Приключения домового Кузи

В одном российском доме, в подмосковной Коломне, в одной квартире, жил домовой.

Вообще, в народе о домовых бытует много правильных знаний, а также много заблуждений.

Так, например, домовые живут в каждой квартире. И не слушайте никого, кто говорит, что этот вид магических существ живет по одному на подъезд! Эти существа – один из самых многочисленных видов.

Немного опишу вам примерный облик среднестатистического домового. Он – маленький человечек, ростом примерно 7 – 9 сантиметров. Особи постарше носят седую или иную бороду, это зависит от возраста и цвета волос. Одет домовой в картуз, меховую драную шапку, чаще колпак, кафтан, под ним рубаху, штаны и лапти с портянками. Глаза его глубоко посажены и похожи на бусинки, нос картошкой. Сам домовой коренастый, у него крепкие мощные руки и короткие ноги.

Домовые обладают огромной силой, в сорок раз превосходящей человеческую. Чем дольше домовой живет в доме, тем большую магическую и физическую силу он получает. Но даже вне дома домовик может так колдануть, что мало не покажется. В пределах своего родного дома эти существа могут телепортироваться или перемещаться по воздуху, то бишь летать.

Домовой помогает хозяевам и следит за домом, оберегает его от плохих людей и всякой прочей нечисти. Не любит мусора, ругани, крика на детей. В случае нарушения правил поведения хозяев начинает им всячески вредить – ну там, знаете, соли в чай насыпет или туалетную бумагу острым перцем натрет… Если подобное поведение не прекращается, то может уйти из дома. В этом случае хозяевам будет проще переехать. К другому домовому. Недаром говорят старые, бывалые домовые: “Дом без домового не держится, а с домовым и стены в жилище помогают”. Немного мудрено, но суть точно передает.

Иногда случается так, что дом остается без хозяев – проще говоря, становится заброшенным. Или в квартире больше никто не живет – разница невелика. В таком случае домовой уходит из дома и ищет себе лучшей доли. Если повезет – поселится в частном доме. Ну или, на худой конец, в квартире. А бездомные домовики часто попадают в кабалу к темным колдунам, а те используют их для своих козней.

Но, как правило, домовым с этим делом обычно везет. Благо, города, а особенно Москва, расширяются.

Но вернемся к истории. Нашего домового звали как и героя знаменитого советского мультика – Кузя. Он был достаточно молодым домовым – отроду ему было всего – то 489 лет. Наш Кузя еще самого царя – батюшку Ивана Грозного помнил. В нашей с вами современности ему с хозяевами и домом повезло. В квартире жила молодая семья – мама, папа и дочка. А недавно бабушка продала свою квартиру и переехала жить к ним. Родителям это было только на руку – дочке Оленьке было всего пять лет, в таком возрасте дети очень активны и любознательны. А бабушка как раз и присматривала за девочкой, когда родители были на работе. Работали они оба хирургами в районной больнице, поэтому дома иногда не бывали довольно долго. Бабушка – Светлана Степановна – в прошлом педагог, преподавала музыку в 12 школе. Поэтому с внучкой ей было нянчиться одно удовольствие.

И что главное – с ними жил еще и кот. Толстый, грузный, рыжий и немного хитроватый. Звали кота Семеном. Причем толстым таким он был от природы – у него и отец такой был, и дед. Да и был Семен скорее не толстым, а крупнокостным. А должен вам заметить, друзья, что для домового очень важно присутствие животных в доме – им он показывается и с ними – же и общается. А с людьми нельзя – правило такое! Только опытные волшебники активно общаются со своими домашними хранителями – им домовым можно показываться. А обычные люди их видеть не должны. Хоть наш с вами мир, друзья, и пропитан волшебством, но Колдовской Конвенцией от 1984 года домовым, лешим, банникам и прочим существам запрещено показываться людям без крайней нужды – это нужно для сохранения баланса между волшебной и обычной гранями нашей реальности. Такие миры принято называть мирами ограниченной магии. Ведь люди в таких измерениях совершенно неподготовленны к встрече с магическими существами и магами. Представьте, какой хаос начнется, когда обычные граждане узнают о существовании этого всего! Подобная штука уже произошла. В средневековой Европе потом такая интересная вещь была, инквизиция называлась… Тысячи невинных людей погибли из – за извращенного понятия о природе магии и волшебных существ. Нет, есть, конечно, и злые колдуны и ведьмы, и злобные твари, и таких гадов надо уничтожать, я не спорю… Но не все – же такие! И если – бы все люди это понимали… Но некоторым это просто невозможно объяснить. После подобного буйства со стороны людей и издали эту колдовскую конвенцию, которую обновляют каждые сто лет. Вот так урегулируются с людьми отношения леших, банников, кикимор и домовых.

Итак, Кузя сидел на шкафу. Перед ним разворачивалось действо. Семен увидел за окном на ветке воробья. Он принял охотничью стойку и уже полчаса подкрадывался к нему по полу. Домовой, как только заприметил все это, оправил свой красный кафтан, натянул поглубже висячий колпак такого – же цвета, а после быстренько сбегал на кухню за пачкой любимого овсяного печенья.

Спектакль близился к кульминации. Кот уже был почти у окна. Страсти накалились до предела. Семен замер на секунду и…

БЛЯМС! БУМ!

Кот распластался в прыжке и со всего размаху влетел в прочное оконное стекло. Затем, Семен срикошетил в любимую бабушкину вазу, стоящую у противоположной стены, при этом со стены слетела картина “Мишки в лесу” и накрыла собой нашего героя – охотника.

– Давай, давай! – буркнул Кузя, плюясь крошками: – Ломай, ломай, все ломай! Мы – ж миллионеры!

– Ты домовой, ты и следи за домом! Сломалось – чини! Ты – ж у нас охраняешь мир и покой! – Семен вылез из под картины и презрительно глянул на раскоканную вазу чистого хрусталя.

– Моя задача – чтоб тебе, толстопузому, упырь ночью нос не откусил, или, там, чтоб дом не сгорел! А твоя – только спать да есть!

– И вовсе я не толстый, а крупнокостный! – начал оправдываться Семен.

– А все равно ты жирный! – хихикнул Кузя, а затем достал из – за спины трубочку и плюнул в кота жеванной бумагой. Семен выгнул спину, зашипел. Домовой захихикал и плюнул еще разок. Но их неожиданно прервал голос:

– Опять лаятесь, как кошка с собакой? – из стены показалась голова Феофила, тоже домового.

– Это ты кого сейчас собакой назвал?! И вообще – он первый начал! – возмутился Кузя.

– Да вы оба хороши! – Феофил вышел из стены полностью, оправляя клетчатую рубаху: – Ты, Кузя, кончай дразниться! А тебе, Семен, хватит дом разносить! Ведешь себя, как малолетний котенок!

Оба потупили взгляд.

– Там, это… – почесал бороду Феофил: – Филипп Иванович сегодня совет созывает! В пять вечера всем быть на чердаке! Ты придешь?

– Если Филипп Иванович зовет, то к нему быстрей ветра бегут! – усмехнулся Кузя: – Будем всенепременно!

Феофил довольно хмыкнул и скрылся в темном углу.

– Ну, ты, это! – пробурчал Кузя: – Извини, короче!

– И ты меня прости! – смутился кот: – Мир?

– Мир! – домовой и кот пожали друг другу лапу и руку.

– Чем займемся?

– Пошли тополиный пух подожжем! – предложил Кузя.

– Неа! – махнул лапой Семен: – На улицу идти надо! А там жара! Дома – то хоть кондиционер работает!

– Тогда, может, телик поглядим?

– А давай!

Но телевизор они сели смотреть только через полчаса. Бабушка позвала Семена обедать своим фирменным:”Семочка, Семочка, иди рыбку на!”. Пока кот дожевал хвост минтая, пока отоспался, время подвалило к полпятому. Просидев около получаса у телевизора, Кузя стал собираться. Оправив кафтан, он шагнул за дверь родной квартиры. Поскольку сквозь стены домовые могут проходить только в горизонтальной плоскости, Кузе пришлось подниматься на чердак по лестнице. Мимо него то и дело пробегал кто – то из домовых.

И вот все собрались на чердаке. Уселись за прочный дубовый стол.

Филипп Иванович – самый старый домовой – пристукнул посохом, призывая к тишине:

– Дорогие друзья! Я собрал вас по важному поводу – идиот – хиппи из 38 – ой выпустил из террариума крокодила и теперь он ползает по подвалу! Надо ловить!

Домовики одобрительно загудели. Филипп Иванович снова пристукнул посохом:

– И еще кое – что! В нашем подъезде уже давно чувствуются подозрительные вибрации магической энергии…

– Ой, да про них еще с апреля говорят! – подал голос Афонька: – Давно понятно – Наташка из седьмой с зельями балуется! Я лично видел, как она корень мандрагоры по Интернету заказывала! А еще книгу колдовскую себе заимела! Благо книга не по черноте всякой…

– Нет! – отрицательно покачал головой самый старый домовой: – От этого и вибраций почти никаких нет! А я сильные чувствую! Как от белого мага – мощные и светлые! Посему, рекомендую – присмотритесь к жильцам! Чую я – есть среди них подрастающий белый маг! Кузьма – тебе особое внимание! В роду твоих хозяев были колдуны!

– Откуда вы знаете? – не поверил Кузя.

– Да так… Проглядел их родословную в книге колдовской… Моей, естественно! Так вот, у них двоюродная прабабка была знахаркой. Ну и приколдовывала помаленьку!

– Понял! – ответил Кузя: – Когда крокодила будем ловить?

– Мы ловушку на него поставим! – ответил Филипп Иванович: – В клетку специальную кусок колбасы положим. Он войдет, так клетка и закроется!

– Ага! – крикнул кто – то: – Только в эту клетку в основном одни кошки лезть будут!

Гул прошелся по толпе домовых:

– Товарищи, товарищи, спокойно! – Кузя призвал всех к порядку: – Должен сказать вам, что в современной колбасе столько гадости, что ее даже бездомные голодные кошки не едят! А крокодил есть суть рептилия – ему все равно, чем пасть набить! Потому считаю, что в данной идее есть смысл!

– Ага, как – же… – не успел договорить какой – то отъявленный спорщик, поскольку его быстро успокоили несколькими затрещинами и подзадниками.

После недолгого совещания о том, где лучше ставить клетку, все домовые неорганизованно, под предводительством Филиппа Ивановича, выдвинулись в подвал. Там они всем скопом материализовали из воздуха нужную клетку, Феофил притаранил батон докторской.

Когда все приготовления были закончены, домовые разошлись по своим квартирам.

Кузя пришел домой около семи вечера. Бабушка вязала под светом лампы, Оля играла со своими барби, Семен спал на диване рядом со старушкой. Кузя хмыкнул и скрылся за шкафом. Там был оборудован вход, рассчитанный на рост домовика. Открыв легкую деревянную дверцу, домовой оказался в его личном жилом помещении.

Внешне комната напоминала собой деревянный дом, обставленный довольно богато. Посреди – стол с самоваром и чашками. В правом и левом углу располагались шкаф с припасами и кровать с пуховой периной и подушками, уложенными маковкой. Кузя сел за стол, выпил чаю. Просидев в задумчивости около пяти минут, он лег отдыхать.

Проснулся Кузя в 4 утра. На самом деле, домовые вообще могут не спать. Но иногда все – таки бывает надо.

Заправив кровать, он вышел из – за шкафа. Семен гонялся за мухами, лениво улетающими от него.

– Чего не спишь? – спросил Кузьма.

– Да, так… – отмахнулся лапой Семен.

Неожиданно, Оленька открыла глаза:

– Ой, а вы кто? – с любопытством посмотрела она на Кузю. Тот охнул и резко стал невидимым.

– Вы чего не отвечаете? – возмутилась девочка.

– А ты… меня видишь?! – хриплым голосом спросил Кузя.

– Да! А что?

– Память ей сотри! – посоветовал кот: – Я знаю, вы, домовики, такое умеете!

– Да я уже три раза пытался! – сказал домовичок, утирая пот со лба: – Это может значить только одно…

– Что – ж, интересно?

– Она – волшебница! Вся в прабабку!

– В КОГО?!

– Ай, ладно! – отмахнулся Кузя: – Просто она колдунья!

– И что теперь делать?

– Идти на поклон к Филиппу Ивановичу!

– Филипп Иванович? – Кузя выглянул из вентиляции.

На первый взгляд в квартире не было никого, кроме старенькой бабушки, сидящей на диване, вяжущей и смотрящей “Поле Чудес”. Но для взгляда домового не важно, видим ты или нет.

Филипп Иванович восседал на старом дубовом резном кресле. Он мельком глянул на Кузю и взглядом указал ему в сторону кухни.

Удобно устроившись за столом, накрытым скатертью с изображением фруктов, старший домовой спросил Кузьму:

– Чего пришел?

– Нашлась волшебница!

– У тебя?

– Да, дочка хозяев.

– Тэк – с… – протянул Филипп Иванович: – Ну, что – ж… Значит, так – с этого дня ты станешь ее хранителем и наставником!

– А почему не вы?

– Тебе развиваться надо, а не только с котом лясы точить. Будешь обучать ее белой магии. Чувствую – сила в ней велика, такие раз в пятьсот лет рождаются. Нужно как можно скорее ей дать нужные знания, иначе сила через край пойдет и она либо ею захлебнется, либо может по темному пути пойти. Вот ты этим и займешься! Можешь приступать прямо сейчас! – с этими словами Филипп Иванович телепортировался обратно в кресло, давая понять, что разговор окончен.

Кузя вернулся домой. Оленька и Семен сидели рядочком на кровати, ожидая дальнейших указаний. Кузя глубоко вздохнул:

– Так, Оля… Вот что я тебе скажу – ты волшебница!

– Как феи Винкс?

– Даже лучше, чем эти лошади длинноногие! В тебе таится такая сила, что некоторым волшебникам и не снилась!

– Правда?

– Правда, правда! И я буду тебя обучать! Так, бабушка просыпается, поэтому занятия начнем после обеда!

Когда бабушка после обеда пошла за хлебом, Кузя начал урок:

– Начнем с простого – заклинание передвижения предметов по воздуху. По – простонародному – телекинез. Вот смотри! – домовой вытянул руку в сторону пульта от телевизора. Тот плавно оторвался от кровати, проплыл по воздуху метра три и оказался в руке у Кузи.

– Просто представь у себя в голове рисунок, как пульт летит обратно к кровати! – сказал Кузя: – Твоя задача – вернуть пульт на место. Приступай!

Оленька максимально сосредоточилась. Пульт плавно поднялся над ладонью девочки, а затем резко взмыл в воздух и шандарахнулся о потолок так, что разлетелся на мелкие осколки.

– Мама мия! – пробормотал Кузя. Сверху на голову ему сверзилась батарейка, оставив хорошую шишку.

Кот хихикнул.

– Ой, извините! Вам не больно? – спохватилась девочка и подхватила Кузю на руки.

– Пусти, пожалуйста! – домовой вывернулся: – Постарайся удерживать фокус! – он потер синеющий фингал: – О чем ты сейчас думала?

– Я представила, как пульт парит в облаках!

– Вот ты его в облака и отправила! – констатировал домовой: – А надо было его направлять к кровати.

Через три влетевшие в стену книжки и одну раздолбанную напрочь баночку с таблетками, Оленька наконец – то смогла аккуратно поставить на кровать деревянный стаканчик для карандашей.

– Фух! – Кузя с облегчением вытер лоб: – Полчаса – и мы победили!

– Ага! Вообще супер! – прохрипел придавленный тяжеленной медицинской энциклопедией Семен: – Давайте вы только на кухне с ножами заниматься не будете? А то кого – нибудь кондратий приберет!

– Ой! – девочка оглядела весь тот беспорядок, что они с домовым устроили: – Меня мама и бабушка убьют!

– Не убьют! – сказал Кузя и провел рукой по воздуху. Книги поднялись в воздух, встали на свои места на полках. Баночка лекарств снова собралась воедино из осколков, таблетки дружно запрыгнули внутрь.

– Ух ты! – удивилась девочка: – А меня так научите?

– Научу, конечно! Но не сейчас!

– А превращаться вы меня когда научите?

– Ой, Оленька, что ты! Оборотные заклинания одни из самых сложных! Да и не принято у домовых ими пользоваться! Мы сами по себе обратиться можем – но только в кошку, собаку, мышь и медведя. А за большим тебе надо к другому кому идти. Я – ж тебе могу только азы дать, а дальше уж пристроим тебя в колдовскую школу.

– А, кстати, как вас зовут?

– Кузя. Полностью – Кузьма Фомич – ответил домовой.

– Кузя!

– Ой, Сёма, подожди, не до тебя сейчас!

– Да ты на дверь погляди!

И действительно, массивную металлическую дверь сотрясали мощные удары. Неожиданно, из нее вырвали целый кусок и в образовавшуюся пробоину просунулась костлявая серая когтистая лапа.

– Упыри… – коротко проговорил домовой.

– Прячь девочку! – крикнул он коту, а сам метнулся в гостиную и вооружился массивным креслом из тисненого дуба, весом не меньше, чем под центнер.

Дверь сорвало с петель. Первая жуткая тварь ворвалась в коридор на четырех конечностях.

Вообще, упыри – довольно мерзкие существа. Они представляют из себя человекообразных тварей, с серой кожей, костистыми конечностями и телом, заостренными ушами. В принципе, обладают некоторым подобием разума, с ними даже можно попытаться вести переговоры. У них огромные клыки, выступающие из верхней челюсти, со рта постоянно капает слюна. Глаза полностью белые. Питаются упыри сырым мясом, но человечину любят настолько, что в 19 веке Магическая Конфедерация объявила на них охоту. Упыри крайне опасны, но когда наедятся, то на некоторое время уходят на покой и впадают в оцепенение. В этот момент они принимают человеческий облик. Как правило, этого хватает только на день, а на следующую ночь они снова выходят на охоту.

Но Кузя с ними разговаривать не собирался. Он от души припечатал первую тварь креслом по башке. Хруст ломаемых позвонков и черепной коробки и упырь помер во второй раз.

Усмехнулся домовой. Так ему, гаду, и надо!

Но этих кровопийцев было, как минимум, тридцать. Вскоре, кресло разлетелось на куски. И домовой прибег ко второму доступному ему оружию, самому мощному.

Кузя уже давно приглядел топор для рубки мяса. Уж больно рукоятка у него удобная и лезвие хорошее! Он лежал в коридоре и к нему особо никто не притрагивался. Одной прекрасной ночью, когда все спали, Кузя наложил на него несколько мощных заклинаний и, на всякий случай, окропил его святой водой. После такого вся нечисть должна была бояться этого оружия, как ладана.

Так и было. Как только домовик взялся за топор, упыри насторожились. Поняв, что против них, они поспешили свалить в густой туман у Темзы.

Но куда денешься от домового в его родной квартире?! Дверь сама села на петли, отверстие в ней исчезло. И больше упыри открыть ее никакими силами не смогли.

Кузя методично выкашивал упырей топором. Головы летели в разные стороны. Но любая подобная тварь, загнанная в угол, будет отбиваться всеми возможными способами. Вот и один из упырей схватил стоячую вешалку и как следует отоварил Кузю по голове. Тот отключился. Мертвяки, рыча, кинулись в комнату. У них была одна цель – привести к хозяйке девчонку.

Они просто смели в угол грозно шипящего кота и склонились над девочкой.

– Сожрем ее конечности! – прохрипел один из них: – Авдотья не велела приводить ее целой!

– Давай! – прорычали остальные.

И тут в комнату ворвался Кузя – в одной руке – топор, в другой – вешалка, волосы растрепаны, глаза горят, в зубах – веник… Жуткое зрелище!

– Да чтоб вам всем провалиться! – рявкнул Кузя, метнул топор. Сразу пять упырей полегло. Следом полетела, вперед острым концом, словно копье, вешалка. Еще пять тварей слегли. Домовой выплюнул веник, из его пальцев вылетели электрические разряды, насмерть сражая остальных.

Кузя опустился на пол.

– Ох, е! – пробормотал он: – Айяяя! Башка трещит, как с недельного похмелья! Ой! – он аккуратно ощупал большую шишку на затылке: – Хорошо – ж, он, гадина, подлец, тварь такая, едрить его в елку, меня приложил! – сказал Кузя: – Так… так, надо срочно совет домовых собирать! С чего – бы вдруг упырям ни с того, ни с сего нападать на квартиру? Причем не на первую попавшуюся… Так, стоп, эти гады научились еще и лифтом пользоваться?!

Через полчаса Кузя уже сидел в кресле у Филиппа Ивановича, а тот бинтовал его голову, смоченным в отваре зверобоя, бинтом.

– Знаю, знаю про упырей! – он мягко поглаживал по руке нервно подергивающегося Кузю: – Все знают! Мне сегодня прислали вот это! – он показал Кузе маленькую бутылочку:

– Зелье Послания?

– Оно самое. Я так думаю, с тобой вместе посмотрим. Нечего остальных баламутить. Моя Хозяйка сейчас у подружки, в квартире сверху, так что можем прямо здесь посмотреть.

Филипп Иванович как следует хряпнул об пол бутылочку. Над полом заклубился зеленый дым, постепенно приобретая очертания уродливой носатой старухи:

– Вообщем так, домовики! – с ходу начала ведьма: – Мне нужна девчонка! И, возможно, тогда я вас пощажу! Если вы мне ее не отдадите… Пеняйте на себя! Хана придет вашему дому и городу вашему! Чтоб вы знали – с вами говорила будущая владычица мира Авдотья!

С этими словами туман рассеялся. В комнате запахло плесенью.

– Какое – то у нее не очень царственное имя! – хихикнул Кузя.

– Да! – подтвердил Филипп Иванович и тоже похихикал.

Посмеялись немного. Отвели душу.

– Значит, так… – призадумался Филипп Иванович: – От ведьмы избавляться надо! Видимо, сила в Оле настолько велика, что способна она, если ее направить в нужное русло… Вообщем, для захвата нашего измерения хватит! Уж не родственница – ли она… Вполне возможно…

– Кого родственница – то?

– Самого могущественного волшебника во Вселенной!

– Неужели его самого?!

– Да. Самого повелителя времени Экскалибура! Хотя это очень маловероятно… Но, судя по ее магической мощи – вполне возможно!

– Как ведьму будем изводить?

– Вот, держи! – самый старый домовой во всем доме вытащил из – за пазухи старинный пистолет: – Серебром заряжен и трижды заговорен. На убийство ведьмы делался! Я тут останусь – Оленьку буду охранять! Но ты не один пойдешь! Я уже кое – кого пригласил!

Из темного угла вышли двое. Один – высокий старик, с бородой и волосами из мха и руками корягами и маленькая носатая кикимора.

– Знакомься! – сказал Филипп Иванович: – Марфа и Фома! Прямиком из парка мира!

– Мы сами пришли! – пропищала кикимора.

– Ведьма Авдотья пообещала награду тому, кто приведет к ней вашу девочку! – сказал леший Фома: – Мы сразу насторожились…

– Маловато нас будет! – прицокнул языком Кузя.

– А я ничего и не говорю! Сам с тобою согласен! – сказал Филипп Иванович: – Вот, держи бумажку!

На небольшом кусочке бумаги был написан аккуратным почерком адрес: “улица Пионерская, дом 14, квартира 5, 5 этаж”

– Ну и кто там проживает? – спросил Кузя.

– Муромец.

– Кран, что – ли?

– Тьфу на тебя! – ругнулся Филипп Иванович: – Илья Муромец!

– Так он – же вроде как, этого… того!

– Да, Кузя, тебе еще много предстоит узнать! – похлопал его по плечу старший домовой: – Жив Илья! Он вам поможет! Ну, идите!

Через полчаса наши герои стояли у двери квартиры номер 5. Кузя подпрыгнул и нажал на кнопку звонка.

Дверь им открыл здоровый могучий бородатый мужик. Илья Муромец словно сошел с картины “Три Богатыря”.

– Ого! – сказал он густым басом: – Давно я домовых не видывал! С чем пришли?

– Ой, а то вы не знаете, Илья Иванович!

– Про Авдотью – то? Да про нее уж все давно знают! Да, только, помогу – ли я вам?

– Не извольте сумлеваться! – подтвердил Кузя: – С вами мы этой твари точно в ноздрю керосин зальем!

– Ну раз так…

Муромец собрался довольно быстро. Натянул на себя кольчугу, подпоясался ремнем с мечом, надел шлем, взял в руки палицу. Выйдя во двор, наши герои удобно устроились в жигулях богатыря.

– Показывайте дорогу! – сказал он.

– Кто знает, куда ехать? – спросил Кузя.

– Я знаю! – ответил Фома: – Значит так…

Через час, когда уже стемнело, наши герои въехали в деревню Окатьево. Подъехали к нужному дому. Их уже встречали.

Старуха стояла у ворот своего дома в окружении огромного количества волколаков.

Наши герои вылезли из машины.

– Ну что? – гаденько, с ухмылкой, спросила Авдотья: – Сами сдадитесь, али поторгуемся?

С этими словами один из волколаков вывел к ним Оленьку и Филиппа Ивановича:

– Вы думали, я с домовым не справлюсь? – усмехнулась эта поганка сушеная: – Убейте их! – коротко бросила она волколакам, и те кинулись на богатыря, домового, лешего и кикимору.

И началась, как говорят в сказках, битва не на жизнь, а на смерть. Но волколаков явно было больше. На Илью Муромца насели сразу девять, кикимора, леший и домовой держались из последних сил.

В конце концов, один из волколаков прижал Кузю лапами к земле. Он ощерил страшную пасть с рядами ровных желтых клыков. Он приготовился уже было вцепиться домовому в горло, но тут раздался крик Оли:

– Не трогай Кузю! – и волколак рухнул, сраженный разрядом молнии. Затем раздался истошный старушечий вопль – видимо, та же судьба постигла и ведьму.