Судьба охотника

За холмами тлел закат, окрашивая плывущие облака розовым светом.

Небо над рощей темнело.

Трое охотников на мутантов – Леший, Немой и я – после неудачной охоты возвращались на базу. Было решено добраться до своих пока солнце не зашло за горизонт, но мы устали и решили устроить привал.

Я много раз ходил с Немым и Лешим на вылазки. Мы всегда прикрывали друг другу спины. Бывало, когда мы заходили в бар опрокинуть по рюмке водки, было слышно, что люди говорили и косились на нас. Мол, наивные дураки. Пытаются бороться с новыми хозяевами проклятого мира. Мы были новичками, и порой борьба с тварями давалась нелегко. Бармен за наши старания платил деньги, хоть скромные гроши, за которые удавалось купить еду.

Завод, в котором мы решили остановиться, был наполовину разрушен. Кирпичные стены покрылись толстым слоем мха, а двор напоминал собой стройку: повсюду валялись бетонные блоки, ржавая перекрученная арматура, какие-то неопрятные чёрные лохмотья. Миновав двор, оказались внутри и решили остановиться у самого входа. Мы не знали, что таится внутри завода, да и тем более карабкаться по наваленной груди хлама не хотелось. Здание большое, и в нём крайне легко заблудиться.

Натаскав дров, Леший чиркнул спичкой и развел костер.

Через большую дыру в стене отлично просматривалась местность. Да, укрытие не наилучшие, но хоть что-то чем ничего.

На душе стало спокойнее, когда загорел костер. Языки пламени бросали причудливые тени на стены и пол. Красные угли и искры регулярно с треском вылетали во тьму.

Первым затеял разговор Немой:

– Норма и крайность – две половинки единого. А единое – это рок, судьба, жизнь, называйте, как хотите. Вот, к примеру, зомби жрёт себе подобного. Это нормально. Пусть жрёт. Чем больше будет жрать друг друга, тем меньше их будет. Такая закономерность. А вот если человека, да при том и живого? То это зрелище, конечно же не из приятных. Это крайность. Так нельзя. Нельзя, мать твою так! В этот миг ты задаешься вопросом: за что человек заслужил такое? Рок? Жизнь?

Немой выковырял что-то застрявшее в ребристой подошве берца и гадливо отбросил подальше, провел ладонями по штанам, то ли вытирая, то ли пачкая: под слоями грязи не была заметна даже их камуфляжная окраска, и расстегнул куртку. В лучах заходящего солнца блеснула начищенная звездастая бляха ремня – наверное, единственный предмет его гардероба, получавший уход. Я же – Дмитрий, по прозвищу Бродяга, был среднего роста. Через переносицу перетягивал большой шрам, а волосы были черными и густыми.

«Со временем всяко отпадут от радиации» – подумал я.

После слов охотника стало не по себе. Немой всегда говорил загадками, черт его разберешь, когда затирает такие телеги. От его речей всегда волосы на голове шевелились. Холодало. Страх стал сковывать меня, пытаясь выбить дух. Он сыпался, словно песок между пальцев, но, когда Леший достал гитару, цепи страха немного ослабли.

Заиграла гитара, разрывая ночную тишину лагеря. Ещё ничто не успокаивало меня так, как его мелодия. Признаться, у Лешего был талант и довольно неплохой. Каждый раз, когда мы втроем собирались в очередной поход, Леший брал ЕЁ с собой, и мы неоднократно говорили ему, что нехрен лишний груз таскать, но он только дулся, словно мышь на крупу, а гитару всё-таки брал. Когда мы устраивали привал в уютненьком местечке, охотник вновь блистал своим талантом под тресканье догорающих поленьев в костре.

– Понимаешь, – начал говорить я, смотря, как пламя безжалостно пожирает древесину в костре, – ещё страшней, когда зомби жрёт человека на твоих глазах, а ты стоишь, осознавая насколько безысходна ситуация, а помочь ничем уже не можешь. Да и в принципе стоит ли, когда его уже укусили? Ведь сам знаешь, от одного, даже маленького укуса, человек начинает перевоплощаться в одну из этих тварей… В этих… мертвяков.

– Да хватит вам уже мужики. – вставил лепту в разговор Леший, немного отвлекшись от гитары. – Подумаешь, десяток зомби в окрестности развелось. И что? Так сразу же их всех нужно обсуждать?

Я только задумчиво пожал плечами. Взял небольшую палку, обгоревшую с одного конца и пошевелил догорающие поленья в костре. Достал из зеленого армейского рюкзака консерву, и вскрыв её ножом, своим боевым товарищем, который не раз спасал меня в бою, принялся есть, насаживая сардины на лезвие.

– Сам знаешь, он у нас любитель затягивать такие разговоры. Порой вовсе бессмысле…

Договорить я не успел. Легкий ветер донес до нас шуршание в кустах.

Я схватился за АКСУ, всё это время, стоявший у стены. Развернувшись и встав на колено, прицелился в сторону, откуда доносился шум. Немой последовал моему примеру, а Леший все продолжал держать гитару и переводить взгляд то на меня, то на небольшую рощу откуда доходил уже не просто шелест, а слышался рык.

Я вглядывался в ночной мрак, ощущая приятный холод оружейного металла.

Из рощи выпрыгнуло нечто. Огромный четырёхлапый мутант. Разглядеть его через сумрак ночи толком не удавалось, угадывался только чёрный силуэт. Когда тварь приблизилась на достаточно близкое расстояние, я понял, что к нам явилась смерть собственной персоной. Это была химера – огромный мутант с когтями острыми словно стальные клинки. Так сказать, «страшный сон выживших».

Пару секунд, мы просто стояли. Смотрели, как смерть уверенными шагами движется к нам. И это было ошибкой. Ошибкой, которая вскоре отняла человеческие жизни. Этой пятисекундной заминки мутанту как раз хватило, чтобы изрядно сократить дистанцию между лагерем. Когда шок и ужас отступили, когда мы наконец стали осознавать происходящее вокруг, АКСУ словно ожил в руках. Я стал чувствовать, как приклад автомата бьёт в плечо. Видел, как дымящие стрелянные гильзы отлетали. Тут подключились Леший и Немой. Напарники стреляли из ружей. Химеру, видать, пули не впечатляли – слишком толста была шкура у этого чудовища, в которой те просто застревали.

– Он что мля, пуленепробиваемый? – матюгнулся Леший.

Это чертово отродье реально не брали пули.

«Ну и сколько нужно всадить патронов в эту тварь чтоб она издохла? Вон, уже вся земля где бежал мутант пропиталась кровью…»

Рассуждения прервала отсечка в АКСУ. Кончились патроны, а на перезарядку времени не было. Прогремел последний ружейный выстрел и вокруг воцарилась глухая тишина. Все погибли. Все, кроме меня. Тварь, в прыжке, сомкнула ужасные челюсти на шее Немого. Кровь фонтаном брызнула во все стороны. Охотник вскрикнул, и повалился на пол. После, химера вспорола живот Лешему. Когти с легкостью впились в человеческую плоть. Пару секунд я просто смотрел на погибших товарищей и из ступора вывел рев. Ужасный рев химеры.

Бежать было некуда.

«Рвануть по полю? Нет, догонит. Вскарабкаться по груде хлама и удалиться вглубь здания? Тоже не вариант. На это уйдёт много времени».

Страх смерти улетучился из сердца, изгнанный яростью. Я не мог умереть, зная, что враг, убивший моих друзей, всё ещё жив.

Откинув разряженный автомат, достал осколочную гранату «Ф-1». Оставалось лишь только два варианта: либо взорвать себя вместе с тварью, либо попытаться закинуть «Эфку» в глотку. Я надеялся на второй вариант, ведь человеку свойственно всегда хвататься за жизнь, даже в те моменты, когда жизнь повернулась задом и уступила место смерти.

Химера прыгнула с места, оттолкнувшись всеми лапами, да так, что вырванные когтями куски крошева полетели в разные стороны. Тварь разинула пасть в попытке схватить меня за горло или откусить башку. И тут я понял, что настало моё время. Падая, я выдернул чеку и кинул гранату прям в глотку твари. Даже сам удивился, как это удалось. Химера начала давиться вставшей поперёк горла гранатой. Раздался хлопок. Брюхо твари раздулось и тут же опало. Мутант начал хрипеть, беспорядочно и бестолково дергая лапами. Из уродливой беспомощно разинутой пасти текла кровь. Началась агония. Бой был окончен, но и без потерь не обошлось.

Немой погиб, а Леший сидел на полу прислонившись спиной к стене. Его живот весь в глубоких разрезах. Ясно-понятно с такими ранами долго не живут, а умирают долго и мучительно. Да и при том, тело Лешего было парализовано. Он медленно шевелил губами в попытке сложить какие-то слова, но у него не выходило. Видать у химеры был яд, который и заставил мучиться охотника. Я положил руку на кобуру с пистолетом, и медленно вытащил оружие. Я не мог его убить, но и в тоже время не мог смотреть как охотник медленно и мучительно умирает.

Дуло пистолета коснулось лба Лешего. Руки тряслись, я боялся спустить курок. Впрочем, что в этом такого? Да и не привычно это тому человеку, у которого на счету множество отнятых жизней. Но это было совсем не то, чем убивать врагов, которые желали тебе смерти. А вот друзей, с которыми ты прошел множество битв плечом к плечу, совсем другое.

Я смотрел в глаза охотника. Даже и не верилось, что такой мускулистый человек умирал. Отведя взгляд, я преодолел себя. Нашёл силы и спустил курок.

Хлопок.

Леший боком повалился на бетонный пол.

Полминуты я стоял и смотрел, как алое пятно крови медленно растекалось под головой охотника. Когда я сумел совладеть с собой, тихим, ещё дрожащим голосом сказал:

– Прости меня, Леший.

И медленным шагом отправился за своим АКСУ, который я в самом разгаре бойни, бесполезным, откинул в сторону. Взяв его в руки, и вновь ощутив весомость оружия, я принялся обыскивать трупы своих напарников, ведь мёртвым снаряга уже ни к чему.

Обыскав напарников, я запасся медикаментами, едой и боеприпасами. Ружье Лешего повесил себе на плечо. Хоронить друзей было некогда, ведь на свежую плоть и кровь могли явиться новые твари, и я мог свободно стать для них ужином. Да и закапывать в землю не имело никакого смысла, ведь мутанты со временем бы откопали тела и устроили трапезу.

«Да, для меня намного лучше быть сожжённым, превратиться в груду пепла чем быть переваренным в желудке мерзких тварей. Но я не мог их сжечь. Не мог, поскольку нужно было большое количество топлива, и дров, натаскать пришлось бы не мало, а времени на все это не было, поскольку и сам мог стать ужином для мутантов. Да, место безопасное, но что только не сделают твари, чтобы полакомиться свежей плотью и испробовать кровь. В новом мире всегда нужно держать ухо востро, ведь ты не знаешь какой подарок она может для тебя приготовить».

Я напоследок бросил печальный взгляд на своих товарищей, и не оборачиваясь, отправился к базе охотников, расположенной неподалеку отсюда.

«Что такое судьба? – думал я, – предопределённый путь человека с его самого рождения или что-то другое? К примеру, идёт человек по улице, думая о своей дальнейшей жизни. Дома его ждет семья. И тут вдруг ему на голову падает кирпич, разбивает череп и тот умирает. А если человек прошел бы на секунду раньше или позже? Он остался бы жив, и кирпич просто бы упал рядом. Что это? Рок? Или же просто случайность?»

Сейчас была такая же ситуация.

Тяжело вздохнув, я снял с плеча ружье, а в голове продолжал крутиться один и тот же вопрос:

«Кто же ставит в нашей жизни последнюю точку?»

До базы я так и не дошёл. Перед глазами поплыло. Земля, словно зашатавшись, ушла из-под ног.

«Оказывается, химере всё-таки удалось задеть меня».

Последнее, что удалось увидеть перед тем, как кануть в небытие – это ночное небо и ворона, летящего мне на встречу.

Глава 2

Наступила зима. Снег большими хлопьями укрывает промерзшую землю. Деревья с лишенными коры верхушками, стоят, словно одевшись в белоснежные шубы.

Мать готовит на кухне. Запах щей стоит по всей квартире.

– Сынок, тебе чай с молоком или без?

– А можно всё сразу?

Мама приятно улыбается в ответ.

– Так нельзя. Нужно выбрать одн…

– С молоком! – обрываю я мать на полуслове.

– Ну-у-у… Хорошо.

Чай согревает меня, и по телу проходит приятная истома.

Мама стоит, смотрит на меня большими зелеными глазами. Стоит только глянуть на неё, как тут же тебя охватывает радостное чувство. Она яркий свет, который невозможно не заметить в мраке ночном.

– Я люблю тебя, мама.

Она медленно подходит ко мне. Поправляет прядь длинных волос. Мать нежно целует меня в щеку…

На этом всё оборвалось. Произошла вспышка, заставив вновь вернуться в суровую реальность.

Очнувшись, ещё толком не соображая, я первым делом задал себе вопрос: зачем я проснулся? Остался бы там, со своей матерью. Там, где пахнет домашним уютом и теплом. Но нужно было жить дальше.

Теперь больно и обидно осознавать, что больше никогда не смогу увидеть свою мать.

Раздался выстрел. Пуля просвистела над головой, убив шедшего рядом со мной зомби.

Вокруг шла небольшая стая оживших трупов. От них сильно воняло, одежда лоскутами свисала с мёртвых тел.

«Почему я шёл в рядах мертвецов?»

Я огляделся.

Вокруг было большое поле, поросшее колючим кустарником. Вдали виднелась дорога, на которой стояли ржавые остовы автомобилей, а на горизонте начинался лес.

До меня донеслись матерки, и вновь неподалёку прозвучал одиночный выстрел.

Я обернулся.

На холме, как я понял, стоял главарь и давал указания двум людям, стоявшим рядом с холмом. Незнакомцы постреливали по зомбакам, и когда кто-то из незваных гостей попадал в голову твари, то они сразу же заливались смехом.

До меня донеслись обрывки фраз:

– А ну… Давай-давай, вали этих тварей!

– Не трать патроны… Я их с ножа всех!

По акцентам и матеркам понял, что это были люди Хромого, самого безжалостного беспредельщика в Пустоши, который не пожалел бы даже маленького ребёнка.

«Что за чёрт?! Что, мать твою, происходит? Как я здесь оказался? Да и почему зомби меня не трогают и бандитов тоже?» – сильно болела голова, и задавать себе вопросы, а тем более отвечать на них, я не мог.

Отморозок, стоявший слева, обнажив нож, ринулся в мою сторону. Походу, я был настолько схож с зомби, что не то что люди, а ходячие трупы приняли бы за своего.

Бандит с лёгкостью протыкал гнилые бошки мертвецов. Еще чуть-чуть, и он доберётся до меня.

Оружия не было – ни ружья, ни пистолета, но зато в ножнах был старый и добрый «Серп» – Нож, с длинным, заостренным лезвием и удобной рукоятью. Отличное холодное оружие.

«Ну что? Посмотрим кто кого».

Бандит замахнулся, пытаясь продырявить мне голову, как тем поганым мертвякам. Я сделал нырок под руку, воткнул нож в живот, и, вытащив, им же полоснул по шее бандита. Тот вскрикнул, растерянно схватившись руками за перерезанную глотку, обмяк и упал. Противники явно не ожидали такой прыти от «зомби».

«Да и человек ли я вообще?»

От меня воняло так, словно я искупался в дерьме. Одежда была вся порвана, и жалкими клочьями свисала с тела.

На рассуждения не было ни секунды. Старший, стоявший на холме, принялся доставать пистолет, но оружие, как специально, застряло в кобуре. Второй стоял ближе ко мне, на земле, и уже целился в меня из ружья. Сначала нужно было убить его, а потом расправиться с главарем.

Я ловко метнул в бандита нож, в надежде попасть в шею, но немного не рассчитал траекторию, и «Серп» рукояткой долбанул по носу соперника, отправив его в нокаут. Подскочив к нему, схватил ружьё и ринулся на бандита, стоявшего на холме. Нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Вожак наконец-то вытащил пистолет, застрявший в кобуре, и нацелил его на меня. Подпрыгнув, я наотмашь ударил бандита прикладом ружья по голове, не давая выстрелить. Главарь упал и потерял сознание. Ни выстрелы, ни люди – ничто не привлекало тварей. Они шли своей чередой, словно гонимые внутренним зовом.

Когда бойня была окончена, я бессильно плюхнулся задом на землю, да и застыл так с открытым ртом.

«Как я оказался в рядах мертвецов? Да, это было возможно, умереть, и стать тупорылым зомби. Как тогда я остался прежним человеком?»

Я ничего не понимал, да и рассиживаться на этом холме не стоило. Нужно было попытаться разобраться во всем произошедшем.

Я встал, глядя на восходящее солнце. Небо у горизонта окрасилось красным, светило поднималось все выше, и вокруг становилось намного светлее.

Перед тем как отправиться в путь, нужно было переодеться, запастись съестными припасами и найти исправное оружие с патронами. Мёртвые бандиты как раз могли мне все это предоставить. Да, было противно снимать одежду с трупов, шарить в их рюкзаках, но это было необходимо, да и можно было обзавестись хорошим добром.

Сняв обрывки одежды, я надел джинсы и кожаную куртку. Берцы, сделанные из какой-то кожи неизвестного мутанта, были очень хороши. Обзавёлся ружьем, ПМ с полным магазином, да еще и пистолетом-пулеметом UMP-5.

Нашёл пару консервов, аптечек, и сто долларов одной бумажкой, а вот электронной карты, на удивление, не было ни у кого, да и моя куда-то подевалась. Исчезла, с таким добротным и компактным АКСУ. Исчезло и ружьё Лешего.

Взяв в руки UMP-5, я быстрым шагом отправился по полю в сторону дороги. Всяко дорога должна была куда-то привести. Туда, где можно переночевать, поесть и согреться у теплого костра.

Глава 3

Я шёл. Стук берцев по грязному, растрескавшемуся от времени асфальту, казалось, был слышен за километры. По небу плыли хмурые косматые тучи. Начал накрапывать дождик, со временем превратившись в ливень. Молния расчертила небосвод, заставив вздрогнуть.

Шёл я уже долго. Пересек гнилые остовы автомобилей и двинулся дальше по дороге, в сторону леса.

Впереди замаячило строение, и любопытство заставило прибавить темп.

Это было двухэтажное бетонное здание. Окна забиты досками и стальными листами. Над входом висела вывеска «Новая Пустошь», написанная белыми буквами.

«Название бара» – подумал я.

Само здание казалось хрупким.

Около заведения человек возился с мотоциклом. Одет он был в потрёпанную куртку и джинсы.

Байк был старым, ещё советских времён. В мотоциклах я толком не разбирался, и понять какая это модель не мог. Тем более, мотик стоял разобранным наполовину.

Переднее колесо было откручено, и незнакомец, кряхтя и матерясь, возился с задним, пытаясь его то ли закрутить, то ли открутить.

Мне показалось, что в этом человеке было что-то знакомое.

Я прошёл мимо, пытаясь не смотреть на него, но, когда тот оказался сзади, я стал ощущать настороженный взгляд незнакомца в спину.

Деревянная дверь со скрипом отворилась, и у входа меня встретил охранник, одетый в комбинезон цвета хаки.

На вид он был широким, на голову выше меня. Громила передернул затвор своего АК и нацелил в мою сторону.

– Сдать оружие! – зычно потребовал он.

Я подчинился всем указаниям и тот пропустил меня.

– Проходи. Стрельба и драки запрещенны.

Я еле заметно кивнул.

«Да и нужны мне все эти драки? Если, конечно, никто сам не нарвется».

Бар был небольшим. Вдоль стен, увешанных стертыми плакатами, стояли деревянные столы. Стулья задвинуты под них. Здание чем-то напоминало складское помещение. По углам разбросаны коробки, валялись пустые бутылки и смятые жестяные банки. За столами, кроме трёх человек, громко ржущих и попивающих водку, не было никого. Справа, за деревянной стойкой, обитой железными листами, стоял бармен. Крупная физиономия, голова лысая, словно намазанная чем-то, блестела под потолочными лампами. Левого глаза не было.

«Хех, Пират, что скажешь».

Торговец приветливо улыбнулся, и я подошёл к стойке, облокотившись о неё.

– Мне нужна комната для ночёвки, еда и боеприпасы.

Бармен бросил на меня суровый взгляд.

– Чем расплатишься?

Я достал из кармана купюру, найденную в одном из рюкзаков убитых бандитов, и положил её на стол.

– Вот.

Торговец взял бумажку, повертел в руках, разглядывая, и положил обратно на стол.

– Так не пойдёт, она фальшивая. Обмануть меня решил?

– Я не…

Бармен оборвал меня на полуслове:

– Я смотрю у тебя берцы хорошие. Я знал человека, который эти ботинки носил. Отдашь их мне, и этой цены хватит, чтобы оплатить нужные для тебя услуги.

Я презрительно хмыкнул.

– Мне они тоже нравятся.

– Если такой расклад тебя не устраивает, то… – бармен указал рукой на дверь.

Ясень пень, такое положение дела меня не устраивало – лишиться удобных ботинок. Казалось, такой обувки в Пустоши нигде не было, но чем-то же нужно расплачиваться. Не знаю, когда мне ещё удастся отдохнуть в одном из баров.

– Берцы, соответственно, под твой размер ноги я подберу, но, естественно, не новые.

– Ладно. Валяй. Они всего лишь какие-то шмотки.

…Обувь торговец подогнал. Ботинки были хорошо поношенными, все в дырках.

«Ладно, похожу пока в них».

Всё, что я просил, бармен предоставил, да ещё и хорошо зажаренный шашлык принес, который я, сев за стол, принялся уплетать за обе щёки. Съев его, и отставив тарелку, открыл энергетик и выпил. По телу сразу же прошла приятная истома. Облокотился на стул, достал электронную карту, которую дал торговец. В этом устройстве всегда была полезная информация, касаемая Пустоши. Ясень пень, говорить Пирату о том, что со мной произошло, не имело смысла. Он всяко бы посчитал меня за сумасшедшего, тем более я убил трёх человек.

Но полазить в ЭК я так и не успел.

Входная дверь бара открылась, и на пороге появилось двое человек. Они сдали оружие и быстрым шагом направились в мою сторону. Справа шёл тот байкер, который возился с мотиком на улице, а рядом ещё один.

«Походу, драки не избежать».

Я отложил электронную карту. Двое незнакомцев подошли ко мне в плотную явно с не добрыми намерениями.

Я вскочил.

Тот, что слева, попытался ударить меня хуком. Я сделал нырок под руку и вмазал кулаком в печень. Тот, вскрикнув, повалился на пол.

Второй ринулся на меня, пытаясь достать двойкой, но я отступил назад и, резко рванувшись вперед, со всей силы врезал кулаком в челюсть, отправив в нокдаун.

На этом все и закончилось.

Охранники бара разняли разбушевавшихся людей, которые накинулись на меня, не зная от чего. Они вытолкнули их из бара чуть ли не за шкирку, наставив автоматы в спины. Перед тем, как двое оказались на улице, я услышал поганую речь байкера:

– Я убью тебя… Убью мля! Ты за моих братков ответишь!

Теперь было ясно, что это люди Хромого.

«Да уж, вляпался я по колено в помидор, да и вляпался по полной. Бандиты этого так не оставят и теперь будут пытаться меня убить».

Дверь захлопнулась, и матерки постепенно стихли.

Встав, я смахнул всю купленную еду со стола в рюкзак, одел его на спину, и пошёл на второй этаж в выделенную торговцем для меня комнату.

…Смеркалось. Солнце медленно заходило за горизонт.

Комната была небольшой. Обстановка скромная – стояла кровать со старым матрацем, напротив деревянный шкаф и небольшой стол.

Я положил рюкзак на кровать и укрыл его одеялом, а сам сел на пол рядом с дверью, прислонившись к бетонной стене.

«Бережёного бог бережёт» – пронеслось в голове.

Сейчас было самое время полазить в ЭК, изучить изменившуюся обстановку, пока я был в отключке.

Открыв карту, я удивился увиденному. Сейчас я находился в баре неподалёку от Омска.

«Вот же чёрт! Как мне удалось оказаться чуть ли не в самом центре Пустоши? Когда я был лишь на окраине? Вот дерьмо!»

Я решил положить ЭК в карман, но в нем было что-то ещё. Пошарив, я вытащил из куртки патрон, вот только он был золотой. Золото красиво переливалось в лучах заходящего солнца.

«Откуда он?»

Со стороны двери я стал слышать возню.

Соскочив, сел на корточки. Нашарил на поясе кобуру в надежде достать ПМ, но вспомнил, что оружие сдал на входе. Казалось, я даже затаил дыхание. Прозвучало три одиночных выстрела выщербив из двери щепки. Хлопки были тихими, приглушенными, видать кто-то стрелял из оружия с глушителем. Когда все прекратилось, когда дробные шаги за дверью удалились, я подошёл к кровати. Рюкзак, накрытый одеялом, был в трех дырках от пуль.

«Надо же, неплохо меня продырявили».

Я немного отошёл от койки.

И впрямь, в темноте, казалось, что на кровати лежит человек, а в двери были три небольших пробоины.

…Всю ночь я не спал. Не мог. Просто не верилось во всё это. Не верилось, что Леший и Немой погибли, что я каким-то образом оказался на другом конце Пустоши, и при том, шагал в рядах мертвецов. Кому расскажешь, никто не поверит. Под утро я немного задремал, и когда лучи восходящего солнца озарили комнату, я встал, потянулся, взял рюкзак и отправился на первый этаж. На этаже, как всегда, было пусто. Позавтракав консервой и выпив энергетик, я подошёл к торговцу, поприветствовал. Первый начал речь бармен:

– Не бойся, пока ты тут, эти уроды тебя не тронут.

– Я могу остаться ещё на сутки?