Падший

1244 г. Замок Монсегюр, Окситания (юг Франции)

Леонард вытер капли пота со лба и спрятал платок в карман мантии. Ему было страшно. Крики крестоносцев просачивались сквозь толстые стены замка, и Леонарду казалось, что они вот-вот ворвутся в замок и положат конец его жизни. Прижавшись спиной к двери, он закрыл глаза и начал молиться:

– Отец наш Всевышний, да прибудет со мной Твоя сила…

В дверь громко заколотили, и знакомый женский голос прокричал:

– Брат Леонард! Брат Леонард, ты там?

Леонард, бледный как бумага, дрожащими руками открыл засов. Когда дверь распахнулась, он увидел перед собой Хранительницу Эсклармонду. Она смотрела на него спокойно, лишь с лёгкой тенью встревоженности.

– Брат Леонард, я рада что нашла тебя, – сказала она. Её голос был мягким и ровным, как всегда, несмотря на хаос, царивший вокруг.

– Они скоро прорвутся, – дрожащими губами проговорил Леонард. Замок находился в осаде уже девять месяцев. Запасы еды истощались, а воды оставалось всего на пару дней. Немногочисленные рыцари, оборонявшие замок, были уже на последнем издыхании.

Эсклармонда мягко тронула его за плечо и произнесла:

– На то воля Создателя.

Леонард кивнул и поспешно склонил голову, выказывая смирение. Эсклармонда сделала шаг назад.

– Остальные уже собрались в главном зале для проведения обряда очищения. – Она улыбнулась блаженной улыбкой. – Сегодня Совершенные примут нас в свои ряды.

Леонард поднял голову и решительно сжал губы. Сделав шаг из комнаты, он вдруг остановился.

– Священный Грааль! – Он посмотрел на Хранительницу. – Мы не можем допустить, чтобы реликвия попала в неправильные руки!

Эсклармонда остановилась и полуобернулась. Тень скрывала половину её лица.

– Они никогда не получат Грааль. – Её голос звучал твёрдо и уверенно. Леонард склонил голову. Спорить с Хранительницей Священного Грааля не имело смысла. Если она говорит, что неверные его не получат, значит так оно и есть. Он направился вслед за ней.

В главном зале царила тишина. Все катары, находившие в замке, сейчас собрались здесь. Они стояли в самом центре зала, образовав полукруг и склонив головы. Их лица были скрыты в тенях чёрных капюшонов. Леонард также накинул капюшон на голову и присоединился к братьям.

Хранительница Священного Грааля Эсклармонда де Фуа заняла место в центре образованного катарами полукруга. Она возвела руки к потолку и провозгласила:

– Сегодня великий день, братья! Сегодня каждый из нас станет Совершенным и воссоединиться с Отцом нашим!

Она взяла в руки Священную книгу Бытия и, открыв её, затянула молитву на латыни. Всем катарам была знакома эта песнь. Consolamentum, обряд отпущения грехов, после которого не стыдно будет предстать перед Отцом, начался.

Леонард пытался сосредоточиться на пении Хранительницы, но его то и дело отвлекали крики и звон мечей, пробивавшиеся сквозь запертые двери главного зала. Снова ударил таран. Леонард почти физически ощутил, как массивные двери замка сотряслись под тяжестью удара. Он сглотнул и плотно сжал веки.

Хранительница по очереди подходила к братьям и двумя пальцами прикасалась к их лбам, вплетая имя каждого катара, мимо которого она проходила, в молитву. Братья прикладывались к Священной книге после чего опускались на колени. Дошла очередь до Леонарда. Хранительница коснулась его лба, и он, приложив губы к обложке Священной книги Бытия, опустился затем на колени. Теперь он чист.

Эсклармонда едва закончила обряд для последнего брата, как за дверьми послышался шум. Леонард в ужасе вскинул голову. Они всё же прорвались! Он услышал крики рыцарей, которые до этого момента отважно сдерживали натиск обезумевших католиков, после чего в главный зал ворвались крестоносцы. Увидев катаров, склонивших головы в молитве, кто-то закричал:

– Еретики! На костёр их!

Крестоносцы бросились на безоружных монахов. Леонард, находившийся дальше всех от захватчиков, прикрытый спинами братьев, сумел незаметно проскользнуть за колонну, к которой прижался спиной. Он затаил дыхание, слушая сдавленные крики его братьев и звуки ударов. Его взгляд упал на дверь слева. Запасной выход! Осторожно, стараясь не выдать себя, он прокрался к двери. Незаметно выскользнув из зала, он бросился к лестнице. Его целью был Священный Грааль. Цепляясь за перила, тяжело дыша, он взобрался по витой лестнице на последний этаж. Вот она, одна единственная дверь. Он сглотнул и дрожащей рукой сдвинул щеколду. Дверь со скрипом отворилась. Леонард вошёл внутрь. Комнатка была маленькой и освещалась единственным квадратным окном с витражным изображением тулузского креста на нём. Монах медленно направился в центр комнатки, где находился мраморный постамент, на котором стоял Грааль. По телу Леонарда пробежали мурашки, когда он увидел реликвию так близко. Монах сделал ещё один неуверенный шаг к Граалю. Внутри чаши виднелась тёмная жидкость. Леонард протянул руку, но тут же отдёрнул её, не смея тронуть священную реликвию.

– Так и будешь просто смотреть?

Леонард вздрогнул и резко обернулся. В глубокой тени кто-то стоял, но монах не мог разглядеть лица незнакомца.

– Кто здесь? – шатким голосом спросил Леонард. – Ты пришёл с крестоносцами?

Незнакомец лукаво рассмеялся после чего сделал шаг вперёд. Глаза Леонарда округлились, и губы его принялись шептать молитву:

– Crux sancta sit mihi lux, non draco sit mihi dux…1

Демон поморщился и прикоснулся к вискам. Он замотал головой, стряхивая пелену наваждения, после чего бросил раздражённый взгляд на монаха, продолжавшего исступлённо шептать молитву. Демон сделал шаг к Леонарду, и тот увидел, что вместо ног у того были золотые копыта.

– Да замолчи ты, несчастный, – скривился демон. Он, цокая копытами, прошёлся перед монахом. Леонард не сводил с него глаз. Демон был высоким и стройным; его тёмная кожа, едва мерцающая в тусклом свете ранних звёзд, имела графитовый оттенок. Чёрные волосы струились по его стройному телу, облачённому в некое подобие туники из чёрного шёлка, расшитой золотом и доходившей до лодыжек. Голову демона украшали золотые рога, сплетённые в нечто, напоминавшее корону с шипами.

Демон грациозно уселся на единственный стул и закинул ногу на ногу, обнажив крепкое, лоснящееся бедро.

– Отец наш, да грешен я буду, представ перед Тобой…, – с новой силой забормотал Леонард, опустившись на колени и закрыв глаза.

– Твои молитвы не сработают, – отмахнулся демон. – Он не слышит тебя.

Леонард поднял на него глаза.

– Неправда, демон! – воскликнул он. – Ты пытаешься пошатнуть мою веру! Но я не поддамся твоим хитрым уловкам…

– Какие же вы, церковники, дураки! – перебил его демон. Он рассмеялся и развёл руки в стороны. – Посмотри вокруг! Это место погрязло в крови и смертях. Вы, – он ткнул пальцем с чёрным длинным когтём в монаха, – веря в одного и того же Бога, убиваете друг друга! И из-за чего? Из-за маленьких разногласий.

Демон оскалил клыки, и его лицо ужесточилось.

– Вы не нужны своему Богу, – процедил он, – так как давным-давно сами же и втоптали Его в грязь.

– Замолчи, демон! – воскликну Леонард. – Ты не знаешь, о чём говоришь! Католики предали Отца нашего, отдавшись праздности! Мы же, катары, чтим святые законы! Не смей порочить имя Господа своим поганым языком!

Демон лукаво улыбнулся и облизнул губы.

– И что же говорят твои святые законы? – Он посмотрел на чашу Грааля. – Что ты хотел сделать, придя сюда?

– Я хотел… – Леонард запнулся. – Я хотел защитить Священный Грааль!

– Правда? – Голос демона раздался теперь прямо над самым ухом Леонарда, и тот обернулся. Демон, улыбаясь, сидел прямо на полу позади него. Монах отшатнулся от нечистого.

– Я не буду тебя слушать, – проговорил Леонард.

– Ну же, Леонард, – вкрадчиво протянул демон. – Ты ведь знаешь, на что способен Грааль.

Демон приблизил своё лицо к блестевшему от пота лицу монаха.

– Испивший крови Христа обретёт вечную жизнь, – прошептал демон. – Заманчиво, а?

– Нет! – Монах попятился от демона, который в свою очередь медленно, как хищник, виляя бёдрами, неотвратимо надвигался на него. Леонард упёрся в стену, и демон настиг его. Опёршись на руки, нечистый наклонился ближе к дрожащему от страха монаху. От демона исходил удушающе-приторный запах мёда и амбры, разбавленный едкими нотами гари.

– Смерть ужасна, брат Леонард, – проговорил демон. В его чёрных глазах Леонард мог видеть отражение своего бледного лица. – Особенно, когда тебя поджаривают живьём.

Губы демона растянулись в улыбке. Леонард зажмурился. Демон поднялся и, схватив монаха за капюшон, легко поднял его с пола. Леонард забился в его руке.

– Отпусти меня, демон!..

– Т-ш-ш. – Демон приложил палец к губам после чего подошёл к окну и ткнул Леонарда туда лицом. – Смотри, что тебя ждёт. Правда, прелесть?

Леонард в ужасе смотрел на огромный костёр, разложенный во дворе замка, вокруг которого толпились крестоносцы с факелами. Катаров, одного за другим, выводили из замка и, заводя на костёр, привязывали друг к другу.

– Господь наш милосердный, – пробормотал Леонард.

Демон хмыкнул и поставил монаха на пол.

– У тебя есть выбор, – сказал он, – сгореть заживо или… – глаза демона сверкнули, – обрести вечную жизнь.

Леонард, протестуя, замотал головой, и демон начал ходить вокруг него кругами. Его напоминавший плеть хвост игриво скользил по ногам монаха.

– Подумай, ведь Грааль всё равно захватят, – рассуждал демон. – Что это, как не Божье провидение, что ты сумел прорваться сюда?

Демон схватил монаха сзади за плечи и притянул к себе.

– Вечная жизнь, – прошептал он на ухо Леонарду. – У тебя появится шанс принести свет в этот грешный мир вместо того, чтобы быть сожжённым так бесславно.

Леонард посмотрел на Грааль. Его рука сама поднялась и потянулась к священной реликвии. Демон оскалил зубы в хищной улыбке.

– Верное решение, – прошипел он.

Леонард взял священную чашу в руки.

– Это Его кровь, – прошептал он, глядя на тёмную жидкость, наполнявшую Грааль до половины.

– Угу, – протянул демон и сильнее сжал плечи Леонарда. – Давай же, сделай глоток.

Леонард дрожащими руками поднёс чашу к губам. И сделал глоток…

– Леонард, нет!

Монах обернулся. В дверях стояла Эсклармонда. Её волосы были спутаны, а лицо блестело от пота. Тяжело дыша, она воскликнула:

– Не слушай его! – Она перевела взгляд на демона. – Велиал. Я знала, что дьявольские исчадия не упустят шанса добраться до Священного Грааля, и ты решил явиться лично. Какой нетерпеливый.

Демон выпрямился и высокомерно посмотрел на Хранительницу.

– Знаешь, кто я? – криво усмехнулся он. – Я рад, что знаменит. Но ты опоздала, дева.

Велиал схватил Леонарда за шею и злобно прорычал:

– Давай, кретин ты этакий! Пей уже чёртову кровь!

Он ткнул монаха лицом прямо в чашу. Эсклармонда бросилась к ним и крикнула:

– Vade retro, daemonium!2

Она ударила демона открытой ладонью в лоб. Демон заверещал и, отпихнув от себя Леонарда, закружился в бешенстве по комнатке, громыхая копытами. Леонард ахнул, оступился и полетел на пол. Чаша выпала из его рук, но Эсклармонда успела подхватить её. Лишь пара капель крови выплеснулась наружу, окропив рукав её мантии. Не спуская глаз с изрыгающего проклятия демона, Хранительница опустилась рядом с Леонардом.

– Нельзя допустить, чтобы Грааль попал к демонам! – Она посмотрела на Леонарда. – Демоны не могут прикоснуться Чаше, пока Его кровь находится в ней.

– Поэтому он и искушал меня выпить кровь, – пробормотал Леонард, – чтобы осушить Грааль?

– Да, – кивнула Хранительница. – Ты бы не вылил кровь просто так, поэтому Велиал и решил заставить тебя её выпить. Ему без разницы, каким способом будет осушен Грааль.

– Велиал – демон-искуситель? – пробормотал Леонард, и Эсклармонда кивнула в подтверждение его слов. – Зачем ему Грааль?

– Заполучив Священный Грааль и наполнив его кровью сына Вельзевула, демоны обретут силу, способную уничтожить Свет. Они станут властелинами мира, и на Земле воцарится ад. Этого ни в коем случае нельзя допустить. Мы должны защитить Грааль даже ценой своих жизней!

Демон к этому времени уже оклемался. Он выпрямился во весь свой немалый рост, топнул копытом и проревел:

– Я разорву вас на куски, безмозглые святоши!

Эсклармонда выставила вперёд ладонь и грозно произнесла:

– Не подходи, демон!

Велиал ощетинился. Он оскалил зубы и посмотрел на Эсклармонду с такой ненавистью, что Леонарда пробрал животный страх.

– Он…не тронет нас? – Голос монаха сорвался на фальцет.

– Меня – нет, – ответила Хранительница. – Демоны не могут касаться святых предметов и чистых душ. Я – Хранительница Священного Грааля, к тому же сегодня, как и все, я прошла обряд очищения.

Она с тоской посмотрела на Леонарда:

– Но ты, брат, осквернён. Ты покусился на священную реликвию, чтобы обрести бессмертие. Это грех.

– Не только покусился, – Велиал оскалил зубы в улыбке, – но всё же выпил немного крови. – Он прищурился на Леонарда. – Теперь ты грешник и – о, ужас! – больше не сможешь пройти обряд очищения, ведь его можно пройти только один раз в жизни. Поэтому вы проводите его перед смертью, так?

Демон расхохотался.

– Ты правда успел выпить крови Создателя? – Лицо Хранительницы выражало вселенскую скорбь. Леонард, сгорая от стыда, кивнул. – О, брат Леонард…

– Я…умру? – спросил он тихо.

– Глотка недостаточно, чтобы обрести бессмертие, но достаточно, чтобы после смерти переродиться в другом теле. Не скоро, может, через сто или двести лет. И скорее всего, ты не будешь помнить прошлой жизни. Так как ты согрешил после обряда очищения, твоя бедная душа не сможет обрести покой в Его чертогах.

Она взяла его за руку.

– Я не в праве призывать тебя отказаться от этого…дара и проклятия – не знаю, как это назвать, – но, если ты намерен снискать прощения у Создателя за свой проступок, есть способ. Может, Господь простит тебя и примет своего раскаявшегося сына назад.

Леонард смотрел на неё со слезами на глазах.

– Прошу, Хранительница, – прошептал он. – Я готов на всё!

– Чтобы избавиться от этого проклятия, нужно сжечь сосуд, что поглотил священную кровь, и прочитать над ним молитву изгнания нечистого духа. – Её голос звучал ровно, бесстрастно. – Нас всех, так или иначе, ждёт костёр. И выбор – встретится ли с Создателем или блуждать по грешной земле, только за тобой, брат Леонард.

– То есть, я…

– Если ты хочешь избавиться от проклятия, ты должен прочитать молитву изгнания демона, пока тело твоё будет пожирать огонь. Ибо сейчас порочный сосуд, содержащий в себе священную кровь – это ты.

Леонард плотно сжал губы.

– Я сделаю это. – По его щекам побежали слёзы. Он прошептал: – О, Отец мой! Я отчаянно надеюсь, что Ты простишь меня.

Велиал, всё это время слушал их, едко ухмыляясь.

– Это так глупо, – фыркнул он. – Крестоносцы рано или поздно доберутся до Грааля. А я буду ждать их здесь.

Он облокотился о стену и с безразличным видом принялся изучать свои когти.

– Искусить обезумевшего от крови фанатика будет намного проще. – Проговорил он и метнул злобный взгляд на Хранительницу. – Грааль уже почти у меня в руках! И я ни за что не отступлю.

Эсклармонда внимательно посмотрела на демона после чего наклонилась к Леонарду и что-то прошептала ему. Монах посмотрел на неё с непониманием, искоса глянул на Велиала, затем снова на Хранительницу и, наконец, кивнул.

– Но разве он не завладеет мной? – прошептал он с опаской.

– Нет, я ослаблю его. Сейчас ты единственный, кто может это сделать. – Она грустно улыбнулась. – Как забавно, но твоя порочность сейчас может спасти мир.

Велиал напрягся и выпрямился.

– О чём это вы там шепчетесь? – злобно процедил он. Его чёрные глаза остановились на Эсклармонде, которая начала что-то быстро бормотать себе под нос; её пальцы в это время скользили по полу, выводя на нём короткие невидимые символы.

– Эй, что ты делаешь? – окрикнул её Велиал. Он почувствовал, как его сознание начинает путаться. – Прекрати сейчас же, чёртова девка! Прекрати!

Велиал бросился к ней, но не смог и пальцем коснуться этой безгрешной девы, что продолжала быстро бормотать на латыни, всё повышая и повышая голос. Несомненно, это был обряд заточения демона в материальный сосуд.

– Заткнись! – взревел Велиал и в отчаянии бросился на Леонарда. Монах вскрикнул и закрыл лицо руками. Эсклармонда ударила ладонью по полу и выкрикнула:

– Merger!3

Оба – монах и демон – закричали. Леонард почувствовал, как его тело начала заполнять горячая вязкая субстанция, которая, словно смола, принялась растекаться по всему телу. Он сжал зубы. У него было чувство, что его, словно костюм, надевает на себя некто, беспардонно вторгшийся в чужое тело. Эсклармонда произнесла короткое заклинание и ударила Леонарда раскрытой ладонью в грудь. Монах упал на пол и обхватил руками свою грудную клетку. Спустя пару минут боль стихла, и всё прекратилось. Он сел и огляделся.

– Ты как? – обеспокоенно спросила его Эсклармонда.

Монах снова огляделся после чего ощупал своё тело.

– Он… – пробормотал Леонард, – он сейчас во мне?

– Да, и сейчас он не сможет ничего сделать. Печать, что я поставила, будет сдерживать его силу несколько часов. Этого времени достаточно до того, как нас…

Леонард кивнул.

– И всё же я до конца не понял, что ты сделала.

– Я провела обряд по заточению демона в материальный сосуд. Сосудом может быть либо животное, либо человек нечистый в помыслах и поступках. Сосуд затем сжигают на костре, читая молитву изгнания демона, после чего оба – и сосуд, и демон – умирают.

– То есть, тем самым мы убиваем двух зайцев, – продолжил Леонард, – изгоняем злой дух из меня и убиваем демона.

– Да. Главное, ты должен закончить молитву до своей смерти. Ты можешь начать читать её перед тем, как костёр разожгут, но закончиться она должна в огне, в противном случае ритуал не сработает, и твоя душа снова переродится спустя сотни лет. Вместе с Велиалом.

Она взяла его за руку:

– Ты понимаешь, какая ответственность возложена на тебя самим Господом? Ты должен довести ритуал до конца, Леонард.

– Я сделаю это, – ответил Леонард. – Сделаю.

За дверью послышался шум. Хранительница, не оборачиваясь, тихо произнесла:

– Они уже здесь.

– Но Священный Грааль…

– Я же сказала, – улыбнулась Эсклармонда, – они не получат его.

Леонард склонил голову и прошептал:

– Да хранит нас всех Господь…

Это была долгая ночь. Леонард оглядел братьев, сидящих рядом с ним. Скоро всё закончится. Пустым взглядом он посмотрел на инквизитора, облачённого в тёмный церковный балахон с надетой сверху белой туникой с изображением большого креста на ней. Обращённый к толпе крестоносцев и подоспевших горожан, он, сотрясая кулаками в воздухе, провозглашал проникновенную и страстную речь о необходимости истребления еретиков.      В толпе людей чувствовалось волнение. Люди бросали в катаров камни, бутылки и всё, что попадалось им под руку, проклиная их и называя слугами Сатаны.

– Слуги Сатаны. – Послышался смешок, и томный женский голос произнёс: – Как будто Ему нужны такие слуги.

Свет от факела упал на лицо демона, отблески огня заиграли на графитовой коже. Демон обладал точёным телом и прекрасным лицом. Чёрные глаза, обрамлённые длинными густыми ресницами, смотрели на происходящее с откровенной скукой.

Демон оттолкнулся от ствола дерева и, подняв тонкие руки вверх, потянулся.

– Что-то здесь не так.

Прекрасный демон обернулся на голос. Перед ним стоял ещё один демон – высокий и мускулистый. Его тело было облачено в тяжёлые чёрные доспехи с шипами на плечах. Поверх доспехов была наброшена белая накидка, на которой во всю длину был изображён сочащийся кровью крест.

– Что такое, Астарот? – лениво протянул феминный демон и, раскачивая крутыми бёдрами, едва прикрытыми тонким красным шёлком, принялся расхаживать перед здоровяком. – Не можешь дождаться большого костра? – Он игриво ткнул демона инквизиции пальчиком в грудь. – Какой нетерпеливый.

Астарот, не отвлекаясь от происходящего, сухо сказал:

– Будь начеку, Асмодей. У меня нехорошее предчувствие.

– Нехорошее в хорошем плане или нехорошее – в плохом? – принялся философствовать Асмодей. – Ведь для нас, демонов, плохое – это хорошее, а хорошее – плохое. – Он приложил палец к подбородку. – И если станет хуже, это значит, станет лучше или…

– Хватит трещать, – прорычал Астарот. Тьма его глаз сгустилась, сделав их бездонными.

Асмодей, обидевшись, надул губы и отвернулся. Сложив руки на груди, он сказал:

– Что-то Велиала долго нет. Он же заявил, что сможет легко провести этого простака. – Он отбросил огненно-красные волосы назад. – Нужно было мне пойти. Я всё-таки демон похоти и легко заставил бы даже самого Папу отдать мне Грааль.

– Не недооценивай Велиала. Обман и интриги – его конёк, – хмыкнул Астарот. Его глаза сверкнули. – Это ещё что такое?

Асмодей посмотрел туда, куда указывал ему Астарот.

– Вот, что я называю «нехорошо», – пробормотал Асмодей. Не дожидаясь реакции Астарота, он сорвался с места и быстро растворился в бушующей толпе, пробиваясь вперёд к разложенному костру. Его чёрные, наполненные тьмой и пороком, глаза смотрели на одного из обречённых катаров, губы которого беззвучно шевелились. Он молится или…

– Сукин сын, – прошипел Асмодей. – Я не ошибся.

– Ты прав, это не обычная молитва. – Астарот уже стоял рядом с ним. – И я чувствую присутствие Велиала.

Асмодей в гневе стиснул зубы:

– Я тоже. Он в теле этого монаха! Как им удалось захватить его?

– Неважно, – ответил Астарот. – Если он закончит молитву, то Велиал умрёт. Нам нужно помешать этому.

Лицо Асмодея озарила хитрая ухмылка.

– Я разберусь, – сказал он.

Выбрав одного из мужчин в толпе, он, покачивая бёдрами, подошёл к нему. Мягко тронув его плечо, он что-то прошептал тому на ухо. Мужчина тут же встрепенулся.

– Смотрите! – Он указал на Леонарда. – Он шепчет что-то! Он собирается нас проклясть!

Толпа зашумела. Асмодей отступил в сторону, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Твой черёд, Астарот, – медовым голосом промурлыкал Асмодей.

Астарот, демон инквизиции и обвинителей, вступил в игру. Стоя за спиной главного инквизитора, он обнажил чёрный зазубренный меч и, выставив руку с мечом вперёд, указал на шепчущего молитву катара. Крест на его груди вспыхнул, кровь принялась сочиться из его сердцевины. Инквизитор тут же, словно подстёгнутый, обратил взор на Леонарда.

– Еретик! – одержимо заголосил инквизитор. Он схватил железный кляп и, подбежав к Леонарду, с силой затолкал его в рот несчастному. Леонард замычал и остервенело замотал головой; слёзы побежали по его щекам.

Инквизитор, как ошпаренный, отскочил от него и замахал руками.

– Сожжём последователей Сатаны! – истерично верещал он. – Ну же! Именем Святой Инквизиции, поджигайте костёр! Поджигайте же!

Он выхватил факел из рук одного из крестоносцев и первым бросил его в сторону связанных между собой катаров. Факел упал на колени одного из мужчин, и мантия монаха вспыхнула.

– Давайте же уничтожим зло! – срывая голос, одержимо голосил инквизитор. В его безумных глазах отражались искры, отбрасываемые летящими в костёр со всех сторон факелами. Костёр, на котором находилось более двухсот человек, вспыхнул ярким пламенем.

– Очищение…очищение…очищение…, – бормотал инквизитор со слезами на глазах. Он опустился на колени и сцепил дрожащие руки в молитвенном жесте. – Очищение…

Пламя взмыло ввысь. Лицо инквизитора озарилось экстазом, а демон за его спиной взирал на огонь зачарованно. Крики сотен людей, чью плоть пожирал огонь, заполонили всё вокруг.

Когда Астарот вернулся к Асмодею, тот проворчал:

– Чего Велиал так долго? Костёр так полыхает, что этот чёртов монах уже должен быть помереть.

– Не знаю, – покачал головой Астарот. – Демоны не могут находиться в мёртвых телах. Что-то здесь…

Его прервал громкий гул. Люди вокруг закричали и в панике принялись бегать и озираться вокруг, закрывая уши.

– Смотри! – Асмодей схватил Астарота за руку и указал на костёр. Пламя взвилось вверх, искрясь. Один за другим, из пламени начали вылетать белые голуби. Они принялись кружить над местом казни, пополняя свои ряды всё новыми голубями. Несколько голубей оторвались от стаи и полетели к башне, где выбили стекло, после чего влетели внутрь. Вскоре они появились снова, неся в лапках тускло мерцающую в отблесках огня Чашу Грааля.

– Это же Грааль! – закричал Асмодей и принялся чертыхаться, в ярости топая копытами.