Санайт — том 2. Измерение Лисавета

Холод её, казалось бы, тёплых, древесных глаз боролся с жаром в моих. Когда левый глаз окончательно ослеп и я закономерно проиграл, пришлось поменять точку обзора. Взгляд скользнул поверх плеча Элан на то место, куда меня, так тщательно скрывая дорогу, привели.

— Аху.. Откуда тут это? — выругался я от удивления.

Это был целый сад. С ивами и яблонями, высокими зарослями малины и водой, от которой валил густой пар. Тут было всё то, по чему я так скучал. Аромат, который каким-то образом я не замечал, врезался в нос скоростным поездом: пахло летом, пылью дорог и игрой в казаки-разбойники во дворе.

— Всегда тут было. Эти источники были тут до меня, они даже старше моей бабки, — Элан вновь развернулась, сцепив руки за спиной и сделала несколько шагов к источнику. Закусив губу, вдохнула воздух. — Никто не знает, каким образом посреди вечно покрытых снегом гор появились термальные источники и трава, но такое место не одно. Одни говорят, что кровь Лисавета, текущая по жилам, и создаёт это тепло. Другие полагают, что его природа древняя, как мир. Что его сотворили маги забытого народа, введённые в мир в самом первом патче, для своих собственных нужд. Правда, за много лет никого из них так и не видели.

Я тоже подался вперёд. В лицо ударил горячий пар, я повёл носом, собирая благодатное тепло.

«Прям как в баньке… — скользнула мысль. — Сейчас бы веничек и пива».

Продолжая жадно задыхаться парами, я во всю воображал запахи масел, вымоченной берёзы и горящих поленьев. Ненадолго даже перенёсся в прошлое — в настоящую баню, куда однажды пригласил меня отец. Правда мужики тогда накричали на меня из-за того, что я тупился в дверях, выпуская пар. В то время тонкости бани были для меня чужды.

Элан помахала ладонью перед лицом, вырывая меня из транса, а затем и вовсе щёлкнула по носу.

— Пшш… Земля вызывает Илиса, приём.

— Тут я, тут, — смахнул я её руку.

— Благодаря магии, подпитывавшей эту воду, можно пробудить в себе скрытые таланты. Наверное, поэтому, зайдя сюда однажды, я поняла, что мой удел — не сбор трав, стирка и уборка, как делают большинство женщин в моём поселении, а охота, слежка и тихие убийства.

От последних слов плечи передёрнуло.

— А от меня-то ты что хочешь? — выгнул бровь я. — Ты думаешь, раз я эльф крови — единственная, по факту, артефактная раса, — то могу постичь древние знания? А может, я стану настолько крутым при своём сотом уровне, что на раз убью Лисавета и спасу сестру? Пусть мне ещё вселенная минет сделает, ну так, на сдачу.

— Ты — просто обиженный ребёнок, — закатила глаза Элан, покачав головой. — К нам не так часто кто-то приходит в деревню. Тем более синий… ну ты понял. Мне ты показался не таким идиотом, каким выглядишь сейчас. Я просто решила, что покажу тебе интересное место. А то от скуки уже ноют мышцы.

Она резко приблизилась ко мне и ткнула пальцем в лицо. Даю голову на отсечение, стоило мне сделать шаг ей на встречу — и её острые ногти пробили бы мне глаз насквозь.

— Только попробуй проболтаться об этом месте. И вообще, обратно…

— Только не эта ссанина, — прервал я её.

— За кого ты меня принимаешь? — вскинула она голову. — Есть более короткий маршрут. Полетишь со скалы.

Я судорожно закивал, вспомнив, что ещё пару недель назад, сам чуть не шагнул вниз.

— Всё лучше, чем ещё раз «это» нюхать.

Она была близко. Слишком близко. Её карие глаза с чёрными бусинами по центру захватывали силками. Но сильнее их мой взгляд приковывала оголённая грудь на расстоянии «жмяк» от меня. Секунда — и дерзкий взгляд снова прикован к ним. Я в прямом смысле замер в благоговейном параличе. Позвоночник и грудина играли пинг-понг сердцем, противостоять инстинктам было не просто тяжело, а нереально.

«Стоп. В руки. Не их, идиот! Да не её! Себя в руки. Возьми себя в руки!»

Я ударил себя по щеке. Сознание пробудилось.

— Так это всё потому, что тебе скучно? И никакой магии? Я что не стану трёхметровым с метровым? Не преображусь?

— Конечно нет! — издевательски рассмеялась она. — Я пошутила вообще-то. Единственное, что даёт источник — чистую кожу и приятное расслабление. А для тебя это в десять раз нужнее. Ещё пару дней, и вы с тряпкой породнитесь.

— Не я придумал в тулупах рубить деревья и жрать кашу, — пытался я оправдаться. — Я сильно вспотел, да и вообще — не хотел в этом участвовать. В деревне вашей мне самобытность нужно было посмотреть, да кухню пощупать…

— Ага, а ещё ничего пощупать не хотел?

— Гы, хотел, — с губ сорвался идиотский смешок.

В меня полетела ладонь, и я вжался, но удара не последовало. Она замерла в секунде от лица.

— От твоей тупости я вновь заскучала. И вообще замёрзла. Ты как хочешь, а я прыгаю.

Один точный шаг, полёт — и всплеск воды. Мои глаза всё так же прожигают точку, где ещё несколько секунд назад стояла Элан.

— Ух ты! — заверещала она, убирая мокрые волосы с лица, расплывшегося в удовольствии. — Вода в разы лучше, чем в мой последний визит. Кайф. Ты там так и собираешься стоять?

Её брови подпрыгнули, зазывая меня присоединится. А что я? Я прыгнул. И почувствовал всем телом невообразимое тепло источника. Ну как тепло, скорее адское пекло, словно по коже прошлись горелкой. Как вообще женщины выдерживают такие температуры?

А к вопросу: сколько я там уже нормально не принимал ванну? Неделю? Нет, по-моему, уже вторая пошла. В воде я не мешкал — сразу раскрыл глаза. Она была невероятно прозрачной. В ней отчётливо виднелись гранитные стены, давно сложившие свои неприступные грани перед разрушительной силой стихии. Моему взору так же престали бултыхающиеся ножки и будто густые капли мёда — ягодицы. Двумя словами — неописуемая красота. И это я, наверное, не только про стены. Вообще не про стены.

Вместе с тем, как я вынырнул прямо перед носом у Элан, обрызгав её лицо доброй порцией воды, началась настоящая битва. Я был весьма подкован в военной стратегии на море, отец учил меня этому с малых лет, мне так же были известны немалые схемы самообороны, и я не мог ими не воспользоваться, когда дело доходило до моей чести.

«Хоть где-то я должен выиграть!»,— думал я, попутно уходя влево от струи воды, и правой рукой послал ответную. Та достигла цели, была невероятно точной и заставила Элан буквально захлёбываться перед моей мощью.

— Всё, прекрати… хватит, — вопила Элан с полным ртом воды. — Сдаюсь!

— Ну уж не-е-т, — продолжал я стрелять меткими струями.

Моей ярости не было предела. Она сполна вкусит моё блюдо мести. Оно будет не просто холодным, а ледяным, ниже, чем температура воздуха в измерении. За всю боль, за всю ссанину.

Подплыв к ней двумя резкими движениями, я сложил руки в кулак и обдал её самой мощной струёй воды, что мог сотворить. Пока длились те драгоценные секунды переполоха с её стороны, я схватил руками её голову и надавил, отправив её глубоко, познавать недра этого озера, вслед за этим нырнул и сам.

Под водой Элан открыла глаза, в них полыхал первозданный гнев. Покрутив пальцем у виска, она постаралась меня ударить, но удар растворился в толще воды, так и не достигнув адресата. Синхронно мы всплыли на поверхность.

— Придурок! — заверещала она. — Я чуть не захлебнулась. У тебя вообще мозги есть?

— Стой, молчи, — прервал я её, опустив глаза под нос.

— Нет, ну он ещё и затыкает ме…

Я положил два пальца на её губы.

— Мозгов у меня, вероятно, нет, но вот глаза на месте. Смотри, видишь? Пузырится вода, — я закрутил головой, осматриваясь вокруг. — Со дна поднимаются сотни крупных пузырьков. Я точно помню, что их не было, когда мы пришли. Под водой их тоже не было.

Опустив мою руку, она вгляделась в глубину. Озеро вокруг нас уже несколько секунд активно бурлило, как будто температура поднялась до состояния кипения или кто-то включил джакузи.

— Ну хоть что-то интересное, — вспыхнула Элан, схватив мою руку и потянув за собой.

Наспех задержав дыхание, мы вновь погрузились в тепло озера. По телу пробежало чувство нежелания вставать из-под тёплого одеяла, когда на улице мороз. В воде, тем временем, уже бегали десятки столбцов пузырей. Они поднимались с самого дна источника. Вокруг этого места периодически пульсировало бирюзовое сияние, на которое мы сразу же обратили своё внимание. Я указал пальцем на поверхность. Мне нужно было глотнуть воздуха, а затем мы вновь нырнём и поплывём на это сияние. Элан кивнула.

Наши ноги двигались в такт, погружая нас всё глубже и глубже. В какой-то момент стало совсем темно, только наши крепко сжатые руки и свечение на самом дне указывали нам путь. Давление воды сжимало мою грудь, и с каждой секундой я думал, что вот уже сейчас кончится дыхание. Элан посмотрела на меня, коснулась рукой горла и указала наверх.

«Чёрт, чёрт, нет. Осталось всего ничего, там уже виднеется портал».

Я отрицательно мотнул головой и, схватив её за талию, притянул к себе, прислонился к губам и выдохнул. Её глаза округлились в изумлении, но она сделала тоже самое. Такое дыхание должно было помочь нам достигнуть конечной точки. Мы продолжали плыть, опасаясь лишь одного — на обратный путь нам не хватит воздуха. Резкий хлопок прервал опасения. По телу пронеслась колкая боль, за ней — глухой удар о землю. Позади нас захлопнулся портал.

— Элан, ты цела? — я откашлял остатки воды и повертел головой в попытках найти девушку. Вокруг было пусто. Собственно, как всегда.

Я буквально взорвался и разразился отборным матом. Со всей силы стал бить кулаками о землю. Нахлынуло чувство злости и отчаяния. Как же бесил факт, что ничего не может в этом мире быть адекватно, только через жопу.

— Ну что ж, — рассуждал я, заводя руки и убирая мокрые волосы назад. — Допустим, что всё произошло так, как должно было произойти. Ничего не поменять, всё случилось. Тут никого, можно покричать, выговориться и поплакать. На всё про всё у тебя двадцать секунд.

Я посмотрел на своё не самое приятное отражение в грязной луже.

— А когда закончишь, то давай-ка собирай с пола сопли и топай уже думай над извечными вопросами: какого, собственно, хера? Где Элан и куда ты попал вновь?

Разбрызгав остатки лужи по земле сильным ударом, я надолго оставил позади в мелких каплях свою раскисшую физиономию.

Жалобный рык, больше похожий на мольбу, отразился от каждой стены в пещере. Я прятался за углом прохода, наблюдая, как на массивной цепи, словно собака, сидел зелёный дракон. Он был огромный, занимал всё пространство. Его шкуру украшали вкрапления золотых чешуек, а из головы торчали приглаженные к шее рога. Шея сгибалась в нескольких местах, без возможности выпрямиться из-за нехватки места. Прогрохотал телепорт, и цепи залязгали, выплясывая вибрирующее эхо. Из него вышел незнакомец в длинной мантии с маской на лице, удлинённой в носу, и смело зашагал навстречу дракону, вытягивая перед собой руку.

— Сара, дорогая, — протянул он низким тучным, словно расстроенная бас гитара голосом, дракон в ответ извивался. — Я так рад тебя видеть. Прости, что задержался.

Дракон попытался выпрямиться, рванул к незнакомцу. По вздымающейся груди, дрожанию крыльев, поднявших пыль вокруг, и горячему пару из ноздрей было видно его недовольство.

— Нет, извини. Сегодня тебе не получится погулять, потерпи. Не злись, прошу.

Голова дракона опустилась, кончиком носа коснувшись его ладони. Одна только голова была больше незнакомца в четыре раза. Вновь тишину в пещере разрезал жалобный рык. Мужчина нежным голосом продолжил диалог с драконом. Спрашивал, как у него дела, успокаивал и подбадривал существо. Казалось, они полностью понимали друг друга.

Я сделал неосторожный шаг назад, и камни побежали вниз по стене. Незнакомец вмиг замолк, озираясь по сторонам. Зараза, меня заметили! Я тихо выдохнул, использовал стелс. Нужно было потихоньку перебраться в следующее ответвление пещеры. Очередной хлопок телепорта, совсем близкий, оглушил меня и заставил обернуться. Из портальной арки выскочил незнакомец и бросился вперёд, сковав моё тело толстым чешуйчатым хвостом.

— Покажись! Как ты тут оказался? — яростно проревел он. — Тебя не должно здесь быть! Никого не должно быть!

Меня охватила иррациональная паника. У него, мать его, был хвост! Я стал безнадёжно дёргаться и пытаться выбраться из объятий. Но чем старательнее я сопротивлялся, тем сильнее грудь сдавливала мощная и смертоносная хватка.

— Ещё одно движение, и я сломаю тебе рёбра, — без предупреждения он надавил. — Откуда ты пришёл, чужак?

— Источники… — еле слышно хрипел я, задыхаясь. — Отпусти.

Последний воздух вышел из лёгких. Потеря сознания, да и смерть, были лишь вопросом времени, но незнакомец, наблюдая мою беспомощность, полностью ослабил хватку. Я повалился на землю. Он завёл хвост за спину, пока я жадно глотал воздух, стоя перед ним на четвереньках.

— Не пытайся сбежать, — он склонился надо мной и шёпотом добавил. — Тебя было видно с самого начала — ты воняешь кровью.

— Слушай, понятия не имею, как меня закинуло сюда, — с одышкой говорил я, горло горело, и слова давались с большим трудом. — Мы были на источнике, вдруг всё забурлило, внизу появилось сияние, мы поплыли на него. Сиянием оказался портал — он нас и засосал сюда, но когда я пришёл в сознание, моей спутницы не было рядом.

Я перекатился на задницу, посмотрел на него.

— Ты не видел тут девушку — человека, невысокую, с короткими каштановыми волосами. Мне лишь бы найти её. Обещаю сразу же покинуть твои покои и не тревожить больше ни тебя, ни дракона.

— Кроме тебя тут никого нет, просто не может быть, — он протянул руку. — Ты вообще представляешь, куда попал?

Я принял руку и поднялся, в ответ лишь отрицательно помотав головой.

— Если мать кого и пускает в драконьи пещеры, то он избран. Гордись этим. Твою девушку мне жаль.

— Стой, как жаль? Что с ней? — перебил я его. — И какой нахрен избран?

— Её должно было выбросить на другую сторону горы. Она, скорее всего, мертва. Теперь назовись, человек.

Я не спешил представляться. Плечи рухнули, руки еле удерживали голову, вплетаясь пальцами в волосы. Сука, а Элан мне нравилась, как бы это глупо ни звучало, учитывая её отношение ко мне. Как же задолбало в каждом грёбанном мире быть избранным, нельзя, чтобы кто-то другой побыл? Дайте мне лучше семью мою и какую-нибудь Элан, и идите лесом, да куда подальше.

— Назовись! — прорычал он.

— Да Илис, я, чё пристал? Ты сам кто вообще?

Он медленно стянул капюшон мантии и, стоя вполоборота, взглянул на меня. Следом снял маску. Глаза скользили по его лицу, собирая все мелкие детали воедино. Змеевидная форма с вытянутым и закруглённым носом. Рот усыпан множеством острейших зубов в два ряда. Со спины капюшон буграми сползал с шиповидных наростов, начинавшихся от самого лба и уходящих глубоко под плащ. Вся кожа была такой же, как и хвост — ороговевшей и чешуйчатой.

— Я Мираж — драконорождённый. Точнее сказать, драконовыведенный. Схож с великими лишь некоторыми особенностями и чертами; моё тело преобразовано магией. Я один из двенадцати стражей драконьей пещеры. Во внешнем мире нет ни единого существа, похожего на нас.

Я скривился, каждой мышцей лица задавая немой вопрос: «Чего, блять? Это вообще как?».Следом я выпалил его.

— Мы были людьми, очень-очень давно… — он сделал несколько шагов, погрузившись в мысли, и продолжил совсем отстранённым тоном. — Такие же игроки, как и ты — одни из первых. Мы неспешно проходили игру и не знали, что это был чей-то эксперимент. Одним утром весь наш немногочисленный клан обнаружил у себя в инвентаре зелье, навсегда дарующее запредельное количество характеристик. Такое же я нашёл и у себя.

Он взмахнул руками, протяжным низким эхом зачитал заклинание, и в воздухе повис запах грозы и свежей травы — пространство разрывала магия. Грубый камень пещеры сменили кривые комнаты с экранами, как на Земле, компьютерами и пультами управления.

— Тут люди в мирских халатах! — воскликнул я, разинув рот.

— Зелье было новым, очередным экспериментом, — продолжал он, опуская руки и напрочь игнорируя меня. — День за днём наша кожа покрывалась прочной чешуёй. Необратимый процесс. Они сказали, что могут помочь нам и пригласили, а по факту отловили всех, кто выпил зелье. Затем заточили в клетках, кололи препараты.

Каждое его слово было услышано мной и проходило глубоко внутрь, касалось сердца. Вокруг нас двигались люди в белоснежных халатах, постоянно записывавшие ход эксперимента. Они не видели нас. Металлические прутья клеток, механизмы для удержания рук и ног. Огромные котлы, перегонные кубы, стеллажи с химической посудой. Он ходил и показывал. Его голос был чёрствым, бездушным. Он рассказывал о непростой судьбе, совершенно не выказывая эмоций. Лишь одна эмоция проскочила на долю секунды, я смог её заметить. Такая живая и одновременно практически затухшая — гнев.

— Ни повышения характеристик, — проскрежетал он, развеивая иллюзию. — Ни одного нового или уникального навыка. Только прочная кожа, обострённые чувства и знания. Да… чувства обострены, каждое практически на максимум, а толку? Мы на всю жизнь теперь заточены здесь. Мы — послушники драконьей пещеры.

— Вы служите драконам?

— В каком-то смысле да. Все мы служим великому и мудрейшему змею. Поддерживаем популяцию драконов. Все они — наши дети. Сара тоже скоро полетит, ты увидишь её на юге вечнозелёного острова.

Мираж уверенно подошёл ко мне и коснулся груди. От его касания сердце подпрыгнуло, а затылок парализовал животный страх.

— Мать не ошиблась — это будет твоё яйцо.

— Что? — отшатнулся я, задыхаясь от чего-то. — Нет, не нужно. У меня, вроде как, есть. Может, ну его. Элан вон спасать нужно, а то как это она с горы без меня спустится.

— Я не могу сказать, когда ты выйдешь и выйдешь ли. Твоё яйцо пока у Сары, но ты безусловно тот, кому оно положено. Тебе предстоит доказать, что ты достоин.

Я продолжал непонимающе смотреть на Миража, делая короткие шаги назад. Да ну, я не верю его словам. Я вот прямо сейчас готов был развернуться и убежать. Но за сутки в пещере я так и не нашёл выхода. И часто я вот так буду по пещерам шастать?

— Давным-давно, когда драконов было в разы больше, избранные приходили каждые трое суток. Затем мы разрушили портал, увидев их истинные намерения, и запечатали вход. Ты первый за шестьдесят лет. И я пока не решил, доверять тебе или нет. Собственно, не мне решать.

Пока я пребывал в ступ… ахуе, то даже не замечал, как Мираж крутился вокруг меня и чертил портал. Схватив меня за руку, словно тряпичную куклу, он поволок меня внутрь портала, сводя что-то наподобие бровей к змеиным глазам.

— Пора представить тебя матери.

«Корпорация AGL. Кабинет генерального директора».

Раздался звук селектора, за ним — приятный женский голос.

— Дмитрий Евгеньевич, вам письмо.

— Что-то важное? — уставшим и сухим голосом ответил Гроулов, пролистывая кипу документов, которые ему на подпись сутра подсунули подчинённые.

— Ну… — вытянула сонно девушка. — Тут пломба стоит, похожая на печать, а с обратной стороны надпись: «Лично в руки Гроулову Д.Е.».

Зачем кому-то потребовалось передавать письмо, да ещё и таким древним образом? Все самые важные письма он получал по почте, а отчёты о любых ситуациях на проектах сотрудники докладывали лично. Он зажал кнопку селектора и задумался, отпустил. Затем вновь зажал спустя несколько секунд. Нина хотела развеять его нерешимость, но выждала.

— Нина, — наконец произнёс он. — Ты видела кто его принёс?

— Нет, Дмитрий Евгеньевич, не видела. Мне письмо передал Степан Андреевич — наш охранник, и сказал, что оно лежало под дверью. На улице уже темно, и он никого не увидел.

— Хорошо, положи его ко мне на стол.

Был поздний час, в офисе из сотрудников осталась только Нина. Гроулов заканчивал подписывать бумаги. Подкурив короткую толстую сигару, он сделал несколько долгих затяжек и, посмаковав терпкий дым, затушил её. Обрезал пепел. Через пару минут в дверь постучались.

— Войди, — не отвлекаясь, крикнул он, слегка откинувшись в своём кресле.

Нина бесшумно проскользнула внутрь. Как и последние несколько лет, она была одета в белоснежную блузку со скрупулёзно выглаженными лацканами. Блузка сидела плотно, выводя линии груди и сдавливая формы. На бёдрах — строгая юбка чёрного цвета чуть выше колен. Сегодня отличалась лишь её причёска — завитой пучок с двумя изящными булавками для волос, — которой она хотела обратить хоть ненадолго его внимание. Гроулов бросил в её сторону короткий беспристрастный взгляд, заметив только тонкий конверт в руках.

— Подожди, — прервал он секретаршу, протянувшую руку к крохотному кофейному столику. — Дай его мне.

Когда он взял конверт в руки, их взгляды на секунду соприкоснулись. Блеск, исходящий из глаз Нины, и сияние её лица мог не заметить только слепой. Всего лишь на мгновение. Оно было такое крохотное, но именно в эти несколько секунд Нина была по-настоящему счастлива.

— Прекрасно выглядишь, — проговорил Гроулов, думая, что сделал комплимент, но для неё это было лишь отмашкой. Притянув её руки, он высвободил конверт. — Спасибо, что всегда со мной… — продолжил он, резко оборвав и взгляд, и свои слова.

Надежды Нины на ещё один, пусть и неловкий, комплимент остались в подвешенном состоянии. Точным выверенным движением он открыл конверт, достал письмо и принялся его читать.

«Дмитрий Гроулов.

Вы подвергаете опасности жизни тысячи людей. Ваши исследования бесчеловечны.

Если в течение двух месяцев проект не прекратит своё существование, а люди, попавшие в него, не будут освобождены, мы сравняем ваше детище с землёй…

Директор ещё раз покрутил в руке листок пергамента кремового цвета, даже не дочитав. Бумага была дорогой. В голове лишь мысли, что это уже не первая угроза, которая захлебнётся в зародыше, и она, как и все остальные, не представляет опасности. Он обеспечил себя безопасностью со всех сторон. Ежемесячно отваливал правильным людям деньги, и правительство закрывало глаза на теневую сторону его проекта. Он высек искру.

Пламя бензиновой зажигалки разгорелось, и Гроулов поднёс его к письму. В глаза бросились цифры, подсвеченные тонким пламенем. Он дочитал сообщение.

…И это не угроза. Это обещание.

64.8945, 10.7766.

Вы понимаете, что мы уже всё знаем?»

Пальцы дрогнули.

Последнее предложение изменило Гроулова в лице. Впредь он не думал больше считать эту угрозу пустой. Эти цифры… Он хорошо знал их. Никому не известные. Чрезвычайно секретные.

Щёлкнула крышка, и пламя зажигалки погасло.

Цифры были координатами. Они указывали на местоположение исследовательского центра, который был глубоко под водой, в нескольких километрах от суши и в сотнях — от ближайших поселений. К горлу подкатил ком, он сглотнул его. Руки пробила мелкая тряска. Держа белоснежный лист бумаги, он поднёс его к носу. Пергамент пропитался восковой печатью и выдавал характерный запах, так же он смог уловить ноты ягод Eisweinпо краям бумаги — из таких делают высококачественные вина Германии.

Гроулов откинулся в кресле, приняв почти лежачее положение, достал обычные сигареты и закурил. Несколько лет он пытался развить проект, который, вероятнее всего, спас бы человечество. А теперь ему грозит опасность, и тем более неизвестно от кого. Прокручивая послание в письме, он не замечал, как медленно тлела сигарета, всё сильнее обжигая пальцы.

Затушив окурок, Гроулов полез в телефонную книгу. Затем набрал номер лучшего кризисного менеджера и по совместительству своего друга.

— Здравствуй, Олег.

— Привет, Дим.

— Мне нужно, чтобы ты приехал в офис.

— Ты как всегда… Что-то срочное?

— Да, Олег. Будешь на месте — набери. Расскажу, как приедешь.

— Слышу, голос у тебя серьёзный. Сейчас пробки бешеные, до офиса буду ехать часа два.

— Я тут сегодня допоздна. Жду.

— Всё, давай, Дим. Еду.