- -
- 100%
- +
– Никто не погиб, в том-то и дело. И графиню спасли.
– И никто не видел, куда она делась? – История все больше интересовала Нику.
– Никто. Она просто исчезла вместе с будущим наследником.
– А вы плавали на остров?
– Только в самом начале. Когда Лиза унаследовала этот дом. – Сказал ее муж.
Все оживились. – Как интересно, расскажите!
– Банальная история, наследство от двоюродного дяди, вот и все. Если бы не наследство, мы никогда не купили бы такой дом, даже в глуши.
– А почему именно литературный пансионат?
– Он должен отличаться от других. Да и кто поедет в глушь просто так? А вот пожить месяц и написать книгу совсем другое дело.
– Подтверждаю! – Кивнула Илона. – Меня просто спасли, дома я бы не закончила книгу со всей этой суетой…
Когда долгие разговоры закончились, стемнело. Ника на цыпочках подошла к окну и осторожно выглянула из-за шторы. Ночь была ясной, почти полная луна плыла высоко в небе, бесчисленные звезды мерцали в небесах. Сколько же звезд вдали от больших городов! Сцена казалась мирной и завораживающей. До того момента, как взгляд останавливался на руинах, тогда становилось жутко. Арка, живописно выглядевшая днем, теперь смотрелась зловеще. Кусочек неба, обрамленный старым камнем, лишенный звезд, собрал в себя сгустки темноты.
На мгновение девушка представила графскую усадьбу в ночь пожара, пламя, лижущее толстые стены, дым, клубящийся в ночном небе, пронзительные крики людей над водами ночного озера.
Куда же ты исчезла, молодая графиня Леонова? Неужели ты все еще на острове и твои кости давно рассыпались в прах? Конечно, она умерла той ночью, если не от пожара, то случилось что-то еще. Ника почувствовала, как предвкушение тайны щекочет душу там, где совсем недавно колыхалась тревога. Получится из этого книга, или нет, она захотела разгадать тайну молодой графини.
– Прекрасно, правда?
Девушка вздрогнула и обернулась к Кириллу, бесшумно подошедшему сзади.
– И пугающе. В этом месте есть что-то такое, что вызывает озноб.
– На самом деле, у нас мало мест, не связанных с трагедией. От татаро-монгольских набегов, до племен черемисов, потом войны.
– Но это совсем другое! – Ника изобразила в воздухе кавычки. – Представьте статью в газете: беременная женщина исчезает без следа. Муж в панике. И следующая статья через пару дней: полиция обнаружила останки пропавшей женщины, ведется следствие. Но эта история не такая. В ней есть что-то тревожное, как в готических романах – разрушенная вилла, пропавшая графиня… Как вы думаете, можно попасть на остров?
– Думаю, это не сложно. Я видел что-то вроде лодочного сарая внизу у воды. И давай на «ты».
– Я бы хотела узнать, что случилось с графиней. Если, конечно, вы… ты не претендуешь на эту тему.
– О, нет. Я приехал с готовым планом и не буду отвлекаться на другие идеи. Вот Татьяна Семенова может оказаться соперницей. Ее тема.
– Она пишет исторические триллеры, а я хочу узнать реальную историю.
– Тогда все в порядке! Но думаешь, такая история будет интересной читателям?
– Я не думаю о книге… пока не думаю. Это трудно объяснить, но меня зацепило… Как можно исчезнуть без следа на острове, если тебя спасли из огня?
Ветер с силой ударил в оконное стекло, прогремел гром, заставив всех вздрогнуть от неожиданности. И вот уже первые капли дождя застучали по подоконнику. Обещанная непогода не заставила себя долго ждать.
Вернувшись в свою комнату, Ника переоделась в любимую домашнюю пижаму, забралась в кровать, натянула одеяло до подбородка, согреваясь на холодных простынях. Непогода принесла с собой совсем не летний холод. Нужно было закрыть шторы, но не было сил вставать, под одеялом было так комфортно! Она лежала, всматриваясь в темноту за окном, слушая монотонные капли дождя. Гроза быстро унеслась, оставив лишь тучи и дождь.
Глубокая тишина воцарилась в доме, никто не пользовался душем, не гудели трубы, даже половицы не скрипели, а шум дождя заглушал ночные звуки старого дома, пугающие непосвященных. Ведь любой старый дом – живой организм, постоянно издающий звуки и шорохи.
Ника расслабилась, но тут же напряглась. Ей послышался слабый, тревожащий звук. В какой-то момент даже померещилось прерывистое, нервное дыхание, словно кто-то прятался в темноте и боялся, что его обнаружат.
Девушка приподнялась на кровати, всматриваясь в угол, где тени казались особенно густыми, там вырисовывался силуэт человека! Хорошо, что она не успела заорать, разбудить вес дом и выставить себя полной идиоткой, ведь в следующий момент оказалось, что силуэт- всего лишь ее куртка висящая на вешалке у двери. Она легла обратно, выдохнула с облегчением и провалилась в глубокий сон.
Глава 2. Наши дни.
Вчерашняя усталость сделала свое дело, к утру девушка прекрасно выспалась. Проснулась чуть свет и, как ни старалась, больше уснуть не удалось. До завтрака было еще далеко и Ника перебирала в голове события вчерашнего дня.
Из коллег по ретриту ей сразу безоговорочно понравились Татьяна и Кирилл. Высокий, подтянутый молодой человек производил приятное впечатление в отличие от самодовольного приятеля. Хотя неизвестно, друзья они с Леоном или просто приехали вместе и одновременно появились на ужине. Павел показался ужасно противным, Леон слишком напыщенным, Илона избалованной и презрительной. Пока неизвестно, как сложатся их отношения, ведь придется жить бок о бок в этом маленьком мирке среди леса. Конечно, никто ее не держит, можно уехать в любой момент, но тогда тайна молодой графини так и останется неразгаданной.
Что могло с ней случиться? Погибла в ночь пожара? Но разве не нашли бы тогда ее останки? По легенде, рассказанной хозяйкой, ее спасли, так не бросилась же она в огонь снова? Вполне возможно, что легенда приукрашена, как бывает довольно часто, ведь тайна всегда интереснее трагедии.
Ника и писала свой блог о таких тайнах, а учитывая число подписчиков, писала неплохо. Легенда о графине вдохновляла на создание интересной истории. Но… нужно посмотреть правде в глаза – сочинять она совершенно не умела, а вот красиво изложить то, что произошло когда-то, удавалось прекрасно. Так что романа она никогда не напишет, таланта нет. А вот рассказать реальную историю графини сможет.
Собираясь на завтрак, девушка обдумывала план действий. По словам таксиста деревни не осталось, а вот небольшой городок существует и расположен недалеко. Она уже проверила в интернете, там есть краеведческий музей и якобы неплохой. Кирилл сказал, что видел лодочный сарай. В любом случае лодка на озере найдется, нужно сплавать на остров и посмотреть на руины вблизи. Сомнения, конечно, оставались, столько лет прошло. Как говорят в американских сериалах, cold case, остывшее дело. И все же… не попытаешься-не узнаешь!
Ника позвонила родителям, заверила, что все хорошо, она большая девочка тридцати двух годиков, волноваться не надо и вообще она уже набрасывает план книги.
Причесав взлохмаченные темные волосы, девушка спустилась в столовую и даже не позаботилась о косметике. Их дело книжки тут писать, а не показ мод устраивать! Илону все равно не переплюнешь, как ни старайся.
Завтрак оказался роскошным, словно они остановились в пятизвездочном отеле. Яйца, сосиски, круассаны, сырники, домашнее варенье нескольких сортов, сок и сырная нарезка. Запах кофе лишал силы воли. Ника оказалась за завтраком одна и наслаждалась утром. Жизнь казалась просто прекрасной! Пока не вошла Илона.
– Доброе утро,– сказала писательница, глядя мимо Ники, как будто за столом был кто-то еще.
– Доброе утро. Боюсь, здесь только я,– не удержалась девушка.
– Хм.
– Вы пойдете сегодня прогуляться по окрестностям?
– Не знаю. Там грязно. У меня только летняя обувь.
– Вы можете взять любые резиновые сапоги в коридоре,– вошла Лиза с новым полным кофейником.
Илона скривила прекрасное лицо, показывая свое отношение к чужой обуви.
– Никто больше не спускался? – Она взяла крохотный кусочек хлеба, намазала на него еще более крохотную каплю варенья и неодобрительно оглядела изобилие на столе.
Ника почувствовала себя неудобно с тарелкой, заваленной яичницей, сосисками и сыром. Дома она почти не завтракала, но в отпуске нападал настоящий жор.
– Нет, пока нет. Вам что-нибудь принести? – Лиза по-прежнему улыбалась.
– Белковый омлет. Я забочусь о своем здоровье.
– Пара минут и все будет готово.
Илона уселась за стол. Она казалась слегка рассеянной, даже встревоженной, сжимая чашку с зеленым чаем. Мысли ее витали где-то далеко.
– Все в порядке? – Поинтересовалась Ника и тут же пожалела, потому что Иона посмотрела на нее с таким видом, словно впервые увидела и пыталась понять, кто она такая.
– Почему вы спрашиваете? Вы не обязаны вести светскую беседу.
Ника пожала плечами, достала телефон и ответила на сообщения подруг. Допила кофе и отправилась за курткой, намереваясь прогуляться и осмотреться.
В подсобке она нашла пару резиновых сапог, которые выглядели новыми и прекрасно подошли. Утро было свежим после ночного ливня, воздух слишком влажным, но девушка так давно была на природе, что с удовольствием прошла по дорожке, спустилась через небольшой лужок и отправилась по узкой тропинке вокруг озера.
Прошло не больше пяти минут, как сзади послышались шаги. Ника испуганно обернулась, но из-за кустов появился Кирилл.
– Доброе утро. Не помешаю?
– Наоборот, я рада компании. Вам ничего не послышалось прошлой ночью? Как будто бьет старый колокол. – Эти слова вырвались сами и только сейчас Ника поняла, что ей почудилось совсем не дыхание, а звук колокола, неравномерно пробивавшегося сквозь шум дождя откуда-то издалека.
Кирилл состроил смущенную гримасу. – Я тоже слышал. И мы договорились обращаться на «ты».
В его серых глазах вспыхивали теплые солнечные искорки и Ника расслабилась.
– Ветер же может качать колокол, правда?
– Или это доносился звон из соседнего городка. Но кто будет звонить ночью?
– Тогда что же это было?
– Есть только один способ узнать. – Кирилл улыбнулся. – Давай найдем точку, с которой хорошо видна колокольня. Тогда мы поймем, остался ли на ней колокол.
– Ты из Москвы? – спросила Ника, пока они брели по берегу.
– Нет, из Петербурга.
– А как ты узнал о литературной усадьбе?
– Леон – мы давно знакомы, дружим с институтских времен – провел здесь месяц в прошлом году и расхваливал это место.
– Скажи… а как у тебя получается писать детективы? Как ты придумываешь героя? Вернее, героиню.
– А мне и придумывать не приходится. – Кирилл ухмыльнулся. – Моя мать. Она полковник следственного комитета. Мне остается лишь работать в архивах для правильного описания эпохи.
– А отец?
– Только не смейся. Патологоанатом. Они и познакомились когда-то на работе.
Ника не удержалась и расхохоталась. – Ты был обречен писать детективы! Зато без ошибок в описании расследования!
Чем четче представал перед глазами остров, тем больше росло беспокойство. Видимо, Кирилл чувствовал то же самое:
– Надеюсь мы не споткнемся о труп в лучших традициях моих книг!
Они остановились, когда разрушенная колокольня предстала во всей красе. До острова отсюда было не больше двухсот метров. От звонницы ничего не осталось, но колокол висел на положенном месте, маленький и ржавый. Вокруг стояла такая тишина, что слышно даже как скатываются капли с высоких стеблей травы.
– С тобой все в порядке? Ты побледнела.
– Все в порядке. Это просто руины.
– Забавно будет осмотреть церковь!
– Правда? Ты не передумал?
– Почему бы и нет? Даже в тех местах, где десятки водолазов спускались к затонувшему кораблю, люди продолжают нырять, думая, что найдут что-то такое, что пропустили все остальные.
– Что именно?
– Сокровище, конечно. А здесь вряд ли бывает много народа.
– Водитель такси сказал, что когда озеро мелеет, появляются еще одни руины и приезжают любители подобных фотографий.
– Не думаю, что многие из них плавают на остров.
Озеро оказалось больше, чем виделось с дороги или из усадьбы. Оно сужалось за островом, чтобы пробиться через густой лес, а затем расширялось и казалось бескрайним. Смысла идти дальше не было и Ника с Кириллом вернулись к усадьбе.
На берегу стояла Полина, дочь хозяев. В толстовке с накинутым на голову капюшоном она не отрываясь смотрела на разрушенную колокольню, затягиваясь сигаретой.
– Привет! – Девушка бросила сигарету в озеро.
– Ты слышала странный звук вчера вечером? Похожий на звон колокола. – Сказал Кирилл.
– Он всегда бьет, когда призрак выходит на прогулку. – Спокойно, словно они обсуждали светские новости, сказала Полина.
– Призрак?
– Конечно. Графиня бродит. Не упокоенная. – Полина расхохоталась и быстро пошла в сторону дома. У дверей обернулась: -В каждом старом доме есть призрак, вы разве не знали?
Глава 3. Наши дни.
– Это неприятная история, – сказала Лиза, подбрасывая полено в огонь и поворачиваясь к Нике спиной.
– Ну, истории о призраках редко бывают приятными. Счастливые люди обычно не тусуются столетиями после смерти, проказничая и не упуская возможности напугать живых, – Нике показалось, что эта тема не очень приятна Лизе и попыталась пошутить.
Лиза обернулась. – Эта молодая женщина, графиня, жила в усадьбе на острове в конце XIX века. Она не очень хорошо кончила.
– Что с ней случилось?
– Никто не знает подробностей. Одна легенда утверждает, что она покончила с собой, бросившись в огонь, другая – что ее убил муж. Там, на острове, был старообрядческий монастырь и когда земли перешли к графам Леоновым, они разрушили монастырь и убили монахинь. Вот и жену граф убил, прямо там,– Лиза кивнула на окно, за которым таял в утренней дымке остров.
– А вы видели призрак?
– Пару раз, но я не уверена. Это могла быть тень, или отражение развивающейся занавески в зеркале. Дочка призраком просто одержима.
– В каком смысле?
– Нелегко быть подростком в наше время. Ее бросил парень, и не просто бросил, а выставил в соцсетях фотографии, выставляющие ее в невыгодном свете. На посмешище.
– Поэтому она и осталась после школы здесь, с вами? – Ника подумала, что сама чуть не впала в депрессию, когда Макс ее бросил. А если бы еще и фотографии… ужас, бедная девочка!
– Вы же знаете, как это у подростков. Впал в немилость у толпы, все пропало. Прямо средневековая охота на ведьм.
– А причем здесь призрак графини?
– Она вообразила, что графиню тоже никто не понимал, ее затравили, вот она и бросилась в огонь. Или повесилась. Вон на том дереве. – Лиза кивнула на огромный старый дуб за окном.
– Так Полина…
– Нет, что вы, даже не думайте! Слава Богу таких мыслей у нее не было. Она просто сочувствует графине, вроде как понимает ее.
Лиза вышла из комнаты, оставив Нику в раздумьях попивать кофе с молоком.
Интересно, графиня правда появляется в доме? Ника вроде не верила в привидения, но не отрицала, что они могут существовать. Раз есть загробная жизнь, по крайней мере так утверждают все основные религии, значит душа вполне может вернуться в то место, где была счастлива или несчастна, а уж тем более, если никто не знает, что с ней случилось. Скорее всего Лиза была права, ее привидение всего лишь тень или занавеска. Но чем-чем, а воображением Ника обладала, да еще каким. Вот и сейчас у нее в голове возникли образы. Башня со ржавым колоколом, разрушенная церковь с разбитой полусгнившей деревянной дверью, пустые окна. И бестелесный призрак в белых одеждах, скользящий среди деревьев. А и правда, чего она сюда-то является, скользила бы себе по острову! Или без зрителей не интересно?
Она ничего не знала о графине, та могла быть молодой или старой, прекрасной или уродливой. Но если она пропала, должно быть абсолютно реальное объяснение. Надо же, придумали – монастырь разрушил, монахинь поубивал, прямо монстр какой-то!
Вернувшись в свою комнату, Ника вышла в интернет, забила в разных вариантах «графиня Леонова», «призрак графини», призрак деревни Леоново, но не получила никакой информации, ни статей, ни записей краеведов, ничего.
За окном послышался шорох метлы, это Николай, местный разнорабочий и садовник, подметал территорию.
Девушка быстренько спустилась по лестнице и, заулыбавшись по весь рот, поспешила к садовнику.
– Здравствуйте, меня зовут Ника. Почти как вас.
– Это самое… как говорится… вы из этих, вновь прибывших?
– Да. Я приехала вчера.
– И как вам здесь? – Николай был моложе, чем показалось из окна, руки мускулистые, словно он проводил целые дни в качалке, лицо загорелое. Вот что делает работа на свежем воздухе.
– Красивая усадьба. Территорию я еще толком не видела, но прогулялась к озеру.
– Это самое… На башню смотрела?
– Да.
– Не понимаю я вас, городских, как говорится. Чего смотреть на разруху?
– Вы всегда жили здесь?
– Это самое, как говорится, ну тут, недалеко. Мой дед был священником, как говорится.
– Николай, могу я спросить вас кое о чем?
– Так, это самое, спрашивайте,– он снова взялся за метлу.
– Вы же знаете о призраке. Можете что-нибудь рассказать о нем?
Глаза сузились. – Так, это самое, почему? Хочешь написать о нашей графине?
– Я подумала, что из этого получится хорошая история. Вы можете рассказать, что с ней случилось?
– Нечего рассказывать, – коротко ответил садовник.
– Конечно, есть, раз ее до сих пор помнят и рассказывают легенды.
Николай оперся на метлу. – Моя бабушка, так сказать, говорила так, в общем: баба всегда виновата, если слишком красивая или слишком умная.
– Так графиня была красивой или умной?
– Дурой была, как говорится. Нашла куда приехать. Я это, работа у меня, как говорится. Это самое… некогда мне.
* * *
В доме было тихо. Все сидели по своим комнатам и работали, одна Ника слонялась туда-сюда. Наверное, ее громкий разговор с садовником помешал писателям, вот ведь, не сообразила! Ей ужасно хотелось с кем-нибудь поговорить, но придется ждать до обеда. Девушка еще немного помыкалась вокруг усадьбы, а когда вернулась и зашла в столовую, там уже был Кирилл, о чем-то увлеченно спорящий с Павлом.
Татьяна опустилась на стул и с трудом расправила плечи.
– С вами все в порядке? – Поинтересовалась Ника, садясь рядом.
– Немного устала. Я плохо спала прошлой ночью. Все время включала свет, чтобы записать какие-то идеи, а потом не могла снова заснуть.
Леон устроился напротив, выглядел бодрым и энергичным.
– Продуктивное утро, дамы?
Ника кивнула, не желая признаваться, что ничем толком не занималась.
– Очень,– ответила Татьяна,– все начинает складываться.
– Рад слышать. Я наслаждаюсь здешней тишиной и покоем. Дома все время что-то отвлекает. Семья, дети, дела…
Кирилл с Павлом прекратили разговор и тоже сели за стол, Кирилл устроился рядом с Никой.
Илона пришла последней, она казалась рассеянной и раздраженной, пока не увидела Леона. Мужчина похлопал по стулу рядом с собой, она послушно села, взгляд потеплел.
– Доброе утро? – Поинтересовался Леон.
– Превосходное. – Илона на глазах начала сиять.
На столе появилась большая супница со щами, блюдо с бутербродами со свежайшей ветчиной и все наперебой стали обсуждать свои литературные прорывы. Ника молчала, удивляясь как коллеги хвастаются объемами, написанными за утро. Неужели так важно, сколько слов или авторских листов ты написал? Почему все говорят о количестве? Кто-то вспомнил известную писательницу, которую часто обвиняют в содержании целой бригады, работающих на нее литературных негров. Татьяна заверила, что хорошо знакома с коллегой и никаких негров не существует, она сама, да еще от руки, пишет за ночь половину новой книги.
– Вот поэтому ее читать невозможно. – Сказал Павел. – Полкниги за ночь. Да еще от руки. Нонсенс!
– А потом кому-то это в компьютер вбивать, читать ее каракули,– поддержал Леон.
Ника подождала, пока Кирилл закончит есть и спросила шепотом: – Мы можем поговорить наедине?
Оказалось, шептала она не так тихо, услышал Павел.
– Вы двое знакомы меньше суток и у вас уже есть личные темы для обсуждения? Похоже, я теряю нюх! Илона, может и нам поговорить наедине?
Илона бросила на прозаика ледяной взгляд: – У меня много работы. Всем хорошего дня. – И вышла из комнаты.
– Когда раздавали чувство юмора, она стояла в другой очереди. – сказал Павел.
Никто не ответил. Все приехали лишь вчера и не настало время обсуждать друг друга. Павел хмыкнул и вышел, за ним последовала Татьяна. Леон с любопытством смотрел на Нику и Кирилла.
– Я полностью в твоем распоряжении. – Кирилл показал на дверь.
Они ушли в одну из маленьких гостиных, никем не занятую.
– Чем я могу помочь? – Он выглядел удивленным просьбой о разговоре наедине.
– Сегодня утром у озера Полина упомянула призрак. Помнишь?
– Конечно.
– Мне было любопытно и я спросила о нем Лизу. Но она мало что знала, кроме того, что эта женщина существовала и исчезла, покончила жизнь самоубийством или ее убил муж. Тогда я решила поговорить с садовником. И получила примерно такой же ответ, даже короче.
– И теперь ты не можешь оставить эту историю в покое и решила докопаться до сути,– ухмыльнулся молодой человек.
– Что бы сделал твой детектив в такой ситуации? С чего начал?
Кирилл рассмеялся. – А, так тебя интересую не я, а мой персонаж?
– Твой персонаж – это ты сам, пожалуйста, дай мне несколько советов! Ты же пишешь детективы!
Кирилл откинулся на спинку стула.
– Сначала я поискал бы упоминания об этой истории в интернете.
– Я это уже сделала.
– Ясно. История не слишком известная и не документированная. Я бы узнал, есть ли в деревне… хотя нет, скорее в Гаврилове, это же вроде город… местный краевед, увлеченный историей своего края. Поговорил бы в библиотеке, в таких городах люди в библиотеках многое знают. Обратился в архив.
– Я даже не знаю, о чем спрашивать в архиве.
– Это не Москва и не Серафимовск! В таких городках все запросто, поговоришь, тебя еще и чаем напоят. Тут вот еще что: даже если люди не знают историю графини, они наверняка знают, что происходило в этих местах в то время.
– Лиза сказала, что она жила во второй половине XIX века.
– Ну вот! Поверь мне, это не такой уж большой срок по историческим меркам. Сколько бы не убивали народную память в советские времена, люди помнят рассказы бабушек, а те своих бабушек. Здесь живут одни и те же люди веками, мало приезжих.
Ника радостно кивнула.
– И не зацикливайся на правде. Ты писатель, значит должна работать твоя фантазия! Соберешь информацию об антураже, о персонах, живших в то время, а дальше сиди и придумывай.
– Прежде чем придумывать, я хочу узнать, что произошло на самом деле. Это может быть совсем не интересно по сравнению с легендой, но важно знать! Спасибо, ты мне очень помог!
Ника неохотно встала.
– Подожди, – сказал Кирилл, тоже вставая. – У меня есть машина. Если ты не против, я бы с удовольствием поехал с тобой в Гаврилов.
– Тебе тоже интересно?
– Как устоять перед захватывающей историей!
– Откуда ты знаешь, что она захватывающая? Это ты так шутишь?
– Если о графине помнят спустя сто пятьдесят лет, история должна быть такой. И потом… ты сама увидишь, насколько интересно рыться в архивах, записывать воспоминания, это настоящее расследование!
– Расследование исчезновения графини, класс! Спасибо, я правда ценю это. С напарником намного веселее.
– Эй, это почему я напарник? Я детектив! Я на расследованиях собаку съел!
– Потому, что это моя история.
– Ладно, ты права. Увидимся у входа в половине четвертого.
Глава 4.XIX век.
Катя схватила Анну за руку, вцепилась так, что подруга поморщилась. Сама девушка этого даже не заметила в страхе, что вот-вот умрет, такой острой боли в груди она никогда не чувствовала.
– Все будет хорошо, Катрин, – прошептала подруга. – Я видела его из окна. Очень милый.
Милый? Что это означает? Симпатичный, мягкий? Не уродливый, но и не красивый? Не слишком стар? Не порет слуг на конюшне? Но характер из окна не разглядишь. Можно ли притвориться милым?
Варвара Нестеровская, с которой они так дружили, недавно вышла замуж за шестидесятилетнего мужчину, а ведь ей всего девятнадцать! Но папенька Варвары не богат и не мог обеспечить дочь достойным приданым, а жених – выгодная партия, хоть и вдовец. Его даже пару раз приглашали ко двору в Петербург. Но разве это сделало его милым?
Она знала, что отец уже несколько раз встречался с графом Леоновым и вот, наконец, граф соизволил нанести им визит. Не увидев невесту, никто не сделает предложения, разве что она из императорской семьи или баснословна богата.