Удивительные приключения Фарфоровой Куколки

– Ничего страшного, – сказала она себе. – Очень даже замечательный остров. Зелёный, с птичками, цветочками, да и ягод, наверняка, много. – Не пропадём, – оптимистично заключила Фарфоровая Куколка и оглянулась, желая увидеть своего Кавалера.

Но его не было видно. Куколка встала и пошла его искать. В первую очередь, зная привычки и режимное расписание Чемпиона, она решила проверить заросли с вкусной ягодой ежелиной. Так и есть. Режим есть режим. Её Кавалер стоял посреди зарослей и с большим удовольствием ел спелую ягоду. Всё его лицо было измазано соком ягод. Куколка осторожно подошла к колючим зарослям и позвала Чемпиона. Он оглянулся, довольно улыбаясь, и сказал, продолжая жевать: – Наш тренер всегда говорит, что любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда.

Куколка поняла, что вытащить его оттуда сейчас она не сможет, и пошла к реке. Там она нашла уютное солнечное местечко, села на берег, опустив ножки в воду и стала наблюдать за прыгающей рыбкой.

Но рыбка была не одна. Целая стайка рыбок играла в догонялки. Они плескались и подпрыгивали у самых ног Куколки, касаясь её своими волнистыми хвостиками. Солнце светило, птички пели, цветы наполняли воздух свежим ароматом, всё было замечательно, она успокоилась и расслабилась. И вдруг какая-то сила подбросила Куколку вверх, а затем она со всего размаху плюхнулась в холодную воду, распугав всех рыб. Оказавшись в воде, Куколка сумела задержать дыхание, чтобы не нахлебаться речной воды. Речка была неглубокой, и ей удалось быстро подняться на ноги. Стоя по плечи в холодной воде, Куколка оглядывалась вокруг себя в растерянности и недоумении, пытаясь понять, что произошло.

На берегу реки стоял Чемпион и весело смеялся.

– Тяжело в учении, легко в бою! Как говорит наш тренер, – сказал он сквозь хохот и с разбегу плюхнулся в воду рядом с Куколкой, окатив её волной брызг.

Фарфоровая Куколка молча стояла и растерянно смотрела вслед уплывающему по течению Чемпиону. Догонять его не было смысла, уж слишком хорошо он плавал, и соревноваться с ним Куколке не хотелось.

Она быстро выбралась из речки, поскорее сняла свою мокрую одежду и развесила её сушить на розовый куст. Куколка была рассержена. Укутавшись в большой мягкий лист катонового дерева, она, на всякий случай, села подальше от края берега реки и стала думать, что ей с этим делать. Вернее, что делать с Чемпионом. Может быть, его наказать и не разговаривать с ним, но он и так не очень-то разговорчивый. Может быть, его поругать за такое поведение, но Куколка не любила и не хотела ругаться. Может быть, заплакать и рассказать, как ей было неприятно и обидно, но она понимала, что у Чемпиона на это обязательно найдутся слова тренера про слабость и отсутствие воли. Может быть, просто ударить его по лбу, как она видела однажды в кино, но конец этого фильма ей совсем не понравился, и она решила не испытывать судьбу. Она не знала, как себя вести, и от этого была вдвойне рассержена.

Вдруг за соседним жасминовым кустом раздался шорох, и она увидела переминающегося с ноги на ногу Чемпиона с пучком полевых цветов в руках. Он нерешительно боком подошёл к мокрой Куколке и положил эти цветы к её ногам.

– А что, мы с ребятами всегда так играем, – пробурчал он и присел рядом.

Куколка искоса посмотрела на него. Он был беззащитен, наивен и преданно смотрел на неё, как будто удивляясь, что ей это не понравилось.

– Хорошо, – подумала Куколка, беря букетик в руки, – впредь нужно быть просто осторожнее, держать его в поле зрения.

Чтобы согреться после вынужденного купания, Фарфоровая Куколка нарвала мягкой травы, соорудила удобные пуфики, притащила старый пенёк и поставила его вместо стола. Осмотрелась, довольно улыбнулась и пошла к фиговому дереву, нарвать его упругих листьев вместо тарелок. В это время Чемпион оббежал остров три раза, отжался двести раз и подпрыгнул четыреста – он держал себя в форме. В середине дня Куколка напомнила ему, что пора обедать и нужно что-то приготовить. Чемпион с радостью ответил, что он уже всё приготовил и направился к столу. Он достал из карманов ложку, вилку, расстелил себе салфетку и стал смотреть на Куколку.

– Ну, – сказал он, – давай есть.

– Давай, – согласилась Куколка и села чуть поодаль, помня об осторожности.

– Подавай! – нетерпеливо сказал Чемпион.

– Кто? Я? – удивлённо спросила Куколка, – это же ты сказал, что всё готово.

– Готово, – согласился Чемпион и показал ей свои ложку и вилку

– Как говорит наш тренер: «Ты – куколка, тебе и кашу варить». И вообще, по режиму уже отдыхать пора, а я ещё не ел.

– Но у нас даже костра нет, чтобы кашу варить, – расстроено произнесла Куколка.

– Придумай что-нибудь, – бодро сказал Чемпион, – ведь ты же хранительница очага, – и ухмыльнулся, довольный своей шуткой.

Куколка встала и отправилась собирать хворост для костра. Она обошла почти весь остров, пока не набрала нужное количество, связала его в большую вязанку и волоком потащила к тому месту, где её ждал Чемпион. Когда Фарфоровая Куколка подошла к полянке, где они разместились, она увидела, что Чемпион поднялся и пошёл ей навстречу. Он взял у неё вязанку хвороста и понёс к месту костра. Весело улыбаясь, он подмигнул Куколке и сказал с интонацией тренера: «Ну вот, можешь же, когда захочешь».

– Разожги, пожалуйста, костёр, – попросила она.

– Ну нет, наш тренер говорит, что каждый должен заниматься своим делом, – назидательно ответил Чемпион и пересел к импровизированному столу.

«А ведь и правда, – подумала Куколка, – его же никто не учил обычным вещам: разжигать костёр, строить шалаш, добывать еду. Его учили быть сильным, быстрым и выносливым, а все проблемы решал тренер». Фарфоровая Куколка внимательно посмотрела на Чемпиона. Он сидел за столом, отстранённый, как ребёнок, и ей даже стало немного жаль его.

Она собрала кучкой хворост, вытащила из кармашка платья зеркальце, направила на него луч солнца, который отразился огненной искрой. Искра попала на хворост, и через мгновение костёр был готов. Пока огонь разгорался, она быстро насобирала ягод, надёргала разных корешков, набрала в котелок воды, насыпала пряных трав и поставила всё это вариться. Куколка хлопотала у костра и искоса поглядывала на Чемпиона. Он тоже иногда бросал на неё быстрый взгляд, весело подмигивал и подбадривал: – Давай, давай, не ленись! У лени длинные руки и короткие ноги! – Так говорит наш тренер, – и добавил: – У каждого в жизни свои задачи.

– Да, да, – внутренне согласилась Фарфоровая куколка, – у каждого свои задачи, но, похоже, у нас общей задачи нет. А жаль!

Когда Куколка принесла обед, Чемпион радостно поднялся, взял котелок из её рук, сел поудобнее и начал есть. Фарфоровая Куколка равнодушно села в сторонке, наблюдая, как он с удовольствием обедает.

– А ты что, не будешь есть? – спросил он удивлённо.

– Что-то не хочется, – ответила Куколка и отрицательно покачала головой.

– А-а-а, – весело сказал Чемпион, – понимаю! Фигуру бережёшь! Уважаю! Маладца! – и продолжил трапезу.

Куколка внимательно посмотрела на него. Непосредственный, добрый, весёлый, совсем ещё ребёнок. Так и не вырос. Как был Юным Кавалером, так и остался.

Она грустно улыбнулась, в её сердце поселилось такое неприятное липкое чувство жалости – к себе, к нему, ко всему, что её сейчас окружает. Она уже не замечала красоты вокруг, жалость сменилась разочарованием, и, чтобы остановить поток этих неприятных ощущений, Куколка резко встала, развернулась и пошла в другую сторону от костра. Сначала она шла медленно, затем перешла на быструю нервную ходьбу, потом ей захотелось бежать. Быстро-быстро перебирая стройными ножками, она пыталась оторваться от земли и улететь подальше от этого места.

Она неслась, плыла, карабкалась по склонам, стараясь обогнать неприятные воспоминания. Мысли отставали, забирая с собой чувства жалости и тоски, а если что-то вспоминалось снова, она бежала ещё быстрее. И ни один чемпион, даже самый быстрый, не мог бы её сейчас догнать. Вот и дом! Спасительная крепость тишины. Она закрыла за собой дверь на все засовы, но её сердечко ещё долго и тревожно билось.

Наутро горожане рассказывали, что тренер, обеспокоенный отсутствием Чемпиона на вечерней проверке в спортивном домике, поднял ночью весь город и заставил горожан разыскать его. Они послали на остров самого ответственного и смелого – Оловянного Кавалера. Он, конечно же, знал, что Фарфоровая Куколка и Чемпион проходят испытание на острове и очень волновался за безопасность Куколки, ведь он был её лучшим другом, а Чемпиона он почему-то не любил, просто так, не любил и всё. Оловянный Кавалер примчался на остров в надежде спасти Куколку, но увидел там грустного Чемпиона, одиноко сидящего у затухающего костра. Он подошёл к нему, по-дружески похлопал по плечу, накрыл его тёплым одеялом и отвёз в спортивный городок, где о нём обязательно позаботятся.

Когда тренер увидел своего подопечного, он сказал: – Не переживай, возьмём медалями, – и по-отечески обнял несостоявшегося жениха.

В городке ещё долго обсуждали испытание Фарфоровой Куколки и Чемпиона. Мнения разделились и поделили городок на два лагеря – лагерь куколок и лагерь кавалеров. Кавалеры были на стороне Фарфоровой Куколки. Они ей сочувствовали и сопереживали. Ну, надо же, говорили они, как же так: первый раз пошла на испытание и неудачно. Понятное дело, рассуждали они, это же Чемпион, и он не должен, как обычный кавалер, уметь что-то делать. Его талант – это спорт! Как жаль, что она этого не заметила раньше и не выбрала другого кавалера. Пусть не Чемпиона, но такого, который умел бы всё делать и сумел бы позаботиться о ней. Ей нужен другой, дружно согласились кавалеры городка, и каждый втайне подумал о себе. Куколки были на стороне Чемпиона. Они жалели его, представляя, что пришлось ему пережить там, на острове, с Фарфоровой Куколкой, которая требовала от него обеда! Это надо же, судачили они, захотела сделать из Чемпиона повара! А он не таков! Они переживали за него – как он там после такого испытания, может быть, ему нужна помощь, чтобы восстановиться? Куколки дружно пришли к выводу, что Чемпиону нужна другая куколка, которая посвятит свою жизнь его таланту, будет о нём заботиться и оберегать от быта, и каждая в тайне, конечно же, подумала о себе.

Шло время, разговоры утихли, и городок стал жить своей обычной жизнью.

Второй раз Фарфоровая Куколка согласилась пройти испытание с Оловянным кавалером. После того случая с её первым испытанием, Оловянный кавалер окружил Фарфоровую Куколку такой заботой и вниманием, что она уже и не представляла себе ни одного дня без него. Они жили через дорогу друг от друга, и Оловянный Кавалер каждый день встречал Куколку у калитки и сопровождал повсюду. Он ловил её взгляды, предугадывал желания. Он не настаивал, не подгонял и быстро исполнял все её поручения. Он всё помнил, любил точность и строго придерживался принятых правил. При этом он преданно смотрел в её глаза, во всём с ней соглашался, любил всё, что любила Фарфоровая Куколка, никогда ей не перечил и не спорил, а просто ждал и был рядом. И к тому же он был таким красивым и элегантным в своём новеньком военном мундире.

И вот, через некоторое время, Куколка приняла его предложение пройти первое испытание. «Ничего, что он оловянный, – думала она, – может быть, у него сердце золотое».

Рано утром её разбудил бодрый голос Оловянного Кавалера, который стоял у окна её спальни и уже несколько минут монотонно и громко напоминал о том, что время не ждёт и пора идти на остров. Фарфоровая Куколка даже рассердилась. Она терпеть не могла, когда её так рано и, тем более грубо, будили, но решила, что Оловянный кавалер так громко кричит от волнения. Куколка оделась, выпила большую кружку чая из красных цветов с мёдом и вышла на улицу. Все жители городка уже собрались, чтобы проводить их на первое испытание.

Остров, как и прежде, был тёплым и красивым местом. Ничего не изменилось. Как и раньше, там было много цветов и разнообразных деревьев со сладкими плодами, речка, где живут прыгающие рыбки, повсюду гуляли птицы с радужными хвостами, а маленькие свинки лениво отдыхали на полянке. Идиллия. Весь день они отдыхали, купались, играли в разные игры, лакомились сладкими ягодами, которые Оловянный Кавалер заботливо собирал для Фарфоровой Куколки и нежно пересыпал в её ладошки. Он соорудил из коры дерева стаканчик и насобирал в него с листьев растений прозрачной росы. Роса была прохладной и хорошо утоляла жажду. Они вместе набрали разных трав, фруктов и приготовили себе вкусный обед. Когда вечерняя прохлада опустилась на остров, Фарфоровая Куколка стала мёрзнуть. Она присела на траву, обхватив свои коленки тонкими фарфоровыми ручками. Оловянный Кавалер молча встал, взял свою саблю и пошёл в лес. Фарфоровой Куколке стало одиноко, но не успела она как следует загрустить, как он вышел из чащи с огромной охапкой мягкой травы, из которой ловко соорудил для Куколки удобную постель. Затем он ещё раз ушёл, но быстро вернулся с большим сухим деревом, разжёг костёр, укрыл Фарфоровую Куколку тёплыми листьями шёлкового дерева и сел возле неё. Куколка смотрела на огонь, слушала потрескивание сгорающего дерева и вспоминала уходящий день. Ей было очень спокойно и хорошо с Оловянным Кавалером. Всё было готово вовремя, всё было чётко как по расписанию, ей даже просить его ни о чём не нужно было, он опережал её желания. Но, погружаясь в сон, она поймала себя на одной очень неприятной мысли. Куколка постаралась её прогнать, но мысль навязчиво возвращалась и снова крутилась в её голове. Ей подумалось, что Оловянный Кавалер всё делал как-то автоматически, без сердца, без эмоций. Да – чётко, да – быстро и хорошо, но холодно и как-то отстранённо. Она пыталась оправдать это тем, что он оловянный, но это мало помогало, и тревога основательно поселилась в её голове. Чтобы не портить себе ночной отдых, Куколка решила разобраться с этим завтра и погрузилась в сладкий, спокойный сон. Она знала, что Оловянный Кавалер сидит рядом и охраняет её.

Наутро, проснувшись, Куколка нашла возле своего ложа в чаше колокольчика свежий напиток из утренней росы и спелый сладкий фрукт окан, посыпанный пыльцой лафрана, по вкусу напоминающий клубнику с сахарной пудрой.

«Он такой милый», – подумала Куколка, глядя, как её кавалер выстругивает из дерева небольшую лодочку для прогулки по озеру.

Днём они снова отдыхали, играли, купались. Оловянный кавалер составил расписание дел на день, и они его выполнили. Они всё делали вместе, и это было даже интересно.

– Какой же он молодец! – утвердилась в своём мнении Куколка к концу второго дня.

Она была благодарна ему за заботу, а он ей – за возможность быть рядом.

На третий день утром за ними приехали горожане и вернули их в город. Куколка была рада, что первое испытание не разлучило их, и через некоторое время с удовольствием решила пройти с Оловянным Кавалером второе испытание – подняться на высокий холм встречать рассвет и любоваться закатом солнца.

И вот они на холме. Фарфоровая Куколка в приподнятом настроении бежала впереди серьёзно настроенного Оловянного Кавалера, высматривая удобное место для встречи с зарей. Она остановилась на самой высокой точке холма, молча показала пальчиком на полянку и стала с нетерпением ждать, когда он подготовит место для созерцания красоты восходящего солнца. Наконец, всё было готово. Фарфоровая Куколка опустилась на мягкий плед и замерла в ожидании. Когда ярко-жёлтый шар показался на горизонте и озарил своим золотым светом краешек земли, у Куколки перехватило дыхание. В порыве чувств она повернулась к Оловянному кавалеру с желанием разделить с ним свой восторг. Ей хотелось взять его за руку, заглянуть в глаза, которые, как ей казалось, должны были излучать радость и умиление. К своему удивлению, она увидела, что он стоял, расправив плечи, сосредоточенно вглядываясь вдаль, выше восходящего солнца. Его лицо выражало что угодно, но только не восторг. Он был похож на стоящего в карауле солдата.

Надеясь разбудить в нём эмоции, она стала говорить, как ей нравится всё, что она видит, а он отвечал ей, что в Мире есть ещё много интересных вещей. Она говорила ему, что её приводит в восторг вид пробуждающегося солнца, а он ей отвечал, что это всё происходит лишь благодаря естественному движению планеты, на которой они живут. Она говорила ему, что у неё замирает сердце при виде этого действия, а он ей отвечал, что к этому нужно отнестись серьёзно и проверить сердце у врача. Она говорила ему, что солнце возвращает её в те тёплые дни, которые они провели вместе на острове, а он отвечал, что не нужно мечтать, а нужно мыслить здраво и напомнил, что качественно проведённое время – результат разумного планирования и слаженных действий. Сейчас, объяснял он, важно подготовиться к проведению сегодняшнего дня – распределить дела, составить план действий и неукоснительно его исполнять.

День действительно прошёл качественно. Всё было по расписанию, но стало уже неинтересно: такие же дела, такой же обед, игры были такими же, как и в дни предыдущего испытания и даже в том же порядке. Куколка грустила на вершине холма, а Оловянный Кавалер отрабатывал свои упражнения с саблей. Надеясь на душевный разговор, Куколка спросила у Кавалера, что он чувствовал утром, когда наблюдал восход солнца, но в ответ услышала подробное описание процесса появления на небосклоне светила и научное объяснение этому явлению. День медленно шёл к завершению. Куколка спустилась к подножью холма, чтобы позвать своего кавалера полюбоваться закатом солнца, но он так увлеченно оттачивал своё мастерство владения саблей, что она не стала ему мешать. Она поднялась на холм, села на траву и, обняв колени, стала ждать заката. Куколка ещё раз позвала Оловянного Кавалера на вершину холма, но он ответил, что не хочет тратить время на пустяки и ему необходимо отрабатывать упражнения, чтобы быть готовым к любым трудностям и суметь преодолеть их с честью.

Багряное солнце лениво опускалось за горизонт. Тяжёлым красным шаром оно медленно сползало с небосвода, оставляя за собой тёмно-бордовый след, след тоски и грусти в душе Куколки.

– «Раз-два, раз-два», – доносились до неё звуки, под которые Кавалер отрабатывал свои выпады с точностью робота. И на самом кончике сабли, словно капля крови, отражался свет багряного заката. Куколка тихо плакала в одиночестве. Она не стала ждать утра, а спокойно спустилась с холма и направилась в сторону своего городка. Чем дальше от холма она уходила, тем тише слышалось «раз-два, раз-два». На следующее испытание они не пошли.

С того дня Фарфоровая Куколка перестала бывать на праздниках. Она часто грустила, сидя у окна и наблюдая, как проходят дни, недели, месяцы. Она даже пропустила «День Судьбы», чего раньше никогда не делала.

– Что нового я там увижу? – спрашивала она себя. – Ничего. – Кого я могу там встретить интересного? – Никого.

Так она и сидела в своём уютном домике, наблюдая из окна за однообразным, медленным течением времени.

В маленьком городке всегда была хорошая солнечная погода, но иногда для того, чтобы деревья и цветы хорошо росли, а на улицах было чисто, свежо и просто для радости, жители устраивали дождь. Это было очень увлекательное зрелище! В небо поднимались несколько толстеньких аэропланов и направлялись к белым облакам, спавшим над городком. Аэропланы кружили над ними, задевая крыльями их пушистые бока и верхушки, щекотали их, подлетали под животики, жужжали и кряхтели, настойчиво пытаясь разбудить мирно спящие пушистые комочки. Облакам это не нравилось. Они начинали ёжиться, хмуриться, сердиться, кучковались от недовольства в большие тучи, становились серыми и грозными и, наконец-то, проливали дождь. Тёплый дождь прозрачными крупными каплями падал на землю, орошал деревья, цветы, поляны, наполнял свежей водой реки и озёра, он длился до тех пор, пока тучки не успокаивались. И вот когда облака становились меньше, светлее и пушистее, дождь прекращался, облака снова сбивались в комочки и спокойно засыпали. После дождя над городком огромной дугой вставала яркая радуга. Весь городок наполнялся смехом, восторженными визгами и радостью. Любой из жителей мог покрасить себя в разные цвета, стоило только встать в желаемую полосу радуги. В такие дни все жители городка были похожи на живые, скачущие, бегающие, смеющиеся цветы. Это был день Дождя и Радуги, а жители называли его Праздником «Радужного дождя».

В один из таких дней Фарфоровая Куколка вышла во двор и стала наблюдать за тем, как веселятся соседи. Ей тоже захотелось повеселиться и поиграть вместе со всеми, она так давно никуда не ходила.

Фарфоровая куколка вышла из своего садика и направилась на центральную площадь Радости. Она шла по Желто-песчаной улице, напевая про себя мотив любимой песенки. Все неприятности остались позади. Незатейливый мотивчик помогал ей ни о чём не думать, а просто идти навстречу новой жизни.

Она очень долго не выходила на улицу, ни с кем не общалась, и сейчас ей было приятно вновь видеть добрые улыбки и радость горожан, которую они выражали при встрече с ней. Она снова была вместе со всеми, и ей все были рады.

Пересекая Ягодную улицу, Фарфоровая Куколка остановилась, чтобы пропустить семью велосипедистов. Они ехали на одном очень длинном велосипеде. Впереди сидел ярко-рыжий папа, за ним два рыжих сына и две рыжие дочки, а в конце, завершая всю эту семейку, сидела огненно-рыжая мама. Дети держали в руках шарики и леденцы, а родители старательно крутили педали. Куколке очень понравилась эта яркая семья. Она даже остановилась и долго смотрела им вслед, пока они не исчезли за поворотом. Это развеселило её, и она, подпрыгивая, пошла дальше.

Через какое-то время Фарфоровая Куколка услышала странный звук слева от себя. Не оглядываясь, но чуть-чуть скосив зелёные глазки влево, она решила посмотреть, что же там происходит. И заметила, что чуть позади неё идёт странный незнакомый ей Кавалер. Вернее, шли Куколка и Лошадь, а Кавалер возвышался над ними, сидя верхом на Лошади. Фарфоровая Куколка удивлённо остановилась и повернулась к незнакомцу. Незнакомец гордо восседал на Лошади и с довольной улыбкой внимательно рассматривал Куколку. Для их городка он был одет странно. Широкополая шляпа, свободная рубашка в клетку, плотные сине-голубые брюки. На ногах были вышитые сапоги. Куколка отметила ослепительную белизну его улыбки, которая освещала загорелое лицо незнакомца. В общем, он выглядел непривычно, необычно и поэтому потрясающе. Но Куколка смело, даже с вызовом, посмотрела в ярко-синие глаза незнакомца, слегка задрав подбородок для храбрости.

– Почему я вас раньше не видел? – удивлённо спросил Кавалер.

– Я тоже вижу вас впервые, – дерзко ответила Куколка.

– Меня зовут Ковбой, – продолжая улыбаться, представился он.

– Я догадалась, – парировала Куколка.

– А это моя любимая Лошадь, – сказал Ковбой, спрыгивая с нервно переминающейся с ноги на ногу Лошади, – прошу любить и жаловать.

Куколка не поняла, к кому это «любить и жаловать» относилось, но переспрашивать не стала.

«Потом прояснится», – подумала она, с интересом разглядывая Ковбоя.

Он был невысокого роста и крепкого телосложения. Короткая шея, создавала впечатление, что его голова плотно сидит на плечах. Ноги были мускулистыми, но немного кривоватыми, что, впрочем, не портило общего вида. В принципе, она осталась довольна увиденным. Собственно, как и Ковбой.

Дальше они пошли вместе. Ковбой шёл рядом с Куколкой, держа под уздцы Лошадь, ревниво косящуюся на неё.

Он рассказал, что приехал в их городок три месяца назад из далёкой страны Дримландии – страны грёз, исполнения желаний и неограниченных возможностей. А здесь оказался, потому что решил посмотреть другие страны. Ему очень нравился их городок, особенно очаровательные куколки этого городка. Он признался, что встречался со многими из них, но ни одна не смогла растопить сердце заморского Ковбоя. Он говорил, что в каждой из них он видел какой-нибудь изъян, а он так нежен, что его ранит несовершенство. Вот, например, Пряничная Куколка. Мягкая, сладкая, когда волнуется, источает тонкий аромат ванили, но громко кричит и любит ругаться. Ну, правильно, ведь она обычно раздаёт на рынке свою глазированную выпечку, вот и привыкла ругаться. А он – натура нежная, заморская и не выносит такого обращения. Или ещё одна – Бумажная Куколка. Она живёт на Музыкальной улице. Утончённая натура, играет на скрипке, хорошо поёт. Он вспоминает их музыкальные вечера с ностальгией. Но снова беда: она не захотела принять и полюбить его Лошадь. Ей, видите ли, не нравилось, что Лошадь везде с ними – в ресторане, на пляже, дома. Ну, Лошадь тоже та ещё заморская штучка, стала копытом бить, обижаться, болеть, пришлось расстаться с Бумажной Куколкой. Затем была Деревянная Матрешка. С ней Ковбой сходил один раз в ресторан и ужаснулся. Даже его Лошадь ест меньше, чем эта Матрешка. Да ещё надо сказать, что в ресторан она пришла не одна, а со всем своим большим семейством, которое тайно прячется у неё внутри.