Урок любви

Глава 1

Первое сентября. День знаний. День, когда каждый из нас делает новый шажок к своему будущему. Не всем этот праздник по душе. И Кириллу раньше не нравилось первое сентября. Пока однажды, стоя среди своих одноклассников, каждого из которых он знал, как свои пять пальцев, Кирилл не увидел в ряду напротив девочку. Девочку, которая затмила собой всё и вся. Кирилл не замечал ничего вокруг, наслаждаясь её лицезрением. Любой другой парень сказал бы, что это была самая обыкновенная девочка, каких миллионы. Любой другой бы не обратил на неё особого внимания. Но не Кирилл. Для него она мгновенно стала самой замечательной. Особенной. Он благодарил судьбу за то, что всё же пришёл тогда в школу. Кирилл считал эту встречу самой главной в его недолгой жизни. Это была любовь с первого взгляда. С первой секунды рядом с ней. Это чувство захлестнуло парня с головой, и он в миг захлебнулся в бескрайних озёрах её глаз. Кирилл ещё никогда не ощущал такое влечение к чему-то или кому-то. Она притягивала его, как магнит страшной силы. Кирилл не мог сопротивляться её чарам и всюду следовал за ней. Но… Не мог подойти и познакомиться с ней. И он ненавидел себя за это. Кирилл одновременно безумно хотел и до ужаса боялся этого. Нет ничего более странного и непредсказуемого, чем человеческая любовь. Кириллу всегда казалось, что она не замечает его, будто он невидимка. Будто он неживой. Будто он лишь её тень. Но Кирилл не хотел быть её тенью. Он хотел быть её светом. Её принцем. Очень-очень важной частью её жизни. Кирилл знал, что она невероятно милая и очаровательная, но остальные упорно не хотели видеть этого. Кирилл считал, что лишь он один во всём мире сможет так полюбить её. Возможно, что так оно и есть. Она стала для Кирилла звездой, при чём для него это была вовсе не метафора. Так она была прекрасна, её далёкий призрачный свет мягко окутывал огромное, по-детски доброе и чистое сердце Кирилла тёплым пледом, что был соткан его судьбой из надежд на светлое будущее. Но пусть его звезда всё время была лишь в паре метров от него, столь тяжело было Кириллу их пройти, что, ему казалось, между ними раскинулась целая вселенная, а его непутёвый корабль летел медленно, убийственно медленно, ведь Кирилл, его капитан и единственный член экипажа, безвозвратно сошёл с ума. Ещё с того самого дня, когда впервые увидел её. Наверное, так бы всё и продолжалось ещё очень долго, пока однажды он бы не выпустился из школы, и ему ни осталось бы ничего, кроме как уезжать в другой город, учиться в ВУЗ…

Глава 2

Но как-то в обычный октябрьский денёк Кирилл, ещё выходя из дома, понял, что сегодня что-то точно произойдёт. И это что-то невероятно взволновало, если не сказать – испугало, Кирилла. Пальцы его тряслись так, словно не дворовой алкоголик, дядя Вася, а он, вчера пил весь день напролёт. Кирилл весь чесался, будто блохастый пёс, и постоянно спотыкался, не в силах идти твёрдым шагом по этой земле, в миг превратившейся в ухабистую лесную дорогу, по которой, казалось, не ступала ещё нога человека. Дойдя всё-таки до школы, Кирилл обнаружил, что пришёл вовсе не в школьной форме, а в узеньких джинсах и красочной футболке, туго обтягивающей его спортивное тело. Представьте, как на него пялились все вокруг. Кирилл готов был трижды провалиться под землю, лишь бы спрятаться от этих взглядов. Они были и осуждающими, и усмехающимися, и просто любопытными, но один взгляд, застывший точно на нём, Кирилл прочувствовал всем своим существом. Его развитая интуиция уже догадалась, кому он принадлежал, но мозг отчаянно пытался не думать о такой возможности, ведь она никогда раньше не смотрела на него, даже если Кирилл "случайно" шёл навстречу ей. И теперь она смотрела на меня так, так… Так, словно смогла наконец разглядеть его высокую фигуру в этом бешеном круговороте детей и подростков, именуемом школой. Так, словно увидела нечто невероятно прекрасное. Это длилось лишь пару мгновений, но Кириллу они показались вечностью, к тому же столь сладкой, что он… Расплакался прямо там, на виду у всех. Хотя на этих самых всех ему всегда было абсолютно наплевать, но среди них была та, кем Кирилл уже очень дорожил, не зная о ней ничего, даже её имени. Только он подумал, что больше уж точно ничего необычного случиться не может, как перед Кириллом неожиданно возникла директриса. Он всегда считался прилежным и порядочным учеником, поэтому никогда не испытывал на себе "счастья" от не слишком весёлого общения с ней в стенах её небольшого кабинета. Кирилл представлял себе его чем-то вроде тайной комнаты или логова древнего чудовища, но это оказалась лишь небольшая комнатка с дешёвым интерьером, подходящим скорее для лабораторной класса, но никак не для кабинета директора школы. Однако одна деталь всё же наталкивала на мысль о директорском кабинете. Это была большая и красивая статуэтка из золота в виде сфинкса. Она украшала своим величественным и благородным видом директорский стол, безукоризненно вписываясь даже в такую небогатую общую обстановку. Но, направив взгляд чуть вправо от стола, Кирилл увидел её. Ту самую девочку, в которую Кирилл так безнадёжно влюблён уже больше месяца, но он с ней и словом не обмолвился за это время. И сейчас она стоит прямо перед ним. Кириллу тогда это казалось самым настоящим чудом. И он только сейчас смог внимательно рассмотреть её глаза. Они были тёмно-карими, а, может, даже почти чёрными. Кирилл словно заглянул в ночную бездну, которая всем своим видом звала его к себе, и он уже не сопротивлялся её неимоверной силе. Кирилл пошёл прямо к ней, не слыша криков разъярённой директрисы, и остановился лишь, когда между ними была от силы пара сантиметров. Кирилл улыбнулся так, словно его рот долгие годы был скован крепкими цепями, и теперь он хотел улыбнуться всему миру сразу, и крепко-крепко прижал её к себе. Но она ни на секунду не испугалась, не оттолкнула его, не начала возмущаться или протестовать. Кирилл увидел ласковую улыбку на её лице, и то, что она потом сказала ему, поразило его до глубины души, словно гром среди среди ясного неба. "Долго же ты боялся подойти и заговорить со мной, мой милый принц…". Слёзы вновь потекли по его щекам ручьями, но теперь это были слёзы не отчаянья, боли или стыда, но счастья. Она начала трепетно вытирать слёзы Кирилла своими ладонями, оказавшимися невероятно нежными и шелковистыми. Кирилл будто попал в рай. Они ещё долго стояли в общем клубке объятий, не в силах оторваться друг от друга.

Глава 3

Когда через пару часов эти двое поняли, что все давно ушли, так и не дождавшись их, то взялись за руки и пошли к ней домой. Уже почти дойдя до двери её квартиры, они поняли, что не знают имён друг друга. Меня Катя зовут. А меня – Кирилл. Дело в том, что для них всё это не имело никакого значения. Ни имена, ни прошлое, ни благосостояние. Это лишь жалкие мелочи по сравнению с тем главным чувством, что их объединяло. Это любовь. Они любили друг друга, а на всё остальное им было глубоко наплевать. Катя вставила в замочную скважину ключ. Когда она проворачивала его в замке, ей казалось, будто он стал неимоверно тяжёлым и огромным, будто это был огромный стальной меч, а не небольшой ключик от квартиры. Всё это потому что Катя невероятно волновалась, ведь родители никогда не позволяли ей не то, что встречаться с парнями, даже просто общаться с ними. Но ОН был с ней, а, значит, всё будет хорошо. Так она себя убеждала. Вдруг Катя почувствовала, как её загребают в охапку руки Кирилла, такие сильные и в то же время по-детски нежные, они творили с ней чудеса. Тут же Кирилл начал осыпать её тонкую шейку многочисленными поцелуями, ежесекундно переходя от сильных и жадных к робким и нежным. Катя хотела попросить его остановиться, ведь она уже открыла дверь, и, если родители сейчас увидят их, ей несдобровать, но была не в силах сделать этого, полностью отдавшись чувствам, захлестнувшим их. Катя начала шептать его имя и слова любви. Они уже стали сливаться в едином сиянии их первой любви друг к другу, и теперь уже нельзя было точно сказать, где и кто из них это был. Они словно стали одним целым. Послышался треск разбитой чашки. Это мама Кати, увидев происходящее, опешила и уронила чашку с только что заваренным чаем. Через каких-то несколько мгновений рядом с матерью возник и отец. Его глаза запылали яростью, ноздри бешено ходили туда-сюда, казалось, он сейчас взорвётся и растопчет всё на своём пути. Но того, что произошло в следующую секунду, не ожидал никто. Отец ударил Катю. Грубо. Жестоко. Кулаком прямо по тому лицу, которое только что так жадно целовал Кирилл. Тот взвыл и ринулся на отца Кати. Но Катя вскрикнула, она стала умолять их остановиться, и это отрезвило их. Они начали приходить в себя. И только сейчас они поняли, что не видят мать Кати. Она лежала на полу в коридоре. Рядом с ней сейчас лежала разбитая чашка, которая лишь одиноко наблюдала за всем, что только что происходило, и вспоминала все моменты, проведённые с её хозяйкой, Катиной мамой. Если бы посуда только могла плакать, эта разбитая чашка сейчас разразилась бы нескончаемым потоком горьких слёз. Она бы безнадёжно рыдала, сетуя на свою незавидную судьбу. У Катиной матери случился инфаркт. В больнице ей назначили немедленное проведение операции. Как потом сказали врачи, инфаркт миокарда спровоцировал сильный стресс, что при её хрупком здоровье и наследственной предрасположенности к инфарктам, было не слишком удивительно для врачей, но не для её семьи. И Катя, и её отец так и не уходили из больницы, оставаясь даже ночевать там же, в ожидании конца операции.

Глава 4

В машину скорой помощи Кирилла не пустили, ведь он не родственник пострадавшей, поэтому в больницу всё-таки смог попасть только на следующее утро. Но когда Кирилл был там и подошёл к Кате, её отец спал. Он попытался успокоить её и одновременно извинялся, понимая, что, если б не он, всего этого не было бы. Однако понимала это и Катя. Сначала она просто молча слушала его, а потом слёзы вдруг побежали из её глаз. Кирилл хотел подойти к ней, чтобы приласкать, но Катя прогнала его. Она обвинила Кирилла во всём произошедшем. Сказала, что из-за него её мать может умереть. Кирилла её слова и поведения ударили, будто оголённый провод под высоким напряжением в дождливую погоду. уже не понимал, что происходит. Шёл, толком не разбираюсь, куда он идёт. Неожиданно, идя по какой-то совершенно незнакомой улице, Кирилл услышал, как кто-то настойчиво зовёт его. Он вдруг подумал, что это Катя пошла потом искать его и смогла всё-таки найти, и безумно обрадовался, уже приготовившись припасть к её тёплой груди. Но это была не Катя. Рядом стояла одноклассница Кирилла – Юля. Когда-то она ему нравилась. Они были друзьями детства, но в средней и старшей школе почти перестали общаться. Юля стала популярной в школе. Она была весёлой, смелой и независимой, но главное – очень красивой. А Кирилл хоть и был парнем неглупым, внешность его тоже была довольно привлекательной, но всё же считался большинством его сверстников просто странным чудиком. Конечно, ведь его не интересовали никакие девушки, с одноклассниками он почти не разговаривал, а с учителями никогда не спорил, соглашаясь с каждым их словом. Так они все думали. Но на самом деле его интересовала одна девушка – Катя. А не разговаривал он почти ни с кем из-за того, что в детстве на его дом было совершено вооружённое нападение. Какие-то отморозки решили быстро получить куш с его семьи, которая была и, правда, довольно богатой. Но что-то пошло не так, и преступники в ходе ограбления перессорились, а под горячую руку попали родители Кирилла. Они умерли прямо там, на глазах у шестилетнего мальчика. И пусть на его физическом здоровье это никак не отразилось, но Кирилл тогда получил сильнейшую психологическую травму. С тех пор он стал замкнутым, одиноким и… Очень холодным. Так было до того самого момента, когда Кирилл впервые увидел Катю. Его сердце впервые с той трагедии вздрогнуло. Дыхание впервые стало прерывистым. Он почувствовал очень странное ощущение. Словно только что понял: он живой. Кирилл стал чаще говорить и иногда даже пробовал улыбаться. Тогда его вновь заметила Юля. Привыкнув к своему статусу местной королевы, она захотела получить его. Нет, она не любила его, а лишь хотела поиграть и, когда эта новая игрушка ей наскучит, выкинуть, даже не задумываясь. Однако Кирилл был верен своим чувствам к Кате, имя которой он, честно говоря, тогда не знал, и не резко отказался от предложения Юли. Та была в ярости. Как какой-то чудик мог отказать ЕЙ!!! Уму непостижимо. Между нами говоря, этого самого ума у неё толком и не было. И сейчас Кирилл снова встретил Юлю. Её родители уехали в командировку, и она предложила пойти к ней домой. В любых других условиях Кирилл бы ни за что не согласился, но сейчас… После того, что произошло, он уже не отдавал отчёта своим действиям. Кирилл всё делал, будто был сейчас во сне. Его совесть и сердце были поглощены тьмой, печалью, болью и тоской. Потому он всё же согласился. Уже через каких-то пару минут они подъехали к роскошному особняку. Сразу было видно, что в него была вложена бешеная сумма. Кирилл даже немного растерялся от величия представшей пред ним картины. Ему этот дом больше казался похож на изящный дворец восемнадцатого века, чем на чью-то дачу.

Глава 5

Но Юля не дала ему опомниться и повела за собой. Она тут же начала осыпать Кирилла поцелуями и стягивать с себя одежду, но у Кирилла вдруг призывно зазвонил телефон. Этот звонок оказался для него спасительным. Это была Катя. Она стала извиняться пред Кириллом, попросила его вернуться. Юля бросила на Кирилла непонимающий взгляд. Да что он творит? Юля уже потянулась к ремню на штанах Кирилла, но он мигом оттолкнул её. Ему нужно было идти к своей принцессе. Кирилл за доли секунды вспомнил всё. Всё, что он к ней чувствует. И что она чувствует к нему. Его сердце будто пробудилось от тяжкого сна. Он понёсся в больницу со всех ног. Всё снова будет хорошо. Они со всем справятся. Как хорошо, что он не успел совершить роковую ошибку. В голове Кирилла сейчас был целый круговорот мыслей и эмоций. И вот он уже вбегает по ступенькам в больницу, где лежала мать его любимой. К его великому облегчению вся их семья сейчас сидела в палате Марины Семёновны, мамы Катеньки. Катя и Кирилл мгновенно бросились друг к другу, всячески ласкаясь и шепча слова любви. Её родители лишь улыбнулись. Они никогда не давали Кате сблизиться с парнем, потому что боялись, что их единственной дочери сделают больно. Но сейчас они поняли, что нельзя всегда держать дочь в ежовых руковицах, да и Кирилл её сильно любит. Их любовь оказалась сильнее обстоятельств…