать минут они вышли из дома вместе с Султаном.

Стоматология находилась достаточно далеко, больше получаса пешком, поэтому Питер предложил:

— Поедем на автобусе? Что думаешь, Алексис?

— Да! А султан?

— Султан идет с нами, конечно.

Алексис на мгновение задумался. Нотка сомнения промелькнула на его лице, но решил ничего не отвечать. Втроем они пошли на автобусную остановку. Питер и Алексис шли впереди, а Султан очень медленно плелся сзади.

Когда они пришли на остановку, Питер увидел несколько человек, которые ждали автобус.

—Я не люблю ходить пешком, — сказал он. — Алексис, проходи. Встанем вперед.

Султан покачал головой и издал усталый лай. На что-то большее у него уже не было сил.

Вдалеке показался автобус, который обогнала какая-то машина. Загорелся красный свет. Питер подошел ближе к дороге.

Машина остановилась, и водитель бибкнул пару раз. Почти все смотрели на него. Султан радостно загавкал, а Алексис захлопал в ладоши, тогда как Питер испуганно посмотрел на водителя.

— Привет, поедешь? — пригласил тот.

— Нет необходимости, мы можем прекрасно доехать на автобусе, — ответил Питер.

Автобус подъехал вперед, но несколько человек пристально смотрели на Питера. Питер взял сына и подозвал Султана, чтобы садиться в автобус. Но Султан не шел, он уже удобно расположился на заднем сиденье машины.

— Папа, посмотри на Султана. Он забрался в машину дяди, —прокомментировал Алексис очевидный факт.

Питер обернулся, чтобы убедиться в словах сына. Автобус остановился.

Люди начали заходить в него. Некоторые даже начали расталкивать друг друга, чтобы пройти вперед и занять свободное место.

Кобрадор докуривал сигарету, ожидая, что решит Питер.

— Если будешь так долго раздумывать, опоздаешь на свою встречу, — сказал Кобрадор.

— Хорошо, но поведу я.

Кобрадор усмехнулся, будто бы только он умел водить машину. Его устрашающий смех потряс Питера до глубины души.

— Я собираюсь получить права, — запротестовал он, не упоминая, что это была бы уже двадцатая попытка.

Кобрадор снова засмеялся, правда, звук, который он издавал, сложно было назвать смехом.

— Садись уже. Смотри, твой сын уже рядом с Султаном.

— Папочка, садись, или мама снова разозлится на нас, — сказал Алексис.

Они оба сели в машину, и Кобрадор завел двигатель.

— Куда ехать? — спросил он.

— На улицу Аррибиста, 150.

— И что тебе там нужно?

— Ты же уже знаешь. Мы идем к стоматологу.

— Я? Откуда мне об этом знать, братишка?

— Мне кажется, что ты стареешь. Болезнь Альцгеймера играет с тобой злую шутку.

— Очень смешно, братишка! Ты б хотел, чтобы я лишился памяти.

— Я беспокоюсь за тебя. Мы много лет знаем друг друга. Сколько тебе лет?

— Сорок два.

— Всего? Выглядишь старше. Все дело в твоей работе. Из-за нее ты так быстро стареешь, —прокомментировал Питер. —Посмотри на меня. Мне только что исполнилось тридцать, и посмотри, какая кожа, — заключил он.

— Да уж, ты все еще как ребенок, братишка. Что ж, нам лучше ехать, иначе твоя жена устроит нам взбучку. — И Кобрадор повернул руль машины, готовой тронуться в путь.

По мере того как они приближались к месту назначения, Питер нервничал все больше, в отличие от Алексиса, который наслаждался, рассматривая машины.

— Дядя, один вопрос. Как тебя зовут? Кобрадор? Дядя? Мой папа, когда о тебе вспоминает, говорит «этот», а мама говорит другие слова, но мне нельзя их повторять вслух.

— Ха-ха-ха, — засмеялся Кобрадор. — Можешь называть меня Кобрадор, как и все.

— Хорошо, дядя Кобрадор.

— Зачем ты идешь к стоматологу, Алексис?

— Моя мама говорит, что я ем слишком много конфет. А еще она говорит, папе тоже туда надо.

— Сколько тебе лет?

Алексис поднял одну руку и вытянул пять пальцев, затем поднял другую и вытянул еще один.

— Шесть. У тебя еще молочные зубы. Слушай свою маму, Алексис.

— Я не понимаю, дядя. Что ты хочешь сказать? Я всегда слушаюсь маму. Мама главная дома.

— Кстати, у тебя классный маскарадный костюм, — прокомментировал он, заметив часть кофты, выставляющуюся из открытой молнии на толстовке, которую мальчик расстегнул, потому что в машине было довольно жарко.

— Спасибо. Я Эридан, — сказал он, не зная, что говорит, но гордый, что вспомнил это слово.

Питер не слушал их, его мысли были где-то далеко. Как он был бы счастлив очутиться на одном из пляжей Калифорнии!

— Это то здание вон там? — спросил Кобрадор, но ему никто не ответил. — Питер, Питер, Питер!

— А? Что случилось?

— Где ты был? Я спрашиваю, это оно там, — сказал он, указывая на здание, на котором висела вывеска «Стоматология».

— Вообще-то, я не знаю, я никогда не обращал внимания, как она выглядит, ни как до нее ехать.

— Даже не знаю, зачем спрашиваю, — сказал Кобрадор сам себе. Он прищурился, чтобы рассмотреть номер.

Они вышли из машины, потому что это был правильный адрес.

— Ну вот, можешь идти. Пока, Кобрадор.

— До скорого, братишка. — И через несколько секунд его машина уже свернула за угол.

Султан с грустью смотрел на уезжающую машину, а затем бросился к двери здания.

Отец с сыном направились в стоматологию. Отец, еле волочащий ноги, и сын, прыгающий от радости.

II - В стоматологии

Администратор выглядела испуганной, когда увидела, что они входят, и быстро подняла трубку.

— Доктор, срочно подойдите сюда, — сказали в один голос администратор и медсестра. Вы не поверите, когда это увидите.

— Что случилось, Ксения?

— Пациент, записанный на девять часов, пришел вместе с отцом.

Доктор заглянул в свой ежедневник, чтобы вспомнить, кто был записан на девять часов, и тоже испугался, но старался сохранять спокойный вид.

— Ксения, скажи им, пусть проходят.

— Оба?

— Да, Ксения. — А затем пробормотал сам себе. — Пусть будет, чего Бог хочет!

— Доброе утро. Доктор сказал, что вы можете пройти.

Питер с ужасом посмотрел на дверь.

— Идем, папа, — сказал Алексис, потянув отца за руку.

Был ли он трусом? Мог ли он это показать перед своим сыном?

Врач вышел ему навстречу и, взяв Алексис за руку, сказал:

— Пойдем, молодой человек, ты увидишь, как скоро мы закончим. — И обращаясь к Питеру, — Вы идете?

Питер колебался, ему стало плохо.

Доктор заметил, как Питер побледнел, и, побоявшись, что он упадет в обморок или, что еще хуже, его тут же вырвет, сказал:

—Ксения, покажи сеньору, где туалет.

Но Питер не сделал ни того, ни другого, он начал дышать, словно ему не хватало воздуха, задыхаясь, как рыба, вытащенная из воды.

— Я в порядке, — сказал Питер, хотя было очевидно, что это не так.

— Присядьте на минутку, — сказал доктор, подводя его к стулу. Дышите медленно и глубоко. Вдох, выдох...

Питер сделал несколько вдохов и выдохов как показал стоматолог. Алексис сначала с удивлением смотрел на него, а затем, подумав несколько секунд, сел рядом и начал подражать.

— Ксения, проводи ребенка в кабинет и готовь инструменты, — сказал доктор. — Вот так, очень хорошо. Вдох и выдох.

—И как долго? — спросил Питер между вдохами и выдохами.

— Пока я не скажу, что хватит. Если вам уже лучше, вставайте и идем в кабинет. Скоро должен прийти следующий пациент.

Входная дверь открылась, и вошла дама средних лет, но, глядя туда, где находились доктор и Питер, осталась стоять у двери.

— Доброе утро, сеньора. Поздоровалась появившаяся медсестра, после чего уточнила ее данные.

Одна дама с опухшей щекой покачала головой, но осталась ждать, глядя, как доктор и его спутник исчезают за дверью.

Алексис удобно сидел в кресле с нагрудником, пока медсестра расставляла инструменты.

— Итак, Алексис, давай посмотрим, что у нас в ротике. Есть какие-нибудь жалобы?

— Нет.

— Отлично. Но открывай рот, и я проверю, все ли хорошо.

Алексис послушно открыл рот, и врач посмотрел, что все в порядке.

Стоматолог начал проверять зубы Алексис, начав с нижней челюсти, а затем перейдя к верхней. На этом осмотр был закончен.

— Я кое-что заметил, — сказал он сквозь зубы. — Ты уверен, что здесь не больно? — спросил он, постучав по одному из нижних зубов.

— Иногда, но у папы болит. Он постоянно жалуется.

— Я? Я! Я не нытик! — громко застонал Питер.

— Папа, ты не должен врать.

— Что? Я врун? Так ты думаешь обо мне?

— Нет, папа, но почему ты не скажешь сеньору стоматологу, какой зуб тебя мучает каждый день?

— Ничего страшного, просто немного дискомфорта, это пройдет.

- Папа, ты же сбежал от людоеда, жил с семью великанами и спасся от ведьмы! Ты не можешь бояться зубных врачей. Верно?

— Я тебе до сих пор не все объяснил, — пошутил Питер и добавил, чтобы сменить тему. Алексис, помолчи, доктор не может так работать.

Доктор, который внимательно слушал этот разговора, сказал:

— Да, давай сначала разберемся с тобой, Алексис. А потом я могу посмотреть, что там у вас, — сказал он Питеру.

— Разобраться с…? Что вы собираетесь делать с моим сыном? Злодей! — вскрикнул Питер, сжав реки в кулаки.

— Пожалуйста, не кричите. Это престижная клиника. Единственное, что нужно объяснить, так это то, что молочные зубы скоро начнут выпадать и расти коренные. А сейчас садитесь в кресло, — сказал он властным тоном.

Питер подчинился и сел с прямой спиной. Он был весь напряжен.

— Откройте рот.

Питер слегка разжал губы, обнажив часть зубов.

— Нет, папа, вот так, — сказала Алексис и широко раскрыл рот.

Питер, подражая своему сыну, приоткрыл губы, на этот раз показав десны и часть языка.

Доктор Бистури направил светильник так, чтобы во рту ему все было хорошо видно. Он проверял зубы один за другим, продувая компрессором каждый раз, когда замечал что-то подозрительное. Вдруг он увидел, что один зуб раскололся. Выражение лица доктора сменилось удивлением при мысли о боли, которую это причиняло. Он очень хорошо знал Питера и не только как пациента. Они периодически встречались на разных общественных мероприятиях.

— Над этим нужно долго работать, —сказал он сам себе, а затем посмотрел на часы на стене. Было без двадцати десять. Я сделаю анестезию, чтобы вы не чувствовали боли.

— Это не к чему, — сказал Питер, вставая с кресла. — Нам нужно идти.

— Я бы не советовал вам уходить. Сейчас мы еще сможем сохранить эту часть зуба, но если затягивать, то потом, скорее всего, зуб полностью придется удалить, — прокомментировал доктор.

Питер сразу представил себя замученным садистом-стоматологом, вырывающим его зуб, но присутствие сына через несколько секунд заставило его откинуться на кресле.

— Делайте то, что должны, — сказал он со всем достоинством, на которое он был способен.

Ему нужна была помощь, поэтому он позвал Ксению, чтобы она все подготовила для операции.

Медсестра сделала укол и села, ожидая указаний доктора.

Через несколько минут инъекция подействовала, и Питер перестал чувствовать левую сторону.

Доктор включил бор и сказал:

— Если я сделаю больно, поднимите руку, и я остановлюсь.

Неожиданно раздался хлопок, похожий на взрыв. Все вздрогнули, и доктор остановился.

— Ксения, отведи ребенка в другую комнату и дай ему что-нибудь порисовать.

Медсестра подошла к доктору и тихо прошептала на ухо:

— Нам нужно идти. Это сигнал.

— Это правда, — сказал он, вставая.

Доктор снял халат, а медсестра открыла дверь кабинета. Питером оставался сидеть в кресле с открытым ртом.

Прошло несколько секунд, почти минута, но ни доктор, ни медсестра не вернулись к пациенту, который держал рот открытым, насколько мог.

— Папа, куда ушел доктор? — спросил Алексис.

Питер издал странный звук. Алексис попыталась понять, что говорил его отец.

— Папа, я пойду поищу его, — сказал он и, спрыгнув со стула, побежал к двери.

Питер позволил ему уйти, а сам закрыл рот, подумав, что пока врача некоторое время не будет, ему не обязательно держать рот открытым.

«Все закончилось?» — подумал он. «Все произошло очень быстро. Мне нужно прополоскать рот».

Он встал, взял пластиковый стаканчик, налил воды и уже собирался набрать в рот, когда его язык попал в отверстие, которое стоматолог просверлил в его зубе.

— Что? — Питер хотел узнать, что случилось, но боялся ответа.

Он позвал Алексиса, но тот не отзывался. В стоматологической клинике воцарилась полная тишина. Тишина, которая нарушалась только шумом от перелистывания страниц гламурного журнала, который смотрела следующая пациентка в приемной, и часов, которые пробили десять часов утра.

Он вышел из кабинета и подошел к этой даме:

— Извините, вы тут не видели маленького мальчика?

—Нет, я никого не заметила. Вы его потеряли?

—Нет. А стоматолога? Вы его видели?

—Нет, он здесь не проходил. Что происходит? Я была записана на девять тридцать, а сейчас прошло уже много времени.

Питер не ответил. Он начал открывать поочередно двери, зовя сыну.

—Алексис! Алексис! Куда, черт возьми, делся? Слушай, я разозлюсь, если ты сейчас же не выйдешь.

III - Поиски в клинике

Вдруг он вспомнил про Султана и пошел искать его. Султан терпеливо ждал у входа в клинику.

—Султан, иди сюда. Для тебя есть работа. Ты должен найти Алексиса.

Султан не торопился идти к Питеру. Сначала он встал, зевнул и потянулся.

—Гав? —издал он вопросительный звук.

—Искать, Султан! Искать! —скомандовал Питер.

Как он мог потерять ребенка? Неужели он настолько глуп, чтобы потерять его?

Питер провел Султана в кабинет перед обвинительным взглядом следующего пациента.

Султан зашел в помещение, где они были, и громко залаял, потому что ему не понравилось это место, он сразу вспомнил, как его возили к ветеринару.

—Султан, хватит бездельничать, начинай искать Алексиса.

Султан сначала подошел к двери, через которую они исчезли, а затем подошел ко второй двери, которая была закрыта.

Он поднял лапу, чтобы опустить ручку. Дверь открылась, Султан и Питер зашли в другую комнату, но она тоже была пуста. Где они могут быть?

Питер открыл единственную дверь, которая там была, и оказался лицом к лицу со своим братом. По тревожному выражению лица тот понял, что что-то произошло, потому что он знал Питера достаточно хорошо.

—Что ты здесь еще делаешь? Доктор ушел некоторое время назад.

—Что ты сделал с Алексис? Конечно, это был ты!

—Алексис? —задумчиво спросил он.— Я его не видел.

—Не ври! Будто ты его не видел! Это ты его похитил!

—Ты его потерял? Я уверен, что он где-то здесь. Ты смотрел в туалете?

—Нет.

—Тогда пойдем посмотрим. Давай, пойдем вместе.

Питер с сомнением последовал за братом к двери туалета. Кобрадор открыл ее и предложил Питеру войти первым.

Свет был выключен. Питер нажал на выключатель, и лампочка, свисавшая с потолка, осветила маленькую комнату.

Султан несколько раз гавкнул, нюх направил его к двери аварийного выхода.

—Идем, Питер! Сейчас не время мочиться, —сказал Кобрадор, увидев, как Питер расстегивает пуговицы на штанах.

—Дай мне пописать. Нужно воспользоваться моментом.

—Ну ты прямо как ребенок.

Питер застегнул пуговицы и вымыл руки.

—Разве ты не хочешь в туалет? Ты тоже должен воспользоваться моментом.

Между тем Султан лаял без умолку, будто спрашивая: чего ждут эти глупые люди?

Питер вышел из туалета и скомандовал:

—Идем! Султан продолжал гавкать.

Султан увидел как эти двое наконец-то вышли.

Кобрадор открыл дверь, за которой было несколько ступеней, а после них другая дверь, выходящая на улицу. Султан без колебаний подошел ко второй двери и стал ждать, пока кто-нибудь ее откроет, встав рядом и издав короткий лай.

—Он не мог выйти на улицу! —тревожно воскликнул Питер. — Он знает, что не должен выходить один.

Вопрос был скорее в том, вышел ли он сам или его заставили.

—Заставили? Кто мог его заставить? Ты, ты, я так и знал, что это был ты.

—Как это мог быть я, если я здесь и помогаю тебе? Не валяй дурака, братишка.

—Ты послал кого-то. У тебя есть подчиненные даже в аду.

—Да, и такое могло быть. Очень хорошо продумано, Питер.

—Гав, гав, гав, —яростно лаял Султан. Почему люди так любят попусту тратить время?

Кобрадор открыл дверь и вышел на улицу вслед за Питером и Султаном.

Машина Кобрадора была припаркована неподалеку, и все трое побежали к ней. Через несколько секунд Кобрадор уже завел двигатель.

—Алексис вышел за стоматологом, —вспомнил Питер.— Он оставил мне дыру в зубе, а Вивиан еще говорила, будто это лучший специалист в городе.

—Питер, объясни, что случилось? Куда делся стоматолог?

—Не знаю. Раздался взрыв. Ты не слышал? И вдруг я оказался один.

—Как-то ты невнятно объясняешь. Подумай, что то, что ты мне расскажешь, поможет тебе найти Алексиса. Объясни по порядку все, что произошло в клинике.

—Мы вошли. Алексис был просто счастлив. Медсестра была у стойки, а затем подняла трубку.

—Такие подробности необязательно, —начал Кобрадор, но потом добавил,— ну ладно, продолжай, что еще?

—Медсестра сказала, что мы можем пройти, но я не мог и шага сделать. Помню, как Алексис тянул меня, но я не хотел входить.

—Твой сын должен быть святым, чтобы терпеть тебя. Что случилось потом, когда ты перестал валять дурака?

—Я вдыхал и выдыхал… вдыхал и выдыхал… —повторил Питер столько же раз, сколько он это делал в клинике.

—Если ты будешь рассказывать с такой скоростью, то только к ночи закончишь. Давай побыстрее!

—Сначала он осмотрел зубы Алексиса, а потом настоял, чтобы я сел. Заметил, что один зуб раскололся и сказал, что надо ставить пломбу.

—И это было правда?

—Нет, но он угрожал, что мне его вырвет садист-стоматолог. Через некоторое время раздался взрыв.

—Взрыв? Какой взрыв?

—Только не говори, что не слышал! Он был очень громкий, хотя казалось, что откуда-то издалека. Бум!

—Я слышал какой-то грохот. Но это было больше похоже на фейерверк, чем на взрыв. Правда, теперь, когда начинаю вспоминать, думаю, ты прав.

—Ну и вот, доктор сказал медсестре, чтобы она отвела Алексис в другую комнату, и чуть позже я услышал движение стула, как будто кто-то встал, я услышал, как открылась дверь и шаги, —вспомнил Питер,—а затем тишина.

—Алексис ушел в другую комнату или нет? Мне вроде как кажется, что ты говорил, что он пошел искать доктора.

—Это было после. Алексис пошел искать доктора, а я... —Звонок мобильного телефона прервал его.— Это Вивиан! Что мне ей сказать?

—Правду. Это твоя жена и мать Алексис.

—Я не могу сказать ей правду. Она разозлится.

—И это будет обоснованно, тебе не кажется?

—Я не могу сказать ей это. Давай лучше ты. На тебя он не будет сердиться.

—Мне не полагается нести этот крест, —ответил Кобрадор, после чего взял телефон, нажал на кнопку «ответить» и сказал: — Вивиан, привет. Сейчас передам трубку твоему мужу, — и он протянул телефон Питеру.

—Привет, Вивиан, что ты хочешь?

—Питер, ты оставил медицинскую карточку Алексис.

—А? Что? —переспросил Питер, не ожидая такого ответа.

—В приемной у тебя ее не просили?

—Нет. Мы прошли прямо в кабинет.

—Тогда ее попросят, когда будете выходить. А Алексис?

—Он в порядке. Знаешь? Думаю, я попрошу Кобрадора за ней съездить. Он подвез нас до клиники, —произнес он под неодобрительный взгляд Кобрадора.

—Хорошая идея. Франс откроет ему дверь.

—Хочешь сказать мне что-нибудь еще? Нет? —И положил трубку, не дав Вивиан времени отреагировать.

—Я выиграл немного времени. Пока ты ездишь за карточкой, мы с Султаном поищем Алексис.

—Ты знаешь, где его искать? У тебя есть какой-нибудь план?

—Нет, но, может быть, кто-то его видел. У меня есть его фотография в телефоне, —сказал он, показывая фото.

—Только одна? Ну ты и отец! У меня тоже есть фотографии Алексиса в телефоне, хоть я просто его дядя.

—У моих родителей был только один ребенок, и это я. После стольких лет я думал, что ты ясно это понял.

—Правда? Ты уверен? Твоя мама всегда ко мне очень хорошо относилась.

—Мама ко всем очень хорошо относится. Она была тебе приемной матерью. Ты знал об этом?

—Ты правда думаешь, что сейчас подходящий момент, чтобы обсуждать это? Разве у тебя нет дел поважнее?

—Ты прав! Давай скорее, поезжай за карточкой. Мы с Султаном подождем тебя здесь.

Кобрадор задумался на долю секунды, что будет лучше положиться на Питера, а самому продолжить игру, так сказать.

Он припарковал машину во втором ряду и сказал Питеру:

—Выходи. Скоро вернусь.

Питер выпрыгнул из машины, а за ним последовал упорный Султан. Машина скрылась за углом.

—Ну что, Султан? Что будем делать?

—Гав, —ответил тот. Я потерял след четыре улицы назад.

—Гав? Я не понимаю это «гав». Я не говорю по-собачьи. Что ты хочешь сказать, Султан?

—Гав, —гавкнул он снова и растянулся по земле.

—Султан! Сейчас не время и не место для сна.

Султан закрыл глаза и даже не шевельнулся до возвращения Кобрадора. У него не было никакого желания бесцельно бегать кругами.