Вторая попытка

Навигатор

Весна принесла паводок. Вода подступила к стенам дома. Юй примотал записку к радиомаячку, засунул его в пустую майонезную банку и тщательно закупорил, промазав клеем шов между стеклом и жестяной крышкой. Затем высунулся из окна и на веревке спустил емкость в воду. Мутный поток подхватил банку, завертел и понес. С минуту ее стеклянный бок поблескивал на поверхности, но вскоре исчез среди мусора.

На письмо у Юя ушло больше месяца. Он тщательно, трафаретным шрифтом, наносил на бумагу слова, стараясь, чтобы строки ложились ровно и не заваливались, маячок же спаял всего за день из деталей старого радиоприемника, пылившегося среди хлама в кладовке. Юй скрывал свое занятие от матери – он скажет ей позже, когда дело будет сделано и послание уплывет к адресату. Пришло время принцу искать принцессу.

Юй жил в одноэтажном шлакоблочном доме, примостившемся в излучине между рекой и дорогой. Одну комнату занимали они с матерью, а две оставшиеся – дядька с женой. Дядька был не родной, но жил с ними, сколько Юй себя помнил. По утрам Юй стоял в очереди в общий санузел, совмещенный с ванной, впереди переминался с ноги на ногу дядька, ожидая, когда вымоется жена, и Юй пялился на голую дядькину спину с переброшенным через плечо махровым полотенцем.

Ландшафт дядькиной спины походил на лунный глобус, стоящий в комнате за стеклянной дверцей серванта: такие же впадины, холмы и кратеры. Юй представлял, как метеориты годами бомбардируют некогда гладкую кожу, оставляя на ней прыщи и ссадины.

О метеоритах Юй узнал от матери. Раньше она преподавала в школе астрономию. Когда этот предмет отменили, их квартира наполнилась ненужными глобусами планет и картами созвездий. «Забрала с помойки», – вздыхала мать. Юй часами изучал эти артефакты минувшей эпохи, зубря названия небесных тел вместе с длинными списками их масс, диаметров, плотностей и орбит.

Кроме звездных атласов в шкафу лежали книги, оставшиеся от отца, в основном – энциклопедии и справочники, заполненные таблицами, графиками и схемами. Юй знал все их почти наизусть и мог с ходу найти нужные строки с ответом на интересовавший его вопрос. В воображении он часто путешествовал по страницам отцовских книг, на многие часы забывая об окружающем мире.

Прошли весна и два летних месяца. В одну из августовских ночей Юю приснились киты. Огромные лоснящиеся туши скользили по звездному океану, издавая протяжные стоны. Утром же приехала Принцесса. Она позвонила в дверь и, когда мать открыла, протянула ей выловленное из реки письмо Юя. Принцесса, одетая в ситцевое платье, белое в синий горошек, замерла на пороге. У ее ног стоял видавший виды потертый чемодан. Мать прочитала послание и молча посторонилась, пропуская гостью в дом.

Чтобы разместить Принцессу, мать отгородила часть комнаты бельевой веревкой с висящей на ней выцветшей шторой. На следующее утро, придя к туалету, жена дядьки впервые наткнулась на запертую на замок дверь. В ванной мылась Принцесса. Из-за двери доносились шум воды и невнятная песня с бодрым мотивом.

Юй сидел за столом и наблюдал, как чаинки в стеклянном заварочном чайнике набухают и медленно поднимаются со дна к поверхности. В коридоре гремел дядькин бас, и временами к нему присоединялся писклявый теткин фальцет. Дядька орал и колотил кулаками по хлипкой двери туалета. Внезапно раздался оглушительный грохот. Юй выскочил в коридор. Дядька, хрипя, лежал на полу, а его побледневшая жена жалась к стене. Мимо них, пританцовывая, шла Принцесса в легком розовом халатике и с махровым тюрбаном на голове.

Спустя полчаса Юй вместе с матерью и Принцессой пили чай. Юй жевал бутерброд, а Принцесса расспрашивала их об отце. Тот работал главным инженером в НИИ. Дядьку к ним подселили присматривать за отцом. Отец умер, а дядька остался в их доме.

Принцесса спрашивала, знает ли мать о родителях отца и откуда он приехал в эту часть страны. Но отец мало рассказывал о себе даже матери. Юй знал, насколько опасно распространяться о своих предках, особенно тем, кто связан с наукой. В газетах писали, что от пустого знания один вред и во всем должна быть конкретная, а не умозрительная польза.

– Ты мне поможешь? – Принцесса гладила Юя по голове.

Она втолковывала матери о «врожденном знании», о «генетической памяти» и о других вещах, в которых Юй не смыслил. Ему хватало того, что Принцесса рядом.

На следующее утро Юй стоял первым в очереди в туалет, ожидая, пока вымоется Принцесса, и вместо дядькиной спины видел облупившуюся дверь санузла. Из щелей между досками время от времени выныривали черные муравьи-разведчики, бежали, перебирая лапками, между кусками краски и снова ныряли под доски. Юй любил муравьев. Ему казалось, еще немного, и он разгадает смысл их суеты.

Через неделю дядька съехал из своих комнат. Принцесса выправила в городе бумаги, и теперь весь дом отошел матери Юя. Коридор заполнили коробки, чемоданы, тюки и сумки. Раскрасневшийся дядька таскал вещи на улицу, а здоровенный рабочий в засаленной серой робе закидывал пожитки в открытый грузовик. В кузове между коробок сидела заплаканная дядькина жена.

Ближе к обеду грузовик заполнился доверху. Дядька и рабочий забрались в кабину, тетка осталась в кузове. Звякнула дверца, и машина тронулась. По лужам и черной грязи она медленно вырулила со двора и, натужно урча, выбралась на дорогу. Водитель со скрежетом переключил передачу. Мотор взревел, и грузовик начал быстро удаляться, оставляя на сером асфальте две жирные грязные полосы.

В жизни Юя наступила новая эпоха. Принцесса переселилась в одну из комнат дядьки, а вторую занял Юй. Каждое утро начиналось с совместного завтрака, а потом Принцесса перебирала отцовскую библиотеку. Юй помогал ей: отвечал на вопросы и открывал книги на нужных страницах.

Однажды мать рассказала Принцессе, что Юй – третий ребенок в семье. Двое других умерли еще до его рождения. С тех пор Принцесса стала звать его Третьим. Каждое утро она приходила к нему комнату и, улыбаясь, говорила:

– Ну-ка, Третий, чем займемся сегодня?

Юй не возражал против нового имени: ведь его дала ему сама Принцесса.

Прошла осень. В конце ноября двор покрылся слоем раскисшей серой жижи из грязи и талого снега. По реке поплыли одинокие полупрозрачные льдины. Принцесса редко выходила из дома. Это радовало Юя: он привязался к ней и скучал, когда она отлучалась в город.

Прежде чем приступить к работе, Принцесса надевала очки в тонкой медной оправе и становилась похожа на мать Юя: такая же с виду строгая, с внимательным цепким взглядом. Мать, всегда ласковая к сыну, отдалилась от него и замкнулась после смерти отца. Принцесса же вновь вернула Юю ощущение женского тепла и заботы. Вместе они почти перебрали отцовскую библиотеку, и Юй начал лучше понимать то, что давно помнил наизусть.

Ударили морозы. Река встала. Метели накрыли бугристый лед слоями снега. Холодными днями Юй разворачивал матрас у чугунного радиатора и лежал в полудреме, наслаждаясь теплом. Он дремал и во сне поднимался по ступеням бесконечной винтовой лестницы. Слева от него зиял провал круглой шахты, а справа высилась стена, сплошь заставленная полками с книгами. Шахта, насколько хватало глаз, уходила вверх и вниз, вмещая миллионы томов. Юй мог взять любую книгу и погрузиться в мир ее образов и идей. Они представлялись ему комбинацией множества геометрических фигур, составляющих объемные супрематистские картины.

Проснувшись, Юй делился увиденным с Принцессой, а она делала зарисовки по его рассказам. Принцесса любила рисовать углем. Юю нравилось смотреть, как она растушевывает тени, а потом долго не может смыть черноту с пальцев. Ему казалось, что через сажу, хранящую отпечатки его снов, между ним и Принцессой устанавливается невидимая связь.

Весеннее тепло пришло неожиданно, накатив волной на двор и реку. Снег, окружавший дом, превратился в журчащие ручьи и широкие лужи. В прогалинах зазеленела молодая травка. Река снова вышла из берегов и подступила к самому дому. Весна, всегда наполнявшая жизнь Юя радостью и щемящим чувством надежды, на этот раз принесла беду.

Однажды, в последних числах марта, Юй проснулся среди ночи. Сквозь шторы в комнату пробивался бледный лунный свет. Глухую тишину нарушал лишь мерный стук настенных часов. Юй представил, как внутри них медленно раскручивается стальная пружина, заставляя зубчатые колеса крутиться.

Внезапно к тиканью добавился неясный шипящий звук. Юй успел приподняться на постели, когда дом вдруг вздрогнул и накренился. Юя выбросило из кровати. Он больно ударился о пол, покатился к двери и на четвереньках выполз в коридор. Снова тряхнуло. Дом наполнился грохотом и едким дымом. Входная дверь рухнула вместе с частью стены, и в открывшийся провал полезли темные человеческие фигуры. Среди них Юй заметил дядьку, их прежнего соседа.

В коридор выскочила Принцесса. В ее руках бешено вращался многоствольный барабан, выплевывая на атакующих потоки дроби. Ударили ответные выстрелы. Дом наполнился свистом пуль и звоном бьющихся стекол. Пули рвали обои и выбивали из стен фонтаны штукатурки, от мебели летела щепа.

Юй полз, не разбирая дороги, пока не уперся в мягкую преграду. Он приподнял голову. Мать неподвижно лежала поперек коридора в бордовом от крови халате. В ее остекленевших глазах отражался отсвет занимающегося пожара.

Принцесса схватила Юя за пояс, вышвырнула из окна в реку и следом прыгнула сама. Глотая холодную воду, они подплыли к лодке. Плоскодонка заскользила вниз по течению. Юй, дрожа, привстал на корме и остолбенел, глядя, как в дыму и языках пламени исчезает его дом. Юй чувствовал, что вместе с утлыми стенами сгорает и его прежняя жизнь.

С первыми лучами солнца Принцесса направила лодку к поросшему камышом берегу. Они выбрались на пологий склон и кое-как отмылись от копоти и крови. Принцесса повела Юя через поле в сторону чернеющего вдалеке леса. Над травою стелился густой туман, они рассекали его своими телами, будто купались в молочной реке.

К полудню они вышли к разбитой бетонной дороге. На ее обочине Принцесса разыскала спрятанный под ветками старенький автомобиль. Он повез их прочь от реки в покрытые лесом горы.

В машине Юй дремал. В своих снах он видел мать, чувствуя пустоту там, где раньше было тепло и надежно.

Замок Принцессы прятался внутри живописной седловидной горы. Вход в него преграждал массивный стальной шлюз, а в жилые помещения вела глубокая шахта лифта. Принцесса называла замок станцией. Говорила, что родилась и выросла в ее стенах.

Вместе с Принцессой на станции жили ее подданные – мужчины, женщины и дети. Они называли Принцессу Капитаном. Юй чувствовал, что попал в дружную семью. Ему даже выделили отдельную большую комнату, хотя остальные ютились в тесноте.

Жизнь потекла своим чередом. Юю снились сны о спиральной библиотеке, и он, как прежде, пересказывал их Принцессе. Она делала зарисовки и крепила их на стены комнаты Юя, которые вскоре стали похожими на пленку черно-белого кинофильма, кадры которого безнадежно перепутал незадачливый монтажер.

Принцесса подолгу рассматривала рисунки. Иногда она снимала какой-нибудь со стены и просила Юя рассказать, что он видит. Юй чувствовал: за угольными узорами спрятано нечто важное, но не находил для этого знания нужной формы. Так порой трудно поймать слово, которое уже, кажется, вертится на языке.

Весна сменилась летом. Юй с Принцессой начали выходить на прогулки в лес. Принцесса любила устраивать пикники, расстилая под старым вязом аляповатое покрывало. Между пакетами с едой сновали муравьи. К Юю и Принцессе подлетали птицы, и Принцесса бросала им хлебные крошки. Юю нравилось лежать на мягкой и немного колючей подстилке, смотреть, как солнечные лучи высвечивают на листьях тысячи прожилок.

Иногда над ними на большой высоте пролетал аэроплан. В такие моменты они прятались под кронами деревьев. Принцесса говорила, что сильно рискует, забрав Юя с собой, но «нужно использовать шанс». Годы назад, до рождения Принцессы, станционники селились во всех городах по обе стороны реки. Они помогали изменять жизнь к лучшему. Однако после военного переворота на них объявили охоту. Многие сгинули, но саму станцию не так-то легко обнаружить.

– Люди не терпят тех, кто знает больше, – говорила Принцесса. – Теперь этот мир стремительно катится в пропасть. – Она вздыхала, обнимая Юя. – И ничего нельзя исправить. Мы и сами почти забыли, кто мы такие.

Юй начал составлять гербарий. Принцесса принесла картонные альбомы, и Юй вклеивал в них высушенные листья. Тонкая вязь их прожилок завораживали его не меньше снов и рисунков Принцессы.

В один из летних дней они по обыкновению вышли со станции, но не спустились в лес, а поднялись по склону седловидной горы. Там, по словам Принцессы, размещалась старая обсерватория. И действительно, вскоре на одной из скал показался характерный продолговатый купол, накрытый маскировочной сеткой. У основания скалы они нашли проржавевшую дверь и долго в круге света фонарика поднимались по лестнице с широкими пролетами.

К огорчению Юя, от телескопа остался только покореженный остов. Под ногами хрустели битые кирпичи и куски бетона. Пахло сыростью. Принцесса попросила Юя покрутить маховик на стене. Он осторожно взялся за ржавый обод и без особой надежды поднатужился. Механизм заскрипел, но поддался. Створки купола с приглушенным урчанием раздвинулись, открыв вид на колыхавшийся у подножия горы зеленый лесной океан.

В обсерватории они провели весь день и остались на ночь. Юй положил спальник под щелью раскрытого купола и после захода солнца долго смотрел на тысячи звезд, заполнивших бездонное черное небо. Он незаметно уснул, и ему привиделось, будто он поднимается по лестнице в обсерваторию. Ему не понадобился фонарик: ступени впереди вспыхивали ярко-синим цветом. На одном из пролетов Юй прошел в открывшуюся в стене дверь. Переступая порог, он прочитал выведенную бордовой краской надпись «ВНЕШНИЙ ЭВАКУАЦИОННЫЙ ПУЛЬТ УПРАВЛЕНИЯ».

Утром Юя разбудили капли дождя. Небо затянуло тяжелыми темными тучами. Принцесса тоже проснулась и, вскочив, крутила маховик, закрывая створки купола. Как только они сомкнулись, дождь с силой забарабанил по металлической обшивке, наполняя зал низким вибрирующим гулом.

Юй и Принцесса наспех собрались. Они выскочили на склон горы, когда его уже захватил набирающий силу грязевой поток. Дождь перешел в ливень, и спуск превратился в опасное скольжение. До станции они добрались насквозь промокшие, выпачканные в глине, но веселые и счастливые, будто стихия наполнила их силой.

Так прошел их последний радостный и беспечный день. Когда закончился ливень, в небе появился аэроплан. Он не пролетел мимо, а принялся описывать круги над седловидной горой. В воздухе непрерывно гудели его моторы.

– Похоже, придется встречать гостей. – Принцесса озабоченно покачала головой.

Жизнь на станции забурлила и перестроилась на новый лад. На нижние этажи переселялись женщины и дети, на верхние поднимались мужчины с оружием.

Аэроплан два дня подряд прилетал и кружил над горой, в лесу разведчики заметили посторонних. На третий день на ближайшую дорогу выехала колонна военной техники. Желтое облако пыли из-под колес и гусениц хорошо просматривалось с верхних этажей станции. Уже к полудню войска выгрузились в пяти километрах от седловидной горы и развернулись в боевой порядок.

После похода в обсерваторию Юю нездоровилось. Мир словно расслоился. Юй лежал на кровати в своей комнате и одновременно поднимался по лестнице спиральной библиотеки.

Вместо книг полки занимали рисунки Принцессы, собранные им гербарии, схемы из папок отца и школьные звездные атласы матери. Как только Юй прикасался к ним, они увеличивались и заполняли все окружающее пространство. Обдирая колени и ладони, он пробирался среди угловатых геометрических фигур. Юй пытался разгадать их смысл, но, как ни напрягался, в итоге путался и терялся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.