Стихотворения 1916 – 1925
полная версия
Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
* * *
Вечер, как сажа,Льется в окно.Белая пряжаТкет полотно.Пляшет гасница,Прыгает тень.В окна стучитсяСтарый плетень.Липнет к окошкуЧерная гать.Девочку-крошкуБайкает мать.Взрыкает зыбкаСонный тропарь:«Спи, моя рыбка,Спи, не гутарь».1916
* * *
Прячет месяц за овинамиЖелтый лик от солнца ярого.Высоко над луговинамиПо востоку пышет зарево.Пеной рос заря туманится,Словно глубь очей невестиных.Прибрела весна, как странница,С посошком в лаптях берестяных.На березки в роще теневойСерьги звонкие повесилаИ с рассветом в сад сиреневыйМотыльком порхнула весело.1916
* * *
По лесу леший кричит на сову.Прячутся мошки от птичек в траву.Ау!Спит медведиха, и чудится ей:Колет охотник острогой детей.Ау!Плачет она и трясет головой:– Детушки-дети, идите домой.Ау!Звонкое эхо кричит в синеву:– Эй ты, откликнись, кого я зову!Ау!1916
* * *
За рекой горят огни,Погорают мох и пни.Ой, купало, ой, купало,Погорают мох и пни.Плачет леший у сосны —Жалко летошней весны.Ой, купало, ой, купало,Жалко летошней весны.А у наших у воротПляшет девок корогод.Ой, купало, ой, купало,Пляшет девок корогод.Кому горе, кому грех,А нам радость, а нам смех.Ой, купало, ой, купало,А нам радость, а нам смех.1916
МОЛОТЬБА
Вышел зараня дедНа гумно молотить:«Выходи-ка, сосед,Старику подсобить».Положили гурьбойЗолотые снопы.На гумне вперебойЗазвенели цепы.И ворочает дедНемолоченый край:«Постучи-ка, сосед,Выбивай каравай».И под сильной рукойВылетает зерно.Тут и солод с мукой,И на свадьбу вино.За тяжелой сохойЭта доля дана.Тучен колос сухой —Будет брага хмельна.1916
* * *
Скупались звезды в невидимом бреде.Жутко и страшно проснувшейся бредне.Пьяно кружуся я в роще помятой,Хочется звезды рукою помяти.Блестятся гусли веселого лада,В озере пенистом моется лада.Груди упруги, как сочные дули,Ластится к вихрям, чтоб в кости ей дули.Тает как радуга, зорька вечерня,С тихою радостью в сердце вечерня.1916
* * *
Не в моего ты бога верила,Россия, родина моя!Ты как колдунья дали мерила,И был как пасынок твой я.Боец забыл отвагу смелую,Пророк одрях и стал слепой.О, дай мне руку охладелую —Идти единою тропой.Пойдем, пойдем, царевна сонная,К веселой вере и одной,Где светит радость испоконнаяНеопалимой купиной.Не клонь главы на грудь могутнуюИ не пугайся вещим сном.О, будь мне матерью напутноюВ моем паденье роковом.1916
* * *
Закружилась пряжа снежистого льна,Панихидный вихорь плачет у окна.Замело дорогу вьюжным рукавом,С этой панихидой век свой весь живем.Пойте и рыдайте, ветры, на тропу,Нечем нам на помин заплатить попу.Слушай мое сердце, бедный человек,Нам за гробом грусти не слыхать вовек.Как помрем без пенья под ветряный звон,Понесут нас в церковь на мирской канон.Некому поплакать, некому кадить,Есть ли им охота даром приходить.Только ветер резвый, озорник такой,Запоет разлуку вместо упокой.1916
НИЩИЙ С ПАПЕРТИ
Глаза – как выцветший лопух,В руках зажатые монеты.Когда-то славный был пастух,Теперь поет про многи лета.А вон старушка из угла,Что слезы льет перед иконой,Она любовь его былаИ пьяный сон в меже зеленой.На свитках лет сухая пыль.Былого нет в заре куканьшей.И лишь обгрызанный костыльВ его руках звенит, как раньше.Она чужда ему теперь,Забыла звонную жалейку.И как пойдет, спеша, за дверь,Подаст в ладонь ему копейку.Он не посмотрит ей в глаза,При встрече глаз больнее станет,Но, покрестясь на образа,Рабу по имени помянет.1916
* * *
Месяц рогом облако бодает,В голубой купается пыли.В эту ночь никто не отгадает,Отчего кричали журавли.В эту ночь к зеленому затонуПрибегла она из тростника.Золотые космы по хитонуРазметала белая рука.Прибегла, в ручей взглянула прыткий,Опустилась с болью на пенек.И в глазах завяли маргаритки,Как болотный гаснет огонек.На рассвете с вьющимся туманомУплыла и скрылася вдали…И кивал ей месяц за курганом,В голубой купаяся пыли.1916
* * *
Еще не высох дождь вчерашний —В траве зеленая вода!Тоскуют брошенные пашни,И вянет, вянет лебеда.Брожу по улицам и лужам,Осенний день пуглив и дик.И в каждом встретившемся мужеХочу постичь твой милый лик.Ты все загадочней и крашеГлядишь в неясные края.О, для тебя лишь счастье нашеИ дружба верная моя.И если смерть по божьей волеСмежит глаза твои рукой,Клянусь, что тенью в чистом полеПойду за смертью и тобой.1916
* * *
В зеленой церкви за горой,Где вербы четки уронили,Я поминаю просфоройМладой весны младые были.А ты, склонившаяся ниц,Передо мной стоишь незримо,Шелка опущенных ресницКолышут крылья херувима.Не омрачен твой белый рокТвоей застывшею порою,Все тот же розовый платокЗатянут смуглою рукою.Все тот же вздох упруго жметТвои надломленные плечиО том, кто за морем живетИ кто от родины далече.И все тягуче память дняПеред пристойным ликом жизни.О, помолись и за меня,За бесприютного в отчизне!1916
* * *
Даль подернулась туманом,Чешет тучи лунный гребень.Красный вечер за куканомРасстелил кудрявый бредень.Под окном от скользких ветелПерепельи звоны ветра.Тихий сумрак, ангел теплый,Напоен нездешным светом.Сон избы легко и ровноХлебным духом сеет притчи.На сухой соломе в дровняхСлаще меда пот мужичий.Чей-то мягкий лик за лесом,Пахнет вишнями и мохом…Друг, товарищ и ровесник,Помолись коровьим вздохам.Июнь 1916
* * *
Небо сметаной обмазано,Месяц как сырный кусок.Только не с пищею связаноСердце, больной уголок.Хочется есть, да не этого,Что так шуршит на зубу.Жду я веселого, светлого,Как молодую судьбу.Жгуче желания множатДушу больную мою,Но и на гроб мне положатС квасом крутую кутью.9 июля 1916
ИСУС-МЛАДЕНЕЦ
Собрала пречистаяЖуравлей с синицамиВ храме.«Пойте, веселитесяИ за всех молитесяС нами!»Молятся с поклонами,За судьбу греховную,За нашу;А маленький боженька,Подобравши ноженьки,Ест кашу.Подошла синица,Бедовая птица,Попросила:«Я тебе, боженька,Притомив ноженьки,Молилась».Журавль и скажи враз:«Тебе и кормить нас,Коль создал».А боженька нашПоделил им кашуИ отдал.В золоченой хатеСмотрит божья матиВ небо.А сыночек маленькийПросит на завалинкеХлеба.Позвала пречистаяЖуравлей с синицами,Сказала:«Приносите, птицы,Хлеба и пшеницыНемало».Замешкались птицы,Журавли, синицы,Дождь прочат.А боженька в хатеВсе теребит мати,Есть хочет.Вышла богородицаВ поле, за околицу,Кличет.Только ветер по полю,Словно кони, топает,Свищет.Боженька, маленький,Плакал на завалинкеОт горя.Плакал, обливаясь…Прилетал тут аистБелоперый.Взял он осторожненькоКрасным клювом боженьку,Умчался.И господь на елочке,В аистовом гнездышке,Качался.Ворочалась к хатеПречистая мати,Сына нету.Собрала котомкуИ пошла сторонкойПо свету.Шла, несла немало,Наконец сыскалаВ лесочке:На спине катаетсяУ белого аистаСыночек.Позвала пречистаяЖуравлей с синицами,Сказала:"На вечное времяСобирайте семяНемало.А белому аисту,Что с богом катаетсяМеж веток,Носить на завалинкиСинеглазых маленькихДеток".1916
* * *
Без шапки, с лыковой котомкой,Стирая пот свой, как елей,Бреду дубравною сторонкойПод тихий шелест тополей.Иду, застегнутый веревкой,Сажусь под копны на лужок.На мне дырявая поддевка,А поводырь мой – подожок.Пою я стих о светлом рае,Довольный мыслью, что живу,И крохи сочные бросаюЛесным камашкам на траву.По лопуху промяты стежки,Вдали озерный купорос,Цепляюсь в клейкие сережкиОбвисших до земли берез.И по кустам межи соседней,Под возглашенья гулких сов,Внимаю, словно за обедней,Молебну птичьих голосов.1916
МЕЧТА
1
(Из книги «Стихи о любви»)В темной роще на зеленых еляхЗолотятся листья вялых ив.Выхожу я на высокий берег,Где покойно плещется залив.Две луны, рога свои качая,Замутили желтым дымом зыбь.Гладь озер с травой не различая,Тихо плачет на болоте выпь.В этом голосе обкошенного лугаСлышу я знакомый сердцу зов.Ты зовешь меня, моя подруга,Погрустить у сонных берегов.Много лет я не был здесь и многоВстреч веселых видел и разлук,Но всегда хранил в себе я строгоНежный сгиб твоих туманных рук.2
Тихий отрок, чувствующий кротко,Голубей целующий в уста, —Тонкий стан с медлительной походкойЯ любил в тебе, моя мечта.Я бродил по городам и селам,Я искал тебя, где ты живешь,И со смехом, резвым и веселым,Часто ты меня манила в рожь.За оградой монастырской кроясь,Я вошел однажды в белый храм:Синею водою солнце моясь,Свой орарь мне кинуло к ногам.Я стоял, как инок, в блеске алом,Вдруг сдавила горло тишина…Ты вошла под черным покрываломИ, поникнув, стала у окна.3
С паперти под колокол гудящийТы сходила в благовонье свеч.И не мог я, ласково дрожащий,Не коснуться рук твоих и плеч.Я хотел сказать тебе так много,Что томило душу с ранних пор,Но дымилась тихая дорогаВ незакатном полыме озер.Ты взглянула тихо на долины,Где в траве ползла кудряво мгла…И упали редкие сединыС твоего увядшего чела…Чуть бледнели складки от одежды,И, казалось, в русле темных вод, —Уходя, жевал мои надеждыТвой беззубый, шамкающий рот.4
Но недолго душу холод мучил.Как крыло, прильнув к ее ногам,Новый короб чувства я навьючилИ пошел по новым берегам.Безо шва стянулась в сердце рана,Страсть погасла, и любовь прошла.Но опять пришла ты из туманаИ была красива и светла.Ты шепнула, заслонясь рукою:«Посмотри же, как я молода.Это жизнь тебя пугала мною,Я же вся как воздух и вода».В голосах обкошенного лугаСлышу я знакомый сердцу зов.Ты зовешь меня, моя подруга,Погрустить у сонных берегов.1916
* * *
День ушел, убавилась черта,Я опять подвинулся к уходу.Легким взмахом белого перстаТайны лет я разрезаю воду.В голубой струе моей судьбыНакипи холодной бьется пена,И кладет печать немого пленаСкладку новую у сморщенной губы.С каждым днем я становлюсь чужимИ себе, и жизнь кому велела.Где-то в поле чистом, у межи,Оторвал я тень свою от тела.Неодетая она ушла,Взяв мои изогнутые плечи.Где-нибудь она теперь далечеИ другого нежно обняла.Может быть, склоняяся к нему,Про меня она совсем забылаИ, вперившись в призрачную тьму,Складки губ и рта переменила.Но живет по звуку прежних лет,Что, как эхо, бродит за горами.Я целую синими губамиЧерной тенью тиснутый портрет.1916
* * *
Гаснут красные крылья заката,Тихо дремлют в тумане плетни.Не тоскуй, моя белая хата,Что опять мы одни и одни.Чистит месяц в соломенной крышеОбоймленные синью рога.Не пошел я за ней и не вышелПровожать за глухие стога.Знаю, годы тревогу заглушат.Эта боль, как и годы, пройдет.И уста, и невинную душуДля другого она бережет.Не силен тот, кто радости просит,Только гордые в силе живут.А другой изомнет и забросит,Как изъеденный сырью хомут.Не с тоски я судьбы поджидаю,Будет злобно крутить пороша.И придет она к нашему краюОбогреть своего малыша.Снимет шубу и шали развяжет,Примостится со мной у огня.И спокойно и ласково скажет,Что ребенок похож на меня.1916
* * *
Синее небо, цветная дуга,Тихо степные бегут берега,Тянется дым, у малиновых селСвадьба ворон облегла частокол.Снова я вижу знакомый обрывС красною глиной и сучьями ив,Грезит над озером рыжий овес,Пахнет ромашкой и медом от ос.Край мой! Любимая Русь и Мордва!Притчею мглы ты, как прежде, жива.Нежно под трепетом ангельских крылЗвонят кресты безымянных могил.Многих ты, родина, ликом своимЖгла и томила по шахтам сырым.Много мечтает их, сильных и злых,Выкусить ягоды персей твоих.Только я верю: не выжить тому,Кто разлюбил твой острог и тюрьму…Вечная правда и гомон лесовРадуют душу под звон кандалов.1916
* * *
Снег, словно мед ноздреватый,Лег под прямой частокол.Лижет теленок горбатыйВечера красный подол.Тихо от хлебного духаСнится кому-то апрель.Кашляет бабка-старуха,Грудью склонясь на кудель.Рыжеволосый внучонокЩупает в книжке листы.Стан его гибок и тонок,Руки белей бересты.Выпала бабке удача,Только одно невдомек:Плохо решает задачиВыпитый ветром умок.С глазу ль, с немилого ль взораЧасто она под удойПоит его с наговоромПреполовенской водой.И за глухие поклоныС лика упавших сединПишет им числа с иконыБожий слуга – Дамаскин.1917
ЛЕБЕДУШКА
Из-за леса, леса темного,Подымалась красна зорюшка,Рассыпала ясной радугойОгоньки-лучи багровые.Загорались ярким пламенемСосны старые, могучие,Наряжали сетки хвойныеВ покрывала златотканые.А кругом роса жемчужнаяОтливала блестки алые,И над озером серебрянымКамыши, склонясь, шепталися.В это утро вместе с солнышкомУж из тех ли темных зарослейВыплывала, словно зоренька,Белоснежная лебедушка.Позади ватагой стройноюПодвигались лебежатушки.И дробилась гладь зеркальнаяНа колечки изумрудные.И от той ли тихой заводи,Посередь того ли озера,Пролегла струя далекаяЛентой темной и широкою.Уплывала лебедь белаяПо ту сторону раздольную,Где к затону молчаливомуПрилегла трава шелковая.У побережья зеленого,Наклонив головки нежные,Перешептывались лилииС ручейками тихозвонными.Как и стала звать лебедушкаСвоих малых лебежатушекПогулять на луг пестреющий,Пощипать траву душистую.Выходили лебежатушкиТеребить траву-муравушку,И росинки серебристые,Словно жемчуг, осыпалися.А кругом цветы лазоревыРаспускали волны пряныеИ, как гости чужедальние,Улыбались дню веселому.И гуляли детки малыеПо раздолью по широкому,А лебедка белоснежная,Не спуская глаз, дозорила.Пролетал ли коршун рощею,Иль змея ползла равниною,Гоготала лебедь белая,Созывая малых детушек.Хоронились лебежатушкиПод крыло ли материнское,И когда гроза скрывалася,Снова бегали-резвилися.Но не чуяла лебедушка,Не видала оком доблестным,Что от солнца золотистогоНадвигалась туча черная —Молодой орел под облакомРасправлял крыло могучееИ бросал глазами молнииНа равнину бесконечную.Видел он у леса темного,На пригорке у расщелины,Как змея на солнце выползлаИ свилась в колечко, грелася.И хотел орел со злобоюКак стрела на землю кинуться,Но змея его заметилаИ под кочку притаилася.Взмахом крыл своих под облакомОн расправил когти острыеИ, добычу поджидаючи,Замер в воздухе распластанный.Но глаза его орлиныеРазглядели степь далекую,И у озера широкогоОн увидел лебедь белую.Грозный взмах крыла могучегоОтогнал седое облако,И орел, как точка черная,Стал к земле спускаться кольцами.В это время лебедь белаяОглянула гладь зеркальнуюИ на небе отражавшемсяУвидала крылья длинные.Встрепенулася лебедушка,Закричала лебежатушкам,Собралися детки малыеИ под крылья схоронилися.А орел, взмахнувши крыльями,Как стрела на землю кинулся,И впилися когти острыеПрямо в шею лебединую.Распустила крылья белыеБелоснежная лебедушкаИ ногами помертвелымиОттолкнула малых детушек.Побежали детки к озеру,Понеслись в густые заросли,А из глаз родимой материПокатились слезы горькие.А орел когтями острымиРаздирал ей тело нежное,И летели перья белые,Словно брызги, во все стороны.Колыхалось тихо озеро,Камыши, склонясь, шепталися,А под кочками зеленымиХоронились лебежатушки.1917
* * *
К теплому свету, на отчий порог,Тянет меня твой задумчивый вздох.Ждут на крылечке там бабка и дедРезвого внука подсолнечных лет.Строен и бел, как березка, их внук,С медом волосьев и бархатом рук.Только, о друг, по глазам голубым —Жизнь его в мире пригрезилась им.Шлет им лучистую радость во мглуСветлая дева в иконном углу.С тихой улыбкой на тонких губахДержит их внука она на руках.1917
* * *
Есть светлая радость под сенью кустовПоплакать о прошлом родных береговИ, первую проседь лаская на лбу,С приятною болью пенять на судьбу.Ни друга, ни думы о бабьих губахНе зреет в ее тихомудрых словах,Но есть в ней, как вера, живая мечтаК незримому свету приблизить уста.Мы любим в ней вечер, над речкой овес, —И отроков резвых с медынью волос.Стряхая с бровей своих призрачный дым,Нам сладко о тайнах рассказывать им.Есть нежная кротость, присев на порог,Молиться закату и лику дорог.В обсыпанных рощах, на сжатых поляхГрустит наша дума об отрочьих днях.За отчею сказкой, за звоном стропилНесет ее шорох неведомых крыл…Но крепко в равнинах ковыльных луговПокоится правда родительских снов.1917
* * *
Не от холода рябинушка дрожит,Не от ветра море синее кипит.Напоили землю радостью снега,Снятся деду иорданские брега.Видит в долах он озера да кусты,Чрез озера перекинуты мосты.Как по мостику, кудряв и желторус,Бродит отрок, сын Иосифа, Исус.От восхода до заката в хмаре водКличет утиц он и рыбешек зовет:«Вы сходитесь ко мне, твари, за корму,Научите меня разуму-уму».Как по бережку, меж вымоин и гор,Тихо льется их беседа-разговор.Мелка рыбешка, сплеснувшись на песок,Подает ли свой подводный голосок:«Уж ты, чадо, мило дитятко, Христос,Мы пришли к тебе с поклоном на допросТы иди учись в пустынях да лесах;Наша тайна отразилась в небесах«.1917
* * *
Заря над полем – как красный тын.Плывет на тучке превечный сын.Вот вышла бабка кормить цыплят.Горит на небе святой оклад.– Здорово, внучек!– Здорово, свет!– Зайди в избушку.– А дома ль дед?– Он чинит невод ловить ершей.– А много ль деду от роду дней?– Уж скоро девять десятков зим. —И вспорхнул внучек, как белый дым.С душою деда поплыл в туман,Где зреет полдень незримых стран.1917
* * *
Небо ли такое белоеИли солью выцвела вода?Ты поешь, и песня оголтелаяБреговые вяжет повода.Синим жерновом развеяны и смолотыВодяные зерна на муку.Голубой простор и золотоОпоясали твою тоску.Не встревожен ласкою угрюмоюЗагорелый взмах твоей руки.Все равно – Архангельском иль УмбоюПроплывать тебе на Соловки.Все равно под стоптанною палубойВидишь ты погорбившийся скит.Подпевает тебе жалобаОб изгибах тамошних ракит.Так и хочется под песню свеситьсяНад водою, спихивая день…Но спокойно светит вместо месяцаОтразившийся на облаке тюлень.1917
РАЗБОЙНИК
Стухнут звезды, стухнет месяц,Стихнет песня соловья,В чернобылье перелесицС кистенем засяду я.У реки под косогоромНе бросай, рыбак, блесну,По дороге темным боромНе считай, купец, казну!Руки цепки, руки хватки,Не зазря зовусь ухват:Загребу парчу и кадки,Дорогой сниму халат.В темной роще заряницаЧешет елью прядь волос;Выручай меня, ножница:Раздается стук колес.Не дознаться глупым людям,Где копил – хранил деньгу;Захотеть – так все добудемТемной ночью на лугу!1917
* * *
Свищет ветер под крутым забором,Прячется в траву.Знаю я, что пьяницей и воромВек свой доживу.Тонет день за красными холмами,Кличет на межу.Не один я в этом свете шляюсь,Не один брожу.Размахнулось поле русских пашен,То трава, то снег,Все равно, литвин я иль чувашин,Крест мой как у всех.Верю я, как ликам чудотворным,В мой потайный час.Он придет бродягой подзаборным,Нерушимый Спас.Но быть может, в синих клочьях дымаТайноводных рекЯ пройду его с улыбкой пьяной мимо,Не узнав навек.Не блеснет слеза в моих ресницах,Не вспугнет мечту.Только радость синей голубицейКанет в темноту.И опять, как раньше, с дикой злостьюЗапоет тоска…Пусть хоть ветер на моем погостеПляшет трепака.1917
О РОДИНА!
О родина, о новыйС златою крышей кров,Труби, мычи коровой,Реви телком громов.Брожу по синим селам,Такая благодать,Отчаянный, веселый,Но весь в тебя я, мать.В училище разгулаКрепил я плоть и ум.С березового гулаРастет твой вешний шум.Люблю твои пороки,И пьянство, и разбой,И утром на востокеТерять себя звездой.И всю тебя, как знаю,Хочу измять и взять,И горько проклинаюЗа то, что ты мне мать.1917
* * *
Пушистый звон и руга,И камень под крестом.Стегает злая вьюгаРасщелканным кнутом.Шаманит лес-кудесникПро черную судьбу.Лежишь ты, мой ровесник,В нетесаном гробу.Пусть снова финский ножикКровавит свой клинок.Тебя не потревожитНи пеший, ни ездок.И только с перелесицСквозь облачный тулупСлезу обронит месяцНа мой завьялый труп.1918
* * *
Пряный вечер. Гаснут зори.По траве ползет туман,У плетня на косогореЗабелел твой сарафан.В чарах звездного напеваОбомлели тополя.Знаю, ждешь ты, королева,Молодого короля.Коромыслом серп двурогийПлавно по небу скользит.Там, за рощей, по дорогеРаздается звон копыт.Скачет всадник загорелый,Крепко держит повода.Увезет тебя он смелоВ чужедальни города.Пряный вечер. Гаснут зори.Слышен четкий храп коня.Ах, постой на косогореКоролевой у плетня.1917
СЕЛЬСКИЙ ЧАСОСЛОВ
1
Вл. Чернявскому
О солнце, солнце,Золотое, опущенное в мир ведро,Зачерпни мою душу!Вынь из кладезя мукСтраны моей.Каждый день,Ухватившись за цепь лучей твоих,Карабкаюсь я в небо.Каждый вечерСрываюсь и падаю в пасть заката.Тяжко и горько мне…Кровью поют уста…Снеги, белые снеги —Покров моей родины —Рвут на части.На кресте виситЕе тело,Голени дорог и холмовПеребиты…Волком воет от западаВетер…Ночь, как ворон,Точит клюв на глаза-озера.И доскою надкрестноюПрибита к горе заря:Исус НазарянинЦарь Иудейский2
О месяц, месяц!Рыжая шапка моего деда,Закинутая озорным внуком на сук облака,Спади на землю…Прикрой глаза мои!Где ты…Где моя родина?Лыками содрала твои дорогиБуря,Синим языком вылизал снег твой —Твою белую шерсть —Ветер…И лежишь ты, как овца,Дрыгая ногами в небо,Путая небо с яслями,Путая звездыС овсом золотистым.О путай, путай!Путай все, что видишь…Не отрекусь принять тебя даже с солнцем,Похожим на свинью…Не испугаюсь просунутого пятачка егоВ частоколДуши моей.Тайна твоя велика есть.Гибель твоя миру купельПредвечная.3
О красная вечерняя заря!Прости мне крик мой.Прости, что спутал я твою МедведицуС черпаком водовоза…Пастухи пустыни —Что мы знаем?…Только ведь приходское училищеЯ кончил,Только знаю библию да сказки,Только знаю, что поет овес при ветре…Да ещеПо праздникамИграть в гармошку.Но постиг я…Верю, что погибнуть лучше,Чем остатьсяС содранноюКожей.Гибни, край мой!Гибни, Русь моя,НачертательницаТретьегоЗавета.4
О звезды, звезды,Восковые тонкие свечи,Капающие красным воскомНа молитвенник зари,Склонитесь ниже!Нагните пламя свое,Чтобы мог я,Привстав на цыпочки,Погасить его.Он не понял, кто зажег вас,О какой я пропел вамСмерти.Радуйся,Земля!Деве твоей РусиНовое возвестил яРождение.Сына тебеРодит она…Имя ему —Израмистил.Пой и шуми, Волга!В синие ясли твои опрокинет онаМладенца.Не говорите мне,Что этоВ полном кругеБудет всходитьЛуна…Это он!Это онИз чрева небаБудет высовыватьГолову…1918
* * *
И небо и земля все те же,Все в те же воды я гляжусь,Но вздох твой ледовитый реже,Ложноклассическая Русь.Не огражу мой тихий кровОт радости над умираньем,Но жаль мне, жаль отдать страданьюЕзекиильский глас ветров.Шуми, шуми, реви сильней,Свирепствуй, океан мятежный,И в солнца золотые мрежиСгоняй сребристых окуней.1918
* * *
Не стану никакуюЯ девушку ласкать.Ах, лишь одну люблю я,Забыв любовь земную,На небе божью мать.В себе я мыслить волен,В душе поет весна.Ах, часто в келье темнойЯ звал ее с иконыК себе на ложе сна.И в час, как полночь било,В веселый ночи мракОна как тень сходилаИ в рот сосцы струилаМладенцу на руках.И, сев со мною рядом,Она шептала мне:«Смирись, моя услада,Мы встретимся у садаВ небесной стороне».1918
КАНТАТА
Спите, любимые братья,Снова родная земляНеколебимые ратиДвижет под стены Кремля.Новые в мире зачатья,Зарево красных зарниц…Спите, любимые братья,В свете нетленных гробниц.Солнце златою печатьюСтражем стоит у ворот…Спите, любимые братья,Мимо вас движется ратьюК зорям вселенским народ.1918
* * *
Заметает пургаБелый путь.Хочет в мягких снегахПотонуть.Ветер резвый уснулНа пути;Ни проехать в лесу,Ни пройти.Забежала колядаНа село,В руки белые взялаПомело.Гей вы, нелюди-люди,Народ,Выходите с дорогиВперед!Испугалась пургаНа снегах,Побежала скорейНа луга.Ветер тоже спросонокВскочилДа и шапку с кудрейУронил.Утром ворон к березонькеСтук…И повесил ту шапкуНа сук.1918
* * *
Ветры, ветры, о снежные ветры,Заметите мою прошлую жизнь.Я хочу быть отроком светлымИль цветком с луговой межи.Я хочу под гудок пастушийУмереть для себя и для всех.Колокольчики звездные в ушиНасыпает вечерний снег.Хороша бестуманная трель его,Когда топит он боль в пурге.Я хотел бы стоять, как дерево,При дороге на одной ноге.Я хотел бы под конские храпыОбниматься с соседним кустом.Подымайте ж вы, лунные лапы,Мою грусть в небеса ведром.1919