Следы на песке. Рассказы

© Александр Есеев, 2019

ISBN 978-5-4496-7805-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В ожидании

На протяжении многих лет, спустя несколько дней после Нового года, я по традиции, собрав немногочисленные пожитки, садился в поезд и пол пути петляя по старым, на половину утонувшим в сером грунте рельсам, через сутки приезжал в Чайковский. Широкая, покрытая девственно белым снегом равнина, отражая пробивающееся через тонкую пелену облаков солнце, слепила всех и каждого, понуро сидящего возле окна поезда, неспешно плывущего вдоль Камы, разрезающей унылую степь.

Обычно я брал верхнюю полку в купе, укладывал тонкий чемодан в ноги, и забравшись на верх, весь путь созерцал проплывающее мимо разнообразие русской природы. С соседями, которые, как правило, присутствовали в купе всегда, я практически не разговаривал. Лично мне хватало нескольких слов, причем два из которых обязательно были «Здравствуйте» и «До свидания». Разговоры, которые велись между теми, кто не по своей воле составлял мне компанию, меня также не интересовали. Этот год не стал исключением. Прошатавшись пару дней по своему городу, на третий, я оказался на вокзале, держа в руках, купленный заранее билет. Войдя в купе, и поняв, что либо в этот раз я поеду один, либо просто попутчики еще не успели занять свои места, я ловко закинул чемодан на полку, и как обычно толком не раздеваясь, взгромоздился на свое законное место. До отправления поезда оставалось совсем немного, а в купе так никто не входил. На горизонте замаячила радостная мысль, что может хоть в этот раз, по крайне мере до ближайшей остановки, я окажусь в одиночестве. Что может быть прекраснее, чем лежать в теплых штанах с байковой подкладкой, на белого цвета простыне верхней полки купейного вагона, и абсолютно беспричинно вглядываться в даль. В тот момент мне казалось, что ничего. Так уж бывает. Порой самые нелепые вещи, могут показаться человеку жизненно необходимыми.

К моему большому разочарованию, буквально за несколько секунд до отправления состава, дверь в купе с грохотом распахнулась и в него друг за другом ввалились три человека. Внутри меня все опустилось. Малая надежда на вероятное уединение, которая до момента открытия двери в купе, имела все шансы разгореться до внушительных размеров, рассыпалась в одну секунду. Мне показалось, что мои попутчики не сразу заметили, моего присутствия. Поначалу можно было подумать, что это трое друзей, которые давно знают друг друга, уж больно оживленно они что-то обсуждали. Лишь спустя некоторое время, когда они распихали свои многочисленные чемоданы и сумки по углам и уселись на нижние полки друг напротив друга, я понял, что раньше никто из них не знал своего соседа. Не отрываясь от какого-то бурного обсуждения, явно вызванного случаем, судя по всему произошедшим только что на перроне, параллельно мужчины пожимали друг другу руки и знакомились. Прошло еще несколько минут, прежде чем они заметили мое присутствие. Один из пассажиров подергал меня за ногу, так как в момент их прихода, я притворился спящим. Пришлось открыть глаза и сделать удивленное лицо.

– Быстро же вы погрузились в истинное состояние настоящего путешественника. – продолжая потрясывать меня за ногу, сказал рослый, улыбчивый мужчина, в очках с толстой оправой.

Будучи не особо словоохотливым, я лишь немного улыбнулся и протянул руку своему соседу.

– Борис, – представился мужчина, параллельно тряхнув меня за руку.

Я кивнул головой ему и всем остальным. Видимо, сразу раскусив тот факт, что собеседник из меня вряд ли получится, мои соседи снова увлеклись своим разговором.

Поезд тронулся. Спустя некоторое количество времени, я сквозь дрём услышал, как зазвенели стаканы, и запахло холодной домашней едой, а еще через некоторое время, как обычно бывает в таких случаях, завязалась характерная для подобной обстановки беседа. Мои попутчики обсуждали разные темы – политику, переходя на шепот, дела семейные, которые временами приводили их в бурный восторг, и многое другое. Постепенно убаюкивающий стук колес становился все тише, а голоса соседей глуше. Так что не прошло и получаса, как я погрузился в крепкий сон, после на который после появления соседей даже не рассчитывал.

Как долго я проспал под чарующий шум колес сказать сложно, по той простой причине, что, когда я открыл глаза, купе все еще было озарено дневным светом. По-прежнему изображая спящего, я медленно перевернулся на правый бок, чтобы сквозь прищуренные глаза посмотреть, что происходит внизу. Двое из трех попутчиков сидели друг напротив друга, а еще один, тот самый Борис, судя по всему, вышел. Оба мужчины, синхронно облокотившись локтями на столик, молча вглядывались в окно, абсолютно не замечая моих движений. Приоткрыв глаз чуть шире, я стал наблюдать за ними. За время моего сна лица их заметно раскраснелись, взгляд расплылся, а в тесном купе, вперемешку с тем самым запахом еды, существенно преобладая, стоял едкий «аромат» спирта. Не вооруженным взглядом можно было понять, что мои попутчики успели изрядно выпить.

Через секунду раздвижная дверь в купе с грохотом открылась, и на пороге появился третий. Раздетый на половину, а точнее сказать с голым торсом, Борис ввалился в купе, и сделав широкий шаг, плюхнулся на нижнюю полку. Собеседники, заметно утратившие координацию, медленно развернулись к своему соседу. Один из мужчин похлопал Бориса по плечу, в то время, как второй медленно разливал содержимое полупустой бутылки по рюмкам.

– Ну, так вот, – продолжал мужчина, сидящий рядом, – ничего вы не смылите молодые люди в зимней рыбалке. Ровным счетом ничего!

Борис косо улыбнулся, облокотившись на стенку. После того, как рюмки были наполнены, трое «друзей» чокнулись и осушили «бокалы». Затем все тот же мужчина, рассуждавший о рыбалке, продолжил свои нравоучения. Он вещал о разновидностях снастей, блесен, лесок и прочей атрибутики рыболова. Второй мужчина, сидевший напротив за столом, казалось внимательно его слушал, несмотря на очевидно потерянный взгляд. Третий же, Борис, напротив, был погружен в свои мысли и невооруженным взглядом было видно, что его мысли находились где-то совершенно в другом месте. Неожиданно рыбак резко прервал свой рассказ, видимо уловив, что один из собеседников хоть и слушает его, но явно ничего не понимает, а второй и вовсе абсолютно безучастен.

– Ну, а ты Борис куда направляешься? – спросил рыболов.

Борис не сразу откликнулся на вопрос соседа. Судя по всему его мысли, несмотря на количество выпитого, достаточно далеко унесли его разум.

– Эй! – снова окликнул его сосед, – Куда едешь, если не секрет конечно?

Борис, как будто показательно тряхнул головой, словно возвращаясь с небес на землю.

– Я?

– Ты, ты. – подхватил второй.

– Я… – Борис выдержал небольшую паузу, – Я еду на похороны.

Собеседники сделали удивленные лица, как будто услышав что-то невероятное.

– На похороны? – переспросил рыбак.

– Да, на похороны.

Лица двух мужчин, сидевших друг напротив друга, изменились еще сильнее. Один из них сделал выражение, словно хотел что-то спросить. Борис, видимо, уловив молчаливое желание своего собеседника, не дожидаясь вопроса ответил:

– К брату, к брату…

– К брату? К родному? – сразу же спросил рыбак.

– Да, к родному. – пояснил Борис протягивая руку, к рюмке, которую только что наполнил второй мужчина.

– А… Что с ним случилось? – не унимался рыбак, подхватывая свою рюмку.

Борис резким движением осушил рюмку, затем взял со стола уже откусанную картофелину, и на несколько секунд приложив ее к носу, сделал глубокий вдох.

– С ним? – переспросил он, словно намеренно оттягивая ответ, – Да, собственно ничего, если не брать во внимание, что он просто приснился моей жене.

Теперь удивленные лица соседей сделались совсем растерянными.

– Приснился жене? – заплетающимся языком задал вопрос второй мужчина.

– Да, – сухо ответил Борис, показывая взглядом рыбаку, чтобы тот наливал еще.

– Приснился, а через несколько дней мне сообщили, что он скоропостижно, – Борис щелкнул пальцами, – того.

– Так это, наверное, совпадение? – сказал рыбак, протягивая Борису рюмку.

– И я бы так подумал, – продолжал Борис, – если бы не один случай месяцем ранее.

– А что? – буркнул второй.

– Да ничего, – очередная стопка скользнула в Бориса, – ее младший братишка, провалился под лед на реке.

Второй выпучил глаза глядя на него.

– Хочешь спросить – что? – тон Бориса становился раздраженным, – И все.

Мужчина перевел взгляд на рюмку, а затем трясущейся рукой поднес ее ко рту.

– Ну, не знаю, – подхватил рыбак, – это ничего не доказывает.

– У нас была собака, – резко перебил его Борис, – прожила с нами много лет, очень много. Так вот, как-то летом мне жена рассказала, что ей приснилось, как она гуляет с Каратом, по каким-то неизвестным улицам и не может найти дорогу домой. Я понимаю, это сон, обычный человеческий сон, но все же. Мой пёс мог найти дорогу домой когда угодно и где угодно. Проверено и не раз.

– Так сон же. – вставил рыбак.

– Ага. Утром я нашел его за сараем. Тогда я подумал, что его просто отравили, есть доброжелатели, но, потом, когда это случилось с ее братом, и она мне рассказала, что и он имел неосторожность присниться ей несколькими ночами ранее, я призадумался. А спустя еще некоторое время, жена рассказала и про моего брата. После этого, я напрягся по-настоящему. Точнее сказать – где-то в подсознании я стал ожидать известий. Сами понимаете каких, и они не заставили себя долго ждать. Ну, а теперь я в поезде. – Борис нервно оглянулся по сторонам.

Он глубоко и тяжело вздохнул. Я лежал на полке словно завороженный. Поначалу рассказ моего попутчика казался мне нелепым, может даже забавным, но теперь я смотрел на этого крупного мужчину, и абсолютно не понимал, что мне думать. Они выпили еще по несколько рюмок, откупорив очередную бутылку, прежде чем Борис пригласил рыбака выкурить по папироске. Все это происходило в полной тишине. Никто не говорил ни слова. Когда он встал в полный рост, я резко закрыл глаза, чтобы не выдать свое бодрствование, а после того, как они вышли, я развернулся к стене и погрузился в свои мысли. Одинокий, полусонный, шатающийся даже в сидячем положении попутчик меня не интересовал.

Минут через десять они вернулись и больше ни о чем не говорили. Так как я лежал лицом к стене, я не видел, что происходило в купе. Некоторое время еще слышались какие-то копошения, а затем все затихло. Слышался лишь стук колес, то немного ускоряющийся, то наоборот. Постепенно я снова начал погружаться в сон, как вдруг дверь в купе со скрипом распахнулась, и громкий поставленный голос проводницы возвестил о приближении станции.

– Подъезжаем уважаемый!

В ответ ничего не послышалось. Видимо, тот, кому адресовалось это обращение, все-таки уснул. Да собственно и не удивительно, под таким количеством допинга.

– Станция через десять минут! – немного громче провозгласила проводница, – Эй!

Затем она, видимо, подергала одного из пассажиров за какую-то часть тела, чтобы привести его в чувства.

– Десять минут! – снова добавила она прежде, чем удалиться из купе.

Через несколько секунд внизу снова начались негромкие движения. Не открывая глаз, я будто во сне, снова перевернулся на другой бок, чтобы сквозь прищур увидеть что происходит в купе. С заспанным, опухшим лицом, Борис укладывал какие-то вещи в раскрытый чемодан. Затем накинув мятый пиджак, а сверху и пальто, он взял в руку чемодан и подошел к спящему рыбаку. Достаточно быстро растолкав его, он громким голосом отчеканил:

– Ну, все, я пошел!

Рыбак нехотя оторвав голову от подушки, с трудом приоткрыл один глаз, и не сразу поняв где он находится, медленно принял сидячее положение.

– Пойдем, я тебя провожу. – натягивая ботинки прохрипел он.

Через полминуты я опять остался наедине со вторым соседом. Он лежал на нижней полке прямо подо мной, издавая звуки больше похожие не на храп, а грустные рычания умирающего животного.

Поезд постепенно все больше и больше сбавлял ход. Немного приподняв голову, за серым, забрызганным каплями дождя стеклом, я увидел узкий перрон, на котором практически не было людей. Может это было вызвано дождем, а может подобное являлось привычным для этой платформы. Спустя несколько минут, поезд остановился совсем, резко издав громкий звук стравливаемого воздуха. Двигатели состава резко зашумели, не давая тишине овладеть пространством. Сквозь шум крутящихся валов и шестерней паровозных механизмов, где-то отдаленно были слышны возгласы людей, вероятно, кого-то встречающих или наоборот провожавших.

Стоянка поезда оказалось совсем недолгой. Буквально через несколько минут, состав снова громко фыркнул, и после ощутимого удара закрывшихся дверей, резко дернувшись, потащился дальше. Вскоре дверь опять распахнулась и рыбак, уже с более ясным взглядом, видимо после бодрящего свежего воздуха одинокой платформы, зашел в купе. Медленно присев за стол, он несколько минут молча смотрел в окно, за которым уже успели появиться широкие кусты орешника, по мере движения поезда постепенно перераставшие в сначала в унылые тополя, а затем и вовсе в густую стену плотно стоящих деревьев.

Спустя еще некоторое время рыбак откупорил недопитую бутылку, и налив себе целую рюмку, одним махом опрокинул ее в себя. В течение последующих десяти минут он еще несколько раз повторил эту процедуру, прежде, чем решил разбудить своего попутчика.

Медленно пересев к нему на полку, он несколько раз дернул его за плечо, после чего второй медленно пришел в чувства.

– Знаешь, что я думаю по этому поводу, – резко начал рыбак, – как только второй мужчина открыл очумелые глаза, – он едет не на похороны к брату, – сделав небольшую паузу, он снова посмотрел в серое окно, – в первую очередь, этот детина бежит от своей жены, – рыбак перевел взгляд на соседа, – И его можно понять…

* * *

К вечеру, я по-английски вышел из купе на своей станции. У меня не было абсолютно никакого желания прощаться со своими спящими соседями. Все время после того, как Борис покинул наше купе, я как не старался так и не смог уснуть. Все услышанное не давало мне покоя. Я упорно не хотел верить во все то, что поведал случайный попутчик. Практически убедив себя в том, что вся эта история либо полностью выдуманная, либо просто череда трагических совпадений, я стал вглядываться в толпу приближающихся людей, выходящую из здания старого вокзала, в поисках своей знакомой, по традиции встречающей меня с поезда.

Вдруг сзади кто-то закрыл мне глаза руками, и звонким голосом возвестил уже знакомый в этом случае вопрос:

– Угадай, кто?

Поставив чемодан на землю, я развернулся и как обычно, по-дружески обнял ее за талию.

– Ууу… – выдавила она, – Что-то ты неважно выглядишь, да и не брит к тому же. На тебя не похоже.

– Да уж.. – ответил я, – в этот раз не повезло с попутчиками, галдели всю дорогу не переставая.

– Ну, ничего. Сейчас приедем домой, отдохнешь. Тебе обязательно нужно несколько часов вздремнуть. Кстати, – она резко улыбнулась, – только не смейся, но ты мне сегодня приснился…

Дождь

Весь день шел проливной дождь. Собственно, как и несколько предыдущих. Несмотря на то, что выходные в связи с этим были безвозвратно испорчены, здесь наверное можно было найти и положительные моменты. Наконец всю беспощадную и удушающую пыль, которая успела накопиться на улицах в период убийственного зноя, намертво прибило к земле. Листва на деревьях стала ярко-зеленого цвета, и всё вокруг задышало. Стволы деревьев качались из стороны в сторону, как будто и не пытаясь сопротивляться порыву ветра, а даже наоборот, абсолютно осознанно отдавались в его объятья. Природа возвращалась к жизни и ликовала. По-другому и не скажешь.

Саша стояла у окна и смотрела на все происходящее. «Безусловно, дождь конечно нужен был, но не такой же» – думала она, – «Ну зарядил бы на пару часов, и этого вполне хватило». «Так вот ждёшь выходных, надеешься, а в итоге происходит то, что происходит». Хотя в этот раз это не было особой неожиданностью, так как дождь начался еще за пару дней до выходных. Так что оставалось надеется, что до тех самых выходных он всё-таки закончиться. Но как было уже сказано – увы. Только Сашину маму, как всегда мало, что могло остановить. Никакая непогода, а уж тем более дождь, не могли помешать ее поездке на дачу. Естественно она звала с собой и Сашу, но та отказалась, и что более естественно, ссылаясь на дождь. Но, как оказалось, на это были другие, более веские причины. Еще накануне, Саша с подругами договаривалась провести эти выходные более продуктивно. Погулять, сходить в кафе, может куда-то еще, одним словом отдохнуть после рабочей недели. Как-никак, но вероятность того, что дождь прекратиться, все-таки была. Но когда стало понятно, что дождь явно будет лить и все выходные напролет, то было принято коллективное заключение, отложить посиделки, как минимум на неделю. Саша была единственной, кто пытался этому воспротивиться. Но то ли она сама, а может ее доводы, были настолько неубедительны, что все-таки общее решение было не в ее пользу – до следующих выходных и точка. Саша начала даже немного жалеть, что не поехала с мамой на дачу. Приятного конечно мало, но хоть что-то.

Первый выходной прошел достаточно быстро. Некоторое время ушло что бы собрать, а потом и проводить маму на дачу. Еще некоторое, было потрачено на последние уговоры своих подруг, все-таки изменить свое мнение касаемо прогулок. Но увы – это было тщетно. После этого Саша злилась и нервничала, потом наступил вечер, а вслед за ним и ночь. Она лежала в кровати и думала – «Хоть лягу спать пораньше, может даже и высплюсь». Одним словом, несмотря ни на что, Саша пыталась во всем происходящем, найти положительные для себе моменты.

На второй день, как только Саша проснулась, она сразу же стала слушать, не кончился ли дождь. Сначала ей именно так и показалось. Но спустя минуту, прислушавшись еще раз, она четко почувствовала, как тяжелые капли бьют об оконные карнизы и надо сказать довольно интенсивно. «Все еще льет» – подумала Саша.

По этой причине, было решено, еще какое-то время поваляться под теплым одеялом. Но это продолжалось недолго. Видимо причиной этому было то, что опять же из-за этого проклятого дождя, вчера пришлось лечь спать пораньше. Но опять же, как уже было сказано, везде нужно искать позитивные стороны. Так сделала и Саша – «Зато получилось выспаться».

Прослонявшись всю первую половину второго выходного дня из угла в угол, Саша все-таки решила выйди на улицу, к тому же это было необходимо. В скором времени должна была вернуться мама, и к ее приезду хотелось приготовить ужин. А в свою очередь для этого, как не крути, надо идти в магазин. Саша не спеша собралась, надела плащ, который ей очень не нравился, резиновые сапоги, взяла в руки большой зонт и вышла из квартиры.

Когда Саша вышла из подъезда, на первый взгляд все действительно показалось крайне унывным и крайне мокрым. Но спустя какое-то время, Саше показалось, что ситуация не так уж и плоха. «Ну дождь, ну и что? В конце концов мы не сахарные. Да и особо не холодно, все-таки август на дворе, а не какой-нибудь там январь». Саша начала понимать, что эти выходные вполне можно было провести и по-другому. Можно было – естественно звучало это уже в прошедшем времени. Но и здесь она нашла некую выгоду для себя, пусть и на будущее. Саша дала себе слово, что больше никакая погода, не сможет повлиять на ее планы, хоть потоп. В эти дни было почти так, за выходные выпало столько осадков, что по улицам можно было плыть, хочешь брасом или кролем, а хочешь на любом плавучем аппарате. Саша забежала в гастроном, набрала там всякой всячины для ужина и просто всякой ерунды. Когда все покупки были разложены по пакетам, ноша оказалась довольно весомая. До дома было не так далеко, но все же. А уж тем более если учитывать погодные условия, то добираться домой было достаточно проблематично. Саша собрала зонт, надела на голову капюшон, взяла в каждую из рук по пакету и двинулась в обратный путь. Оказалось, что так тоже можно передвигаться. Единственное, что смущало, так это то, что приходилось смотреть четко перед ногами. Потому как иначе в лицо начинал бить дождь, а это было не только неприятно, но и больно.

Саша прошла уже несколько кварталов. Оставалось перейти дорогу, повернуть в арку и все. Подойдя к дороге, она посмотрела по сторонам – машин не было. Дойдя до середины проезжей части, она оглянулась еще раз. С правой стороны, на некоторой отдаленности появился автомобиль. «Надо ускориться» – подумала Саша. Чуть прибавив ходу, она добежала до конца проезжей части. Перед тротуаром была большая лужа. Обойти ее не представлялось возможным, так как размеры ее были действительно очень внушительные. Спокойствие внушали резиновые сапоги, поэтому Саша с легкостью ступила одной ногой в лужу, что бы второй оказаться на тротуаре. Но тут опорная нога поехала, так как под ней оказался какой-то камень или что —то подобное, и Саша потеряв равновесие, не выпуская пакеты из рук, рухнула в лужу.

Падение было достаточно болезненным. Во всяком случае так наверняка подумали все не многочисленные окружающие. После падения Саша громко вскрикнула, может от боли, а может просто от испуга. Естественно многие прохожие остановились, но на удивление никто не бросился ей на помощь. Вот такая вот правда жизни. Пакеты с продуктами так же лежали в луже. Капюшон с головы слетел, так что теперь дождь бил не только по лицу и волосам, но и затекал за шиворот. От всей этой ситуации, у Саши внутри взыграло чувство обиды, подогреваемое разрастающейся беспомощностью. И как результат, Саша начала плакать. Потопом это естественно не грозило, так как он уже имел место быть. Для того, что бы встать на ноги, нужно было бросить пакеты, а делать этого не хотелось, вдруг все-таки что-то из содержимого удастся спасти. Так что Саша просто закрыла глаза и продолжала плакать.

Вдруг она почувствовала, что кто-то взял ее за руку. Она открыла заплаканные глаза. Перед ней в луже стоял молодой человек, аккуратно взяв ее за руку. Он ловко взял в одну руку оба пакета и вытащил их из воды. Другой рукой он потянул Сашу на себя, так что бы ей было легче встать, что она собственно и сделала.

Молодой человек, среднего роста, крепкий, с вытянутыми скулами и как ей показалось на первый взгляд, с широкими карими глазами.

– Ушиблись? – спокойным голосом спросил тот.

Слезы перестали течь сами собой, все вокруг остановилось, на секунду даже показалось, что и дождь прекратился.

– Да. Точнее практически нет. Так ерунда. – Саша пыталась говорить связно, но у нее это плохо получалось. – Совсем чуть-чуть.

Саша лукавила. Ударилась она очень даже здорово. Коленки горели, а боль усиливалась.

– Ну ка, дайте я посмотрю. – сказал молодой человек и нагнулся, что бы лучше разглядеть Сашины коленки.

– Что вы, что вы, – Саша стала возражать – делая попытки вернуть своего собеседника в вертикальное состояние.

– О… – да тут серьезная травма, – с тёплой улыбкой на лице, проговорил молодой человек, – рану надо срочно обработать.

Саша посмотрела на свои ноги. На правой, колготки были порваны и даже сочилась кровь. Как не крути, а молодой человек был прав. Рану требовалось обработать. Она вышла из лужи, хотя этого можно было не делать. Воды в сапоги натекло уже прилично. Саша хотела было забрать пакеты у своего собеседника и двинуться домой, но не тут -то было.

– Нет, что вы? С вашей травмой противопоказанно носить тяжести, давайте я вас провожу? – убедительно, но с улыбкой, сказал молодой человек.

– Спасибо конечно, но я и сама могу, правда. – Саша смотрела на него с широко открытыми глазами.

– Нет и еще раз нет. И не спорьте со мной, а показывайте лучше дорогу.

Ей ничего другого не оставалось, как подчиниться своему провожатому.

Они шли рядом. Молчали. Саша была мокрой с ног до головы, в буквальном смысле. Может в другой ситуации она бы и предала этому какое-то значение, но сейчас, вода отходила на второй план. Искоса поглядывая на своего спасителя, Саша невольно стала оценивать его внешность. Скулы были действительно вытянуты, густые черные волосы, прямая спина. Одним словом Сашин спаситель был достаточно хорош собой.

– Вы далеко живете? – продолжал разговор молодой человек.

– Нет. Тут рядом, а вы боитесь, что меня придется долго провожать? – Саша смотрела на своего собеседника.

Он улыбнулся.

– Вы извините, я наверное что-то не то сказала? – не сводя глаз с молодого человека, спросила Саша.

Он продолжал улыбаться.