Придет серенький волчок

«Лично мне казалось, что кулинарные книги интереснее уже быть не могут, но вот, пожалуйста, Юлия Евдокимова ловко это сделала. Для меня Евдокимова – настоящее открытие, как и жанр кулинарного детектива».

(Полина Парс, книжный блогер, член жюри премии «Русский детектив»-2022).

***

«На книжной полке- тайны и туманы».

(Журнал «Италия»).

Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел.

И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого.

(От Матфея 12: 43-45)

Закалывая вампира, следует быть осторожным, не допустить, чтобы бабочка, которая вылетает из могилы, когда открывают гроб, улетела.

Иначе мести вампира следует ожидать жителям деревни в течение следующих семи лет.

(Сербские правила)

Все совпадения персонажей и событий случайны.

Запутались в майской зелени дымки из труб. На побережье в конце весны народ уже к пляжам стягивается, а здесь, в горах, пока еще зябко даже днем.

К вечеру холод с ближних гор окутывает деревню, но уютно светят окна, растоплены печи, сладко пахнет печеными перцами к ужину.

Днем было шумно. Тарахтел на ферме трактор, дети играли в парке – брали штурмом деревянную крепость; зазывал радушный хозяин в конобу на плескавицу, да на бурек с домашним сыром, разливал шливовицу по запотевшим рюмкам.

Но вот опустилась ночь и стихло все.

Вышла на темное небо луна, засиял шпиль церкви в ее холодном свете. Замер городок, лишь одинокие шаги слышны за окном, торопится человек в спасительное тепло родного дома.

Где-то залаяла собака и тут же смолкла, словно испугалась своего лая. Вздрогнула и покосилась пожелтевшая вывеска на мастерской портнихи-кроячицы, а может, домике обувщика- обучара…

Потемнели синие горы, заворчал недовольно лес. Словно предчувствуя что-то, на миг замерли семьи за накрытыми столами, притихли младенцы в колыбельках.

И раздался из глубины леса волчий вой, мелькнула тень у старой башни. Неужели вукодлак-оборотень почуял луну и вышел на свою страшную охоту?

Люди проверили засовы, задвинули плотнее занавески, прижались друг к другу и в центре городка, и на Гроблянской улице, где окна выходят на погост старого кладбища.

Немногочисленные монахи в маленьком монастыре из камня, обожженного солнцем и высушенного ветрами, тоже услышали вой. Они отрезаны от мира, дай Бог к июлю сойдет снег в горах и дороги станут проходимыми. А пока трепещет пламя свечи от истовой братской молитвы.

Пережить бы всем ночь, а завтра снова выйдет солнце и развеются страхи…

Глава 1.

– Люди, опомнитесь! – невысокий толстенький священник встал на пути толпы. – Вы что, в средневековье живете? Это ж подсудное дело, да и негоже прах тревожить! – Он раскинул руки, заслоняя дорогу. Толпа остановилась. Расступились первые ряды и вышел вперед широкоплечий, высокий мужчина средних лет.

– Вучетич, ты-то как согласился на это безумие? – Священник укоризненно покачал головой.

– Я тебе так скажу, оче Слободане, – мужчина, которого священник назвал Вучетичем, откашлялся. – Я мэр этой деревни и несу ответственность. Люди напуганы. Когда в деревне подряд умирают люди, да без причины, это странно. Сам же знаешь, что Петара видели, люди не сочиняют!

– Да вы сами могилу Петара в прошлом году разворошили и глогов колац – кол боярышниковый в сердце вбили. Это уголовное преступление! Ты, мэр, должен был об этом сказать. Доиграетесь, власти примут меры.

– Бабочка! – пошли шепотки по толпе. – Бабочка тогда вылетела. Все бесполезно!

– А девчонка, Радойка, умерла, прямо у речки нашли, твои власти что сказали? С горы упала. Да она по этим горам сколько ходила и вдруг упала. Нет, от власти какой толк!

– Ты бы, оче Слободане, лучше с нами пошел, да литию отслужил, святой водой покропил, чем на дороге руками размахивать…

– Тут ни лития, ни вода не помогут, – проворчал кто-то в толпе. – А то не знаете!

Священник повысил голос:

– Опомнись, Вучетич! Я пойду с вами на кладбище. И литию отслужу. Но прах тревожить не дам.

– Уйди с дороги, оче, не зли народ!

– А вы меня не пугайте. Я пуганный, когда в осаде албанской неделю сидел, и то живой перед вами.

Шепотки смолкли, люди в первых рядах отвели глаза, застыдились.

– Ваши суеверия – полная чушь! – Толпа зашумела, задвигалась. – Терпения нет дослушать? А вы помолчите, послушайте. Есть у меня один человек. Давно его знаю и уважаю. Столкнула раз судьба. Человек опытный, такие расследования проводил, что нашим пугалкам не чета. Позвоню я ему сегодня, попрошу, пусть приедет. А до той поры – никаких глупостей.

Снова заговорили все разом.

– Тихо! – Крикнул мэр Вучетич. – Я согласен. Что за человек, откуда? Наш?

– Не наш. Тем и хорош, что нашими суевериями не связан. Если есть тут что – разберется. Все поняли? И чтобы никаких глупостей. А теперь и литию отслужим.

– Уверен, что чужака надо звать? – тихо спросил мэр у священника, когда толпа распалась и люди неспеша потянулись в сторону кладбища.

– Уверен. Он справится. Мы с ним в Косово встретились, верю ему.

– Откуда хоть он?

– Из Италии. Не гримасничай. Ручаюсь за него. И вот еще что. Народу говорить не стал, тебе скажу. Епископ Илий из Котора своему начальству в Ватикан написал.

– Этого еще не хватало! Причем тут католики?

– А при том, что католиков в Черногории двадцать тысяч. Их это тоже касается.

– И что? Ватикан-то что?

– А из Ватикана, по слухам, очень серьезный человек приезжает. Мое руководство встречу готовит.

Глава 2.

В аэропорту их уже ждали. Мужчина в форме пограничной полиции склонился над перстнем на руке брата Марко – единственным кардинальским отличием, если бы не воротничок-колоратка, и не догадаешься, что пред тобой священник

– Все уже прибыли, вас ждут, Ваше Высокопреосвященство.

Брат Марко молча кивнул, и они с Сашей последовали за полицейским.

Девушку переполняли противоположные чувства.

Она до сих пор удивлялась, как за минуту решилась отправиться совсем в другую страну, отказаться от разговора с Лукой, уже непонятно, женихом, или просто знакомым… Конечно, и раньше всякое случалось: она ехала в маленький российский городок, куда автобусы ходили лишь раз в сутки, ужасалась ведьмам в горах итальянской Базиликаты, летела маленьким самолетом на юг, в Калабрию, чтобы стать свидетелем серьезной операции подразделений анти-мафии. Но каждый раз множество людей знало, где она находится, все поездки были заранее подготовлены. А тут?

Видимо, чемодан сыграл свою роль, с багажом ты подсознательно готов к путешествию, да еще и страх перед разговором с Лукой, которому она не могла объяснить своего резкого охлаждения… Так и не решила, что сказать комиссару, вот поездка и оказалась спасением.

С другой стороны, она прекрасно знала, что с братом Марко, вернее, кардиналом Марко Ридольфи, она в надежных руках и в полной безопасности. К легкому испугу добавлялась радость: как давно она хотела увидеть человека, который не только показался всесильным героем в проклятом чешском замке, но и спас расследование карабинеров в Венеции, когда власти собирались вывести из-под удара важных персон.

Было и третье чувство: предвкушение. Охота за оборотнем, на которую отправлялся глава конгрегации вероучения, когда-то называвшейся Святой Инквизицией, звучала нереально, захватывающе, и даже сказочно. Но оставалась, оставалась еще неуверенность и, надо честно признаться, легкая дрожь.

Их проводили в небольшую комфортную комнату, совсем не похожую на привычный зал ожидания. Обернулась высокая фигура у окна и девушка ахнула, забыв тревогу.

– Иван!

Молодой сотрудник папской миссии в Праге, чешский аристократ Иван Рожмберк, их постоянный спутник во времена пражских приключений, изменился за пять-шесть лет, что они не виделись.

Из него получился бы идеальный приходской священник в английской глубинке, с парой детишек и задорной кругленькой женой, все, как в английских сериалах. Со временем долговязая фигура расплывется, уже тогда было заметно, с каким трудом молодой человек поддерживает свою стройность; ежик светлых волос начнет редеть, а щеки округляться. Но семьи не предвиделось, Иван связал жизнь совсем не с англиканской, а с католической церковью.

За эти годы он погрузнел, прибавил солидности, исчезла юношеская неловкость в присутствии высокого начальства. Но знакомо залились румянцем щеки, когда молодой человек обнял Сашу в ответ на ее объятие и они воскликнули хором:

– Иван! Глазам своим не верю!

– Алессандра! Глазам своим не верю!

– Что ты… то есть вы… падре… тут делаете?

– Ну, во-первых ты всегда звала меня по имени, а во-вторых это, скорее, вопрос к тебе! Ну и сюрприз!

– Джованни работает со мной. Он прекрасно проявил себя в Чехии, во время известных вам событий, и я пригласил его на пост одного из моих секретарей, – прервал их восклицания брат Марко. – Но я не вижу еще одного члена нашей маленькой команды…

– Sono qui, я здесь. – Незамеченная никем фигура поднялась с дальнего дивана.

И Саша окончательно потеряла дар речи, увидев Карло Бальери, знаменитого Лиса, объекта ее долгой платонической влюбленности. Бывший советник премьер-министра по вопросам мафии и один из руководителей дирекции криминальной полиции Италии уже два года, как ушел в отставку и, как обещала пресса, собирался выпустить уже вторую книгу о своих громких расследованиях. Никто не называл его иначе, чем Лис. Прозвище это бывший высокопоставленный полицейский получил благодаря хитрости и даже коварству, с которыми раскрывал самые серьезные преступления и арестовывал самых опасных преступников, всегда опережая их на шаг.

– Eminenza! Ваше Высокопреосвященство, – Лис пожал руку кардиналу, затем Ивану и повторил уже звучавшие сегодня слова:

– Аликс, какой сюрприз!

– Как… что… – на другие слова Саша оказалась не способна.

– Давайте разберемся в полете, – улыбнулся кардинал. – Не будем нарушать график вылета.

***

Небольшой самолетик с буквами VIA на желтом фоне на боку ждал на летном поле.

«Буду искать лица твоего, Господи» – прочла Саша над дверью в салон и снова покрылась мурашками. Это не со мной происходит… Мне это снится. И даже ущипнула себя, да так больно, что вскрикнула, вызвав всеобщее удивление.

– Алессандра, не пугайся. Ты никогда не слышала про Vatican Airlines? – Шепнул Иван.

Она покачала головой.

– Эта авиакомпания существует с 1979 года, только не совершает обычных рейсов. Но сегодня имеются и транспортные самолеты, которые доставляют грузы в места катастроф и стихийных бедствий, и самолеты для поездок паломников. – Пояснил молодой священник. – Два часа – и мы на месте.

– А куда мы летим? – Наконец поинтересовалась Саша под общий смех.

– В Тиват. Аэропорт Черногории.

Самолет набрал высоту, тут же подали по бокалу просекко. Паломникам, небось не подают, подумала Саша, с удовольствием отпив глоток холодного игристого вина, пузырьки приятно щекотали горло. И наконец отпустила тревога.

– Так как вы оказались в одной компании?

– Почти случайно, – рассмеялся брат Марко. – И мне в голову бы не пришло, что вы знакомы. Бальери тоже улыбнулся, и кивнул.

Давным-давно на Карловом мосту в Праге издалека она приняла брата Марко за Карло Бальери. Сейчас, видя двух мужчин рядом, она поняла, что между ними нет ничего общего.

Брат Марко худощав, выше ростом, собран и аскетичен. Бальери расслаблен, тем более сейчас, когда груз важной должности больше не давит на его плечи. Вальяжен, любовь к высокой кухне и дорогим костюмам никуда не делась, одежда несомненно известных марок, а просекко он сначала пригубил, потом слегка поморщился, но отпил.

Главное отличие было неуловимым, но ощутимым: рядом с братом Марко Бальери выглядел тем, кем он и был на самом деле– простым парнем с юга, несмотря на образование, незаурядный ум, манеры. Разница была более, чем заметна.

– Мы знакомы довольно давно, – продолжил кардинал. – И когда Карло позвонил его знакомый, он сразу связался со мной. Я тоже получил письмо и за последние годы это, пожалуй, самый интересный случай, попавшийся мне на глаза.

Саша молчала, ожидая продолжения.

– Мне позвонил знакомый священник. Православный, – уточнил Бальери, а Сашу обдало теплой волной, как давно она не слышала хрипловатого голоса Лиса! – Мы встречались в Косово… но, собственно, это не важно.

– Как это не важно! Вы были в Косово?

– Мы проводили расследование вместе с силами КФОР. Группа албанцев захватила деревню, было много жертв. Трое священников и десяток местных жителей укрылись в небольшом монастыре, туда албанцы проникнуть не смогли и устроили осаду. Больше недели сербы и священники прожили в стенах монастыря без еды, воды почти не было. Среди них был протоиерей Слободан Йекич. После освобождения монастыря велось расследование, мы познакомились и подружились со Слободаном.

– Так что случилось? Почему он позвонил?

Кардинал протянул Саше свой телефон.

Девушка увеличила фотографию письма, прочитала и брови непроизвольно поползли в верх.

***

«Eminenza (Ваше Высокопреосвященство),

Позволю себе побеспокоить Вас по одному странному, но в то же время тревожащему поводу.

В последнее время, примерно в течении года, жители горных районов Черногории и примыкающих к ним районов Южной Сербии обеспокоены странными происшествиями в этих краях. Возрастают суеверия и даже в приморских городах моя паства задает вопросы, на которые у меня нет ответа. Ходят слухи, что вернулся древний вампир, о котором еще в XII-XIII веках ходили многочисленные слухи.

Как известно, «вампир» – единственное слово из сербского языка, вошедшее в прочие мировые языки, и, по мнению большинства историков, мифы и легенды о вампирах пошли именно с Балкан.

Ситуация, при полном равнодушии местных властей, принимает все более тревожащие формы, вампиру приписывается несколько необъяснимых смертей, жители уверяют, уверяют, что упокоенные на кладбище люди посещают их по ночам. Боюсь, что распространение суеверий становится необратимым, что несет угрозу нашей Христианской вере.

Убедительно прошу Вас прислать компетентных специалистов для разрешения ситуации на месте.

С искренним уважением, остаюсь Вашим покорным слугой, Божией милостью епископ Илий Ракич.

Каттаро, Монтенегро.»

***

Саша хмыкнула: – Он это всерьез? Там не только оборотни, но и вампиры? Мы будем ловить графа Дракулу? Простите, но это смешно.

– «Дракула» Брэма Стокера увидел свет в 1897 году, на 7 лет позже книги «Девяносто лет спустя» Милана Глишича, на ту же тему. – Ответил Иван. – Самый старый документ, в котором используется термин «вампир», относится ко второй половине XIII века, когда сербский священник в номоканоне 1262 года обличает суеверную веру крестьян в то, что затмения солнца и луны происходят, когда их съедает оборотень-вампир.

– Так оборотень или вампир? – Саша все еще думала, что над ней подшучивают.

– В Сербии, а соответственно и в Черногории, это один персонаж. Его называют вукодлак.

От этого слова внутри зародилась непонятная тревога. Надо же, как емко… Сразу представляется полная луна, темный лес, волчий вой.

– Но это же сказки?

Кардинал открыл сумку, достал сверток, осторожно развернул и протянул Саше книгу.

Она не менее осторожно раскрыла страницы, написанные вязью.

– Что это? Я не могу прочитать ни слова.

– Это редкая книга за которой я и приезжал во Флоренцию. Документальные свидетельства XVIII века, опросы крестьян и землевладельцев, описание местных поверий и мифов. Северная Сербия с XVII века входила в состав Австрийской империи и эмиссаров императора уполномочили разобраться со странными историями, связанными с вукодлаками. Слушайте. – кардинал забрал книгу у Саши, нашел нужную страницу. – Я своими словами, тут такие формулировки, что голову сломаешь.

***

« Все началось в начале XVIII века с Договора в Пожареваце в 1718 году. Мирный договор заключили между Османской империей, Габсбургами и Венецианской республикой. Часть сербской территории, которая была под Османами, отходила Австрии. Между 1718 и 1739 годами слухи о предполагаемых случаях вампиризма в Сербии достигли двора Карла VI. Власти решили отправить двух врачей и офицеров Глазера и Иоганна Флюкингера на новые территории для расследования. Их отчет подтверждает существование вукодлаков, на основании расследованных случаев вампирских «эпидемий» на территориях Сербской равнины.

Один из первых случаев вампиризма и, безусловно, наиболее подробно документированный, можно отнести к некоему Петару Благоевичу, сербскому крестьянину, который официально умер в 1725 году. Он жил в Кисильево, деревне в восточной Сербии, и считалось, что после смерти он превратился в вампира. После того, как он «вернулся» после смерти, в деревне погибло 9 человек. Все задокументировано в отчете, подписанном императорским провизором Фромбальдом, чиновником австрийской администрации, присутствовавшим при эксгумации Петара. Сенсационность его показаний превзошла все ожидания.

Люди утверждали, что Петар приходил к ним ночью, пытаясь их задушить. Доктор Радован Казимирович также упоминает об этом случае, отмечая, что даже жене Петара Благоевича пришлось бежать из деревни после «визитов» покойного мужа. После девятой предполагаемой жертвы жители села решили провести эксгумацию тела Благоевича, чтобы увидеть, превратился ли он в вампира. По распространенному мнению, он определенно будет считаться вампиром, если имеются следующие симптомы: вздутие живота, следы крови на глазах, носу, рту, наличие отросших волос, бороды, ногтей и полное отсутствие гниения. На эксгумацию вызвали православного священника. Несмотря на то, что разрешения вышестоящих чиновников не получено, жители деревни решили не ждать, чтобы не допустить новых смертей. медицинских записей об умерших не существует, поэтому причины их смерти остаются невыясненными.

Тело предполагаемого вампира было выкопано, опасения жителей подтвердились. На теле Петара Благоевича действительно обнаружены все обычные признаки вампиризма. Затем жители совершили ритуал вбития кола из боярышника в сердце вампира. Австрийский чиновник дистанцировался от этого ритуала, так как до конца не имел уверенности. Подробный доклад был представлен императору и опубликован в венской газете «Wienerisches Diarium».

***

– Это не может быть правдой! – Заявила Саша. – Ну вот просто не может быть.

– Вы готовы были поверить в злобных духов, живущих в проклятом чешском замке, но не в вампиров? – улыбнулся кардинал.

Саша кивнула.

– Есть еще один документ, на сей раз изданный Югославской академией в Загребе в конце XIX века. – Сказал Иван. – Там также собраны свидетельства многочисленных встреч с вукодлаками, на многих диалектах, и истрийском, и турецком, и старохорватском.

– Вампир, пьющий кровь… даже смешно.

– Вукодлак не пьет кровь. Вукодлак убивает. – Сказал кардинал и на несколько минут воцарилась тишина.

– Вукодлак – это волк-оборотень. И к сожалению сегодня это совсем не сказки для жителей горных деревень. Мой знакомый священник еле остановил толпу, собиравшуюся на кладбище, вскрывать могилы умерших за последнее время односельчан. А мэр, – тут Бальери откашлялся, скрывая улыбку. – мэр издал приказ прибить на все двери в домах деревянные кресты и носить в карманах чеснок.

– Не пугайтесь, Алессандра. – Иван улыбнулся. – Конечно мы не будем ловить вукодлака в темном лесу. Наша задача – наоборот доказать, что его не существует, разобраться в мистических, по мнению жителей, смертях. Неофициально, конечно. Мы просто туристы.

Вот это я влипла… – который раз в своей жизни подумала Саша. Как в кино! Но зато в какой компании!

Глава 3.

Горы, появившиеся за стеклом иллюминатора, отличались от Альп.

Может, все дело в размерах самолетика, но не только: эти горы казались неприветливыми, голыми, темными.

Самолет приземлился в небольшом аэропорту на берегу моря, горы подступали совсем близко, а залив напоминал норвежские фьорды.

Через пять минут вся компания уже вышла из стеклянных дверей на абсолютно пустую дорогу, ни такси, ни автобусов, лишь пара машин, припаркованных у обочины.

Иван схватился за телефон, когда ответили, нажал на громкую связь. Затараторил женский голос и тут же отключился. Все пожали плечами, а Саша расхохоталась до слез. Спутники недоуменно смотрели на девушку, но как перевести на итальянский фразу, которую она услышала: «покусачу зад».

– Они… задыхалась от смеха Саша, – они тут точно все вампиры! Эта женщина сейчас укусит чью-то задницу и приедет.

Иван попросил девушку вбить эти слова в переводчик в телефоне, увидев перевод, она развела руками: «сейчас освобожусь».

– Так вас зачем взяли? – теперь смеялся кардинал.– Вы же братья-славяне, должны понимать по-сербски! Алессандра, Джованни, вы меня удивляете!

Саша с Иваном переглянулись. А потом девушка, читая объявление на стене о том, что кто-то «да невознесехося» сообщила что тут надо быть специалистом по церковнославянскому, а никак не по нормальным человеческим языкам!

Минут через десять на большой скорости подлетел минивэн, резко затормозил, из него выскочила высокая, статная женщина средних лет. Протянула каждому руку: – Бранка. Добар дан.

Прошло немного времени и за окном возник невероятно красивый залив. Огромные горы спускались к воде со всех сторон, окружая старинный город за толстыми крепостными стенами. Картина напоминала северную часть озера Гарда, только остро пахло морем.

Машина притормозила, Бранка выскочила из-за руля и скрылась в каком-то киоске с большими окнами. Вернулась через пять минут с кучей свертков.

– Вы же голодные с дороги, – сообщил google переводчик на телефоне.

Еще пять минут и берег моря оказался в нескольких метрах, а Бранка махнула рукой: – За мной!

В современном двухэтажном доме совсем рядом с крепостными стенами старого города им отвели четыре квартиры. Все квартиры шли в ряд, разделенные лишь небольшими перегородками на балконах, а дом выстроили не в высоту, а в длину, вытянув вдоль берега моря.

Саше досталась маленькая двухкомнатная квартирка. Двери обеих комнат выходили на балкон, ветер трепал занавески, пахло морем, а еще безумно ароматной смесью меда, лимона и апельсинов – так благоухали деревья перед домом. А за окном на фоне высоченных мощных гор по бухте плыл огромный круизный лайнер.

– Какие тут вукодлаки? Тут на горах чахлые кустики, некуда им спрятаться. – сказала Саша, когда они все собрались в квартирке Ивана за столом.

Бранка расстаралась: в свертках оказалась и жареная картошка, и курица, и овощи на гриле, в духовке гостям оставили сырно-шпинатный пирог а четыре бутылки красного вина Вранац, по одной на каждого гостя, ждали в середине стола.

– Вот это гостеприимство! – ахнули гости. – А говорят, итальянцы радушно встречают!

Подняли бокалы, вдыхая аромат соленого ветра, сладких апельсинов и горьких лимонов с балкона.

– Это курорт, а не командировка, – зажмурился от удовольствия Иван, щеки его раскраснелись, но на сей раз не от смущения. – Действительно, какие тут вукодлаки, полный релакс!

– Мы с Карло, – кардинал кивнул на Бальери, – выбрали Котор в качестве базы. Боюсь, условия в горных деревнях вам не понравятся, да и нужно сначала все визиты вежливости совершить, все же я вторгаюсь на территорию сербской церкви. И со своим епископом должен встретиться. Так что у нас есть пара дней, чтобы освоиться.