ТРАМВАЙ №20

Хорошо, когда тебе восемнадцать лет и у тебя ещё вся жизнь впереди. Особенно это здорово, когда ты сдал сессию и можешь, предаваясь безмятежной расслабленности, погулять по ночным улицам родного города. Вокруг тишина, горят огни фонарей, на деревьях шелестят, потревоженные дуновением лёгкого ветерка, листья. Изредка тишину улиц нарушают проезжающие мимо машины такси. Готовясь к завтрашнему трудовому дню, город спит, и только я и несколько моих друзей нарушаем эту идиллию ночи.

– Как же круто гулять по ночам! – вскидывая руки вверх, произнёс Кирилл. – Никого нет, только мы, властелины целого города, и можем делать что захотим!

– Ну это вряд ли. Властелин. Стоит только что-нибудь натворить, как мигом приедет полиция, и все твои властные полномочия сразу закончатся. – заметила Таня, поправляя вечно спадающую на глаза прядь длинных чёрных волос.

– Вот умеешь ты весь кайф обломать. – опустив руки, сказал Кирилл. – Я ведь не собирался делать ничего противозаконного, просто восторгался тем, что вокруг никого нет. От этого кажется, что ты можешь всё и ещё больше. А ещё мне всё напоминает какой-нибудь постапокалиптический фильм, типа «Я-легенда» или «Дорога». Там, где все погибли и лишь главный герой ходит по пустынному миру. Это ведь так увлекательно.

– Согласна. – произнесла Света и заозиралась по сторонам. – Мне тоже кажется, что мы попали в один из тех фильмов. Только я не разделяю твоего веселья, того и гляди из кустов выпрыгнет какой-нибудь зомби или людоед. Прям как в кино. – Она живо представила себе это и даже поёжилась от страха.

– Трусиха. – обвинил Свету Кирилл. – Это оттого, что ты мало гуляешь, а только и делаешь, что дома сидишь. Тебе надо по чаще с нами гулять, вот так, как сегодня. Тогда не будут всякие страшности мерещиться за каждым углом.

– Я, в отличие от тебя, училась. У меня за сессию ни одной тройки нет, а у тебя, наоборот, одни тройки.

– Подумаешь. – пожал плечами Кирилл. – Тройка универсальная оценка. Говорит о том, что я не дурак, но и не зазнайка, как некоторые.

– Это кто зазнайка? Я?! – Света обиженно скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась от Кирилла. – Не буду тебе больше лекции списывать давать.

– Ой, больно-то и надо. Я их у Тани брать буду. Ты же не откажешь другу? – обратился он к Тане.

– Ты меня сюда не впутывай. Я тебе в этом помогать не собираюсь. – резко ответила Таня.

Получив отказ от Тани, Кирилл обратился ко мне.

– Саня, дружище, ну а ты? Ты ведь на моей стороне? Ладно они, девчонки, у них женская солидарность и всё такое. Ну ты-то мне будешь давать переписать лекции в следующем году?

– Нет, друг Кирюха. – Я положил руку на плечо Кирилла. – Сам наломал дров, сам проси прощение. Из всех нас у Светы самые полные конспекты и самый разборчивый подчерк. Без её помощи тебе никак не обойтись.

– Эх вы, ещё друзья называетесь. – Не захотел просить прощения Кирилл. – Ладно, сам в следующем году как-нибудь справлюсь.

Он скинул с плеча мою руку и, поправив свою ярко-зеленую футболку с надписью «Мафия», зашагал к трамвайной остановке. Не обращая внимания на спящего на лавочке бомжеватого вида мужика, Кирилл уселся рядом. Я с девчонками переглянулся и последовал за ним.

– Ты чего тут уселся? – спросила Таня, когда мы подошли к остановке.

– Не видишь, трамвай жду. – Нехотя ответил Кирилл.

– Какой трамвай? Обиделся небось? – сказала Таня.

– Мужчины не обижаются. Я расстроился на то, что вы плохие друзья.

– Мы плохие друзья?! – Вспыхнула Таня. – Это мы плохие друзья?!

– Да! – ответил Кирилл.

Таня вскипела еще сильнее и схватила Кирилла за ухо.

– А ну-ка перестань вести себя как маленькая ляля! Это ты первый обидел Свету, а теперь строишь из себя жертву, чтобы мы просили у тебя прощения! Тебе не стыдно?! Саша, скажи ему.

– Да, Кирюха, так не правильно. – Поддержал я Таню.

Кирилл с трудом вырвал ухо из захвата Тани, потёр его, затем посмотрел на нас как затравленный зверь. Вдруг он резко изменился в лице и, улыбнувшись, блеснул своей ямочкой на щеке, которая сводила с ума всех девчонок в группе.

– А ловко я вас разыграл! – Воскликнул он. – Вы и в правду поверили, что я могу себя так повести. Ну нет, плохо вы ещё знаете Кирилла Щедрина, кстати, возможно, очень-очень-очень дальнего родственника того самого Щедрина, что написал «Пошехонская старина» или «Премудрый пискарь», да и много чего ещё написал. – Он откашлялся, как профессор на лекции. – Так вот, плохо вы меня знаете! – Вознёс он указательный палец вверх. – Это был розыгрыш! Чтобы вы за мной побегали. На самом деле я просто решил отдохнуть, посидеть на лавочке. А прощение я сейчас попрошу.

Кирилл встал на одно колено и, изображая из себя средневекового рыцаря, произнёс:

– О прекраснейшая и несравненная Светла, простите мне моё прегрешение! За то, что я назвал вас зазнайкой, всемилостивейше прошу у вас снисхождения! Даруйте же мне своё прощение!

Света сразу покраснела и почувствовала себя неловко, её приятные круглые щёчки налились румянцем.

– Прощаю. – Только и смогла выдавить она из себя, отвернувшись в смущении.

Кирилл встал с колен с видом победителя дракона.

– Позер. – Сказала Таня.

– Артист. – Согласился я с ней.

Тут на лавочке возле нас завозился пьяница, о котором мы совершенно забыли.

– Что за шум? – Источая зловоние перегара, произнес пьянчуга.

– Никакого шума, просто трамвай ждём! – Продолжая весело улыбаться, ответил Кирилл.

– Трамвай? – Кряхтя поднявшись из положения лежа в положение сидя, переспросил мужик.

– Ага. – Кивнул Кирилл.

– Напрасно вы его ждёте.

– Да знаем, знаем. Какой трамвай ночью. Это он так шутит. – Объяснил я.

– Нет. Я не о том. – неожиданный собеседник порылся под скамейкой, нащупал там бутылку с оставшимся на донышке пивом и влил содержимое себе в рот. – Ох, хорошо. – вытерев рукавом рубашки рот, произнёс он. – Так вот. Я не о том, что уже поздно, я про то, что ждать трамвай в такое время опасно.

– Это почему? – спросил Кирилл. – Хулиганы побьют?

– Если бы. – мужик посмотрел на бутылку в руках, тяжело вздохнул, убедившись, что она пуста, и продолжил. – По ночам здесь творится чертовщина. От которой мурашки по коже бегут.

– Ну-ка, ну-ка, поподробней. – загорелся Кирилл.

– А может, не надо. – робко попросила Света, поёжившись, словно её обдуло холодным ветром.

– Да не боись, мы же с тобой. – сказал ей Кирилл. – Рассказывайте. – попросил он пьяницу.

Мужчина громко икнул и заговорил:

– Каждый четверг ночью, примерно в её середине, когда особенно темно, по этим путям проезжает трамвай двадцатого маршрута. Внешне это обычный трамвай, старый такой, жёлтый, с красной полоской. Постройки ещё времён Советского союза. За рулём сидит такой же обычный с виду мужик, а кондуктор у него бабушка, божий одуванчик. Трамвай делает несколько остановок на маршруте, в том числе и здесь. – Мужик указал на остановку, на которой мы стояли. – Собирает ничего не подозревающих пассажиров. А затем увозит их в неизвестном направлении. И больше этих людей никто никогда не видит.

– Ой, мамочки. – ещё сильнее поёжившись, произнесла Света.

Кирилл же напротив залился громким смехом.

– Ой не могу, насмешили! Сейчас живот лопнет! Я-то думал, что-то страшное, а тут! Советский трамвай куда-то людей увозит. Небось в Советский союз и увозит. Ой не могу!

Кирилл так задорно заливался смехом, что и все остальные поневоле стали улыбаться.

– Это, возможно, вахтовый трамвай, если, конечно, такие бывают. Наверно, ездит и собирает сотрудников депо. – предположил я.

– Да, и к тому же, откуда вы знаете, что этих людей больше никто не видел? Вы что, проверяли что ли? – спросила Таня.

– Я рассказал как есть. А вы хотите верьте, хотите нет.

Явно оскорбившись нашим недоверием, мужчина собрал свои пожитки и ушёл с остановки.

– Ну вот, вы его обидели. А ведь так было весело. Он мог ещё какие-нибудь байки рассказать. – глядя вслед удаляющемуся пьянице, расстроившись, сказал Кирилл.

– В следующий раз байки послушаешь. – сказала Таня. – Давайте сейчас немного отдохнём и пойдём домой. Уже три часа, и спать хочется.

– Согласна. – поддержала её подружка.

– Пойдёмте. – согласился я.

– Раз все хотят домой, то делать нечего. – не стал спорить с другими Кирилл. – Тем более ещё топать далеко. Вот приехал бы сейчас трамвай.

Стоило только последней фразе сорваться с его уст, как тут же раздалось звонкое "Дзынь-дзынь!". Мы все посмотрели в сторону раздающегося звука. Невесть откуда взявшись, к остановке приближался трамвай. Он был точно таким, как описывал пьяница: старой модели, весь выкрашенный в жёлтый, с ярко-красной широкой полосой, проходящей по центру корпуса. Форма его была слегка закруглённая. Впереди сияли две большие круглые фары. На лобовом стекле водительского места виднелась табличка с номером маршрута. Номер был двадцатый. За его рулём вагона сидел мужик лет пятидесяти, в кепке, синей рубашке. Лицо его украшали широкие серые усы.

От вида трамвая меня, по неведомой причине, пробрала мелкая дрожь. А вот Кириллу, наоборот, снова стало весело.

– Ха, прям желание исполнилось! Только сказал, и хоп, вот тебе трамвай. – улыбаясь, сказал Кирилл.

Меж тем трамвай медленно подъехал к остановке. Слегка скрипнув, открылись двери вагона.

– Ну что, поехали? – подмигивая, спросил Кирилл.

– Боязно как-то. – тихонько ответила Светлана.

– Да. Может, он вообще не идёт куда нам нужно. – поддержала Таня.

– Сейчас узнаем.

Кирилл заскочил в трамвай, перекинулся с кондуктором парой фраз и выглянул наружу.

– Всё в порядке. До Декабристов доедим.

Мы стояли в нерешительности, переглядываясь друг с другом.

– Ну что вы ждёте? Поехали! Вы что, реально поверили истории того мужика? Не будьте такими трусами. – подтрунивал над нами Кирилл. – Трамвай ведь долго ждать не будет.

Как бы подтверждая его слова, водитель трамвая позвонил в звоночек, торопя нас. Мы ещё раз переглянулись и, чтобы не показаться трусишками в глазах друга, зашли в вагон. Первыми я пропустил девушек, а затем и сам вошёл. Двери захлопнулись, трамвай тронулся.

– Вот. Так бы сразу. А то стояли, думали чего-то. – одобрил наш поступок Кирилл. – Пойдёмте назад, там сиденья, на которых можно сесть всем вместе.

Мы последовали его совету. Пройдя через весь салон пустого вагона трамвая, мы попарно, я с Таней, Кирилл со Светой, уселись на поставленные в ряд четыре сиденья. С этих мест открывался хороший вид. Хочешь, можешь оглядывать весь салон трамвая, разглядывать входящих и выходящих, а хочешь, можешь уставиться в окно и смотреть, как мимо проплывают пейзажи ночного города. Я выбрал второй вариант.

Трамвай ехал не спеша, слегка покачиваясь. Его колеса выбивали мерную дробь. От этого такта я начал понемногу засыпать. Окончательно заснуть мне не дал голос подошедшего кондуктора.

– Оплачиваем за проезд!

Я раскрыл глаза и посмотрел на кондуктора. Когда мы вошли в трамвай, я не обратил на него внимания, но теперь я мог разглядеть кондуктора как следует. Им оказалась очень старенькая бабушка. Она была совсем маленького роста, с непропорционально большой головой, на которой красовался громадный нос с не меньшей бородавкой. Глаза её тоже были огромные и круглые, зеленоватого цвета. Седые волосы старушки были заплетены так, что походили на образовавшийся на голове муравейник. Мне эта бабушка напомнила персонажа ведьмы из мультфильма Хаяо Миядзаки. Как оказалось, такое сравнение пришло в голову не только мне. Тихонько ткнув меня локтем в бок, Таня прошептала:

– Смотри, это же точь-в-точь Юбаба из мультфильма «Унесённые призраками». Помнишь, мы его с тобой смотрели?

– Ага. Помню. – подтвердил я. – Похожа.

Пока мы замерев рассматривали подошедшую бабушку, она повторила своё требование.

– Оплачиваем за проезд! – сказала она слегка осипшим голосом.

– Да, да. Сейчас. – я первым полез за деньгами.

Вытащив из кармана шорт мятую пятидесятирублёвую купюру, я протянул её кондукторше и спросил:

– Скажите, а почему ваш трамвай ходит так поздно?

Сложив мою купюру в висевшую на шее матерчатую сумочку, бабушка оторвала билет и, протягивая его мне, коротко ответила:

– График такой.

Затем с кондуктором расплатились остальные, и когда все были обелечены, старушка развернулась и ушла на своё место. А мы еще долго переглядывались между собой. Пока Света не обратила внимание на билеты.

– Ой. – пискнула она.

– Что такое? – спросил Кирилл.

– Посмотри на билет.

– А что с ним не так?

– Да посмотри ты.

Кирилл, а вслед за ним и все мы посмотрели на свои билеты.

– И что с ним не так? – внимательно рассмотрев билет, спросил Кирилл.

– Как что? Ты что, не видишь? Числа. – ответила Света.

– Что с ними? – все еще не понимал Кирилл.

– На моем билете указана дата моего рождения, ноль пятое, ноль седьмое, ноль шестого года. А на твоём твоего.

Я ещё раз взглянул на свой билет. Точно, Света права. На билете была выбита дата моего рождения. По телу снова побежали мурашки. Но Кирилла такими мелочами было не пронять, он просто излучал оптимизм и уверенность.

– Ой, да хватит вам уже жути нагонять. Обычный трамвай, с обычными билетами. Цифры – это просто совпадение. Вот смотрите, сейчас будет следующая остановка, войдут люди. Так что успокойтесь уже. Нельзя же быть такими впечатлительными.

Кирилл оказался прав, очень скоро трамвай подъехал к новой остановке, его двери открылись, и внутрь вошла влюблённая парочка. Ну, может, и не влюблённая, но обниматься и целоваться они не переставали. Не обращая ни на кого внимания, парень сунул кондукторше деньги за проезд и, продолжая целоваться, увёл свою девушку на самые первые сиденья.

– Вот, я же говорил! – победно вскинув указательный палец вверх, сказал Кирилл. – Самый обычный трамвай. Кстати, а меня никто поцеловать не желает.

Услышав это, девчонки сразу отвернулись к окошкам, делая вид, что вообще не знают Кирилла.

– Всегда с вами так. – обиженно опустив палец, пробурчал Кирилл. – А другие девчонки в институте так с радостью бы поцеловали.

– Вот и иди к этим другим девчонкам. А мы со Светой не такие. Правда, подруга? – сказала Таня, не отрываясь от окна.

– Угу. – кивнула Света.

Трамвай тронулся дальше. Его тихое «тук-тук» успокаивало и погружало в сон. Я на секунду прикрыл глаза и заснул. Сквозь сон я слышал, как вагон сделал ещё пару остановок и в него вошло ещё несколько человек. Слышал, как о чем-то спорили Кирилл с Таней. Внезапно я почувствовал, как трамвай ускорился, его «тук-тук» стало громче, а раскачивание кабины усилилось.

– Что происходит? – раскрыв глаза, спросил я.

– Не знаем! – хором ответили друзья.

Мы уставились в окна. Пейзаж за стеклом резко изменился. Вместо городских многоэтажок и освещённых улиц были видны лишь высоченные тёмные деревья, с проблесками поросших бурьяном полей.

– Что-то я не припомню у нас в городе таких видов. – почесав голову, сказал Кирилл. – Может, они свернули на ветку, ведущую в депо? Пойду спрошу.

Кирилл встал и, держась за поручни, стал продвигаться к кондуктору, я решил пойти вместе с ним. Оказалось, что во время остановок салон трамвая пополнился музыкантом с гитарой, странного вида лысым типчиком в костюме тройке с дипломатом и одинокой девушкой, которая по внешнему виду походила на девушку очень лёгкого поведения. Пройдя мимо всех, мы добрались до бабушки-кондуктора. Она сидела спиной к нам и решала кроссворд.

Сказочный персонаж, слово из пяти букв. Первая «Л», последняя «Й».

– Леший! – подсказал Кирилл.

– Точно. – старушка записала ответ и обернулась к нам. – Вы чего-то хотели, касатики?

– Хотели спросить, бабушка, куда это занесло наш трамвай? Откуда лес взялся?

– А это… – она на секунду замолчала, – об этом не волнуйтесь, он скоро закончится, вот увидите.

Как подтверждение её слов, лес за окном и вправду исчез, а через мгновение трамвай въехал в тоннель. Неожиданно свет в вагоне заморгал, подул холодный ветер. Затем лампочки совсем погасли. Девчонки, продолжавшие сидеть на своих местах, взвизгнули от страха. Впрочем, едва начавшаяся паника тут же прекратилась, когда внезапно погасший свет так же внезапно зажёгся.

– Что это было? – спросил меня Кирилл.

– Не знаю. – пожал я плечами. – Перебои электричества.

Я перевёл взгляд с друга на кондуктора и остолбенел. Только что сидевшей перед нами старушки не оказалось на месте. Она словно растворилась в воздухе.

– Эй, а куда бабулька делась? – вместе со мной уставившись на пустое место ничего не понимающим взглядом, спросил Кирилл.

– Да откуда я знаю. Я же стоял рядом с тобой. – начиная нервничать, ответил я. У меня появилось нехорошее предчувствие.

В это время, едва выкатившись из тоннеля, трамвай сбавил ход и остановился. Его двери открылись. Мы с Кириллом осторожно выглянули наружу. За пределами трамвая царила сплошная, неприглядная тьма. Складывалось впечатление, протяни руку и сможешь пощупать эту черноту на ощупь.

– Жуть. – произнёс Кирилл.

– Согласен.

Вдруг сидевшая впереди парочка, которая все это время не переставала целоваться, решила покинуть вагон. Не в силах оторваться друг от друга, они вообще не обращали внимания на то, что твориться вокруг.

– Идиоты! Что они делают! Там ведь может быть опасно! – закричал я, наблюдая за тем, как парочка постепенно отдаляется от трамвая.

– Они пьяные что ли? – проговорил Кирилл, поражённый глупым поведением целующихся.

А парочка все удалялась и удалялась. Вот уже свет от салонных ламп трамвая перестал освещать их. В густой тьме силуэты двух людей были едва различимы. Ещё несколько шагов, и парочка полностью растворилась в темноте.

– Ушли. – сказал Кирилл. – Может, там ничего такого? Может, нам стоит последовать их примеру?

– Нет. – я отрицательно покачал головой. – Что-то тут не так, мы словно в ужастик попали. Кондуктор исчезла, тоннель, эта непроглядная тьма вокруг. Не думаю, что стоит покидать вагон. Пойдём лучше к девчонкам, они наверняка напуганы.

– Пойдём. – согласился Кирилл.

Едва мы отошли от двери и направились обратно к своим сиденьям, как из темноты раздался страшный, душераздирающий рёв. Этот рёв не был похож ни на один звук, который я когда-либо слышал раньше. От него кровь стыла в жилах, а волосы на теле вставали дыбом. Ощущение такое, словно ты загнанный в угол маленький зверёк, которого вот-вот растерзает хищник.

Вслед за страшным звуком последовали два приглушённых, полных ужаса вскрика. Кричали те двое, ушедших из вагона. Крики их были недолгими, тьма поглотила их голоса и оставила только жуткий, неестественный рёв. А когда он стих, послышались тяжёлые шаги. Что-то большое и страшное приближалось к трамваю из темноты.

– Срочно валим отсюда! – вырвавшись из оцепенения ужаса, закричал Кирилл.

– Точно! – кивнул я. – Я к водителю. А ты успокой девчонок и ко мне. Может потребоваться твоя помощь.

– Хорошо.

Мы разошлись в разные стороны.

Я в несколько широких шагов добежал до двери, отгораживающей место водителя от салона, и заглянул внутрь. Водитель, так же как и кондуктор, исчез. Между тем звук гигантских шагов становился все громче, нечто приближалось. Я принялся дёргать за ручку двери, пытаясь открыть её. Бесполезно. Дверь была закрыта на щеколду с внутренней стороны. Тогда я бегло осмотрел салон. Возле одного из окон я обнаружил молоточек, что специально вешаю на случай аварии. Схватив молоточек, я подбежал к водительской двери и со всей силой ударил по стеклу. Стекло разлетелось вдребезги. Осторожно, чтобы не порезаться, я просунул руку в кабину водителя, нащупал щеколду и открыл дверь. Теперь предстояло разобраться с системой управления трамваем.

Первым делом было необходимо закрыть дверь. Для этого следовало нажать на одну из нескольких расположенных в ряд кнопок. К сожалению, все надписи над этими кнопками были стёрты. Пришлось пользоваться проверенным методом тыка. Я стал нажимать все кнопки по порядку.

Нажав на первую кнопку, я погасил во всем трамвае свет, чем вызвал панику среди своих друзей и остальных пассажиров.

– Извиняюсь!

Громко попросив прощения, я повторно нажал на кнопку. Свет включился. Надавив на вторую кнопку, я включил дворники. Они принялись энергично протирать лобовое стекло.

– Так, этого нам сейчас не нужно.

Я выключил дворники.

– Скорее, там оно приближается! – прокричали друзья сзади.

– Сейчас, сейчас. Не торопите, я и сам тороплюсь.

Я нажал на третью кнопку, и двери закрылись.

– Уф. – выдохнул я, решив, что на этом моя миссия кончилась.

Но тут же раздался новый окрик.

– Поехали! Поехали быстрее!!

– Поехали. Легко сказать, а как сделать? – пробурчал я.

Не зная, как заставить трамвай двигаться, я прибывал в растерянности, и тут на меня нахлынуло воспоминание из детства. Я вспомнил, как наблюдал за водителем трамвая, когда ездил с мамой к бабушке.

– Так, чтобы двигаться, водитель всегда зажимал рычаг. – стал проговаривать я. – Рычаг, ага, вот он.

Я положил руку на обнаруженный справа от сиденья водителя рычаг и вдавил его вперёд. Трамвай загудел, затрясся, но с места не тронулся.

– Что ж такое! – недоумевал я. – Почему не едем?

– Педаль! Нужно нажать на педаль, как в машине! – прозвучал совет от незнакомой девушки.

Я послушал её. Нащупав на полу две педали, я вдавил ту, что была длиннее. Трамвай моментально сорвался с места и понёсся по рельсам, освещая фарами густую тьму. Сзади раздался рёв, полный досады и злобы. Неведомый монстр был крайне недоволен тем, что его лакомство удрало.

– Уф, вовремя ты. – сказал подошедший Кирилл. – Ещё бы чуть-чуть, и нам пришёл бы конец.

– Что это было? Ты разглядел? – спросил я, не отрываясь от дороги.

Рельсы без конца виляли, поэтому приходилось всё время быть в напряжении, постоянно притормаживая, чтобы не вылететь с путей.

– Не совсем. В темноте хрен что разберёшь. Но мне показалось, что та тварь была очень похожа на Ктулху из рассказов Лавкрафта. Большие крылья на спине, огромные страшные когтистые лапы, голова с щупальцами, как у осьминога, и глаза. Знаешь, эти жуткие красные глаза будут сниться мне до конца жизни.

– Которая, возможно, у нас будет короткой. – не сводя глаз с рельсов, пессимистично произнёс я.

– Не боись, прорвёмся. – Кирилл похлопал меня по плечу. – Кстати, не знал, что ты умеешь водить трамвай.

– А я и не умею. Мне девушка подсказала.

– Какая девушка? – удивился Кирилл, словно позабыв, что в салоне были ещё пассажиры кроме нас.

– Я, это была я. – вместо меня ответила та самая девушка, подойдя к кабине управления. – Мария. – Она протянула руку.

– Кирилл. – Пожал ей руку Кирилл. – А этот пессимист за рулём Саша.

– Очень приятно, если, конечно, так можно сказать в данных условиях. – Она слегка улыбнулась.

– Какие бы ни были условия, знакомиться с новым человеком всегда приятно. – Улыбнулся Кирилл, оглядывая новую знакомую с ног до головы.

Она была одета в короткую юбку, топ с открытым животом и глубоким декольте. Такой наряд не мог не привлекать внимание мужчин. И Мария прекрасно об этом знала. Немного наклонившись ко мне, она спросила таким мягким голосом:

– Скажите, мальчики, а куда мы едем?

В других обстоятельствах я бы непременно отвлёкся и взглянул на неё, но не сейчас. Дорога занимала всё моё внимание. Я медлил с ответом. Вскоре вопрос прозвучал вновь, но задала его уже не Мария, а подошедшие девчонки.

– Да, мальчики, ответь нам, куда же мы всё-таки едем? – Сердито сказала Таня, держащая под руку Свету, которой от пережитого страха было плохо. – Бросили нас там. А сами тут ведут беседу с этой девицей.

Таня с вызовом посмотрела на Марию, которая, окинув соперницу взглядом, решила с ней не связываться и отошла в сторонку.

– Ой, простите, девчонки. Просто разбирались с трамваем и про вас забыли. – Постарался оправдаться Кирилл, и вышло у него не очень.

– Забыли! – Услышав такое, Таня пришла в неистовство. – Как это забыли?! А если бы с нами что-нибудь случилось?! Забыли! Я тебе забуду!

Она уже была готова кинуться на Кирилла с кулаками, но тут голос подала Света.

– Давайте не ссориться. И так всё плохо. А тут ещё ваши ссоры. Не нужно сейчас этого. Пожалуйста.

Таня посмотрела на подругу, увидела страшный испуг в её глазах и, вздохнув, сказала:

– Хорошо, ссориться не будем. Но если ещё раз о нас забудете, отлуплю обоих. Понятно?

– Понятно. – Хором ответили я с Кириллом.