Никогда не отводи глаза!

  …Желтый, пышущий жаром, шар, по имени солнце, плавно укатил за горку. Небо окрасилось в фантастический малиновый свет. На землю дохнуло вечерней прохладой.

  В это самое время на берегу небольшой речушки, за городом, как раз в том самом месте, где в неё вливается небольшой ручеёк, берущий свое начало из крутого склона зелёного холма, сидело трое: парень и две девушки. Совсем юные создания. Лет по четырнадцать. Мальчишка, наверное, первый раз в своей жизни выполнял роль кавалера, но справлялся с ней довольно сносно.

  Он успевал озабоченно подкладывать сухие ветки в костер, и в тоже время отвечать на вопросы чернобровой девчонки в клетчатой юбке и белых сандалиях. Однако все внимание его было приковано к её подруге. Очаровательная "мальвина" в платье с кружавчиками молча сидела рядом и делала вид, что рассматривает небо. Мальчик изредка бросал на неё взгляды, пытаясь привлечь внимание, и тут же отворачивался, не смея что-либо сказать. Вечер явно не клеился.

  На тропинке, идущей рядом с ними, раздалась громкая музыка, послышались пьяные голоса. "Кто-то идет?" – спросила "клетчатая юбка". Пацан встал на цыпочки, чтобы получше рассмотреть. Его гладко причесанные на пробор, волосы показались над кустами. Прямо на него шло четверо.

  Впереди всех вышагивал взрослый уже парень. Его звали Генка, а прозвище у него было Крок. Крокодил то есть. Это была местная гроза всего района. Мальчик прекрасно его знал. "Мимо не пройдут", – мелькнуло, у него в голове. Он оказался прав. Компания направлялась в их сторону. Крок только что раздавил "пол-литра" со своими товарищами. Этого было конечно мало, поэтому они направились реке в поисках тех, за чей счет можно было бы поживиться. Они всегда так делали, потому что знали, что мирные отдыхающие скорее расстанутся со своим кошельком, чем затеют драку с хулиганами. А если и драка, то что? Подраться для Крока был все равно, что выпить стакан воды.

  Подвыпившая компания остановилась у костра.

– Сидим, значит? – спросил Крок, окидывая взглядом ребят, не зная к чему придраться.

– Сидим! – вдруг неожиданно для себя выпалила чернобровая девчонка и тут же прикусила язык.

  Крок уставился на неё своими рыбьими глазами. Под его взглядом она стала быстро "уменьшаться в размерах". Крок перевел взгляд на "мальвину". Бедная девчушка вся сжалась и стала крохотным комочком.

– Уходите отсюда, пожалуйста!

  Крок сначала услышал слабый голос пацана, а потом увидел его лицо.

– Что-о-о! – протяжно выговорил хулиган, примериваясь глазами к его фигуре. Пацан был примерно одного роста с ним, правда, гораздо тоньше. На нем была одета белая рубашка и брюки со стрелками. Они поразили Крока больше всего. "Интеллигент какой-то!" – щелкнуло у него в мозгу.

– Что ты сказал? Повтори, малолетка?

  Он притянул мальчика к себе, схватив его за ворот и еще больше выпучив глаза. От этого холодного, злого взгляда мальчишке стало не по себе. Ему показалось, что молния пронзила все его конечности. Если даже и захотел, то он все равно не мог пошевелить руками. Он почувствовал себя кроликом в грубых объятиях удава. Не выдержав взгляда, маленький интеллигент опустил глаза. А подонок только этого и ждал, почувствовав, что его бояться, он ещё сильнее потянул пацана на себя. Рубашка затрещала по швам. Крок взмахнул своей калатушкой и наотмашь ударил. Малолетка, повернувшись, упал лицом вниз. На Кроке повисли его друзья.

– Пойдем отсюда, Крока, нам здесь нечего делать. Это же пионеры. У них эти, как его, пионерские зорьки. С них и взять нечего.

– Учить таких надо. – Зло рыкнул Крок, но его уже потащили дальше по тропинке.

  Мальчик лежал, уткнувшись лицом в траву, и не вставал, хотя хулиганы давно ушли.

– Тебе больно? – Над ним склонилось лицо "мальвины". Он замотал головой. Нет, ему не было больно. Ему было стыдно. Стыдно за свой животный страх. По его щекам текли слезы. Она потянула его за руку:

– Давай, Свят, вставай …

Глава 1

– Вставай, Свят, вставай. Хватит лежать!

  Громкий голос Михалыча, его тренера, казалось, покрывал весь шум беснующейся толпы, окружающей ринг, в центре которого лежал он после мощнейшего бокового удара.

  Свят поднял голову. В глаза противно ударил свет от прожекторов, висящих под самым потолком. Он попробовал отжаться на ватных руках.

– Три, четыре, пять, – до него донесся монотонный голос рефери.

"Это ведь он мне считает," – с трудом донес до него информацию мозг, – надо подниматься.

  Раздался гонг. На ринг, перескочив через канаты, выскочил Михалыч. Легко подхватил его и усадил на табурет. Рядом над рассеченной бровью заколдовал доктор.

– Всё нормально, молодец, этот раунд выиграл. Надо продержаться ещё два. И всё будет о, кей. Держи его на расстоянии и, самое главное, не отводи глаза. Следи за его движениями по глазам. Они всегда точно покажут, что делать.

  Слова тренера доносились до Свята откуда-то из далека. Он что называется "поплыл". Доктор сунул под нос ватку с нашатырем. Стало легче. Михалыч махал перед ним полотенцем.

– Всё нормально. Выдержишь?

– Выдержу, – ответил он ему, не веря в свои слова.

  Снова гонг. Второй раунд. Он быстро встал. Сделал несколько резких движений, пытаясь показать, что в порядке и, выскочив из угла, почувствовал хлопок по плечу, успел услышать его слова:

– Давай! Главное не отводи глаза!

  Из противоположного угла на него выкатилась глыба. Вернее сейчас противник казался ему глыбой. А ведь ещё в первом раунде всё было нормально. Они обменялись ударами. Противник со злой ухмылкой посмотрел на него, и Свят почувствовал, что не может долго выдерживать его взгляда.

– Бокс! – услышал он короткий приказ рефери. "Глыба" тут же бросился в атаку, опустив голову, Свят уклонился, смог уйти от страшного удара прямой ногой, но тут же подставился под короткий хук. В голове опять всё поплыло. Яркий свет, злое улюлюкивание публики, тяжелые удары, сыпавшиеся со всех сторон и выбивавшие крупные капли пота, крики Михалыча "Подними глаза!" – всё это смешалось в один непонятный клубок, сотрясая сознание, но он вопреки всему стоял на ногах. Не падал.

  Раунд подходил к концу. У Свята больше не было сил держаться. Ещё один мощный удар ногой в живот кинул его на канаты, согнул пополам.

– Это конец, – подумал он, но раздался звук спасительного гонга. – Нет, выдержал. Свят опустил руки. И в этот момент на него обрушилось что-то тяжелое. Разом погасли все фонари…

  Запах нашатырного спирта снова привел его в чувство. Над ним склонилась голова Дока, лечащего врача команды. Из-за его спины выглядывал Михалыч.

– Очухался. Ну, вот и хорошо. Пусть зайдет ко мне. После.

  Эти Слова относились к Доку. Он хотел ещё что-то сказать ему, Святу, но передумал. И махнув рукой, хлопнул дверью.

  Свят поднялся с кушетки. От резкого движения в голове забегали звездочки.

– Тихо, тихо, – попытался уложить его на место Док, – ты ещё не достаточно оклемался. На, нюхни ещё "нашатырчика".

   Свят взял ватку, приложил к носу. Едкий запах ударил по мозгам. Он сморщился:

– Фу, ты, какая гадость. Что со мной было.

  Док взял его за запястье:

– Так пульс нормальный.

  Заглянул в зрачки:

– Рефлексы восстановились.

  Быстро ты после такого удара…

– Какого удара? Черт возьми!

  Его все же немного мутило.

– Да после гонга ты опустил руки. Он тебя и пробил. Точно в челюсть. Хорошо так ударил, как по футбольному мячу.

  Док потрепал его по плечу:

– Не привык ты ещё к профи. Здесь другие правила. "Чистюль у нас не любя. Запомни."

– Я это уже понял.

  Свят ещё раз тряхнул головой, скинул руку Дока со своего плеча и встал на ноги:

– Шеф просил меня зайти?

– Да.

  Док отвернулся от него, загремел инструментами. Давая понять Святу, что ему здесь больше нечего делать. Свят оглядел кабинет, будто что-то забыл, удостоверился в обратном и, пошатываясь, вышел.

  ***

  В кабинете Михалыча висел большой плакат.

  Кикбоксинг.

  Святослав Стрельцов – Марат Телятников.

  Чемпион города среди любителей против Биг Булла .

  Дебют на профессиональном ринге.

  Рейтинговый бой.

  Михалыч проследил взгляд, вошедшего только что Свята. И, не спеша, тщательно подбирая слова, произнес:

– Сегодня твой дебют не удался. Почему? Что с тобой такое? Свят посмотрел ему в глаза.

– Он ударил меня исподтишка, после гонга.

– Я не про это!

   Их взгляды скрестились. Михалыч взорвался.

– Но сейчас же ты ведешь себя нормально. Что же ты на ринге отворачиваешься как красная девица.

  Свят молчал:

– В общем, так. Я начинаю подумывать, что ты слишком рано перешёл в профессионалы.

  Тренер кинул ему на стол всего лишь несколько крупных купюр.

– Это твои.

  Свят сгреб их пятернёй со стола одним махом.

– Иди и подумай! Ещё раз такое повторится – вылетишь из команды. Мне статисты не нужны.

  Свят вышел из кабинета. Спортивный зал был уже пуст.

  Лишь в самом углу шаркала веником уборщица, выметая хлам, который оставили зрители. Огни над рингом давно погас ли. Во мраке с трудом можно было разглядеть боксерские груши. Свят, не спеша, приблизился к одной из них. Она жалобно застонала от его удара. В ушах стояли слова Михалыча:

– Иди и подумай! Что с тобой?

  А что думать? Он и так знал, что случилось. Проснулся "кролик". Страх перед взглядом. Холодным, злым и самое главное ненавидящим. Свят ещё раз с силой влепил по груше. Эхо гулко прокатилось по залу, отразилось от стен.

  А он-то думал, что "кролик" загнан им в самые отдаленные закоулки его души, и никогда больше оттуда не появится. Ан нет, он вынырнул вновь, причем в самый неподходящий момент. И не надо даже думать почему. И так все ясно!

  Его размышления прервал шум из распахнувшихся дверей раздевалки. Оттуда, истошно вопя, выскочила толпа крепких ребят. Они чествовали сегодняшнего победителя. Он сам шел впереди. Увидев Свята, все замолчали. Вернее Марат дал знак замолчать:

– А, чемпион!

  Он подошел к Святу и толкнул его в грудь:

– Добро пожаловать на профессиональный ринг!

  Марат противно заржал:

– Как тебе мой последний ударчик?

  Свят с силой пихнул его в сторону:

– Да пошел ты!

  Он крепко выругался и направился в душевую. Марат, покраснев от гнева, бросился за ним, но его удержали его "шестерки":

– Марат, остынь. Ты что! Тебя же могут дисквалифицировать за это.

  Марат остановился и, выставив вперед указательный палец, заорал вдогонку:

– Мы с тобой ещё встретимся. Слышишь ты, сосунок!

   Свят затормозил в дверях и, повернувшись в пол оборота, зло крикнул:

– Обязательно. На ринге.

  Холодный душ приятно остудил разгоряченную голову. Снял с тела лишнюю энергию. Но даже стоя под этими приятными струями воды. Свят не переставал думать:

– Вот и Марат этот… Любой другой бы на его месте подошел, извинился, а он, наоборот, хвалиться. Не понятно это… Видно и впрямь в профессиональном спорте волчьи законы. Все друг друга ненавидят. Но спорт, пусть даже любительский, все же меня чему-то научил. И я найду выход из положения. Я останусь самим собой. Но каким образом? Это вопрос!…

  ***

  Михалыч услышал голос Марата. Вспомнил, что с ним надо поговорить. Встал из-за стола, поправил свою пышную, но уже седеющую шевелюру, посмотрелся в зеркало на свою статную фигуру и выглянул в зал.

– Марат, зайди-ка ко мне.

  Марат, услышав голос своего "чипа", отмахнулся от друзей и зашел в кабинет:

– Звали, Сергей Михалыч?

  Голос его всегда такой громкий, властный, при виде тренера вдруг сел на пол тона и в нем появились заискивающие нотки. Сергей Михайлович достал из стола сверток.

– Получи-ка. Твой гонорар.

   Марат расплылся в улыбке.

– Это я люблю.

  Он тут же раскрыл сверток и начал пересчитывать.

– Да успокойся ты, здесь все нормально, – сказал Михалыч и перешел на другой тон.

– Слушай, Марат! Для тебя есть дело!

– Да? Какое? – спросил он, не переставая шуршать бумажками.

– Ты знаешь, что Крок вернулся.

– Крок?

  Удивленно повторил Марат.

– Ну и что дальше?

– А то! Он мне задолжал кругленькую сумму. И я хочу, чтобы ты ему напомнил об этом.

– Я?

– Да ты. Двадцать процентов твои.

– А почему именно я?

  В голосе Марата зазвенели робкие нотки.

– А потому! – Михалыч надавил. – Выбирать тебе не приходиться. Ты же мне тоже должен или забыл.

  Марат забито опустил глаза и кивнул головой.

Глава 2

  Звонок в дверь заставил Свята выйти из ванной и одеть махровый халат. Вытирая на ходу голову, он открыл дверь.

– Привет!

  Славка, его друг, не задерживаясь в прихожей, проскочил в гостиную и плюхнулся в кресло.

– Привет Славик! Как дела? – глядя на светящуюся физиономию друга, спросил Свят.

– Пока не родила! – Схохмил тот в ответ.

– А чем ты занимаешься?

  Его взгляд упал на мокрый от пота спортивный костюм, валяющийся в углу.

– Ну-ка признавайся? – кивнул он головой, доказывая на костюм.

– Да так, пробежался немого – Не понятно от чего смущенно ответил Свят, не понимая, к чему клонит Славка.

– Пробежался, значит. А костюм хоть выжимай, Ты уж мне-то не ври, фанат несчастный. Ну, ты мне скажи, сколько можно тренироваться? – Сыпал Славик как из пулемёта. – Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?

– Да! -пожал плечами Свят .– Вот сейчас хотел немного полежать.

– Вот уж дудки!

  Слава вскочил с кресла и, подражая боксерам, напал на ошеломленного Свята, слегка стукнул его по скуле.

– И думать забудь! Такой парень как ты, спортсмен, и без девки. Давай собирайся. Поедем попьем пивка, а потом рванем к подругам. Заодно отметим дебют.

– Да какой там уж дебют. Я ведь проиграл.

   Махнул рукой раздосадованный Свят.

– Ну и что! Проиграл, выиграл! Тебе ведь теперь всё равно. Ты – профессионал. Тебе за все платят.

– Ну, в общем-то, да! – Не стал его переубеждать Свят.

– Но я не пью пива.

– Эка невидаль! Все не пьют. Ну не пьешь, так составишь мне компанию.

  Славик напористо отметал все возражения друга.

– А потом к подругам! А? – Он заговорщически подмигнул:

– Поехали!

  Свят усмехнулся:

– Ну ладно, о, кей! Уломал. Сейчас, только оденусь.

  Они вышли из подъезда и сели в темно-синие "Жигули" Славика. Его любимую игрушку.

  Пивная как, не странно, работала. Вокруг неё натужно гудела жаждущая толпа. Только что привезли свежее пиво.

– Да, подфартило! – ковыряя в ухе, изрек никогда не унывающий Славка.

– Попробуем взять штурмом.

  Он, как ледокол, врезался в толпу и начал расталкивать всех руками. Сзади понуро пробирался Свят,

– Товарищи, пропустите. Друг погибает. Пива хочет.

  Не переставая работать локтями, орал Вячеслав, Он неловко пихнул какого-то верзилу и тот, повернувшись, схватил Славика за шиворот:

– Я те счас пихну. Куда лезешь?

  И вдруг он увидел Свята. Радостно воскликнул:

– Стрельцов.

  Свят посмотрел на верзилу, не узнавая его. А верзила продолжал:

– Ребята! Это же ведь Стрельцов! Наш чемпион! Тоже пивка захотел?

  Это он обратился к Святу. Тот смущено пожал плечами.

– А ну-ка пропустите чемпиона!

  Здоровяк мощно повел плечом. Народ, подаваясь его движению и узнавая Стрельцова, расступился. Вскоре они, Свят и Славка, уже потягивали

  холодное пиво, сдувая пену, которая большой пушистой шапкой нависла над краем.

– А тебя, оказывается, выгодно брать за пивом. Ты же ведь у нас живая легенда. – Сделав глоток, сказал Славка.

  Они сидели в машине, удобно развалившись на сидениях, и слушали тихую музыку, льющуюся из колонок, встроенных в заднюю панель.

– Это они ещё про вчерашнее не знают, -недовольно поморщился Свят. Ему было неприятно это вспоминать.

– Да брось ты, Свят. Ты же отличный боец. Марат – ведь фуфло. Ты его обязательно "сделаешь". Не с такими ведь справлялся.

– Справлялся! – выдохнул Свят и отвернулся.

– А что? Что-нибудь не так? Что-то случилось? – озабоченно спросил Славик.

– Да, нет. Всё нормально. Просто кролик проснулся.

  -Какой кролик? – Не понял Слава.

– Да это я так про себя.

  Свят сжал губы и откинул голову на сидение, Он вспомнил свое вчерашнее позорное поведение на ринге и у него от злости свело руки. Славка , наслаждаясь пивом, ничего не заметил. Он продолжал:

– А знаешь новость? Крок вернулся.

  Услышав ненавистное имя, Свят оживился и недоверчиво посмотрел на соседа:

– Как вернулся? Ему ведь ещё два года сидеть.

– Как же! Попал под амнистию. Сейчас в городе такое начнется!

– Какое? – переспросил Свят.

– Эх, ты, Фома, живешь как в берлоге. Он хлопнул Свята по лбу.

– Ты что не знаешь, что пока Крок сидел, в городе над всей шушерой стал верховодить Боб. Теперь же Крок вернулся, и ему, естественно, такое положение вещей не понравиться.

– Ну и что?

– Как что? – недоуменно посмотрел на Свята Славка, – Начнутся разборки.

– А-а-а! – протянул Свят, – А кто такой Боб?

  Славка от удивления даже открыл рот, и перестал отхлёбывать из кружки,

– Ну, ты точно отшельник!

  У "пивняка" всколыхнулась толпа и образовала круг. Кто-то дрался. Но за спинами зевак ничего не было видно. Такие зрелища Славик не пропускал. Он тут же открыл дверь и выскочил из салона, не выпуская из рук пива. На ходу бросил:

– Пойдем посмотрим!

  Они подошли к толпе и заглянули через спины. Какой-то бугай держал за горло молодую девушку. Она нагло, немного прищурившись, смотрела ему в глаза и орала:

– Ну давай, давай, тварь, ударь меня. Ударь!

  Парень, весь красный от гнева, яростно вращал зрачками и хрипел:

– Придавлю, падла, удушу. Ломтями настругаю.

  Однако, как не странно, дело дальше слов не шло. Славик склонился к уху Свята:

– А вот тебе и Боб! Собственной персоной!

  Свят, также шепотом:

– И за что он её так?

– А кто его знает! Это их дела. Тут ничего не сделаешь. Король! – Со значением в голосе объяснил Славка. Боб влепил девчонке пощечину. Свят не выдержал:

– Что же он делает?

  И рванулся вперёд, так быстро, что Славка не успел ни чего сделать. Однако, когда Свят выскочил в круг, какой-то сердобольный мужик придержал его тихонько за локоть:

– Не связывайся ты с ними. Он ведь и порезать сможет.

  Свят остановился. Сейчас он смог как следует разглядеть девушку. Она была очень привлекательна. Длинные, стройные ноги обтягивали черные "резинки". Короткая при ческа, под мальчика, очень шла к её большим зеленым глазам, которые в данный момент были полны слез и испачканы потёкшей тушью. Она сидела в пыли, подмяв под себя ноги, одной рукой держась за красную от пощечины щеку, но взгляд также неотрывно буравил глаза бандита. Вдруг неожиданно плюнула ему в лицо:

– Ненавижу!

– Ах ты, сука!

  Боб размахнулся ногой. В этот момент Свят прыгнул на него всем телом. Сбил с ног и нанес сокрушительный удар в челюсть.

– Не смей её трогать!

  Девчонка тут же вскочила и спряталась за его спиной. Боб не вставал. Свят взял девушку за руку и повел к машине. Толпа безропотно расступилась перед ними.

  Боб, очнувшись от удара, поднял голову. "Шестерки" тут же помогли ему подняться. Он коротко бросил:

– Кто?

  Яму указали на атлетически сложенного парня, который сажал в темно-синюю "шестерку" его бывшую жертву.

– Где-то я его видел? – мелькнуло в мозгу. Он щелкнул пальцами. Чья-то услужливая рука вложила ему в ладонь выкидной нож.

  Славка от волнения забыл даже о пиве. Нервными руками он никак не мог попасть ключом в замок зажигания.

– Н-н-у, ты, Фома, совсем обалдел. Поехали отсюда скорее.

  Свят открыл заднюю дверь салона. Предложил девушке садиться. Она изучающе заглянула ему в лицо и грациозно скользнула в салон.

– Эй! – услышал за спиной Свят. Он повернулся . Перед ним с перекошенным от злости ртом стоял Боб. В его руке щелкнул нож. Свят успел заметить холодный блеск в глубине взгляда и на доли секунды замер в нерешительности. Короткое движение рукой, острая резкая боль в области живота согнула его пополам. Боб отдернул руку. В ужасе завизжала девушка. Свят непонимающе опустил лицо и увидел, как большое красное пятно расплывается по футболке, услышал слова Боба:

– Это тебе, собака!

  Раздался вой, подъезжающей патрульной машины. Боб затравленно огляделся, грязно выругался и бросился бежать. Но не далеко. Выскочивший из машины, оперативник кинулся ему под ноги и повалил на землю, заломив руку, в которой был зажат нож. Боб сдавленно захрипел.

  Свят некоторое время непонимающе глядел на всё больше расползающееся пятно. Пока одна большая капля не набухла и не упала на асфальт. Жгучая боль пронзила всё тепло и он, прислонившись спиной к машине, начал медленно оседать.

  Замешательство у Славика и девушки длилось не долго. Словно по команде они выскочили из автомобиля и засуетились вокруг побледневшего Свята. Аккуратно уложив парня на заднее сиденье, Славик врубил мотор и, не обращая внимания на красный свет, погнал машину в больницу

  Девушка сидела рядом и, то и дело озабоченно поворачивала голову, следя за состоянием своего защитника.

Глава 3

  Крок, походкой победителя, вошедшего в завоеванный город, шел по "Бродвею", центральной улице города. Его живот, изрядно похудевший на тюремных харчах, дрябло колыхался под широкой рубашкой. У Крока было хорошее настроение. Только что ему сообщили о том, что Боб, его извечный враг, обкурившись травки, по-глупому сгорел. Посадил на пику какого-то "фраера" и угодил на "кичу". И оттуда он выберется не скоро. Он шел и пасть его была растянута в жалкое подобие улыбки. Что-то весело насвистывая, Крок подошел к подъезду дома, где он жил, и вдруг услышал как его кто-то позвал:

– Крок!

  Он всем корпусом обернулся. В черной "девятке" сидел Марат.

– Что нужно этому быку? – Крок зло смерил его фигуру.

– Чего надо? Говори быстрее мне некогда!

– Тебе привет от Михалыча!

  Бывший зек сразу все понял. Он даже присвистнул от неожиданности и ответил:

– И ему того же желаю!

  А про себя подумал:

– Значит, этот бугай теперь работает на Михалыча. Надо быть с ним поосторожнее. Этот может и кости переломать.

– Михалыч просил узнать, когда должок отдашь?

  Крок понимающе закивал головой и, облокотившись на крышу "тачки" заглянул в окно:

– Передай Михалычу, я свои долги всегда плачу. Только что, он не знает. Я ведь только откинулся, а сажали меня с конфискацией.  Пусть подождет! Я обживусь немного и отдам. Мое слово – кремень.

  Марат молча смотрел на него. Его мозги всегда туго соображали. Михалыч отдал ему приказ выбить деньги из Крока, но его слова показались ему резонными.

– Хорошо, я передам, Боссу, но не вздумай обмануть или улизнуть. Ты меня знаешь!

  Он обнажил мощный бицепс.

– Угу-у!

   Крок кивнул головой.

  Машина, мигнув "стопарями", скрылась за углом. Крок проводил его взглядом и вошёл в подъезд.

   ***

  Свят слегка приподнял ресницы. Они и ему показались неимоверно тяжелыми, словно налитыми свинцом. Скользящим взглядом, не поворачивая головы, огляделся. Его окружали белые стены больничной палаты. Они были настолько белые, что резало глаза. Над головой нависла капельница. Рядом на тумбочке в вазе стоял букет алых роз. Он особенно бросался в глаза на бледном больничном фоне.

– Что со мной случилось? – он никак не мог понять, – и где я нахожусь?

  Одурманенный наркозом, мозг, никак не хотел соображать. В животе противно заурчало. К горлу подступил комок. Он понял, что хочет есть. Увидел на стене кнопку от звонка. Со страшным усилием дотянулся до неё и нажал. Нигде не зазвенело, но через пару минут открылась дверь. На пороге появился средних лет мужчина в белом халате. Он, улыбаясь, преодолел расстояние до кровати и склонился над больным:

– С возвращением Вас, молодой человек!

– Откуда? – выговорил Свят, не узнавая своего голоса. Мужчина в халате усмехнулся:

– Ну, ты брат даешь! С того света, конечно. Если бы у твоего друга не было поблизости машины, и если бы не твое богатырское здоровье, вряд ли бы ты выкарабкался. Но теперь уже все позади. Шов затянулся. Ещё недельки две, и ты сможешь снова махать ногами, или как его там.

– Правда?!

  Свят уже всё вспомнил и с нетерпением ждал только приговора доктора. Своими словами он снял камень с его души. "Он сможет заниматься!" – не было более сладостных звуков для него в эту минуту.