Великолепная Прага. Город золотого волшебства

Ницше утверждает: когда я ищу другого слова для музыки, я всегда нахожу только слово «Венеция».

Я бы сказал по-другому. Когда я ищу другого слова для тайны, я всегда нахожу лишь одно слово – «Прага».

(Анджело Мария Рипеллино)

Странный город Прага. Нереальный, на самом деле несуществующий. Здесь все не так, как кажется, здесь все неправда, все декорация, здесь каждый камень, каждый дом хранит свои легенды и истории, разыгрывает спектакли перед случайным путником.

На этой улочке тебя вот-вот догонит рыцарь без головы, а в том старом зеркале отражается бестелесный силуэт прекрасной пани, из пивного подвальчика тянутся к прохожим руки средневекового разбойника, но поверни за угол – и эта страница перевернута, и открывается новая глава и рассказывается новая история…

Кто-то на Небесах выдумал этот город и сам удивился. Декорации стали жить своей жизнью, и череда странных персонажей, словно в часах на пражской ратуше, сменяет друг друга: скользит тень неупокоенного императора, сменяет его фигура мистического алхимика с серебряным носом, укутанный в черное граф пришел с того света, чтобы подписать забытый контракт, глиняное чудовище вырастает над крышами…

На этом углу варят пиво со времен Средневековья, а там, у леса, в монастырских подвалах хранятся тайные тома древних рукописей, в том доме играет джаз с виниловой пластинки, а рядом в переулке седой пан разливает горячее вино холодным зимним вечером.

Поднимаешь глаза – и вьются дымки над седым зимним инеем, покрывшим красные черепичные крыши, опускаешь – и утопаешь в ковре осенних золотых листьев, а потом ветер заносит в подъезд пригоршню только что сорванных им черешневых цветов с весенних деревьев на холме Петршин.

В чертовой речке крутит колесо мельницы водник-водяной, хихикают русалки под мостом в самом центре города, улетают на рассвете золотые огни за шпили Града, словно гусиная стая…

Эта карусель бесконечна. А персонажи один экстравагантнее другого.

И лишь темные фигуры над золотым фасадом Клементинума замерли безмолвно. Они строго следят, чтобы не нарушилось равновесие, не исполнилось слишком много желаний, не расступились каменные стены и не вышла наружу та темная, с золотыми всплесками энергия, что питает этот город столько веков подряд.

А как все это сочетается с рульками, гуляшиками, каприками, пироженками, пивичком, «бехеровичкой» и кавичкой-кофечком – сама не понимаю!

Попробуем разгадать?

Между светом и тьмой

Тот, на кого Прага хоть раз взглянула своими глубокими, трепещущими и загадочными глазами, остается под ее чарами всю свою жизнь.

(Оскар Винер)

Впервые в Прагу я попала так давно, что даже вспоминать неудобно. Как раз после выпускного в институте.

Это была длинная поездка в Марианске Лазне с Карловыми Варами, по чешским замкам и целая неделя в Праге.

Денег разрешалось вывозить так мало, что кончились они быстро. Ладно бы деньги, я и в Прагу-то попала не с первого раза. В 18 лет после мытарств по собеседованиям в райкомах комсомола и собиранием всяких характеристик – а ведь было такое время! – меня отправили в Болгарию, сказав, что рано в 18 лет по Чехиям ездить. Вернее, тогда еще Чехословакиям.

А я почему-то всегда мечтала о Праге. И теперь закончившиеся деньги уже не имели значения, главное, хватало на трамвай с окраины, где нас поселили, и я приезжала, и бродила по Мала Стране, и долго сидела на Карловом мосту, где и народу почти не было, и никаких сувениров, и никаких многолюдных экскурсий. Правда, один раз мимо пробежала группа кардиналов в красных шапочках, окончательно создав ощущение нереальности.

Прага долго мне потом снилась. Шпили, крыши и улочка, идущая вверх, к Святому Микулашу, то есть храму Святого Николая.

А вот «взрослая» я до последнего сопротивлялась поездке в Чехию, боялась «совковости», боялась испортить те давние потрясающие впечатления, а еще – ну какая может быть Чехия, когда весь мир открыт!

Однажды случайно найденный в глубине книжного шкафа старый двухтомник черно-белых фотографий Праги вызвал острое желание вернуться, и я снова начала скучать по острым готическим шпилям.

И мы приехали, и поселились в Мала Стране, и даже запланировали целые чешские весенние «каникулы», чтобы немного пожить в Праге с поездками вокруг, а вторую неделю по Южной Чехии.

Но стоило приехать, и все планы пошли под откос.

– Прага срывает крышу, – сказал мой обычно невозмутимый спутник.

Холм Петршин за порогом нашего дома был весь в цвету, и ветер заносил в подъезд лепестки розовых и белых цветов, накрывая сладким ароматом, и наш «подкрышный» аттик с пятью крохотными окошками был именно таким, каким и хотелось, а остров Кампа начинался в трех минутах ходьбы, и – ура! – мы были в Праге!

А Прага цвела… Посмотришь с холма вниз – Мала Страна словно засыпана белоснежно-розовым снегом весенних лепестков.

Что я все про Мала Страну? А моя Прага именно там, на другой берег Влтавы мы с удовольствием ходили погулять, а жить – только тут. И когда последние дни той поездки пришлось провести в самом центре Старой Праги, я вздыхала, с тоской смотрела на очертания Града в вечерней дымке и чувствовала себя обделенной. Словно меня не пустили домой, и прогулки по Малой Стране лишь вызывали грусть.

С того приезда так и понеслось, ночью разбуди – и я готова ехать, лететь, плыть, пешком идти в любимую Прагу.

Прага – уникальный город, ну где еще каждый дом, каждая улица, каждая площадь хранят столько историй! И нигде больше нет такого потрясающего сплава: алхимии и магии, христианства и каббалы, масонства и святости, загадочных еврейских ритуалов и договоров с дьяволом.

Но прежде всего – Прага прекрасна. В любой сезон и в любом месте.

Жили мы однажды у Вифлеемской церкви, оттуда удобно заходить по утрам на чашечку кофе к «Принцу». Отель «У принца» входит в сотню отелей мира с лучшими видами, и неудивительно!

Сидишь на террасе, вокруг колокольный звон и бой часов, собравшаяся внизу толпа у Ратуши кажется такой далекой, и вся Староместская площадь как на ладони!

Многие начинают свое знакомство или новую встречу с Прагой именно здесь, а виды стÓят затрат, ибо цены здесь соответствуют статусу заведения.

Гуляешь потом по улочкам, поднимаешь случайно голову, и… Прага, что с нее взять! Прямо над улицей Гусовой висит темная фигура. Сразу и не поймешь, живой человек или нет, говорят, некоторые туристы впадают в панику и звонят в «Скорую помощь» и полицию.

Эпатировать публику скульптор Давид Черны рассчитывал и не прогадал, он стал известен, а фигура, которая так и называется – viselec, или висящий человек, объехала множество международных выставок.

Сам скульптор утверждает, что фигура олицетворяет Зигмунда Фрейда. Уцепившийся одной рукой за спасительную балку профессор как бы завис над пропастью Бессознательного, а народ пугается, на выставку в Чикаго в 2007 году даже полиция приехала по звонку о самоубийстве.

* * *

Удобнее всего нам было идти на Староместскую площадь по Гусовой. Параллельно ей, только совсем пустая, в отличие от оживленной соседки, словно и не в центре. Но в вечерних сумерках я все больше на Гусову сворачивала.

Ведь говорят, что на Лиллиовой каждую ночь появляется безголовый всадник на белом коне, из ноздрей которого вырывается сноп огненных искр. На нем белый плащ с красным крестом.

Всадник этот – тамплиер из когда-то стоявшего в Праге тамплиерского монастыря Святой Анны. Одной рукой он держит повод коня, другой – свою отрубленную голову.

Легенда рассказывает, что обезглавлен был рыцарь за какое-то преступление и незадолго до смерти отрекся от христианской веры. За это его постигло проклятье, и рыцарь ждет освобождения. Освободить его может только смелый юноша, который поймает коня за узду, выхватит у рыцаря его собственный меч и пронзит им сердце всадника. Есть желающие?

* * *

А вот здесь, совсем рядом со Староместской площадью, среди прочих домов, зажато высокое и узкое здание с золотой лилией на фасаде. Это не лилия Бурбонов и не Флорентийская лилия, но связи с Италией точно есть.

Когда-то в этом доме располагалась известная аптека. В XV веке фармацевт Томаш оказался втянут в заговор против короля Владислава Второго, которого мечтал сместить с престола другой претендент на чешскую корону, венгерский правитель Матиаш Корвин. Чтобы уж наверняка, отправил Томаш своего помощника в Венецию, к известному венецианскому коллеге, за сильнодействующим ядом. Венецианец яд выдал, но следом в Прагу полетел донос: то ли опасался чего венецианский аптекарь, то ли просто был подлой личностью, кто теперь знает. В результате и фармацевт, и помощник были заключены под стражу и умерли под пытками.

* * *

Одно из моих любимых мест в Праге – Вальдштейнские (или Валленштейнские, в другом произношении) сады, оазис красоты посреди и так прекрасного города.

Этот строго геометрический сад в стиле раннего барокко создавался параллельно со строительством Вальдштейнского дворца с 1623-го по 1629 год.

Вальдштейнский дворец в стиле барокко был построен по заказу полководца Альбрехта фон Вальдштейна. Он не пожалел средств, чтобы создать вокруг дворца необыкновенный сад, полный фонтанов и героев греческой мифологии. Парковые зоны были завершены в 1630 году, а четыре года спустя владелец был убит по приказу императора Фердинанда II, который почувствовал угрозу своей власти.

Сегодня Вальдштейнский дворец, строительство которого велось при участии итальянцев Джовани Пьерони, Андреа Спецца и Николо Себрегонди, является домом для чешского Сената и открыт только изредка для экскурсий, летом на лоджии, украшенной фресками, проходят концерты. Однако Валленштейнский сад (Valdstejnska zahrada) можно посетить бесплатно.

Бронзовые статуи на дорожках – копии. Например, стоящая в центре фонтана Венера с Купидоном и дельфином была захвачена во время войны со шведами и в качестве трофея отправилась в Швецию. В 1890 году она была возвращена в Чехию, оригинал хранится в Картинной галерее Пражского Града, а копия так и стоит в саду. Огромная статуя Геракла возвышается над прудом, полным декоративных рыбок. Здесь свободно бродят павлины и даже прячутся совы.

По дорожкам ходит роскошный снежно-белый павлин; услышав щелканье камер, он, словно топ-модель, неспешно поворачивается, замирает на минуту и распускает во всей красе свой невероятный белоснежный хвост. Он даже хлеб не берет, у него фотосессия, куда мы со своими глупостями! Но гуляйте осторожно, над вами на ветке другие павлины сидят, уже разноцветные, здоровые такие тушки, не свалились бы на голову!

Часть сада отведена под искусственный пруд, по которому катались на лодке, с островком. В 1816 году изобретатель Йозеф Божек использовал пруд для экспериментов с пароходом. А какая здесь сталактитовая стена! Какие шикарные магнолии!

В период с 1625-го по 1626 год голландский скульптор Адриан де Фрис создал для сада серию статуй, изображающих фигуры из греческой мифологии. Эти статуи, как и Венера, были доставлены в Швецию в 1648 году в качестве военной добычи и до сих пор украшают дворцово-парковый ансамбль Дроттнингхольм. Копии для Вальдштейнского сада были изготовлены на средства Адольфа Вальдштейна (Валленштейна) в 1914–1915 годах.

В конце XIX века сад был открыт для пражской публики по четвергам и воскресеньям. Об этом даже упоминал Ян Неруда в своем фельетоне.

В 2000–2001 годах была проведена комплексная реконструкция сада по проекту архитекторов Вацлава Дворжака и Зденека Сендлера, таким мы и видим сад сегодня.

* * *

Собор Святого Вита в Пражском Граде (который, кстати, посвящен не только этому святому, его полное название «Собор Святого Вита, Святого Вацлава и Святого Войтеха») может похвастаться самым большим колоколом в Чешской Республике. Он датируется концом XVI века и даже носит имя, зовут колокол Сигизмундом.

Легенда рассказывает, что повесить колокол никак не удавалось, никакие веревки не выдерживали его веса. Удалось подвесить Сигизмунда лишь тогда, когда дочь императора Фердинанда I сплела веревку из собственных волос.

Вторая легенда пугает: если сердце колокола разобьется, чешскую землю ждет несчастье. Это произошло в 2002 году: когда треснул язык колокола, случились катастрофические наводнения.

Колокол Сигизмунд и другие колокола можно увидеть на пути к большой южной башне собора. По 287 ступеням вы подниметесь на колокольню с великолепным видом на всю Прагу.

По легенде, в день освящения собора над ним появилась туча и пролился серебряный дождь. Приглашенный для освящения епископ даже удивился, что его позвали, – ведь собор «освятил сам Господь»!

Не удивляюсь, золотые дожди в Праге сама видела.

Есть среди пражских колоколов один, который никогда не звонит. Готическое здание Dům U Kamenného Zvonu стоит на Староместской площади с конца XIII века, а на углу пристроился заметный каменный колокол. Историки уверены, что здесь жил король Ян из Люксембургов со своей женой Эрикой Пршемысловой и именно здесь родился император Карл IV.

Со времен Средневековья основным ориентиром поиска домов были их имена, данные по знакам на фасаде, барельефам, скульптурам. Эти знаки были связаны с профессией, фамилией или даже личностью владельца, а иногда были установлены в защиту от темных сил.

Прага не стала исключением. С XIV века практически каждый дом здесь имел свой знак, а с XVI века установка знаков регулировалась законом, даже был создан специальный департамент, следивший, чтобы у домов на одной улице не было одинакового имени.

Лишь в 1770 году у пражских домов появилась нумерация, но не перестали появляться и знаки. Сегодня, прогуливаясь по улицам Градчан, Мала Страны или Старого города, можно увидеть на зданиях изображения растений и животных, русалок и ангелов, фигуры святых и христианские символы, человеческие фигуры и даже повседневные сценки. Всего таких домов сохранилось 264 (порой говорят, почти триста), и у каждого своя история.

Когда у дома менялся владелец, то менялся и знак.

Белый крендель – претцель – на доме по улице Кармелитской маркирует место жительства главы гильдии пекарей. Аисты были символами покровительства Небес, на одном из домов на Вальдштейнской площади их целых три!

Белая роза на одном из зданий связана со смертью первого владельца, который умер, понюхав распустившуюся в саду розу. По одной из легенд, так умер и знаменитый рабби Лев, создатель Голема. Тема «розы смерти» вообще популярна в Праге.

Восьмиконечная черная звезда на доме по улице Семинарска в алхимии символизирует тайный баланс Вселенной между водой и огнем.

Виноградные гроздья говорили о гостеприимстве и плодородии, напоминали о пражских виноградниках. «Дом голубого винограда» в XVIII веке был резиденцией еврейского историка Исаака, который выбрал такой знак как отсылку к 4-й книге Моисея в Ветхом Завете, а сам знак – двое мужчин и виноградная гроздь – означал финансовую стабильность, гостеприимство и плодовитость дома.

Иногда все было так запутано и аллегорично, что простой обыватель и не разберется. Например, золотая змея с короной на голове и с тремя хвостами, которая собирается сожрать (или извергнуть?) человеческую фигуру. Впоследствии этот символ заимствует семья Висконти из Милана, а трактовки в наше время две: он может символизировать плодородие (человек выходит изо рта змея) или астральный поток, жизненную силу, которой посвященный должен научиться управлять.

Есть в Праге даже Черная Мадонна, установленная на первом здании, построенном в стиле кубизма между улицей Целетна и овощным рынком. Дом U Černé Matky Boží был построен в 1911–1912 годах для купца Франтишка Хербста по проекту архитектора Йозефа Гочара. Прежде на этом месте стоял барочный дом рыцарей Грановских. От него осталась только небольшая статуя Черной Мадонны, давшая дому имя.

Черная Мадонна – очень древний образ, иногда его считают дохристианским изображением матери-земли.

А вот огромная свеча на углу дома на улице Масна, заметная издалека, совсем не мистический символ, она всего лишь означает, что здесь жил хозяин производства по изготовлению подсвечников.

На доме № 6 по улице Тынска можно увидеть золотое кольцо. По легенде, его потеряли призраки во время прогулки по ночным улицам, кольцо было найдено местным жителем, который приспособил его на дом для защиты от зла. Об этом знают все в квартале, а значит – это чистая правда!

От злых духов защищают хозяев и три золотых кольца на доме на Мостецкой.

Издавна существовало поверье, что человек, покоривший духа, заключал его в кольцо, служившее потом его хозяину.

Кстати, пришедший из Древнего Рима обычай надевать кольцо на четвертый палец означает, что заключается в круг нерв, идущий прямо в сердце, что и гарантирует вечную любовь!

Мой любимый знак – синяя лиса с ветвью в зубах на Кампе – отсылает к легенде о лисе, которая приходила из лесов и приглядывала за Младенцем Христом, принося каждый раз ветвь или розу. Есть и другая легенда: массивные дубы, росшие на Кампе, откуда начинался лес Петршинского холма, связаны с Перуном, а лиса была назначена богами хранительницей леса.

По знакам, установленным на пражских домах, можно рассказать историю города, его зданий и их владельцев. И сегодня, делясь пражскими легендами, люди не будут упоминать адрес и номер дома, они назовут дом по имени – «У солнца» или «Под виноградом»!

Огромное количество легенд витает вокруг Пражского Града. Одна из них вполне современна, это легенда о начальнике главного управления имперской безопасности фашистской Германии и протекторе Богемии и Моравии Гейдрихе и короне чешских королей.

Корона святого Вацлава, четвертая старейшая королевская корона в Европе, вместе с другими драгоценностями хранится в соборе Святого Вита в Коронной палате, семь ключей к семи замкам держат семь государственных чиновников (в Праге мистика чисел на каждом шагу!). Драгоценности для коронации обычно выставляются на публику только в исключительных случаях, последний раз это произошло в 2013 году.

Говорят, любой, кто без прав наденет корону чешских королей, погибнет. Так вот Гейдрих не просто возложил корону себе на голову, но и шутливо короновал ею своего сына. Через некоторое время Гейдрих был убит, не прошло и года, как погиб его сын.

Доказательств, что Гейдрих возложил себе на голову корону, нет, известно лишь, что он получил все семь ключей от Коронной палаты, демонстрируя этим свою власть в чешских землях. Но легенда уверяет, что все так и было. С мистическими силами Праги не играют.

* * *

Я очень люблю базилику Святого Иржи, или по-русски Святого Георгия, в Пражском Граде. Есть в этом храме что-то особенное, дух древности, ведь базилика упоминается еще в X веке, это одна из самых старых церквей Чехии.

Во всяком случае, внутри церковь не похожа на прочие.

Странная каменная статуя удивляет здесь посетителей. Скелет в плаще, через который проступают все кости, выглядит как минимум не к месту в храме.

В Праге рассказывают историю прекрасной Бригиты, в которую влюбился итальянский скульптор. Молодому человеку пришлось уехать на некоторое время, а по возвращении соседка нашептала, что Бригита ему изменяет. Ревнивый итальянец убил девушку, ее тело, превратившееся в скелет, было найдено нескоро. Перед тем как убийцу повесили, он умолил позволить ему вырезать статую Бригиты, и создал он ее в том виде, в каком нашли тело.

Это лишь легенда, на самом деле скульптура изображает тщеславие, излюбленный предмет художников эпохи Возрождения.

Базилика – особенное место, она служит последним пристанищем князей Пржемысловичей, в том числе святой Людмилы. Внутри она напоминает дворцы древнеримской эпохи, словно руины дворца спрятаны за более современным привычным фасадом.

Холм Петршин прекрасен в любое время года. Какие виды открываются оттуда на Прагу!

Но будьте осторожны, если хотите побродить по Петршину ночью. Здесь когда-то было языческое место, окруженное высокими липами. Посреди него стоял жертвенный алтарь, где языческие жрецы сжигали молодых прекрасных девушек, принося их в жертву богам. Во время правления князя Болеслава к местным язычникам отнеслись весьма радикально: их жертвенное место было разрушено, а рядом построена церковь Святого Лаврентия.

Однако с того момента на Петршине часто возникали случайные пожары, в пламени которых очевидцы видели страшные гримасы язычников, сожженных, по легенде, Болеславом. Такие костры появляются и сейчас и длятся всего 20 минут, после чего сами гаснут. Если вас беспокоит ревматизм, болезни суставов, проведите в мистическом костре хотя бы несколько секунд, и все болезни исчезнут!

* * *

В Старом городе Праги на Карловой улице вы найдете красивое здание под названием «Дом у Золотого колодца» с одним из самых красивых фасадов в городе. Говорят, что во дворе был колодец, полный сокровищ. Любопытная служанка однажды решила рассмотреть, не видно ли чего на дне, наклонилась, упала в колодец и утонула. Владелец дома приказал осушить колодец, и каково же было изумление присутствующих, когда оказалось, что клад действительно есть!

Множество золотых монет досталось хозяину дома. А вот служанка до сих пор бродит по дому, стучит зубами, из глаз ее льются слезы, а с мокрых волос стекает вода. Говорят, что спасти ее может одна из золотых монет из клада, она должна достаться доброму человеку, который будет молиться за ее душу. Видимо, пока не получается!

* * *

По Мала Стране по ночам бродит дочь мельника, которая мечтала попасть на бал в знатный дворец и подписала кровью договор с темными силами.

Увы, на бал девушка попала, но интереса к ней принцы и прочие знатные господа не проявили. Все было зря. Но договор подписан! После смерти девушка вернулась в Лихтенштейнский дворец, она превратилась в злой дух, который сбивает стариков с ног и преследует молодых людей, которым она протягивает руки, словно желая танцевать с ними. Однако хуже всего – встречные молодые красивые женщины. Для них дочь мельника представляет особую опасность, потому что она злится, может укусить и поцарапать, любыми способами стараясь лишить их красоты!

* * *

Башня Далиборка в комплексе Пражского Града, часть позднеготических крепостных укреплений, самое известное место в Праге, если говорить о легендах и призраках.

До конца XVIII века башня Далиборка служила тюрьмой, изначально предназначавшейся только для заключенных из знати, но позже она использовалась и для обычных граждан. Имя свое она получила в честь знаменитого узника Далибора из Козоед, ставшего героем оперы чешского композитора Берджиха Смéтаны.

Далибор, молодой и храбрый рыцарь, был приговорен к смертной казни и заключен в темницу башни за укрытие беглых повстанцев в своем доме. Согласно легенде, Далибор научился играть на скрипке во время заключения. Приятные звуки музыки разносились по воздуху и вызывали сочувствие жителей Праги, которые собирались под башней, слушали игру Далибора и взамен приносили ему еду и питье.

Далибор был настолько популярен, что дата его казни так и не была объявлена публично, просто однажды замолчала его скрипка.

Реже рассказывают о Белой башне, куда была заключена молодая жена ревнивого старого богача. Она убила мужа, влюбившись в молодого и красивого юношу. В ожидании смертного приговора женщина сошла с ума и была казнена несмотря на то, что по законам того времени это запрещалось, ведь Господь уже наказал преступницу, наслав сумасшествие.