Новогоднее желание, Бывший и горы любви

И чего он прикопался? Жил же как-то почти пять лет. Почему сейчас?

Ненавижу такие жуткие совпадения.

— Я могу, — тонко смеётся Марина.

Нет, ну чего она-то? И почему Богдан кого-нибудь из мужиков не попросил?

Уверена — это всё представление для меня.

Знает, зараза, что я буду ревновать. Всё, что было моим — всегда остаётся моим.

Стискиваю зубы и даже не оборачиваюсь. Пусть топает. Я как-нибудь переживу. Начальник у нас, конечно, любит лапу нагреть, но в рискованные начинания предпочитает не лезть. Предпочитает проверенные дела и клиентов.

А здесь пришлый из столицы, которого никто не знает — шансов у Богдана нет.

— Оленька, — ко мне подходит секретарша шефа, — Вазген Тигранович тебя вызывает.

Задираю на неё глаза:

— А чего не позвонила просто?

— Он сказал проследить, чтобы ты никуда не сквозанула, — поясняет та. — Прости, передаю дословно.

— Я? Да куда я?.. — теряюсь.

Встаю и топаю за секретаршей. В голове лавиной сходят самые разнообразные мысли. Может, шеф уже знает, что Суворов мой бывший, и решил попросить у меня характеристику? Или предложение о сотрудничестве так приглянулось начальнику, что он сиюминутно решил меня вызвать?

Ладно, чего гадать, надо просто прийти и всё узнать.

— Можно? — стучусь в дверь.

— Проходите, Ольга, — суровым голосом отвечает Вазген Тигранович.

Кажется, он не в духе.

Захожу в кабинет, и моему взору предстаёт картина маслом: мой шеф нарезает круги по кабинету, а Богдан восседает на кресле для гостей. Причём сидит так, будто это он здесь хозяин.

— Что-то случилось? — поглядываю то на одного, то на второго.

— Да, надо кое-что обсудить.

— Слушаю, — даже и не думаю проходить в кабинет, как и остаюсь около двери.

Почему-то мне кажется, что если я сейчас закрою за собой дверь, то назад пути уже не будет. А так у меня есть шанс.

— Закройте дверь, — требует шеф, а у меня сердце в пятки падает. — Разговор не для лишних ушей.

Что за секретность? Суворов же просто сотрудничество хотел предложить, а не незаконную схему какую-то. Хотя кто знает, чем он теперь занимается. Я всё же не видела его пять лет и не интересовалась его делами.

С тяжёлым сердцем выполняю приказ, но так и стою подальше от обоих.

— Ольга, — начинает Вазген Тигранович. — Хочу познакомить вас. Это Богдан Суворов, — говорит шеф, а я брови вздёргиваю.

То есть, наш маленький секрет так и остался нераскрытым? Внезапно на меня находит воодушевление. Надо же. Меня сейчас с бывшим познакомят, какая прелесть.

— Здравствуйте, — киваю и успеваю уловить мимолётную ухмылку Богдана.

Кажется, ему смешно не меньше моего.

— Приятно познакомиться, — он поднимается и, поправив пиджак, подходит ко мне. — Рад, что мне предоставят самого опытного сотрудника.

В голосе Суворова сквозит ирония.

— Простите, а можно меня в курс дела ввести? — еле заметно отступаю, не позволив Богдану взять меня за руку.

— Ну, как же, Скворцова, — начинает Вазген Тигранович, — не ты ли умоляла найти тебе работу на каникулы? Вот она.

Округляю глаза и смотрю то на Богдана, то на шефа. Какого чёрта здесь происходит? Только не говорите…

— Господин Суворов желает отправиться в небольшое путешествие. Ему нужен опытный инструктор. Все детали он тебе сам расскажет.

— Это шутка? Я не поеду с ним.

— Так, я что-то не понял, — начальник ошарашенно смотрит на меня. — Простите, Богдан. Если желаете, я подыщу вам другого инструктора.

— Меня не интересует другой, — спокойно говорит Суворов, засовывает руки в карманы брюк и возвращается на кресло, — хочу её.

— Суворов, ты, вы! — взорвавшись, делаю шаг на него, но тут вмешивается Вазген Тигранович.

— Стоп! Вы знакомы, что ли?

— Да, — в один голос отвечаем с Богданом.

— И в чём тогда проблема? — удивляется начальник. — Богдан хочет отправиться на базу, рядом с которой расположен участок земли. Там можно построить отличный горнолыжный курорт. Твоя задача — построить маршруты, проложить пару трасс и выдать заключение. Что не так?

Этот вопрос ставит меня в тупик, но я быстро нахожусь:

— Я не хочу с ним работать. Разве для этого должны быть причины?

— Так, — шеф подходит ко мне. — Оленька, вы, кажется, неправильно меня поняли. Вы просили работу на каникулы. Вот она. Заказчик хочет работать именно с вами. Так что будьте добры…

— Нет, — шиплю.

— Ольга, подумайте, господин Суворов предлагает годовой оклад за какие-то две недели вашего времени.

— Купить вздумал? — стискиваю зубы. — Да я лучше уволюсь, но с ним работать не буду!

Обхожу начальника и хватаю с его стола лист бумаги и ручку. Мужчины наблюдают за мной, а я на скорую руку пишу заявление об увольнении.

Надо же, как легко мне это даётся. И снова бежать. В чём-то Богдан всё же прав. Я мастер убегать от проблем. Жаль только, что проблемы не хотят оставлять меня в покое.

Вазген Тигранович садится в своё кресло и принимает моё заявление. Перечитывает:

— Вы понимаете, что творите? — строго спрашивает он.

— Можно? — Богдан протягивает руку, и шеф с лёгкостью отдаёт заявление.

Богдан читает его и с улыбкой отдаёт обратно:

— Подписывайте, всё в порядке, — говорит он.

У меня чуть глаза не выпадают. Что значит, всё в порядке? И почему он с такой лёгкостью готов лишить меня работы? Он же уже понял, что у меня проблемы.

— Вы хотите, чтобы я принял заявление от своей лучшей сотрудницы? — ошарашенно спрашивает Вазген Тигранович.

Я довольно скрещиваю руки на груди, ведь я точно знаю, что шеф у меня не дурак. Где он ещё найдёт такую, как я? Да я же ему как минимум трёх сотрудников по цене одного заменяю.

— Поверьте, вы только выиграете от этого, — как-то слишком уж заманчиво говорит Богдан.

Что он задумал?

А вот шеф просто убивает меня своим решением. Он берёт лист и ставит на него свою подпись, а потом оглушительно хлопает печатью.

Сердце обрывается. Вот так легко? Пришёл незнакомец, и я лишилась работы по одному его слову?

— Не стоит расстраиваться, — улыбается Богдан. — Говорят, всё, что ни делается, к лучшему.

Он берёт стикер со стола и что-то на нём пишет.

— Любые рисковые решения обязательно будут оценены по достоинству. Я знаю, что у вашей фирмы были просадки в этом году.

Богдан протягивает стикер Вазгену Тиграновичу, а у моего шефа лицо становится похоже на маску изумления:

— Что это? — спрашивает он.

— Считайте это новогодним волшебством, — сообщает Суворов. — В течение часа всё будет на ваших счетах. Мой юротдел свяжется с вами для уточнения деталей.

Богдан поднимается с места и протягивает руку моему шефу.

— Вы уверены? — спрашивает Вазген Тигранович.

— Абсолютно.

— Тогда по рукам, — они пожимают друг другу руки, а Суворов поворачивается ко мне.

Ещё никогда я не видела в его взгляде такого азарта. Будто он выиграл в лотерею миллиарды или даже триллионы зелёненьких.

Ничего не понимаю, что произошло? Он что, купил нашу фирму?

— А вы, Оленька, — Богдан подходит ко мне вплотную, — собирайте чемодан. Вылет завтра утром.

— Я никуда с тобой не полечу, Суворов, — шиплю ему прямо в лицо.

— Как это мило. Но вот беда, ты написала заявление на увольнение, а две недели отработки никто не отменял. И значит, завтра ты как штык в аэропорту и летишь со мной туда, куда я пожелаю. Ведь теперь я твой новый начальник. Вопросы есть?