- -
- 100%
- +
Говорил эльф складно, и я понимала, что правильно подобранные слова уже убедили меня, что костюм я приму. На время. И, что уж таить, хотелось научиться так же убеждать людей, как и этот эльф. Это талант.
– Хорошо. Я сама выберу, хорошо? – хмуро смотрела я, на улыбающихся эльфов.
– Да, конечно. Только Вилл покажет, из каких можно выбирать, хорошо?
Кивнула, и, под тихий смех ушастых пошла за мастером. Меня привели к стеллажу, где на фантомах детей были одеты костюмы. Они были разных цветов, качества, вида и материала. И я так залюбовалась этой красивой одеждой, что едва не пропустила фразу, брошенную Виллом: "И где ты отыскал это умное чудо?" А ответа Билаториаля, уже не услышала.
Выбирала недолго. Чёрный, с тёмно-зелеными вставками по бокам костюм сразу приковал к себе взгляд. В нём было множество кармашек, крепления под кинжал и меч, в комплекте шли высокие сапоги на широкой шнуровке. Ткань пропускала воздух, не впитывала влагу, и не пережимала кровеносные сосуды.
– Этот, – ткнула пальцем в фантом.
– А у тебя есть вкус, – одобрил выбор Вилл. – Малышка, а давай ты его примеришь?
Кивнув, я взяла костюм, и пошла за ширму. Оделась быстро, хоть одежда была и не привычной. Но, костюм сел как влитой, и, я в него влюбилась. Поправив косу, я вышла к эльфам.
Молчали долго. Я рассматривала их, они – меня. Я – выжидательно, они – оценивающе и с явным удовольствием в глазах.
– Берем? – уточнил у меня Придетиаль, который и прервал молчание. Кивнула.
– Маленькая, – присел возле меня Вилл. – А давай, этот вы купите, а я подарю тебе ещё два? Они будут по фасону почти идентичны. Только один будет бело-бежевый, а второй серо-синий. Ты сделаешь мне очень приятно, а у тебя появиться два красивых и удобных костюма. Идёт?
– Это опять добрые дела, да? – уточнила. Вилл растерянно кивнул. – Тогда хорошо. Спасибо вам большое.
Я на проявление чувств скупа, увы, но тут не удержалась. Обняла крепко эльфа, прижавшись к нему. Вилл рассмеялся, встал на ноги, и немного меня покрутил.
– Симанира, что бы ни случилось, я всегда буду рад тебя видеть. Договорились?
Я с улыбкой кивнула. Он не мог не вызвать её. Умел Вилл расположить к себе.
Выходя из магазина, я несла в руке сумку с двумя комплектами. Третий, тёмный, который мне понравился, одела сразу же. На пакеты двух эльфов я не смотрела. Какая разница, что они там купили? А на улице ждали красивые жеребцы. При виде нас, весь остальной эскорт эльфа расселся на коней, и уже так стали ждать, когда сядем мы. Там были и бурые, и белоснежные, пятнистые и только двое вороных. Придетиаль сел на белоснежного коня, и без всадников остались только вороные. Неужто, один, мой?!
– Подойди к нему, – кивнул Билаториаль на жеребца поменьше.
Осторожно ступая, я подошла к коню, и медленно протянула руку к его носу. В ответ же, конь на меня косился темным глазом, и нервно перебирал копытами. Не удержавшись, уж больно красив был конь, я улыбнулась, выпуская свои чувства, и сделала последний шаг, отделявший мою руку и нос коня. Только благодаря чутью, уловила неслабую панику эльфа. Но, волновался он зря. Конь, ударив пару раз рядом с моей ногой копытом, сам преклонил голову, утыкаясь носом мне в плечо.
– Как его зовут? – спросила, не отрывая взгляд от коня.
– Фабул, – ответил кто-то из эльфов, которые сидели уже верхом.
– Миф? А почему так? – я всё же оторвалась от жеребца, и перевела взгляд на эльфов.
– Он мертвым родился, не дышал. Кобыла, что родила его, ржала над ним, пихала копытом, прося подняться, около суток. Отобрать тело не могли, не отдавала. В итоге, когда решили через двое суток всё же забрать жеребенка, мы пришли в конюшню и увидели, как он хлещет молоко. Вот и прозвали, мифом. Вроде есть, но не должно, и вряд ли такое повторится, – размеренно говорил один из всадников на родном наречии, пока меня подсаживали в седло.
– Красавец, – я погладила Фабула по шее. – Значит, мы похожи, а, Фабул? – тихо прошептала, прижимаясь к коню.
– Удивительное, – пробормотал кто-то из эльфов. Спросить ничего не успела, Билаториаль приказал двинуться в путь.
А путь предстоял долгий. Если я верно помнила расположение государств и городов, то ехать нам предстояло несколько суток. А так как коням, да и всадникам точно будут нужны стоянки, то выйдет неделя, не меньше.
На воротах города пришлось притормозить. Появились проблемы. Не такие, что стоит сильно беспокоиться, но и спокойствия они не добавляли. В городе искали некую банду воров, и на выезде проверяли документы. А какие документы у незаконнорожденной? То-то и оно!
– Мы не можем выпустить, если не предоставлен документ, – упёрто стоял на своём гвардеец.
– Вы понимаете, что это наш наёмный работник? Да и какая она воровка, посмотрите на неё! – пытался уговорить гвардейца Придетиаль. Удивительное, но Билаториаль молчал.
– Вот именно! Они все мелкие да юркие. Не выпущу.
Терпение упрямого ушастого закончилось вместе с последними словами гвардейца. Тот, хрипел, царапал руку эльфа, что сжимала его шею, и явно находился на грани обморока. Ноги гвардейца не доставали до земли, и это явно не придавало ему как уверенности, так и хорошего самочувствия.
– Если ты немедленно не пропустишь нас, этот городишко лишиться одного очень ответственного гвардейца. Ясно выражаюсь? – в голосе высокородного эльфа звучала угроза, которую не заметил бы разве глухой.
После этого инцидента пропустили нас почти сразу же, и мы ускорились. Фабул скакал ровно, будто чувствуя, что наездница из меня никакая. Но, к сожалению, даже это не спасло от того, что мышцы отекли, и на стоянке с коня меня снимали. Шестичасовая скачка было слишком для не привыкшего организма. Ноги начали болеть спустя два часа, как мы выехали за ворота города. Но, сказать об этом? Признаться в слабости самой? Нет, ни за что! И если бы я могла спрыгнуть с лошади сама на той стоянке, я бы спрыгнула, не показав слабость. Но, не вышло.
– Почему ты не сказала, что болят ноги? – спросил хмуро Билаториаль, сидя напротив меня.
Я сидела, опираясь спиной о дерево, а один эльф из отряда разминал мне ноги. Больно было, до безумия, и я сама начинала думать, что глупо поступила. Но признаться? Нет!
– Аль, сделай так, чтоб она потом смогла сидеть в седле. А потом оба идите к костру, – вздохнул Билаториаль, когда не дождался от меня ответа.
А как мне отвечать, когда я все силы отдаю, чтобы не закричать от боли? Только минут через двадцать боль стала утихать и руки эльфа стали приносить облегчение. К концу терапии я даже смогла самостоятельно встать. Ненадолго.
– Спасибо конечно, но отпустите меня, я благодаря вам теперь ходить могу сама! – трепыхалась в руках лекаря.
– Симанира, поверьте мне как лекарю, сейчас вам даже лучше не ходить, если хотите потом нормально ехать в седле, – спокойно проговорил эльф, без особого труда удерживая меня на руках. – Вы, когда сопите, на ежика похожи, вы это знали? – с улыбкой проговорил он, опуская меня на большое одеяло, лежащее на земле.
Улыбку сдержать не смогла, потому что такое слышала впервые в свой адрес. И когда эльф рассмеялся – поддержала его смех.
– Как вас зовут? – как только мы прекратили смеяться, спросила у лекаря.
– Медиаль. – мне протянули руку.
– Симанира. – я пожала её, – Ваше имя переводиться как "лекарь". У вас в отряде у всех такие говорящие имена?
– У эльфов всех имена говорящие, – улыбнулся широко Медиаль. – Но, я приятно удивлен вашими знаниями о нашей расе. У людей вашего возраста такое редко можно встретить.
На это я лишь улыбнулась. Мне подали тарелку с кашей, кусок тёмной булки и металлическую кружку с горячим отваром. Было очень вкусно, и, не удержавшись, попросила научить так, готовить меня. Мои походные каши были ужасны, по сравнению с тем, что дали мне сейчас.
– Кок, научи Симаниру, если она хочет, – дал дозволение своему подчиненному Билаториаль.
Ко мне подлетел парень, лет семнадцати на вид. Он был очень похож на Медиаля светлыми длинными волосами, голубыми глазами и даже узкой формой губ. Отличались они только тем, что у Медиаля нос был с горбинкой, а у Кока вздернутый вверх, да возрастом. А одежда была почти одинаковая у всего отряда. Тёмные штаны, высокие сапоги, меч, рубахи поверх которых кожаные куртки с множеством кармашков.
– Привет, я Либерталь, но можешь звать меня Кок. Отвечаю за еду в этом отряде. На "вы" меня звать не надо, не такой взрослый ещё. Это Алю уже "выкать" можно, а мне нет. Можно я буду называть тебя Сима? – трещал эльф, смешно подрагивая длинными ушами.
– Вы братья, да? – спросила у Кока.
– Да. Очень заметно? – рассмеялся парень. – Аль старше меня на двенадцать лет.
– А сколько тебе лет, и, можно я буду называть тебя Таль, а то Кок очень странно звучит? – быстро проговорила, пока эльф переносил меня поближе к костру.
– Да конечно можно, мне нравится. А мне тридцать только недавно исполнилось. Представляешь, до совершеннолетия ещё целых семь лет!
И этот мальчишка старше меня в три раза?! Уму непостижимо!
Дальше путешествие пошло куда веселее. Так получилось, что рядом всегда находился Таль и Армиаль. Не считая меня, они были самими младшими в отряде. Как мне на одной из стоянок поведал Медиаль, парни никогда не ладили, и всегда пререкались друг с другом. Сейчас же, они хоть и не оставили своих мелких склок, но они переросли больше в шутку. В пути мы держались или в самом хвосте, или вырывались вперед, со смехом обгоняя друг друга. Я узнала, про шутки, мне рассказывали много историй, веселых и захватывающих, а ещё меня сильно увлекла скачка. Через несколько дней массажа на ноги, боль ушла, и я могла спокойно длительное время держаться в седле.
С Билаториалем я пересекалась только взглядами, но за всё время путешествия мы ни разу не говорили, и я смирилась с этим. Я обычный наемный работник, который через некоторое время уйдет. И меня все устраивало.
– Сима, ты себе ещё не отскакала мягкое место? – со смехом поинтересовался Таль, пытаясь меня нагнать.
Как оказалось, Фабул был очень быстрым конём, и обогнать его было очень сложно. Что категорически не устраивало ни Таля, ни Армиаля.
– Твоими молитвами, Таль, твоими молитвами! – рассмеялась я, не останавливая жеребца.
– Арм, оруженосец мой, ну-ка, проучим малявку! – крикнул местный кок, и я услышала, как двое жеребцов стали стремительно приближаться.
– Таль, захлопни тарахтелку! Сам едва ли с горшка встал, – услышала выкрик Армиаля.
– Я хотя бы с него встал! – рассмеялся громко Таль, нагоняя меня.
– И это мне говорит тот, у кого половник вместо рук, а вместо мозгов каша?! – с другой стороны показался Армиаль.
– Сима, ну скажи же ему! – с наигранной обидой в голосе проговорил Таль, когда мы стали замедлятся. Тяжело говорить при быстрой скачке.
– Таль, ты же опять получишь мечем по… спине, когда будет стоянка. – с улыбкой сказала я коку. – Ну, а ты, – повернулась к Армиалю, – не боишься, что наш кок что-нибудь тебе сыпанет в еду?
– Но этот поварешка достал называть меня оруженосцем! Моё имя означает "Мечник", а не то, что он выдумывает каждый день! – надулся Армиаль, тыкая пальцем в сторону Таля.
– Это я поварешка?! Я кок, и я сам выбрал, кем мне быть! – вспыхнул Таль.
Так вышло, что имя Таля действительно переводилось как "свободный", и ещё в детстве, он не вылезал с кухни. Выбрал сам, да…
И такие вот перепалки были каждый день! Остальные эльфы из отряда спрашивали, конечно, не устала ли я, и не присмирить ли "двух оболтусов", но, я отказывалась и говорила, что всё в порядке. Мне действительно нравилось находиться в компании этих мальчишек, я впервые чувствовала себя настолько счастливой и свободной, и мне было очень, очень хорошо.
– Симанира! – в конце восьмого дня позвал меня Билаториаль.
Таль с Армиалем переглянулись, остались сидеть на местах, но пристально за мной следили, их взгляды я чувствовала спиной. Билаториаль был около коней, чистил своего Ауриса. За время путешествия, я заметила, что за своим конем эльф заботился сам, никого к нему не подпуская. Фабула я чистила тоже сама, но от помощи ребят никогда не отказывалась, всё же, конь не маленький.
– Я хотел тебе сказать, что завтра мы прибудем в город. Времени на отдых у нас не будет, а потому завтра с утра ты должна привести себя в порядок. Я знаю зарийский, но говорю на нем не настолько свободно. Так переводить всё-таки будешь ты. Мы задержимся в городе на сутки, и дальше двинемся в путь.
– Да, хорошо, – я немного склонила голову, этикет, чтоб его побрало.
– И ещё, – продолжил, пока я не ушла. – Ты научилась, чему хотела у Кока?
– Да, спасибо что разрешили. Но он ещё многое мне рассказывает.
– Как и Армиаль, верно? – значит, он знал. Что же, скрывать, смысла нет и потому, я кивнула. – Тебе это действительно нравится? – я вновь кивнула. – Хорошо, можешь идти. И перестаньте прятаться!
Я опять склонила голову и ушла к ребятам. Непонятно, как Билаториаль узнал, но мне действительно нравились тренировки с Армиалем. У мечника нашелся небольшой облегченный меч, на котором меня и стали учить драться. Точнее, сейчас меня заставляли отжиматься, бегать и приседать, чтобы я смогла уверенно держать меч. Жаль только, что вскоре тренировкам придёт конец.
– Что он хотел? – накинулись на меня парни, как только подошла.
– Завтра в городе идти нужно будет к кому-то, надо привести себя в порядок.
Замечание было заслуженным. Всё время в дороге я носила хвост, не всегда аккуратный, свободную белую рубашку, штаны от костюма, купленного эльфом и высокие сапоги. Мне мой вид вполне нравился, но для переговоров он явно не подходит.
– А ещё, дал добро на тренировки с тобой, – повернулась я к Армиалю.
Эльф заметно побледнел, потом пришел резко в норму и на эмоциях обнял меня.
– Знаешь, Сима, он ведь мог и из отряда выгнать. Ты его наемный рабочий, и всё твоё обучения вот таким вот вещам должно согласовываться с ним. Но, видимо, он посчитал, что плохого тебе эти уроки не принесут, – как-то расслабленно проговорил Армиаль.
– Серьёзно мог выгнать? – удивленно спросила у ребят, помогая Талю с готовкой.
– Да. И тогда было бы плохо. Нас бы или вернули в родные поместья, или бы отправили на службу у границ, – кивнул Таль, доставая продукты и передавая половину мне.
– А что плохого в том, чтобы служить у границы? Спокойно, никто не трогает, – истинно не понимала причин такой нелюбви к границе.
– Вот именно, спокойно, – подскочил на ноги эмоциональный Армиаль, размахивая руками. – Там магия чахнет, там молодые люди загибаются от скуки. Это же пропасть! Там или старики служат, или молодые парни, которых сослали. Но, самое паршивое в этой границе то, что оттуда уже никуда не переводят. Если ты попал туда на службу, то можешь спокойно покупать себе там дом, заводить семью.
– Семья – это не плохо, – вслух пробормотала, помешивая кашу в котле. – У вас же есть братья, сестры, мамы и папы, дяди и тёти.
– Эй, Сима, что такое? – отложил нож и картофель Таль, поворачивая меня к себе лицом. – У тебя же тоже есть брат, и родственники. Чего ты раскисла?
– Да, и правда, глупо вышло, – через силу улыбнулась. – Простите, мне отойти надо.
И, не дожидаясь ответа, вырвалась из рук кока, быстро пошла в сторону леса. По ощущениям, там недалеко, должна быть речка. Перед глазами всё плыло, по щекам стекали редкие капельки сдерживаемых слёз, дыхание сбилось. Брат? Родственники? Мертвы все… вряд ли маму оставили в живых после того, как дядя понял, что она не в силах открыть папину последнюю загадку. А считать дядю за родственника? Что может быть глупее?!
Но, сильнейшие мира, как же хочется увидеть их! Веселые глаза брата, или вредных старших близняшек! А папа… он был добрым, веселым, и очень хорошим. Мама много про них рассказывала, когда мы сидели там, в темноте. И, наверняка она и не знала, но я слышала, как она плакала ночами. Я безумно по ним скучаю, не видя их в реальности ни разу. Это странное ощущение, которое вызывает и слезы, и щемящую грусть. Вы скучали по тому, чего или кого не видели? Это сложно, очень-очень сложно. В грусти мы вспоминаем моменты из жизни, которые нам ярче всего запомнились, мы скучаем по этим моментам. А что вспомнить, если эти моменты отобрали, без возможности вернуть? Тут-то и оно. Мне больно по ним скучать, и нечего вспоминать, кроме маминых рассказов.
Я присела на берег реки, опустила руки в холодную воду, и, глубоко вздохнув, промыла лицо. Надо было смыть слезы и успокоиться, и именно вода была лучшим средством. Я просидела на берегу несколько часов. Смотрела на водную гладь, в которой то там, то тут расползались круги. О подступающей истерике не было ни намека, и даже мысли улеглись. Да, я не видела их в живую, не могла обнять, прижаться к ним, и это вызывает боль, но, я видела маму, я провела с ней десять лет. И что бы ни случилось потом, у меня есть Виртан. Я не чувствую к нему родственных чувств, ещё рано для этого, но и чужим мне он уже не был. Судьба свела, не иначе… А потом, у меня появиться своя семья, свои дети, и я буду им рассказывать о том, какие необыкновенные были наши родные. Главное, подготовить спокойную обстановку, но, для этого придётся пройти ещё немало как испытаний, так и простых дорожек.
– Симанира. – раздался за спиной голос того, кого я меньше всего ожидала увидеть. Нет, он меня не напугал, шаги я услышала задолго до того, как он подошел, просто, это мог быть любой из отряда, но не он.
– Гелуаль. – не поворачиваясь, ответила на своеобразное приветствие.
Почему я не ожидала увидеть этого эльфа здесь? Он с самого начала пути бросал на меня презрительные взгляды, и мы не перекинулись и парой слов. Его имя, как и во всех случаях у эльфов, полностью соответствовало его сути. Мороз. Холод. Вьюга. Всё это характеризовало этого ледяного эльфа. Он не проявлял эмоций, даже не разговаривал почти. Белые волосы отдавали голубым отсветом, синие глаза были настолько насыщенными, что хотелось смотреть и смотреть в них, даже кожа казалась белее, чем у остальных.
– Тебя обыскались, – останавливаясь за моей спиной, безэмоционально проговорил эльф.
– Я предупреждала, куда уйду, – мой голос так же застыл, как и у Гелуаля.
– Тебя обидели слова ребят? – вопрос прозвучал до того неожиданно, что не удержалась, и обернулась. Не показалось, действительно спросил!
– Нет, – с запозданием ответила на вопрос, и вновь отвернулась к воде.
– Врешь, – не спрашивал Гелуаль. – Научись лгать, или не ври совсем.
– У меня не было учителей в такой сфере, – с улыбкой ответила собеседнику за спиной.
– Если есть желание, могу научить.
Тут мой шок достиг апофеоза, и я даже встала на ноги, чтоб посмотреть в синюшные глаза. Не врет! Смотрит так же серьёзно, только ответ мой ждет. И самое ужасное, что мои чувства молчали, я не могла определить, может ли этот эльф принести мне вред или нет.
– И научу сдерживать эмоции. Пригодиться, – не дожидаясь от меня ответа, продолжил Гелуаль.
– В чем подвох? – ну не мог он делать такие предложения просто так!
– Не веришь? – хитрые искры засверкали в синих глазах. Я отрицательно мотнула головой. – Молодец. Маленькая, а соображаешь. Я, наверное, единственный, кто заметил это, но не будем об этом сейчас. Просто, когда-нибудь я попрошу у тебя услугу, и ты не сможешь отказать. За это я научу тебя контролю, лжи и многому другому, что тебе понадобиться в будущем. Ты думаешь, Билаториаль тебя отпустит? Такая наивность тебе прощается только потому, что ты ещё ребенок. Он отпустит тебя к брату, но навсегда отпустить? Нет, можешь не рассчитывать на это. Теперь ты всегда будешь приближена к эльфийской аристократии.
Слова словно проходили мимо меня. Я наивная? Да, в ситуации я действительно думала, что после всего, меня отпустят. Но, они, правда, подумали, что у меня нет запасного плана? В "экстремальное обучение магии" входили такие методы против слежки, что вряд ли бы меня нашли, если бы даже очень сильно захотели. Но, обучиться тому, что предлагает Гелуаль? Как можно обучить такому? Такое приобретается только с опытом, с годами. Но, это лишним не будет, да и интересно, что же он придумал, и потому я согласно кивнула, но при условии:
– Услуга не должна навредить мне, моим близким, или являться государственной изменой, преступлением.
– Наше обучение начнется завтра с утра.
Я приняла это за согласие с условием, и потому повернулась обратно к воде. Она удивительным образом успокаивала. Вернулась к лагерю, когда уже стемнело. Многие из отряда уже спали, включая Таля и Армиаля. У яркого костра остались сидеть только Билаториаль, Придетиаль и Гелуаль, и они явно о чем-то разговаривали. Как только я появилась на поляне, разговор стих и трое нелюдей посмотрели на меня. Смотрели настолько требовательно, что не подойти было нельзя. Замерла, не дойдя до костра буквально пару шагов, и вопросительно посмотрела на эльфов.
– Всё хорошо? – поинтересовался Билаториаль, и кивая на место рядом с ним.
– Да, – ответила после того, как присела на расстеленное покрывало.
– Завтрашний день будет очень важным, – начал Билаториаль. – У ворот мы расстанемся с основным отрядом и поедем на переговоры. Нас будет сопровождать Придетиаль и Гелуаль. Чтобы ты понимала, переговоры будут вестись по поводу того, какими магическим товарами мы можем быть полезны друг другу. Так получилось, что в одной из наших академий очень умные ученики изобрели, некие очень полезные вещи. И так же стало известно из достоверных источников, что и людей с оборотнями юные дарования зря времени не теряли. Вот, хотим договориться о взаимовыгодных поставках.
– Хорошо. А можно узнать, что за изобретения?
Молчали все трое долго, и я уж думала, что не ответят, как Придетиаль встал, и принес к костру сумку. Оттуда он достал драгоценные камни разных размеров, некое металлическое изобретение и.… веревка?
– Камни, что ты сейчас видишь, изобрел один адепт-экспериментатор. Так получилось, что парень не имел возможности, видится со своими родными много лет, и ему пришло в голову сделать парные амулеты. Они важны тем, что могут передавать голосовые сообщения на огромных расстояниях. Достаточно пустить магический импульс в камень, и собеседник тебя сразу же услышит, – рассказывал медленно Придетиаль, вертя в руках камень.
– Как же тогда смогут связываться обычные люди? Без магической составляющей? – задала вопрос, который почти мгновенно появился в голове.
Все трое эльфов немного шокировано переглянулись. Они смотрели то на камни, то на меня, и молчали.
– Вы этого не предусмотрели, да? – догадалась по играм в гляделки. – Конечно, только у людей могут рождаться дети без магии, остальные существа состоят из магии, они не могут без неё. Вот вы об этом и забыли.
– И как нам теперь предлагать это людям? – спросил Гелуаль у Билаториаля, который всё больше и больше хмурился.
– Добавьте к ним энергетические амулеты, – опять встряла в разговор, из-за чего на мне снова скрестились три взгляда.
– Объяснишь? – так и не дождавшись продолжения, попросил Билаториаль.
Сомневалась долго. Сейчас маленькая девочка или просто притворится, что случайно подала хорошую идею, или раскроет себя, что понимает в магии намного больше, чем следовало бы.
– Я не знаю, – пожала плечами, выбирая первый вариант. – Просто, кажется, что так будет правильно.
Я опустила взгляд вниз, и стала вычерчивать подобранной палочкой узоры на земле. Некоторое время стояло молчание, а после эльфы стали что-то обсуждать. Я не прислушивалась, уйдя в себя, и потому не сразу поняла, что меня зовут.
– Тебе остальное показывать? – переспросил Придетиаль, на что я кивнула.
Он стал показывать металлическое сооружение, которое, по его словам, нагревалось, как только появлялся след черной магии. К такой магии относятся некромагия, некромантия, чернокнижие. Вещь действительно была очень полезная и уникальная, так как вряд ли за эти десять лет кто-то научился распознавать магию, которая практически растворяется в пространстве.
– А веревка? Что это? – указала на последнюю вещь.
– Веревка? – усмехнулся Билаториаль, что я сразу заподозрила неладное.
Незаметно для остальных расфокусировала зрение, и посмотрела на веревку. В ней переплетались буквально пару нитей магии, но главное не это. Две нити окутывали веревку изнутри, вылезая наружу маленькими колечками. Тот, кто её сделал – гений!
Поздно заметила, что вновь повисла тишина. Но, я ребенок, мало ли что мне может прийти в голову.
– Да, что за веревка? – спокойно поинтересовалась, мол, ничего не было.
– Она имеет привязку к владельцу. Если он повесит её, например, на сейф, к нему даже прикоснуться посторонние не смогут, не то, что открыть.
Я кивнула, мол, хорошо, но меня это не интересует, продолжила чертить узоры на земле. На самом же деле, веревка получилась хорошим щитом. Только, вещь опасная… вряд ли они понимают все возможности этой "веревочки". Если, к примеру, связать такой веревкой руки, то маг не сможет колдовать, оборотень оборачиваться в зверя, а эльфы будут постепенно терять свои великолепные слух, зрение, осязание.