Юмористическая история смутного времени

Глава 1. Борис Годунов. Победа на выборах. Царь-реформатор. Поражение в информационно-психологической войне (1598-1605)

Борис Годунов происходил из небогатого и незнатного дворянского рода и изначально его перспективы в жизни были почти нулевые. Однако усердный труд вкупе с ловкостью и фортуной вознесли его на самых вверх аж в ближайший круг собутыльников Ивана Грозного.

В 1584 году Иван Грозный умер, а его сын и наследник Федор, уйдя с головой в молитву, самоустранился от дел, переложив всю тяжесть забот о государстве на плечи своего шурина, Годунова (царь был женат на его родной сестре, Ирине Годуновой).

Когда в 1598 году бездетный Федор Иванович умер, и династия Рюриковичей прекратила свое существование Земской собор (выборный орган, где имели представительство все сословия, кроме крестьян) объявил о выборах нового царя.

Это были первые демократичные выборы главы государства в нашей стране. Первопроходцу всегда трудно. Но Годунов со всей энергией взялся за дело.

В избирательную компанию он не скупился на обещания. Больше всего народ мечтал о сытой жизни и безопасности от татарских набегов. Годунов, тонко чувствуя настроения избирателей, клятвенно обещал, что построит систему оборонительных укреплений, позволяющих отразить любую внешнею угрозу, искоренит в стране бедность и навсегда покончит с таким позорным явлением, как голод.

Для окончательной победы Годунов использовал гениальный политтехнологический ход – прямо в разгар избирательной компании он заточил сам себя в монастырь. Жалостливый русский народ растрогался, очень переживая за судьбу «бедного Бориса», и победа на выборах оказалось у Годунова в кармане.

Однако самое тяжелое для вновь испеченного царя началось после избирательной компании. В реальности оказалось, что давать обещания, гораздо легче, чем выполнять их.

Начнем все-таки с успехов, которые касались прежде всего оборонной сферы. Годунов построил множество крепостей (Самара, Саратов, Воронеж и т.д.), воздвигнул два круга оборонительных укреплений в самой Москве (нынешние Садовое и Бульварное кольца), отстроил заново Кремль и произвел оружия столько, что хватило воевать на все Смутное время всем сторонам разгоревшейся вскоре Гражданской войны. Чем-то он напоминал Брежнева и Устинова, которые заготовив огромное количество оружия для отражения возможного нападения НАТО, не могли предвидеть, что этим оружием будут воевать бывшие советские республики между собой.

Однако, если в оборонной сфере дела шли неплохо, то с выполнением обещания относительно искоренения голода вышло не очень. Введенное в конце правления царя Федора крепостное право резко ударило по экономике. Крестьяне, лишенные свободы, земли и надежды на лучшую жизнь, устраивали «итальянские забастовки» и только делали вид, что работают. Производство сельскохозяйственной продукции упало в разы, и, если в урожайные годы, кое-как удавалось сводить концы с концами, то в неурожайные наступал страшный голод. Тут народ и припомнил Годунову данное в угаре предвыборной борьбы обещание, что он сам ляжет под телегу, нагруженную золотом, если в стране останется хоть один голодный.

– Годунова под телегу! – скандировал разъяренный народ на митингах.

Столкнувшись с массовыми протестами, Годунов попытался исправить положение. Он раскрыл народу царские амбары с зерном и даже вернул Юрьев день. Однако амбары не удовлетворили всех потребностей населений, а возвращение Юрьева дня привело в ярость помещиков.

– Что же это творится? – возмущались они в кулуарах Боярской Думы. – Только вздохнули чуть свободнее, появились какие-то деньжонки, чтобы съездить на отдых заграницу, и тут на тебе, батюшка, опять Юрьев день!

Годунов пытался усидеть между двух стульев, попеременно то вводя, то отменяя Юрьев день, но тем самым только настроил против себя как помещиков, так и крестьян. Теперь царя-реформатора ненавидели все.

Растерявшись, он совершенно не знал, что делать, как вдруг пришла новая беда.

Все произошло по классической американской технологии «цветных революций» (Америки еще не было, но технология уже была). В русских городах на южных окраинах (Чернигов, Путивль и др.) стали собираться майданы из голодных. Вначале их требования были вполне умеренными:

– Дайте нам покушать! – требовали люди, стуча пустыми кастрюлями.

Тем временем, со стороны западной границы государства за этой ситуацией внимательно наблюдали недоброжелатели из Речи Посполитой, ожидая только удобного момента, чтоб нанести удар. Вскоре на майдан потянулись западные политтехнологи. После их появления лозунги протестующих стали гораздо радикальнее вплоть до свержения действующей власти.

Однажды среди протестующий появился человек, который представился спасшимся младшим сыном Ивана Грозного – Дмитрием.

Дмитрий Иванович был последним младшим сыном Ивана Грозного. После смерти последнего Годунов отправил его вместе с матерью, Марией Нагой, в почетную ссылку в Углич.

Там по официальной версии в возрасте восьми лет (еще при номинальном правлении Федора) он в припадке эпилепсии убил сам себя ножом. По другой альтернативной версии, которая широко ходила в народе, его убили подосланные Годуновым люди.

И вот теперь народу был объявлен третий вариант. Якобы Годунов действительно подсылал убийц, но они все перепутали, убили совсем другого ребенка (просто похожего на царевича), а сам Дмитрий все это время скрывался и теперь, когда он вырос, решил занять трон отца, который принадлежит ему по праву рождения.

Надо сказать, что появился самозванец появился не один, а с вооруженными до зубов боевиками из Польши и западной Украины.

Известие о спасшем царевиче еще более взбаламутило народ. Множество городов на Юге страны (Чернигов, Путивль, Кромы и пр.) признали его власть.

Однако в сражениях с регулярной русской армией плохо организованные отряды Лжедмитрия терпели одно поражение за другим. После одной из битв самозванец едва успел ускакать на раненом коне. Большинство польских боевиков, видя такое дело, поняли, что здесь нечего ловить и вернулось домой, однако сам Лжедмитрий с русскими сторонниками укрепился в верных ему городах и стал держать оборону.

Борис Годунов допустил грубую ошибку, думая террором усмирить бунт. По его приказу в усмиренных городах хватали и вешали всех подряд, не особенно разбираясь участвовал ли человек в мятеже или просто проходил мимо. Видя такое дело присягнувшие Лжедмитрию южные русские города предпочитали бороться до последнего, чем сдаваться на милость победителя.

Лжедмитрий, конечно, понимал, что на поле брани не имеет никаких шансов и сделал ставку на информационно- психологическую войну.

Сотни агитаторов разъехались по стране, там и тут внушая народу, что пришел законный добрый царь, который, наконец, избавит его от притеснений и «неправды» бояр.

Конечно, Борис Годунов в свою очередь вел контрпропаганду, однако она была скучной, без изысков и сводилась к следующему:

– Дмитрий убил сам себя еще мальчиком, а выдает себя за него – монах расстрига Гришка Отрепьев.

– Что-то в этом не так! Врет Бориска! Больно уж у него все просто получается! – не верил царю народ.

Лжедмитрий оказался в плане агитации и пропаганды гораздо искусней. Выступления на митингах, он обычно начинал издалека:

– Сиротинка я! Вырос один, без родительской ласки и опеки. Отца моего, Ванечку Грозного, извел Бориска, мать мою добрейшую, Марию, в монастырь, гад, засадил, братца моего старшего, Федора, убил и ко мне тоже убийц подсылал. Да человек ли он вообще, что невиннейшего мальчонку убить приказал?! А с вами, что он делает?! Отменил Юрьев день, лишил вас всего: свободы, пропитания и веры в будущее! Я долго думал, почему он все это зло творит и понял! Годунов – сумасшедший! Бог лишил его рассудка ровно в тот момент, когда он приказал убить меня! Зачем же вы слушаете безумца?! Ату его!!!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.