Притчи о менадах. Готические стихотворения
- -
- 100%
- +
Литературно-художественное издание
Корректор Юлия Летникова
© Яков Есепкин, 2025
ISBN 978-5-0064-5603-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Часть первая
⠀
Песни меловниц
Антикварные пировые
I
Сон преложится: Цахеса теньМеж порфировых крыс возлетает,У сугатной царевны мигрень,Леда белая свечкою тает.Лилипуты обсеяли нас,Мрамор в гипсовой тлится изнанке,Вял глагол и убожен Парнас,Мнимы палые розы осанке.Злые ангели ныне лишь зрят,Как со травленных княжичей туфлиВо колоды гишпанцы недрятИ свиней манят черные трюфли.II
Гефсиманский соцвет увиемХоть порфировым шелком охладным,Пой оцветники зла, Вифлеем,Упивайся вином червоядным.Сколь еще фарисеи виноЭто алчут и хлебы изводят,Пусть не мнят под шелками рядно,Пусть сугатно еще хороводят.Мы с аллейной преявимся мглы,Где всенощно и траурно тлеем,И серебро плеснем на столы,О звездах чтобы помнил Вифлеем.III
Парфюмерные чаши темны,Ах, арома – здесь ангелы были,Мы одне фавориты Луны,А иные величье избыли.Млечный пурпур тоску расточитИ очнемся во милых трапезных,Пей, Моцарт, аще небо молчит,Аще гонят из сеней болезных.Наготовили ключницы намТусклых ядов нещадную слотность,И виется по черным стенамИх кровавых теней всезолотность.IV
На раменах девиц меловыхЛишь осповники лилий склепенных,Пир сие для Купав неживыхИ черниговских панов степенных.Благородного юга армаИнституток голодных снедает,А у всякой о шее тесьма,А царевн челядь тьмы соглядает.Философ, и за нами следятЛитиями распетые хоры,И чтецы вдоль колонниц сидят,Мглою вежд наливая фарфоры.V
Колоннады ли, арки ТирольБледной полночи дарит, свечамиГрасс ожжем и мышиный корольТалий серых оденет парчами.Дале вкось наши тени летят,Излились золотыя рейнвейны,Смерти нет, а веселью претят,Лишь немолвия тьмы легковейны.Тусклый огнь, виночерпий, храни,Где в салатницах снега белееТруть мерцает – во тяжкой сениВсё влачат нас по звездной аллее.VI
Бледных ангелов Парки ль сочтут,Исаакий презрили шумеры,Виждь, Аида, как гипсы цветут,Сколь резвятся младые химеры.Ах, винтажный Пиитер в желтиМертвых гипсов и роз статуэток,В Ефраим аще поздно идти,Соглядим кровотечье виньеток.Драгоценное миро таятЖелтокрасные эти виньэты,Кровью темной оне и вспоятНевских ос и камен силуэты.VII
Белый шелк и парчу сотемнимОкантовками лилий истлевших,Се и звездный покров, Ероним,Впечатлей одиноко препевших.Пляшут Юзы, серебро таят,А царевичей милых боятся,А в очесах безумных стоятМглы лилей и фонарщики тлятся.Нощь ли, бал у Ирода, не ждутМертвых чад и во шелках белеютИудицы, и столы блюдут,И от приторных вишен хмелеют.VIII
Вновь киотную желть навилиБутоньерками лета менины,Суе южные розы цвели,У иродиц однех именины.Литий всенощных век тяжелей,Как и вынесть его оплетенье,Александровских темных аллейВинограды избыли цветенье.И гляди – чудищ сны превиютВдоль ростральных колонниц тритоны,И арму Ханаана лиютЗараженные ядом бутоны.IX
Юность белая внове цветет,Девы томные пестят лилеи,Диаменты Годо перечтет —Мы в холодные выйдем аллеи.В мае нас и почто предали,Вот сирень золотая совьется,Ледяных пятицветий углиСех ожгут, кто юродиво бьется.Ночь пустая, сколь Иды целы,Нашей кровию сколь упоимы,Как, цветясь, воздвигают столы,Хоть не плачьте меж их, серафимы.X
Мрак августа овеет столы,Тонкий Рании профиль увьетсяЧервной тьмой, и явимся из мглы,Тще гадать, кто начальным собьется.Эти звездные вретища тлятБледных юношей, певших увечность,Пудры тусклые ядно белятИудиц всеживых червотечность.Ах, оставьте на столах виноПод хлебами с серебром, гиады,Это мы, это мы – и одноЗдесь тлеемся, пречествуя сады.XI
В млечных чашах камены уснут,Гипсы кровию палой совьются,И во пурпур сирень завернут,Над убитыми ль небы смеются.Было червным серебро всегда,Этой бледности мы не внимали,Вижди, Юна, сияет Звезда,Тусклых ангелей вьют по эмали.Сжег всепадший Петрополь мосты,Битых гипсов увечье соклеют,И канальным гранитником ртыНам забьют – днесь оне белотлеют.XII
На свечельницах пудры тлеют,Хлебы Цинтии в патине млечной,Экономки ли нас узнаютО серебре и мгле червотечной.И хотели одесно мы цвесть,Но вифанских пасхалов не вняли,И такими зерцайте как естьЖалких агнцев, на коих пеняли.Станут каддиши девы читать,Иудейские тлить будуары,И начнут феи Ада листатьВсепорфирные наши муары.XIII
Ах, к поминкам ли эти столы,Что темны волоокие девы,Ждут Венеции резвой юлыНас еще и поют Женевьевы.Май небесный и был золотым,Но печалиться время, скорбите,Нимфы сада, по черням литымЖелть вияше, сколь весело Ите.К водам тянет ее, в зеркала,Алча, тонкие гребни склонила,Руку жжет со Звездою игла,Где лишь кровь претеклась на чернила.XIV
Тонких лотосов, ядных лилейНаберем у холодной Киприды,И сойдемся во мраке аллей,Где вились бесноватые Фриды.Се звездами ли гасят арак,Бледных юношей чая, старлетки,Се трапеза и вишни, и мрак,Мы ль пифий канифолим балетки.Несть шалов, источенных в огне,Мглу букетниц садовники прячут,И лишь темные эльфы однеПред вишневой сукровицей плачут.XV
Совенечьем рамоны грозят,А веночки у мертвых иные,Бессердечные ль мрамры скользятС пьедесталов на желти земные.Невский темный гранит АзраилСколь возьмет под высокие десны,Тяжесть призрачных тонких ветрилСтанут белые помнить ложесны.Нас пронзила моравская ось,Губы вытеклись мелом червонным,И бегут волны мраморам вкосьМеж валов по теням благовонным.XVI
Золотые букетницы ФивНадарили певцам аониды,Мы ль в тени благодатных оливИ не чаем суровой планиды.Мгла звездами прельстила менин,Се готовые пурпур и балы,Институтки бегут именин,Где от лядвий пьяны вышибалы.Всё и носят серебро цикутМажордомы под барву иконниц,И, кривляясь юдольно, влекутГои нас вдоль червовых оконниц.XVII
Антикварным пирам исполать,На иных всем достанет ли яду,Вижди, Цинтия, миро и злать,Виждь, наяда чарует наяду.Вина льем: только пурпур течетИ со усн лишь серебро точится,Аще тихо камена речет,Нам ея обмануть не случится.Агнцам глорию туне и петь,Се они во сиренях меловыхИ тризнят, и не могут преспеть—Ядный мрамор оплакать в столовых.XVIII
Под червовой тесьмою каждятЯства царских стольниц осененных,Феи Ада еще холодятВоск свечей – над юдолью склоненных.Мы и были в пирах веселы,Золоченые строфы пеяли,Аонид вызывали со мглы,Яко панночки нас обаяли.Се, во пурпуре млечном стоим,Где тлеются червицей аллеи,И пасхалы юдольно таимО немолчных псалмах Лорелеи.XIX
Май прелестниц манит белизной,Осы к персям слетелись во хором,Кто и жив, задыхайся весной,Пей сиреневый яд за колором.Лишь в прохладных аллеях темно,Ангелочки блестят и камены,Осветлили звездами виноТолстоногие злые Цимены.Крови мало и розовых имСех виющихся цедр, на поминкиФрид зовут – по теням всеблагимВозбивать ядотечные цинки.XX
От свечельниц отекших и мглыСотемнились пустые альтанки,Феи Ада бессонны и злы,Топят каморный воск пуританки.Гувернеры уснули, однеЯства царские дочки вкушают,Веи цветят в подвальном вине,Парфюмеров младых искушают.Се и челядь Ирода снуетМеж юдиц, нас к бессмертию влекших,И успенных царевн превиетМлечным пурпуром – с хлебов затекших.XXI
Пир – нести к позолотным столамДорогие нектары иль яды,Крыс одушенных чур зеркалам,Ах, напудритесь, злые гияды.Белый, белый винтажный сумракХолод невских свинцов упокоит,В наши очи фиванский аракПрелиен: червень каддишей стоит.Воскричим ли, зане дождалисьБледных теней Циана со Итой,Где цветы по ланитам стеклисьВо белилами тьме перевитой.XXII
Арабески вифанских ночей,Мессы поздние, таинства млечностьВиноградных и стоят ключей,Собиенных о нашу калечность.Мы еще Гефсимань обнесемЛедяными пасхалами, хлебы,И вина горекнижникам семПодольем, чтоб не гневались небы.А лишь только войдут балеватьФарисеи, цениться звездами —И начнем в свечи пурпур сливать,Источенный ночными садами.XXIII
Несть возвышенней этих духов,Грасс вдохнет лишь арму теневуюЗлатоосных сиреней верхов,Пей, Геката, дьяментность живую.Парфюмер ли, садовник, сюдаВам спешить, расползаются верви,Сех колодниц укажет Звезда,Преязвят шелковичные черви.Разве Сена тусклее Невы,Бесноватые вздуются Рени —Станут кровию мертвые львыВсеписать золотые сирени.XXIV
Хлебы ночи темней и темней,С маков горькой изнанкой слиенны,Се Геката и феи о ней,Мы тоскою страстной упоенны.Монастырские тлеют пиры,Тьму пасхалы червовые вяжут,На кулич вязи щучьей икрыИудицы похмельные мажут.Ах, воспомнят ли нас и таких —Сочервленных больниц зеркалами,Во старизнах всенощно ярких,С перевитыми кровью челами.XXV
Звезды, тихие звезды горят,Плащаницы ль, тенета собросим,Эльфы с нами легко говорят,Ничего мы к столам и не просим.Асфодели во злате срыватьКак вседивно, сколь потчуют яды,А и станем еще пировать,Веселитесь, младые гияды.Ах, доселе вкушают, пиютОтравленные вина царицы,Где менины клико прелиютНа застольный фаянс и корицы.XXVI
Пурпур свеч на фаянс излием,Сумасшедшие музы навеютСны юдоли – зерцай Вифлеем,Царь Аид, хлебы днесь не черствеют.Парфюмерные чаши пусты,Институтки уже недыханны,Чрез востечные пеною ртыСоклинают нас мертвые Ханны.Зри – се юдицы чад волокутКо столу вдоль порфирных колонниц,Се мешают к серебру цикутНашу кровь из червовых солонниц.XXVII
Утро с Идой, к вечериям АдИудейские брашна готовит,Полон плесенью винною сад,Где еще всех Урания ловит.Хороша финикийская златьКо обрядовой тьме и червицам,Вишням сгнившим одно исполать,Слава мраморным сем колесницам.Нас теперь и в серебряной мглеОтличат ли сильфид пировые,С тусклой ветошью всяк на челе —Хоть испейте алмазность впервые.XXVIII
На осповницах вязи свечнойЗолотые лафитники сдвинем,Благоцарствуй, диамент ночной,Желть юдольная, вейся о синем.Нас Геката сама позвала,Всепорфировым жалуя цветом,А иных августовская мглаСовлекла с небодержным корветом.Но смертливые осы летятИ серебро начинено вишнейЯдовитой, и зреть не хотятНебы смертников битвы давнишней.XXIX
Башни смерти опять взнесеныМеж вифанских обсид и склепенья,Ароматами черной весныЗадохнулись архангелы пенья.Волны стансов, несите легкоНаши утлые судна и тени,Сколь мечтали парить высоко,Хоть и кровью отмоем ступени.Розы вынут со тусклых перстов,Бледных мальчиков патина спрячет,Мы диамент прельем изо ртов —Сим лишь вечно Урания плачет.XXX
Данаид восприветствует мгла,Грасс оплачет их юность пустую,А у каждой в гортани игла,Станут помнить юдоль золотую.Май утопленниц нежил всегда,Виждь сейчас белотечность дурмана,Ныне темная плещет водаО граниты земли Ханаана.Сколь молчим тяжело, говоритКто за ангелов бездны синайской,Где у всех меж губами горитЦветь с водою и кровию майской.XXXI
Перевили червонной тесьмойФарисеи пасхальные хлебы,Мы урочны Гекате самой —Тьму лием на преветхие небы.Се и в чаше каждится вино,Се царевны с удавками чезнут,А юдицы румяны одно,Всё никак со балов не исчезнут.Виждь, сумрачный Эреб, это мы,Залиясь нощной кровию, плачем,И биемся во барвах тесьмы,И фаянсы юдольные прячем.XXXII
Тьмою выбьем опалы свечей,Где престол, там юдоль и мытарства,С иудицами шлют палачейНам вдогонку загробные царства.Что и майские ночи белить,Мы одне бродники обминули,Время панночек злых веселить,Ах, опять нас, опять обманули.Звезды наши темней и темней,Их серебром тиснят фарисеи,И стоим подле ветхих сеней,И не минем оцветники сеи.XXXIII
Шелк онижет царевн ложесны,Восстенаем о персях Аделей,Что еще псалмопевцы темны,Зри – серебро течет с асфоделей.Хоть на миг бы к пенатам своемИзойти: ах, еще червотечностьВдоль зерцал превиется, пиемЗдесь одну мы вишневую млечность.Аще ядами Цин упоят,Ангелочки столы обиходят,Где цветницы во злате стоятИ века из гостей не уходят.XXXIV
Яд в лафитники вылил Эреб,На столах отравленные вишни,Мы алкали порфировых неб,Наши смертные муки всевышни.Мародеры бегут по следамИ колодницы пьяные с ними,Кто не лгал Гефсиманским садам,Пурпур наш оцветающий ими.Темнокрасным ведите каймы,Дочек царских сурьмой обнимая,Хоть виждите – се мы, это мыВопием у цветочников мая.XXXV
Фрея златом восплачет, августБлаголепый пречествует сводность,Мы со гипсами выбитых устИсторгнем, исторгнем неисходность.Ах, пенаты сиротски темныИ давно пировые утихли,Нас юдицы в кошмарные сныЗавлекли, это вервие их ли.И царевны удавками сехОвитые, и бродят садами,И лилеи горят о власехМертвых дев, осененных звездами.XXXVI
Злато с кровию чинно горит,Ночи августа полны звездою,Темный яхонт ли, тусклый нефритПерсью днесь упоен молодою.Ах, гляди, злой август, уповай,Се пируют не наши ль родные,Столы внове ломит каравай,Яды антики все ледяные.Возрыдаем немолчно, тайком,Яд в начинье со вишнями бросим,И стоим – всяк с подвальным рожком,А вина золотого не просим.XXXVII
Сильфы лета, воспойте юдоль,Сон пенатов, души именины,Здесь летает пурпурная моль,В гости к нам торопятся менины.Что юдицы кляли Аквилон,И толченого мало стекла им,Ждут еще наши тени КолонИ Вифания, и Ершалаим.И явимся во злате, белейСтатуй гипсовых, мраморных циний —Плакать сени вишневых аллейИ алкать яд из битых начиний.XXXVIII
Веселись, иудиц толока,Днесь и августа роскошь червива,Блюд нектарных ослада горька,Лишь пеют чернокнижники – viva.По ланитам невест золотыхГалилейские змейки плетутся,Несть звездами очей превитых,Одеонами ль каддиши чтутся.Пир нетленный юдольно горит,Чермных роз нанесли в пировые,И архангелы бьют лазуритИ сурьму на чела меловые.XXXIX
Небо наши узнает цвета,Персть и звезды бессмертие чтили,Бледность розовых кущ прелита,Где честные зерцала светили.Тяжко ль бремя пурпурных садов,Кто ответит Вифании, Аде,Не осталось шелковых следов,Балевницы черствятся во гладе.Тронный август был милостив к семПировым антикварным, шестовкам,И темны мы, и звездность несем,Ночь по бледным лия окантовкам.XXXX
Виждь – смертливые осы летят,Над вишневыми сенями тают,Дочки царские нас и почтят,Убиенных легко почитают.Ах, скорее бегите сюда,Молодые сильфиды, вернулисьВо плоти мы, пусты невода,Боги ада от нас отвернулись.Доливая в начинье вино,Суесловя, еще пировайте,И звездами тисните рядно,И язмины юдоли срывайте.XXXXI
Не витийствуйте, дивы, тернецНас забыл, Галилея уснула,Роз Колона слепящий венецМгла во мирт и сандал обернула.Хоть следите: путрамент в желти,Крысы лезут со мускусных аур,Золотых ли магнатов спасти,Мел Электре идет, се и траур.Жгла порфирная кровь не листыС голубою канвой, а листовки,Днесь муары алмазно чисты,Но горят их, горят окантовки.XXXXII
Жалки тверди юдольной балы,Чернь всеподлая тщится вельможить,Но псари и колодницы злы,Их веселье блядям не умножить.И зачем нас позвали сюдаФеи Ада, нет глуше местечка,Где волхвов обманула Звезда,Тлеть и может ли таинства свечка.Ныне вечери столы красны,Дискос полон вином отравленным,И лиют нам цикуту чрез сныВ уши юдицы с воском тлеенным.XXXXIII
Бал претмился и здравствует бал,Шелк меловым бывает и течным,Сад вишневый божественно ал,Хоть на мрамор подайте увечным.Тусклой выбили кровью столы,Антиохия нас ли забудет,Ах, камены еще веселы,Здесь иных аппликаций не будет.Именитство у Циты блажной,Всех и ангелы тянут к гиадам,Се – июль и эклеры, и зной,Мы величье дарим колоннадам.XXXXIV
Сколь идут убиенным шелка,Аквилон ли, Тартария будутВоев нежить, каких высокаСмерть и мука, сие не избудут.Нас по царской осанке искатьОтряжали губителей Ада,Так и станем еще потакатьБледным феям Эдемского сада.Лейте, сильфы, из амфор виноВ уст цариц вековую прозрачность,Лбы их нощно белы и темноПламя роз, пьющих денную мрачность.XXXXV
Дышит негою мертвой Колон,Во крови меловые лилеи,Здравствуй, скорбность, молчи, Аквилон,Что Ефесу цветки Галилеи.Аониды, сапфирным звездамСчет холодный вести ли, стеная,По оцветшим эдемским садамПусть влачится планида иная.В Христиании ждут нас давно,Хлебы Райанон маками рдятся,И горит золотое вино,И меж теней царевны садятся.XXXXVI
Спи, юдоль, божевольные сныВсем обещаны темным Эребом,Се язмин подле яркой стены,Се и мы под аттическим небом.Сени ветхие тех ли почтят,Нет милей им теней удушенных,Боги Ада еще ль и хотятВидеть нас меж гостей оглашенных.Затрапезная челядь, псари,Вдов юдицы позвали на тризну,Мы пророки были и цари,Чти, юдоль, хоть бы нашу старизну.XXXXVII
В белых розах младенцев найдут,Камни шелком совьют и цементом,Нас к вечере юдицы не ждут —Застилайте столы диаментом.Пир ли это, алмазные ль сны,Бьются тени и крысы чумные,Яко звезды таят ложесны,Петь оцветники сем ледяные.Змеи червные свились по лбам,Пляшут Цины вкруг морочной ёлки,И сквозь перстные кости к губамВсё тянутся кровавые шелки.XXXXVIII
Уставляйте начиньем столы,Гипсы любят балы роковые,Лорелея, сколь мы веселы,Антикварные се пировые.От порфирнозлатой мишурыДивной мглой всемерцают сувои,Сколь и Божии звезды остры,Сколь белятся траурные хвои.Будут свечки во злате пылать,Будут ангели плакаться Леям,И еще воскричим – исполатьБелым гипсам и темным аллеям.XXXXIX
Иль темно от капрейских садов,Истончились алмазности мая,Вновь несут ли червицу плодов,Се испьем, путраменты взнимая.Днесь и пир: увивайте ларцыНашей кровию темной, Эдемы,Вечность горние клонит венцы,Се пифиям еще диадемы.Хмель с музык бесталанных собьет,Перси ядные шелк обесцветят,Всех червница рябая увьет,Яко мертвые пламена светят.Литии в Одеоне
I
Невский мраморник нощно зальютПадом звездным и желтой половой,И пифии венечье скуютНашим теням со крошки меловой.Развели аониды ль мосты,Мертвых рамена жгут ледяныеКрестовицы и розы желты,Имут челяди цветы иные.Над обломками гипса векаПлакать царским невестам успенным,Ах, Пиитер, юдоль высока,В сей гореть лишь теням белотленным.II
В персть меловые яды сольем,Щедр август на столы залитые,Упоен виноградом голем,Тлят Елеон сурьмы золотые.Се искрится небесный арак,Томно дивы снуют меж столешниц,Мед истек во ложесны и мракС уст чумою вседышащих грешниц.Кубки наши звездами полны,Пьем с царями успенными вечность,Где погибель таят ложесныИ вишневых тенет червотечность.III
Кто не предал, реки, немота,Гипс звучнее и мраморов нега,Не Цилию кровавостью ртаОстановим – червление снега.И кому Слово молвить, однеГалилейские змеи взлетают,Каждый отрок всебледный в огне,Губы наши сукровично тают.Не молчите хотя во кровиУбиенных царевн желтопалой,Горше нет юродивой любви,Тлеть и тлеть ей над глиною алой.IV
Алавастры не держат вина,Пировают Алеппо и Дельфы,Пьют цари до червового дна,Алчут кафистов темные эльфы.Мгла в зерцальниках ночи темней,Кто и чахнет над вишней тлеенной,Се Геката и пурпур на ней —С благолепых цариц обиенный.Те балы присновечно текут,Ныне воск их течется на мрамор,Где со кровью серебро цикутНам заносят юдицы из камор.V
Сабинянок Европа во снахЛетаргических видит меж лилий,Чуден вечности белый монах,А кого и неволить, Вергилий.Были пиры – литаний огниВ Христиании сказочной тлятся,Камераты умолчны одни,Где Щелкунчики зло веселятся.Подвигает бокалы давноЧернь за стойками ниш бакалейных,И червовое сребрит виноГробы спящих царевен лилейных.VI
Се, Вергилий, тенет мишура,Нас ли ждали честные сильфиды,Меж цевниц источаются бра,Где сновали безумные Иды.Червой стянут серебро волхвы,Был февраль, днесь музыка иная,Кутия солоней пахлавыИ печальна юдоль всеземная.Суе плакать, блаженен и смрад,Хватит звезд – темнотой упоенных,И гниет золотой виноградПод стенание маршей военных.VII
Темновейный атлас убелят,Выжгут чермные нити златые,И успенные души вселятВ наши тусклые тени витые.Что алкали юниды вино,Змеи в кубках лежат ассирийских,От камен мы бежали давно,Всех сочли на развалах астрийских.И внимай – пиры вечности мглыОблачили во тлен, а донынеМертвым шелком превиты столы,Где серебро точится по глине.VIII
Всекричим, а лиется однаТолько немость, окончены речи,Вновь колодники алчут вина,Гои вьют со перстов наших свечи.Не тоскуй, Береника, волосЯд твоех денных лилий желтее,Мы воспоим еще невских ос,Поклонимся еще Византее.А к столам совлачат, забыватьСны о милой юдоли и свечностьНа просфирках – и будем свиватьВдоль зерцальниц червовую млечность.IX
Красных лотосов огнь угасят,Ад ли ведал порфиры земные,Днесь еще псалмопевцы висятНа столбах, лишь сие именные.Круг пустое начинье одно,Тьмы кротов меж халвы копошатся,Звезды цветили хлеб и вино,А волхвы к нам зайти не решатся.Пир гудел, се и гамбургский счет,В назидание ветхим ученымДев кургузых Геката влечетКо цветочницам тьмой золоченым.X
Шелк на плаху стелят палачи,Леворукие тризнят безглавых,В перманенте алмазной парчиКак и мальчиков помнить кровавых.Утром челядь отмоет полыВо ярких грановитых палатах,Иегуде и Низе столыРазбирать: яд ли, мел на салатах.И таились, и свеч перманентВ кровь мешали, се пряча за троны,А одно выдал всех диамент —Нощно им серебрятся короны.XI
Стол Гиады пустой застелят,Кровь оцвета довыпьют лилеи,Яко гипсом кронпринцев мелят,Нас о желтии вспомнят аллеи.Ах, серебро еще исторгнем,Течный мел воздыхай, Иегудим,Кто и пил с ангелочками – нем,Никого, никого мы не судим.Здесь любили честно пировать,Яко мальчиков сех не дождаться,Хоть и будем с лилей обрыватьЛепестки и во желть соглядаться.XII
Кровь лиется из амфор златых,Опьянели царевны во шелках,Это мы ли меж камор пустыхСвечки тлим о рисованных волках.Виждь – еще иудицы бегутС молодыми волками Галлеи,Сколь звездам сумасшедшим не лгутЦиминийского леса аллеи.Чезнет хором, червово рядно,А за сем нас колодники ждали,И со кровью мешали вино,И на вишнях юдольных гадали.XIII
Губы миррой свечной затекут,Нощь во красном увьют леониды,Август, дичь ли, десерт совлекутИз подносов твое аониды.Вот фаянсы и севрский вазон,Гобеленов фламандских призрачность,Гребни масла тяжелый озонТще взбивают, се тленная мрачность.Нас прожгло леонидами вкось,Чернокосые остия рдятся,И в зерцальную тусклую осьБитых мрамров обломки глядятся.XIV
От белен мы и стали темны,Веселятся юдицы, алкаютМед с серебром о свете Луны,Им еще и еще потакают.Се опять фарисейская мгла,Держат вина фаянсы и млечность,Юродные сидят круг стола,Сех тостовник за нашу ль увечность.Ах, Моцарт, яды паче земныхИспили мы и вновь соявились —Доплетать меж цветов ледяныхКровь на свечи, какими превились.XV
Побежим с князем нощи туда,Где пенаты в сиреневой пудре,Где небесностью дышит ЗвездаИ пеют о блажном златокудре.Ах, чудесна сия карусель,Юровая беззвездная шара,Так и мы не тушили досельТусклый огнь грозового пожара.Кто увечных казнил, сонимайОто яств неготечные губы,Плачь фаянсы в крови и внимай,Как рыдают о нас душегубы.XVI
Дале немость и свечки в кровиНа пасхальных столах, и терциныКо хлебам, всяк умолкший – лови,Нас веселием жалуют Цины.Тщились небы еще оболгать,Заказали и каддиши к читке,Не гекзаметры ль внове слагать,Хватит яда Моцарту и Шнитке.Се кармином блудниц остияВдоль трапезных свиваются чадно,И обручники, пурпур лия,Из оконниц глядят непощадно.XVII
Утаим от Киприды мелки,Божевольные розы поднимем,Оглашайте пиры, ангелки,Мы серебро со чернию имем.Сей путрамент Аида темней,Мрамор вечности им ли сводили,Плачет Пила и ангелы с ней,Здесь юдиц хорошо усладили.Нас боится Геката, с ланитМел истек на кантовки витые,И молчим, а серебро тиснитХанаана архивы пустые.XVIII