Измена. Судьба без обязательств

*Алина*

Наши дни. Москва

Встречаю мужа на остановке после его очередной деловой поездки в Казань. Тру пальцы и смотрю по сторонам.

Вокруг толпа людей, но всем глубоко плевать на меня, мои страхи и проблемы. Автомобили проносятся мимо, чтобы успеть встать в утреннюю пробку. Каждый живёт своей жизнью. Одним словом — мегаполис.

Мегаполис, где никому нет до тебя дела.

Смотрю на толпу, и мне кажется, что каждый человек в ней чувствует себя одиноким. Совсем как я.

Подходит автобус и открывает двери. Жадно поглощает порцию людей, чтобы увезти их в глубину каменных джунглей. А из следующей маршрутки выходит Макс.

Его взгляд так же холоден, как у незнакомцев на остановке.

Я уже несколько недель собираюсь с духом, чтобы спросить:

— Ты мне изменяешь?

Это вопрос.

Пожалуй, самый важный, который я когда-либо задавала в своей жизни. Вот так, без прелюдий и подготовки. В лоб. Сразу.

Сердце трепещет, забившись в уголок груди. Я боюсь услышать ответ. Боюсь так сильно, что уже жалею о том, что спросила.

Но по-другому никак. Я больше не выдержу. Я не могу жить в неведении. Лучше горькая правда…

Макс молчит, медленно и глубоко дыша.

Мы неспешно идём к нашему подъезду. На лице мужа отображается вселенская грусть. Он глубоко вздыхает и достаёт из кармана ключи.

И молчит, молчит, молчит.

Слишком долго для того, чтобы ответить «нет».

Скажи! Скажи «нет»!

Улыбнись и назови меня дурашкой, убеди, что никогда не изменял! Ну же, давай!

Мы останавливаемся около тяжёлой железной двери. Она жутко скрипит, не предвещая ничего хорошего.

Внутри меня всё так и кричит. Я хочу, чтобы всё оказалось моей выдумкой. Глупыми подозрениями. Абсурдом…

Максим молчит. Я плачу. А он всё равно молчит, только дыхание становится ещё глубже. Он словно собирается с силами, чтобы разрушить всю мою жизнь.

— Прости, Алина. Я не хотел, — слова падают на меня, как острые, холодные сосульки с высоченной крыши.

Звонко хлопают двери убогого, старого лифта.

— Тебя что, заставили? — размазываю тушь по щекам, оставшись в маленьком пространстве наедине с мужем. — Какая-то баба связала тебя и изнасиловала? — несу ерунду, но в голове не может удержаться ни одна мысль.

— Нет, конечно, — кривится Макс.

— Тогда что значит «не хотел»?!

Задаю вопрос, но лифт распахивает двери.

Не успеваем выйти, в кабину протискивается мужчина, сосед по лестничной клетке. Я даже не знаю его имени. Чужой человек, который живёт рядом. Совсем как мой муж.

Макс открывает квартиру, но входить не торопится. А я всё жду ответа.

— Не хотел тебя расстраивать, — говорит он и всё же входит внутрь. — Обижать не хотел. Просто так получилось, — муж даже не смотрит в мою сторону. — У нас с тобой… не знаю, как сказать.

— Да скажи уже как есть! — восклицаю я и подпрыгиваю на месте, будто внутри сработала пружина. — Что было не так? Почему ты меня предал?!

На самом деле я знаю, что «не так» было многое.

Например, ему не слишком нравится, как я готовлю. Даже на работу не берёт с собой ничего из дома, питается в столовой.

У нас разные музыкальные вкусы, мы любим разные фильмы, и развлекаться тоже предпочитаем по-разному.

Секса в последнее время мало. Но чья это вина, трудно сказать. Всё началось с банальных «давай не сегодня» и «у меня болит голова».

Исчезли долгие прелюдии и нежные ласки. Мы забыли, что такое массаж и оральный секс, про эксперименты или ролевые игры и речи нет.

Максим уже полгода, наверное, не целовал мою грудь. А ведь раньше мы с этого начинали. У меня очень чувствительная грудь. Я быстрее завожусь и финиширую тоже быстрее, если уделять ей достаточно внимания.

В последнее время мы просто исполняем супружеский долг. Да, именно так. Долг.

Получаем необходимую физическую разрядку. Вернее, он получает. За те пять-десять минут, что длится наш пресный семейный секс, я даже толком возбудиться не успеваю.

Я его не винила. Пыталась поговорить. Я честно хотела вылечить нашу постельную жизнь, пока не стало поздно. Даже читала статьи и несколько раз сходила к психологу. Думала, что проблема во мне.

Но я поверила и смирилась с тем, что у него тяжёлая работа, много стресса и мало свободного времени.

Нафантазировала, что когда Макс получит новую должность, то станет лучше.

Будем больше времени проводить вместе, летать на море, чаще заниматься любовью…

Но этого не случилось. Новая должность принесла новые проблемы. Командировки, совещания даже из дома за завтраком. Всё стало только хуже.

А мне ведь всего двадцать пять!

Либидо никуда не исчезло, оно ещё сильнее стало, чем раньше. А я не получала оргазма уже год, наверное.

Я даже начала тайком мастурбировать. Но так и не сумела научиться доставлять себе удовольствие сама. Может, я что-то делаю не так…

Оргазм от вибратора приятный, конечно, но слишком искусственный. Так что розовый дружок спрятался в шкафу и покрылся пылью.

А об измене я и помыслить не могла. Предать любимого! Ни за что! Это неуважение к нему, да и к себе тоже. Я и представить себя не могу ни с кем другим, кроме Максима…

Вываливаю всё это на него.

Муж молчит.

Неотвратимо, страшно молчит.

— Ладно, хватит! — прерывает меня он и проходит в комнату. — Слушай, прости меня. Я правда не хотел тебя обижать. Но ты сама сейчас говоришь: у нас в постели стало слишком скучно. А я здоровый мужик и хочу нормального секса, понимаешь?

— Я тоже хочу нормального секса! — срываюсь на крик и иду следом за мужем. — Я твоя жена, Макс! Почему ты не захотел нормального секса со мной?!

— Не знаю, — вздыхает муж. — Наверное, потому, что как раньше уже всё равно не будет. Искра пропала, понимаешь.

— И ты пошёл искать её в другом месте?! — не могу сдержать обиды и слёз.

Он снова тяжело вздыхает, направляя взгляд в стену.

— Не молчи ты! — я уже ору, не выдерживая, и толкаю его в плечо. — Не молчи! Скажи как есть! Нашёл, что искал?!

— Нашёл, — кивает он. — Извини, что обманывал тебя столько времени. Надо было сразу сказать. Я лучше уйду, окей? Всё остальное потом решим.

— То есть ты хочешь развода, — говорю я, и это уже не вопрос.

Собственная фраза падает на голову, как наковальня, и оглушает.

Развод. Ужасное слово, гадкое. В нём столько боли и разочарования, столько разбитых на осколки надежд, что можно порезаться до крови, лишь произнеся его.

— Я не хочу, Алина. Но что делать. Так будет лучше.

Макс беспомощно разводит руками. Будто это всё обстоятельства, а у него не было выбора. Кроме как начать воплощать сексуальные фантазии с другой женщиной.

Да в чём была проблема воплощать их со мной? Я не какая-то ханжа, я открыта к экспериментам…

Но похоже, что Максима больше не интересую именно я. Его главный эксперимент был в том, чтобы потрахаться с другой.

— Кто она хоть? — беспомощно спрашиваю.

— Зачем тебе? Ты её всё равно её не знаешь, — бурчит Максим и достаёт из шкафа большую спортивную сумку.

Падаю на диван и смотрю, как он собирает вещи. Одежда, телефон, принадлежности для бритья. Любимая кружка, которую я каждое утро наполняла горячим кофе, несмотря на холод между нами.

— Прости. Я не хотел, чтобы всё вот так закончилось, — говорит он, обуваясь в прихожей.

Смотрит на меня через зеркало. Какое славное воплощение стены между нами.

Мы вроде рядом, видим друг друга, но контакт давно потерян. Я смотрю в ответ и молчу.

Моя очередь молчать. Слов не осталось. Внутри пусто и холодно, и мокро от слёз.

Глубокий сырой котлован, как для постройки очередного человейника. А ведь ещё недавно здесь билось моё сердце.

И что я буду делать теперь? Я одна. Всё, что я строила, рухнуло в одночасье. Я не знаю, с чего начать и куда идти…

Глава 2

*Владислав*

За неделю до этого. Казань.

— Ты мне изменяешь.

Это не вопрос. Я прекрасно знаю, что Лена кувыркается с другими. Давно подозревал, и сегодня утром убедился.

А вопрос вот в чём: посмеет ли она признаться? Она ведь ещё не знает, что я в курсе.

— Заяц, ты чего? Откуда такие мысли? — мурлыкает жена и тянется обнять. — Вся моя красота только для тебя.

Уворачиваюсь от объятий Елены. Мне противно чувствовать её прикосновения.

Мерзко даже находиться рядом, сидеть на одном диване. Как будто я могу заразиться неизлечимой болезнью, если любимая когда-то жена обнимет меня.

— Ну ты и сука, Лена, — почти хриплю от злости, что переполняет меня.

— Охренел? — моментально заводится она.

— Это ты охренела! — говорю я и включаю телевизор.

Несколько кликов, и запускается видео из нашей спальни. Снято на скрытую камеру.

Я установил её неделю назад, когда подозрения начали превращаться в факты.

Мне приходится приложить чудовищные усилия, чтобы не заорать и не начать громить всё вокруг.

Дьявольски больно смотреть на то, как твоя жена делает страстный минет другому мужчине. Да ещё и в нашей постели.

Как после этого он берёт её сзади, выбивая громкие мольбы.

Ещё! Ещё! Трахай меня!

Забористая могла бы выйти порнушка. Ракурс не очень, однако лица прекрасно видно.

Я испытываю мазохистское удовольствие от того, что сдерживаюсь, и садистское от того, как меняется в лице моя жена-предательница.

— Ну, хватит. Я уже смотрел, а ты и так знаешь, чем всё закончится, — выключаю телик. — Обильным камшотом в твой лживый рот.

Чуть не сплёвываю на пол. Как она могла так поступить, после всего, что мы пережили? Столько лет — и такое предательство.

— Помнишь, мы как-то обсуждали это? — решаю не останавливаться на достигнутом. — Сколько я тогда любопытного услышал. А главное, что так делают только мерзкие шлюхи. Ну вот, — киваю в сторону замолчавшего телевизора, — что теперь скажешь?

— Это ты во всём виноват! — взрывается Лена, подскакивая с дивана.

Глаза полны слёз, голос дрожит. Но она находит силы обвинить меня в том, что прыгнула на член другого мужчины.

И не один раз, и не одного мужчины. У меня есть и другие доказательства. А это видео — лишь вишенка на торте. Твёрдый, царапающий горло бисквит и горький крем ядовитого десерта.

Торт «Многочисленные измены». Приятного аппетита, Владислав.

— И в чём же я виноват? — решаю уточнить, хотя и понимаю, что это всё чушь. — В том, что чужую сперму ты готова глотать, а мою нет?

— Да пошёл ты! Придурок! Ты просто никогда меня не трахал так, как я хотела! — орёт жена, подпрыгивая с места и нависая надо мной.

— Так почему ты не сказала как хочешь? — встаю, заставляя Лену прижать свою задницу обратно к дивану.

Сейчас металла в моём голосе хватит на пудовую гирю.

— Я был на всё для тебя готов. Мы не раз обсуждали наш секс. И что я всё время слышал? Одно и то же. Тебе со мной классно. Ты улетаешь. Как я должен был понять, что это враньё?

— Ты бы всё равно не смог! Что толку просить?! — небрежно бросает она, явно желая уколоть меня больнее.

— Бред какой-то. Нужно было попробовать, чтобы понять, смогу я или нет. Да и чего ты вообще хотела?

— Чтоб меня трахнул настоящий мужчина!

Хочется врезать Лене. Со всей силы, как мужику. Сжимаю кулаки и не понимаю, каким чудом удаётся сдержаться.

«Настоящий мужчина».

Это тот пухляш, за которого Лена платила в ресторане, настоящий? Ну да, настоящий мудила он и приживала.

Жду, что ещё Лена скажет. Но, похоже, я не дождусь объяснений. Да и нет их. Есть только истерические обвинения, не имеющие под собой почвы.

Я правда делал всё, что она хотела. Любой каприз: цацки, телефоны, круизы, шмотки. Да и в постели я стремился доставить жене удовольствие, строго следуя правилу «дама кончает первой».

А если мой оргазм наступал быстрее, то потом я доводил Лену до пика другими способами — мои пальцы и язык всегда были в её распоряжении.

Так в чём же дело?

Она просто хотела секса с другими. Вот так, без заморочек. Никаких причин — только животные инстинкты. Красивой самке было недостаточно одного члена.

Она хотела чувствовать себя желанной многими, хотела, чтобы от страсти к ней сгорала целая толпа мужиков. В какой момент ей сорвало крышу? И почему я не заметил?

Елена никогда не страдала от низкой самооценки. И животные инстинкты в её голове зачастую брали верх над голосом разума. Я разочарован. Моя школьная любовь. Моя муза.

Но несмотря на мою близорукость в любви к Лене, у меня были хорошие советчики. А она, похоже, забыла. Или решила, что может делать всё, что ей в голову взбредёт.

Какой же дурой надо быть, чтоб изменять мужчине, который полностью тебя обеспечивает. И с которым у тебя брачный контракт… и пункт об измене...

— Выметайся, — указываю в сторону прихожей. — Можешь забрать шмотки, украшения и гаджеты. Карточку я заблокирую. Машину не трогай, она моя.

— Она моя! — злым эхом вопит Лена.

Годы, проведённые вместе, вся моя страсть и любовь умерли в момент, когда жена решила, что я лишь один из многих.

Я всю жизнь убивался ради неё. Даже бросил свою жизнь в Москве и свалил сюда. Я сто раз начинал с нуля, и всё ради жены и её счастья…

С меня хватит!

— Брачный контракт, помнишь? Скажи спасибо, что не забираю твои цацки и айфон. Давай, вали отсюда. Даю пять минут. Что успеешь забрать из своего — разрешу оставить.

Настроение супруги молниеносно меняется. Агрессивная маска на лице превращается в страдальческую.

Дошло, наконец, к чему привели её потрахушки. Угроза потерять приятную стабильность сразу отрезвила Лену.

А может, поняла, что никто другой не будет пятнадцать лет за ней хвостиком бегать и выполнять любой каприз.

— Влад, подожди. Давай всё обсудим.

— Я хотел обсудить или хотя бы узнать причины твоих измен. Измен, Леночка, потому что этот эпизод не единственный.

— Влад…

— Закройся, — морщусь я. Слышать сейчас её голос физически неприятно. — Вместо того чтоб оправдываться, ты решила меня оскорбить. Больше я ничего не хочу слышать. Вали из моего дома.

Лена заливается горючими слезами. Такими искренними, что на миг даже жаль её становится. Чуть было не сдаюсь в нахлынувшее чувство вины, которым Лена пользовалась годами.

Но я хватаю эти чувства и душу их в зародыше. Вырываю из груди, сминаю, наслаждаясь хрустом маленьких костей. Выкидываю искалеченные тушки прочь, на помойку нашего брака.

Я понимаю, Лена ревёт не потому, что раскаивается. Нет. Она оплакивает собственную тупость и все те деньги, что потеряла.

— Владислав, прости! Прости меня! Я не знаю, почему я такая дура!..

— И я не знаю. Но мне уже плевать, — смотрю на настенные часы. — У тебя четыре минуты.

— Любимый, ну, прости! — жена падает передо мной на колени. — Что ты хочешь, чтобы я сделала?! Умоляю! В память о нашем прошлом. О нашей малютке…

Глава 3

*Алина*

Максим вздыхает, бросает на меня последний взгляд через зеркало и уходит. Безмолвно смотрю ему вслед.

Дверь закрывается, тихо щёлкнув замком. С этим звуком обрывается вся моя жизнь. Все мечты и надежды. Будто мою душу вырвали из тела и растоптали прямо у меня на глазах.

Для женщины нет ничего страшнее, чем остаться одной. Пусть все эти феминистки сколь угодно кричат про независимость. Одинокие несчастные дуры, привыкшие к своему несчастью.

Женщина может быть счастливой только рядом с настоящим мужчиной. По крайней мере, это верно для меня.

Не представляю себе счастья в одиночестве. Я не хочу быть сильной и независимой. Лучше пусть рядом будет кто-то, способный обогреть и защитить.

Макс был таким когда-то. Но теперь я одна. Обманутая, преданная, брошенная.

Сворачиваюсь клубочком на диване, утыкаюсь носом в спинку и плачу, пока слёзы не кончаются.

Потом сажусь и пытаюсь понять, как быть дальше. Я недавно уволилась, и ещё не нашла новую работу.

Последние два месяца перебивалась на фрилансе, и по большей части мы жили на зарплату Макса.

Хорошо, что квартира своя, можно не бояться оказаться на улице. Пусть это всего лишь небольшая однушка.

Но раз я сама одна, то и одной комнаты мне хватит.

Это Макс мечтал расшириться, а мне зачем? Это ему, козлу, теперь придётся думать, где жить. Пусть бежит к своей курице, может, она его приютит.

Выплакав все эмоции, холодным разумом осознаю, что всё не так уж и плохо.

Да, моё сердце растоптали, меня унизили. Но я достаточно молода, чтобы успеть построить что-то новое.

Жильё у меня есть — квартирка от бабушки досталась. Работу найду. Я просто не особо-то активно искала, пока Макс нёс домой зарплату.

Теперь напрягусь и найду. Да вот прямо сейчас и начну!

Продолжая шмыгать носом, беру ноутбук и открываю сайт с вакансиями. За полчаса отбираю несколько приличных вариантов, рассылаю резюме, звоню. Договариваюсь сразу на два собеседования.

Вот! Молодец, Алиночка! Первый шаг к новой жизни успешно сделан!

Но неделя подходит к концу, четверг. У крупных фирм всё расписано. Так что собесы мне назначили аж на понедельник. У меня впереди несколько дней, чтобы привести свою жизнь в подобие порядка.

И с чего начать?

«Как с чего? — отвечаю сама себе. — С развлечений! Накрашусь, приоденусь и пойду в какой-нибудь бар. Может, даже подцеплю кого-нибудь. А почему бы и нет? Официально я ещё замужем, но по факту свободна, как птица. Имею право!

Как я и сказала Максиму — мне тоже хочется нормального секса».

Иду в душ, привожу себя в порядок. Внутри меня моментально начинается борьба. Внутренний голос жаждет приключений, мести, отдыха и отрыва от реальности.

А мой разум так и вопит, что так нельзя. Документы не оформлены. Я замужняя женщина. И вообще, только шлюхи так себя ведут.

А кто я?

С трудом стягиваю с пальца кольцо и швыряю его в унитаз. Я не знаю, кто я, но точно знаю, кем быть не хочу.

Я не брошенка. Это Макс потерял меня!

Наношу яркий вечерний макияж. Сто лет так не красилась! Накручиваю волосы, делая небрежные локоны. Одеваю красное кружевное бельё, чулки и короткое облегающее платье.

Смотрю на себя в зеркало и невольно улыбаюсь.

Что это за секси леди? Не помню, когда я в последний раз так себе нравилась.

— Божечки, да я сама себя хочу, — говорю вслух.

Посылаю отражению воздушный поцелуй и подмигиваю:

— Как насчёт позабавиться с вибратором, крошка? О нет, дорогая, не сегодня! Сегодня мы с тобой поймаем в свои сети горячего самца и трахнем его как следует. Отличный план. Вперёд!

Вызываю такси и отправлюсь на зов приключений. Внутри по-прежнему свербит пустота.

Несмотря на внешний лоск, я чувствую себя подавленной. Но уже не загнанной в тупик жизни.

Скоро всё будет по-новому: новая работа, новые знакомства, новый мужчина…

Встречу же я кого-нибудь, с кем захочу построить отношения?

Обязательно встречу. Но не сегодня. Сегодня еду развлекаться, и от мужчин мне нужен только секс. И ничего больше. Ну, или хотя бы напьюсь…

Вызываю такси и еду в центр. Просто в никуда. Выхожу на каком-то перекрёстке. Город встречает меня лёгкими тучами и сгущающимися сумерками.

Немного поёжившись решаю довериться судьбе. Закрываю глаза и кружусь. Мне плевать, что подумают прохожие. Я пойду туда, куда укажет моя внутрення стрелка.

— Ну же, судьба. Мне нужен электрошок, чтобы взбодриться.

Открываю глаза и вижу недалеко афишу с мероприятиями. Подхожу к ней и понимаю, что всё делаю правильно.

Улыбка так и сияет на моём лице.

В клубе «Электрошок» сегодня крутая вечеринка. Значит, мне туда.

*Владислав*

Всё ещё за неделю до этого. Казань

— Не смей! — цежу сквозь зубы. — Я много лет выполнял все твои капризы из-за чувства вины.

Нависаю над Леной и разве что за глотку её не хватаю:

— Меня даже дома не было. Я ни в чём не виноват.

— Вот именно, что тебя вечно не было рядом, — шипит Лена.

— Три с половиной минуты, — раздуваю ноздри, но всё ещё держусь.

Мерзко, мерзко манипулировать самым дорогим и самым больным для меня. Да ещё и в такой ситуации.

— Владислав, пожалуйста! — Лена хватает меня за ноги и прижимается. — Я, что хочешь, сделаю! Мне так стыдно, я не знаю, что на меня нашло!

Как же быстро она меняет свои маски…

— Судя по фактам, на тебя находило целый год. Могла бы и сообразить уже, что за напасть такая. Три минуты, Елена. Я не шучу! Забирай, что успеешь, — говорю я уже с безразличием в голосе.

До неё доходит, что я действительно серьёзен. Продолжая умолять о прощении, она бежит в спальню и запихивает в чемодан одежду, ювелирку, свои планшет и ноутбук. Всё подряд.

Лезет в мою тумбочку, где хранится наличка, но я подхожу и захлопываю ящик, едва не обломав наращённые ногти Лены.

— Только шмотки, цацки и гаджеты.

— Влад, ты правда готов вот так всё разрушить?! — закидывая в чемодан пару туфель, кричит уже бывшая жена.

— Это ты всё разрушила. Я только выметаю осколки.

Когда пять минут заканчиваются, я подхожу и забираю у Лены чемодан, не обращая внимания на слезливые вопли.

Застёгиваю молнию, иду в прихожую и открываю дверь. Выбрасываю чемодан на площадку.

— Совсем дурак?! Осторожнее! — кричит семенящая следом Лена.

— Будь благодарна, что не выставил с голым задом. По договору — имею право. У тебя из своего только влагалище, — с грустной ухмылкой мотаю головой, — и ты очень глупо им распорядилась. Выметайся!

— Владислав!

Выставляю жену в подъезд и захлопываю дверь. На стук в дверь и трель звонка не обращаю внимания. Закрываюсь на все замки и возвращаюсь в гостиную, где падаю в кресло и закрываю глаза.

Вот и всё.

Конец.

Брак не удался, и я могу с уверенностью сказать, что это не моя вина. Что-то я наверняка делал не так, ошибался, причинял жене боль. Но все мои проступки были ничем по сравнению с поступками Лены.

Это как если бы я несколько раз уколол её иголкой, а она в отместку выстрелила мне в лицо из дробовика.

Я мог быть тысячу раз неправ, мог нехотя обижать её — но никогда не изменял. Ни-ког-да, хоть возможности и были. Я свято берёг честь жены.

Пока она спокойно трахалась с другими, смешав мою честь с дерьмом.

Мне надо отвлечься. Я должен что-то сделать. Но что?

Ответ находится сам. Раздаётся звонок телефона.

— Привет, братишка, — стараюсь держаться стойко, будто ничего не произошло. — Как дела? Как сам, супруга?

— Привет! Хотел бы сказать, что всё отлично, — бурчит в трубку Саня. — Но нужны твои таланты.

— Тебе, что ли? Ты в рекламе не нуждаешься, — искренне смеюсь. — Твоя физиономия говорит сама за себя.

— Нет, — усмехается он. — Тут заварушка любопытная. Всё как ты любишь. Нападки на бизнес Льва. Отзывы, заказные статьи и всё в этом духе. Сам понимаешь, кулаки здесь мало чем помогут. Нужен маркетолог.

— Дай мне два часа, — решение приходит моментально. — Я возвращаюсь в Москву.

Глава 4. Визуализация героев.

Волков Владислав Сергеевич — маркетолог по образованию и владелец крупной федеральной фирмы «МилЛениум». Вернулся в Москву, чтобы забыться в работе после измены жены.