Хроники опера. Сорванные маски

- Она-то кому помешала? - покачав головой, спросил Иван

- Трофимову? - предположил Анзор.

Астахов задумчиво кивнул.

- Больше просто некому. Но есть еще кое-что, о чем не знает пока даже Николай Александрович. Девушка была беременна! Это, конечно, отношения к делу имеет косвенное, но делает само преступление еще более жестоким.

- В общем, рисуется следующая картина, - подытожил Иван. – По мне, так скорее всего, намечается грандиозный конфликт между двумя этими группировками! Одна из них делает первый шаг в виде убийства Вавиловой. Реакция незамедлительна - уничтожается доверенное лицо и адвокат Трофимова. Приветствиями обменялись, теперь можно ожидать конкретных действий!

- Примерно где-то так, - согласился начальник.

- А меня смущает один нюанс, - внезапно возразил Вадим. - Получается, что убийство Куликова - это решение ответное, то есть на скорую руку, но когда же успели завербовать водителя и подготовить его к такому серьезному шагу, да еще и предупредить репортеров и вообще организовать весь сценарий покушения? Уверен, за сутки-двое такую работу проделать невозможно.

- Водитель, скорее всего, был замазан уже давно, это нормальная практика, - возразил Анзор. - Уверен, что и среди людей Вавилова есть стукачи Трофимова. Журналисты? Да достаточно одного звонка - и вся свора тут же сбежится! Так что не думаю, что все так мудрено, да Олег?

Ответа не последовало. Все удивленно посмотрели на начальника отдела. Соколов сидел с каменным лицом, отрешенно глядя куда-то в сторону, и, казалось, ничего не слышал.

- Олег! - позвал его Валерий Юрьевич. - Что с тобой?

- А? - очнулся Соколов, тряхнул головой и как-то рассеянно улыбнулся. - Извините, я немного задумался. Вы рассказали такие вещи...

- Вещи действительно серьезные, поэтому попрошу на совещании быть повнимательнее! Мне кажется, что это далеко не последние новости.

- Да, конечно, - Олег окончательно пришел в себя. - Больше такого не повторится.

- Отлично! Тогда предлагаю тебе и Вадиму сегодня наведаться в Храм Святого Николая Угодника, где пройдет отпевание Светланы. Там соберутся все значимые люди в городе - никто не осмелится оскорбить Николая Александровича отсутствием на похоронах! Присмотритесь там ко всем, к самому Вавилову в частности, потом приезжайте назад – и будем думать дальше!

* * *

Въезжая на территорию коттеджного поселка, гости попадали на небольшие уютные улочки, где дороги были покрыты первоклассным асфальтом, а в вечернее время дворы освещались мягким светом уличных фонарей.

Поселок условно делился на две части. Первая начиналась сразу после КПП и представляла собой жилища небедных, но и не самых богатых жителей. Это были проспекты со стандартными таунхаусами, которые, конечно, были далеко не дешевыми, но и не претендовали на звания самых шикарных. Гораздо более внушительные строения, с огромными в несколько гектаров придомовыми территориями, находились в конце поселка.

Здесь красовались настоящие дворцы, роскошь отделки которых ослепляла. Высоченные заборы отделяли эти имения от всего внешнего мира, поэтому любопытные могли глазеть на то как живут хозяева жизни только через дорогущие кованные ворота.

В одном из таких поместий располагалась резиденция Сергея Михайловича Трофимова, владельца сети ресторанов, заправок, ночных клубов и нескольких строительных организаций. Сергей Михайлович являлся одним из самых богатых и влиятельных людей города, его многие боялись, многие ненавидели, но все знали - с Трофимом лучше дружить!

Благодаря многолетней упорной деятельности ему удалось наладить работу своего бизнеса таким образом, что руководство над всеми ключевыми сферами практически не требовало его присутствия в городе. Иными словами, он почти никогда не покидал "Мухинского", даже деловые встречи проводя на его территории.

Вот и сегодня у дома Трофимова сгруппировался небольшой автопарк из дорогих престижных автомобилей, некоторые под управлением личных водителей. Посетители в безупречных костюмах с золотыми часами и галстуках по цене в несколько тысяч долларов за штуку, постепенно заполняли собой гостиную, посередине которой стоял длинный стол. Стульев было ровно по количеству пришедших.

Гости расселись и с нетерпением и некоторой опаской ожидали появления хозяина. Редко когда они собирались ВСЕ: обычно Трофим вызывал по одиночке, максимум несколько человек для решения каких-либо текущих вопросов. Но те вопросы, которые они собирались решать сегодня заурядными назвать было нельзя. И самое главное, что понимал каждый - хозяин был в скверном настроении.

Время шло. Гости все чаще переглядывались, когда внезапно двери в зал резко открылись, и в комнату поспешно вошел небольшого роста коренастый мужчина лет пятидесяти. Его крупное лицо было сосредоточенным, узкие губы плотно сжаты, а черные усталые глаза мрачно поблескивали.

- Все здесь? - отрывисто бросил он высокому молодому человеку, который поспешно подскочил к нему. Тот утвердительно кивнул.

- Хорошо! Свободен!

Молодой человек вышел. Трофимов прошел к своему месту во главе стола и сел.

- Думаю, все понимают, зачем здесь находятся, - начал хозяин, пристально разглядывая каждого своего гостя. - Поэтому долго говорить не буду, а сразу приступаем к рассмотрению двух извечных русских вопросов: кто виноват, и что будем делать? У кого какие соображения?

- Виноват Вавилов, это точняк! - подал голос Алексей Золотов, хозяин автомастерских. - Больше никто не осмелился бы заткнуть пасть Куликову.

- Согласен, - кивнул Трофимов. - Но почему все сделано так по-топорному? Коля, конечно, человек крутого характера, но так подставляться... Мне не все тут нравится. Не забывайте, что это - объявление войны, которое мы игнорировать не можем.

- А может он слетел с тормозов из-за... ну ты понимаешь? - произнес Сергей Нилов, человек с багровым лицом и неприятными маленькими глазками.

- Имеешь в виду смерть девочки? - Сергей Михайлович задумчиво покачал головой: - Может быть, может быть. Я об этом тоже подумал... Действительно, потерять дочь и остаться при этом в адекватном состоянии непросто...

Тут он поднял глаза и увидел, что все собравшиеся без исключения смотрят прямо на него. В этих взглядах он прочел и страх, и недоумение, и подозрения.

Тогда он, слегка наклонившись вперед, медленно, отчеканивая каждое слово, проговорил:

- Я не имею к случившемуся никакого отношения! Более того, в этом не было никакой необходимости! Сейчас мы имеем больший вес чем когда-либо, и даже Вавилов не может тягаться с нами. И уж если на то пошло, - отрывисто добавил он, - я никогда бы не решился на такое без одобрения коллектива.

- Дети не могут быть в ответе за родителей! - произнес очень худой мужчина, по возрасту ровесник Трофимова. - Такие действия не по понятиям...

- Вот именно! - оборвал его Сергей Михайлович. - Поэтому еще раз повторяю: в нынешнее время у нас имеется поддержка очень влиятельных людей, которые сделали ставку на нас, а не на Вавилова. В создавшихся условиях творить такой беспредел - глупость! Мы с легкостью разделаемся с ним, если понадобиться, и не прибегая к подобным вещам.

Наступило молчание. Трофимов заметил, что люди отвели глаза, но выражение лиц у них оставалось по-прежнему задумчивым. Они явно не поверили ему.

- В любом случае война не нужна, - наконец проговорил все тот же худой мужчина. - Даже если сейчас мы обгоняем Вавилова по всем позициям - это еще ничего не значит. Раненый зверь бывает опаснее здорового!

- Но его ранение – смертельное! - возразил Трофимов. - А война, хотите вы этого или нет уже началась! Слишком много теперь взаимных претензий.

- Ты ожидаешь провокации? - спросил Золотов.

- Ожидаю, и советую ожидать и вам! В следующий раз, когда соберемся, обговорим это подробнее…

Собравшиеся правильно поняли, что был сделан намек на окончание разговора, и постепенно покинули гостиную. Когда за последним закрылась дверь, и Трофимов остался один, в зал почти бесшумно проскользнул тот самый молодой человек, который выполнял поручения хозяина дома в начале собрания.

Сергей Михайлович стоял у окна и смотрел как уезжают дорогие автомобили с его придомовой лужайки. В его глазах читалось раздражение. Помощник стоял не шелохнувшись.

- Они мне не поверили, - заключил Трофимов. - Это было видно по их рожам!

- Вы считаете это серьезной проблемой?

- Не такой уж и серьезной, но все же проблемой, - повернулся к референту хозяин. - Просто я не хочу давать поводов для распространения слухов, что, мол, Трофим катится к беспределу и готов для своей выгоды пойти на любую подлость…

Он прошел к своему месту и уже не видел, как во двор заехала еще одна машина, не такая шикарная как предыдущие, но которая по-хозяйски припарковалась прямо у крыльца. Из автомобиля поспешно выскочил симпатичный молодой парень и чуть не бегом помчался внутрь особняка.

Добежав до гостиной, он остановился чтобы отдышаться. И, услышав голоса, понял, что отец занят и отвлекать его не стоит. Он уже хотел уйти, но тут до него донеслись обрывки разговора, которые заставили его задержаться.

- Однако, как не крути, это убийство произошло вовремя, - заявил помощник. - Теперь Вавилов натворит глупостей и развяжет нам руки.

- Если уже не натворил, - возразил Трофимов. - Куликов и Голиков довольно серьезная потеря!

- Вы хотите сказать, что не уверены в его причастности? – недоверчиво спросил референт.

- Я просто не делаю преждевременных выводов. Но, несмотря ни на что, девчонку мне жалко. Я помню ее еще совсем маленькой...

Юношу пробил холодный пот. Он, слегка шатаясь, отступил от дверей в зал и медленно побрел в сторону.

- Эй, Макс! - окрикнул его кто-то. - Что случилось?

Парень повернул голову и увидел рослого охранника, который вопросительно смотрел на него.

- Все в порядке? - подойдя ближе спросил он. - Ты бросил машину, забежал в дом как сумасшедший...

- Все нормально, Руслан, - невнятно отвечал молодой человек. - Просто хотел поговорить с отцом, но он занят. Ничего, зайду попозже.

И он понуро побрел в направление своей комнаты. Руслан недоверчиво посмотрел ему вслед, после вернулся на свой пост.

Тем временем тяжелые часы в гостиной пробили одиннадцать. Сергей Михайлович одернул пиджак.

- Пора собираться, Артем, - сказал он. - Не хватало еще опоздать.

Помощник кивнул, и они направились к выходу. Но уже в самых дверях, Трофимов задержался.

- А ведь когда-то мы были друзьями, - произнес он. - Столько всего было...

Внезапно он злобно ударил рукой по стене.

- Неужели он мог поверить, что я посмею причинить зло его родной дочери?

* * *

Церковь Святого Николая располагалась в центральной части города и насчитывала несколько сотен лет своей истории. В советское время, когда религия не была популярна, она, почти забытая, постепенно ветшала, медленно превращаясь в никому не нужный памятник старины, в котором уже не проводилось никаких служб.

В последние годы все изменилось. Вера опять входила в моду, церкви начинали реставрироваться. Политики, бизнесмены и криминальные авторитеты, не жалея средств, вкладывались в монастыри и соборы, видимо, желая хоть чем-то искупить свои многочисленные прегрешения.

Эта церковь также не стала исключением. Лично Николай Александрович Вавилов выделил немалые средства на восстановление здания, и именно здесь он решил проститься с самым дорогим для себя человеком.

Народ прибывал. Самые разные люди приходили для того, чтобы принести соболезнования. Автостоянка на заднем дворе постепенно заполнялась дорогими автомобилями.

На своей машине к церкви подъехал Вадим. С ним был Иван, Олег же, сославшись на какие-то дела, присутствовать на отпевании отказался.

- Ничего себе сколько народу! - сказал Вадим, едва найдя место где-то в углу. - На похоронах бывшего мэра было вполовину меньше.

- Так то – мэр! - усмехнулся Иван. - Любой политик в нынешнее время приносит больше зла чем самый кровожадный бандит, поэтому, когда он умирает народ не в церковь идет службу стоять за упокой, а в какую-нибудь кафешку или бар, где отмечает избавление от очередного кровососа.

- Какие-то у тебя экстремистские взгляды, Ваня, - иронично пожурил его Вадим. - Для полицейского как-то неправильно так думать.

- А я в первую очередь - человек и гражданин своей страны!

- Лицемер!

- За такие слова можно и отхватить! Ладно, пойдем работать.

Они зашли в просторное помещение собора, и тут же им в нос ударил резкий запах церковных благовоний, которыми густо пропиталось все помещение церкви. Они увидели, как люди подходили к тяжелому роскошному гробу, установленному в самом центре так, что создавалось впечатление, будто святые со своих икон печально смотрят на молодое бледное лицо покойницы. У изголовья стоял пожилой священник с седой аккуратно подстриженной бородой и негромко бормотал молитвы, кивая каждому, кто подходил.

Поляков и Смирнов встали недалеко от гроба, но на достаточном расстоянии, чтобы незаметно наблюдать за всем происходящим.

Некоторое время ничего особенного не происходило. Собравшиеся разбивались на небольшие группки и тихонько перешептывались. Все взволнованно ожидали появления главного скорбящего.

Внезапно в дверях появились два крепких молодых человека. Бросив быстрый взгляд в толпу, они переглянулись и отступили в сторону.

Через секунду появился огромного роста и богатырского телосложения мужчина годам ближе к шестидесяти. Он шел слегка согнувшись, не обращая внимания на посторонних. Глаза его были устремлены вперед к тому месту, где стоял гроб.

Ему не пришлось проталкиваться сквозь толпу - все расступались перед ним с невольным уважением, какое внушает несчастье. Его глаза опухли и покраснели: скорее всего, ночь была бессонной.

- Никогда не видел его в таком состоянии! - прошептал Иван на ухо Вадиму

- Оказывается, он тоже человек, да? - серьезно произнес Поляков. Иван недоверчиво посмотрел на него, но промолчал.

Николай Александрович подошел к скорбному сооружению, где покоились останки его любимой дочери. Священник живо подскочил к нему, намереваясь что-то сказать, но посмотрев в лицо Вавилова передумал и слегка отступил. Вавилов же словно ничего не заметил - он просто стоял и смотрел на умершую.

Это продолжалось несколько минут, во время которых смолкли все разговоры и воцарилась абсолютная тишина. После Николай Александрович выпрямился и повернулся к собравшимся.

- Я очень благодарен всем, кто нашел время и явился сюда попрощаться с моей дорогой девочкой и заодно поддержать меня в эту сложную минуту, - глухим, но недрогнувшим голосом сказал он. - Спасибо, я никогда этого не забуду!

Эти слова послужили сигналом, и люди стали по очереди подходить к Вавилову, чтобы лично принести соболезнования. Николай Александрович принял более живой вид, сердечно благодарил каждого и крепко пожимал протягиваемые ему руки.

- В каком все-таки обществе мы с тобой оказались! - снова зашептал Смирнов. - Куда ни плюнь - везде денежные мешки да местная знать.

- И как они все перед ним прогибаются! - ответил Вадим. - Словно он им - отец родной.

- Ну, в каком-то смысле для некоторых так и есть. Вон, например, видишь того длинного парня с золотым браслетом? Это Сергеев - хозяин местного издательства "Водолей".

- Я знаю кто это такой, - кивнул Поляков. – Скандальная личность, постоянно с ним какие-то истории. На него уже поступало несколько жалоб...

- Которые очень оперативно отзывались, и дела так и не пошли в ход, - заметил Иван. - До меня доходила информация, что именно Николай Александрович проявлял к этим инцидентам повышенный интерес.

- Иметь целое издательство в своем распоряжении очень неплохо, - заметил Вадим. - Ради этого можно кое-чем помочь хозяину, закрывая глаза на его оригинальную натуру и выкрутасы… Ладно, с этим выродком все ясно. Но вот что Залесский здесь делает? Вроде, обычный врач…

- Не скажи! Доктор Залесский - лучший хирург в городе, имеет много грамот и поощрений на самом высоком уровне. Говорят, что его представляли к награде в самой Академии Наук!

- Хочешь сказать, что к этому тоже приложил руку Вавилов?

- Ни в коем случае! Алексей Борисович действительно шикарный специалист, народу он вытащил с того света немало. Думаю, просто его клиентами были и люди Николая Александровича, да и вообще, что удивительного, что они могут быть знакомы?

Вадим внимательно пригляделся к человеку, о котором они сейчас говорили и который в это самое время стоял рядом с Вавиловым. Доктор Залесский был среднего роста и худощавый, но рядом с Вавиловым он казался мелким и хилым. У него было довольно приятное лицо, слишком серьезное, что говорило об отпечатке его профессии, не склонной к юмору. Взгляд же был прямой и открытый.

Сказав по всей видимости все, что считал нужным, Алексей Борисович отошел от скорбящего отца и направился к выходу, где его ждала небольшого роста полноватая женщина, по виду которой было ясно, что нахождение в подобном месте, да еще и по такому поводу совсем ее не радует. Поэтому, когда доктор вернулся, она облегченно вздохнула, что-то прошептала ему на ухо, и они неспешно покинули церковь.

- Его жена, Маргарита Евгеньевна, - проговорил Иван. - Работает в педагогическом университете преподавателем истории. Интересная дама! В отличие от мужа у нее веселый характер, к тому же она… атеистка! Заметил, как неприятно ей здесь находится?

- Это-то откуда хоть знаешь? - удивился Вадим.

- Ну извини, это ты у нас в городе только второй месяц, а я здесь всю жизнь! Ладно, у меня знакомая девчонка у нее училась… классная, говорит, тетка...

Внезапно ирония Ивана исчезла.

- Ты посмотри кто пришел! - проговорил он. - Даже я не ожидал его здесь увидеть!

Вадим повернул голову в направление выхода и увидел полного пожилого мужчину в сопровождении огромного великана-телохранителя. Мужчина поспешно семенил короткими ногами, его лицо слегка раскраснелось, на лбу выступили бисеринки пота.

Вавилов тоже увидел этого человека. Его мрачное лицо слегка просветлело. Он первый протянул обе руки вперед, когда вновь прибывшие приблизились к нему.

- Лев Абрамович, для меня полная неожиданность ваше появление, - проговорил Николай Александрович. – Но я искренне благодарен…

- Дорогой друг, умоляю, не надо лишних слов! - горячо пожимая руки отвечал коротконогий мужчина. - В первую очередь, это трагедия для вас, но вообще, когда люди уходят от нас так рано, еще на заре своего жизненного пути - это несчастье для всего общества!

- Кто это? - спросил Вадим.

- Лев Абрамович Левин, банкир. Одна из самых загадочных личностей в нашем городе. Владелец в принципе не очень большого, вполне заурядного банка - есть у нас люди гораздо более влиятельные в этой сфере - но почему-то дружбы ищут в первую очередь с ним! Сам не местный, приехал к нам из столицы пару лет назад…

- Телохранитель у него что надо!

- Савелий Андреевич Бойцов, кстати, раньше работал в органах. Имеет странное прозвище - Бармаглот. В отличие от многих такого типа людей голова не только для того, чтобы в неё есть. Даже имеет какое-то образование. Говорят, Левин очень ему доверяет...

- Ты погляди! - встревожено перебил его Поляков. - Сюрпризы для Николая Александровича на сегодня еще не закончились!

Теперь уже Смирнов поспешно повернул голову и увидел, как от ворот в сопровождении нескольких телохранителей медленно продвигается вперед Сергей Михайлович Трофимов.

Банкир как раз отошел от Вавилова, и тот, переведя взгляд, увидел своего злейшего врага. Лицо Николая Александровича окаменело, тело напряглось. Конечно, он ожидал появления этого человека, но тем не менее встретится с ним так, лицом к лицу, было непросто.

Трофимов подошел к гробу. Хмуро поглядев на Светлану, он перевел взгляд на ее отца.

- Здравствуй, Николай, - тихо проговорил он. - Соболезную тебе!

- Спасибо! - процедил Вавилов. - Очень признателен, что пришел.

- Я не мог не прийти. Поверь, мы все скорбим вместе с тобой.

С этими словами Сергей Михайлович протянул руку. Слегка помедлив, Вавилов все же пожал ее.

- Завтра похороны близких мне людей, - помолчав, сказал Трофимов. - Надеюсь, увидеть тебя.

- Я обязательно постараюсь приехать, - кивнул тот.

Несколько секунд Сергей Михайлович внимательно всматривался в лицо Вавилова, но тот оставался абсолютно невозмутим.

- С каким бы удовольствием они разорвали друг друга! - прошептал Иван.

- Я думаю, что мы уже увидели достаточно, - проговорил Вадим. - Нам надо уходить сейчас, или придется простоять до конца службы.

- Ты прав, - согласился Смирнов.

Неспеша, чтобы не привлекать внимания, они направились к выходу.

Глава 3

Уже наступил вечер, когда на одной из центральных улиц города появился автомобиль, который припарковался рядом с небольшим ресторанчиком. Из машины вышел молодой человек с мрачным выражением лица и неспеша проследовал в заведение.

Увидев его, администратор, слегка дремавший, мгновенно очнулся, и уже через минуту парень расположился в одной из уютных кабинок. Отказавшись от меню, юноша попросил принести ему бутылку виски, холодных закусок и два прибора. Понимающе кивнув, служащий принял заказ и испарился.

Несколько минут спустя он вернулся с подносом. Молодой человек отстраненно смотрел в одну точку, не замечая ничего вокруг. Лишь когда официант ушел, и он остался один, парень взял в руки бутылку, открыл ее и налил себе рюмку. Некоторое время он смотрел на нее, потом быстро схватил и залпом выпил. Сморщившись словно от боли, он поспешно взял в руку стакан с апельсиновым соком и жадно влил в себя не меньше половины.

Отдышавшись, однако, юноша тут же налил себе вторую и повторил. Отметил, что в этот раз жидкость не была уже такой противной и горькой на вкус, криво улыбнулся сам себе, уже слегка захмелев, и только приготовился наливать третью, как в кабинку зашел некто и сел напротив него.

- Что ж ты какой нетерпеливый, Макс? - проговорил вошедший, тоже молодой мужчина, но постарше, блондин, с хитро бегающими глазами. - Даже друга не дождался - решил сам все употребить?

- Ты как всегда опаздываешь! - угрюмо ответил Максим, наливая уже обоим. - А у меня на душе до такой степени паршиво, что сидеть просто так я не мог.

- Ну, зная, во-первых, что ты, молодой человек, вообще не пьешь, а сегодня через край хлещешь, да еще и за рулем - ведь это твоя машина там стоит? - несложно сделать вывод, что тебе не просто паршиво, а хреново как никогда!

- Вы абсолютно правы, мистер Холмс, не зря же работаете в полиции...

- Что случилось?

Тот некоторое время молчал, глядя в рюмку. Потом, словно решившись на тяжелый шаг, выпрямился.

- Я потерял очень дорогих и близких мне людей! - произнес он.

- Кого это, интересно? - удивился Смирнов. - Я сегодня видел твоего отца на одних похоронах - там он прекрасно выглядел.

- Да причем здесь отец... Что? - внезапно встрепенулся парень. - Ты был сегодня на похоронах? На чьих?

- Дочери Вавилова, разумеется. У меня служба такая - приходится бывать на самых разных мероприятиях. Приятного, конечно, мало - красивая девчонка была...

- Они оба умерли! - прошептал Максим и не дожидаясь Ивана выпил виски. Тот недоуменно посмотрел на друга.

- Да, она была беременна... Откуда ты это знаешь?

Внутри Смирнова все похолодело - внезапно все стало ясно!

- Ты?! - только и смог выговорить он. Максим удрученно кивнул.

- Я же сказал - я потерял двоих!

Некоторое время они молчали, каждый занятый своими мыслями. После Максим Трофимов снова взял в руку бутылку.

- Когда мы познакомились я не знал, что она - его дочь! - начал он, криво усмехнувшись. - Все как у Шекспира! Две семьи, отцы ненавидят друг друга, а их дети, наоборот, друг друга любят! Мелодрама, мать твою!

Он откинулся от стола.

- Понимаешь, Вань, я понял, что впервые в жизни полюбил по-настоящему! И она ответила мне тем же. А потом я узнаю про ребенка…

- Макс...

- Подожди, не перебивай! Ты даже не можешь представить, что я почувствовал, когда она сказала мне об этом, - голос Максима дрожал, глаза увлажнились. - Но жизнь - суровая штука, и волей-неволей пришлось возвращаться в реальность! Мы понимали, что наступило время, когда держать все в секрете больше не получится. И вот, она позвонила мне позавчера и сказала, что собирается идти к отцу, чтобы все ему рассказать.

Иван внимательно слушал. После потрясения к нему вернулось обычное спокойствие, и сейчас он почувствовал, что неожиданно для самого себя даже может получить ценные данные.

- То есть получается, что ты последний с кем она разговаривала? – уточнил он.