- -
- 100%
- +
Глава 1
Мы оказались на площадке у лифтов совершенно одни. Поэтому делать вид, что мы незнакомы и не бросать друг на друга нетерпеливые взгляды было сложно, но я знала – нас не должны увидеть. Эти правила завела я, хотя, защищали они в основном Олега.
Кроме конфиденциальности, там значилось еще как минимум два пункта: встречи только по моему желанию и только в моей квартире. Все, что за пределами нашего маленького уютного двухкомнатного мирка – не должно касаться нас. Никаких внешних проявлений. Для всего остального мира нас просто нет.
Звякнув, двери разъехались, и мы чинно вошли в ярко освещенную кабину лифта. Я нажала на пятнадцатый, Олег со скучающим видом привалился к серой металлической стене, разглядывая свои кроссовки.
Не успела кабинка подняться на пру этажей, как я нажала «стоп». Лифт мягко остановился. Олег с недоумением посмотрел на меня. Потеряв всяческие приличия, я обхватила ладонями его лицо и буквально впилась в губы бесстыдным поцелуем. Он ответил не сразу, сначала пытался призвать меня к благоразумию, остановить, но это было невозможно. Мои зубки болезненно прикусили мочку, а губы сползли от его уха к щеке. Очертили влажной дорожкой линию подбородка и шею. Я рывком вытащила его рубашку из-под ремня джинсов и задрала до самого подбородка. Руки и губы жадно заскользили по его груди…
– Боже, какая пошлость, – Ника в сердцах захлопнула крышку ноутбука и вернулась к сервировке стола.
Из детской послышался плачь Миры. Ника нервно поставила Олегу под нос тарелку с лазаньей и стремительно вышла из кухни.
Наверное, прав был Никольский, когда говорил, что добром эти писульки не закончатся. Пользуясь отсутствием жены, Олег пытался придумать оправдания. Хотя, зачем он оправдывается? Ничего плохого он не сделал, даже не собирался. Если у девчонки снесло крышу – это ее проблемы. Ника должна это понять. Всего лишь издержки популярности.
Лазанья потрясающе пахла помидорами и фаршем, Олег отрезал кусочек и с удовольствием положил в рот. Все-таки Ника потрясно готовит. Даже слишком, подумал он с сожалением. Для новой роли ему нужно хорошенько схуднуть и подкачаться.
В кухне появилась Ника с годовалой дочкой на руках. И ей тоже не помешает, оглядев слегка расплывшуюся после родов фигуру жены, подумал Олег. Мира куксилась, без конца засовывая кулачки в рот, и наконец разрыдалась громко и пронзительно.
– Снова зубки? – поинтересовался Олег, чтобы замаскировать неприязнь, вызванную плачем дочки. Мирочку он любил, но ее капризы, да еще после двенадцатичасовых съемок раздражали не меньше, чем беспочвенные наезды Ники.
У него только-только начало получаться. Его пригласили в большой проект. Неужели она не понимает, что нужно немного потерпеть и смириться с некоторыми сопутствующими неприятностями в виде докучливых фанаток.
Он улыбнулся и, отложив приборы, протянул руки к дочке.
– Ну иди к папочке, кнопка, – он усадил девочку на колени, и та перестала заливаться. Ее пухлые влажные пальчики принялись выкручивать пуговицы на его рубашке. – Любишь папу, да? – сюсюкал Олег, наслаждаясь тишиной, но дочку ненадолго заняли папины пуговицы, через пару минут она снова разрыдалась и потянула ручки обратно к матери.
Олег с удовольствием отдал Миру супруге и вернулся к лазанье, пока его женщины вышли из кухни и оставили его в долгожданной тишине.
Сознание Олега заходилось от шальной мысли провалиться в сон на пару суток, именно столько он не спал. Черт бы побрал эти ночные съемки. Но через пару дней у него начинается новый проект. Сериал с ним в главной роли. Сколько унижений вроде «кушать подано» он преодолел, чтобы сейчас облажаться.
Он положил грязную посуду в раковину и захватил оставленную у порога сумку. Увалился с толстенным сценарием на кровать и надел очки. Сейчас он вряд ли выглядел как его герой: с напрочь сорванной крышей, убийцей до мозга костей. Да, роль отрицательная, но его персонаж не лишен обаяния: умный, начитанный, галантный. Кто заподозрит в таком угрозу для себя или своих детей?
Нужно с ментами пообщаться, а лучше напроситься к такому на свиданку в тюрьму, решил Олег, уже примеряя образ хладнокровного садиста на себя.
В комнату бесшумно вошла Ника и, подперев плечом косяк, уставилась на мужа.
– Чем занимаешься?
Этот вопрос содержал целую палитру подтекстов, и Олег старался не проколоться, отвечая на него, иначе его ждет очередная нервотрепка.
– Предложили поучаствовать в новом проекте, – начал он из далека, хотя еще неделю назад согласился на участие и даже подписал контракт.
– Ты же обещал сделать перерыв между съемками. Мы же в отпуск хотели съездить, – Ника выглядела раздосадованной, ее недовольное лицо вызывало у Олега раздражение. Ну как она не понимает, что сейчас не время делать паузы. У него есть реальный шанс проявить себя и наконец-то закрепиться на кинематографическом олимпе.
– Я все понимаю, – начал Олег мягко и отложил сценарий на тумбочку. Для примирительного секса силенок должно хватить. Он попытался взять Нику за руки, но она не позволила. И принципиально отвернувшись, отошла к окну. Олег смотрел на ее напряженную спину, подбирая слова, которые бы убедили ее сменить гнев на милость. Он устал и скандалы ему ни к чему.
– Послушай, мы обязательно съездим на море, честно. Он нехотя поднялся с кровати и подошел сзади. – Эй, ну не злись, – заискивающе-мягко произнес он, и положил руки Нике на плечи. Его слова возымели действие и Ника повернулась. На ее лице по-прежнему читалось недовольство, но он знал, она его уже простила. Такой уж у нее характер. Вспыхивала, как спичка, и гасла как… Он на мгновение задумался, пытаясь придумать подходящее сравнение, но кроме лампочки ничего на ум не приходило.
– А тебе нравится то, что пишет в своем блоге эта «Джульетта»? – неожиданно спросила Ника, возвращаясь к недавнему разговору.
Олег понимал, это игра, но не стоит недооценивать зыбкое перемирие, который предлагает жена. Тут нужно действовать тонко. – Да брось, – фыркнул он. – Пошлятина. Но если ты хочешь знать, что меня реально заводит, – он завел руки Ники за спину и потерся о ее щеку кончиком носа, заставляя потерять бдительность. Нарочито неспешно склонился к ее губам и поцеловал сначала нежно и сразу же властно, жестко обхватив руками запястья. Не давая ей даже шанса на сопротивление. Ника любит, когда он такой: сильный, знающий чего хочет. Главное, не задавать вопросы не к месту.
Глава 2
– И что она сказала? – голос Дэна, как всегда, был чуть насмешливым.
Не всем повезло родиться с папашей олигархом. Остальным приходилось пахать, чтобы у них появилась возможность заявить о себе, – думал Олег. Но Дэна он любил. Они дружили с яслей, на соседних горшках сидели. Прошли… Да все они вместе прошли. И никого тогда не волновал ни статус не бабки. Даже из-за одной девчонки дрались в десятом классе. Кстати, из-за Ники. Наверное, это был еще один повод боготворить супругу. Она не клюнула на набитый кошелек Дэна, а выбрала мужчину сердцем. Такие женщины сейчас краснокнижная редкость.
– На море хочет, – без лишних подробностей ответил Олег.
– Бабы, – усмехнулся Дэн. – Им лишь бы на море. А то, что тебе на это море надо впахивать как не в себя, не волнует.
Олег улыбнулся скорее из мужской солидарности. Он знал, что Дэн понятия не имеет, что значит «впахивать».
– Слушай, – вдруг опомнился Дэн. – А что там с той бабой, ну, которая про тебя эротические рассказы строчит? – поиграл он бровями. Видимо, хотел усилить эротический подтекст.
– Да, пофиг, – отмахнулся Олег и разом влил в себя остатки капучино. – Но, чувствую жизнь она мне подпортит.
– А что, Ника уже показала зубки?
– Еще нет, но пара тройка продолжений и покусает, – безрадостно ответил Олег и знаком попросил у официанта счет. – Подкинешь в центр?
– А где твоя машина? – поинтересовался Дэн, скорее всего, хотел продолжить тему разборок друга с женой.
– Ника повезла Миру к педиатру.
– Ты точно не того? – уставился с улыбкой Дэн.
– Чего, не того?
– Ну, не знаешь эту Джульетту? Она вроде горячая штучка.
– Слушай, мне Ника мозг выносит, у Миры зубки режутся, мне еще одного геморроя не хватает. Хочешь, забирай ее себе, – отмахнулся Олег и первым поднялся из-за стола.
– Ладно, – примирительно протянул Дэн и направился следом, поигрывая ключами от нового Порше.
***
Профилактические походы к педиатру были для Ники поводом выйти в люди. Как правильная мать, она отказывалась от предложений Олега нанять няню. Да и лишних денег на это не было. Сама мысль, что к ее доченьке будет прикасаться чужая тетка вызывала в ней отвращение. Правда, и бабушки не баловали ее предложением посидеть с внучкой. Обе мамы жили в Питере. Тут не разгуляешься. Хотя, иногда от Миркиных капризов реально хотелось сбежать. Ника смиряла себя, напоминая, что она мать и не имеет права на негативные эмоции.
«Хотя, – Ника усмехнулась. – Недавно она нашла чудный сайт: «плохие мамашки точка ру». Там такие же замученные бытом мамки, которым некуда пристроить своих чад, выплескивали негатив в чат, ища поддержки. Недавно Ника написала: «у дочки режутся зубки, орет не затыкаясь уже неделю. Иногда мысль убить не кажется такой уж ужасной. Я мысленно начала выбирать жертву. Выбор пал на соседа снизу. Этот идиот врубает свой долбанный перфоратор как раз в то время, когда Мира наконец-то засыпает. Сегодня я убью его. Позвоню в его дверь. Он откроет в своих затасканных трениках и майке-алкашке и посмотрит своими тупыми коровьими глазами. До него даже не доходит в чем собственно моя претензия. Но сегодня, вместо обычной просьбы тишины в трех до пяти, я втолкну этого борова обратно в квартиру, возьму в руки еще теплый перфоратор и просверлю его тупую черепушку. Да, мне определенно легче. Все-таки я ужасная мать!» – Ника с удовольствием вспомнила то количество комментариев, которые посыпались в чат. Она успокоилась, есть мамаши и похлеще нее. Ника даже улыбнулась, вспоминая те непотребства, которые настрочили в поддержку ее виртуальные подруги. Конечно, Ника поминала, такие вещи говорить нельзя. Но черт возьми, иногда ее материнскую любовь теснило желание убить кого-нибудь.
Если бы у Олега нашлось хоть немного времени на семью, возможно, она вела бы себя по-другому. Но муж месяцами пропадал на съемках, денег не хватало, а нервы они не железные «плохие мамашки точка ру».
– Трофимова Мирослава.
Ника вынырнула из размышлений. Она взяла малышку поудобнее, закинула на плечо объемную сумку с вещами и бутылочками и направилась по коридору за молоденькой медсестрой.
***
Ника усадила дочку в детское кресло и не удержавшись, поцеловала в носик-кнопку.
– Кто у нас молодец? Даже не плакала. Совсем большая девочка. А сейчас мы поедем с тобой к тете Свете, – приговаривала Ника, пристегивая дочку. – Ну вот и хорошо.
Она обогнула машину сзади и заняла водительское место. В последние месяцы Олежка пропадал на съемках, так что она практически разучилась ездить за рулем. Ника осторожно выехала с парковки детской поликлиники и вывернула на наводненную машинами улицу. Они с Олегом переехали в Москву год назад, но Ника все еще неуверенно чувствовала себя на дороге. Особенно ее вымораживали многоуровневые съезды. Проворонил свой поворот и делаешь крюк в десять километров.
Мирочка снова принялась голосить, сбивая Нику с позитивного настроя. Голос электронной женщины, подсказывающей ей дорогу, тонул в воплях дочки.
– Чш-ш-ш-ш, – шикала Ника, боясь оторвать взгляд от дороги и нечаянно проворонить свой поворот. Наконец она свернула куда надо и, заметно расслабившись, бросила на дочку мимолетный взгляд. – Ну что ты? – Ника старалась говорить мягко, чтобы успокоить малышку. Но Мира не собиралась успокаиваться и под нежный голос матери заверещала ультразвуком.
Ника вдохнула-выдохнула, понимая, что перекричать ребенка, который хочет спать, не реально. До Светкиного дома еще пять минут. «Крепись, мать», – стиснула она зубы, стараясь не нервничать.
Наконец вдалеке показалась серая сталинская восьмиэтажка. Нике повезло, какой-то ретро бумер освободил ей место прямо у подъезда. Не придется колесить по округе, а потом тешиться с ребенком на руках и баулом вещей в зубах.
Ника заглушила мотор, взяла дочку на руки и, как старая больная черепаха, поплелась по лестнице на третий.
– Привет, – дверь открыла сияющая Светка. – Давай помогу. Она взяла у подруги баул с вещами.
– Опять у вас лифт не работает, – проворчала Ника, отдавая дочку подруге.
– А кто тут у нас такой маленький и красивый? – Светка завертела Миру на руках, закривлялась и принялась бодать ее. Мира заливисто засмеялась. И как это у Светки получается? Конечно она не верит, что Мира капризный ребенок, – с ревностью думала Ника.
– Проходи пока в гостиную, а Мирика уложу. Отдыхай, – улыбнулась подруга и потащила заливающуюся смехом девочку в спальню.
Глава 3
– Обожаю эту проказницу, – весело улыбаясь, Светка вышла из спальни и прикрыла за собой дверь. – Сейчас чай пить будем.
Она нажала кнопку красного электрического чайника и, тот принялся ворчать, наполняя кухну домашним уютом.
– Как Олежек? – выставляя на стол конфеты и печенье, поинтересовалась подруга. – Наверное, фанатки прохода не дают? – она с улыбкой посмотрела на Нику, явно ожидая потока негодования. Однако Ника была спокойна. Она сейчас пребывала в нирване одиночества и тишины.
– А то ты не знаешь, – мстительно бросила она, мельком взглянув на Светку.
– Ты о той сексуально-озабоченной?
– Ну о ком же еще?
– Ну, ты же не думаешь, что между ними что-то… – Светка не договорила, внимательно глядя на подругу. Ей ужасно хотелось услышать подробности, но Ника молчала как партизан на допросе. – Ну брось, расскажи, – заискивающе заканючила Светка.
– Ты же сама все уже читала, – отмахнулась Ника. Но этого разговора она хотела. Понимала, что после успеха нового фильма, отряд поклонниц мужа будет только расти. Ей нужно учится правильно реагировать на подобные выпады. – Как думаешь, – пошла в атаку Ника. – Я сильно поправилась после родов?
Светка нарочито долго рассматривала подругу, пока та не начала нервничать.
– Если бы ты была обычной женой обычного среднестатистического мужчины, я бы сказала, что ты красотка. Ник, реально. Но после такой популярности, которая обрушилась на Олежку скажу, тебе бы в зал походить. Кстати, у меня появился новый парень, – она многозначительно поиграла бровями. – Он владелец фитнес-клуба. Да, не самого большого и престижного. Но вполне себе и главное, бесплатно.
Ника улыбнулась. Ее подруга относилась к категории вечных любовниц. Такие постоянно меняют мужиков, не стремясь к постоянным отношениям. И если раньше Ника строго осуждала подобное, то сейчас где-то даже завидовала подруге, которая предпочла стирке и уборке, цветы и рестораны.
– Думаешь, пора? – со вздохом произнесла Ника и похлопала себя по слегка округлившемуся после родов животику.
– Скажу тебе так, лишним не будет. Ник, ну вылезай уже из своей скорлупы. Прикинь, жизнь не заканчивается на памперсах и смесях. Мира уже подросла. Пусть твой благоверный видит, что ты красивая и свободная, и не собираешься всю жизнь сидеть за его спиной и ждать, когда он о тебе вспомнит, – воинственно-строго проговорила Светка. – И что там с отпуском?
Ника скривила рот и взяла из вазочки печенье.
– Что, опять?
– Ну, не начинай, – взмолилась Ника. – Самой тошно. Уже не могу сидеть в четырех стенах. Наверное, ты права, надо выбираться из дома.
– Ну вот, а я о чем! – она разлила по чашкам чай.
– А как же Мирочка? – забеспокоилась Ника. – Мне ее не с кем оставить.
– Ну ты даешь, в нормальных клубах уже давно есть детские комнаты. Там твою Мирочку поразвлекают, пока ее мама пыхтит на беговой дорожке.
– Как же хорошо, что у меня есть ты, – с благодарностью сказала Ника и протянула к подруге обе руки.
***
Домой Олег вернулся в прекрасном расположении духа. Вот уже неделю он жил дома, а не в безликом гостиничном номере. И даже усталость после многочасовых съемок переносилась легче в окружении родных стен и его любимых девочек.
– Что-то случилось? – спросил он когда обычный, казалось, «клевок» в щеку вызвал у Ники неприязнь. Слишком явные признаки недовольства, чтобы не заметить их. И слишком взрывоопасные, чтобы проигнорировать.
– Ну, иди ко мне, – мягко проговорил Олег и усевшись на диван, посадил жену на колени. – Рассказывай.
Ника повернула к нему по-детски недовольное лицо.
– А сам не знаешь? – с укором бросила она.
– Нет, прости. С этими съемками я немного выпал из реальности, – с извиняющейся улыбкой проговорил Олег.
– Твоя Джульетта порадовала фанатов новым рассказом.
– Фанатов? – переспросил Олег. – Ты тоже стала ее фанаткой?
– Не передергивай, – оборвала Ника и резко поднялась. – Ты ее знаешь? – сощурив глаза, как въедливый следователь, поинтересовалась она. – Только честно.
– Не знаю. Честно! Ник, ну что, опять?
– Не опять, а снова, – оборвала супруга. – Сделай что-нибудь. Она переходит все границы.
– Что например?
– Откуда я знаю. В суд на нее подай, – бросила Ника и вышла из гостиной, будто нарочно оставив ноутбук открытым.
Олег взял ноут в руки и перемотал текст в начало.
Сегодня он выглядел неприступным. Еще не успел переодеться после съемок и стоял на пороге в официальном черном костюме, какой-то чужой и неприступный. Захотелось разорвать все слои грубой ткани, что скрывали его от меня. Расцарапать коготками его грудь, оставив после себя горящие метки. Мои метки. От этих мыслей по телу прокатилась возбуждающая горячая волна. Собралась внизу живота, заставляя мышцы влагалища сжаться, тут же выделив смазку.
Я пыталась справится с возбуждением. Иначе, просто встану перед ним на колени, умоляя, чтобы он трахнул меня и перестал, наконец, издеваться. Сначала эта игра, которую он предложил мне несколько дней назад, показалась занятной. Сейчас, я уже так не думала. Стоя перед ним и дрожа всем телом от одного только его грозного вида. Чертов извращенец. Я уже хотела сварить ему кофе, как за спиной раздался холодный строгий голос.
– Подойди.
Я остановилась и не спеша, чтобы успеть нацепить на поплывшее лицо маску вселенского терпения к его выкрутасам, развернулась. По правилу номер один, я не имела права произносить ни звука в его присутствии. Я смотрела на него в ожидании приказаний, пытаясь привести в порядок поплывшие мозги.
Он вальяжно сел в любимое кресло. Под его холодным жестким взглядом все внутри снова сжалось. Олег не торопился, давая мне возможность сполна насладиться его властью. Чертово правило номер два. Которое рвало крышу и заставляло меня безнадежно терять остатки приличия, скулить от желания в зажатый зубами кулак. Иначе, если он услышит хоть звук, наградит ударом хлыста.
Когда неделю назад он озвучил правила, они даже возбуждали меня. Ну, что сложного в том, чтобы молчать, беспрекословно подчиняться его приказам, и неделю не носить трусы. Все вроде предельно просто и даже возбуждающе сексуально, но, когда в его руке появился черный кожаный стек, я думала, что это просто новая возбуждающая игрушка. Сейчас же, при виде хлыста кожа на попе начала зудеть, предвкушая удар. Я подошла.
– Задери юбку и покажи мне, что ты без трусов.
Я взялась за подол короткой плиссированной юбочки «а ля школьница» и задрала ее до пояса. Он поднялся из кресла. Сердце галопом рванулось в груди, стоило ему приблизится. Не отрывая глаз от моего порозовевшего лица, он провел двумя пальцами по влажной расщелине, раздвигая ее пальцами. Мне стоило огромного труда сохранять молчание и не сдвинуть ноги. В голове была одна мысль, что вся мокрая от желания с «каменным» лицом, я скорее всего выгляжу смешно.
– Ляг животом на стол и разведи ноги. Я хочу видеть тебя.
Сам приказ мог заставить меня кончить, но я старалась держаться в рамках правил. Подошла к столу, за которым мы обычно завтракали после его ночных съемок и, отодвинув вазочку с фруктами, легла на его прохладную поверхность.
– Согни одну ногу и положи ее на стол.
Я так часто дышала, что сердце было готово выскочить из груди. Имитировать внешнее спокойствие так же, как сдерживать возбуждение стало сложнее. От его взгляда, между широко разведенных ног, все просто огнем горело. Мне было мучительно стыдно за эту откровенную позу. За то, что он просто молча смотрит. Вдруг услышала легкий скрип кресла и тут же ощутила его пальцы между ног. Он не спеша размазывал смазку, которой было так много, что я от стыда зажмурилась. Хотя, наверное, в такой компрометирующей позе глупо было думать о таких пустяках. Тем более его пальцы погружали меня в какое-то первобытное неконтролируемое желание, которое уже кричало: «войди же в меня наконец».
Олег оторвался от чтения и, запрокинув голову на спинку дивана, прикрыл глаза. Его член упирался в лежащий на коленях ноутбук. Будет катастрофой, если сейчас войдет жена и увидит все это.
Он как чувствовал. В дверном проеме бесшумно возникла Ника. Скорее всего, хотела застать его врасплох, чтобы дожать.
– Весь интернет уже пестрит вашими с ней фотками, мемами и прочей гадостью, – в сердцах выпалила она.
«Сейчас с растрепавшимися волосами и горящими негодованием глазами она была похожа на Медузу Горгону», – подумал Олег. Его возбуждала такая острая реакция жены, хотелось немедленно обуздать ее внутреннего зверя, но Олег знал – этот зверь кусается. Запросто порвет на лоскуты, а завтра постельная сцена.
– Либо сделай с этим что-то, либо… Пока поживи на диване и подумай, – Ника развернулась, тряхнув копной светлых волос, и вылетела за дверь. Его примирительное «Ну, Ника», растворилось в пустоте, как дымок погасшей свечи.
Глава 4
– Будь жестче, – раздавался громкий, как молот, голос режиссера. – Я понимаю, Олежек, ты джентльмен и дам не бьешь. Но сейчас ты не Олег Трофимов, а злобный, с напрочь сорванной крышей маньяк. Ты хочешь одного – удовлетворения своих самых тайных и низменных желаний. Этот ритуал не просто «для разогрева». Это половина удовольствия. Она всего лишь кукла. Слышишь. Просто кукла. Никто. Только в твоей власти ее жизнь, не говоря уже о ее теле. Соберись.
– Сцена десятая, дубль три, – безэмоционально прогнусавил голосок ассистентки оператора, заставляя Олега сосредоточиться.
– Что с тобой происходит? – Кирилл Сухарев молодой и амбициозный режиссер. Его проекты ждут, их ругают, ими восхищаются, в общем он обладает всеми задатками для того, чтобы стать культовым. Кирилл потянулся к Олегу, чтобы прикурить. Затянувшись, выпустил струю плотного белого дыма и снова повернулся к актеру.
– Просто устал, – ответил тот на его вопросительный взгляд. – Из одних съемок сразу в другие.
– Ну, а как ты хотел? Роль Сомова принесла тебе успех, но это еще не популярность. Сейчас нужно потерпеть и выложится, чтобы закрепить результат. И кстати, интернет гудит как растревоженный улей из-за твоих любовных похождений, – усмехнулся Кирилл.
От неожиданности Олег поперхнулся дымом.
– Да расслабься. Кстати, эта Джульетта может сыграть нам на руку. Она нехило так подогревает к тебе интерес. По опросам, съемки фильма только начались, а его уже ждут как из печки пирога. Радуйся.
– Я радуюсь, – кисло улыбнулся Олег и затянулся. – Думаешь, не стоит подать на нее в суд или еще как-то прижучить?
– Подожди пока. Да, твоим близким, наверное, не сладко, но это бесплатный пиар. Посмотрим, что будет дальше. Прижучить мы ее всегда успеем. А сейчас просто наслаждайся популярностью. Ты же именно этого хотел? – Кирилл подмигнул ему и, отстрелив окурок в ближайшую урну, вернулся в павильон.
***
– Привет, – Олег шлепнулся на стул рядом с Дэном. Он взглянул на наполненный на два пальца стакан в руке друга.
– Мне то же самое, – дал он знак бармену, натирающему бокалы в дальнем конце стойки.
– Пить в обед? – искоса посмотрел на него Дэн. – Что-то стряслось?
– С чего ты взял? – безразлично буркнул Олег и взял в руку наполненный барменом стакан.
– Ну-ну, – Дэн скривил рот в улыбке и пригубил напиток. – Что, твоя Джульетта достала?