Выцветшие письма

Глава 1. Катя.

Город за окном был окрашен тёплыми красками. Красные рябины и жёлтые берёзы превратили двор в уютный парк. Октябрь выдался на удивление тёплым и солнечным, и я хотела бы, чтобы он не заканчивался. Вот и сейчас луч тёплого солнца скользнул в окно, подсветив маленькую кухоньку нашей с мамой квартиры. Я сидела за столом, поджав одну ногу под себя, жевала бутерброд, запивая горячим сладким чаем, и жмурилась от удовольствия. Выпив последний глоток, я облизнула губы и бросила взгляд на настенные часы – боже мой, сколько времени! Быстро ополоснув кружку и тарелку, я умылась, легко подкрасила брови и губы, расчесала волосы и заплела их в свободную светлую косу. Натянула чёрные брюки и свитер цвета чистого неба.

Брызнула любимые духи. Пока надевала ботинки на шнуровке, ко мне подошла кошка Тыковка. Рыжая, она потёрлась о ноги.

«Тыковка, прости. Совсем некогда с тобой обниматься, опаздываю», – я погладила её по спинке и выскользнула в коридор подъезда, заперев обе двери – железную и деревянную – на ключ.

Мои шаги гулким эхом раздавались по лестничному пролёту. Я сбежала с пятого этажа за минуту, вылетела во двор и не смогла не остановиться, чтобы вдохнуть этот запах осени. Прекрасный, чистый, пахнущий прелой листвой и грибами.

Бабушка Людмила Вячеславовна уже заканчивала свою прогулку со скандинавскими палками.

«Здравствуйте, Людмила Вячеславовна!» – крикнула я набегу.

«Здравствуй, Катенька! На учёбу бежишь?» – ответила она бодрым голоском.

«Ага, опаздываю!» – крикнула я и помчалась дальше.

На остановку я прибежала как раз вовремя – уже собралась толпа народу. Тяжело дыша, я смотрела на асфальт – у бордюра скопились жёлтые опавшие листья, и дунувший ветерок сдвинул их и закружил по дороге, вальсируя среди едущих машин.

«Вставай, уже наш едет», – услышала я краем уха голос женщины, обращённый к мальчику. Мальчика автобус не интересовал, он держал в руках гоночную машинку, водил ею в воздухе и смешно надувал губы, имитируя рёв пластикового двигателя. Я улыбнулась, а затем глянула на подъехавший 32-й автобус. Сделала глубокий вдох и стала проталкиваться внутрь.

Через сорок минут автобус выплюнул меня на остановке «Академическая» рядом с университетом, где я училась на журфаке. Я поправила одежду и рюкзак, сделала пару глубоких вдохов осеннего воздуха и улыбнулась. Хоть я и ненавидела переполненные автобусы, но портить себе из-за этого всё настроение на день не собиралась. Мама всегда учила: как день настроишь, так его и проведёшь.

В вестибюле университета уже было полно студентов, все были разбиты на свои компании, гул голосов разносился по зданию. Я прошла мимо гардеробных и направилась к лестницам. Поднялась на первый пролёт мимо целующейся парочки. Да уж, подумала я. Могли бы делать это не в стенах универа. На втором этаже по пути к кабинету я столкнулась с Раисой Павловной – моим деканом.

«Катенька, здравствуй, – защебетала она, – я как раз хотела с тобой увидеться. Сегодня после обеда будет собрание редакции университетской газеты. Ты, конечно, ещё первокурсница, но, может, захочешь поучаствовать? Это хорошее подспорье для получения оценки по нескольким предметам, а ещё отличный опыт тебе в копилку».

Я улыбалась, обдумывая. Наконец ответила: «Даже не знаю, там, наверное, одни старшекурсники… но я бы попробовала».

«Ну, подумаешь, – сказала она. – Как надумаешь – приходи в двадцатый кабинет».

Мы попрощались, и Раиса Павловна удалилась, цокая каблучками. Я задумалась и к концу последней пары решила всё-таки попробовать.

Коридоры почти опустели, когда я дошла до двадцатого кабинета. Остановилась напротив деревянной двери с золотой табличкой, на которой был номер «20». Вздохнула. Сжала маленького коричневого мишку из твёрдой резины, что висел брелком на лямке моего рюкзака из кожзама.

Постучавшись дважды, открыла дверь и зашла внутрь. Это была комната средних размеров; посередине стоял овальный стол со стульями вокруг, а по бокам – пара компьютеров.

На одном стуле раскачивался парень, уставившись в телефон. Его пальцы быстро двигались по экрану, и он даже не посмотрел на меня.

«Здравствуйте», – сказала я официально, иначе не умела.

Парень оторвал взгляд от экрана телефона и глянул на меня. Его глаза были небесно-голубыми, прямо как мой свитер. Тёмные волосы были слегка взъерошены, но стрижка была аккуратной и стильной. Он вообще выглядел опрятно и был со вкусом одет; я сразу подумала, что, должно быть, у его семьи много денег.

«Привет», – ответил он, окинув меня взглядом сверху вниз и отвернувшись к своему телефону.

Мне захотелось сбежать. Сглотнув, я подошла к столу и, повесив рюкзак на спинку стула, села.

Сцепила пальцы и, облизнув губы, спросила: «Это здесь кабинет университетской газеты? Тут пройдёт собрание?»

Парень ответил «Да», не отрываясь от телефона. Я почувствовала себя глупой и маленькой. Я и так была маленькой – рост 160, фигура тонкая, и, сидя напротив этого надменного старшекурсника, почувствовала себя школьницей.

Больше вопросов я решила не задавать. Через пару минут в комнату ввалилась шумная парочка друзей; они гоготали и толкали друг друга под рёбра.

Глава 2. Катя.

Даже не заметив меня, двое парней подошли к человеку напротив и начали жать друг другу руки со всей силы, смеяться, устраивая шум и двигая стол в мою сторону. Я почувствовала себя лишней и уже десять раз пожалела, что пришла сюда. Как раз раздумывая, как встать и уйти незаметно (хотя на меня и так никто не обращал внимания), я поднялась со стула, и в этот же момент в дверь снова вошли. А точнее, вплыли, словно прекрасные лебеди, несколько девушек. Красивых. Они были такими, какими, наверное, и бывают будущие телеведущие: ухоженные волосы, аккуратный макияж, маникюр, приятные духи и красивая одежда. Я так и осталась стоять между стулом и столом, чувствуя себя максимально глупо. Нет, я ненавижу скопления людей. И куда меня привела Раиса Павловна? Она вообще видела эту компанию и меня?

Девушки и парни здоровались, чмокали друг друга в щёку с той небрежной легкостью, которая бывает только у своих, у тех, кто давно занимает эту территорию, а я уже надела сумку, чтобы уйти. Но к несчастью для меня (а может, и для них) в кабинет вошла Раиса Павловна. Эта энергичная женщина с седыми прядями в чёрных волосах сразу начала щебетать, чувствуя себя как рыба в воде. Она представила меня клубу журналистики. Этот голубоглазый вновь окинул меня быстрым взглядом. Двое парнишек, по характеру похожих на близнецов-опоссумов из мультфильма «Ледниковый период», улыбнулись, а рыженький мне… подмигнул. Я моргнула.

Куратор раздала листы с заданием.

«К тридцатилетию университета мы делаем конкурс на самую лучшую журналистскую историю! Ваша задача – найти интересный, яркий сюжет и сделать из него красивый рассказ или видеоэпизод. Конечно же, история будет принята только с доказательствами. Это могут быть фото, интервью, контакты, архивные видео и газетные материалы. Если берёте старую историю – обязаны внести в неё что-то новое. Например, взять свежее интервью у участников…»

В этот момент в кабинет постучали, и дверь открылась. Девушка среднего роста, азиатской внешности, просунула носик в проём.

«Простите, я опоздала. Можно?»

«Алима, дорогая, ты как раз вовремя! Проходи и присаживайся рядом с Катей. Разобьёмся на пары: один ищет архивные фото и факты, второй – берёт свежие интервью, работа в целом совместная. Пары составлю я сама».

Она посмотрела на список.

«Катя, ты новичок, тебе нужен опытный наставник. – Она обвела взглядом сидящих. – Роман, ты с ней поработаешь».

Я почему-то сразу поняла, что это за Роман такой. Мои карие глаза встретились с голубыми. Сейчас, при неестественном освещении ламп, они казались океаническим дном – тёмным и холодным. В его глазах не было ни радости, ни интереса. Он кивнул. Один раз. И снова посмотрел в телефон. У меня похолодели пальцы. Проект. Вместе. С ним.

Алиму определили в пару к рыженькому Артёму, а остальные – красивая девушка Марина с длинными чёрными волосами объединилась с одной из своих подруг Тасей. А Лена определилась с Мишей.

Пары были разбиты, встречи клуба назначены на каждую среду, но пользоваться мы могли этим кабинетом когда угодно – у Романа и Марины были копии ключа.

Сразу как Раиса Павловна ушла, наша маленькая группа снова распалась на составляющие. Марина коснулась руки Романа и что-то шепнула ему на ухо.

– Привет, – услышала я сбоку и повернулась.

Красивые чёрные глаза Алимы смотрели прямо в мои.

– Меня Алима зовут, а ты, я так понимаю, Катя? Будем дружить?

Я моргнула, кивнула. Впервые кто-то вот так просто мне предлагал дружбу. Ну как тут не согласиться? Я улыбнулась и пожала её руку.

– Идёшь на обед? – спросила она.

– Угу, – ответила я. – А ты?

– И я иду!

Мы встали, я убрала блокнот в сумку. Телефон, как всегда, держала в руке – не знаю почему, но я чувствовала себя спокойно, если могла в любое время спрятаться в маленьком экранчике.

Рыженький Тёма, по характеру напоминающий золотистого ретривера, обогнал нас и встал поперёк коридора.

– Девчонки, я что-то не понял. А номерами обмениваться будем, или как?

Мы с Алимой моргнули. Рыжий усмехнулся.

– Ты, Алима, как проект делать собралась, если номера моего нет?

– Точно! – пискнула Алима и достала телефон. – Значит так, пиши – 8992…

Тёма усмехнулся и начал вбивать номер в свой сотовый.

– Мой номер тебе тоже неплохо было бы записать, – сказал кто-то позади меня.

Я обернулась и столкнулась взглядом с Романом.

– Что? – по-дурацки переспросила, не уверенная, что вопрос был ко мне.

Он выдержал паузу, видимо, показывая этим, какая я несмышлёная.

– Я говорю, мой номер запиши. Скинешь, если найдёшь что-то полезное.

– А… да.

Я достала телефон и начала вбивать его номер, подписав как «Роман, напарник по проекту». Подняла глаза – передо мной уже никого не было.

Я почувствовала, как кровь бросилась мне в щёки. Это не было предложением помощи. Это был приказ. Приказ подчинённой, будто я его секретарь! Надо же.

– Эй, ты идёшь? Я есть хочу! – Алима потащила меня в столовую.

Домой я пошла одна… да, в общем-то, как и всегда. По пути купила любимый кофе со вкусом яблочной булочки с корицей. Воздух был свежий, на улице было светло. Слегка мокрый асфальт подсвечивался солнцем. Я улыбнулась. Пусть этот проект не то, чем я хотела бы сейчас заняться – это всё же было что-то новое. Что-то, что обещало быть интересным и эмоциональным событием.

Мы поужинали с мамой, обсудили день, и я легла спать с мыслью, что завтра я буду полна идей. Устрою себе мозговой штурм, напишу штук пять идей и представлю их напарнику. Пусть поймёт, что я не случайно на их собрание зашла. Да и посмотрю, что он за это время придумает.

Глава 3. Катя

Утром я жевала бутерброд с творожным сыром и кусочком колбаски, запивая горячим сладким чаем. Солнечный свет заливал кухню, погода с утра была чудесная. И в душе тоже было хорошо – идеи кипели, и мне уже не терпелось их высказать напарнику. Я покажу ему, что готова работать. Меня даже приз за победу в конкурсе не интересовал. Тыковка потерлась о меня, пушистым хвостом провела по ноге. Взяв её на руки, я начала напевать песню и танцевать, а она мурлыкала и жмурилась.

Из автобуса я выпрыгнула на остановку и бодро пошла на занятия, желая столкнуться с Романом. Звонить ему я стеснялась и надеялась, что не придётся. Но в коридоре я его так и не увидела до обеда. Прогуливает, что ли? Вздохнув, я нашла укромное место в углу и посмотрела в телефон. Быстро нашла контакт «Роман, напарник по проекту». Закусила губу, набрала номер и поднесла телефон к уху.

– Алло? – ответил сонный голос спустя несколько гудков.

– Привет, – сказала я. – Это… Катя. Ты вчера дал мне номер после собрания.

– Ага, привет, – ответил он хрипло. Он что, спокойненько себе спал, в то время как пары в самом разгаре? Гулял, наверное, всю ночь.

– Ну… – начала я. – Когда мы можем встретиться? Я хотела тебе свои идеи показать.

– Встретиться? А зачем?

Тут я совсем растерялась.

– В смысле? – возмутилась я. – А проект?

– А, проект… Да успеем ещё. Я что-нибудь загуглю, и потом с интервью останется разобраться под конец.

– Что? Но… у меня уже есть идеи, и я хочу выбрать из них. Ты же вроде должен мне помогать, или как? – осмелела я, чувствуя, что этот проект никому, кроме меня, не сдался.

На той стороне трубки послышался вздох. Пауза.

– Ладно. Встретимся после пар в двадцатом кабинете. Не опаздывай, ждать не буду, – сказал он устало, словно надоедливой младшей сестре.

– Не опоздаю, – сказала я и повесила трубку. Тоже мне.

Точно вовремя я была в кабинете, зато его там не было. Усмехнулась. Мистер Великолепие сам опаздывать считает нормальным, значит?

– Подвинься, – мужской голос справа заставил меня подпрыгнуть.

Роман выглядел потрёпанно: волосы взъерошены, глаза уставшие, капюшон свитера скрывал часть лица. Он отпер дверь и прошёл вперёд. Неосознанно я отметила, какая у него широкая спина… И тут же одёрнула себя. О чём ты вообще думаешь?

Он бросил ключи от машины на стол и уселся, развалившись, с видом председателя студенческого совета. Почесал бровь. Я моргнула и села напротив.

– Ну? – спросил он. Да уж, этот тип сегодня явно без настроения.

– Палки гну, – проворчала я про себя, а вслух сказала уже без энтузиазма: – Я вчера набросала несколько идей. Вот, посмотри. – Протянула ему блокнот.

Он взял его в руки, нахмурился. Начал читать вслух:

– «Первое: как пенсионеров обманывают подъездные газеты…» Было уже, – отмёл он идею.

– «Второе: работа волонтёров в приюте для животных…» Миленько, но ничего оригинального, – прокомментировал он, а моё настроение гасло с каждым словом.

– «Третье: история клуба журналистики с истоков…» А вот это неплохо, но эту идею уже взяла Марина. Так что пропускаем.

– «Четвёртое: детский дом в Новый год…» Слушай, – перебил он себя, – это всё неплохие идеи, но они банальные, и что-то похожее делают каждый год. Можешь взять любую из них, они хорошо подойдут для тренировки.

Он вернул блокнот и подтянул к себе ключи от машины.

– Но… тебе ни одна идея не понравилась, – попыталась я сопротивляться. – Значит, предложи свою.

– Да мне всё равно. Любую бери.

– Раиса Павловна сказала, что итоговая оценка ставится за совместную работу. Если мы сдадим откровенную халтуру, которую ты даже смотреть не захочешь, это отразится и на твоей зачётке. Так что давай хотя бы делать вид, что мы команда.

– Делать вид я могу, – парировал он.

Нет, этот парень мастерски портил мне настроение. Я нахмурилась и закрыла глаза, а потом посмотрела на него так сердито и принципиально, как только могла.

Он закатил глаза.

– Ладно. Мне ни одна идея не нравится, они все ужасно скучные. Довольна?

– Твои предложения?

– Можем написать про капибар.

– Очень смешно.

– Забавно, согласен.

Я вздохнула.

– И как ты вообще здесь столько продержался?

– С божьей помощью.

К общему согласию мы так и не пришли и решили заниматься каждый поиском своих идей. Я вышла из кабинета, хлопнув дверью.

Опытный напарник поможет мне с заданием, как же.

До субботы я старалась не думать о проекте… А в воскресенье проснулась в предвкушении. Ведь сегодня тот самый день, когда мы с мамой раз в месяц ездим на блошиный рынок! Для меня это магическое место. Я обожаю находить там сокровища. Так у меня появились антикварный компас, особенное настольная лампа, кошелёк-мешочек с вышивкой из бисера ручной работы. Мама там прикупила себе несколько вечерних платьев, а я – красивый кулон-сердечко.

Приехав на метро, мы с мамой взяли кофе и булочки в кофейне, сели поболтать – это обязательная традиция.

– Какдела у тебя, зайка? – спросила мама.

Сегодня на ней было коричневое пальто и белый нежный шарф. Короткие белокурые волосы были небрежно уложены. Я обожала мамин стиль, но вот сама подбирать одежду не любила и не умела.

– Да так… нормально. Делаю проект по журналистике.

– Что за проект?

– Да, честно говоря, ничего особенного… Хотя раньше я думала иначе. Но меня поставили в пару с каким-то придурком, и он не хочет шевелиться даже, представляешь? Всё моё настроение ушло.

– А ты пошевелись сама. Сделай проект для себя. Найди историю, которая заденет именно тебя, а не кого-то, кто не считается с твоим мнением!

– Какую? Да я пыталась… но он все идеи назвал скучными и нудными. И, честно говоря, я с ним согласна. Их точно все ожидают, и я не хочу писать что-то популярное… Не знаю, может, вообще отказаться.

– А ты сама как думаешь? Не хочешь?

– Хочу… пожалуй. Мне бы напарника получше, вот Алиму, например, но она уже занята.

– А ты присмотрись сегодня к вещам на рынке. Может, найдёшь что-то интересное? Пойдём.

Рынок был уже заполнен столами. Свежий осенний ветерок разносил запах чая из термосов продавцов, старой деревянной мебели, гудел от разговоров покупателей. Тут торговали картинами, советской техникой, вязаными вещами, бижутерией. Кто-то даже принёс советское кресло. Я ходила между рядами, рассматривая это богатство.

– Ух ты, красота! – выдохнула мама и взяла в руки прекрасную фарфоровую чашечку из набора.

Я улыбнулась, потому что точно знала: этот набор теперь наш.

Оставив маму восхищаться, я пошла дальше. Подошла к столу женщины лет сорока пяти. У неё на столе стояли вазы, кружки, ложки, поделки и коробки. Я улыбнулась ей и начала рассматривать. Видно было, что это вещи пожилой дамы – женственные, тщательно подобранные. И очень красивые.

Мой взгляд зацепился за деревянный ящик, в котором раньше доставляли посылки. Подняв его в руки, я ощутила шершавую поверхность дерева. Ящик оказался увесистым.

– А что там? – спросила я.

– Письма, – ответила женщина.

– Вы продаёте письма?

– Ну да. Читать я их не хочу, а выкинуть жалко. Решила вот выставить, может, кто заберёт.

– И сколько вы за них берёте?

– Ой, да бесплатно забирай. Это вещи из дома престарелых. Можешь пожертвовать копейку в банку для содержания дома, можешь так забрать.

Я постояла, раздумывая. А вдруг это оно? Вдруг там найдётся интересная история о любви или личная трагедия? Такого в университете ещё точно не делали!

– Я возьму, – сказала я твёрже, чем собиралась.

Глава 4. Роман

Дверь кабинета журналистики захлопнулась, и я вздохнул. Провёл пятернёй по волосам, ещё больше взъерошив их. Вот упёртая. Могла бы взять свою банальную тему, написали бы её за неделю, и дело с концом. Но нет. Сейчас напридумывает что-нибудь, и мне потом отдуваться, чтобы слепить из этого «что-нибудь» приличное. Лучше бы с Мариной работали, справились бы быстрее.

Я вздохнул снова, устало прикрыв глаза. Марина… она же просила, чтобы я позвонил сегодня. Пожалуй, час я ей могу выделить, как раз поесть сходим. А потом – за работу в автосервис.

Мысли об отце, которого нужно навестить до ночной смены, пронеслись короткой, привычной болью в висках. Но я их отогнал. Сначала нужно заработать на ту самую сиделку, которую наконец-то нашли.

Схватив ключи, я вышел из кабинета.

Марина ждала меня на парковке, как и договорились. Подошла ко мне, улыбнулась и сказала:

– Привет.

– Привет, Марин.

Она поцеловала меня в щёку и села на пассажирское сиденье моей, точнее отцовской, машины – Porsche Cayenne чёрного цвета. От Марины всегда вкусно пахло, сладкие духи. Мы были знакомы с ней давно, жили в одном дворе. Её родители знали моих и часто гостили у нас с отцом.

Все думали, что мы встречаемся, но мы скорее приятели. Я сейчас не хочу отношений – нет времени на эту ерунду.

Мы приехали в рыбный ресторан, и я заказал нам мидии. Как же давно я ничего такого не ел. Последние полгода я почти жил в автосервисе. Отцовские сбережения я не трогал – они лежали мёртвым грузом на счёте, последним неприкосновенным запасом его достоинства. Но ещё мне нравилось хоть что-то чинить. В мире, где отец медленно рассыпался, как песочные часы, возможность закрутить болт, поменять резину и вернуть к жизни застучавший мотор была единственной понятной молитвой. Едва успевал ходить в зал, чтобы выглядеть презентабельно.

На мой телефон, лежавший на столе экраном вниз, раздался звонок. Марина замолчала и захлопала ресницами.

– Ответишь?

– Извини, – сказал я и поднял трубку.

– Привет, как дела? – раздался в ухе знакомый голос. – Это Катя, перв…

– Да я понял уже, можешь не представляться каждый раз, – ответил ей, ухмыльнувшись.

– Ладно… Ты что-нибудь добыл?

– В смысле?

В телефоне была пауза, я прям чувствовал раздражение и нетерпение девушки по ту сторону трубки.

– Идеи для истории есть? – спросила она с ноткой злости.

– Знаешь… не до этого пока как-то было. Так что выкладывай, что у тебя, если ты что-то придумала.

И девушка затараторила, будто позвонила только ради этого.

– Я тут была на блошином рынке… антиквариат… дом престарелых… ящик как у почтальона Печкина из «Простоквашино», понял? Там были письма… И я решила – вот оно!

Я пытался осмыслить всю эту речь.

– Что «вот оно»?

– История! Мы начнём нашу историю с этого ящика. Откроем письма. И это будет нашим оригинальным сюжетом. Раз эти письма никому не нужны, значит их можно прочесть. Это же свидетельства советской эпохи! Там столько всего может быть.

Я задумался, Марина взглянула, вопросительно подняв брови.

– Слушай… – начал я. – Идея интересная, конечно, но… мне сейчас неудобно. Давай так, завтра встретимся, и ты мне всё покажешь… Ага… Давай.

Положил телефон. Марина улыбнулась.

– Девушка? – её голос стал слегка тоньше.

– Да, та самая, Катя, с которой проект делаем.

Официант принёс сырный суп с луковыми булочками.

– Спасибо, – ответил я официанту.

Марина отпила воды из стакана.

– Мм… Как она тебе?

– В смысле?

– Симпатичная?

– Обычная вроде, – буркнул я и откусил кусок от горячей булки.

«Обычная. Навязчивая. Упёртая. Первогодка с горящими глазами», – мысленно поправил я себя. Я тоже таким был, но к третьему курсу жизнь внесла коррективы. Теперь учёба – скорее часть рутины, чем удовольствие. Но в её голосе, когда она говорила про письма, было то самое предвкушение перед чем-то новым. Словно она и правда что-то нашла.

Эта мысль засела где-то под рёбрами, вызывая странное чувство – смесь раздражения и… зависти? Нет, не зависти. Скорее усталого признания: вот она, ещё не сломлена.

Я отпил воды, стараясь прогнать этот назойливый комок.

Глава 5. Роман

Будильник прозвенел в пять утра, нарушая мой сон. Я застонал и натянул одеяло повыше. Проклятая штука никак не заткнётся, а сегодня же суббота. Эх, а мог бы и подольше поспать, ну ладно, чёрт с ним. Стянув одеяло, посмотрел в окно – поздняя осень почти изменила пейзаж, на улице всё ещё темно, деревья стоят лысые. Уныло и серо. Усмехнулся своим мыслям, потёр лицо ладонями и вскочил.

Сегодня в автомастерской важный клиент, всегда оставляет хорошие чаевые, и его приятели тоже наши частые гости. К тому же он должен забрать машину к обеду. Не могу же оставить новичка Стаса работать и запороть нашу репутацию – ему ещё учиться и учиться. Проверил отца – он спал крепко и до прихода домработницы не проснётся.

Я быстро собрался – завтракать не привык – и поехал на работу. Утренний Екатеринбург заморосил холодным колким дождём, я в очередной раз порадовался, что мне не приходится ждать автобус. В машине было тепло и уютно, машина была как второй дом. Включив музыку с ненавязчивой мелодией, я поехал по главной улице. Старая архитектура в центре города всегда радовала глаз, даже несмотря на дождь и подступающие холода я любил этот город.

Часы на работе прошли незаметно, грязный я скатался домой, чтобы помыться, и набрал номер первокурсницы.

– Алло… – сонный девичий голос раздался в трубке.

– Вставай, страна, работать пора, – ответил я строго.

Тишина, а затем сонное:

– Что?

– Просыпайся, говорю, ты же хотела мне что-то там показать или передумала?

– Так рано?

– Вообще-то уже десять утра, – я фыркнул. – Показывай сейчас, или я уеду вечером и до понедельника мы не встретимся.

В телефоне послышалось шуршание, зевание и вздох.

– Хорошо, – недовольно буркнула напарница. – Только как я тебе её покажу? Коробка большая, через город я с ней не потащусь.