Инвазия - Сжигая горизонт

Глава 1

Мелькающие вдоль дороги посёлки, усеянные сиреневыми пятнами, поля, частично скрытые в тумане, и редкие ленты рек — всё это, казалось, застыло в неестественной, гнетущей тишине. Мимо проплывали пустые бензоколонки, свободные стоянки перед магазинами — всё, что ещё недавно было частью живой, суетливой жизни, а теперь превратилось в декорации к апокалипсису.

По петляющей дороге осторожно двигались четыре автомобиля, в которых находились не потерявшие надежды такие разные люди — пережившие исчезновение близких, одиночество, нападения бандитов и всё же сумевшие объединиться в небольшой, но крепкий коллектив. Им предстояло преодолеть тысячи километров и добраться до Новосибирской области, где находился бункер, с которым они установили радиосвязь. Персонал бункера предложил им убежище, защиту и надежду на выживание. Они ехали туда, веря, что впереди не просто бетонные стены, а шанс найти ответы на сотни вопросов. Вера в то, что они смогут выжить в этом изменившемся мире. Или хотя бы попытаться.

Всего два часа назад они покинули Владивосток. Теперь подъезжали к Уссурийску — он должен был показаться за поворотом. Раньше этот путь занимал не больше полутора часов, но сейчас дорога была усеяна серо-сиреневыми, тускло пульсирующими пятнами. Их липкая субстанция налипала на колёса, мешая разогнаться до той скорости, которая когда-то казалась обычной, привычной, само собой разумеющейся.

На дороге навечно замерли пустые автомобили и огромные фуры — с того самого момента, когда их водители и пассажиры исчезли. Они хаотично стояли прямо на полосах. В кюветах лежали перевёрнутые, искореженные, словно металлические монстры, поверженные в неравной битве. На поле справа, у самой кромки выгоревшего леса, темнел разорванный, обгоревший остов пассажирского самолёта. Его обломки, разбросанные на сотни метров, угадывались среди клочков тумана — мрачные, как кости вымершего динозавра, как память о мире, который рухнул в одну ночь.

В машине тихо звучала спокойная музыка — какой-то старый трек, попавший в плейлист случайно, а теперь успокаивающий от созерцания хаоса вокруг. Андрей крепко держал руль, хмурился, глядя на мрачные картины обезумевшего мира за окном. Аня молча смотрела в боковое стекло, задумчиво накручивая на палец прядь своих тёмных волос. На заднем сиденье Людмила и дети о чём-то тихо переговаривались — голоса звучали приглушённо, доверительно, будто они уже давно знали друг друга.

Андрей бросил взгляд в боковое зеркало, где отражались три автомобиля, следующих за ним. Красный «Форд» Антона с загруженным до отказа багажником, внутри салона — Эльвира и Иван Сергеевич. Чёрный джип «Лэнд Крузер» с Лексом, Яной и Егором. И белый грузовик с крытой будкой, за рулём которого сидел Рави, а рядом — Степан Валерьевич, старый военный, чьё присутствие внушало уверенность даже на расстоянии.

Подъезжая к развязке трассы А-370, они свернули на Владивостокское шоссе, ведущее в Уссурийск. Андрей надеялся найти человека, о котором рассказывал Лекс — учителя начальных классов, встреченного им на третий день после того, как мир рухнул. Спустя несколько минут они приблизились к мосту через реку Комаровка, за которым уже начинался город. Андрей остановил машину, наблюдая, как над одним из районов Уссурийска висел чёрный объект — точно такой же, какой они видели во Владивостоке. В салоне повисло напряжение.

Он вышел, держа в руках бумажную карту, и направился к джипу Лекса. Антон тоже выбрался из своего «Раптора» и, хрустнув шеей, подошёл к ним. Лекс уже опустил стекло и смотрел на них одним глазом — второй открывался с трудом, на лице раны заклеены пластырем, синяки и зелёно-жёлтые пятна, но взгляд оставался цепким, холодным и понимающим.

— Напомни адрес этого учителя, — попросил Андрей.

Лекс задумался, но лицо его, изуродованное и почти неподвижное, не выражало никаких эмоций.

— Плеханова, четырнадцать, — ответил он наконец.

Андрей развернул карту и принялся водить пальцем, прокладывая маршрут. Антон, воспользовавшись паузой, кивнул в сторону Лекса:

— Ты как?

— Всё на лице написано, — ответил тот и попытался усмехнуться, но тут же скривился от боли — незажившие трещины на губах дали о себе знать.

— Ты главное не раскисай, лады? — тихо сказал Антон.

Лекс не успел ответить. Андрей, закончив с картой, поднял голову и распорядился:

— Егор пусть дрон возьмёт и над городом полетает, глянет, что там за обстановка.

За спиной Лекса началась возня. Задняя дверца джипа распахнулась, и на асфальт выпрыгнул парнишка с взлохмаченными волосами и коробкой в руках. Он деловито, почти профессионально принялся распаковывать дрон, и Андрей невольно задумался. Ещё недавно этот детдомовский пацан попал в банду Саныча — не по своей воле, а по жестокой необходимости. Его завербовали уголовники, уроды, которые не видели в нём человека. Но после того как Давид, защищая дом, сломал ему нос и они с Лексом и Степаном Валерьевичем взяли парня под своё крыло, Егор начал меняться. Впервые в жизни он увидел, что такое отзывчивость, внимание, ответственность и ласка — те чувства, которых он раньше не знал. Сейчас он выглядел собраннее, серьёзнее, повзрослевшим.

— Ну что, привал пока? — спросил Антон.

— Да, минут десять, — Андрей снял с пояса рацию, нажал тангенту. — Аня, можете с Людмилой и детьми проветриться, только далеко от машин не уходите.

Услышав это, пассажиры всех четырёх автомобилей начали выбираться, разминая затёкшие ноги. Кто-то потянулся, кто-то отошёл к обочине. Соня выпустила из рук кота на асфальт, тот испуганно принюхивался и боялся отойти от девочки.

Иван Сергеевич подошёл к Андрею и, показав пальцем на зависший в небе чёрный объект, откашлялся:

— Надеюсь, нам не туда, где это висит?

— Нет, нам в другую сторону, — спокойно ответил Андрей.

Иван Сергеевич облегчённо выдохнул.

— Вы как себя чувствуете? — спросил Андрей.

— Уже лучше, — профессор слабо улыбнулся. — Спасибо Ане и вам за то, что в больнице меня отхаживали. Без вас бы я

— Не надо, — перебил Андрей. — Главное, что живы.

Иван Сергеевич кивнул, и они оба посмотрели в сторону города, где над крышами домов висела чёрная тень — такая же, как та, что заставила их когда-то прятаться в подвале.

Когда Егор закончил разведку города с воздуха, он сразу подошёл к Андрею и принялся докладывать, сбиваясь от волнения:

— Много сгоревших домов. И на зданиях фигня какая-то. Будто их чем-то чёрным облили.

Иван Сергеевич, стоявший рядом, оживился:

— Это, видимо, те чёрные объекты. Сверху выливают для чего-то.

— И для чего? — спросил Андрей, поворачиваясь к профессору.

Тот лишь развёл руками.

— Так, ладно, — Андрей снова переключился на Егора. — Что-то странное ещё заметил? Присутствие людей?

— Людей не видел, — Егор нахмурился. — А странное — это что?

Андрей задумался: а действительно, что ещё может быть странным в мире, где дороги усеяны пульсирующими пятнами, дома покрыты чёрными потёками, над городами висят непонятные объекты, а по ночам из тумана доносятся звуки, которые невозможно описать словами? Он решил оставить вопрос без ответа.

— Упаковывай дрон, выезжаем через пару минут, — сказал он Егору.

Парень принялся аккуратно складывать аппарат обратно в коробку, но на его лице застыл немой вопрос: что же ещё странного имел в виду Андрей?

Когда все вернулись в машины, колонна тронулась, пересекла мост и въехала в город.

Ехали медленно. Смотрели по сторонам — на чёрные провалы окон в сгоревших зданиях, на странные потёки на фасадах уцелевших домов, на въезды в застывшие дворы, где среди брошенных машин витал пронзающий страх.

Всего за пару недель город превратился в жуткую декорацию. И каждый понимал: сейчас, возможно, так выглядят все города. Эта мысль пугала не меньше, чем само исчезновение людей.

Наконец машины вкатили во двор нужного дома и остановились. Панельная пятиэтажка с разномастными лоджиями выглядела не менее сюрреалистично, чем весь окружающий пейзаж.

Первое, что бросилось в глаза, — фасад, проецирующий визуальный бардак и вызывающий архитектурный диссонанс. Если обычный дом стремится к гармонии или хотя бы к единообразию, то этот, казалось, гордился своей фасадной шизофренией. Это был не столько результат строительного брака, сколько коллективное творчество жильцов, доведённое до абсурда. Лоджии выглядели как отражение хаоса.

Соседство разноцветных сайдингов, увешанных блоками кондиционеров, и разная ширина остекления лоджий рождали странную ассоциацию: будто группа сумасшедших портных пыталась сшить единый костюм для великана, но каждый шил свою часть из того, что нашёл. Балконы здесь жили своей жизнью — это был и крик души о нехватке места, и борьба за уют, и просто вызов серой панельной скуке. Глядя на них, невольно начинаешь понимать архитектуру Уссурийска лучше, чем по любому учебнику.

Красок в эту картину добавляли чёрные потёки на фасаде, а на асфальте и клумбах — мелкие серо-сиреневые пятна. Тишина стояла такая, что казалось, даже воздух замер, боясь пошевелиться.

— Это сюр какой-то, — пробормотала Аня.

Андрей лишь хмыкнул, нащупывая рацию.

— Лекс, как зовут этого учителя?

В ответ — только тишина. Андрей уже хотел повторить вопрос, как в эфире раздался голос Лекса:

— Не помню, — выдохнул он с досадой.

— Ладно, разберёмся.

Андрей вернул рацию на пояс, несколько раз коротко нажал на клаксон и выбрался из машины, всматриваясь в каждое окно.

— Посигналь ещё, — попросил он Аню, крикнув в салон автомобиля.

Она протянула руку к рулю и нажала несколько раз.

— Ничего и никого, — протянул Андрей, бегая глазами по окнам и балконам.

— Может, он вышел куда-то? Или спит? — с надеждой сказала Аня из салона.

К Андрею подошли Антон и Эльвира.

— За домом магазинчик какой-то видели, — сказал Антон. — Мы туда прогуляемся.

— Хорошо, только осторожно, — бросил Андрей им вслед.

— Само собой! — выкрикнула Эльвира на ходу, не оборачиваясь.

Андрей, не отводя взгляда от окон, снял с пояса рацию.

— Лекс, скажи Егору, пусть птичку выпускает.

Едва он успел закрепить рацию обратно, как из машины Лекса выбрался парень с дроном, будто он уже был наготове и ждал, когда вспомнят о нём, — а следом за ним, чуть стесняясь, вышла Яна. Она быстро направилась к Андрею и, проходя мимо, смущённо и даже как-то виновато пробормотала:

— Я тоже в магазин схожу. Мармеладок захотелось.

— И детям возьми, — попросил Андрей.

— Хорошо, — улыбнулась Яна и, легко перейдя на бег, догнала Антона с Эльвирой. Андрей проводил их взглядом, затем перевёл глаза на Егора, который уже возился с дроном. Парень сосредоточенно поправлял лопасти, проверял аккумулятор — и на его лице было то выражение, которое бывает у человека, когда он занимается делом, важным для всех, но не перестающим от этого быть его собственным и принципиальным.

Андрей скривился, осматривая колёса своей машины. Тягучая субстанция — серая, сиреневая, с чёрными вкраплениями — забилась в каждую щель протектора, налипла сгустками на внутреннюю часть арок. «Надо бы иногда промывать на стоянках колёса с арками», — подумал он.

На плечо легла чья-то рука. Андрей повернулся. Рядом стоял Степан Валерьевич с сигаретой во рту и Рави — в солнцезащитных очках, напоминавший героя из индийского кино. Широкие стёкла придавали его лицу невозмутимое, почти загадочное выражение.

— Нужно как-то отмывать это дерьмо, — хрипло буркнул старик, кивнув на колёса «Лексуса».

— Я вот о том же думаю, — покачал головой Андрей. — Нужно какую-нибудь ручную аккумуляторную мойку поискать.

— Обратно когда поедем, там на выезде несколько автомагазинов видел. Глянем, — согласился Степан Валерьевич.

В рациях у Андрея и Степана Валерьевича одновременно раздался встревоженный голос Эльвиры:

— Тут мужик какой-то в магазине. Наверное, ваш учитель. Напугал, скотина!

— Принял, — оживился Андрей.

— Сейчас приведём его, — бросила она на выдохе.

— Нашёлся значит, — усмехнулся Степан Валерьевич, выбрасывая окурок.

Андрей кивнул, всматриваясь в угол дома, откуда должны были показаться ребята. Внутри затеплилась надежда на то, что он согласится присоединиться к ним.

Спустя несколько минут из-за угла показались с пакетами Антон и Эльвира, а рядом с ними, чуть ссутулившись, шёл худой и высокий парень в очках. На его лице застыло виноватое выражение, которое соседствовало со страхом. Длинноватые светлые волосы были зачёсаны назад. Чёрные брюки со стрелками и белая рубашка на выпуск смотрелись нелепо, особенно в сочетании с домашними тапочками на босую ногу. В руках он держал наполовину полный чёрный пакет.

Когда они подошли ближе, Эльвира раздражённо буркнула и легонько толкнула парня в спину:

— Принимайте.

— Эля, ну зачем же так с человеком? — прохрипел Степан Валерьевич.

— Нефиг было меня так пугать, — она посмотрела на парня зло, и тот втянул голову в плечи, совершенно не понимая, что вообще происходит и кто эти люди, собравшиеся вокруг него. Глаза за очками испуганно бегали, пальцы нервно сжимали пакет, и казалось, он был готов в любую секунду сорваться с места и побежать — куда угодно, лишь бы подальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.