Якутские национальные вооружённые формирования в гражданской войне 1917-1923 гг.

1. РОССИЯ И ЯКУТИЯ: СОЦИАЛЬНЫЙ АСПЕКТ

В начале ХХ века Якутия являлась далёкой областью Российской Империи в составе Иркутского генерал-губернаторства. В начале ХХ века на Лену устремились крупные иркутские купцы, монополизировавшие пароходное сообщение и меховую торговлю. Вслед за ними в Якутск устремился ряд более мелких хищников, пытавшихся нажиться на торговле с туземцами. На территории области действовали три пушные (Якутская, Олёкминская и Анюйская) и четыре торговых ярмарки. Благодаря усилиям областного начальства, через Якутск шёл основной объём пушнины. Кроме них, якутская пушнина появлялась на прилавках Иркутска, Кяхты и Нижнего Новгорода. На территории Якутии золото добывалось в южной части и в бассейнах рек Вилюй и Олёкма. В верховьях Лены оперировала компания «Лензолото», которая концентрировалась на россыпях Бодайбо. На Вилюе оперировали предприниматели Амурской области, которые в конце XIX в. освоили ряд площадей в бассейне р. Сутан. В следующем десятилетии Верхнеамурская компания, которую в Якутии представлял Я.Д. Фризер, завладела всеми золотыми приисками Учурского района. Также золото было обнаружено старателями в Тимптонском районе, где возник богатый прииск Лебединый.

В начале ХХ века транспортировка грузов и пассажиров осуществлялись по семи почтовым, семи земским и шести торговым трактам. Главным из них являлся Иркутский почтовый тракт, функционировавший круглогодично. Летом он обслуживался речным, а зимой гужевым транспортом. Добыча золота нуждалась в крупных объёмах перевозки продовольствия, строительных материалов, топлива и машин. Вьючный транспорт, маломерные гребные и сплавные суда не справлялись с поставленными объёмами транспортировки и были вытеснены паровым флотом. Если в начале XX века речной флот на Лене имел всего 11 пароходов, то в 1917 году он вырос до 38 грузовых пароходов и 113 барж96 общей грузоподъёмностью в 21000 тонн97. На них через пристани верхней Лены в Якутию ежегодно ввозились около 3,7 млн пудов грузов. Из этого количества в Якутск прибывало чуть более 1 млн пудов грузов, в то время как остальные оседали на берегах Лены и её притоков. Из мест выгрузки доставленные товары развозились по всей области с установлением зимнего санного пути. В обратный путь пароходы грузились продукцией Якутской области, в основном, рыбой, шкурами, мехами и золотом. В 1904 г. количество телеграфных контор достигло двенадцати, и через них местные купцы стали осуществлять свои операции, увеличившие их оборот во много раз.

Улучшение коммуникаций региона повлекло экспансию крупного российского капитала. Крупные купцы и промышленники Якутской области, которых можно отнести к крупной буржуазии, представляли узкую группу семей. Несмотря на погоню за прибылью и неприкрытую алчность, они в целом, решали жизненно важные для края вопросы ежегодного завоза товаров, скупки и вывоза местных продуктов и пушнины, сбыта их на российском и зарубежном рынках. Обороты торгового капитала развивали транспортную инфраструктуру и инициировали рост товарного производства в традиционном секторе экономики, способствуя появлению крупной буржуазии среди якутов. Так, самый богатый якут того времени Г.В. Никифоров (Манньыаттаах

уола

)

имел комиссию у московской фирмы

«

Шептунов и Скачков

». Он

успешно конкурировал с «Наследниками А.М. Кушнарева», крупнейшим торговым домом Якутска

.

Среди якутов появились не только торговые подрядчики-компрадоры, но и успешные промышленники Сохранившиеся данные позволяют говорить о появлении крупных аграрных хозяйств, в которых достаточно успешно применялись технические и агрономические достижения. Наиболее известным из них было хозяйство С.П. Барашкова из Качикатского наслега Восточно-Кангалаского улуса.

Сибиряковская экспедиция зафиксировала факт постепенного отмирания родоплеменных структур в связи со снижением социально-экономической роли традиционных тойонских родов. Якуты, окончательно перебравшиеся в города, также занимались ремёслами. Всего же к 1916 году в Якутской области существовало до 30 различных видов местных ремесел и промыслов и две сотни ремесленников. По своей продукции они делились на промыслы для собственного хозяйства (треть от общего числа), на вольную продажу (пятая часть) и промыслы по заказу(остальные). Таким образом, для большинства умельцев: кузнецов, плотников, столяров, скорняков, резчиков по кости и сапожников ремеслом было подсобным занятием.

Якутская областная гражданская администрация резонно полагала, что её успешное освоение невозможны без создания соответствующего культурного пространства и «обрусения» инородцев. По этой причине она всесторонне поддерживала местные инициативы, связанные с духовным и культурным просвещением населения. Власти всячески способствовали открытию новых школ и библиотек и содействовали обустройству общественного собрания в Якутске. В нём возник кружок местной русской интеллигенции, который знакомил с современными произведениями театрального и музыкального искусства. При губернаторе В.Н. Скрыпицыне женская и мужская прогимназии были преобразованы в гимназии, благодаря чему для якутов стало доступно среднее образование.

Областная администрация, зависевшая от поставок хлеба из Иркутска, стремилась развивать земледелие, что привело к открытию сельскохозяйственной школы с земледельческой фермой. Подготовка специалистов требовала повышения общеобразовательного уровня жителей области, в частности, учителей, для чего были открыты педагогические курсы. Другим решением кадровой проблемы были послабления образованным политическим ссыльным, которые познакомили якутскую учащуюся молодёжь с социалистическими идеями. Так, Емельян Ярославский создал в Якутске кружок «Юный социал-демократ», через который прошли многие представители якутской учащейся молодежи, который оказал влияние на будущих лидеров советской Якутии П.А. Ойунского87 и К. Амосова.

Якутский губернатор Крафт добился выделения 26 стипендий для обучения якутских детей75. Под его покровительством на территории области проводились географические и этнографические изыскания, завершавшиеся изданием их результатов и позволившие сохранить уникальный якутский фольклор и олонхо76. В Якутске появились телефон, телеграф, кинематограф, электричество, музея-библиотеки. Эти мероприятия способствовали не только росту и сплочению рядов якутской интеллигенции, но и росту её национального самосознания.

Вследствие социально-экономических и демографических перемен реальная власть в наслегах и улусах перешла в руки разбогатевших и более образованных незнатных соплеменников, из числа которых сформировалась якутская национальная интеллигенция и сельская буржуазия. К началу века «новые» тойоны, заправлявшие в наслежной администрации, составляли довольно активную в политическом плане часть коренного населения. К 1905 году в Якутской области насчитывалось свыше сотни русских чиновников и 318 «всякого рода служилых людей, составляющих наиболее образованную часть населения. Зародившаяся в недрах тойоната якутская интеллигенция постепенно росла в численном отношении и формировала собственную идеологию.

Якутское сельскохозяйственное общество (ЯСХО) было учреждено в 1899 году для стимулирования сельского хозяйства. После того, как в 1905 году её председателем стал В.В. Никифоров, его деятельность в общественно-политической жизни края активизировалась. С согласия председателя Совета Министров С.Ю. Витте, В.В.

Никифоров со своими единомышленниками взяли за основу бурятский проект земского самоуправления, но он был отклонён. Убедившись в нежелании областных властей проводить реформу, В.В. Никифоров перешёл в открытую оппозицию и встал на путь организованной борьбы за осуществление своих идей. По его инициативе 4 января 1906 года в Якутске собрались представители улусов и интеллигенции, принявшие решение о создании «Союза инородцев-якутов». В политическом отношении В.В. Никифоров и его единомышленники ориентировались на идеологов сибирского областничества, отстаивавших автономию Сибири. В основу Устава СИЯ были положены принципы российского «Крестьянского Союза». 17 января 1906 года из Петербурга в Якутск пришло распоряжение министра внутренних дел о роспуске «Союза якутов» и немедленном аресте его руководителей. В ночь с 18 на 19 января полиция арестовала шестерых членов ЦК. Этих мер оказалось достаточно, чтобы оказать деморализующее воздействие не только на якутскую интеллигенцию, но и на некоторых членов «Союза якутов».

В середине января 1912 года А.И. Софронов (Алампа), И. Н. Эверстов, К.М. Стручков, Н. Г. Соловьев и А. Е. Кулаковский составил устав «Кружка любителей якутской литературы» и подал в Якутское областное присутствие по делам об обществах и союзах заявление о регистрации этого общества. Кружок ставил своей задачей развитие литературы на якутском языке, но в регистрации его было отказано, так как областное присутствие нашло, что проектируемое общество имеет своей целью «объединение инородческих элементов на почве исключительно национальных интересов, а это запрещено законом». Однако, растущее национальное самосознание якутов уже было трудно остановить.

Программным документом якутского национального движения стал доклад А.Е. Кулаковского «Письмо якутской интеллигенции». Его автор чётко осознавал свою целевую аудиторию, разделив её на шесть социальных групп (крупные торговцы якутского и неякутского происхождения, тойоны, мелкая буржуазия, интеллигенция, полуинтеллигенция). Это был очень узкий слой образованных людей, считавших Якутию своей малой родиной. 25 августа 1912 года по инициативе В. В. Никифорова собрался съезд из 46 представителей улусов. Третьим вопросом должен был быть доклад А.Е. Кулаковского, который планировал обнародовать свою программу. Изменение повестки съезда вызвало недовольство докладчика, который решил воздержаться от выступления и покинул съезд. Несколько позже он разослал своё письмо своим-друзьям-единомышленникам. Большинство из них восприняли лишь тревогу автора за судьбу якутского народа, а предлагаемые им пути выхода не воодушевили их.

Одновременно с мероприятиями в области народного просвещения администрация провела ряд мер по борьбе с эпидемиями и эпизоотиями. Так, в Якутске открылась амбулаторная лечебница Красного Креста, где бедная часть населения смогла получать бесплатное лечение, активно строились участковые больниц и фельдшерские пункты, развивалось ветеринарное дело. Хотя этих мер было совершенно недостаточно для создания полноценной системы здравоохранения, численность коренного населения Якутской области стало быстро увеличиваться. Переход на участковый принцип организации медицинской способствовал развитию медицинской помощи сельскому населению. К 1911 г. число врачебных участков было увеличено до 12, врачей – до 19. Учреждённая губернатором фельдшерская школа, ежегодно выпускала хорошо подготовленных по тем временам фельдшеров71 и сняла остроту их нехватки. При этом половина её выпускников являлась представителями коренного населения. По всей видимости, эти меры царских властей способствовали росту коренного населения и возникновению в центральных улусах Якутии эффекта «молодёжного пузыря». Наличие национальной идеи и разрушительное падение империи канализировали его энергию в борьбу за национальную автономию.

2. РОССИЯ И ЯКУТИЯ: ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Вести о революции в России и падении самодержавия поступили в Якутск 2 марта 1917 года. Администрация области и земские власти продемонстрировали полное непонимание опасности складывающегося положения. Их безответственность привела к тому, что политические оппоненты монархии составили заговор с целью захвата власти. Представители ревкома арестовали вице-губернатора, полицмейстера, распустили Городскую Думу и объявили о создании Якутского комитета общественной безопасности (ЯКОБ). Молниеносные и решительные действия небольшой кучки заговорщиков оказались совершенно неожиданными для властей.

Рис. 1 Якутский комитет общественной безопасности, 1917 г.

Получив реальную власть, ЯКОБ, где заправляли не обладавшие административным опытом социал-демократы, принялся ломать старый административный аппарат и создавать новый. В результате их нововведений вместо прежних профессиональных чиновников по всей области возник институт комиссаров. Их должности заняли неподготовленные люди, проявлявшие беспомощность и некомпетентность в решении насущных вопросов. Таким образом, слом старого аппарата управления внес ещё больший хаос и неразбериху в административные дела, чем существовали до этого.

Вместо управ в округах, улусах, волостях и наслегах комитеты общественной безопасности в течение марта-апреля практически без сопротивления со стороны прежней администрации переняли властные полномочия на местах. В большинстве случаев бывшие чиновники, улусные головы, старые и «новые» тойоны, используя свой авторитет и влияние, возглавили местные КОБ, игнорируя вышестоящие власти. Роспуск полиции только усилил их власть, поскольку позволил формировать местную милицию из своих сродственников и сторонников. Выдвижение разными социальными, общественными, политическими группами своих установок и требований и деградация в условиях революции правовых основ общества породили предпосылки для усиления партийных противоречий и возникновению первой якутской политической партии.

Итоги работы I съезда якутов и русских крестьян показали наличие определённого классового расслоения сельского населения области. Сам факт того, что решение земельного вопроса переложили на II крестьянский съезд области, выявил существенные расхождения по ключевому вопросу между российской социал-демократией и якутской национальной интеллигенцией, симпатизирующей концепции Сибирского областничества. Будучи образованными, умными и наблюдательными людьми, В.В. Никифоров и Г.В. Ксенофонтов отчётливо видели, как новые органы власти Якутской области стали ареной борьбы двух политических партий, в составе которых по преимуществу были политические ссыльные, не имевшие никакого отношения к их родной земле. Их отношение к Якутии они демонстрировалось их скорым отъездом в навигацию 1917 года.

Убедившись в непонимании российскими социал-демократами чаяний большинства якутов, В.В. Никифоров и Г.В. Ксенофонтов выдвинули идею создания союза «Свобода», который должен был отстаивать интересы коренных народов Якутской области. В вопросе государственного строительства они поставили «своей ближайшей задачей федеральную автономию Сибири» и добиться права «на заведывание и всякого рода распоряжение недрами земли, находящимися в пределах Сибири». В области культурного строительства инициаторы союза на первое место поставили печатное дело и «всеобщее национальное образование».

Занимавшие ключевые посты в областной администрации эсдеки не пользовались популярностью у населения, что очень быстро выплыло наружу после отъезда их верхушки весной 1917 года. Уже майские перевыборы показали, что эсеры представляют собой реальную политическую силу. В.В. Никифоров и его товарищи использовали партийную борьбу чуждых им сил для укрепления рядов союза «Свобода» с перспективой преобразования в политическую партию. Таким образом, грызня между бывшими ссыльными за власть привела к дальнейшему расколу якутского общества и учреждению 27 июня 1917 года первой якутской национальной партии – Якутского трудового союза федералистов. Его ЦК выступил с обращением: «Якутский союз» провозгласил своею целью культурного воссоединения с великим братским русским народом, в усвоении провозглашенных им принципов демократизма – равенства, свободы и братства, в котором видит единственный путь к возрождению своей нации.

Только за лето 1917 года в национальную партию вступило около 400 человек, а к концу года её численность увеличилось втрое. Для того, чтобы привлечь тех, кто по каким-то причинам не мог или не хотел вступить в «Союз федералистов», была учреждена не имеющая прямого отношения к политике общественная организация – культурно-просветительское общество «Саха Аймах». Она задумывалось для того, чтобы сплотить местное население вокруг всё той же единой цели: защиты интересов якутской нации. Впрочем, её близкая связь с ЯТСФ после октябрьских событий в Петрограде быстро выяснилась: для противостояния политической реакции справа и слева обе организации, сохраняя внутреннюю автономию, объединились в Якутский национальный комитет, который возглавил В.В. Никифоров.

17 июня Временное правительство издало постановление «О введении губернских, уездных и волостных земских учреждений в Сибири». На его основании Якутская область стала осуществлять переход к земскому самоуправлению. К концу 1917 года выборы в волостные и уездные органы земского самоуправления в основном завершились, а 30 января 1918 года приступило к работе I Якутское областное земское собрание, которое образовало свой исполнительный орган – Областную земскую управу во главе с В.В. Никифоровым.

Октябрьский переворот и приход к власти в Петрограде большевиков открыли новый этап в истории Якутии, определив её дальнейшую историческую судьбу. Расстановка политических сил в якутском обществе в октябре и ноябре 1917 г. была такова, что общественное мнение, реальная сила и административная власть были настроены против большевиков. Против Октябрьского переворота выступили федералисты, которые на совместном с «Саха аймак» заседании осудили действия большевиков. Напряженная общественно-политическая обстановка привела к мобилизации всех противобольшевистских сил и учреждению Областного совета. По предложению В.В. Никифорова этот квазиавтономный орган власти был предназначен защищать завоевания Февральской революции. На заседании I Чрезвычайного областного земского собрании его проект был поддержан, а его инициатор избран председателем. Все свои силы, энергию, инициативу и организаторский талант он приложил для создания местного самоуправления – земских управ. Ему в этом активно помогала группа энтузиастов из национальной интеллигенции: Р.И. Оросин, М.Ф. Слепцов, Н.Е. Афанасьев и Е. Егасов. По замыслу Областного Совета, земство должно было стать центральным звеном новой административной системы. На органы земского самоуправления было возложено содержание местного хозяйства, просвещения, здравоохранения, ветеринарной службы и прочие локальные вопросы.

Однако, тойоны, контролировавшие власть в наслегах, не хотели уступать свои полномочия и саботировали мероприятия по внедрению нового института, поскольку он должен был самостоятельно формировать свой бюджет.

Убедившись во враждебности советской власти, контролировавшей Иркутск, В.В. Никифоров и комиссар области В.Н. Соловьёв созвали чрезвычайное собрание областной земской управы, где поставили вопрос об образовании земской милиции – дружины. Официальной причиной для формирования полицейской силы было опасение, что ожидается возвращение в город рабочих с приисков, в основном уголовных ссыльных, которые могли начать грабежи и нападения на жителей. Её создание мотивировали «… в интересах сохранения в Области правопорядка и общественной тишины, и спокойствия». Добровольцам выдавалось полное обмундирование и снаряжение и выплачивалось денежное вознаграждение. Вооружить их планировалось оружием, изъятым у демобилизованной местной воинской команды, и финансировать за счёт продажи пушнины.

Областной совет создал специальную комиссию для выработки плана борьбы. Она составила «Обращение к населению», сформировала фонд обороны и начала сбор оружия. Комиссия прилагала большие усилия для пополнения рядов областной милиции, рассылая по улусам агитаторов. Кроме того, был увеличен размер жалования, а каждому, прослужившему более шести месяцев был обещан в подарок комплект обмундирования. Однако, все эти меры наткнулись на индифферентное отношение населения. Помимо областной милиции Областной Совет мог положиться на небольшие вооруженные команды, а именно: отряд городской милиции под командованием Д.Ф. Клингофа, добровольная боевая дружина, под командой штабс-капитана Б.С. Геллерта. Она была создана после Февральской революции преимущественно из учащейся молодежи, и насчитывала в своих рядах 30 человек.

Помимо неё имелись боевая дружина якутской молодежи, которую возглавлял член Областного совета Р.И. Оросин, и якутские казаки.

В конце июня Временное сибирское правительство (ВСП) провозгласило самостоятельность Сибири до воссоздания Российской государственности. Вместе с тем, в своей «Грамоте», обращённой ко всем народам Сибири, ВСП гарантировало неприкосновенность гражданских, политических и национальных прав и обещало, что Сибирская областная дума и Всесибирское учредительное собрание выработают законодательные нормы, предоставляющие каждому народу право и возможность свободно устраивать свою судьбу. За каждым из них признавались права обучения и судопроизводства295 на родном языке, а также организацию национальных частей. «Грамота» была с энтузиазмом принята якутской общественностью и усилила приток добровольцев в дружину Оросина, которую следует считать первым вооружённым формированием якутов.

3. РОССИЯ М ЯКУТИЯ: ВОЕННЫЙ АСПЕКТ

Протополитическое объединение якутов на Лене, которое возглавлял Тыгын Дархан, оказалось не в состоянии оказать сопротивление российским казакам. После спорадического сопротивления и прямого предательства части тойонов коренные якутские улусы были вынуждены подчиниться царю. Отдельные группы саха покинули среднее течение Лены и переселились на северо-запад и восток, где образовали новые роды, улусы и этнические группы. Благодаря их продвижению область расселения народа саха многократно увеличилась, охватив долины Оленёка, Хатанги, Яны, Индигирки, Колымы и их водоразделы вплоть до побережья Охотского моря. Некоторое время спустя они были обнаружены и объясачены якутскими властями и своими же соплеменниками, состоявшими у них на службе.

В XVIII веке стихийно возникает корпорация якутских казаков, представляющая довольно самобытное этносоциальное явление. Главное его отличие состоит в том, что её члены являлись результатом метисизации. Как свидетельствуют архивные документы, пришлые казаки нередко держали якуток «за жены место», переуступая их друг другу. Так, Семён Дежнёв являлся «зятем якутского народа», «камчатский Ермак» Владимир Атласов и первооткрыватель Курильских островов Иван Козыревский были наполовину якутами. Д. Кочнев в своих «Очерках юридического быта якутов» утверждал, что в казаки записывали «новокрещенцев», т.е. якутов, принявших православие, в то время, как другие якуты и тюрки сопровождали их…

Карта 2. Экспансия якутских казаков в XVII-XIX вв.

Участие в военных экспедициях и родственные связи с казаками способствовали к распространению огнестрельного оружия среди якутов. Одной из инициатив царских властей стало упорядочение снабжения местных охотников современным охотничьим оружием и боеприпасами. Для его хранения и продажи были построены пороховые погреба, склады и магазины. Эту инициативу поддержали крупные торговые фирмы, всегда имевшие в числе своих товаров ружья, сделав их к началу ХХ века доступным товаром. Как свидетельствуют источники, казнозарядная «берданка» хорошей отделки в среднем стоила как качественное шомпольное двуствольное ружьё Тульского завода. В 1908 году цена за такое ружьё с «родным» стволом составляла в 8 золотых рублей, а с с новодельным – 15.  В то же время шкурка горностая оценивалась в 2 рубля. В годы мировой войны цены на оружие существенно поднялись. Так, стоимость винчестера колебалась в пределах от 70 до 150 рублей, а берданки от 25 до 70 рублей. Снаряжённые патроны для берданки продавались 25 коп. и дороже, а пустые гильзы – 7—10 коп. Патроны для винчестера доходили в цене до 35—50 коп. за штуку. Так, если в 1893 году в Вилюйском округе властями предполагалось наличие в частном пользовании 3575 ружей всех систем, то четверть века спустя только в трех южных округах Якутии было зарегистрировано 15264 казнозарядных ружей. Вместе с оружием торговцы пушниной стали завозить значительное количество пороха и свинца.

С воцарением Петра I из стихийно образовавшегося на Лене казачьего “войска” формируется Якутский казачий полк. На примерно 500 человек была возложена гарнизонная и караульная служба на огромной территории от Вилюя до Камчатки. Помимо неё они исполняли особые обязанности: сбор ясака, содержание перевозов на реках, охрана различных магазинов и почтовых трактов, конвоирование транспортов и заключённых. В силу тесных родственных связей с местным населением казаки состояли помощниками и переводчиками при местных начальниках, лекарях учителях. Они занимались прививками от оспы, сбором лечебных трав, наказанием нерадивых учеников в школах…