Злой и коварный демон Буратино. Часть I

От автора

(Буквально несколько слов об истории создания книги.) Идея написать книгу о Злом и коварном демоне Буратино пришла мне на ум еще в 1995 году. Тогда на свет появились три рассказа: "Метаморфоза", "Лифт", "Новогодние казусы" и начало мини-повести "Жертва нашего времени"; а также моим другом Сергеем Лисенковым был нарисован логотип "Квадратный Буратино", который вы теперь можете лицезреть на обложке. Потом я забросил работу по причине отсутствия свежих идей касательно данной темы. Однако в 2010 году меня вновь посетило вдохновение, благодаря чему на свет появились рассказы: "Биржевой маклер", "Мистерии Египта, или араб обалдуй", продолжение мини-повести "Жертва нашего времени" и небольшой набросок к пьесе "Поп на карнавале". Дальше дело опять застопорилось, вплоть до середины 2020 года, пока я, наконец, не осознал, что эту книгу во что бы то ни стало надо завершить, иначе чувство неудовлетворенности не даст мне покоя до глубокой старости.

Примерно в то же самое время моя старшая дочь Ксения Белова загорелась желанием проявить себя в роли художника-иллюстратора и вплотную занялась созданием юмористических рисунков по сюжетам историй, рассказанных ей перед сном. Возможно, благодаря дочери ситуация приняла настолько стремительный оборот, что следующие рассказы не заставили себя долго ждать, начав выходить из-под "пера" один за другим и тем самым дав возможность задуматься о выпуске второй части книги. "Морской дьявол", "Кукла", "Потрясные Галюны", "Летающий остров", окончание мини-повести "Жертва нашего времени" и пьеса "Поп на карнавале"– вот лишь малая часть того многообразия, что мне удалось сочинить о Злом и коварном демоне Буратино в период с 2020 по 2021 год; и разумеется, на момент выхода первой части произведения, работы по-прежнему остается непочатый край. Уж слишком много мыслей породил этот забавный персонаж, обладающий непревзойденной изворотливостью, наряду с детским обаянием, чтобы ставить на нем жирную точку.

Теперь о главном. Так как рассказы создавались в разное время, они отличаются друг от друга по стилю написания. Убедительная просьба отнестись к этому с пониманием и не обрывать чтение на середине книги, а дочитать ее до конца. Обещаю, с каждой следующей страницей история похождений Буратино будет становиться все интересней и интересней, пока не выльется в самое настоящее эпическое повествование, открыв миру уйму секретов, касающихся параллельных измерений.

И в заключение, согласно сложившейся традиции, когда автор выражает своим друзьям и близким благодарность, хочу выделить следующих людей:

Свою жену Татьяну Артамонову за то, что подстегивала меня изо дня в день, избрав в качестве пряника любовь, а в качестве кнута – пресловутый скептицизм.

Свою дочь Ксению Белову за то, что стала одной из первых моих читательниц (естественно, части рассказов, в связи с возрастным ограничением), а также за создание иллюстраций.

Свою дочь Дарью Белову за то, что своей милой улыбкой озаряла мне путь во тьме. (Она у меня еще маленькая.)

Свою маму Елену Юрьевну Белову за привитую с раннего детства любовь к чтению.

Своего отца Евгения Белова за помощь в освоении военного дела. (Хотя я не пошел по его стопам, он успел снабдить меня массой полезной информации о тактико-технических характеристиках различного вооружения.)

Свою любимую бабушку Валентину Васильевну Белову за привитую с раннего детства любовь к устному народному творчеству.

Своего брата Михаила Белова за поддержку в любых начинаниях.

Своего брата Павла Батищева за помощь в редакции книги на первых порах. (Он у меня еще тот литератор, и мимо него ни один словесный ляп не проскочит.)

Своего племянника Григория Белова за то, что уродился хорошим парнем.

Своего редактора Ирину Рощину за стойкий и самоотверженный труд, идущий рука об руку с невероятной усидчивостью. Уж кто-кто, а она настоящий знаток своего дела.

Своего друга Сергея Лисенкова за создание логотипа и неповторимого "деревянного" шрифта, являющегося лицом книги.

Своего друга Сергея Буланкина за создание неповторимых речевых оборотов, которые были использованы мной при написании первых рассказов.

Алексея Николаевича Толстого за создание такого удивительного персонажа, как Буратино. (Я имею в виду именно Буратино, потому что Пиноккио ему и в подметки не годится. Пиноккио по сравнению с Буратино – просто мальчишка с грязной попкой.)

Даниила Хармса за то, что он стал моим главным наставником. (Уверен, его дух постоянно витает где-то поблизости, нашептывая в ухо дельные советы.)

Антона Павловича Чехова за показанный пример, как следует правильно оформлять пьесы.

Писателей: Герберта Уэллса, Рэя Бредбери, Станислава Лема, Ричарда Матесона и Артура Кларка за привитую любовь к научной фантастике.

Писателей: Жюля Верна, Марка Твена, Джека Лондона и Эдгара Берроуза за привитую любовь к приключенческим романам.

Владимира Маяковского за привитую любовь к поэзии.

Астрофизика Стивена Хокинга за предоставление пассивной помощи в изучении проблем, связанных с телепортацией.

Составителей учебника по астрономии за десятый класс, который я прочитал в девятилетнем возрасте аж несколько раз подряд.

Черный Космос за чудесную роскошь побыть живым. (Это я опять о Рэе Бредбери.)

Карла Маркса за написание такой великой книги, как "Капитал".

Владимира Ильича Ленина за становление в России, пусть и ненадолго, советской власти – самой честной и справедливой власти за всю историю человечества. (Хотя, если бы она сейчас существовала, мне вряд ли удалось издать свою книгу. Вот такой вот парадокс.)

Товарища Иосифа Виссарионовича Сталина за наше счастливое детство.

Как видите, список можно продолжать до бесконечности. Рука писать не устанет. Приношу глубочайшие извинения тем, чьи имена в него не попали, но имейте в виду, что я вас всех помню и за всеми слежу. Постойте, неужели никто не заметил ничего подозрительного? Открою страшную тайну: как только пошло перечисление вождей пролетариата, книга уже началась. Спасибо за внимание! И приятного вам чтения!

Ах да, совсем забыл сказать: средь рассказов спрятано несколько стихов, сочиненных мной на заре моего творчества, которые идеально вписываются в общую картину повествования. Не забудьте с ними ознакомиться. Теперь все…

1. Штучки-дрючки из ада

Введение в демонологию нового порядка, подразумевающую под собой использование нестандартных методов борьбы с нечестивцами, проявляющими неуважение по отношению к своим ближним.

В тот знаменательный день у работников ада было дел невпроворот. Еще утром сверху прислали большую партию грешников, и никто не знал, куда их всех распихать, а также откуда набрать столько поленьев для растопки котлов, имеющих в отдаленных пластах Земли особую ценность, потому что там не произрастает ни одного мало-мальского дерева. И действительно, с чего бы деревьям произрастать в тех местах, где температура достигает тысячи градусов по Цельсию? При такой агрессивной среде дохнут даже бактерии, которые страсть как обожают удивлять остальных живых существ своей невероятной выносливостью. Правда, их защитные свойства больше заточены на борьбу с желудочным соком того или иного организма, но это уже к делу не относится. Достаточно самого факта смерти вблизи раскаленного ядра планеты, подтверждающего теорию, что геенна огненная служит отнюдь не для праздного веселья и что право туда попасть дается лишь исключительным личностям, обладающим незаурядным складом ума.

Вот и сегодня среди вновь прибывших едва ли можно было найти хотя бы одного простачка с душой нараспашку. Наоборот, контингент подобрался самый что ни на есть пропащий. В чем довольно скоро убедился черт-сотник, появившийся на длинной каменной платформе, объятой со всех сторон голубыми языками пламени. К тому времени черти-подмастерья успели приволочь из закромов недостающие котлы и вскипятить воду при помощи жидкой лавы, тем самым предоставив грешникам возможность принять свои первые термальные ванны.

– Все готово, Ваше стократное величие! – хором произнесли рогатые чернорабочие с темным волосяным покровом в области таза, заприметив старшего собрата, чинно спускающегося по лестнице, возникшей из ниоткуда.

Сотником его звали потому, что он отвечал за сотню котлов, находящихся в данном межплиточном разломе Земли, и являлся счастливым обладателем рыжей растительности, а не потому, что властитель ада назначил ему соответствующее число помощников. Будь их хоть тысяча, звание от этого не изменилось бы, так как подземная иерархия не блистала разнообразием.

– Молодцы, я обязательно сообщу о вашей расторопности руководству и, возможно, кого-то из вас ждет долгожданное повышение.

– Рады стараться! – раздались восторженные голоса. – Да здравствует преисподняя! Да славится наш бессменный лидер Люцифер, чей грозный лик призван вселять в сердца простых смертных неподдельный ужас!

– Ну, хватит заискивать перед Его Рогатым Великолепием, черти вы эдакие! Пора познакомиться с нашими новичками. Ведите меня к ним, чтобы я мог пересчитать их по головам и свериться со списком предварительной записи.

Сгрудившись возле сотника, подмастерья засеменили мелкими шажками в сторону ближайшего котла, откуда доносились истошные вопли несчастного бедолаги, имеющего неосторожность схлопотать срок уж совсем в отдаленном месте, которое закоренелые преступники не в состоянии даже себе вообразить.

– Спокойно, дружище! – поспешил внести ясность сотник. – Это все с непривычки. Уверяю, скоро ты свыкнешься и болезненные ощущения сойдут на нет.

– Как можно свыкнуться с таким адскими муками? – продолжил вопить бедолага, высунув раскрасневшуюся физиономию из котла.

– Очень просто. Достаточно взглянуть на остальных. В отличие от тебя, они ведут себя смирно, или, если быть точнее, смиренно, стойко снося назначенное им наказание. Кстати, неплохо было бы узнать, за что ты сюда загремел?

– Перед вами, Ваше стократное величие, – начал один из чертей-подмастерьев, пробежав глазами по листку бумаги, исписанному таинственными закорючками, – отступник от общепринятого уклада жизни, насаждающий повсеместно технические новшества, призванные упростить ручной труд смертных и, следовательно, сократить их количество.

– Что можешь сказать в свое оправдание? – спросил бедолагу черт-сотник, тоже взглянув на листок бумаги.

– Но ведь это не является преступлением! Технические новшества призваны двигать прогресс вперед!

– Так-то оно так. Однако, прежде чем внедрять на производстве какие-либо новинки, стоит задуматься о том, куда девать освободившихся работников, поскольку из-за потери рабочих мест им придется умереть от голода раньше времени, что влечет за собой уменьшение числа потенциальных кандидатов на звание грешника.

– О каких работниках идет речь? Я же занимался строительством пирамид.

– Вот именно. Раньше многотонные каменные блоки тягали триста с лишним рабов, а теперь, благодаря рычажному крану, изобретенному тобой, это под силу всего лишь пятидесяти рабам.

– И где здесь работники? Неужели вы имеете в виду тех безвольных тварей, чей удел влачить жалкое существование в тени наместников фараона?

– А разве рабы не люди? Лично для нас вы все едины, вплоть до цвета кожи. Скажи спасибо, что за твое прегрешение тебе назначили срок в пятьсот лет. Будь моя воля, я бы непременно его удвоил.

– Переходим к следующему котлу? – поинтересовался черт-подмастерье, вновь скосив взгляд на листок бумаги.

– Да, переходим, – согласился черт-сотник, отвернувшись от отступника. – К нему вопросов больше нет. Пусть варится дальше.

– Теперь вашему вниманию мы готовы представить правозащитника, который защищал исключительно права богатых, даже если те были виноваты. Разумеется, за соответствующую плату.

– Я действовал в рамках закона и ни разу за них не вылез, – подал голос правозащитник, – поэтому требую повторного слушания дела с привлечением присяжных. Иначе все, что вы творите, можно смело отнести к произволу, не имеющему ничего общего с судом.

– Какая разница? – засмеялся черт-сотник, возведя руки вверх. – Закон, провозглашенный группой жалких пройдох, стоящих во главе государства, чистая фикция по сравнению со всеобщей справедливостью, установленной создателем всего сущего во вселенной, следовательно никто из нас не чинит произвол, когда подобные тебе попадают сюда. Посему считаю срок в тысячу лет достойным наказанием за твое стремление угождать богачам в ущерб малоимущим.

– Третью грешницу величают баламуткой, – произнес черт-подмастерье, отойдя от котла с правозащитником.

– О, это уже интересно! И кого же она баламутила?

– Односельчан.

– А поподробнее.

– Списала трехнедельную засуху, грозящую потерей урожая, на проделки ведьмы и обвинила в колдовстве ни в чем не повинную женщину, за что ту вскоре сожгли на костре, дабы унять гнев богов.

– Что за вздор! Людям не дано повелевать силами природы!

– Неправда! – воскликнула баламутка, чуть ли не выпрыгнув из котла. – Ведьмы существуют, и с ними следует обходиться самым жестоким образом!

– Тогда почему ее нет среди вас? – спросил черт-сотник, пройдясь взглядом вдоль каменной платформы. – Думаешь, мы тут в бирюльки играем и не разбираемся в сути вещей?

– У бедняжки на попечении находилось три ребенка, – добавил черт-подмастерье, отвесив баламутке увесистую оплеуху за пререкательство со старшими. – Боюсь предположить, что с ними стало потом.

– Тоже предали огню, ведьмино отродье! – процедила сквозь зубы упертая грешница, уйдя от греха подальше с головой под воду.

– И за все про все ей дали двести лет? – возмутился черт-сотник, топнув от обиды копытом.

– Да.

– Завтра же подам властителю ада петицию об увеличении срока до двух тысяч лет с последующей сдачей экзамена по прикладной физике.

– Отличная мысль, Ваше стократное величие! Пусть только попробует получить неуд. Ха-ха-ха! Останется на второй срок!

– Кто в четвертом котле?

– Мздоимец, взимающий плату за все подряд без малейшего зазрения совести.

– Я здесь совершенно случайно, – слетело с уст здоровенной ряхи весом не менее двадцати килограмм. – Но если вы считаете иначе, готов преподнести каждому щедрое вознаграждение за возвращение меня обратно в мир живых. Как вам такое предложение?

– Озвучь точную цену, – почесал затылок черт-сотник, одновременно изобразив на лице глубокую заинтересованность.

– Пятьсот золотых монет на брата.

– А не жалко?

– Ни капельки. Ведь Бог велел делиться.

– И на кой они нам сдались?

– Сможете купить любую вещь, какую только пожелаете. Дорогой наряд, породистую лошадь или даже наложницу, согласную на все, лишь бы не быть отстеганной плетью за непослушание. Представляете, будете хвастаться перед другими чертями тем, чего у них в помине не водилось. К слову о наложницах, могу порекомендовать отличный рынок, где за пятьсот монет можно приобрести сразу пять очаровательных созданий самого высочайшего качества. Молодых, стройных и невинных.

– Невинным сюда путь закрыт. Что касается остального добра, то никто из нас не отягощен чувством собственничества, поскольку мы обладаем даром воспроизводить материальные ценности в бесконечном количестве.

– Уму непостижимо! Зачем же вы тогда работаете? Не проще ли подняться на поверхность да провести в праздном веселье целую вечность?

– Нам и здесь весело. Причем настолько, что слезы на глаза наворачиваются.

– От чего именно?

– От вида твоих страданий, зажравшаяся ты свинья, кому предначертано судьбой томиться на медленном огне семьсот лет кряду. В данном случае считаю такое наказание справедливым.

Развернувшись к мздоимцу спиной, черт-сотник направился к пятому котлу, где притаился безжалостный надзиратель, заставлявший своих подчиненных горбатиться в поле под палящим солнцем все дни напропалую, включая положенные им по закону выходные. Дескать, работа превыше всего и тратить время на отдых непростительная роскошь. Лучше вкалывать не покладая рук от зари до зари, тем самым внося существенный вклад в общее дело.

– И что же мне с тобой делать?

– На вашем месте я бы скостил срок.

– С какой стати?

– Вам ли не знать о том, как облагораживает труд человека.

– Согласен, действительно облагораживает. Однако помимо труда, людям еще нужно заботиться о семье. А когда им этим заниматься, если они вынуждены проводить большую часть времени вдали от дома?

– При чем вообще тут семья? В мире существуют вещи поважнее.

– Тоже спорить не стану. Существуют. И одной из таких важных вещей является содержание в адском пламени тех, кто препятствует продолжению человеческого рода, из чего следует, что ты застрял у нас надолго. Скажем, лет на пятьсот. Ха-ха-ха!

– Позвольте! Разве можно обвинять человека в его тяге к работе?

– Нет, нельзя. Зато обвинять человека в его тяге склонять к работе других еще как можно. Впредь советую быть более сдержанным и не озадачивать людей свыше установленного срока, иначе попадешь сюда снова.

Подойдя к шестому котлу, черт-сотник сам озадачился, потому что в нем плавал душегуб, сосланный в ад на веки вечные.

– Они что там все наверху с ума посходили? – выкрикнул он, не сдержавшись. – Это же против правил!

– Так ведь душегуб, – попытался объяснить черт-подмастерье. – Почти сорок девушек со света изжил. Сущий дьявол.

– Вижу, что не ангел. Но только зачем насовсем присылать? Теперь у нас один котел будет постоянно занят.

– Не обязательно. Его можно временно к кому-нибудь пристроить. И так до тех пор, пока не наступит апокалипсис.

– Молодец! Хвалю за смекалку! Что бы я без тебя делал? Предлагаю немедленно осчастливить новым соседом баламутку. Уверен, из них получится замечательная пара. Может, потом еще и свадьбу сыграем.

– Не терпится посетить. Чур, я буду сразу у обоих шафером!

Залившись истерическим смехом, несколько крепких чертей, имеющие, помимо темного волосяного покрова в области таза, тонкие козлиные бородки, бросились выполнять поручение старшего собрата, а черт-сотник со своим помощником и остальными подмастерьями отправились знакомиться с седьмым грешником по профессии зазывала.

– Ну, и с чем едят сей экземпляр? – пошутил сотник, выставив перед собой листок. – Зазывал народ в лавку уличного торговца сладостями, выдумывая небылицы про его товар?

– Совершенно верно, Ваше стократное величие! – утвердительно закивал головой помощник. – В результате тридцать человек отравились несвежей чурчхелой, отдав концы на следующий же день. И стоит заметить, основной их костяк состоял из невинных детишек в возрасте от пяти до десяти лет.

– Какая неслыханная дерзость! Посягнуть на жизнь будущих грешников.

– При чем здесь я? – тоскливо произнес зазывала, надеясь снискать снисхождение у черта-сотника. – Товар был не мой. Пусть торговец и отвечает за свои промашки.

– Не сомневайся, после смерти он обязательно за все ответит. Однако речь сейчас идет не о нем. Скажи, ты знал, что чурчхела испорчена?

– Нет, не знал.

– Точно?

– Да, точно. Клянусь всеми святыми!

– Что ж, тогда вылезай из котла и катись отсюда к чертовой матери.

– Вы серьезно?

– Ага! Мы невиновных людей держать в аду не намерены, поскольку количество котлов ограничено. Да и к чему нам невиновные, когда вокруг полным-полно плутов и мошенников?

– Спасибо! Век вас буду помнить!

Придя в дикий восторг, зазывала оттолкнулся обеими ногами от дна котла, всплыл целиком на поверхность и попытался перемахнуть через его закоптившийся бортик.

– Хотя нет, погоди! – внезапно воскликнул черт-сотник, ударив себя ладонью по лбу. – Насчет века вышло небольшое недоразумение. Как у вас там говорится? Незнание закона не освобождает от ответственности?

– При чем здесь закон?

– А при том, милый мой, что сперва тебе стоило лично убедиться в качестве товара и уже потом зазывать народ в лавку для дегустации.

– Иными словами, – подвел итог черт-подмастерье, – наш друг прибегнул ко лжи ради наживы, так как торговец обещал ему за работу крупное вознаграждение.

– Полезай обратно, тупая ты башка! – рявкнул черт-сотник, надавив задранным копытом на плечо зазывалы. – Вместо одного века будешь бултыхаться в котле шесть веков. Все согласно протоколу. И еще нам не мешало бы укоротить твой длинный язычок, чтобы он не молол чушь.

– Это запросто можно устроить, – выкрикнули крепкие черти с бородками, оторвав взгляды от баламутки и душегуба, уютно разместившихся в котле друг напротив друга.

– Действуйте! Флаг вам в руки! А мы пока поглядим на восьмого гостя.

– С большим удовольствием! Сейчас только за клещами сбегаем.

– Зачем вам клещи? Выдирайте так, наживую. Нечего с ним цацкаться.

– Настаиваю на клещах, – запричитал зазывала, испугавшись предстоящей экзекуции, обещающей превратиться в нестерпимую пытку.

– Что-что? Не слышу! Можно выражаться более внятно? Ха-ха-ха! Ведь скоро ты вообще выражаться не сможешь.

Оставив зазывалу наедине с экзекуторами, черти двинулись к следующему котлу, из которого наружу вырывались жалобные всхлипы великовозрастной дамы, чье морщинистое тело покрывала белоснежная туника.

– Итак, кто тут у нас? – вкрадчивым голосом произнес черт-сотник, тем самым выказывая женщине уважение.

– Активистка! – без запинки отчеканил черт-подмастерье, предварительно сверившись с листком.

– В чем заключается ее вина?

– Организовывала собрания, посвященные защите окружающей среды.

– Ого, это что-то новенькое. Где же здесь кроется подвох?

– Подвох кроется в причине организации собраний. Прикрываясь благими намерениями, она преследовала сугубо личные интересы.

– Какие именно?

– Дело в том, что один очень жадный до денег землевладелец однажды решил насолить своему соседу с целью захвата рынка сбыта пшеницы и не нашел ничего лучше, как нанять активистку для ведения подрывной деятельности, приведшей в итоге к наложению запрета на осваивание близлежащих полей. Якобы сельскохозяйственные работы наносят природе непоправимый вред, следовательно расширять границы возделываемой территории крайне опасно. Разумеется, соседу не удалось собрать достаточное количество урожая, позволяющее устанавливать на него желаемую цену, что привело беднягу к банкротству.

– Хитро придумано. Прямо вершина мошеннической мысли.

– Но природа действительно требует к себе бережного отношения! – заверещала великовозрастная дама, смахнув с лица то ли слезинки, то ли капельки пота.

– К твоему случаю это не относится, даже если ты пыталась попутно воспрепятствовать уничтожению нетронутой целины. Корысть перечеркивает любые благие начинания, вплоть до спасения редких видов животных. А стало быть, мы обязаны воздать тебе подобающие почести в виде наподдания жара.

– Не получится, – встревоженно воскликнул черт-подмастерье, указав пальцем вниз. – По крайней мере, в ближайшее время.

– Почему?

– Нельзя заливать под котел много лавы, иначе он расплавится. Предлагаю дождаться возвращения Адского Лесничего, отправившегося наверх за березовыми дровами.

– Ладно, подождем. Только чем ему дрова из секвойи не угодили? От них же жара больше.

– Крупные секвойи давно все повырубили, а молодняк пока трогать не стоит. Пусть маленько подрастет. Скажем, пару тысяч лет.

– Ловлю на слове! По окончании срока обязательно по поводу этого напомню! – заулыбался черт-сотник, подмигнув великовозрастной даме правым глазом. – Как видишь, дорогуша, среди чертей тоже есть гуманисты. Так что не надо на нас зря поклеп возводить.

– Еще один котел остался, Ваше стократное величие! – напомнил черт-подмастерье, проследив за взглядом старшего собрата, собирающегося двинуться в сторону лестницы.

– Разве? – удивился тот, обратившись к записям на листке. – Тут вроде восемь числится.

– Там плавает странный тип с длинным носом, которого мы не можем идентифицировать.

– Странный тип, говоришь?

– Да, тип.

– С длинным носом, говоришь?

– Да с носом.

– Ну, пойдем пообщаемся с ним, – повернувшись лицом к последнему котлу, черт-сотник сделал несколько шагов и вдруг застыл на месте, осененный внезапной идеей. – Что касается активистки, то организуйте для нее, пожалуйста, венок из злаковых колосьев. Мне кажется, он придется весьма кстати.

– Непременно! – захохотали черти, уловив в его голосе нотки иронии.

Лишь прозорливый ум мог до такого додуматься – украсить голову грешницы тем, благодаря чему та провалилась после смерти в преисподнюю. Когда же очередь дошла до странного типа с длинным носом, всем стало не до смеха. Мало того, что внутри котла никого не оказалось, так еще вокруг были разбросаны кучи опилок, как будто кто-то решил ради забавы превратить ад в лесопилку. Вот уж и вправду наглость, не имеющая границ. Да за подобные выходки можно с легкостью схлопотать дополнительный срок, помноженный на три.