- -
- 100%
- +
─ Таким доставили, господин полковник! Всё время врёт. Врёт! Несёт околесицу. Приходя в сознание, издевается. Ещё тот экземплярчик. Вводим внутривенно препарат среднетяжёлой избирательной направленности «Альфа» 05», созданный в лаборатории по заданию Департамента.
─ Статистика применения достаточно позитивна? ─ осведомился Древака.
─ Препарат новый, использовался ограниченное количество раз. Методика применения отработана не до конца, но сдвиги есть. Из двадцати испытуемых макак, пять обезьян показали отрицательный результат. Допустимые незапланированные потери. Процент убыли сопоставим…
─ Вы мне ещё лекцию прочитайте, ─ спокойно начал полковник. ─ Я просил вас, профессор, деликатно, можно даже сказать, бережно, отнестись к нашему гостю, а вы наплевательски отнеслись к моим пожеланиям и, опоздай я на некоторое время, я в этом совершенно уверен, своими экспериментами умертвили бы ценного агента.
Древака глубоко вдохнул и выдохнул, рот полковника исказился.
─ Вы вредитель, профессор Давкин! Кто ваш заместитель?
Вперёд выдвинулся высокий блондин в очках.
─ Я, господин полковник. Лейтенант медицинской службы Евпахов.
─ Данные профессора Давкина верны? ─ вкрадчиво спросил Древака.
─ Не совсем… наоборот… не верны, ─ запинаясь, ответил лейтенант в чёрном халате.
─ Да или нет?
─ Совсем не верны.
Вокруг профессора образовалась пустота. Чёрные халаты расступились, образовав круг внутри которого находились профессор и кресло с обмякшим Шпариным.
─ Выведите его из этого состояния! ─ приказал полковник.
─ Сейчас сделаем ещё укольчик и будем как огурчик. Вот так… Вот так… ─ приговаривал профессор, совершенно напрасно думая, что гроза миновала, и потёр ваткой место укола.
─ Ну!.. ─ прорычал полковник. ─ Скоро? Какую ввели дозу?
─ Пять кубиков, ─ промямлил профессор. ─ Сейчас, сейчас, антидот подействует, не беспокойтесь, господин полковник.
─ Что стоим? Снимите с него оковы, этот дурацкий колпак и остальные прибамбасы.
Чёрные халаты и профессор Давкин бросились сдирать навесное оборудование с тела Шпарина. Очкастый лейтенант медицинской службы оглянулся на профессора, приблизился к полковнику и начал шептать тому на ухо.
─ Вот как?! ─ сказал Древака, округляя глаза. ─ Это меняет дело!
─ Я убеждал профессора Давкина! ─ повысил голос Евпахов. ─ О необходимости изменить состав препарата, продолжить исследование сыворотки на приматах и только потом переходить к испытаниям на людях. Вот результат непонятного подбора составляющих и непродуманной методики: сорок семь обезьян протянули копыта, извиняюсь, лапы. Все десять заключенных, присланных для опытов, мертвы. Скажу больше: по твёрдому убеждению сотрудников лаборатории и моему, профессор Давкин ─ маньяк.
─ Как сорок семь?! ─ воскликнул Древака. ─ Профессор доложил другие данные. Вот только одного не пойму, что можно выведать у макак, если они макаки?
─ Не скажите, господин полковник, хотя «Альфа 05» и недостаточно отработан, у него большой потенциал. Подопытные делали попытки подражать человеческой речи, а некоторые особи довольно членораздельно выражали недовольство питанием, грубым отношением персонала питомника и, что особенно меня поразило, жаловались на профессора Давкина.
─ Наглая ложь! ─ запротестовал профессор.
Супонев развалился на кожаном диване в пустующем углу лаборатории. Ему было хорошо. Медицинский спирт приятным теплом разливался по желудку. Пока полковник разбирался с персоналом, капитан побродил по лаборатории, заглядывая в стеклянные шкафчики, и обнаружив в одном из шкафчиков колбу с бумажной наклейкой «спирт», сходил в туалет, где из крана текла холодная вода.
Лейтенант медицинской службы размашисто показал на Шпарина.
─ Далее ─ побочные эффекты. У всех испытуемых увеличились пенисы.
─ Вот это здорово! ─ немедленно отреагировал Супонев.
─ В том числе и у приматов. Но в процессе изысканий стали происходить совершенно непонятные вещи. Все подопытные лысели, волосяной покров исчезал от головы до ног, а у некоторых объектов лопнули глаза…
─ Вот это плохо! ─ опечалился Супонев.
─ … лопнули глаза и треснули черепные коробки в районе затылка.
─ А где наш маньяк? ─ озаботился полковник. ─ Что-то я его не вижу.
Профессор Давкин, предчувствуя неладное в судьбе, потихоньку, прячась за спинами сотрудников, двигался к выходу из лаборатории.
─ Вот он! Хватайте его! ─ скомандовал Древака. ─ Свяжите и положите вон там, в углу у дивана. Заклейте рот, чтобы не тявкал и не мешал работать. Шпарина я ему не прощу.
─ По времени: пора, ─ посмотрев на часы, сказал Евпахов. ─ Антидот проверенный.
─ Не понимаю, как он остался в живых после вашей «Альфы»? ─ удивился Супонев. ─ Судя по твоим рассказам, клиент уже должен был превратиться в лысое, безглазое чудовище с лопнувшей черепушкой.
─ Я подменил препарат, ─ скромно сообщил Евпахов. ─ Первую инъекцию делал я и ввёл клиенту комбинатуру состоящую из мощных синтетических доминантов увеличивающих потенцию, строго дозированное количество препарата «Альфа 05», некоторые вспомогательные вещества… плюс… э-э… удары электротоком. Если он агент, для работы этот феноменальный результат не повредит. Даже, напротив.
─ Даже напротив, ─ подтвердил Древака. ─ С этой минуты ты начальник лаборатории. Буду ходатайствовать о присвоении внеочередного звания. Но скажи, какими мотивами ты руководствовался, подменяя препараты?
─ Простыми человеческими чувствами, господин полковник. Памятуя, конечно, в первую очередь, о вашем приказе об особом отношении к пациенту.
─ Не завирайся, ─ хихикая, сказал Супонев, ─ подсидел начальничка, испытывая собственные наработки.
Шпарин сполз с кресла, покачиваясь, встал на ноги и посмотрел вниз.
─ Это навсегда? Или пройдёт?
─ А как бы тебе хотелось? ─ угрюмо спросил Супонев.
─ Да, как бы вам хотелось? ─ в свою очередь спросил лейтенант медицинской службы. ─ Всё в наших руках, в моей формуле.
─ Пусть остаётся как есть. Я согласен.
─ Ещё бы!.. ─ с сарказмом сказал Супонев.
─ На том и порешим, ─ сказал полковник. ─ Но в первую очередь необходимо прояснить некоторые моменты, связанные с твоим неожиданным появлением. И как бы ни устал, залазь-ка ты, Миша, обратно в кресло.
Забытый на время профессор Давкин каким-то образом сумел освободиться от пут и, дав знать о себе диким криком, схватил шприц с «Альфой 05» и бросился на Евпахова. Нового начальника лаборатории спас вездесущий Супонев. Подставив профессору ногу, капитан ловко подхватил Давкина, развернул и толкнул к спецкреслу, куда тот был моментально усажен и вдет в хомуты своими сотрудниками.
─ Не ожидал я от вас такой прыти, профессор, ─ сказал полковник, подходя к креслу.
─ Наговоры, ─ пряча глаза, выдавил Давкин. ─ Это просто смешно.
─ Позвольте, позвольте! ─ сказал Евпахов. ─ У меня есть запись, где вы зажимаете в тисках голову гамадрила, одетого в мундир, боюсь произнести… Генерал-Губернатора. Представляете, что чувствовал бедняга, господин полковник? Хотите посмотреть?
─ Кто чувствовал? Генерал-Губернатор?
─ Гамадрил, господин полковник, конечно, гамадрил, ─ поспешил заверить новый начальник лаборатории.
─ Ты говори, да не заговаривайся, Евпахов. Как-нибудь в другой раз. Будем действовать традиционными методами. Что там у тебя ещё, кроме твоей «Альфы»?
─ Масса препаратов ─ пентонал натрия, аминазин, амитал натрия, скополамин. Последний не рекомендую, наряду с реальными воспоминаниями может вызвать ложные, а также амнезию. Я бы применил для достижения максимального эффекта мою сыворотку. Единственный минус ─ испытуемый всё-таки полностью потеряет память. Комбинация проверена и отработана. Если господин полковник прикажет, то мне потребуется минута для экспресс-теста физического состояния профессора.
─ Страхуешься… ─ сказал Супонев, примеряя сетчатый шлем побывавший на голове Шпарина. ─ Страхуешься на случай, если начальник склеит ласты.
─ Обижаете, господин капитан. Тест необходим для правильного подбора дозы.
─ А я про что говорю, ─ согласился капитан. ─ Не налазит.
─ Нажмите на регулятор сверху и панели раздвинутся, ─ подсказал Евпахов, прикладывая к телу профессора прибор с индикаторами и шкалами.
─ Во… Теперь впору. На кого я похож? ─ спросил капитан у Древаки.
─ На придурка, которому надо всё полапать, ─ ответил полковник.
─ Я готов, ─ доложил новый начальник лаборатории, показывая Древаке шприц, наполненный мутной жидкостью.
─ Итак! ─ сказал полковник. ─ Кого мы видим перед собой? Мы видим профессора Давкина. На самом деле это позор нашего Департамента Тайных Операций. Профессор запорол программу по созданию нового вида сыворотки, доверенную вашей лаборатории и, что особенно удручает, запятнал себя маниакальными издевательствами над подопытными животными. И мне кажется, что это не все преступления так называемого профессора Давкина. Мы узнаем, кто он на самом деле. Приступай, Евпахов.
С профессора сорвали халат, разорвали рукав белоснежной рубашки, новый начальник лаборатории с нескрываемым удовольствием помассировал завизжавшему профессору правую руку, пощупал вену и медленно ввёл препарат.
***
─ Все вон! ─ приказал полковник, когда допрос профессора Давкина закончился. ─ Всё, что видели ─ забыть. Унесите труп. И ты, Евпахов, тоже иди.
─ Позволю заметить: он ещё живой.
─ Ты знаешь, что делать ─ «Альфа», удавка на шею… Только не здесь. Подашь рапорт о гибели профессора при неосторожном обращении с новым препаратом.
Чёрные халаты утащили профессора. Древака устало потёр лоб и промокнул лысину носовым платком.
─ Вернись, Евпахов! Надо закончить дело.
─ Шпарин! ─ сказал полковник Супоневу. ─ Забыли про Михаила Ивановича.
Шпарин спал в углу лаборатории на кожаном диване, свернувшись калачиком, спал спокойно, как в своей постели.
─ Нервы, как канаты. Поразительно, ─ хмуро заметил Супонев, усаживаясь на стул рядом с диваном.
─ Это может быть реакцией на перенесённые испытания, ─ сказал Евпахов. ─ Также такое поведение встречается у людей алертных, подготовленных и неординарных, с устойчивой психикой.
─ Кстати, насчёт психики, Евпахов. У тебя есть специалисты по гипнозу?
─ Так точно, господин полковник! Есть несколько спецов. Один спец очень хорош. Но неадекватен, пьёт. Днём, правда, ни грамма. Работает у Пригова в кабинете психоаналитики.
─ Немедленно доставить, ─ приказал Древака. ─ Но какая сволочь, этот профессор… Серия смертей при невыясненных обстоятельствах среди пациентов Экспериментального Центра нейрохирургии и психологии, где профессор обретался в должности завотделением. Профессиональный убийца в медицинском халате. Матёрый шпионище. На кого же он всё-таки работал? Так и не выдал. Может мы зря прикончили профессора? Поторопились? Надо выписать из Департамента другого профессора. У нас профессоров много. Супонев, это камень и в твой огород. Каменюга!..
─ Медицина не по моей части.
─ Не увиливай. По чьей протекции он у нас оказался? Вот где начало цепочки, размотаем, выйдем на всю группу. Слушай, Супонев, он тебе никого не напоминает?
─ А кого он должен мне напоминать? ─ поинтересовался капитан.
─ Профессора Гамкина. Профессор и его зам исчезли несколько месяцев назад. Удивительное сходство. Ежеле сбрить бороду, усы, надеть очки… А?.. Гамкин ─ Давкин, Давкин ─ Гамкин, может они родственники?
─ Выкрали конфедераты, ─ предположил Супонев.
─ Вряд ли, ─ сказал полковник. ─ Мы бы узнали.
─ Посодействуйте в получении очередного звания, господин полковник. Вы с моим начальством водку пьёте, в банях паритесь. Перехаживаю в капитанах второй год. Посодействуете, Фёдор Максимович, или к себе возьмите.
─ А ты шельме-ец, Супонев, шельмец. Подумаем.
Древака вернулся к мысли прерванной капитаном.
─ Удивительное сходство. Сделай завтра запрос по своей линии. По Давкину и отдельно по Гамкину. Осторожненько сделай. Официальный запрос не вызывающий ненужного внимания: прошу уточнить некоторые данные… Ну, сам знаешь.
─ Уже сегодня, ─ сказал Супонев, мучаясь от изжоги. ─ Десять минут первого.
─ Значит, сегодня. Пора заняться тотальной проверкой Базы. Я носом чую, что не всё ладно в наших рядах.
Полковник понюхал воздух и потянулся к Супоневу.
─ От тебя свежачком несёт. Ты что, выпил? Занимаемся серьёзным делом, а ты…
─ Совсем немного, Фёдор Максимович, надоело всё до нельзя. Хочу в отпуск.
Древака кивнул на стеллаж, где на полке стояли банки с человеческими глазами.
─ А ты выпей ещё, может перехочется. Заодно закусишь. Какой отпуск, сам видишь, что творится, шпион на шпионе.
─ Господин полковник! Больше не повторится!.. ─ поклялся Супонев. ─ В рабочее время.
─ Оставляешь путь для отступления, ─ смягчился Древака. ─ Ладно, проскочили.
Полковник, наконец, обратил внимание на приведённого Евпаховым черноволосого, носатого, полусонного мужчину лет шестидесяти, с кудрявой бородой и стеклянным взглядом.
─ Миазмов Эфир Спиритович, ─ нечётко выговаривая слова, представился бородатый мужчина. ─ Специализация ─ экстрасенсапарапсихолог. Также медиум. Вижу человека насквозь. Выворачиваю мозги наизнанку. Влюбляю, разлюбляю. Навожу порчу. Двигаю предметы. Брею на расстоянии. Потомственный колдун в тридесятом колене.
В лаборатории усилился запах алкоголя.
─ Что-о!?.. ─ завопил полковник и лапнул кобуру. ─ Евпахов! Ты кого привел? Да он пьян! Что он несёт? Идиот! Расстреляю! Взбесились все? Сумасшедший дом!..
─ Я давно догадался. Полагаю, что это прекрасно знаете и вы, ─ меланхолично произнёс Супонев, качая ногой.
─ Есть сотрудники похуже, ─ сказал новый начальник лаборатории. ─ Как справедливо изволили отметить вы, господин полковник, и капитан Супонев, мощные электромагнитные поля и, как следствие этого, микро и макроклимат вокруг «ХОЛМА» не способствуют сохранению в должной мере нормального психофизиологического состояния персонала.
─ Кстати, о психофизиологическом состоянии, ─ сказал Древака. ─ Недавно обнаружил в казарме роты охраны связки сушёных мухоморов в разных укромных местах, даже в оружейке. Больше всех, как всегда, отличился второй взвод. Ходят пьяные, а не пахнет.
Шпарин уже давно слушал разговоры палачей и как-то довольно спокойно раздумывал, что ещё такого эти гады могут с ним сделать? Но только до того момента пока не появился очередной мучитель.
─ Ладно, ─ неожиданно просыпаясь, сказал Шпарин и опустил ноги на пол. ─ Расскажу всё, как на духу, только уберите бородатого психа.
─ Не верю я всем этим гипнозам, наговорам, порчам и остальной ерунде, ─ заявил Супонев.
─ Хотите, покажу, что умею? ─ спросил бородатый «псих», упираясь взглядом в ближайший стеклянный шкафчик.
Экстрасенс напрягся, морщины на лбу сошлись в извилистые линии. Миазмов театрально выбросил руки вперед. Стеклянные дверцы разлетелись вдребезги, на пол посыпались колбы, пробирки и прочая лабораторная утварь.
─ Ого! ─ воскликнул полковник, отодвигаясь от экстрасенса.
─ Вы меня удивляете, Эфир Спиритович! ─ поразился новый начлаб. ─ Раньше такой энергетики у вас не наблюдалось.
Экстрасенс повернулся к Супоневу, невнятно произнёс несколько фраз, потряс бородой и снова махнул руками.
─ Прямо факир в цирке… ─ начал Супонев, но договорить не успел. На капитане лопнул ремень на форменных брюках, разлетелась молния, а сами штаны опустились до колен, обнажив розовые ляжки в розовых трусах.
─ Всё в масть, ─ подытожил Шпарин. ─ А где у него пиписька?
─ Охо-хо… ─ прикрывая рот рукой, сказал Евпахов. ─ И правда, не видно.
─ Уху-ху… ху-у… ─ рассмеялся Древака, но быстро осёкся. ─ Верю, верю. Хватит, Миазмов. Беру свои слова обратно… насчёт идиота.
Супонев, затравленно озираясь, придерживая брюки руками, заметался по лаборатории.
─ Возьмите, ─ сжалился над капитаном Евпахов и подал резиновый жгут для остановки крови.
─ Мастерство ─ оно навсегда, не пропьёшь, ─ сказал экстрасенс, наблюдая, как капитан приводит форму в порядок.
Древака положил ладонь на плечо Шпарина.
─ Миазмов, покопайся в мозгах у этого молодого человека, я хочу знать, кто он на самом деле.
─ Я подданный Российской Федерации! ─ гордо сказал Шпарин. ─ Хочу видеть консула или, хотя бы, звонок в посольство.
Экстрасенс вздрогнул.
─ Ты перепсиховал, вот и несёшь всякую чушь… ─ пробормотал полковник и погладил Шпарина по голове. ─ Посмотри вокруг, ты не на допросе в застенках у конфедератов, а у себя дома, в родном отечестве. Наверное…
Экстрасенс с нескрываемым любопытством разглядывал Шпарина.
─ Сейчас я начну читать роман «Любовные связи». Знакомы с этой книгой? ─ подмигивая Шпарину, спросил Миазмов.
Шпарин поёрзал в спецкресле и кивнул.
«Интересно, интересно, «Любовные связи» мой первым роман, откуда он про него знает?».
─ Вы будете внимать спокойной размерности предложений, их отточенной законченности, расслабитесь, почувствуете гармонию с окружающим миром, уснете полным, глубоким сном, и ответите на все вопросы, которые я задам.
Первая страница, вторая, Шпарин не засыпал. Полковнику надоело слушать о хитросплетениях любовного многоугольника, и он махнул рукой.
─ Хватит, Миазмов, ─ сказал Древака. ─ Твой метод не действует. Евпахов, почему наш гость не впадает в транс?
─ Помните историю с нелегалом конфедератов, готовившим покушение на Генерал-Губернатора, господин полковник? Подвергнутый регрессивному гипнозу агент признался, что участвовал в нескольких удачных покушениях, каких именно, на кого и когда, выяснить не удалось. Был закодирован на нескольких уровнях, на каждом новом задании представлял себя совершенно другим человеком и вел себя образом, соответствующим новому сознанию. Память агента после каждого задания стиралась, установить удалось лишь то, о чём я сказал ранее.
─ Я в курсе. Это не наш случай. Я тебя спросил: почему Шпарин не поддается гипнозу, а ты рассказываешь мне разные шпионские истории.
─ Миазмов симулирует погружение агента в гипноз. Поверьте, я в этом кое-что понимаю. Разрешите попробовать мне.
─ Да-а? ─ удивлённо произнёс полковник. ─ Что же ты раньше молчал? Ну, давай, пробуй.
Прошло несколько минут. Супонев рыскал по лаборатории в поисках спирта. Экстрасенс выпучив чёрные глаза стоял рядом с полковником. Евпахов стоял напротив Шпарина и делал пассы. Шпарин мечтал о гранате в руке.
─ Не получается, ─ признался Евпахов. ─ Стена передо мной. Это Миазмов мешает. Как вам не стыдно, Эфир Спиритович?
─ Зря я назначил тебя новым начлабом, ─ недовольно сказал Древака. ─ Иди с глаз долой.
─ Куда идти, позвольте узнать?
─ Спать иди!
─ Слушаюсь, господин полковник!
Евпахов вытянулся и направился к выходу из лаборатории, двери с кодовым замком.
─ Или вы меня кончаете, прямо сейчас, ─ сказал Шпарин, выбираясь из кресла, ─ или оставляете в покое. Всё! Больше не могу.
─ Кон-чаем… ─ отрываясь от найденной новой колбы со спиртом, отрыгнул Супонев. ─ Прямо сейчас.
─ Зачем же так, Михаил Иванович? Кончаем… ─ сказал полковник, садясь в спецкресло. ─ Довольно удобно, если не принимать во внимание некоторые нюансы сидения в нём. Есть ещё один тестик. Повернись ко мне спинкой.
─ Супонев!? ─ оборачиваясь, крикнул он капитану. ─ Принеси-ка со стола в кабинете мою папочку. Опять спирт хлещет. Без закуски… Ну, что с ним делать? Миазмов, сними бинты с Михаила Ивановича.
Увидев на животе Шпарина сочащийся кровью свежий надрез, полковник помрачнел.
─ Кто это сделал? Новый начлаб?
─ Больная сволочь, которую вы недавно отправили на другой свет.
─ Терпи, Миша, ─ сказал Древака, вынимая пачку фотографий из папки. ─ Терпи. Так, сличаем. Ага-а… Входные отверстия от пуль совпадают… Полностью. Одна дырка прямёхонько под левой лопаткой, две других под правой. У тебя и у трупа. На одном расстоянии друг от друга, в тех же местах. И пупок глубокий. Это ты? ─ спросил Древака, показывая Шпарину одну из фотографий.
─ Я… ─ ответил поражённый Шпарин. ─ Только мёртвый.
─ Вот, ─ сказал полковник. ─ Вот! Самое главное! Так где ты находился целых три месяца после того, как тебя при переходе границы убили конфедераты?
Экстрасенс слегка покашлял и повращал глазами. В голове у Шпарина что-то щёлкнуло. Терять было нечего.
─ Уполз обратно к конфедератам. Пришёл в себя и потихоньку уполз. Наткнулся на деревеньку, где одна добрая бабуля выходила. Местная знахарка. Заговоры, отвары всякие, примочки.
─ А пули? Пули, кто вытащил? ─ сверля глазами Шпарина, спросил Супонев.
─ Сами вылезли! ─ отрезал Шпарин. ─ Кто, кто? Бабулька и достала
─ Пусть скажет, почему он попёрся обратно к конфедератам, когда уже находился на своей территории, ─ настаивал Супонев, заглядывая в пустую колбу. ─ Не верю я ему. Не верю и всё!
─ Интересно, а куда бы попёрся ты, истекая кровью, с тремя дырками в обоих боках? В какую сторону.
─ Подобные случаи зафиксированы, ─ тяжело дыша, подтвердил новый начальник лаборатории, появляясь на пороге лаборатории. ─ В чрезвычайно… стрессовых ситуациях… отдельные личности… проделывают… невероятные для человека… вещи.
─ Какое мнение имеет на этот счёт представитель потусторонних сил? ─ спросил полковник, обращаясь к экстрасенсу. ─ Возможно ли, чтобы человек, получив ранения не совместимые с жизнью, прополз несколько километров и остался жив?
─ Однозначно согласен. Я знаю историю погромче. В одной психушке случилась драка между страдальцами, с мордобитием и поножовщиной. Так вот, один придурок, получив несколько ударов заточкой, сиганул, чтобы не быть зарезанным до смерти, через трёхметровый забор, перебежал в потоке машин шестирядную магистраль, забрался без всяких приспособлений на фонарный столб, где сидел, поливая кровью прохожих, пока не приехали скорая и пожарная машина с лестницей. А ещё…
Супонев перестал разглядывать колбу.
─ А ещё бы послать человечка на ту сторону, наведаться в ту деревеньку и расспросить бабульку о постояльце.
─ Переход границы, прикрытие перехода, прикрытие возвращения… ─ морщась, сказал Древака. ─ Слишком долго и хлопотно. Евпахов, окажи помощь Михаилу Ивановичу, обезболь рану.
Евпахов сделал укол, быстро и аккуратно обработал порез, и наложил новую повязку. Древака поманил Шпарина к себе.
─ Самый последний неоспоримейший тест. Помнишь прощальную баньку перед твоим уходом к конфедератам, с девчонками и прочими нехитрыми развлечениями?
─ Помню… ─ осторожно соврал Шпарин.
─ И я помню, ─ прищурился полковник. ─ А что у тебя на жопке? На левой половинке?
─ Родинки… ─ растерянно ответил Шпарин. ─ Три родинки… С самого рождения.
─ Три родинки, образующие равнобедренный треугольник, ─ утвердительно кивнул полковник и повернул Шпарина спиной к особисту.
Больше всех обрадовался Миазмов. Евпахов довольно дружелюбно улыбнулся. Супонев застыл с открытым ртом, но быстро пришёл в себя и попытался всё испортить.
─ Треугольник не равнобедренный, ─ усомнился капитан. ─ И родинки на правой стороне.
Все четверо наклонились, рассматривая голый зад Шпарина.
─ Я, наверно, тогда перепутал, ─ пробормотал Древака, водя по родинкам указательным пальцем. ─ В баньке… А в досье местоположение родинок почему-то не указано.
─ Сколько времени прошло после баньки, ─ равнодушно сказал Шпарин. ─ Поправился на конфедерацских харчах и жопка увеличилась, естественно, и расстояние между родинок изменилось.
Древака выбрался из спецкресла, обнял Шпарина, пожал ему руку и торжественно объявил:
─ Проверка закончена! Капитан Шпарин! Департамент Тайных Операций в моем лице, поздравляет вас с возвращением на Родину. Господа, поприветствуем капитана!
Раздались жидкие аплодисменты. Супонев хлопал со всеми, но с такой кислой физиономией, что Шпарину страстно захотелось съесть шоколадную конфету и глотнуть сладкого чая.
Новоиспечённый капитан Департамента Тайных Операций, пока полковник не вспомнил про ещё какие-нибудь приметы у двойника на теле, поспешил одеться.
─ Евпахов, ты почему вернулся? Я ведь велел тебе идти спать, ─ запоздало удивился Древака.
─ Господин полковник! Профессор Давкин пропал, вернее его тело. Я перед уходом заглянул в морг. На столе, где лежал профессор ─ мокрое место. Мистика. Во всем здании кроме нас ни души. Я проверил. Связи тоже нет.
Раздался сильнейший удар сотрясший помещение. Завибрировал и заходил ходуном пол. Погас свет.
─ Спокойно, ─ сказал Древака. ─ Сейчас включится аварийное освещение. «Умники» на «ХОЛМЕ» включили «машину» на полную мощность.
Глаза у всех во мраке стали светиться. Зелёным, красным, жёлтым, синим.
«Сборище вурдалаков», ─ подумал Шпарин, пятясь от разноцветных глаз. Он потерял равновесие и свалился на пол.