В одном маленьком городе

В одном маленьком городе

Дни в маленьком южном городке похожи один на другой. Послеполуденный отдых, предвкушение отдыха, длинные кофепития за столиком у ближайшей закусочной, сигарета – одна, другая – под обсуждение всех самых животрепещущих новостей: какую машину купил себе двоюродный брат внучатой племянницы соседки; почему это Петка сегодня вдруг решила поменять привычный маршрут до работы; подорожает ли в ближайшее время сахар, и во сколько тогда обойдется производство домашнего греющего душу и тело напитка.

Анна стояла на террасе, солнце ярко светили, птицы, как им и положено в это время года и суток, отчаянно пели, и ее дети шумною толпою неслись по пыльной дороге, пытаясь догнать своих друзей.

– Краси, вы куда?

– Ма-а-ам, мы в парк! Там новые горки поставили!

– Знаю я, что вы одним парком не ограничитесь. Чтобы к ужину дома были, целые и голодные.

– Ок, ма-ам! – Хором крикнули брат и сестра и уже через несколько минут исчезли из поля зрения.

Анна тоскливо оглянулась на стопку книг на столе. Учебники, детская фантастика, раскраски – все лежало мертвым грузом. А на уме… Только горки, поджигание всего, что только можно поджечь, визиты к деду Ивано. Вечно он дает им все самое вредное, и мало того что они не успевают толком проголодаться перед семейной вечерней трапезой, так еще каждый раз следует бояться, не будут ли они мучиться животом.

Анна долила себе из турки успевший остыть кофе, взболтала осевший на дне чашки сахар.

Думала ли она когда-нибудь, сидя в своей конторе, как ей казалось в центре мира, выгуливая в перерыве очередной модный костюм в заведении, где они обычно обедали с коллегами, устраивая музейно-театральные марафоны по вечерам, что все это растворится в одночасье. Город с его суетой, хитросплетениями улиц, город, где жизненно важно догнать и схватить, пока это не сделал кто-то вместо тебя. Теперь этого больше нет. И, кажется, что если этот мир и существует где-то, то не иначе, как в параллельной вселенной. Если бы вдруг нашли способ телепортироваться, то попасть для нее сейчас туда было бы равносильно тому, как если бы ее отправили погостить среди представителей внеземной цивилизации. И как бы ей хотелось вкусить той давно ушедшей жизни, отломить от нее кусок, положить в рот и смаковать его вкус, вдыхать запах… Отломишь с одного края – уменьшишься, с другого – увеличишься. Может я и правда уменьшилась. Раньше там было все так объемно, насыщенно. Я сама казалась себе значительной, особенно это ощущалось первое время, когда я только попала сюда. И вдруг – один надкус – и я стала маленькой, и все предметы здесь стали мне по росту. Я гоняю детей, чтобы они не убили себя, выдумав очередную шалость, жду мужа, который рубит дрова, для того чтобы отопить дом. И рубит так рьяно, что потом приходит под вечер оживленный, словоохотливый. От него пахнет потом и спиртом. А потом звонит Мими и рассказывает, что «ее-то опять учудил, и ей, как ни крути, придется применить самое верное женское средство, уж поверь мне дорогая Анна».

Что еще? Работа… Вчера мы украшали наш магазинчик. Живописно разложили дамское белье, купили искусственных цветов для букетов… Да… Мне хотелось прожить удивительную жизнь. Когда я смотрю на мужа, то вспоминаю, как девочкой мечтала о романе, как в зачитанной до дыр книге. А он, почесывая спину, бухтит, почему я не успела пожарить мясо, и спешит сам встать за плиту, ведь надо же соблюсти традиции и организовать неизменный семейный ужин. А потом он, быстро уничтожив приготовленное, засыпает под монотонное бормотание телевизора.

Видимо так должны были сложиться звезды, улыбнулась про себя Анна. Когда-то я думала, что я могу даже так и вообще я все могу. И я такая необыкновенная, что стоит мне попасть в другое место, то там все станет другим, захватывающим, увлекательным, даже если это будет простая смена погоды или сломавшийся кран, кричащий о срочной починке. Я смогу все это сама наполнить смыслом, а оказалось… Не сумела?..

Допивая кофе и пережевывая остатки гущи со дна, Анна села за ноутбук. Поболтала кофе, посмотрела на стекающие по стенкам темно-коричневые струйки и вспомнила.

Когда только она переехала – ей очень хотелось сполна понять и прочувствовать эту другую жизнь. С мужем они ходили по друзьям – пили, болтали о детях, близкой и дальней родне, о делах окологосударственной важности, о здоровье – своем и чужом. И кто-то тогда, она уже не помнила кто, но явно, что не обошлось лишь одним советчиком, обмолвился, что ей надо обязательно сходить к гадалке. «Живет она совсем рядом – 10 км отсюда. Очереди у нее ого-го! Но ты позвони. Она все видит и сразу поймет срочно тебе к ней или можно подождать».

Дело, конечно же, оказалось исключительной важности. И хотя мест у нет, но явиться было необходимо через день в 9 утра. В положенное время на пороге вымытого до блеска, казалось, что даже отполированного снаружи домика ее встретила цветущего вида пожилая дама. Она деловито проводила в комнату, прикрутила жалюзи. В мгновение пространство наполнилось полумраком. В нем подрагивало пламя зажженных свечей, вспыхивали отблески на стеклянных шарах и статуэтках, где-то вдалеке фоном звучала неопределенная мелодия.

– Ну что, милая, вижу я, что у тебя проблемы со здоровьем. По женской части-то давно проверялась?

– Да нет, тут все хорошо. Недавно смотрела, а вот спина беспокоит.

– Нервы это все. Ты не беспокойся. С мужем же все хорошо?

– Кажется…

Гадалка выжидательно смотрела на Анну. И та вдруг стала ей рассказывать ей о себе – о годах до и после, как было там, потом случился переезд, появились дети. О чем мечталось, что хотела она найти, и что оказалось недостижимой мечтой.

Бабушка периодически кивала головой и добавляла – все знаю, все понимаю.

Слова лились из Анны одно за другим. Воспоминания, образы, мысли опережали друг друга. Под конец она, уставшая и с чувством приятной пустоты, замолчала.

– А теперь слушай меня. Вот тебе травы. – Бабушка вручила ей туго набитый и терпко пахнущий холщовый мешочек. – Вечером завари в стакане, а когда увидишь, как зажглась первая звезда, скажи слова – я тебе их запишу, чтобы точно не забыла, – и выпей отвар. И все у тебя получится. Вижу у тебя скоро еще один ребеночек родится, с мужем все дурное пройдет и да… Работу поменяешь, будешь сама себе хозяйкой… Все тебя слушаться будут. А теперь иди, скоро ко мне люди придут, им тоже помочь надо.

Анна отблагодарила ее положенной по таксе купюрой и вышла на улицу. Стыд за доверчивость, сомнения и смутное чувство надежды терзали ее.

Анна поставила чашку с гущей и села за ноутбук. Бесцельно пролистывала она страницы соцсетей, чужие жизни, фотографии. Уже как дня три писал ей один мужчина. То ли бывший коллега, то ли любитель обзавестись интернет-поклонницами и распушить перед ними все свое виртуальное оперение.

Скучно. Детей давно уже не слышно, они довольные бегают по задворкам городка, им в глаза светит солнце, мешаются мухи – обычный весенний день. Одно и то же…

Привет! – Написала она в ответ на его многочисленные подмигивания.

Его звали Алексей. Остроумен, интересен, он пространно рассказывал ей о фильмах, музыке. Отчитывался о своих полетах фантазии, о том, в какие дали уводило его воображения и какие великие идеи рождались во время самых обычных прогулок по ночному городу. И хотя работал он в фирме, никак не связанной с миром высокого, но в душе был художником, что выражалось в его страсти к фотографии.

Все чаще он в своих длинных рассказах мог мимоходом упомянуть, как понимает она его трепетную душу, как вечером они могли бы смотреть на звезды и придумывать, на какой из них они бы жили долго и счастливо. Он все чаще повторял, что думает о ней, а Анна все чаще отвечала своему полувоображаемому романтическому объекту.

– Алексей, я смотрела на звезды, наши южные звезды, они такие яркие и напоминают о моей старой жизни. Когда-то я шла домой по бульвару, и он весь сиял и мерцал как они… Может однажды мы сможем полюбоваться на эти огни, на ночные силуэты домов и деревьев вместе.

Муж видел другую Анну, увлеченную и какую-то чужую, но причины таких перемен оставались ему непонятны, да и не хотел он вдаваться в женские дебри. В магазине дела шли лучше. Она смогла создать там маленький мирок, преобразив все так, что ее клиентки, зайдя внутрь, задерживались на час-два: обсудить новости, выпить кофе и уйти, чтобы снова вернуться и погрузиться в атмосферу чародейства, к которому Анна прибегала теперь, перекладывая, подбирая и примеряя на очередную посетительницу свой товар.

Однажды Алексей объявил, что надумывает в ближайшее время лететь в ее края по делам. И было бы невероятно и просто чудесно увидеться и гулять вместе по улицам, разговаривать, вместе молчать, смотреть друг друга в глаза. Неприятное смутное чувство подкатило к горлу, но Анна тут же запила его глотком кофе.

– Я возьму отгул. Попрошу подругу. Она меня подменит, и я приеду.

Всю дорогу в автобусе она вспоминала его фотографии, его длинные витиеватые фразы, вперемежку с самыми обыденными замечаниями и жалобами. Но это ей казалось таким трогательными и милым.

Ждала она его у фонтана в парке не менее получаса.

– Здравствуй, это тебе, – он протянул ей одинокую розу. – Веди меня – я плохо знаю город.

– Я тоже не очень хорошо. Редко бываю здесь.

– Тогда мы вместе сможем изучить его.

Прошло еще полчаса. Анна не успела утром даже позавтракать и теперь давила в себе чувство тошноты и ощущение, что тело ее как-то слишком грациозно покачивается. А он целеустремленно шагал вперед, с интересом поглядывая по сторонам.

Строения были отмечены явными следами времени, неустроенности и разномастности жизни.

– Да, сразу видно, как здесь люди живут. У нас хотя бы…

Анну неприятно кольнуло

– А как? Живут. И я живу… Не так уж далеко отсюда. И город меньше.

– Ну вы… Сможете ли вы здесь так долго. Мне кажется вы должны блистать. Где-то поблизости играет музыка, за окном – дорогие машины. Город подмигивает вам всеми своими огнями.

Анна представила себе эту картину. И вдохнула полной грудью этот теперь уже чужестранный аромат.

Солнце опалило ее лицо и вернуло на разгоряченные улицы. По ним струились запахи из окрестных кафе, из квартир, где хозяйки готовили послеполуденную закуску.

– Мы часто со знакомой ходим в одно кафе, когда бываем в здешних краях, там есть живая музыка. Очень приятно. Не хотите?

– Пока нет, давайте насладимся этим теплым днем.

Анна вздохнула немного раздраженно

– Расскажите как у вас здесь дела. Какой-то крупный бизнес?

– Да нет, не такой крупный, конечно. Небольшое дело всего на пару дней забот. Торгуем. По нынешним временам это самое выгодное,

Анна в тайне ждала большего. Но по-прежнему воображение дорисовывало самые невероятные детали биографии ее спутника.

– Ну а вы чем занимаетесь? Вы так мало рассказываете о себе.

– Да у меня все обычно. – Анна попыталась замять неловкий вопрос.

– Я же говорил, что вы заслуживаете большего

Анне становилось все больше неудобно.

– Да я сама выбирала. – Хотела было она сказать и остановила сама себя. Ну что я, правда, как девчонка.

– Вы знаете, все-таки надо выпить кофе. – Неожиданно предложил Алексей, то ли чтобы сгладить неловкость момента, то ли и он вспомнил о пище не только духовной. – Где тут может быть подешевле?

Такого Анна точно не ожидала. Когда они начали встречаться с мужем, никогда не слышала она от него такой фразы. Их знакомства, встречи, сначала редкие, потом она стала прилетать все чаще и чаще. Ресторанчик с видом на горы и старый город, закаты, вино, поездки к морю. Если бы он вдруг сказал ей, что хочет на ней сэкономить на деньгах, на внимании к ней самой, чтобы она подумала о нем.

– Кофе, просто черное кофе без молока.

К нему, конечно, идеально подошло бы небольшое пирожное. Попросить или купить самой – и так и так она, судя по всему, поставит Алексея в неразрешимо неловкое положение. Надо будет на автовокзале взять сэндвич в закусочной.

– Куда вы хотите пойти завтра?

Вопрос кавалера застал ее врасплох.

– Завтра… – Об этом она не думала. До этого момента все казалось совершенно обычным романтическим развлечением, чтобы избавиться от каждодневной скуки.

– Вы знаете… – Анна не успела собраться с мыслями и договорить, как зазвонил его телефон.

Андрей взял мобильный и отошел в дальнюю сторону кафе. Скучным голосом обыкновенного человека он отмахивался от кого-то по ту сторону трубки: «Да-да, все довез. Конечно… Деньги… Гостиница ничего так, совок…»

Ей представилось, как он сидит по вечерам в маленькой квартирке, за стеной в соседней комнате его мама смотрит новости. Горит монитор, звучит в наушниках музыка. Стынет заваренный по второму кругу чай, на столе разбросанные крошки от бутерброда. Творческий беспорядок холостяка. Ах да, там еще наверняка живет кошка, от нее еще больший беспорядок.

Его орлиный профиль вдруг перестал ей казаться столь выдающимся, и росту маленького, мускулы не видны, сразу видно, что взять в руку молоток ниж его достоинства. Не то что мой. Наверное, мама все делает – съехидничала она и сама себе улыбнулась.

Она снова стала прежней Анной. Такой, какой она была месяц назад, какой была когда решила уехать из столицы, взвесив со всегда свойственной ей критичностью все преимущества и недостатки шумной жизни и того что ждет ее впереди.

Когда Алексей снова сел за столик, Анна с жалостью спросила: «Дела?».

– Ах да. – Отмахнулся он и попытался снова превратиться в того интересного во всех отношениях мужчину, но она его прервала.

– Вы знаете, мне неожиданно написали с работы. Без меня там никак не могут справиться. Дела…

– А как же…?

Она уже подобрала сумочку.

– Совершенно не ожидала, мне очень хотелось провести и дальше с вами день, но никак. Совсем. Все очень срочно. Давайте вы меня проводите, а я вам обязательно позвоню.

Он только поднял бровь, воспитания хватило ему, чтобы промолчать, да и одному ходить пить кофе гораздо выгоднее.

Полупустой автобус ехал по горному серпантину, опускались сумерки, и солнце подсвечивало контуры гор. Наверное, муж уже вернулся. Дети налопались сладкого, опять ужином их не накормить, надо к стоматологу записать обоих на неделе. Ничего… Завтра пораньше всех соберу за столом. Будничные мысли потекли своим чередом, но сейчас они удивительно согревали ее, придавали цвета тому привычному, из чего уже давно сложилась ее жизнь.

Действительно, муж был дома. Она нашла все таким, как и представляла себе. Уже успело совсем стемнеть. Над кухонным столом горела лампа. Дети развалились на кровати и смотрели мультфильмы, на полу валялись фантики от конфет.

Анна скинула сумку и подошла к мужу. Он резал овощи.

– Может тебе помочь?

Он удивленно обернулся. Она стояла рядом, положив голову ему на спину.

– Долгая дорога… Давай я что-то сделаю.

Он вздохнул. Приобнял ее.

– И так устала. Иди вон к детям валяться. Сейчас дорежу салат, и есть будем. Черт, как лук глаза щиплет…

Горела лампа, семья собралась за столом, смотрела кино о чужих перипетиях судьбы, веселых и грустных. Смеялись, вытаскивали друг у друга из тарелок самые лакомые куски, наперегонки подбирали хлебом овощной сок из салатника.

Прошел почти год. Анна сидела в комнате и составляла план занятий. Скоро должна была прибежать разновозрастная банда ее учеников. Будут пыхтеть над книгами, придумывать свои истории, рисовать картинки, галдеть, перебивая друг друга.

Она не успела понять, как жизнь ее потекла по похожему на прежнее, но гораздо более просторному руслу. Правда, надо подучить свою коллегу, чтобы она смогла справиться в ее отсутствие. Анна погладила свой округлившийся на вполне солидный седьмой месяц живот.

Вечерело. В селе в нескольких километрах от города бабушка смотрела на небо из своего чисто вылизанного домика. Когда появилась первая звезда, она довольно улыбнулась, закрыла окно и вернулась к своим камням и статуэткам, пить травяной настой и досматривать сериал, в котором все самое невероятное может случиться в любую минуту.