Лихие. Золотые. Нулевые

Глава 1

Ливень закончился также быстро, как и начался. Грозовая туча внезапно появившаяся над зданием Токийского аэропорта теперь уже в виде узкой, еле заметной полоски громыхала где-то там, на линии горизонта, а в воздухе все еще носились отдельные отголоски ее нервного, злобного дыхания.

Резкий порыв ветра, подхватив обрывок старой газеты, промчался по бетонной дорожке взлетно-посадочной полосы, взъерошил редкие седые волосы джентльмена, стоящего у самой ее кромки, и, пробрав его до костей, с завыванием полетел дальше. Но старик, казалось, даже не заметил этого. Опираясь одной рукой о капот длинного черного лимузина, он, не отрываясь, смотрел в небо: туда, где за широкой грядой белых облаков, садилось солнце.

Может из-за слабого зрения, а может из-за яркого света заходящего солнца, он не сразу заметил маленькую черную точку, появившуюся над линией горизонта. Очень быстро увеличиваясь в размерах, она превратилась в огромный серебристый «Боинг», идущий на посадку.

Черной гигантской птицей самолет пронесся над головой старика и коснулся шасси бетонной дорожки. Старик проводил его взглядом, все еще подслеповато щурясь, потом сел в лимузин и приказал шоферу ехать к месту выгрузки пассажиров.

Тот, кого он ждал, вышел из салона авиалайнера одним из последних. Это был молодой человек, невысокого роста, широкоплечий, с мощными жилистыми руками, выглядывающими из пиджака, с рукавами, закатанными по локоть. Яркая майка с надписью «Гарвардский университет», тугие потертые джинсы и кожаные сапоги завершали его наряд. Всем своим видом он как бы подчеркивал, что долгое время жил в Штатах, хотя скуластое лицо, густые черные волосы, сзади перетянутые веревкой, чуть раскосые глаза и тонкие губы выдавали в нем жителя страны Восходящего солнца. Увидев старика, молодой человек удивленно поднял глаза, и быстро побежал вниз.

– Мияги! – Парень в несколько шагов подскочил к седому джентльмену. – Что случилось? Почему ты здесь? Один? А где отец?

Он взял старика за плечи и попытался заглянуть ему в глаза.

– Где отец? – повторил он дрогнувшим голосом. – Он жив? Отвечай, Мияги!

Старик, не выдержав взгляда, опустил голову.

– Нет, – плечи Мияги беззвучно затряслись, – сердце старого самурая перестало биться сегодня утром. Я был у его постели до самого конца. Он так хотел тебя увидеть.

Лицо молодого человека исказилось гримасой боли. Не зная как еще выразить свое горе, он с силой хватил кулаком по крыше автомобиля и прижал к груди рыдающего старика.

– Ну что ты! Что ты! Старый мой Мияги! Мой учитель! Прекрати. Настоящему воину слезы не к лицу.

Он отстранил старика от себя.

– Но скажи, что случилось? Ведь вы говорили мне о том, что отец лишь немного прихворал!

Старик поднял заплаканные глаза.

– Да! Так оно и было. Но сегодня ночью он почувствовал себя хуже, а к утру…

Мияги не договорил и глубоко вздохнул. Парень с силой свел острые скулы, которые от этого стали еще острее, и провел рукой по влажным глазам.

– Ну ладно, Мияги! Поехали домой. Я хочу его видеть.

***

В офисе на шестнадцатом этаже огромного небоскреба сидело двое. Гарри Вульф, тридцатипятилетний отставной «рейнджер» – здоровенный мужик с внушительной, но немного заплывшей фигурой, маленьким тупым подбородком и большими безжизненными глазами. В определенных кругах о нем ходили слухи, как о человеке с грязным прошлым, однако это нисколько не мешало ему считаться одним из самых ловких адвокатов, специалистом по «скользким» делам.

Вторым был его босс. Мистер Танака, грузный лысоватый боров, с тучным мясистым зобом и маленькими злыми глазками, всегда смотрящими строго перед собой. Вульф сидел на месте посетителя. Танака – в мягком вместительном кресле, спиной к окну, так, что его лицо всегда оставалось в тени.

Они деловито перекладывали с места на место какие-то документы и в полголоса беседовали.

– Есть еще новости, Вульф?

– Да, мистер Нагата, кое-что есть, – Вульф засуетился, – я думаю, это может Вас заинтересовать.

– Говори! – Танака мягко откинулся на спинку кресла и сложил руки на необъятном брюхе. Вульф, собираясь с мыслями, пригладил волосатой рукой свою шевелюру, и коротко бросил.

– Умер Ягю Богудэн.

В тупых, заплывших жиром, глазах мистера Танака не проскочило ни одной искорки. Он лишь выставил вперед толстую нижнюю губу и довольно хрюкнул.

– Надо же! Значит, старый перечник все же преставился! Туда ему и дорога! Да-а-а-а! Действительно новость ничего! Только не понимаю, какая мне от этого выгода. Ведь насколько я понимаю, все его миллионы наследует сын.

Вульф, подтверждая слова, кивнул головой.

– Да, верно. Его зовут Асато Богудэн. Вчера вечером он вернулся из Америки и уже вступил во владения своими несметными богатствами.

– А что он делал в Америке?

– Получал образование. Изучал в Гарварде русский язык и повышал свое мастерство в единоборствах.

Нагата со скучающим видом зевнул и принялся рассматривать ногти. Давая понять, что это ему не интересно.

– Ну и как, повысил?

– Насколько мне известно, он выиграл открытый чемпионат Америки. Но не в этом дело, босс…

Видя, что его хозяин теряет интерес, Вульф нервно заработал руками, разыскивая нужную бумагу.

– Вы не заметили одной странной особенности. Русский язык. А ведь у компании Богудэна последние несколько лет нет никаких интересов в России.

В глазах Танаки проскочил интерес.

– Да, действительно, он, что хотел запустить туда свои щупальца?

– Нет, хотя поначалу и мне так показалось, но посмотрите, что мне удалось заполучить.

В руках Вульфа появилась ксерокопия письма. Вульф пробежался по нему глазами.

– Дорогой сын! … Так это пропустим. Эту историю ты уже много раз слышал, но все же я расскажу тебе ее еще раз. Так это тоже не то… Ага, вот здесь. В 18 веке мой отец и твой дед – известный воин, самурай, мастер кендо, Ягю Богудэн был вынужден бежать из Японии и перебраться на континент…

Вульф оторвался от письма и посмотрел на шефа. Видя, что тот его внимательно слушает, продолжил.

– В Россию. Вместе с молодой женой и верными вассалами он углубился в необитаемую часть тайги и там, на берегу маленькой реки построил поселок. Через год в этих местах было обнаружено огромное месторождение золота…

Вульф услышал, как заскрипело кресло. Он вновь поднял голову и увидел, что мистер Танака устраивается поудобнее. Верный признак растущего интереса.

– С тех пор и началось наше процветание. Мой отец купил этот участок земли у российского правительства и обжил его.

Вульф снова замолчал, выискивая нужные строчки.

– И теперь самое главное! – Он посмотрел на Танаку. – Слушайте! Моему отцу в знак больших заслуг в области фехтования два великих мастера-оружейника подарили по мечу-катана, которые были лучшими в своем роде и заключали в себе великую силу. С тех пор, сколько я себя помню, они всегда стояли на почетном месте в нашем храме. Но в 1919 году все кончилось. В России произошел переворот. Новое правительство лишило отца прав на его земли. Мы были вынуждены вернуться на родину. Тогда это было уже не опасно. Отец не верил, что правительство большевиков продержится долго, поэтому не захотел взять нашу святыню с собой и спрятал ее в одной и выработанных шахт. Но надежды отца не оправдались. Новая власть задержалась надолго. К тому же район, в котором мы жили, был объявлен секретным.

Вот уже семьдесят лет мы пытаемся проникнуть туда, но все попытки были безуспешными. Однако в последнее время железный занавес с России упал и это стало возможным. Я не успел совершить поездку, поэтому завещаю тебе вернуть мечи в Японию.

Да хранит тебя Будда. Дата. Подпись. И еще одна приписка. Надеюсь теперь ты понимаешь, почему я настоял на том, чтобы ты изучал русский язык. Все необходимые документы: карта и пояснения получи у Мияги. Он в курсе всех дел.

Вульф замолчал и посмотрел на босса. Тот снова сложил руки на животе, и было видно, что в его голове идет активная умственная работа. Наконец, он спросил.

– Чем сейчас занят молодой Богудэн?

– Насколько мне известно, – Вульф убрал письмо в папку. – Он еще не прочитал завещание отца.

– Так! Но если ты смог достать это письмо, почему тогда я не вижу на моем столе остальных бумаг, о которых говорит старый Богудэн.

Вульф опустил глаза.

– Я сделал все что мог, но, к сожалению, здесь это невозможно. Мои люди перерыли весь дом и никаких результатов. Но я думаю, что в России у нас будет больше шансов.

– Россия, Россия, – задумчиво произнес Танака. – говорят, что там чертовски холодно и еще пять лет назад по Красной площади бродили медведи.

Он взглянул на Вульфа. Казалось, что его взгляд просвечивает адвоката насквозь как рентгеном.

– Что ты имеешь в виду? У нас есть там свои люди?

– Да.

– Кто?

– Управляющий филиалом нашей фирмы «Энеджи Корпорэйшн» Альберт Валейнштейн. Надежный человек. Правда немного жуликоват, но преданный нам и ужасно любит деньги.

Танака хмыкнул.

– А кто же их не любит.

Он на секунду задумался.

– Ну, о, кей! Раз так, то заплати ему. И … я хочу, чтобы через месяц, максимум через два, мечи стояли у меня в кабинете. Понятно, я так хочу!

***

Молодой Асато Богудэн после смерти отца просто не находил себе места. Груз неотложных дел безжалостно навалился на него и придавил так, что заставил забыть обо всем, что было предметом его интересов почти двадцать с лишним лет.

Теперь целыми днями он проводил в отцовском кабинете за ворохом, как казалось ему, никчемных бумаг, ничего не понимая в них, и все больше запутываясь. Счета, контракты, акции, биржевые сводки и котировки товаров – все это было не его стихией, настолько чуждо его характеру, что он готов был выть от злости. Порой ему начинало казаться, что он начинает превращаться в бумажного червя или что-то очень близкое к нему.

Как-то вечером, засидевшись в кабинете, Асато обратил внимание на толстую кожаную папку перламутрового цвета с большим золотым иероглифом «совершенно секретно» в правом углу. Он видел ее уже множество раз, не раз порывался открыть, но каждый раз что-нибудь неотложное отвлекало его. В этот вечер все было иначе.

Внутри лежал длинный запечатанный конверт. Интересно, что это? Асато почему-то сразу вспомнил отца. Во всяком случае, надпись на конверте была сделана его рукой. В этом не было никаких сомнений. Странно! – подумал Асато. – Почему мне никто не говорил об этой папке?

Сломав печать, Асато быстро пробежался глазами по строчкам. Удивленно поднял брови, потом нахмурился и перечитал письмо еще раз. Медленно-медленно, старательно постигая смысл каждого слова. Это было то самое письмо, которое раздобыл Вульф. Но, на молодого Богудэна оно произвело гораздо большее впечатление, чем на мистера Танака.

Асато выскочил из-за стола и, как помешанный, стал расхаживать по комнате, снова и снова вчитываясь в текст письма. Наконец, он успокоился и, сев, нажал кнопку вызова прислуги.

Старый Мияги тут же явился на зов своего хозяина и, переступив порог, остановился в ожидании приказаний.

– Мияги, – голос Асато дрожал, выдавая волнение. – Ты, ты знал про это письмо?

– Да, мой господин.

– А почему тогда ты сразу не сказал мне о нем?

– Никогда не надо спешить, хозяин.

Асато несколько раз прошелся по комнате. Напряженно морща лоб.

– Хорошо, тогда скажи. Есть в нем хоть немного правды?

– Все абсолютная правда.

Асато подошел к старому слуге.

– Значит, ты мне должен что-то объяснить и показать. Что именно?

Ни слова не говоря, слуга повернулся и подошел к небольшой статуэтке Будды, стоящей в углу. Поклонившись, он обхватил ее голову руками и большими пальцами надавил на глаза. Потом еще раз поклонился и отошел. Раздался металлический скрежет. В складках одежды Будды открылась потайная дверь.

– Что это Мияги?

Асато вопросительно посмотрел на слугу.

– Тайник, – ответил тот. – Здесь твой отец всегда хранил самые ценные бумаги. Сейчас там лежит карта.

Асато быстро сунул руку в появившееся отверстие и извлек на свет тонкий свиток, перевязанный бечевкой. Аккуратно развернув пожелтевшие страницы, он увидел, что это действительно карта. Очень старая карта.

– Так, вот этот крестик насколько я понимаю и есть то место.

– Да.

– А это? – из свертка выпал маленький листочек.

– Это пояснения. Твой отец обо всем позаботился.

Асато свернул карту и листок. Снова перетянул их веревкой. Спросил.

– Что-нибудь еще?

– Да! За день до смерти хозяин звонил в Москву и очень долго разговаривал с одной женщиной. Глорией Мейсон.

– Глорией? Мейсон?– Асато нахмурил брови, пытаясь вспомнить. – Кто такая? Я ее знаю?

– Думаю, что нет. Она жена, вернее вдова одного из наших немецких партнеров. Мейсон – это фамилия по мужу, а вообще-то она русская. Ее муж погиб в автокатастрофе, и она вернулась в Россию. Живет в своем доме, где-то под Москвой. Работает в одном из представительств.

– Мияги, мы удалились от темы. О чем отец разговаривал с ней?

– У Глории большие связи. Отец просил ее помочь тебе. В России очень тяжело работать без связей.

Асато кивнул и задумался. Потом убрал бумаги обратно в тайник.

– Сколько времени нужно, чтобы подготовить мой отлет в Россию?

– Сутки.

Асато прошелся по комнате. Схватил со стола первый попавшийся листок. Смял его и бросил на пол. Ему этого показалось мало. Подцепил рукой целую стопку и смахнул на пол.

– Отлично, Мияги! – Глаза Асато горели от возбуждения. – Тогда отдай необходимые распоряжения. Завтра, максимум послезавтра я намереваюсь отправиться в Россию.

Мияги молча поклонился.

– За мечами моего деда! – Асато гордо оглядел кабинет. – Их место теперь здесь в этом доме!

Оператор у магнитофона, услышав, что разговор окончен, выключил аппаратуру, снял наушники и, сунув под мышку кожаную папку, прошел в соседний кабинет, который занимал Вульф.

– Что тебе Карл? – спросил он, увидев в дверях оператора.

– Богудэн только что нашел завещание и вел разговор с Мияги. Вот запись их разговора.

Он положил на стол папку. Вульф пробежался глазами по тексту и процедил сквозь зубы.

– Ничего нового. Разве вот только стоит поработать с Глорией Мейсон. Ну ладно пусть Альберт сам этим занимается.

Он вернул папку оператору.

– Перешли все в Москву и пусть Валленштейн начинает действовать!

***

Через час в кабинете управляющего фирмой «Энеджи Корпорэйшн» в Москве, заработал факс.

Альберт Валленштейн, мужчина со светлыми волосами, тощий как жердь, с немного рыхлым подбородком и хищными как у хорька глазами, некоторое время безучастно смотрел на широкую ленту, вылезающую из чрева аппарата. Затем с некоторой неохотой, достал из золотого портсигара сигарету, небрежно повесил ее на кончик нижней губы, прикурил и с наслаждением выпустил дым через нос.

Он уже знал, что этот факс от Вульфа и примерно догадывался, что в нем есть. Сумма в двадцать тысяч долларов тоже вполне его устраивала, но он еще медлил взять в руки бумагу, размышляя о чем-то своем. Наконец резким движением он выдернул лист и, увидев фразу «Действуй по своему усмотрению» довольно хмыкнул и нажал кнопку вызова.

– Пришлите ко мне Пеле. Скажите, что срочно…

Глава 2

Молодая стюардесса, очаровательная блондинка с пышными волосами и высоким бюстом, сложив губки бантиком, мягко промурлыкала в микрофон.

– Дамы и господа! Леди энд джентльмены! Компания «Люфтганза» в лице нашего экипажа рада приветствовать Вас на борту нашего самолета. Мы совершаем рейс «Токио – Москва» и пробудем в воздухе ровно десять часов. Желаем Вам приятного путешествия!

Повторив эту же фразу еще на двух языках, она взяла большой поднос с напитками и пошла между рядами.

В салоне первого класса ей пришлось задержаться: сначала отвечая на вопросы актеров Токийской оперы, потом, разбираясь с толстым бизнесменом, желающим выпить чашечку именно бразильского кофе. Обслужив его, она подошла к, сидящему в стороне от всех, молодому джентльмену с длинными черными волосами, перевязанными сзади веревкой и, наклонившись почти к самому уху, спросила.

– Вы что-нибудь будете пить?

– Что Вы сказали? – пассажир с рассеянным лицом повернул голову, но, увидев красивое лицо стюардессы, улыбнулся.

– Не хотите что-нибудь выпить?– стюардесса повторила свой вопрос.

– Пиво, если можно!

За короткое время Асато, а это был он, успел оценить привлекательность девушки и не спешил отводить глаза от ее красивых форм. Блондинка, заметив это, густо покраснела. Однако ее работа вынуждала порой выдерживать и куда более откровенные взгляды, поэтому на всякий случай она переспросила.

– Что-нибудь еще?

– Да. Скажите, когда мы прилетим?

– Самолет только что взлетел. Часов через девять будем в Москве.

– Взлетели? – Парень сделал удивленное лицо, и лукавая искорка проскочила в его глазах. – Надо же, а я и не заметил. Значит, теперь можно убрать с меня этот ошейник.

Он показал на ремень безопасности.

– Да, конечно.

– А вы не могли бы мне помочь? Видите ли, я очень плохо разбираюсь в замках.

Девушка тяжело вздохнула и освободила не в меру приставучего пассажира.

– Вот и все. Это же так просто.

Юноша откинул в сторону мешавший ему ремень и расправил широкие плечи.

– Вы, конечно, догадались, – произнес он, глядя прямо в глаза девушки, – что это всего лишь повод.

– Повод для чего?– стюардесса сделала непонимающее лицо.

–Конечно для знакомства с Вами. Вы мне понравились сразу, как только я вошел в салон.

– А вот вы не в моем вкусе.

Она прекрасно знала, чем это должно было кончиться и давно заготовила ответ нахалу. То, что он летел первым классом, еще не давало ему право приставать к ней. Однако вопреки ее ожиданиям парень не разозлился, а громко захохотал, откинув голову на спинку кресла. Его смех услышали остальные пассажиры. Видя, что на него смотрят, парень развел руками, будто за что-то извиняясь и громко, чтобы все слышали произнес, указывая на стюардессу.

– Она мне нравиться! – и потом на себя, – а я ей нет! Жаль!

Актеры ответили дружным хохотом на выходку молодого повесы и с жаром загалдели, обсуждая на своем птичьем языке достоинства стюардессы и этого молодого плейбоя. Стюардесса, красная от гнева, пошла между рядами. Плейбой, резко прекратив смех, вновь со скучающим видом уставился в иллюминатор.

До Москвы оставалось еще около восьми с половиной часов лета. Что его там ждало, он не знал, да и не хотел знать. Это было не в его правилах…

***

… Дорогу до «Шереметьево-2» Глория Мейсон знала, как свои пять пальцев. Ей не раз приходилось ездить туда, встречать друзей и коллег, поэтому и в это туманное утро она уверенно вывела свой светло-голубой «Мерседес» из гаража.

Подставив лицо под поток свежего воздуха, врывающегося в салон через приоткрытое окно, она выехала на автостраду. Монотонная дорога успокаивала и Глория переключилась на вчерашний разговор с мистером Богудэном. Многое из него ей было не понятно, но одно она знала точно. Мистер Богудэн, сын старого Ягю Богудэна, был хорошим человеком, и ему нужно было помочь. Тем более, что она действительно могла это сделать.

Здесь дорога делает опасный поворот! Мысли Глории вернулись к действительности. Она крепче вцепилась в руль и легко как по рельсам вошла в поворот. «Дальше снова по прямой», – подумала она и вдруг увидела машину, пристроившуюся на обочине возле перекрестка с грунтовой дорогой, и человека, стоящего рядом с ней. В предрассветной полутьме она не сразу разглядела кто это, но, подъехав поближе, поняла, что человек на обочине был милиционером. Вернее даже не милиционером, а сотрудником муниципальной полиции, как явствовало из надписи на борту машины.

– Интересно, а что ему здесь надо? – мелькнуло в голове у Глории.

Он махнул жезлом, приказывая остановиться.

Может, что случилось! Без всяких задних мыслей Глория тормознула возле полицейского и выглянула в окно, обворожительно улыбаясь. Ее пушистые желтые волосы рассыпались по плечам. Она знала, что всегда в такие моменты неотразима. Но полицейский, казалось, нисколько не замечал этого. Блеснув форменной бляхой, он подошел к окну и коротко козырнув, грубо попросил документы.

– А в чем собственно дело? – Глория продолжала улыбаться, но полицейский также грубо повторил.

– Ваши документы, пожалуйста!

Раздраженно дернув плечами, она достала из бардачка водительское удостоверение и протянула его в окно.

Пока полицейский подчеркнуто внимательно изучал ее фотографию, Глория тоже успела его разглядеть. Худощавый, немного непропорционально сложенный, с руками как у орангутанга, он производил сильно отрицательное впечатление. Особенно не понравилось ей лицо, продолговатое с пустыми глазами и тонким шрамом, идущим через левую щеку от виска до нижней губы.

Дочитав, полицейский почему-то не вернул удостоверение, а уверенным движение, как будто, так и надо, сунул его в нагрудный карман и, наклонившись, уже более спокойным тоном сказал.

– Извините, но Вы не могли бы немного проехать со мной. Здесь недалеко. Мне нужен один свидетель.

Не почувствовав в его словах никакого подвоха, ей все еще внушала доверие полицейская бляха, Глория кивнула головой, но добавила.

– Только быстро, я очень спешу.

– Да что вы! Мы в пять минут управимся. Следуйте за мной!

Полицейский повернулся и быстрым шагом направился к своей машине.

Глория, следуя за полицейским «Жигуленком», свернула с главной дороги и поехала по проселочной. Действительно через минуту они остановились возле небольшого ржавого гаража. Чья-то неумелая рука вывела на нем зеленой краской « автосервис». Гараж был открыт, однако вокруг него никого не было. Глория почувствовала беспокойство. Она все еще мало была расположена к тому, чтобы запаниковать, но это все уже начинало ей не нравиться.

Из «Жигулей» вылез полицейский. Глория посмотрела на него и почувствовала, как мурашки побежали по всему ее телу. Он шел к ней странной крадущейся походкой, на ходу доставая из кобуры пистолет.

Маньяк! Пронеслось у нее в голове, а по виску пробежала холодная капля пота. Она, было, сделала усилие, чтобы закричать, но тут же сообразила, что ей это не поможет.

Главное не волноваться! Ну-ка, соберись! Покажи, что ты его не боишься.

Негнущимися пальцами она нажала блокиратор двери, наглухо заблокировав себя в кабине. Пустое дело, но это придало ей смелости. По крайней мере, оградила себя от его страшных рук. Она переключила коробку передач на задний ход, собираясь, подать назад. Но как только она это сделала, человек со шрамом тут же вскинул пистолет и посмотрел на нее своими холодными, пустыми глазами.

– Не делай глупостей, милка! Лучше заезжай в гараж и тебе ничего не будет.

Под угрозой оружия Глории пришлось подчиниться. Она въехала в темный, как гроб, сарай и в зеркале заднего вида увидела, как псевдо-полицейский нагнувшись у ее заднего колеса, резко дернул рукой. Сразу раздалось шипение, и машина наклонилась на бок.

Глория была в полной растерянности. Она не понимала, что он от нее хочет. Когда же услышала, как заскрипели запирающиеся ворота, то пришла в полнейшее замешательство.

– Эй! – громко закричала она, немного опустив окно. – Эй! Как вас там! Чего Вам нужно? Что все это значит?

Ответом для нее был шум отъезжающей машины. Все стихло. Через некоторое время она смогла услышать шум листвы небольшой рощицы, растущей неподалеку и все.

Прошло минут десять, прежде чем до Глории дошло, что самое страшное позади. Представив в каком дурацком положение она оказалась, ей ничего не оставалось, как нервно расхохотаться.

Однако нужно как-то выбираться отсюда! До прибытия самолета осталось полчаса. При всем своем желании она к нему опаздывала. Ладно! Забудем пока об этом… Обернувшись назад, Глория увидела узкую полоску света в промежутке между дверями. Можно попробовать протаранить. Мощный «Мерс» наверняка справиться с ними.

Повернув ключ зажигания, она завела мотор и несколько раз нажала на газ. Маленькое помещение тут же наполнилось клубами дыма, и Глория почувствовала, что задыхается. Закашлявшись, она выключила двигатель и закрыла окна. Толстые стекла на немного оградили ее от удушающего газа. Она несколько раз глубоко вздохнула.

Так можно просидеть здесь до скончания века. В железных листах, которыми был обит гараж, было много дырок, поэтому очень скоро газ выветрился. Ну что ж, попробуем без машины. Глория толкнула дверь и поняла, что здесь ее тоже ждет неудача. Гараж был настолько узок, что дверь открывалась лишь на несколько сантиметров. Она не смогла просунуть в щель даже руку. Отчаяние охватило ее сознание. Теперь уже она точно не знала что делать. В память пришла фраза « Дважды замурованная!» Да, я как раз подхожу под это название, подумала пленница и с ненавистью ударила по рулю.