Толкование Евангелия от Матфея, составленное по древним святоотеческим толкованиям

О поклонении волхвов и бегстве в Египет

Стих 1. Иисусу же рождшуся в Вифлееме Иудейстем во дни Ирода царя, се, волсви от восток приидоша во Иерусалим…[44] Зачем евангелист говорит и о месте, и о времени, и о сане Ирода? О месте, чтобы показать, что исполнилось пророчество Михея, который сказал: и ты, Вифлееме, земле Иудова, ни чимже менши еси во владыках Иудовых: из тебе бо изыдет Вождь, Иже упасет люди Моя Израиля[45](Мф. 2, 6, ср.: Мих. 5, 2). О времени, чтобы равным образом показать, что исполнилось пророчество Иакова, сказавшего: не оскудеет князь от Иуды и вождь от чресл его, дондеже приидут отложеная ему[46] (Быт. 49, 10). Когда должен был родиться Христос, не было уже князя от Иуды, а управлял иудеями иноплеменник, идумеянин Ирод. О сане же Ирода говорят, потому что был другой Ирод четвертовластник, убивший Предтечу. Волхвы эти были персы, потому что персы больше других народов занимались волхвованием. Смотри, как вначале еще открывается язычникам дверь веры в посрамление иудеям. Так как они, слушая пророков, которые предвозвестили пришествие Христа, обращали на это мало внимания, то, по Домостроительству Божию, пришли варвары, и притом волхвы, из далекой страны и научили их тому, чему они не пожелали научиться от своих пророков, чтобы они были лишены всякой защиты, если бы еще пожелали спорить. И что они могли бы сказать, когда волхвы поверили от видения одной звезды, а они не поверили стольким пророкам?

Стих 2. Глаголюще: где есть рождейся Царь Иудейский; видехом бо звезду Его на востоце и приидохом поклонитися Ему[47]. И откуда они узнали, что эта звезда открывала рождение Царя Иудейского? Происходя из рода астролога Валаама и унаследовав его писания, они знали, что он сказал: возсияет звезда от Иакова, и возстанет человек от Израиля[48] (Чис. 24, 17). Из этого пророчества они узнали, что от иудеев должен произойти Царь, высокий и светлый подобно звезде. И с тех пор они наблюдали звезды; но в это время, увидев эту необычайную и только что явившуюся звезду, нисколько не медля, они пришли поклониться Рожденному, чтобы еще с детства расположить Его к дружбе и, узнав, Кто есть такой, в каком городе родился, иметь Его своим другом, когда возрастет. До самой Палестины путь указывала им звезда, а когда они приблизились к Иерусалиму, то уже не видели ее более. Это произошло для того, чтобы, потеряв путеводителя, они вынуждены были спрашивать, чтобы таким образом было открыто, что родился Христос, и чтобы впоследствии иудеи не могли сказать: мы не знаем, родился ли Он. Звезда же открыла Христа для того, чтобы исполнилось пророчество Валаама. Так как пророки, предвозвещавшие иудеям Христа, не могли убедить их, то необходимо было, чтобы звезда указала язычникам на Солнце правды, воссиявшее от земли; ни пророка, ни Ангела они не видели, чтобы других научать. Одни только персы заметили ту звезду, так как они с детства занимались весьма прилежно астрологией; однако не все персы видели, потому что не все были одинаково проницательны и не все одинаково могли поверить. Против тех, которые поставляют эту звезду под защиту естествословия, нужно сказать, что это была звезда не по природе, а только по виду, а именно какая-то божественная сила явилась в образе звезды. И это видно из многих обстоятельств. Прежде всего – «из пути». Между тем как все звезды идут от востока к западу, эта звезда неслась от севера к югу: такое положение занимала Палестина по отношению к Персии. Во-вторых, «из блеска». Тогда как никакой звезды нельзя видеть днем по причине превосходства солнечного света, – только эту, являющуюся днем, солнце не могло скрыть. В-третьих, из того, что она, смотря по надобности, появлялась и опять скрывалась. Так, она явилась и указывала им путь до Палестины, а когда они пришли в Иерусалим, скрылась; затем опять показалась, когда они вышли из Иерусалима, так что она совершала движение свое смотря по их нуждам: когда они шли, она двигалась вперед, а когда они останавливались, и она стояла. В-четвертых, из того, что она шла близко от земли; а если бы неслась высоко, весьма близко к другим звездам, то не показала бы пещеры; теперь же, придя, остановилась над тем местом, где был Младенец.

Стих 3. Слышав же Ирод царь смутился, и весь Иерусалим с ним[49]. Ирод, конечно, смутился, боясь за царскую власть свою и своих сыновей; но отчего смутился весь город, так называемый Иерусалим? Напротив, следовало скорее радоваться, что родился Царь, о котором издревле пророки предвозвестили как о Спасителе и Искупителе Израиля и, как сродникам, хвалиться, что тотчас с колыбели Он привлек персов на поклонение. Но зависть ослепила их, и тотчас, услышав, они смутились, как бы боясь того, что каким-нибудь образом не наследуют спасения. Персы, хотя были чужие, не только не завидовали рожденному, напротив, из пределов своей страны пришли даже в Вифлеем ради Него. А иудеи, будучи сродниками, завидовали даже Его славе – что Он будет великим, и хотя имели Вифлеем у себя в соседстве, не пошли. Так они были завистливы и мстительны.

Стих 4. И собрав вся первосвященники и книжники людския, вопрошаше от них: где Христос раждается?[50] Но волхвы не сказали, что они ищут Христа, как же Ирод спрашивает о Христе? Так как он давно уже слышал, что должен родиться Христос, Царь Израиля; а теперь, слыша, что в Иудее родился Царь и что звезда открыла Его персам, понял, что это и есть так называемый Христос. И созывает первосвященников и книжников, как имеющих всегда на устах пророческие книги и изречения, и спрашивает, где Христос рождается, т. е. в каком месте земли Он находится, потому что рождается. Они называют место и приводят, как свидетеля, пророка. Должно знать, что яснее других Даниил написал, что именно Христос есть Бог[51].

Стих 5. Они же рекоша ему: в Вифлееме Иудейстем, тако бо писано есть пророком[52]:

Стих 6. И ты, Вифлееме, земле Иудова, ни чимже менши еси во владыках Иудовых: из тебе бо изыдет Вождь, Иже упасет люди Моя Израиля[53]. Это – пророчество Михея, как мы выше сказали, но первосвященники и книжники прочитали его по сокращению. Смотри же, что Господь предвозвестил чрез пророка о Вифлееме. Хотя, говорит, ты являешься на вид ничтожным, но по своему значению ты не наименьший между главными городами колена Иудина. Каждое колено имело в своих владениях различные города. И действительно, он стал весьма знаменитым после рождества Спасителя. Ежедневно со всего мира приходят, чтобы видеть его и поклониться месту, где родился Христос. Затем присоединяет и причину его прославления: из тебе бо изыдет, т. е. родится, Вождь. Вождем и Пастырем назвал он Царя. Ибо Христос был Царем и как Бог: Царство Мое несть от мира сего (Ин. 18, 36), говорит Он, – и как человек. Он исполнял дела царя, именно давал законы подданным, обличал, миловал и умер за них, что в особенности характеризует истинного Царя. Царская же диадема и порфира и остальное в этом роде – свойства внешнего величия. И каким образом он назвал Его Пастырем Израиля, когда Он упас всю вселенную? Чтобы не соблазнялись иудеи, как будто не имеющие ничего больше сравнительно с другими, а скорее имели повод к тесному единению с Ним, потому что Он произошел от них и родился для них. Если кто-нибудь скажет: «Каким же это образом Он не упас их, ведь они были израильтяне?» Пусть слушает, что и это Он сделал; тех из них, которые уверовали, Он упас. С другой стороны, Израиль есть всякий, знающий Бога, потому что Израиль значит «видящий Бога». И апостол Павел говорит: не вси бо сущии от Израиля, сии Израиль (Рим. 9, 6). Посему, если Он упас не всех евреев, то это их вина, что они не пожелали быть упасенными. Ибо Он сказал: несмь послан, токмо ко овцам погибшим дому Израилева (Мф. 15, 24). А евангелист Иоанн говорит: во Своя прииде, и Свои Его не прияша (Ин. 1, 11). Это место также искажают иудеи, говоря, что это пророчество сказано о Зоровавеле. Против них скажем, что Зоровавель родился не в Вифлееме, а в Вавилоне. Ты же удивляйся Домостроительству Божию, как оно устроило: иудеи узнали от волхвов, что и звезда открыла Христа, а волхвы от иудеев, что и пророки предвозвестили Его.

Стих 7. Тогда Ирод тай призва волхвы, и испытоваше от них время явльшияся звезды[54]. Почему он призвал их тайно? Так как подозревал иудеев, как сродников Христа, и не желал, чтобы они слышали, что он будет спрашивать и приказывать; он боялся, чтобы они, зная, что он замышляет, не спасли Его как своего Царя. Испытоваше вместо «тщательно выведывал». Испытоваше время звезды, т. е. когда она явилась им, чтобы оттуда считать время рождения Христа. Он думал, что Христос несомненно родился тогда, когда явилась звезда.

Стих 8. И послав их в Вифлеем, рече: шедше испытайте известно о Отрочати: егда же обрящете, возвестите ми, яко да и аз шед поклонюся Ему[55]. Обрати внимание на хитрость Ирода и поразмысли о его безумии. Если действительно он хотел поклониться Ему, то зачем он тайно приказывал это? Если же он намеревался убить Его, то как он не понимал, что тайным приказанием он необходимо обязательно, с необходимостью приведет их к подозрению в коварстве? Прежде он тщательно выведал относительно звезды и тогда уже приказал, с тем, чтобы, если они не возвестят о том, о чем приказано, самому привести в исполнение коварство, зная о времени (явления) звезды. Но опомнись, сражающийся с Богом: каким образом ты готовишься убить Неуловимого? Как ты не понимаешь, что совершенно невозможно превзойти Того, Которого издревле предвозвестили пророки, Которого открыла звезда и для поклонения Которому были приведены волхвы!

Стих 9. Они же послушавше царя, идоша. И се, звезда, юже видеша на востоце, идяше пред ними, дондеже пришедши ста верху, идеже бе Отроча[56]. Зачем опять им явилась звезда, после того, как они уже узнали место? Чтобы указать Младенца, ибо как они могли бы узнать Его, рожденного в пещере и не имеющего знатной матери? Посему, придя, она остановилась над тем местом, где был Младенец, показывая, что рожденное есть Божество.

Стих 10. Видевше же звезду, возрадовашася радостию велиею зело[57]. Они возрадовались, потому что нашли неложного путеводителя. Посему они твердо были уверены, что нашли и то, чего искали.

Стих 11. И пришедше в храмину, видеша Отроча с Мариею Материю Его…[58] Храминой он здесь называет пристанище (загон, устроенный в пещере), которое Лука противополагает гостинице. Это была храмина, потому что, во всяком случае, была обитаема, а пристанище – как убежище для путников. Пристанищами мы ведь называем и шатер. Так как все, происходящие от Давида, сошлись в Вифлееме для переписи согласно повелению кесаря, как повествует Лука, то бывшие с Девою не нашли свободной гостиницы; посему Она направилась к пристанищу, где были ясли для скота. Дева, тотчас родившая Христа, так как не было другого места в пристанище, спеленав, положила Младенца в яслях, по рассказу Луки (см.: Лк. 2, 1). Затем, как говорит Златоуст, Она взяла Его и имела на коленях, когда вошли волхвы. И не была Она в муках, как другие матери, потому что родила не от мужа[59].

Стих 11. …И падше поклонишася Ему: и отверзше сокровища своя, принесоша Ему дары, злато и ливан и смирну[60]. И каким образом они были убеждены, что это – Он, когда не видели вокруг Него ничего великого, но пещеру, бедную Мать и Младенца, убого повитого? Каким образом? Прежде всего от звезды, которая остановилась над Ним; затем и какое-то Божественное просвещение исполнило души их. Это видно из тех даров, которые они принесли. Именно: золото есть символ царского достоинства, потому что подданные платят дань царям золотом; ливан (ладан) – символ Божества, так как ладан возжигают Богу; смирна же – смертности; ею издревле намащали мертвые тела, чтобы они не гнили и не издавали запаха. Своими приношениями они показали, что этот явившийся Младенец есть и Царь, и Бог и что вкусит смерть за людей как человек. Можно сказать и иначе. Так как цари Вавилонские, некогда разрушившие Иерусалим, ограбили божественные сокровища, прекратили жертвоприношение и истребили народ, а Вавилонское царство вместе со своими сокровищами перешло к персам, – то наследники Вавилонских царей, персы, приносят теперь Владыке некогда обесчещенного храма золото – вместо отнятых сокровищ золота, ладан – вместо жертв и смирну – вместо убитых. Ты же знай, что как волхвы не увидели бы Христа, если бы не ушли далеко от своей страны, так и ты не увидишь Его, если не уйдешь далеко от земных страстей. Оставь и ты задумывающего козни царя и смутившийся город, т. е. злоумышляющего князя мира сего и смятение города, и спеши ко Христу. Будешь ли ты любознательным волхвом или простым пастухом, ничто тебе не воспрепятствует, только бы ты, делая себя достойным такого видения, шел для поклонения, а не для бесчестия. А бесчестит Христа тот, кто недостойно Его принимает. И так принеси Ему вместо золота – блеск чистых дел и слов; вместо ладана – молитву: да исправится молитва моя, говорит, яко кадило пред Тобою (Пс. 140, 2); вместо смирны – умерщвление страстей, которое наиболее сохраняет существо души и наполняет благоуханием. Обрати внимание на то, что когда волхвы пришли в Иерусалим и сказали о звезде, тотчас весь город смутился, были приведены слова пророка и объявлено место рождения и случилось многое другое как относительно пастухов, обитавших на поле, как относительно Ангелов, хвалящих Бога, так и относительно Симеона и Анны, о чем написал Лука (см.: Лк. 2, 8—38). Все же это совершилось, чтобы, как мы сказали выше, иудеи не могли впоследствии сказать, что они не знали, когда Христос родился. Ибо, как говорит Златоуст, Младенец оставался в Вифлееме до исполнения дней очищения, т. е. до сорока дней[61]. И если бы они нарочито не закрывали своих ушей и глаз к тому, что было говорено и видено, то, конечно, пришли бы в Вифлеем и увидели бы Его. Персы пришли из пределов своей страны в Вифлеем, а евреи, живя кругом Вифлеема, не захотели войти в него и увидеть то, о чем говорили видевшие. Ибо и пастухи всем встречным возвещали о виденном, как сказал Лука (см.: Лк. 2, 18). Персы, которые увидели Христа прежде еврейского народа, как бы символически выразили то, что язычники узнают Его прежде еврейского народа. Это и апостол Павел сказал иудеям: вам бе лепо первее глаголати слово Божие[62] (см.: Деян. 13, 46), но так как вы сочли себя недостойными, то вот мы обращаемся к язычникам.

Стих 12. И весть приемше во сне не возвратитися ко Ироду, иным путем отыдоша во страну свою[63]. Прежде чем они увидели Младенца, звезда указывает им путь, а после того, как они увидели, Ангел беседует с ними, как бы уже посвященными. Весть приемше, т. е. приняв наставление, отыдоша повинуясь, как верные, во страну свою, будущие провозвестники того, что случилось; и не возвратились они к Ироду, чтобы он понял, что напрасно злоумышляет, и чтобы отказался от своего предприятия.

Стих 13. Отшедшым же им, се, Ангел Господень во сне явися Иосифу, глаголя: востав поими Отроча и Матерь Его, и бежи во Египет…[64] Когда исполнилось сорок дней очищения, как говорит Лука, они пришли с Иисусом в Иерусалим, чтобы поставити Его пред Господем, якоже есть писано в законе Господни (Лк. 2, 22–23). И яко скончашася вся по закону Господню, возвратишася в Галилею, во град свой Назарет (Лк. 2, 39). И затем тотчас Ангел явился во сне Иосифу, приказывая им бежать в Египет. Итак, Матфей, как более краткий, опустил это, но Лука, как более точный, вписал. Но почему Христос не остался в Назарете так, чтобы Его не убили? Потому что если бы это случилось, то некоторые могли бы утверждать, что Он принял человечество призрачно, не подлежа человеческим страстям, страданиям.

Но Ирод избил только тех младенцев, которые были в Вифлееме и в его пределах, а не тех, которые были в Назарете. Бог предвидел, что Он необходимо был бы открыт Ироду, если бы остался в Назарете; посему Он повелел бежать оттуда. Посылается же Он в Египет как по той причине, которую высказал евангелист, именно чтобы исполнилось сказанное Господом чрез пророка, который говорит: из Египта воззвах сына Моего (Ос. 11, 1), так и потому, что Вавилон и Египет во всей вселенной наибольше горели пламенем нечестия. Посему из первого Он выслал волхвов, а во второй пошел Сам, желая и того и другого направить на путь истины. Отсюда также Он научает нас тому, что верующий тотчас вначале должен ожидать испытаний. Смотри, как Он Сам еще с детства подвергается козням и бежит в изгнание; бежит также и Матерь, и Иосиф. И волхвы ушли тайно, наподобие убегающих, и все (праведные) подвергались бесчисленным испытаниям. Посему когда ты будешь служить духовному делу и подвергнешься испытаниям, имей пример и не негодуй, но знай, что испытания составляют участь добрых дел. Дьявол наводит их для претыкания, а Бог допускает для утверждения любящих Его. И обрати внимание на необычайность дела: Палестина злоумышляет, а Египет охраняет бегущего, чтобы ты знал, что Бог соединил радостное с прискорбным. Жизнь святых испытывается и тем и другим, что также случилось и здесь. Сначала происходит подозрение относительно Девы, потом радость о рождении; далее бегство в Египет, потом воззвание оттуда; затем страх из-за Архелая, потом успокоение в Назарете. Еще не пришло время творить чудеса: если бы Он с первого, раннего детства показывал чудеса, то не поверили бы, как выше сказано, что Он человек. Посему Он был девять месяцев во чреве, родился, питался молоком, и все остальное произошло обычным порядком, чтобы чрез все это легче воспринялось Его воплощение. Ангел же не называет Деву женою Иосифа, но Матерью Младенца, потому что сомнение было уже разрешено и Иосиф был убежден, что это рождение Божественное. Говоря: бежи во Египет, он не обещал сопутствовать им, внушая этим, что они имеют великого спутника в Младенце. Кроме того, это бегство в Египет подало египтянам повод к тесной связи. Впоследствии все они, приняв евангельское благовестие, весьма хвалились тем, что приняли убегающего Господа.

Стих 13. …И буди тамо, дондеже реку ти: хощет бо Ирод искати Отрочате, да погубит Е[65]. Буди вместо «обитай, находись». Иосиф, слыша это, не соблазнился. Он знал, что все совершается по Домостроительству (Божию), когда Ангелы дают наставления относительно Младенца; посему не должно быть пытливым, не противоречить, но охотно повиноваться тому, что приказывает Бог.

Стихи 14–15. Он же востав, поят Отроча и Матерь Его нощию, и отыде во Египет: и бе тамо до умертвия Иродова: да сбудется реченное от Господа пророком, глаголющим: от Египта воззвах Сына Моего[66]. Иудеи говорят, что изречение «из Египта воззвах сына Моего» сказано об их воззвании. Против них мы скажем, что таков закон пророчества, что многое часто говорится об одних, а исполняется на других. Так, о Симеоне и Левии сказано: разделю их во Иакове и разсею их во Израили[67](Быт. 49, 7), но это случилось с потомками их. Равным образом и эти слова к Иакову: буди господин брату твоему, и поклонятся тебе сынове отца твоего[68] (Быт. 27, 29) – исполнились не на нем, потому что он сам боялся и дрожал и столько раз преклонял колени пред братом своим Исавом, но на потомках его. И сказанное Ноем на Ханаана исполнилось на потомках его. Так и здесь мы говорим. Ибо кто правдивее может назваться Сыном Божиим? Тот ли, который поклонялся тельцу, совершал служение Веельфегору и приносил в жертву демонам своих сыновей и дочерей, – или Тот, Который есть Сын по естеству и равночестен с Родившим?

Об избиении младенцев и возвращении из Египта в Назарет

Стих 16. Тогда Ирод видев, яко поруган бысть от волхвов, разгневася зело…[69]Тогда – когда? Очевидно, после того, как бывшие с Иисусом убежали в Египет. До того времени Ирод был занят другими заботами, как замысел против своей жены и детей, и, по Промыслу Божию, забыл о волхвах, чтобы Младенец мог спастись в Египет. Волхвы, повинуясь Ангелу, возвратились; а он подумал, что они насмеялись над ним, потому что не исполнили того, что он приказал. Но ему следовало не разгневаться, а убояться и поразмыслить, что он напрасно употребляет старание. Прежде он слышал от волхвов, что Рожденного открыла звезда, а потом от первосвященников и книжников, что о Нем предсказали пророки; но он так сильно безумствовал, чтобы открылось его нечестие и безумие.