"Сумрачный Пояс"

Глава

Пролог

«…тут стоит напомнить, что сбежавшие из-под стражи негодяи являются ярыми сторонниками луддизма. Это они полгода назад разгромили фабрику паровых механизмов, чем нанесли немалый ущерб. Спрашивается, доколе? Доколе городская тюрьма будет напоминать проходной двор? Может достопочтенному господину директору пора переименовать свое заведение в гостиницу? По моему скромному разумению, этому гостеприимнейшему человеку была бы весьма к лицу ливрея швейцара…»

«Нововаршавский советчик», Виктор Вторыга

До большого парового гудка, который извещал о начале нового дня, оставалось еще достаточно времени. Поэтому можно было особо не торопиться.

Оскар потянул на себя мусорный бак, продолжая напевать под нос незамысловатый мотивчик. Услышанная вчера в пивнушке песенка оказалась на редкость прилипчивой. И это раздражало не только напарника, но и самого Оскара.

Из бака высунулась до боли знакомая мохнатая морда.

- Пошла вон! – замахал руками мусорщик.

Растревоженный зверек что-то недовольно пропищал.

- Пошла! – со злостью повторил Оскар.

Приближаться, а тем более дотрагиваться до этой мерзости, не было ни малейшего желания.

Оскар взялся за висящую на поясе деревянную дубинку.

Похоже, крыса сразу же поняла исходящую угрозу.

Еще раз, словно на прощанье, пискнув, зверек спрыгнул на землю и тут же растворился в закоулочном полумраке.

- Надо сообщить в управление, - выдохнув, произнес Оскар, - пусть сами разбираются с этой гадостью. Я на такое не подписывался.

- Ага, - вяло кивнул стоящий рядом напарник, ставший свидетелем этой сцены.

- Мое дело - мусор вывозить, а не крыс гонять, - продолжал возмущаться Оскар.

Крыс он не боялся, просто брезговал. Оскар даже представить не мог более неприятных созданий.

Не сказать, что эта встреча стала полной неожиданностью, но бывало, что мусорщики не видели крыс неделями. Власти вели с этими обитателями помоек и подвалов бескомпромиссную войну. До последнего хвоста! А серые, в свою очередь, научились осторожности и стали куда изворотливее.

- Зачем тогда на эту работу пошел? – хохотнул Гавел.

- Да пошел ты, - вполне миролюбиво ответил Оскар, снова взявшись за мусорный бак.

Обижаться было бессмысленно. Со своими тремя классами Оскару сложно было рассчитывать на что-то большее. Ему еще повезло, что тетка водила знакомство с женой какой-то мелкой сошки в управлении городского хозяйства. Родственница похлопотала, и вот уже почти десять лет Оскар каждое утро обходил район, перегружая скопившийся мусор в свою тележку. Напарники периодически менялись. Одни получали место получше, другие выходили на пенсию, ну а были и те, кто просто скатывался.

- Ого! Ты глянь! – Гавел размотал скрученную в трубочку афишу, которую только что выудил из мусора.

- Кто это? – Оскар с любопытством рассматривал блондинку в белом платье.

Несмотря на островатые черты лица и нос с горбинкой, девушка была очень привлекательна. Ее роскошные волосы казались шелковыми, а игривая полуулыбка словно приглашала куда-то, манила и волновала.

Единственное, что точно понимал сейчас Оскар, так это то, что у него никогда не будет такой женщины.

- Вот, тут же написано! Лана Монро, - прочел подпись Гавел. – Певица какая-то, наверное. Или актриса.

А Оскар, как завороженный, продолжал пялиться на афишу.

- Слушай, как думаешь, а она ценная? – заинтересовался напарник. – Много за это заплатят?

- Отдай мне! – неожиданно попросил Оскар.

- Зачем тебе это?

- Дай! – уже потребовал Оскар.

Видя, что товарищ начал заводиться, Гавел не стал спорить.

- Да забирай.

Схватив добычу, Оскар тут же снова смотал афишу и поспешно засунул ее в потрепанную сумку, висящую на тележке.

- Что за?!...

Гавел пытался приподнять очередной бак, но не рассчитал силы и опрокинул его на землю.

Во все стороны из мусорного бака брызнуло чем-то пахучим и едким.

- Проклятье! – выругался Гавел.

Грубый матерчатый фартук оказался замызган какой-то бурой тягучей жижей.

- Такое точно не ототрешь, - Оскар ткнул товарища в грудь и поводил пальцем по растекающемуся пятну. – В чистку отдавать надо.

Вид у Гавела был очень недовольный.

Котелок, фартук, белая рубашка, нарукавники – за этим всем приходилось тщательно следить. Начальство решило, что мусорщики, выполняя грязную работу, обязаны быть эталоном чистоты.

Впрочем, профсоюз особо не возражал. Ведь на это еженедельно выделяли пусть и небольшую, но приятную сумму. А при должной расторопности ушлый мусорщик мог сэкономить для себя пару-тройку злотых. Какой-никакой, а прибыток.

Правда, без оплошностей на этой работе не обойтись, и за одежду порой приходилось доплачивать. В этот раз так и вышло. Новый фартук выдадут нескоро, так что, придется Гавелу после смены нести подпорченную вещь в прачечную, что в Левацком переулке.

- Найду, кто слил – набью морду! – пообещал Гавел, сжимая кулаки.

В качестве доказательства своей решимости мусорщик от души пнул тот самый бак.

- Я помогу…

Оскар еще что-то хотел добавить, но у стены снова послышалось какое-то шуршание.

«Опять крыса?» - тут же пронеслось в голове.

Но нет. Зверь оказался куда крупнее, и на двух ногах.

Из-за мусорных баков вылез человек, который был уже на полпути к безумию.

Незнакомца заметно пошатывало.

Правая половина его позеленевшего лица представляла собой одну сплошную ссадину, а закатившиеся вверх глаза вызывали отвращение.

- Матерь Божья, - Гавел тут же отпрянул в сторону.

Мусорщики переглянулись.

- Слышь, парень, - Оскар предостерегающе направил на незнакомца дубинку. – Стой, где стоишь.

Вместо ответа мужчина издал неразборчивый гортанный рык. Даже на расстоянии чувствовалось его смрадное дыхание.

- Кажется, он не опасен, - почему-то шепотом произнес Гавел.

Незнакомец зарычал и вытянул вперед длинные трясущиеся руки. Даже если он и хотел напасть, то сил у него на это просто не было.

- Обожрался чего-то, - Оскар опустил дубинку. – Надо бы в жандармерию сообщить.

Работая мусорщиком, нужно быть готовым к подобным встречам. Вот только итог было сложно предсказать. На улицах продавали бессчетное количество видов гипнотической дряни, и каждая действовала по-своему.

- Может, лучше вызвать этих… Ну, «контроллеров»? – робко предложил Гавел.

- Нет, - тут же тряхнул головой товарищ. – Сам знаешь, потом не отбрыкаемся.

И дело тут было не только в том, что Оскару не хотелось ввязываться в волокиту. Народная молва наделяла людей, умеющих договариваться с Морфеем, почти магическими способностями. Их не понимали, и оттого сторонились. Да и жутких историй про особую госпитальную секцию было немало. Даже самые недоверчивые горожане соглашались, что определенная доля правды в этих страшилках есть.

- Ты прав. Не отвяжемся, – тут же подхватил Гавел, словно боялся, что приятель передумает. – Я позвоню в жандармерию. Тут телефонная будка рядом.

- Погоди-ка. Ты глянь, что у него есть.

Гавел не сразу понял, что напарник имеет в виду кольцо, поблескивающие на пальце незнакомца.

- Думаешь, золото? – недоверчиво спросил Гавел.

По грязной и мятой одежде сложно было определить сословие этого человека.

- А сейчас узнаем!

Подскочив к мужчине, Оскар шарахнул его дубинкой по голове.

Несчастный упал на колени.

Последовал еще один удар, после которого жертва распласталась на земле.

- Ты убил его! – ужаснулся Гавел.

- Успокойся, - Оскар убрал дубинку. – Я знаю, что делаю. Ничего с ним не будет.

- А если нас увидят?

- Кто?

Ранним утром в этом глухом дворе, окруженном брандмауэрами, можно было не опасаться случайных свидетелей.

- Если что, скажем, что он первый начал, - Оскар принялся торопливо стаскивать кольцо. - Нам поверят.

Доводы напарника показались Гавелу вполне здравыми.

- Чего-то оно легкое какое-то, - Оскар взвесил кольцо на ладони. – Ладно, покажу Демидычу. Он самую честную цену даст.

После этих слов мусорщик начал деловито осматривать карманы жертвы.

Гавелу оставалось только наблюдать.

Удивительно, еще десять минут назад Оскар чуть не грохнулся в обморок при виде крысы, а сейчас без всяких угрызений совести обыскивал бесчувственное тело.

- Неплохо, - усмехнулся Оскар, пересчитывая ворох разноцветных бумажек. – Почти сотня.

Также добычей мусорщика стала пишущая ручка, платок и непонятный пустой футляр. Документов у мужчины не было.

- Держи, - Оскар отсчитал несколько банкнот, - тут сорок.

Если Гавел и колебался, то лишь пару секунд. Жадно схватив деньги, мусорщик поспешно сунул их за нарукавник.

- Ботинки брать будешь? – спросил Оскар. – Вроде еще нормальные.

Гавел с сомнением посмотрел на обувь незнакомца. Да, она казалась вполне сносной, но что-то подсказывало, что лучше отказаться.

- Нет.

- Как знаешь, - Оскар принялся расшнуровывать ботинки жертвы, но потом, немного подумав, бросил это занятие. – Да ну их!

«А почему он босой?» – этот вопрос обязательно зададут жандармы. А этого бы стоило избегать.

- Звони уже, а я пока тут покараулю.

- Ага, - Гавел быстрым шагом направился к узкому проходу между домами.

Оскар посмотрел вслед напарнику.

Там, впереди, тонкой багровой линией проглядывал рассвет.

Но вот только солнце так и не поднимется из-за горизонта.

Ни через час, ни через день, ни через неделю.

Никогда.

Этот рассвет был вечным.

Глава 1

Глава, в которой дирижабль слегка запаздывает,

а студиозусы снимают фильму

«…и пусть живых свидетелей тех славных событий уже и не осталось, память о беспримерном подвиге героев Ледяного похода будет вечно жить в сердцах нововаршавян. На праздник ангажированы гости со всего Пояса, среди которых будет немало сиятельных и уважаемых особ. Увеселительная программа уже сейчас выглядит сколь обширной, столь и разнообразной. Конферанс, музыкальные номера, акробатические этюды – устроители обещают нам немало сюрпризов. Под ярмарку отдадут часть центральных улиц, где мастеровой люд будет удивлять, а кулинары потчевать всех желающих. А закончится все парадом и грандиозным фейерверком…»

«Новые ведомости», Барбара Лэко

Ожидание порядком затягивалось, но это не особо расстраивало Агнешку. Как раз наоборот, она с любопытством рассматривала собравшихся людей и подслушивала чужие разговоры.

Повсюду сновали вездесущие репортеры. Десятки фотокамер устремили свои объективы к небу, не желая упустить появление сверкающего призрака – того самого дирижабля, который только что совершил невероятное путешествие, преодолевая опасности и расстояния.

- Простите, сударыня, - мужчина в старомодном пенсне очень неаккуратно задел девушку плечом.

Агнешка хотела было заверить, что ничего страшного не произошло, но мужчина успел скрыться в толпе.

- Папенька, а скоро прилетит ди-ри-жа-бля? – стоявший рядом мальчик лет шести-семи дернул отца за рукав.

Та старательность, с которой ребенок выговаривал такое сложное для него слово, невольно вызвала у Агнешки улыбку.

- Не дирижабля, а дирижабль, - поправил молодой отец, больше походивший на старшего брата, - Мишка, потерпи еще немного. Уже скоро.

Хотя отец и сам сомневался в своих словах, но мальчуган заметно приободрился и принялся водить неказистой подзорной трубой по сторонам. Вряд ли с помощью этой самоделки можно было что-то увидеть, но мальчик сжимал ее так, словно это самая ценная вещь на свете.

Агнешка приподнялась на цыпочках, чтобы лишний раз окинуть взглядом разлившееся человеческое море.

Увы, но пробиться в передние ряды не представлялось возможным. Чтобы занять лучшие места на летном поле, зрители начали собираться сильно загодя.

Однако и в этом Агнешка видела пусть и небольшую, но выгоду. Да, она не сможет полюбоваться «Графом Дортмундом» вблизи и не сможет поприветствовать Юлиуса Вернера, но у нее появлялся шанс добежать до ближайшей станции подземки до того, как туда хлынет людская масса. Хотя власти и обещали в честь такого события пустить дополнительные поезда, но давки было не избежать. И очень может быть, что завтрашние газеты запестрят заголовками о пострадавших. Такое в Новой Варшаве уже случалось.

- Вы тоже здесь?

Кто-то снова задел Агнешку, только в этот раз куда деликатнее.

- А? Что? – девушка не сразу поняла, что обращаются именно к ней.

- Не знал, что вы имеете интерес к воздухоплаванью, - высокий худощавый юноша расплылся в улыбке, - я почему-то полагал, что для вас это безделица.

- Отнюдь, - единственное, что смогла ответить Агнешка.

Конечно, девушка изначально понимала, что может встретить здесь кого-то из однокурсников, вот только она не искала себе компанию. Ей куда проще было затеряться в толпе. Некоторые считали ее нелюдимой и даже высокомерной, а Агнешка лишь старалась держаться в стороне. Все общение с однокурсниками ограничивалось учебой.

- Что ж вы тут одна? – спросил Виталик. – Пойдемте со мной! У нас, знаете ли, отличный обзор.

- Право, наверное, не стоит, - робко запротестовала Агнешка. – Мое появление может показаться неуместным.

- Решительно не желаю вас слушать, - рассмеялся юноша. – Вся собравшаяся публика вам хорошо известна.

Можно было и не сомневаться, что под публикой Виталик имел в виду сокурсников.

- Но я думала…

- Пойдемте-пойдемте, - молодой человек ухватил Агнешку за запястья и потащил за собой.

Со стороны такое поведение юноши могло показаться бестактным, но среди студентов подобные вольности были в порядке вещей.

- У нас даже шампанское есть! – прямо на ходу хвастался Виталик. – Это будет феерично! Мы наполним бокалы, как только «Граф Дортмунд» пришвартуется.

То, что некоторые сокурсники могли позволить выложить кругленькую сумму за бутылку игристого, Агнешка вполне допускала. Отпрысков богатых фамилий в университете хватало. Но, скорее всего, сейчас речь шла о пьяной шипучке, неизменной спутнице студенческого веселья.

- А еще наш разлюбезный Леопольд взял киносъемочный аппарат! Ума не приложу, где он раздобыл такую штукенцию, но мы сможем сделать настоящую синематографическую хронику!

Девушка еле поспевала за своим провожатым.

Виталик уверенно вел Агнешку вдоль толпы в сторону возвышавшейся трибуны. Здесь было куда просторнее. По крайней мере, не приходилось каждую секунду натыкаться на кого-то и пробивать себе дорогу. Некоторые прозорливые горожане брали с собой покрывала, раскладные стульчики, корзинки со снедью. Мысль о том, что столь знаменательное событие превращается в вульгарный пикник, даже немного покоробила Агнешку.

- Все, пришли! – наконец-то изрек Виталик.

- Сюда? Вы ничего не путаете? – изумилась девушка

И, действительно, было чему удивляться. Виталик привел ее к тому самому помосту, на котором были обустроены ложи для важных гостей.

- Нам разрешили постоять возле трибуны, - тут же пояснил юноша.

Агнешка даже с облегчением выдохнула. Рядом с высшим обществом ей было бы очень неуютно. А вот оказаться на огороженной территории – это совсем другое дело! Здесь можно будет скоротать время без излишнего шума и суеты, хоть для этого и придется потерпеть тех, кого и так каждый день видишь на лекциях.

- Пропустите, нас там ждут, - Виталик обратился к стоящему в оцеплении охраннику.

Немолодой, но еще крепкий мужчина лишь покачал головой.

- Шли бы вы отсюда.

- Нас, правда, ждут…

- Идите-идите, - важно приосанился охранник, заложив руки за спину.

Виталик выглядел растерянным.

- Но, послушайте, я же недавно только оттуда вышел. Вы должны были меня запомнить!

- А я не обязан всех запоминать. Мало ли кто тут шастает! – охранник начал терять терпение. – Здесь солидные господа отдыхать изволят. А всяких проходимцев пускать не велено.

- Да не проходимцы мы! – взмолился Виталик.

- А ну проваливай!

По выражению лица охранника было видно, что он уже готов схватить молодого наглеца за шиворот и отвесить тому хорошего пинка.

- Почтенный, дайте скорее моему другу пройти! – раздался приятный, почти певучий женский голос.

Все трое повернули головы.

К месту событий быстрым шагам направлялась высокая темноволосая девушка.

Ивонна!

И как только Агнешка сразу не догадалась, кто за всем этим стоит?

- Зачем вы ругаетесь? Я же вижу, что вы совсем не злой! – продолжила красавица.

- У меня приказ, – охранник явно тушевался под таким напором.

- Уверяю вас, у моего друга есть все основания, чтобы находиться здесь, - с улыбкой отвечала Ивонна. – Ах, Агнесса? Вы ли это? Какая прелесть!

Вместо ответа Агнешка лишь что-то пробормотала себе под нос.

- Эти люди со мной, - снова обратилась к мужчине Ивонна. – Под мою личную ответственность.

- Я должен…

Охранник не имел никакого представления, кто стоит перед ним, но та уверенность, с которой говорила брюнетка, заставила его отступить.

- Пойдемте, друзья, пойдемте! – не дав охраннику времени опомниться, Ивонна быстренько подхватила товарищей под локотки.

Ни Агнешка, ни Виталик толком и не поняли, как их сокурснице так ловко удалось все обставить. Это, видимо, был талант.

- Повезло вам, котятки, что я оказалась рядом, - рассмеялась Ивонна, - а то бы пропустили все интересное.

Этот покровительский тон не понравился Агнешке.

- Нам туда, - Ивонна кивнула куда-то в сторону, - Жером уговорил своего папеньку лейб-медика, чтобы нас сюда пустили.

Вот теперь картинка окончательно сошлась.

Ивонну, первую красавицу факультета, не зря считали хищницей. Она прекрасно знала, какое впечатление производит на окружающих, и виртуозно этим пользовалось. Ее мягким просьбам, сдобренным обаянием и милой улыбкой, невозможно было отказать. Очень мягко и ненавязчиво девушка внушала другим, что они действуют не по ее прихоти, а исходя из собственных желаний.

И наверняка в случае с Жеромом было именно так. Хотя самой Ивонне тут можно было отдать должное. Ведь она просила не только для себя, но и для сокурсников из своего окружения. К Ивонне тянулись и юноши, и девушки. Как любая королева, она должна была время от времени поощрять и радовать свою свиту. И с этим Ивонна справлялась на отлично.

- До приземления осталось уже немного, - заговорщицки сообщила брюнетка.

- Не сомневаюсь в вашей осведомленности, - ответила Агнешка.

- Вы мне определенно льстите, дорогая, - если шпилька и была, то Ивонна предпочла не замечать ее, - но у нас еще есть время выпить по бокалу.

Как оказалась, компания студентов расположилась на полянке между медицинскими паромобилями. Тут, конечно, был далеко не весь курс, но даже эти полтора десятка человек создавали эффект столпотворения. И чувствовали себя они здесь вполне вольготно. В предвкушении знаменательного события молодые люди с удовольствием общались и веселились, а спиртные напитки делали атмосферу еще более непринужденной.

К своему неудовольствию, Агнешка отметила, что кое-кто из студентов был уже порядком навеселе.

- Лео, так мы будем сегодня делать синему? – Ивонна обратилась к невысокому полноватому юноше, который возился с установленным на треноге киносъемочным аппаратом.

Запыхавшийся Леопольд поднял голову. Вид у него был одновременно и раздосадованный, и виноватый. Из-под расстегнутого пиджака торчала расходящаяся на животе сорочка, а ранние залысины делали образ юноши еще более комичным.

- Ничего не понимаю, - Лео платком протер раскрасневшееся лицо. – Тут что-то не то с затвором.

- Не расстраивайтесь, Леопольд, - поспешила успокоить Ивонна. – Я уверена, что у вас все получится. Ну а если даже нет, то мы и так хорошо проведем время.

- Получится! Обязательно получится!

Приободренный Лео снова принялся дергать ручки киноаппарата.

- Ивонночка, душенька! Куда вы запропастились? Я вас везде искал!

Слегка пошатываясь, к девушкам подошел еще один молодой человек. В каждой руке парень держал по наполненному бокалу.

- Вы просто обязаны выпить со мной, Ивонночка!

Это был Александр. В обычной жизни он казался скромным и даже застенчивым, ничем не выделяющимся среди сверстников. А вот сегодня, неожиданно расхрабрившись, он почувствовал себя чуть ли не главным балагуром и душой компании.

- А что это тут? Вы привели с собой свою горничную?

Посчитав шутку удачной, Александр расхохотался.

Агнешка прикусила губу.

Вот сейчас ей было обидно.

На фоне разряженной по последней моде Ивонны она в своем блеклом платьице и скромной шляпке, действительно, смотрелась как серая мышка.

- А вы острослов, Саша, - хоть и с улыбкой, но весьма холодно заметила Ивонна. – Я вам благодарна, что вы проявили заботу и принесли нам с Агнессой вина.

- Я…

- Вы можете идти!

Ивонна пристально посмотрела на юношу.

- Ступайте, - повторила красавица.

Сконфуженному Александру только и оставалось, что отдать бокалы и удалиться. Подвыпивший молодой человек явно рассчитывал на совсем другое обращение.

- Не держите на него зла, - Ивонна обратилась к Агнешке. – Он славный, на самом деле. Просто выпил лишнего.

- А я и не держу, - соврала Агнешка.

- Вот и хорошо! – Ивонна пригубила вина, недвусмысленно давая понять, что сокурснице нужно сделать то же самое.

Агнешка осторожно поднесла бокал к губам.

До этого ей всего дважды приходилось пробовать алкоголь, и оба раза ей не понравились. Сейчас все было иначе.

Сначала девушка почувствовала легкую горчинку и нежные пузырьки. Вкус вина был освежающим и вместе с тем терпким. Это было что-то совершенно новое, волнующее, оставляющее легкость и приятное послевкусие.

- Что это? – спросила удивленная Агнешка.

- «Слеза лебедя».

Виталик не врал и не преувеличивал. Сокурсники, действительно, раздобыли настоящее шампанское. А судя по состоянию некоторых из присутствующих, здесь уже было распито не меньше дюжины бутылок.

- Откуда? – Агнешка до сих пор не верила в происходящее.

Подавляющее большинство нововаршавян и мечтать не могли о чем-то подобном. Ведь «Слеза лебедя» - это не просто безумно дорого, это статус, это атрибут красивой жизни.

- Подарок, - Ивонна явно не торопилась допивать свой бокал, словно для нее такие напитки были привычны, - от выпускников нашего факультета. Так заведено.

Агнешка раньше не слышала про такие традиции, но лезть с расспросами не стала.

- Виват Юлиусу! – внезапно закричал кто-то из студентов. И этот возглас тут же подхватили его товарищи, а особо ретивый юноша даже подбросил в воздух свой цилиндр.

У известного инженера и промышленника было немало недоброжелателей. Его называли удачливым авантюристом, кто-то считал его шарлатаном и обманщиком, ученые мужи зачастую надсмехались над его идеями. Но вот и сторонников хватало, а молодое поколение вообще готово было его боготворить. В Юлиусе Вернере видели лидера, способного разрушить старые устои. Его тяга к прогрессу и новаторству находила отклик в сердцах, пышущих юношеским максимализмом. Технократ и филантроп, путешественник и популяризатор науки – за ним готова была идти не только молодежь, своей харизмой он вдохновлял на поиски и свершения.