Невидимая планета Диягон

Фантастический рассказ

В небольшой деревеньке, что стоит на берегу реки, живёт мальчик. Зовут его Владислав. Мальчик как мальчик, обыкновенный третьеклассник, но именно с ним, в прошлом году произошла удивительная история, которую никак нельзя назвать обыкновенной. Всё началось на берегу реки, у огромного серого камня, который до сих пор лежит на том же месте.

Говорят, камень этот давным-давно пригнал сюда ледник. Скорее всего, так оно и было, но ребятам хотелось верить, что это не простой камень, наполовину вросший в землю, а подарок неземных цивилизаций, по крайней мере – вершина какой-нибудь древней горы, хотя с виду это был обычный гранит, разве что необычайно гладкий на ощупь, излучающий то приятное тепло, то прохладу. После купания всем нравилось лежать на нём, прижавшись животом и обхватив руками его тёплые бока.

Вдоволь накупавшись и дождавшись темноты, ребята часто разжигали костёр у этого камня, и подолгу сидели, вспоминая какие-нибудь интересные истории из своей жизни, захватывающие фантастические рассказы или страшные сказки, такие страшные, что от них холодок пробегал по коже. Казалось, что привидения или оборотни прячутся за огромным камнем и протягивают к ним свои цепкие руки. От таких сказок хотелось поплотнее прижаться друг к другу и придвинуться поближе к огню. Замолкали, подбрасывали в огонь тонкие, сухие веточки, протягивали к теплу ладони, и смотрели, как в небо улетают, яркие искры, так похожие на далёкие желтоватые звёзды, только очень маленькие звёзды. Помолчав, обычно меняли тему: «Влад, расскажи лучше про инопланетян, ну их, этих оборотней. Потом домой страшно идти», – говорил кто-нибудь один, и остальные дружно соглашались. Влада не надо было уговаривать – фантастические рассказы он полюбил задолго до того, как сам научился читать, и с удовольствием рассказывал об инопланетянах и межпланетных путешествиях и пришельцах своим друзьям. И каждый представлял пришельца по-своему: человек в скафандре, человек с антенной на голове, человек с тремя руками или тремя глазами, или ногами, как пружинки, но в любом случае это был человек, мало чем отличающийся от нас, землян, с которым можно объясняться только жестами, поскольку нашего языка он не понимает. У Влада тоже было на этот счёт своё мнение, он считал, что, если и встретишь инопланетянина, то и не всегда поймёшь, что это пришелец – не может он быть похожим на человека, поскольку на других планетах другие условия, а значит, и развивался он иначе, и каким он стал, никто не знает. В общем, ребятам было о чём поговорить вечерами, сидя на берегу реки у серого камня.

Недавно Владу купили цветные мелки, и он рисовал на всём подряд: на стенах домов, на столбах, на стволах яблонь, на асфальтовой дорожке. Нарисовал жёлтым мелком и на боку большого серого камня маленькую звёздочку. А потом у него появилось новое увлечение: мальчик приносил зеркальце и, лёжа на песке, выводил солнечным зайчиком на сером камне разные буквы, знаки и геометрические фигуры.

Однажды солнечный зайчик осветил нарисованную звёздочку, согрел её своим теплом, и она вспыхнула каким-то особым, неземным светом, будто ожила, и весело подмигнула ему. Владислав даже ойкнул от удивления. С тех пор ему всегда хотелось ещё раз оживить нарисованную жёлтую звёздочку, но, сколько ни пытался, ничего у него не получалось. «Наверное, что-то я делаю не так», – в очередной раз расстраивался Влад. Он пересел на другое место, поймал зеркалом солнечный лучик, направил его на звёздочку с другой стороны, но опять ничего не изменилось. Задержал на звёздочке свет солнечного зайчика, долго ждал, согревая её этим светом, но она так и осталось самой обыкновенной звёздочкой, нарисованной жёлтым мелом. Но Влад не отступал: теперь он не просто рисовал солнечным зайчиком, а писал на сером камне своё заветноё желание: «Оживи!» – направляя на неё солнечное тепло. Ребятам ничего не говорил – засмеют, но с тех пор с зеркальцем не расставался. Не проходило дня, чтобы он не пытался оживить свою звёздочку, но она по-прежнему была едва заметна на большом сером камне.

Он так и не заметил, что все остальные рисунки давно стёрты и смыты дождями, а звёздочке всё нипочём, а ведь каждый день ребята не раз карабкались на тёплый камень и сползали по его гладкому боку, не щадя его рисунка.

Ночью ему уже не в первый раз приснился камень, тот самый огромный серый камень, что лежит за их огородом на берегу реки, но в этот раз он переливался всеми цветами и звал к себе, не голосом звал, но манил так, что невозможно было оставаться на месте.

Мальчик встал, выглянул в окно, озарённое необычным мерцающим светом и… проснулся от петушиного крика – их собственный петух каждый раз начинал петь раньше других, и делал это так громко, что его было слышно не только на другом конце деревни, но и далеко за околицей, особенно ночью, в тишине. «Замолчи, Ксенофонт!» – распахнув окно, приказал Влад. И сам удивился, что назвал петуха Ксенофонтом. Никто ему не давал такого имени: петух и петух, иногда называли его петей, но опять же не по имени, а потому что он петух – как и медведей, называют мишками, что вовсе не означает, что все они носят имя Михаил. И вдруг – Ксенофонт! Чудеса, да и только. Петух не унимался – или не слышал, или не понял, что обращаются к нему, или просто не захотел изменять своей привычке – петь среди ночи и рано утром – именно в то время, когда снятся самые интересные сны. Влад натянул на голову одеяло, закрыл ладонями уши, повернулся лицом к стене и покрепче закрыл глаза, надеясь вернуть прерванный сон, вспоминая его детали, но одеяло не спасало от петушиного крика. Мало того, что собственный петух не унимался, ему вторил и соседский, не уступая ни в громкости, ни в желании смахнуть со всех слушателей остатки сна.

Добившись своего, петух, названный Ксенофонтом, завершил свою песню, спрятал голову под крыло и спокойно уснул, добросовестно выполнив всё, что от него требовала природа. Замолчал и его собрат, успокоившись на своём насесте.

А Владу спать уже не хотелось. В комнате было почти светло, окно озарялось частыми всполохами. «Так вот, в чём дело! – догадался он,– гроза начинается», – и ещё раз посмотрел в окно. Ярко светит луна, мигают звёздочки, а на улице тихо-тихо: ни ветерка, ни дождя, ни грома. И дома тихо.

Стараясь не шуметь, он выбрался через окно в сад и опешил. Дорожка перед воротами была настолько прозрачной, что могло показаться, будто её и вовсе не было, если бы не гулкий звук его собственных шагов и играющие на ней отсветы красновато-жёлтого перламутрового света, волнами наплывающего со стороны реки.

Владислав осторожно прошёл к калитке, осмотрелся. Деревня спит. Спит и его дом с тремя окнами на дорогу и двумя в сад, с узорчатыми ставнями, выкрашенными светлой краской, тесовой калиткой и выпиленным папой деревянным петухом на коньке шиферной крыши.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.