Сага о Пархоменко-Коровиных

Введение

Эта книга не художественное произведение и не документальный проект, эта книга об истории появления моего генофонда.

Она возникла из воспоминаний и разговоров с моей бабушкой и её братьями, чтением, чудом сохранившихся дневников и писем.

Кто мы? Какие у нас корни? Каких сюрпризов ждать?

Об этом начинаешь задумываться, глядя на повзрослевших детей. Гадать, в кого они такие, потому что иногда проглядывает в них то, чего нет ни в маме, ни в папе.

Поздно метаться, когда из родового древа осталась одна бабушка, и та в показаниях путается. А со старинных фото на нас глядят предки, красивые и умные, в модных нарядах забытого дореволюционного времени.

Конечно, до седьмого колена я свою семью не знаю, хотя это был Яков – отец Самойла и дедушка Григория Самойловича Пархоменко.

А начну, с того о чём мне поведала моя любимая бабушка Валентина Борисовна.

Её дедушка по отцовской линии, Пархоменко Григорий Самойлович, родился 25 января 1858 года, в местечке Козары Носовского района Черниговской губернии.

Преподавал математику в Нежинском Александровско-Греческом училище, в звании Коллежский Асессор до пенсии – 44 года.

Был женат на Александре Ивановне, русской с примесью польской крови, дочери статского советника Ивана Коротыгина, наследника старинного дворянского рода.

Александра Ивановна родилась 5 апреля 1860 года и поговаривали, что до замужества была фрейлиной у императрицы.

Всю жизнь она посвятила семье и детям, умерла в тот же год что и муж – 1928.

Григорий Самойлович воспитывал детей, десять душ, в строгости, сыновей даже порол.

Каким – то чудом, сохранился его паспорт, где прописаны все иждивенцы.

Старший Николай Григорьевич Пархоменко, мой прадедушка, родился 1879 года 20 октября.

Александра Григорьевна Пархоменко родилась 1884 года 28 июля, любимая сестра моего прадеда Николая.

Они почти не расставались и двигались друг за другом.

Замуж вышла рано и фиктивно, за своего друга Петровского и осталась с этой фамилией до конца жизни.

Своих детей не было, но она полностью взяла на себя ответственность за младшего сына старшего брата, когда тот остался сиротой.

Сергей Григорьевич Пархоменко родился 1886 года 14 апреля, был ученым, профессор. Преподавал в институте на кафедре Минералогии и геологии в Москве. Все ездил по экспедициям.

Сын его Илья работал геофизиком и умер в 70-х годах прошлого столетия от облучения.

Ольга Григорьевна Пархоменко родилась 1887 года 28 апреля, учительница, в замужестве Шумская. Муж был министром Просвещения Украины. В годы репрессий был расстрелян.

Семью оставил с тремя детьми: Екатерина, Петр и Лесик.

У Катруси, так называли близкие Екатерину, было две дочери: Галина и Наталья.

Григорий Григорьевич Пархоменко родился 1888 года 29 октября,

Екатерина Григорьевна Пархоменко родилась

1889 года 16 декабря.

Вышла замуж за Ивана Полторацкого и была с ним счастлива. Последние годы жила вдовой в городе Житомир.

Умерла от инсульта в 1968 году. Детей не было.

Моя мама, Зоя Леонидовна, находилась у нее целый год и закончила 7-ой класс в г. Житомир на Украине.

Виктор Григорьевич Пархоменко родился

1892 года 22 октября,

Георгий Григорьевич Пархоменко родился

1895 года 5 апреля,

Ростислав Григорьевич Пархоменко родился

1897 года 15 октября

Владислав Григорьевич Пархоменко родился 1899 года 4 апреля, был революционером.

У него было два сына, Юра 1923 года рождения и Владик 1927 года рождения. Они жили в Сибири, в Улан-Удэ и ничего мы о них больше не знаем.

О братьях: Григории, Викторе, Георгии и Ростиславе, я ничего не знаю и спросить уже не у кого

Старший сын

Николай Григорьевич Пархоменко, мой прадедушка, в семье был лидером и никогда не уступал отцу, за что был бит нещадно.

Но когда поднимался, то говорил: “А ты всё равно не прав, отец!”, за что получал добавку.

Мать, Александра Ивановна, помогла сыну бежать из дому.

Женился рано, в 19 лет на женщине-вдове, старше его, польке. Её звали Бронислава.

Говорили, что была странной женщиной, хорошо гадала. У них был сын Константин, но в 14-ть лет сбежал на первую мировую войну 1914 года и погиб.

Бронислава не пережила утраты и умерла от горя.

Вторая жена – Потехина Агриппина Тихоновна.

В этом браке бог детей не дал, но супруги были очень дружны и до последнего оставались в хороших отношениях.

 С третьей женой Еленой Сергеевной Солонина, моей прабабушкой, познакомился на квартире своей сестры Александры, когда работал в Иркутске.

На тот момент прадеду было 43 года, а прабабушке 26 лет. Это был 1922 год, пять лет после Октябрьской революции.

Так как Николай был активным участником подготовки к восстанию (его сестра Екатерина говорила, что он был эсером) ему часто приходилось менять паспорта и места жительства.

Прадед принимал участие в строительстве дорог на Дальнем Востоке и Харбине, путешествовал с Арсеньевым Владимиром Клавдиевичем (талантливый писатель, неутомимый путешественник, известный исследователь Дальнего Востока, ученый, писатель, педагог, внесший большой вклад в изучение географии, этнографии и природных ресурсов региона) по Уссурийскому краю и Маньчжурии, побывал в Японии и Китае.

Последний паспорт на момент свержения царского режима на имя Коровина Бориса Дмитриевича дата рождения 06 августа 1880 года.

Прадед восхищался творчеством русского живописца Коровина Константина Алексеевича, был поклонником его таланта, и возможно именно поэтому оставил себе эту фамилию.

Так что с третьей женой Николай познакомился уже как Борис Дмитриевич Коровин.

 Солонина Елена Сергеевна работала юристом в коллегии защитников в Верхнеудинске – столица Бурятии до 1934 года (далее Улан-Удэ).

Ещё до замужества поступила в артистическую труппу Охлопкова в городе Иркутске, но прадед этого не одобрял и после свадьбы настоял бросить театр.

Родители Елены Сергеевны – уроженцы Полтавской губернии, крестьяне.

История их любви очень романтична, почти повесть о Ромео и Джульетте с российским акцентом.

Отец, Солонина Сергей Дмитриевич, сирота, батрак.

Был сослан в Сибирь за кражу кружки с подаянием из церкви.

Это было специально подстроено родственниками его возлюбленной Наталии из богатой польской семьи.

Девушка не побоялась трудностей и, как в таких случаях говорят, сбежала из дома за любимым «в чем мать, родила». Мать её прокляла.

Наталья и Сергей обосновались в Иркутской области, село Залари.

Сергей Дмитриевич был умельцем на все руки.

Сумел открыть бакалейную лавку, построить дом, вырастить пятерых детей.

Наталья, как была панночкой, так и прожила замужем в комфорте.

Елена Сергеевна родилась 3 июня 1896 года. Она была четвертым ребенком в семье.

До неё Полина – педагог, рано осталась без мужа с дочерью Маргаритой Александровной Морозовой 1924 года рождения.

Вторая сестра Агриппина в детстве получила травму черепа и была инвалидом, но научилась шить и жила с родителями.

Братья, старший Петр и младший Иван, были инженеры и жили в Свердловске.

После смерти жены Наталии, Солонина Сергей Дмитриевич переехал к сыновьям.

Коровины – начало

Семья Елены и Бориса была очень дружной.

Оба пользовались успехом у людей и в доме всегда собирались друзья.

Елена Сергеевна любила красиво одеваться, имела хороший вкус.

Публиковала заметки в местной газете о жизни интересных людей, которые встречались на ее жизненном пути.

Участвовала в художественной самодеятельности в драмкружке, декламировала стихи.

Часто устраивала театрализованные представления дома с участием детей и прислуги.

Думаю, Борис Дмитриевич был очень даже незаурядной личностью.

В 45 лет он получил удостоверение от 15.07.1924 года медицинского факультета Иркутского Государственного Университета.

На первом году брака, в конце мая 1923 года, у супругов при рождении умер первенец, дочь.

Елена Сергеевна очень горевала, постоянно думала о своей девочке, представляла, как та бы росла, смеялась и плакала и в письме от 18.05.1923 года к мужу, сразу после горькой потери, писала: «Милый мой Боренька, мне так скучно, что я без конца готова писать тебе.

Нет, надо обязательно иметь больше детей, чтоб не так страшно терять их”.

Многие приятельницы Елены Сергеевны в Иркутске считали ее очень счастливой женщиной, а она была напугана “стихийностью жизни”, много переживала, уверенная в том, что первый год брака принес много страданий и слез.

Ежедневно отправляла мужу красивые открытки на изящной бумаге, кликнув в окно бегающего мальчика, отправляла его за марками. Открытки были наполнены любовью, заботой и желанием никогда не расставаться.

27 января 1925 года, в 6 часов утра, на улице 8-го Марта в городе Иркутске, родилась моя бабушка, Валентина Борисовна.

Семья переехала в Верхнеудинск (Улан-Удэ), где у Бориса Дмитриевича была частная медицинская практика на улице Ленинской, дом 64.

Там у них родились сыновья:

Виктор Борисович – 17 декабря 1926 года

и Борис Борисович – 26 октября 1928 года.

Когда началось освоение юга прадед не мог оставаться в стороне и получив предписание на всю семью, в конце 1933 года Коровины начали сборы в Сухуми.

Борис Дмитриевич планировал заехать дня на три в Москву, для чего приобрел план города Москвы на 1934 год и путеводитель.

В Москве хотел приобрести хорошее одеяло, игрушек для детишек, пополнить запас пластинок для граммофона, снабдить струнами свою цитру и переменить латинский шрифт пишущей машинки на шрифт русский.

Дальше собирался поехать через город Сочи, с обязательным посещением Мацесты.

Сборы продлились до весны 1934 года, о чем свидетельствуют письма к брату Сергею Григорьевичу Пархоменко, проживающему в Москве.

В феврале 1934 года брат жаловался, что сможет выехать в Москву только через неделю без спутницы, зато с двумя полуангорскими кошками в клетке.

Врач-экспериментатор, Борис Дмитриевич, собирался пройти исследования в кардиологическом институте и получить на руки рентгеновский снимок с кардиограммой, так как в ближайшие годы планировал провести некоторые опыты над собой.

 Планы строились грандиозные и долгосрочные.

В заботах о семье, предполагалось от Гагр проехать на лошадях, чтобы приглядеть какую-нибудь дачку.

Затем обязательно, “раньше, чем запрячься в хомут службы поехать всей семьей в Мацесту, подремонтировать свой люмбо-ишиас, сердце и сальпингит жены, возможные зачатки ревматизма у ребятишек; вообще расстаться с наследием Сибири.”

 Продав дом на улице Красной, угол Лебедевской, в Верхнеудинске (Улан-Удэ) коров, Борис Дмитриевич в начале марта 1934 года сдал вещи на ЖД и выехал из Верхнеудинска.

Коровины – освоение Юга.

В апреле 1934 года Борис Дмитриевич уже находился в Сухуми и активно занимался поиском работы, точнее сказать, безопасным от малярии местом и с возможностью завести небольшое хозяйство.

Записи его дневника ярко свидетельствуют о всех его сомнениях и страхах: “Но малярия подстерегает нас на Кавказе буквально на каждом шагу. Как бы уберечь от неё своих ребяток получше?

Разве пойти на неё войной?”

 “Черноморка” не дала обещанных благ, и Борис Дмитриевич вынужден был сам решать вопрос о дальнейшем направлении своей работы.

 В обезьяньем питомнике было голодно и место предлагали “третьестепенное”.

 В Тропическом институте предложили квартиру в капитальном доме, солидный оклад, руководящую должность заведующего малярийным диспансером в Гаграх.

Квартирка из двух комнат с кухней и кладовой, и у моря, “которое бухает на полупесчанный пляж в каких-либо всего метрах 100-150 от крайнего дома”.

Здесь и началась новая жизнь семьи Коровиных.

Елена Сергеевна возилась с детьми, а глава семейства полностью погряз в работе, до 126 человек в день.

Клопы не давали житья, и из Москвы жена Сергея Пархоменко, Александра Александровна, присылала далматский порошок.

А также тетради, дневники, пластилин и корсет для Вали, так как она стала горбиться ужасно и не выполняла корректирующие упражнения, которые дал ей отец.

Будучи музыкальным человеком, Борис Дмитриевич, предпринял все усилия для обучения детей.

Он приобрел скрипку и отдал мальчиков на обучение к учительнице музыки.

 У Виктора обнаружились способности, и он обогнал Валентину в музыкальных успехах.

А вот Борису лучше давалось рисование и лепка, поэтому он был освобожден от уроков музыки.

Валентина увлекается вязанием ковриков из ветоши и мальчишки дружно помогают.

Работа мешала развивать хозяйство, семья жила не очень сытно, временами даже голодно.

Несколько месяцев не видели мясо.

Но к концу лета купили козу, которая давала более литра молока в день и корову хорошую, лет 10-11, за 1500 рублей.

К осени в хозяйство уже получило законченный вид прочной базы для питания: корова, 4 козы, 6 кур, 2 пары гусей и 4 огорода.

Коровины почувствовали стабильность и стали приглашать погостить родственников и знакомых, считая, что благодаря огороду, вегетарианский стол будет обеспечен.

Плюс морское купание у самого дома!

Стали получать 4-5 литров молока и в феврале корова должна была телиться, но в конце сентября залезла в кукурузу, объелась, через неделю ее пришлось зарезать.

Мясо сохранить не удалось, просто закопали, Борис Дмитриевич со всей этой возней попал под дождь и получил пневмонию.

 С закрытием Тропической станции на Пицунде, семья переезжает в Сочи на Старую Мацесту в профсоюзный санаторий, потом Борис Дмитриевич работает на Ривьере и последнее его место работы в санатории на Новом Сочи.

В трех комнатах по 12 квадратных метров нашлось место пианино, и теперь детям не надо было тратить время на ходьбу в поисках инструмента.

А потом 3 июня 1938 год Бориса Дмитриевича Коровина арестовали по доносу (как гласит семейная легенда), уважаемого в городе человека, борющегося с малярией на Черноморском побережье, так же, как и многие врачи, чьи имена не вошли в историю.

Забрали с работы и привезли домой, где провели обыск в присутствии жены и детей. Разбросали вещи, забрали много книг.

Елена Сергеевна и Борис Дмитриевич все время шутили, что хоть немного отдохнут от дел, были уверены в невиновности.

Никто не осознавал, что это последний день с отцом семейства.

Что стало с Борисом Дмитриевичем никто не знает.

Елена Сергеевна узнавала о его участи и получила ответ, что Борис Дмитриевич реабилитирован, почти сразу, посмертно за отсутствием состава преступления.

Но еще до официального ответа, Елена Сергеевна получила письмо от незнакомого человека, который подписался “товарищ по несчастью”: “Ваш муж, Коровин Борис Дмитриевич, умер от малярии.”

Петровская Александра Георгиевна.

Коровины пережили все тяготы, как тогда называли, детей врага народа.

Когда семью выселяли из дома, шел сильный дождь.

Дети стояли у обочины дороги, рядом лежали книги и вещи, которые разрешили взять с собой.

Подъехал грузовик, погрузились и готовы были ко всему, но тут женщина – сопровождающая, срочно удалилась по делам.

“У вас есть кто-нибудь в городе, куда везти?”,– спросил шофер.

Так Коровины оказались у любимой сестры Бориса Дмитриевича, тети Шуры и она их приняла, хотя братья Елены Сергеевны на ее просьбу о помощи, ответили, по тем временам очень даже логично: «Не губи!».

Александра, еще та штучка, справила себе паспорт, где уменьшила возраст на десять лет и отчество с Григорьевны на Георгиевну.

В ее автобиографии за 03.10.1941 года все даты сдвинуты, но зная истинную дату рождения, легко составить подлинность событий.

Александра в 1892 году поступила, а в 1900 закончила Нежинскую женскую 8-миклассную гимназию и уехала учиться дальше в Петербург, где вышла замуж за свободного художника Санкт-Петербургской консерватории по классу фортепиано – Петровского Георгия Ивановича, сына музыканта.

В 1903 году уехала за мужем во Владивосток, где Петровский преподавал в музыкальном училище.

Ушел на фронт во время первой мировой войны 1914 года и в 1916 году погиб.

Овдовев Александра переезжает на жительство в Иркутск к старшему брату и поступает работать на Почтамт, где работает до 1918 года.

С 1918 года по 1923 год работала секретарем

в Государственном Университете.

Но в 1923 году переехала к одному из братьев в Казань и поступила на работу в центральную библиотеку им. Ленина.

Параллельно с работой в библиотеке работала преподавателем польского языка в Доме Красной Армии и в воинских частях до 1933 года.

В 1933 году перешла библиотекарем в Татарский Институт Повышения Квалификации Кадров Народного Образования.

С 1935 года жила и работала в Сочи медицинским статистом, секретарем-машинисткой на Старой Мацесте, по ликвидации безграмотности на Ривьере, библиотекарем в Пушкинской библиотеке города Сочи.

Всю жизнь дружила со своей младшей сестрой Екатериной.

А жизнь продолжается.

После ареста Бориса Дмитриевича Коровина, Елена Сергеевна находилась в потрясении, ведь на нее свалилась тяжелая участь жены врага народа.