Алчное Сердце

Глава

Евгений БАЛАШОВ

Пьеса

полная версия

Знак информационной продукции 12+

Современный писатель Евгений Балашов в своем новом произведении ярко и сатирично показывает беды нашего времени. Как утверждает автор предисловия к книге С. Шаргунов, «автор отлично знает среду “хозяев жизни”, легко меняющих принципы, но верных одному — торжеству сильного.

Данная пьеса в течение нескольких лет ставилась на сцене московского Центрального Дома Актёра им. А.А. Яблочкиной на Старом Арбате. Полная версия фактически является литературным сценарием для создания экранизации данного произведения.

ОТ АВТОРА

Писателей и драматургов всегда волновала тема человечности и того, что нас делает людьми, что отличает нас от зверя или куклы. Это «Франкенштейн» Мэри Шелли, «Пиноккио» Карла Коллоди, «Остров доктора Моро» Герберта Уэллса и, конечно же, «Собачье Сердце» Михаила Булгакова. Но я, как и Ульям Голдинг в своем «Повелителе мух» хотел присмотреться к тому, где же у нас проходит та самая грань звериного и в чем ее природа. Где в человеке живет звериное нечто. Нас всегда подкупают простые ответы на сложные вопросы, но, увидев надуманность простого ответа, мы начинаем задумываться. Моя пьеса – это аллегория, которая дает простой ответ на вопрос о природе алчности, так давайте задумаемся о том, где же мы перестаем быть людьми и где в наших сердцах может таиться та самая капля звериной крови.

© Балашов Е.Б., текст, 2019

© Балашова Е.А., иллюстрации, 2019

Евгений Балашов ярко и сатирично показывает беды нашего времени.

У бед есть носители – эти персонажи слишком хорошо известны своими повадками и деяниями.

И не важно, какая историческая погода на дворе, всегда найдутся алчные и осатанелые разрушители и стяжатели, готовые сметать всё и всех на своём пути.

Автор отлично знает и точно показывает среду «хозяев жизни», легко меняющих принципы, но верных одному наглому принципу — торжества сильного. Смешно читать, но и очень грустно.

Литературный сценарий «Алчное сердце» безусловно имеет перспективы экранизации и театральной постановки. Уверен, что у будущего зрителя возникнут свои ассоциации с образами, сочно нарисованными автором. Произведение звучит актуально для сегодняшнего дня, в нем выпукло показана сама природа алчности и жадного обогащения любой ценой без всяких тормозов и оглядки на справедливость и традиционные христианские принципы.

Автор выдвинул колоритную гипотезу генетической природы алчности, смело поднимает непростую тему: внутри каждого из нас живет конфликт и непримиримая борьба алчности и справедливости.

Времена меняются, а типажи, изображённые Булгаковым в «Собачьем сердце» и Гербертом Уэлсом в «Острове докторо Моро», по-прежнему лихие, дикие и вездесущие.

Сергей Шаргунов, писатель

Посвящаю эту книгу моим родителям:

Людмиле Ивановне и Борису Геннадьевичу Балашовым, а также выдающемуся русскому актеру

Владимиру Алексеевичу Толоконникову

ПЬЕСА

АЛЧНОЕ СЕРДЦЕ

полная версия

Сделанное тобой к тебе же и вернется.

У. Черчилль

СЦЕНА 1

1925 ГОД. МОСКВА, УЛИЦА СИВЦЕВ ВРАЖЕК —

СТАРИННОЕ ЗДАНИЕ БЫВШЕЙ КУПЕЧЕСКОЙ УСАДЬБЫ.

Крупным планом табличка на стене у входа: «Институт экспериментальной биологии. Лаборатория Русского евгенического общества. Руководитель — профессор СОЗДАНОВСКИЙ».

Интерьер научной биохимической лаборатории: стеллажи вдоль стен, специальные столы, на которых стоят приборы, склянки с химреактивами, железные металлические штативы, стеклянные кюветы с подопытными мышами.

В центре — овальный массивный дубовый обеденный стол, покрытый атласной голубой скатертью. В центре стола — супница, расставлены две тарелки, серебряные приборы. За столом друг напротив друга двое: немолодой человек, с козлиной бородкой и в пенсне. Седой, смуглый, лицо сообразно пожилому возрасту с мимическими морщинками, одет в черный дорогой костюм. Это — профессор СОЗДАНОВСКИЙ Филипп Филиппович. Напротив — мужчина средних лет, опрятно подстриженный, с глубокими залысинами, одетый в строгий коричневый шерстяной костюм. Это ассистент профессора, доктор МОНТГОМЕРОВ Иван Арнольдович. Ведут беседу. Традиционную, как и всегда.

В помещение то входит, то выходит молодая женщина, работающая прислугой. Она недурна собой, у нее черные вьющиеся волосы, заплетенные в две толстые косы и прикрытые, по моде того времени, шелковой красной косынкой. Женщина одета в желтое шелковое платье-футляр. Это тот самый универсальный наряд, который уместен всегда и везде, как для работы, так и для похода на культурные мероприятия.

Интонация разговора нервная, обсуждается тема на злобу дня.

МОНТГОМЕРОВ

Куда катится мир, уважаемый Филипп Филиппович? Сколько же можно терпеть этого негодяя Швондера? Он так и продолжит мстить нам, профессор?

СОЗДАНОВСКИЙ

Не знаю, дорогой Иван Арнольдович, что вы подразумеваете под местью, но его деятельность у меня тоже вызывает ряд серьезных вопросов, на которые не могу найти ответа. Я не понимаю, к примеру, почему его так поддерживают «сверху» (поднимает вверх указательный палец). Это во-первых. Хотя мой покровитель, которого я лечу вот уже, почитай, пять лет, обещал мне оказывать всемерную помощь, он не смог ничего поделать и как-то посодействовать — этот негодяй Швондер со своими певунами все же нас уплотнил. Да это все еще терпимо. Во-вторых, и это главное, он же, дьявол, кроме всего прочего, добивается, чтобы мы прекратили всю нашу научную и медицинскую практику в Москве и в России. Уверен, что он, подлец, добьется этого!

МОНТГОМЕРОВ

Не следует, уважаемый Филипп Филиппович, поддаваться на провокации домкома и этого Швондера! Ваши результаты поистине гениальны! Они переживут века. А то, что этот пресловутый домком во главе с его предводителем Швондером сохранил нам для работы пять комнат и что нам теперь приходится столоваться именно здесь, в лаборатории, среди колб и подопытных мышей, — это все временно. Они еще пожалеют о своих действиях и проделках. А потом, я вам так скажу, Филипп Филиппович, после того как мы убрали главного возмутителя спокойствия — БАРБОСОВА, буря должна утихнуть. Главное, что они ни при каких обстоятельствах не должны узнать о продолжении наших исследований.

СОЗДАНОВСКИЙ

Все верно, доктор. Я просто никак не привыкну к этим новым порядкам. Я не умею петь хором, наконец, я не люблю собраний с пустыми повестками! В ответ на это они ненавидят меня и нашу жизнь. Под их нелюбовь попали и наши исследования.

За разговором они незаметно опустошили свои тарелки с борщом. Зина приносит из кухни горячее блюдо, раскладывает его по тарелкам, интересуется, все ли в порядке, вышла, унося с собой грязную посуду. Профессор берет графин с рябиновой настойкой, молча наливает себе и доктору.

СОЗДАНОВСКИЙ

Иван Арнольдович, хочу поднять этот тост за будущее евгеники и нового прекрасного человека России!

Хрустальные рюмки на тонких ножках сталкиваются, распространив по залу нежный звон. Профессор и доктор выпивают, закусывают ломтиками селедочки с луком. Короткая пауза.

МОНТГОМЕРОВ

(после короткой паузы)

Я восхищен вашей интуицией, профессор!

СОЗДАНОВСКИЙ

(удивленно смотрит на доктора)

Вы только сейчас пришли к этому выводу? С чего это вдруг, Иван Арнольдович?

МОНТГОМЕРОВ

(восхищенно)

Я про результаты и про выбранный вами материал для евгенического эксперимента. Только то, что вы выбрали для этого эксперимента именно собаку, а не какое-то иное существо для улучшения человека, — это действительно научный прорыв!

Камера крупным планом показывает СОЗДАНОВСКОГО. Его лицо выражает полное удовольствие от слов МОНТГОМЕРОВА.

В кадре, один сменяя другой, появляются фрагменты советских черно-белых документальных хроник: марширующие и поющие люди на Красной площади, яркие вывески магазинов и одетые по той моде москвичи с веселыми лицами.

Перед зрителем предстает крупным планом кабинет, обставленный дорогой антикварной мебелью, за столом сидит профессор СОЗДАНОВСКИЙ, больше похожий на доктора какой-нибудь лондонской академии, нежели на русского ученого. Он делает записи в рабочем журнале, похожем на дневник, которому можно доверить самые сокровенные, смелые мысли и события.

КАБИНЕТ ПРОФЕССОРА СОЗДАНОВСКОГО. Раздается стук в дверь.

МОНТГОМЕРОВ

(нерешительным тоном) Разрешите войти, профессор?

СОЗДАНОВСКИЙ

Конечно же доктор, вы как раз вовремя! Я записываю ход нашего исследования и хочу, чтобы вы были в курсе происходящего.

Камера наезжает на журнал, и явно читается первая фраза: «Сегодня я нашел подходящего пса на улице...»

Эта фраза повторяется голосом СОЗДАНОВСКОГО за кадром. И страницы дневника оживают. Проходят документальные кадры, как профессор подходит к бездомному псу, подманивает его традиционным «фьить-фьить», угощает колбасой, как он ведет собаку к своей лаборатории. Далее пес получает кличку Шарик, его откармливают, готовят к операции-эксперименту.

МОНТАЖ.

Профессор переворачивает следующую страницу дневника, на которой появляется надпись: «Я рискнул пойти на этот эксперимент...» И мы наблюдаем следующее событие.

ОПЕРАЦИОННАЯ.

Оперируемая собака превращается в нечто наподобие человека. Голос СОЗДАНОВСКОГО комментирует за кадром: «Я испытывал ликование от содеянного, но не понимал, какого монстра породил!»

Рука профессора снова переворачивает страницу, на ней появляются слова: «Он неуправляем, проснулись первозданные инстинкты, присущие исключительно собаке…»

НА ЭКРАНЕ ВОЗНИКАЕТ НОВЫЙ СЮЖЕТ.

ПИВНАЯ.

Смрад, шум, толпа суетящихся людей, громко разговаривающих за стойками, кто-то уже лежит на обшарпанном заплеванном полу. БАРБОСОВ заигрывает с девушкой без особых моральных принципов и в явном подпитии. В нем уже практически ничего не напоминает о его собачьем происхождении, но и человеческого маловато. Обросший, растрепанный, движения размашистые, неуклюжие, повышенная волосистость.

БАРБОСОВ

Как только я тебя увидел, сразу же понял, что ты та единственная, которую хочу любить всю свою жизнь...

КАБИНЕТ ПРОФЕССОРА СОЗДАНОВСКОГО.

БАРБОСОВ пристает к горничной Зине, пытается ее обнять, тянется к ней своим щетинистым взлохмаченным слюнявым лицом, чтобы поцеловать, но Зина бежит от него, краснея от стыда и обиды. БАРБОСОВ настигает ее уже где-то за кадром, в комнате. Сцена обрывается вскриком девушки и его возгласом: «Я дико люблю вас!»

УЛИЦА. МАШИНА ДЛЯ ОТЛОВА БЕЗДОМНЫХ ЖИВОТНЫХ, ИЗ КОТОРОЙ ДОНОСЯТСЯ ГРОМКИЕ, НА ВСЮ УЛИЦУ, КОШАЧЬИ КРИКИ.

В ней сидит БАРБОСОВ. Рядом, поджав под себя ноги, съежившись и вжав голову в плечи, очень милая девушка в скромной шляпке и сером пальто. Видно, что она не просто стесняется, но при этом боится и стыдится его общества.

БАРБОСОВ

Ты должна мне верить! Не бойся, не обижу! Я люблю тебя! Мы будем жить вместе в прекрасной большой квартире...

Следующая страница дневника профессора.

Из тумана снова возникают кадры хроники. БАРБОСОВ и очередная его пассия в ресторане «Славянский базар». Они весело и непринужденно разговаривают. БАРБОСОВ шепчет что-то на ухо девушке, та громко смеется и краснеет.

Москва, 1930 год, ближе к вечеру.

Рука СОЗДАНОВСКОГО переворачивает очередной лист. Выплывает фраза, озвученная им: «В итоге я попытался его уничтожить, но не смог...»

В кадре — драка между профессором, БАРБОСОВЫМ и доктором МОНТГОМЕРОВЫМ. Последний пытается сделать инъекцию БАРБОСОВУ, которая должна повернуть вспять процесс его очеловечивания.

КАБИНЕТ ПРОФЕССОРА СОЗДАНОВСКОГО.

СОЗДАНОВСКИЙ

(Монтгомерову)

Мы в ответе за то, что натворили — создали монстра, плоды которого распространились теперь по всей России. Что из этого получится и где они теперь, я не представляю! Я уверен, что смогу еще все исправить! Ведь все то, что творит эта чертова собака, — несёт зло. Мы наблюдаем за всем тем, что он успел натворить, но пока совсем не понимаем, к чему это все приведет в будущем, а ведь мы хотели улучшать род человеческий.

СОЗДАНОВСКИЙ роняет взгляд на журнал и на чистом листе пишет: «Я наблюдаю за...»

В кадре из дневника снова оживает очередное воспоминание. Чуть изменившаяся с возрастом девушка с работы БАРБОСОВА сидит на маленькой кухне, ее окружают 5 детей одного возраста, которые из открытого окна забрасывают уличного кота камнями из карманов.

ДЕВУШКА

(с беспокойством)

Я знаю, кем он был! Все ли в порядке будет с моими детьми? Не пойдёт ли процесс вспять, как у БАРБОСОВА? Я имею в виду, останутся ли они людьми?

СОЗДАНОВСКИЙ

Должен вам признаться: я солгал обществу, что БАРБОСОВ снова стал псом. Мы нашли похожую собаку и выдали ее за БАРБОСОВА, который просто сбежал от всех. Думаю, что вашим детям пока ничего не грозит, как и другим его потомкам.

ДЕВУШКА

(взволнованно, глядя пристально в глаза СОЗДАНОВСКОМУ)

А еще какие-нибудь дети от него есть?

СОЗДАНОВСКИЙ

Я знаю ещё только о двух-трех девушках, кроме вас, и у каждой из них также родилось много детей. Кроме всего прочего, я чувствую и свою вину за все, что натворил этот плод моего научного эксперимента по улучшению человека — БАРБОСОВ. И неизвестно, сколько еще детей он поразбросал по России. Мне страшно даже представить, во что он сам мог превратиться в новом советском обществе.

КАБИНЕТ ПРОФЕССОРА СОЗДАНОВСКОГО.

СОЗДАНОВСКИЙ

(закрывает дневник)

Я должен закончить это исследование, пока последствия никому не навредили. И если придется потратить остаток жизни на это, я согласен. Но если у меня не получится, обещайте продолжить мое дело. Мы должны довести его до конца. У нас был шанс уничтожить недочеловека, но мы его упустили. Все, что вам нужно знать, в этом журнале.

СОЗДАНОВСКИЙ стучит рукой по закрытому дневнику.

СЦЕНА 2

ГОСТЕПРИИМНЫЙ СОЧИ.

ГОВОРУНОВ ПОЛУЧАЕТ НОВОСТЬ ИЗ МОСКВЫ. РОКОВОЙ ГОСТЬ.

В КАДРЕ — СОЧИ. РАННЕЕ СОЛНЕЧНОЕ СЕНТЯБРЬСКОЕ УТРО.

Живописные пейзажи города с его окрестностями и достопримечательностями. Кадры объектов, построенных к зимней Олимпиаде 2014 года: Роза Хутор, стадион «Фишт», набережная, веселые отдыхающие и т.п. Пляж, плотно забитый загорающими и купающимися.

В кадре по набережной прогулочным шагом в джемпере и джинсах идет мужчина. Это Олег Маркович Говорунов, который пятый год подряд в это время прилетает в Сочи для участия в Международном конгрессе генетиков.

Профессор Говорунов — шестидесятилетний российский ученый, специалист в области молекулярной диагностики, геномики, протеомики и системной биологии. Окончил Второй медицинский институт им. Н.И. Пирогова и был распределен в научную лабораторию генетических исследований Московского института гена. Защитил сначала кандидатскую диссертацию по направлению «биохимия», затем — докторскую на тему, связанную с молекулярной биологией. В результате своей многолетней научной работы был назначен директором Московского института гена.

Вся его жизнь была посвящена только науке. По этой причине отошедшая на второй план личная жизнь была связана лишь с одними неудачами.

Олег Маркович — интересный мужчина с яркой внешностью. Средний рост. Атлетическое телосложение. Жесткие, слегка вьющиеся волосы. Тот типаж, который обычно раскрывается к среднему возрасту, когда к яркой внешности прибавляется еще и жизненный опыт. Первое впечатление от его карих глаз, оттененных смуглой кожей, — брутальность, жесткость, характер. Однако его фанатичная увлеченность наукой постепенно свела на нет его внешние данные. Одет он без всякого вкуса и гармонии. Неприметный джемпер, истертые джинсы классического фасона, кроссовки. Один серый костюм, неопределенного происхождения и, как говорится, «с чужого плеча», который надевался исключительно для участия в конференциях и походов по «кабинетам власти».

В Сочи он всегда приезжал за день до начала конференции, чтобы в свободный вечер подышать свежим морским воздухом, отдохнуть и подготовиться к очередному докладу.

В этом году, не отходя от своих традиций, Олег Маркович прилетел вчера, в пятницу, и сегодня рано утром, плотно позавтракав в гостинице, вышел на набережную Олимпийской деревни, чтобы прогуляться перед форумом.

Звонит его мобильный телефон. Он прикладывает трубку к уху, слышит знакомый голос его заместителя, Светланы Васильевны Тельновой, которая осталась в Москве.

ТЕЛЬНОВА

(по телефону)

Доброе утро, Олег Маркович! Это Светлана. Извините, что беспокою вас так рано. Но вы мне сказали, что результаты исследований я могу докладывать вам в любое время по мере получения чего-то нового. Можно?

ГОВОРУНОВ

Светлана, конечно, какие могут быть тут стеснения? Что с результатами? Что-то новое получили?

ТЕЛЬНОВА

(взволнованно)

Да, Олег Маркович! Это прорыв и убедительная победа над скептиками! Ваша интуиция действительно гениальна! Все десять взятых проб биоматериала предположительных родственников БАРБОСОВА, как вы и предсказывали, положительные!

ГОВОРУНОВ

Постойте, Светлана, не торопитесь, пожалуйста, с выводами и расскажите без эмоций и спокойно, когда вы успели получить подтверждение? Все десять? Все? Положительные? На предмет возможных ошибок проверили, как я вас просил ранее?..

От услышанных новостей у Олега Марковича лоб покрывается испариной, лицо краснеет от прилива крови, руки дрожат. Ему кажется, что пройдет еще мгновение, и он вовсе потеряет сознание. Но именно в это мгновение он вдруг отчетливо понимает, что надо справиться со своими эмоциями, ведь многолетние исследования его самого и его коллектива завершились совершенно неожиданными положительными результатами! Ему стало обидно, что его как руководителя исследований нет в Москве, в институте! Что же делать? Как поступить?! Срочно вернуться в Москву или руководить из Сочи?

Нет, сию минуту это не решить. Надо все тщательно обдумать, но ясно одно, что сейчас нельзя принимать скоропалительных решений. Два-три дня, даже неделя ровным счетом ничего не решат! Олег Маркович берет себя в руки, заметно, что он справляется со своими эмоциями, делает пару глубоких вздохов, отчего жар с лица начинает спадать.

Пока он размышляет, как ему поступать, Светлана скороговоркой диктует последние результаты исследований, но зрителю ее сообщение напоминает некое подобие шифра, которым обмениваются между собой шпионы в телесериалах про шпионов — какие-то имена, цифры, термины, шкалы и никаких иных, понимаемых нормальным человеком слов.

ГОВОРУНОВ внимательно слушает весь пятнадцатиминутный подробный доклад Тельновой, по окончании выдерживает паузу и в конце отвечает спокойно и предельно лаконично.

ГОВОРУНОВ

Спасибо, Светлана, за хорошие новости, но дайте время, чтобы прийти в себя и пошагово продумать, как поступить. Я перезвоню и сообщу вам свое решение, затем мы с вами вместе без суеты определим, что делать дальше. Вы еще будете на работе, учитывая, что сегодня выходной?

ТЕЛЬНОВА

(с вдохновением, торжествуя) Да конечно же Олег Маркович! Я теперь из лаборатории никуда не уйду ни сегодня, ни завтра!

ГОВОРУНОВ

Хорошо, тогда ждите моего звонка! Да, и еще! Самое главное — срочно пришлите мне все результаты на электронную почту.

ТЕЛЬНОВА Я уже начала пересылать вам отчет!

ГОВОРУНОВ

Будем на связи, Светлана Васильевна! Еще раз благодарю за хорошие новости!

ТЕЛЬНОВА До связи, Олег Маркович!

Олег Маркович тем временем, пока разговаривал по телефону с заместителем, доходит до своей гостиницы, одной из тех новых, которые были построены к зимней Олимпиаде. Конец его разговора с Москвой происходит уже в фойе. Только он заканчивает разговор, как к нему подходит высокая стройная симпатичная ДЕВУШКА.

ДЕВУШКА Господин Говорунов Олег Маркович?

ГОВОРУНОВ

(внимательно смотрит на девушку) Да.

ДЕВУШКА

(наигранным официальным тоном)

Я Екатерина, волонтер оргкомитета Пятого Международного конгресса генетиков. Передаю вам материалы конгресса и папку с программой и основными докладами. Обращаю также ваше внимание, что пленарное заседание начинается сегодня в десять утра, при этом предусмотрен один кофе-брейк. Пленарную часть конференции планируется закончить не позднее тринадцати часов. Затем перерыв на обед, до четырнадцати. После обеда будут три панельные дискуссии, которые продлятся до семнадцати часов. По окончании организована культурная программа, а вечером состоится прием от имени губернатора Краснодарского края. Ваш доклад запланирован в пленарном заседании вторым, после выступления американского профессора Джона Маккензи. Есть ли у вас какие-то вопросы?

Олег Маркович еще пребывал в оцепенении от новостей из Москвы, не понимая, какое решение для себя принять — срочно возвращаться в Москву или оставаться на конференции.

ГОВОРУНОВ

(растерянно и неуверенно)

Нет, спасибо. Все по плану, все по плану. Спасибо, Екатерина. (Имя девушки он прочитал на бейдже на ее пышной груди — он никогда не запоминает имен при знакомствах.)

Девушке остается только пожать плечами и откланяться. Профессор поднимается к себе в номер, открывает дверь, снимает ботинки, джемпер, входит в ванную комнату и умывается холодной водой. Ему требуется немного времени, чтобы собраться с мыслями и принять правильное решение. «Срочно вернуться в Москву или остаться в Сочи и сделать сенсационный доклад на конгрессе! Стоп. Конечно же надо делать доклад здесь, на конгрессе! — резанула мысль. — Доклад! Конечно же доклад! Даже обязательно доклад!» Олег Маркович выбегает из ванной комнаты, не вытирая лица, садится в кресло у балкона и набирает номер телефона заместительницы.

ТЕЛЬНОВА

Слушаю вас, Олег Маркович.

ГОВОРУНОВ

Светлана Васильевна, я принял решение — я остаюсь здесь, в Сочи, так как все же должен сделать доклад на конгрессе! Сначала мы готовили стандартное, скучное изложение наших текущих результатов, а сейчас у нас есть шанс (быстро смотрит на часы). Хотя у нас с вами совсем мало времени, только лишь один час, но мы должны устроить сенсацию на конгрессе! И я уверен, что это изложение наших новых результатов исследования взорвет общество! Все это должен услышать научный мир! Света, дорогая! Результаты все еще пересылаются?! О боже! Почему так медленно?! Это же действительно станет сенсацией! Теперь только от вас зависит качество и эффект моего доклада! Точнее, от скорости занесения данных в мою презентацию.