Менталист. Эмансипация

В столице кланы самозабвенно резали друг друга. Но альянс будущих великих родов не спал. Информация, что поднималась с низов, будоражила совет кланов.

Ходили слухи, что некоторые из пришедших в город обладали неким даром. Одни могли усилием воли заставить фитиль свечи вспыхнуть, другие замораживали воду, третьи разговаривали с призраками.

Захватывая одарённых по одному, альянс кланов формировал новый в этом мире костяк, костяк будущих магов.

Быстро сопоставив факты, клановые поняли, что способностями обладали преимущественно те, кто сражался с пришельцами из порталов, а точнее, каждый, кто имел дар, убил хотя бы одного монстра, а затем поднял странную перламутровую сферу.

Сфера развеивалась, становясь невесомой дымкой, а затем втягивалась в дотронувшегося. Порой по странному стечению обстоятельств тот, кто поднял сферу, не мог её поглотить, дымка упрямо огибала его, а если поблизости никого не было, вовсе пропадала.

Альянс кланов быстро собирал информацию, периодически вступал в конфликты с самыми наглыми, быстро ставя их на место, но в основном они искали врата.

Время шло, на фоне общей чуть замаскированной драчки все как-то забыли про императора. Правил в то время Антон Рязанский, завоевавший престол и удерживающий его вот уже почти восемь лет.

Государь действовал тоньше, в разборки не лез, закрывал глаза. Он поступил правильно, дворня давно стала болотом, которое следовало расшевелить, а вот он не имел права уступать место эмоциям.

Рязанский понимал, что кто-то станет сильнее, но многие падут, эта грызня ничего не изменит в обстановке, лишь усилит их.

Во все концы Империи отправились соглядатаи, ежедневно предоставляя отчёты. У махины государства было больше ресурсов, нежели у кланового альянса, поэтому Антон не только нашёл порталы, он и успешно собрал информацию, и даже получил несколько сфер. Артефакты в мягких замшевых мешочках поехали в столицу, а вот шпионы государства остались, всё глубже и глубже проникая в каждый уголок Империи.

Пока не пришли в княжество Игоря Калинина.

На Калининской территории их встретила настоящая вольница. Людей императора не только не узнали, их попробовали ограбить на первом же съезде. В округе ходили слухи, что княже приболел, что-то непонятное с головой, после того как открылось окошко бесовское.

Людей короны не могло не заинтересовать творящееся в глухом краю. Когда речь зашла об окошке, сначала они не удивились. Собравшие пыль дорог воины повидали много таких порталов, встречались с тварями, собирали артефакты. Но когда один из крестьян мимоходом сообщил, что их портал не только не извергает тварей, но и тихо мирно висит вот же почти год, люди императора встрепенулись. В столицу полетели десятки весточек, нагружая голову императора новыми данными.

Услышав версию народа, слуги государя пришли в поместье Калинина за ответами.

К страху в глазах жителей поместья примешалась изрядная доля надежды, когда появилась кавалькада людей короны.

Игорь Калинин вот уже который день не выходил из мастерской, лишь только размеренное буханье молота давало знать, что он живой.

Приехавшие с проверкой люди ухмылялись в глаза людям, населяющим поместье. Они проехали по двору, остановившись лишь у сгрудившихся на крыльце родственников князя. Удостоив их кивком, введённые в курс дела воины встали у кузницы, над которой поднимался столб дыма.

Мастерская работала много месяцев, князь велел не сбавлять жар даже в те редкие моменты, когда спал. В лица спрыгнувших с коней слуг императора дохнуло жаром, запахами металла, человеческого пота.

Предводитель отряда пару раз свистнул, а затем тяжело постучал в дверь, щедро окованную полосами металла.

Долгие минуты ничего не происходило, пока молот не затих.

Открылась дверь, взвизгнув петлями. Из недр кузни вышел хозяин земель. Облик его был ужасен, правая сторона лица покрылась коркой, разделённой на соты, будто кожа змеи. Глаза чуть раскосые, вытянутые.

Воины забили Игоря Калинина, как дикого зверя, коим он и был на тот момент.

Много разных слухов по этому поводу доходило до столицы, но в официальных хрониках осталась только одна версия. А вот вопросов было много. Как князь жил со своими людьми, так и не тронув никого? Неизвестно.

В мастерской нашли первые в этом мире доспехи Айрана, Кайвель, Мефистофель, Диагон и Ласурит.

Император тут же был уведомлен об одержимом князе, а доспехи упакованы и приготовлены к отправке. Но в ночь перед отъездом случилась бела. Один из воинов, капитан отряда, решил сам облачиться в них. Его броня уступала выкованной Калининым, на правах старшего он надел доспех.

Не успел капитан удивиться лёгкости металла, плавности своих движений, как тут же осыпался прахом, а латы так и остались стоять, но внутри у них появилось алое свечение. Сытое свечение.

– Фе-е-е-едя! – оказывается, я так задумался, что не услышал, как меня позвали.

Мы сидели за столом. Наталина приготовила пасту, Степашка уже прикончил свою порцию и теперь хотел ткнуть меня пальцем. Сестра требовательно смотрела на меня, а я не понимал, что происходит, настолько резкий переход получился.

Когда до меня дошло, как Наталина меня назвала, я поморщился.

Зачастую меня называли проще.

– Зови меня просто Эф, – попросил я.

– Ага, а может, сразу мистер Вселенная? – бросила девушка довольно скептично и вернулась к сбору посуды.

– Имя Федя иначе и не склонишь, Фёдор слишком строго, Федя уже мягко. Эф, этой буквы у меня очень много.

– Фёдор Фонвизин, за право носить такую фамилию многие пошли бы на преступление.

– Ты ошибаешься.

– Я ошибаюсь? Тебе стоит напомнить, кто живёт в нижнем…

– Они бы не только стали преступниками, но и отдали любую часть тела.

– Хм, – девушка сбилась. – Пожалуй, да, Фёдор чересчур, будешь просто Эф. Чтобы не зазнавался.

– Вот и договорились. – Я отодвинул еду, так и не притронувшись. – А у тебя нет чего-то съедобного?

– Что тебе не нравится?

– Не уверен, что вот это мясо! – я тыкнул в сероватый кусок, распластанный в соусе.

– Это не совсем то, что ты привык есть, – ехидно глянула Наталина. – Сублимированное мясо, слышал?

– Теперь да. – Я по-новому глянул на кусочек и даже решил попробовать.

Раз сегодня день открытий, не стоит ограничиваться только посещением нижнего города. Необходимо отрываться по полной. Правда, потом надо сходить в хорошую клинику, не меньше.

Я уже поднёс кусочек ко рту под насмешливым взглядом Наталины и любопытным Степашкиным, как дом тряхануло. Вилка выскочила у меня из рук, а все предметы в квартире подпрыгнули.

Автоматная очередь разрезала вечернюю тишину.

С потолка посыпалась штукатурка, в шкафах зазвенела посуда. Меня передёрнуло, в отличие от собранной Наталины и совершенно спокойного Степашки.

– Какого хрена? – голос дрогнул, я закашлялся.

– Местные не справились с вратами, легионы идут совсем рядом.

Наталина потушила свет и открыла жалюзи.

За окном уже темнело. Густые сумерки разрезали вспышки пожаров и пулемётные росчерки, гнутыми линиями уходящие куда-то в другой район. Перед нами открывался отличный вид, пятый этаж, все удобства.

На фоне огня были чётко различимы фигуры легионеров.

Твари врат врывались хаотичным потоком, но у него всегда была цель. В центре легиона виднелся центурион, тварь, похожая на носорога, огромная и когтистая, вся закрытая роговыми пластинами толщиной не менее пяти сантиметров. Она направляла легион, формируя волны.

Первый круг центуриона называли детьми. Это стремительные, похожие на горилл твари, очень цепкие, с приплюснутыми головами. Никто из монстров не имел волосяного покрова, всех объединяла сероватая, пепельная кожа. Лишь у центуриона покров имел багровые разводы, а сама кожа казалась красноватой.

Дети приносили своему главе органическую пищу. Это могло быть всё что угодно, начиная от замороженного мяса из супермаркета, кончая людьми. Чаще всего это были люди.

Второй круг – легион, или легионеры. Эти существа хаотически неслись вперёд, разрушая всё, что вставало на пути. Немыслимый, казалось бы, хаос мог управляться громкими трубными звуками, что издавал центурион.

Вот сейчас один из таких рёвов-команд разразился в пространстве. Меня передёрнуло от ужаса. Наталина напряжённо вглядывалась в окно.

– Вот чёрт! Они идут прямо в нашу сторону. – Её кулаки были сжаты, девушка была похожа на вставшую на дыбы кошку. – Степан, надень кофту, мы идём в коридор.

– Но зачем? – странно, что этот вопрос задал я, а не ребёнок.

– Скоро тут будут воины, квартира станет крепостью.

– Что делать мне? – я хотел помочь, но, похоже, был бесполезен.

– Не отставай, – коротко бросила Наталина.

Глава 5

В коридоре царила рабочая атмосфера.

Жители здания хмурились. Где-то плакали дети, совсем недолго, тут же прерываемые монотонным бебнежом родителей в стиле «всё будет хорошо». Некоторые бойцы носили белую повязку на рукаве, видимо, опознавательный знак военных. Весь жилой массив неожиданно превратился в опорный пункт.

Нас разместили в коридоре, где на грубо сколоченных лавочках вдоль стены сидели такие же жильцы. Я в который раз спросил себя, что тут делаю? Ещё вчера я спокойно сидел в своём поместье, являлся одним из самых завидных женихов княжества, баснословно богатым наследником… А теперь?! Теперь я дрожу от страха в заплёванной, серой, как жизнь этих людей, пятиэтажке.

Вязь моего мысленного самобичевания прервал проходивший мимо вояка. Он посмотрел мне в глаза. Я оглянулся, ища поддержки у собравшихся, Наталины, хоть кого-то, кто понимал, что происходит. Все сидели, хмуро смотря перед собой.

Мужик лет сорока с жёсткой на вид щетиной и чуть жёлтыми усами положил руки мне на плечи. Обоняние поразил сигаретный запах из его рта. Он надавил, опуская меня на скамейку, повернулся направо и кивнул. Стоящий поодаль боец с такой же повязкой и многодневной щетиной стал пересчитывать собравшихся.

Здание снова тряхнуло.

Так и не умолкающий рокот пулемёта, казалось, стал ещё ритмичнее. Наверное, подключили ещё одно орудие.

Неподалёку от меня располагалась лестница, ведущая на крышу. Мы отлично слышали всё, что происходило снаружи. Основная огневая точка этого здания была как раз наверху.

Дверь открылась, пропуская внутрь звуки сражения, отчего дети, сидящие по обе стороны от меня, сжались.

– Мужики, все, кто есть. Там такое! – скатившийся по лестнице боец чуть старше меня самого оглядел сидящих гражданских и неожиданно замешкался. – В общем, сложное там. Помощь любая нужна… Вот.

– Твою налево, Ник! Живо на второй угол. – Дверь снова приоткрылась, практически седой вояка преклонного возраста забрал нашего рекрутёра.

– Я иду наверх. – Из жидкого рядка поднялся широкоплечий темноволосый парень.

– Храни тебя создатель, парень, – только и сказал пересчитывающий нас боец и, подав новобранцу стоящий там же, у стены, автомат, вместе с ним пошёл наверх.

– Слава. – Наталина вскочила, но тут же присела на место. Удаляющийся парень повернулся, на лице его была улыбка. Смотрелось очень контрастно, ведь все понимали, куда он идёт. – Осторожнее там. Хорошо?

– Хорошо, Ната.

– Ленок, иди к нам, – девушка поманила практически незаметную в рядах жителей этажа кроху. Девочка подошла к нам, доверчиво подняв руки и взобравшись на колени к Наталине.

– Ты его знаешь? – почему-то этот вопрос вырвался первым.

– Конечно, мы живём в одном доме. Мы тут все знаем друг друга. Почти родственники. У меня братик, а у него сестричка.

– Часто бывает такое?

– Что? Собрания в коридоре?

– Ты поняла, о чём я.

– Насколько часто бывают прорывы?

– На Москву? По пять в месяц в среднем.

– Вот ты и ответил на свой вопрос.

– Я про этот случай, они же совсем рядом, так бывает всегда?

– Не всегда, – девушка подумала. – Но случается.

– Где клановые? Двойняшки? Гвардия? Да хоть кто-то.

– Скоро появятся. – уверенно сказала Наталина. – Когда мы проникнемся.

Я не находил себе места.

Наши ряды таяли, мужчины один за другим поднимались, уходя на крышу. Отозвались и пара женщин, также удалившись наверх. Даже через толстые стены были слышны крики тварей, рычание, топот сотен лап.

Я встал, на ходу снимая браслет.

– Вот, это поможет, тут есть пара щитов. – Я отдал браслет Наталине. – А если прижмёт, активируй лежащие «заклы».

– Куда ты собрался?

– Туда же, куда и все.

– Ты ничем не сможешь помочь, – Ната устало прикрыла глаза. – Только сам умрёшь.

– Не забывай, что я наследник великого дома.

– О твоей немощи не знает только глухой. – Девушка фыркнула, но не обидно, а как-то по-доброму.

– Дело не в моей магической силе. – Я не знал, что и сказать. В голову пришли слова семейного девиза. – Смерть – ничто, честь – всё.

Даже не собираясь слушать отповедь Наталины, я стал подниматься наверх.

С крыши открывался хороший вид. Небо озарилось алым, будто смеялось над бедами людей. С другой стороны, на самом краю, где город переходил в степь, мерцало огромное окно перехода. Если солнечный отсвет имел тёплый оттенок, то зарево портала, ведущего в другую реальность, ничем таким похвастаться не могло.

Крыша напоминала стену средневекового замка, её можно было смело назвать крепостью. На каждом углу имелось минимум по одному пулемёту, каждый из них в данный момент работал. С разной периодичностью, но всё равно это пугало.

Небольшой выступ на краю был рукотворно поднят на добрых полтора метра, здорово выделяясь. Имелось некое подобие бойниц, через которые на улицу выглядывали отбивающие дом жители.

Кто-то разряжал пистолет в одному ему видимого противника, кто-то орудовал калибром побольше, держа в руках штурмовую винтовку. На площадке лежала парочка тварей, испещренных пулевыми ранениями. Судя по знакомой мне классификации, легионеры, пушечное мясо.

Вычислив сторону, в которой гашетку пулемёта будто заклинило, я направился туда.

Так просто попасть на край крыши мне не дали. Перед самым носом словно из-под земли вырос старый знакомый, имеющий желтоватые усы и стойкий запах табака.

– Куда собрался, паря?

– Помогать вам, я маг, – следовало уточнить, и я нехотя добавил. Пришлось повысить голос, ибо шум стоял неслабый. Я огляделся, проверяя, вдруг кто-то подслушивает. Но никому не было до нас дела, вокруг развязывалась самая натуральная война. – Слабый маг. Очень слабый, но кое-что могу.

– Близко к пулику не подлазь. Рыло между бойниц не свети, иначе детишки быстро заберут к себе, играть! Гы, – мужик хрюкнул. А я, кажется, только что прошёл курс молодого бойца. – Под руку мэтру Колину не лезь. Своих зацепишь, лучше сам прыгай вниз. А теперь пошёл!

Путь до края крыши я преодолел в сомнениях.

Табачник напомнил, что я не имею опыта реальных сражений, а значит, могу случайно задеть своих. Да и кому я нужен со своими способностями? Слабый менталист и псимаг! Если сумею прибить парочку легионеров, могу попросить у отца медальку.

У него таких много, вот кто настоящий герой, а не я.

При воспоминании об отце по телу пробежал холодок. А что, если сегодня его очередь отвечать на вызов? Если сюда заявится папа, да в костюме Мефистофеля. Ой, что буде-е-е-ет. Я месяц дома просижу…

Так! Какого чёрта мысли свернули на привычные рельсы? Видимо, сказывался стресс. Я теперь сам по себе, а значит, это мои проблемы. Если заявится отец, ему ничего не светит. Сам виноват.

Тут человек, стоящий у бойницы, к которой я шёл, стал перезаряжать автомат. Неожиданно вылезшая когтистая лапа толщиной с моё бедро показалась из провала, за которым был виден город.

Бойца в армейской разгрузке смело одним лёгким движением, вытянув наружу.

Раздался постепенно удаляющийся крик, видимо, его просто-напросто выкинули. А в окошке бойницы показалась приплюснутая башка твари.

Кажется, пожаловали дети.

То тут то там раздавались вскрики людей. Народ отхлынул от края. В отличие от легионеров, дети не увлекались атакой, не лезли сплошным потоком, подставляясь под пули. Эти бестии действовали намного эффективнее. Когда защитники брызнули в стороны, радиус обзора стал ещё меньше. Если раньше ты мог выглянуть, чтобы увидеть ползущего по стене гада, сейчас встреча происходила по факту.

Мой противник, видимо, не отличался особым благоразумием, или просто я не тянул на хорошего защитника. В общем, тварь посчитала меня незначительным препятствием. За спиной первой уже мелькала вторая, штурм моей позиции начался.

Вода всегда течёт по пути наименьшего сопротивления, вот и волна тварей сочла мой край самым удобным. Я не являлся единственным, кто защищал стену, но стал тем самым, кто не успел вовремя отпрыгнуть.

Когтистая лапа монстра с жужжанием разрезала воздух. Кое-как выстроенная защита слабо помогала, оставалось только приготовиться к смерти. Трусовато прикрыв глаза, я сжался, предчувствуя неминуемое.

Удар последовал сильный и хлёсткий, но недостаточный, чтобы убить.

Открыв глаза, я увидел рядом с собой гигантскую лапу. Отдельно от её владельца. Сама тварь лежала неподалёку, без головы, густая красная кровь толчками лилась из шеи. Три оставшиеся конечности дёргались, вытягиваясь в линейку, словно монстр пытался встать по стойке «смирно».

Долго гадать, кому же я был обязан спасением, не пришлось.

– Вставай, паря. В задний ряд топай, быстро. Пока мэтр Колин держит этих бестий. – Всё тот же старый знакомый одним движением поднял меня на ноги.

Вот тут я увидел уже несколько раз упомянутого мэтра Колина.

Старик сидел в своём кресле, прикрыв глаза. Вокруг него змейкой летала полоска металла, похожая на струйку воды и настолько же подвижная. Маг! Чёртов маг в этом захолустье. Я же слышал, что сеферон Степашке модифицировал мэтр.

Видимо, кинетик. Сидит в своём кресле, словно король. Глаза под веками стремительно двигаются, так, словно под ними жирные белые черви. Полоска металла поёт, разрезая воздух. Старику даже не нужно поворачивать голову, чтобы закончить жизнь очередного монстра.

Наверное, мэтр – это единственный фактор, который сдерживает нападающих.

Оставшиеся люди начали перегруппировываться, чтобы занять более выгодную позицию. Снова послышались крики скидываемых с крыши людей, но уже гораздо реже.

– Поднимай задницу, паря, да поживее, пока тобой не подзакусила очередная тварь.

Я встал, оглядываясь по сторонам. Жест рукой – небольшой камень поднимается с земли. Снаряд зависает перед глазами, хлопок руками, выжимая себя до последнего.

Камень на глазах крошится, принимая форму вытянутого лезвия. Я действую на пределе, как тогда с тиграми. Сейчас я только рад временному наваждению. В том, как легко у меня получается орудовать силами, есть огромная заслуга сна.

– Магик, шоб его, – тихо шепчет жертва курения.

– Скройся, – рычу ему в ответ.

Встаю рядом со стариком. Стараюсь покрыть те области, которые он не успевает. Интуитивно разделяем пространство. Мне достается примерно одна четвертинка, но времени на обиду нет, это бы переварить.

Твари лезут, переваливая через своеобразный бруствер сплошным потоком. Гора мёртвых тел настолько велика, что становится нашей новой стеной. Мы отдаём метр за метром, но какой ценой.

Для меня всё свернулось в один момент. Уже и не помню, когда на крышу стали выбегать жильцы дома. Заметил только, как рядом появилась Наталина, покрывая наступающих отродий бездны очередями из автомата.

А ещё помню испуганное женское лицо последней покидающей этаж женщины. Она опоздала буквально на несколько секунд, дверь на крышу уже начинала закрываться, а на лице женщины проступало облегчение, когда всё та же массивная лапа, отвесившая мне оплеуху десятью минутами ранее, выхватила хрупкое человеческое тело, унося с собой.

Маленький оплот выживших стал отбиваться в разы активнее. Отступать было некуда. Семьи защитников сидели тут, в нескольких шагах, подавая патроны, оттаскивая раненых.

Солнце почти зашло за горизонт. Мой источник стал прозрачным, силы почти не было. Но, к счастью, монстры перестали напирать, у нас появился небольшой шанс на выживание. Главное теперь его ухватить.

Густой рокот прервал наши мечты о спасении.

На фоне уже загорающихся звёзд появилась туша центуриона, грузно переваливаясь через рукотворную стену на краю крыши. Высоченная, размером с грузовик тварь повела башкой из стороны в сторону, оглядывая наши позиции.

Видимо, командующий сам решил глянуть на не желающих умирать двуногих.

Массивная шея, когтистые лапы.

Старик открыл бесцветные глаза, встретившись взглядом с центурионом. Я затаил дыхание, даже при полном резерве мне не стоило вставать рядом с таким гигантом, а теперь так и вовсе лучше было не отсвечивать.

Мэтр Колин не растерялся. Откуда-то сзади к нему подлетел самый натуральный кожаный плащ. Он мягко, бережно опустился на плечи, что-то звучно щёлкнуло, и старик завис в воздухе.

Создатель дорогой, вот этот талант прозябает на окраине города. Умение так филигранно управлять своей силой – это просто нечто. Чую, непростая история за всем этим.

Ещё секунда – и два монстра начали бы рвать друг друга на части, но мне не дано было увидеть это.

На крыше появился новый участник, а точнее, участница.

Матовый металл мог вбирать в себя свет, за спиной на манер плаща висели металлические крылья, не доставая до земли буквально пару сантиметров. Тяжелый шлем прикрывал верхнюю часть лица, выставляя на обозрение точёный подбородок и пухлые губки.

Я вымученно улыбнулся, вот сейчас у центуриона не осталось ни единого шанса.

Но тут случилось неожиданное. Разогнавшись, Елена, а это была именно она, подхватила меня поперёк тела. Мы рухнули вниз с пятого этажа. Крылья доспеха расправились, мягко планируя над ордами, осадившими здание.

Краем сознания я отметил, что таких вышек-оплотов осталось немало. Вспышки драк виднелись невооружённым взглядом, это говорило о том, что люди борются.

– Какого беса ты творишь?!

– У меня приказ.

– В задницу твой приказ! Верни меня назад! – свист ветра перебивал все слова, поэтому приходилось здорово напрягать голосовые связки.

– Нет, мы летим в город.

– Мы уже в городе, дура! Там умирают люди, верни меня назад. Помоги им, тебе же ничего не стоит!

– Приказ. Людьми займётся другой.

– Когда? – мы уже были на земле, поэтому я мог не кричать, но меня переполняли эмоции, поэтому я срывался. – Какого хрена ты вообще полезла ко мне? Кто тебе приказал?

– Мог бы сказать спасибо! – голос девушки был каким-то механическим. – Твой отец приказал, кто ещё.

– Могу сказать тебе, пошла на хрен, дура отб… – договорить мне не дали. На холм, где мы стояли, приземлился ещё один двуединый, примяв землю на добрых десять сантиметров.

Его десантировал пролетающий мимо вертолёт, это был Диагон.

Устрашающих размеров воин, как и любой двуединый, закованный в доспех по самые глаза.

– Как обстановка, Елена? – грубый мужской голос был приглушён забралом.

– Ты зашёл про дела поинтересоваться? – раздражение буквально фонтанировало. – Я думаю, вам, ребята, надо чуть-чуть поработать, совсем малость. А не охранять меня!

– Ты чего так бесишься, малыш? – гигант в доспехе добродушно хохотнул.

– Бесит численное превосходство дебилов на этом холме.

– Осторожнее со словами.

– А то что?

– Это наследник Фонвизиных, – последовала всего одна фраза, сказанная всё тем же спокойным голосом.

– Да пошли вы…

Я развернулся и пошагал в сторону нижнего города. Там сейчас завязалась нешуточная заварушка. Никогда раньше не видел, как умирают люди. Сегодня что-то сломалось во мне, глубоко внутри. Часовой механизм заложенной в пятнадцать лет бомбы начал тикать.

– Куда он пошёл, Елена?

– Спроси сам. А лучше возьми себя в руки и выполняй приказ, я сама тут разберусь.

– Принято.

Меня на пути к пылающему нижнему обогнал бегущий в доспехе воин. Широкими скачками эта бандура могла обогнать автомобиль на средней скорости. Понятное дело, что уже через минуту он скрылся за стеной.

Я не успел далеко отойти. Передо мной, как из старых часов кукушка, вынырнула двуединая с Айраной. Один удар в висок, которого я даже не почувствовал, и аут.

***

– Очнулся.

Я открыл глаза, но тут же закрыл их, стоило мне увидеть багровое небо.

– Что случилось? – послышался командный женский голос.

– Отвечай! – в плечо ткнули чем-то твёрдым. Сознание тут же нарисовало дуло автомата.

– Вы это мне? – я приподнял веки, одновременно тихо ругаясь себе под нос. – Чёртов сон, завтра же наведу порядок в своём разуме.

– Он думает, что это сон!

– Ты бы так же думал, Зубик. Сам посуди, как это выглядит с его стороны.